Ф. А. Брокгауз И. А. Ефрон 
Энциклопедический словарь (Б)

Словарь Брокгауза и Ефрона – 2

Баальбек 

Баальбек (Бальбек), также Баалат, как показывает само название (город БаалаВаала), — средоточие культа Ваала, сирийского бога солнца (почему греки и называли город Б. Гелиополисом), лежал посредине страны, составляющей западное подножие Антиливана, и известной у греков под названием Келесирии, т.е. сирийской впадины. В настоящее время Баальбек представляет небольшое, расположенное на невысоком горном отроге, тянущемся через долину Эль-Бекаа, местечко, принадлежащее к Сирийскому вилайету, но состоящее под властью особого эмира; замечательно своими великолепными развалинами роскошных, древних построек, занимающих площадь в 4 — 5 кв. км. Самыми значительными и наиболее величественными являются развалины большего храма, посвященного некогда богу солнца, представляющие остатки собственно храма и двух больших дворов, окруженных колончатой галереей, с великолепным портиком при входе. Здание главного храма в глубине второго большого двора представляло прямоугольник в 89 м. длины и 49 м. ширины, крыша которого покоилась на 54 коринфских колоннах, образуя перистиль. Из этих колонн в настоящее время сохранилось всего 6, имеющих приблизительно 7 метров в обхвате и стержень в 19,8 м. длины, а вместе с пьедесталом — 24 м.; все остальное представляет жалкие обломки, покрывающие всю занимаемую развалинами местность. Замечательна массивность употребленных на возведение фундамента камней; некоторые из них имеют в длину 20 и в ширину 4 м. К Ю. от большого храма находится другой меньший, перистиль которого и стены большей частью сохранились. Оба храма, в общих чертах напоминающие греческие постройки этого рода, возведены, также как и постройки ведущих к ним дворов, из известняка, в роскошном коринфском стиле времён позднейших римских императоров, доходящем до фантастичности и произвола в отделке деталей. Кроме этих храмов, в некотором отдалении от Б. находится восьмиугольное здание, поддерживаемое восемью гранитными колоннами. Древнейшая история Б. неизвестна. При императоре Августе город был обращен в римскую колонию (Соlonia Julia Augusta, Felix) и содержал римский гарнизон. Храм богу солнца построен Антонином Пием, но распространенное еще и среди теперешних жителей предание считает его строителем царя Соломона. Септимий Север даровал жителям так наз. jus Italicum. Феодосий Великий превратил языческий храм в христианскую церковь. С завоеванием Б. арабами храм начал приходить в упадок. В последовавших затем войнах оба храма обращены были в крепости. Город Б. с течением времени все более падал и в 1759 г. разрушен страшным землетрясением. — Ср. Вуда и Даукинса (Wood and Dawkins), "The ruins of В. " (Лондон, 1757); Касса (Cassas), «Voyage pittoresque de la Syrie» (3 т., Пар., 1799); Е. Ренана, «Mission de Phenicie» (Париж, 1864).

Бабёф 

Бабёф (Франсуа-Ноэль, Вabeuf) — глава коммунистического заговора во время Директории во Франции, прозванный Кай Гракхом; род. в С. Кантене в 1764 г. Осиротев на 16 году, он поступил в ученье к землемеру и после многолетних скитаний получил назначение члена кадастровой комиссии. Когда в 1789 г. вспыхнула революция, он бросил свою должность и фанатически увлекся общим движением. Будучи якобинцем, Б. однако высказался за падение Робеспьера, но тотчас же стал в оппозицию против захвативших власть термидористов; и вскоре очутился в заточении. Только тогда, под влиянием товарищей по заключению, Б. стал приверженцем коммунизма. После амнистии IV года, Б. стал настойчиво пропагандировать в своем органе «Le tribun du peuple» социальную революцию. В союзе с Буонаротти, Сильвеном Марешаль, Антонелло Дарте и другими, он основал тайное общество, собравшее постепенно, с помощью ловкой организации, до 17000 готовых к бою заговорщиков, главным образом, из среды недовольных солдат и жандармов; предполагалось овладеть магазинами, складами провианта и т.п., конфисковать имения противников, раздать их народу и организовать национальную общность имуществ. Заговор был однако в самый решительный момент открыт одним из посвященных, в мае 1796 г. Стоявшие во главе его были преданы суду в Вандоме, приговорившему Бабефа и Дарте к смертной казни (23 мая 1797). По прочтении приговора оба обвиненные, пытаясь лишить себя жизни, нанесли себе раны кинжалами, но умереть им не удалось и на следующий день они были гильотинированы. Остальные соучастники были частью приговорены к ссылке, частью оправданы. Филиппо-Буонаротти — один из соумышленников Б., написал «Conspiration pour l'egalite dite de Babeuf suivie du proces auquel elle donna lieu etc.» (2 т., Брюссель, 1828). Важнейшие из бумага Б., в которых изложен его проект, напечатаны в прибавлении к соч. Рейбо (L. Reybeaud): «Etudes sur les reformateurs on socialistes modernes» (2 т., 7 изд., Пар., 1864). Cp. Aдвилль (Adville), «Histoire de Babeuf et du babouvisme» (2 т.. Пар., 1884).

Бабье лето

Бабье лето — так называется начало осени (обыкновенно с 1 до 10 сентяб.), когда по воздуху носятся белые нити. Происхождение этих нитей долгое время не было известно с точностью. Прежде полагали, что это паутина очень маленьких пауков, которые, носясь по ветру, выпускают паутинку до тех пор, пока не прикрепятся к какому-нибудь месту. Менге в своем сочинении о пауках («Preussische Spinnen» 6 Abtheil, Данц., 1869 — 74) старался доказать, что летающие нити производятся пауками из след. родов: тарантул (Lycosa), крестовик (Epeira), придорожник (Thomisus) и теридион (Theridium). Во время язычества происхождение этих нитей ставили в зависимость от деятельности богов и по верованию славян-язычников, один из них покрыл всю землю паутиной. Позднее, по введении христианства, происхождение их приписывалось Богу и Богородице, вследствие этого во Франции они называются Fils de la Vierge, в южной Германии — Mariengarn, Marienfaden или Frauensommer, в Англии Gossame. В Швеции их называют Dvargsnat, т.е. малая сеть.

Багдад 

Багдад (в средние века носил на Западе название Балдах) — главный город одноименного азиатско-турецкого вилайета, который, за выделением из него в новейшее время двух новых самостоятельных вилайетов (Ливас-Моссул и Басра), имеет не более 1200000 жит. Город находится в средней Мессопотамии, под 33° 20' сев. шир., и расположен по обоим берегам Тигра, причем две трети занимают левый берег реки, носящей там местное название Шат, старый же Б., резиденция калифов и некогда величайший город мусульманского Mиpa, лежит на правом берегу. Через Тигр здесь ведут два, на 17 — 19 понтонах, плашкаутных моста длиною в 200 — 220 м. Восточный город (на левом берегу) окружен почти совсем обрушившейся стеною, которая в свою очередь обведена глубоким, ныне безводным рвом, западный защищен осыпавшимся теперь земляным валом; турецкое правительство проектировало полное восстановление укреплений. Лежащая в северо-западн. части восточного города четырехугольная, построенная из кирпича цитадель на половину разрушена и, так как она с двух фронтов тесно окружена городскими домами, лишена всякого значения. Дома строятся из кирпича, и состоят из подвала и нижнего этажа, крыша которого представляет террасу. Почти все окна раскрываются в сторону двора, который в домах знатных украшается фонтанами. Летом, при господствующей там сильной жаре, жители проводят дни в подвальных помещениях (называемых Сердаб), куда не проникает солнечная жара и где сравнительно прохладно, ночью же они спять на террасах (т.е. плоских крышах) домов. Зимой настолько прохладно, что приходится для отопления жилых помещений прибегать к жаровне (мангал), печей в домах нет. Население (до 60000) представляет пеструю смесь арабов, турок, курдов, евреев, армян, сирийцев, несториан, многочисленных персов и незначительного количества индусов. Магометане распадаются на два почти одинаковых лагеря шиитов и суннитов, относящихся враждебно друг к другу. До 1831 г., когда население значительно сократилось, вследствие чумы и наводнения, число жителей превышало 100000 чел. Персы ведут здесь под покровительством турецкого правительства обширные торговые обороты. Евреи (20000) живут в особом участке; они имеют три синагоги и ведут обширную торговлю. Между зданиями выдаются конак (дворец генерал-губернатора) и английское консульство с прекрасным садом. При кратковременном управлении Мидхата-паши было много сделано для городских нужд: узкие улицы расширены, более грязные улицы очищены, заложены у реки места для нагрузки и выгрузки товаров, но с его отозванием все приняло прежний вид и даже проект железной дороги в Кербеллу (много посещаемое паломниками место с могилой имама Гуссейна) оставлен.
При калифах Б. был центром образованности и учености. Теперь сохранилось только торговое его значение и основанная в 1233 г. калифом Мустанзиром знаменитая медресе (высшая школа) уже давно обращена в караван сарай. Но торговые обороты Б., по отношению обширности и безопасности, находятся в сильной зависимости от временных обстоятельств; а именно от отношения правительства в данное время к разбойничьим племенам бедуинов. Оживление Б. поддерживается тем, что сюда стекаются с религиозной целью на поклонение гробам чтимых мусульманами святых, между которыми находится не только патрон города, шейх Абд-эль-кадер Гилани, но и еврейский пророк Иезекииль. Открытие Суэсского канала имело важное значение для торгового положения Б., так как для города явилась необходимость переменить свою коммерческую политику, и последствия этого еще не выяснились вполне. До 1869 г. торговые пути в сношениях Б. с Европой шли исключительно через Аравийскую пустыню и армянское плоскогорье. Но с тех пор дорога через Персидский и Аравийский заливы приобрела большое значение. Наконец, когда откроется уже давно проектированная Евфратская жел. дорога, он станет посредником пассажирского движения по направлению на Запад. Роль посредника между Европой и Индией Б. потерял, когда был создан более краткий морской путь в Индостан (через Суэц), но с другой стороны этот же путь сблизил его с Западом. Б. имеет четыре консульства: английское, французское, персидское и русское и в нем находится главная станция англо-индийских телеграфных линий. Между Б. и Басрой существует пароходное сообщение, которое продолжается до Кораджи и Бомбея. Б. с давних пор был главным складочным пунктом араб., инд. и перс. произведений, равно европ. мануфактурных товаров, он снабжал Малую Азию, Сирию и часть Европы инд. товарами, которые доставлялись в Басру, в барках вверх по течению Тигра и караванным путём дальше в Токат, Константинополь, Алеппо, Дамаск и в западные части Персии. Небольшие обороты делаются также драгоценными камнями. Красивое зрелище представляют построенные Давидом-пашей, славящиеся на всём Востоке, базары с 1200 магазинов, полных восточными товарами всех сортов. Главные фабрикаты сафьян красный и желтый, пользующиеся большой славой, шёлковые, бумажные и шерстяные материи, кисея, тафта, ковры и шали. Город был основан в 763 г. абасидским калифом Альмансаром, который основал здесь свою резиденцию. В IX веке Гарун-аль-Рашид много содействовал блеску Б., построил там дворец и возвел гробницу для своей любимой жены Собеиды. В 1258 году город был взят внуком Чингис-хана Гулагу, который умертвил царствующего калифа и уничтожил калифат. Тимур взял город в 1393 г. и прогнал потомков Гулагу. В начале XVI в. Б. овладел шах Исмаил, первый регент Персии из дома Софи, и с тех пор город сделался яблоком раздора между персами и турками. После славной осады город был взят в 1638 г. султаном Мурадом IV, и напрасно шах Надир пытался в XVIII в. вырвать его из рук турок. Как место действия большей части сказок «Тысячи и одной ночи», Б. пользуется и романтической известностью. Ср. Вельштет, «Travels to the city of Khaliphs» (Лондон, 1840; нем. перевод Кинцеля, 2 части, Пфорц., 1841); Шлефли, «Reisen in den Orient» (второй выпуск «Mitteilungen schweiz. Reisender» (Винтерт., 1864); И. Браун, «Gemalde des mohammed. Welt» (Лейпциг, 1870); Ривоар (Rivoyre), "Les vrais Arabes et leur pays B. etc. " (Париж, 1884).

Багратиды

Багратиды, династия армянских и грузинских царей.

Багратионы

Багратионы, князья. Древнейший и один из знаменитейших родов в Грузии, давший много армянских и грузинских царей. Ведет свое начало от Афанасия Багратида сын которого Ашод Куропалат, умер в 826 г., был царем Грузии. С Ашода и продолжался род царей грузинских. Царица Тамара (Великая), умерла в 1211 году, была в первом браке за русским князем Юрием племянником Андрея Боголюбского, а во втором — за осетинским князем Давидом, сыном князя Джандерона от первого брака. Некоторые грузинские летописцы считают Джандерона внуком бежавшего в Осетию князя Давида, внука царя Георгия I-го. Если эти сказания справедливы, то нынешние князья Б., грузинские и мухранские — потомки в прямом мужском колене древних Багратидов; если же показания летописцев ошибочны, то в таком случае род Багратидов пресекся в 1184 г., со смертью царя Георгия III-го, и тогда следует считать происхождение этих родов от осетинских владетелей (Долгор., ч. 1, стр. 8). Из рода Багратионов некоторые члены сделались царями имеретинскими, карталинскими и кахетинскими. Один из царей имеретинских (потомки которого царствовали в Имеретии до присоединения ее к России в 1810 году), Михаил умер в 1329, считается родоначальником царей имеретинских, а также князей Багратионов-Имеретинских и Багратионов-Давидовых; последние признаны в княжеском достоинстве 6 дек. 1850 г. От князя Теймураза, владетеля (батони) мухранского, происходящего от бывшего грузинского царского рода Багратидов, ведет свое родословие и ветвь князей Батратионов-Мухранских. Старинный удел кн. Мухранских находился в Карталинии. Бывший грузинский царский дом разделяется на четыре ветви: 1) князья грузинские старшей ветви, предки коих царствовали в Карталинии до 1724 г.; 2) князья Багратионы, младшая отрасль предыдущей ветви; 3) князья Багратионы-Мухpaнские, ветвь которых отделилась от общего корня двух предыдущих ветвей в XVII в. и до первых годов XIX ст. владела уделом Мухранским; 4) князья грузинские младшей ветви, предки коих царствовали в Кахетии до 1744 г., потом в Кахетии и Карталинии вместе, с 1744 по 1800 г. Из этих четырех ветвей, вторая — князья Б., внесена в число родов российско-княжеских, при утверждении императором Александром I седьмой части «Общего российского гербовника». 4 октября 1803 г. Внук царя Вахтанга VI, князь Иван Вахуштович Багратион, служил при Екатерине II генерал-поручиком и командовал сибирской дивизией, а племянник Вахтанга VI, царевич Александр Иессеевич (родоначальник нынешних князей Багратионов) выехал в Россию в 1757 г. и служил подполковником с кавказской дивизии. Из сыновей его, князь Кирилл Александрович Б., был сенатором, а из внуков генерал от инфантерии, князь Петр Иванович Б. обессмертил свой род на поле брани. Он родился в 1765 году, в службу вступил в 1782 году сержантом в кавказский мушкатерский полк, с которым участвовал в делах против чеченцев (1783 — 84 — 86 — 90 гг.), и в одном из дел этих был тяжело ранен. В 1788 г. он был при осаде и взятии Очакова; в 1794 переведен в софийский карабинерный полк и принимал участие почти во всех воен. действиях, которые велись против польск. конфедератов; при штурме Праги, отбросил неприятельскую конницу к Висле. Суворов обратил на него особенное внимание. — В 1798 г. Б. назначен был шефом 6-го егерского полка, а через год, в чине генерал-майора, выступил в итальянский поход. В этом походе, а равно и в последовавшем за ним, знаменитом переходе через Альпы, Б. принимал самое блистательное участие и выказал свои боевые способности при Пуццоло, Бергамо, Лекко, Тидоне, Требш, Нуре и Нови. При вступлении русск. войск в Швейцарию, Б. командовал авангардом, 13 сент. атаковал и отбросил французские войска, занимавшие Сен-Готар; 14 сент. перешел через Чёртов мост и преследовал противника до Люцернского озера; 16 сент., в долине Муттен, окружил и взял в плен сильный франц. отряд; 19 и 20 выдержал удачный бой у деревни Клопталь, где получил сильную контузию, а затем командовал арьергардом, прикрывая отступление русск. войск из Швейцарии. По возвращении из похода, Б. был назначен шефом л.гв. егерского батальона и переформировывал его в полк. — Новые и важные подвиги оказаны были им в кампании 1805 г., в делах при Ламбахе, Энце, Амштетене — особенно же при дер. Шёнграбене, где он с 6-ти тысячным отрядом целый день удерживал впятеро сильнейшего неприятеля, шедшего на перерез пути отступления русск. армии. Столь же славно было участие Б. в делах при Рауснице, Вишау и в сражении под Аустерлицом. За эту войну он награжден был чином ген.-лейтенанта, орденом св. Георгия 2-й ст. и командорским крестом ордена Марии-Терезии. — В войне 1806 — 7 гг., Б., участвуя во всех почти сражениях и нередко находясь в тяжелом и критическом положении, обнаруживал повсюду ту же отвагу и распорядительность. В Шведскую войну 1808 — 9 гг., Б. особенно прославился занятием Аландских островов, что было одной из причин, заставивших Швецию поторопиться заключением мира. — В августе 1809 г. он был назначен главнокомандующим армией, действовавшей против турок; при нем взяты были Мачин, Гиров, Браилов, Измаил и нанесено поражение туркам при Ралевате; но предпринятая им осада Силистрии, гарнизон которой был почти равносилен его войскам, не имела успеха. В 1810 г. Б. заменен был Каменским, причем получил за действие против турок орден св. Андрея Первозванного. — В 1812 г. командовал 2-й Западной армией, которая, в начале войны, была расположена на пространстве от Белостока до австр. границы. Отступление перед напором сильнейшего неприятеля и при угрожавшей опасности быть отрезанным от главной армии, было им совершено с полным успехом, и цель отступления — соединение с войсками Барклая-де-Толли, была достигнута под Смоленском. Под Бородиным, Б. командовал левым крылом русск. армии, находясь постоянно под жестоким огнем. Здесь положен был конец его геройскому поприщу: осколок гранаты раздробил ему берцовую кость и последствием этой раны была смерть, последовавшая 12 сент. 1812 г., в с. Симах александровского уезда Владимирской губ., где он и был погребен в церковной ограде.

Багульник 

Багульник или Багун (Ledum palustre L.) — приземистый кустарник из семейства вересковых, обильно встречающийся на мокрых торфянистых почвах нашего Севера; цветки белые или розовые появляются в июле и августе, листья линейные, края их загнуты вниз, а нижняя поверхность, также как и кора на ветках, покрыта войлоком ржавчинного цвета. Ржавчина эта обладает сильным, одуряющим запахом, а крупинки ее, падая на растущую обыкновенно вместе с багульником голубику (Vaccinium uliginosum), придают одуряющие свойства ягодам ее, которые поэтому и называются в народе «пьяными», Багульник подмешивают в сусло при приготовлении пива, но эта примесь принадлежит к числу очень вредных.

Баженов 

Баженов (Василий Иван.) — художник-архитектор, сын церковника одной из придворных кремлевских церквей, воспитанник И. А. Х. с основания ее и первый ее пенсионер отправленный заграницу. Род. и марта 1737 г. в Москве и умер в Спб. 2 авг. 1799 г., в должности вице-президента академии художеств. Б. имел природный талант к искусству, который обнаружил еще в детстве, срисовывая всякого рода здания в древней столице. Эта страсть к рисованию обратила на Б. внимание архитектора Димитрия Ухтомского, принявшего его в свою школу. Из школы Ухтомского Б. перешел в акад. худож. Здесь он оказался знающим архитектуру на столько, что учитель этого искусства С.И. Чевакинский сделал талантливого молодого человека помощником своим при постройке Николаевского морского собора. В сент. 1759 Б. был отправлен для окончательного развития таланта в Париж. Поступив в ученики к профессору Дювалю, Б. занялся деланьем моделей архитектурных частей из дерева и пробки и выполнил несколько моделей знаменитых зданий. В Париже, напр. сделал он, со строгой пропорциональностью частей, модель Луврской галереи, а в Риме модель храма св. Петра. Изучение архитектуры на моделях привело Баженова к изучению труда римского архитектора Витрувия. По возвращении в Россию, живя в Москве, Б. составил полный перевод всех 10-ти книг архитектуры Витрувия, напечатанный в 1790 — 1797 гг. в Петербурге, в типографии И. А. Х. Основательно знакомый со своим искусством теоретически, Б. был одним из лучших практиков строителей своего времени, отличаясь столько же искусством планировки, сколько и изяществом формы проектируемых зданий, что показал при самом возвращении своем в отечество, к торжеству «инавгурации» здания академии художеств (29 июня 1765 г.). Ему принадлежала декорация главного фасада здания с Невы. Проект здания нынешнего дворца в екатерингофском парке, с оранжереями, зверинцем, каруселями и прочими затеями роскоши того времени, сочинен был Б. по академической программе, на степень профессора. Выполнение признано было советом академии вполне достойным, но автор проекта оставлен в звании академика, которое получено им три года раньше, в бытность заграницею. Эта несправедливость заставила Б. взять увольнение от академической службы и князь Г.Г. Орлов определил его в свое артиллерийское ведомство главным архитектором, с чином капитана. В этой должности, Б. построил в Петербурге здание арсенала, на Литейной ул. (теперь здание судебных учреждений), и в Москве, в Кремле, здание арсенала и сената по Знаменке, дом Пашкова (теперь московский румянцевский музей), а в окрестностях столицы — дворец в Царицыне и Петровский дворец строенный Казаковым — его помощником. В Кремле, вместо стен, служащих оградою святынь и дворцов, Баженов проектировал сплошной ряд зданий, которым была сделана торжественная закладка, но воле Екатерины II, на самом деле, однако, и не думавшей осуществлять затею искусного зодчего. Императрице в конце Турецкой войны нужно было дать пищу для толков о затрате десятка миллионов на грандиозный дворец, и художнику дана тема, которая на модели была им разработана с большим талантом. Эффект получился надлежащий, но сооружение отложено и потом оставлено совсем. Такая же судьба постигла и Царицынский дворец Б. Екатерина, летом 1785 года, приехала на три дня в древнюю столицу, посетила работы по сооружению дворца в Царицыне и, найдя его мрачным, повелела прекратить постройку. Баженов не получил другого назначения, и, оставшись без всяких средств к существованию, открыл художественное заведение и занялся частными постройками. Перемена в его служебной карьеры и немилость Екатерины объясняется его сношениями с кружком Новикова, который поручил ему доложить наследнику цесаревичу о выборе его московскими масонами в верховные мастера. В этих сношениях с цесаревичем Екатерина подозревала политические цели и гнев ее на Б. обрушился раньше чем на других, но дальше исключения из службы дело не пошло, а в 1792 г. он был принять вновь на службу по адмиралтейств-коллегии и перенес свою деятельность в Петербург.
Б. строил на Каменном острове дворец и церковь наследнику и проектировал разные специальные постройки для флота в Кронштадте. По вступлении на престол, Павел I назначил его вице-президентом академии худ. и поручил ему составить проект Михайловского замка, приготовить собрание чертежей русских зданий для исторического исследования отечественной архитектуры и, наконец, представить объяснение по вопросу: что следовало бы сделать, чтобы сообщить надлежащий ход развитию талантов русских художников в Академии художеств. Баженов с жаром принялся выполнять милостивые поручения монарха, покровителя отечественного искусства и многое бы, без сомнения, мог сделать, если бы смерть совершенно неожиданно не пресекла его жизнь.

Базальт 

Базальт — темная плотная новейшая изверженная порода. Прежде его соединяли в одну группу вместе со многими другими породами, сходными с ним по наружными признакам, под общим именем траппа; впоследствии эту группу подразделили на долериты, анамезиты и базальты и считали их обособленными друг от друга. С применением микроскопа при исследовании горных пород, микроскопический анализ пород этой группы, произведенный Ф. Циркелем, показал, что минералогический состав их одинаков и что последнее подразделение можно оставить разве только для указания на различие строения этих пород, обусловливаемое величиною зерна составных частей. Как существенные составные части в базальтах встречаются полевой шпат, авгит и оливин; полевой шпат может встречаться вместе или быть замещенным отчасти или вполне лейцитом и нефелином, почему Циркель и предложил подразделить всю эту группу на базальты плагиоклазовые, лейцитовые и нефелиновые. Впоследствии Штельцнер установил еще семейство мелилитовых базальтов, где полевой шпат замещен мелилитом. Плагиоклазовые базальты, или собственно базальты, и будут описаны в настоящей статье. Исследования под микроскопом показали, что в состав плагиоклазовых базальтов входят как существенные составные части известковонатристый полевой шпат, авгит, оливин, и как второстепенные — слюда, роговая обманка, нефелин, в небольшом количестве магнитный и титанистый железняк, железная слюдка, самородное железо, графит, рутил, апатит, гаюин, кварц и очень редко тридимит; все это связано аморфным стекловатым веществом, представляющим основную массу породы (базис), в которой наблюдаются лучи, призмочки и зерна; последние расположены в ней в определенных направлениях, указывающих на передвижение основной массы при ее остывании (микрофлюидальное строение). Среди неделимых этих минералов, довольно однородных по величине, встречаются порфировидные выделения полевого шпата, авгита, оливина и магнитного железняка. Особенно характерны для базальта порфировидные выделения оливина: он является с стекловатым блеском светло-желтоватого или светлозеленоватого цвета, от круглых каплеобразных выделений до выделений размерами в человеческую голову. В базальте с южного берега гренландского острова Диско, близ Уифак, найдено металлическое железо вместе с углеродистым железом, частью в форме мелких зерен и шариков, частью в виде линзообразных и плитообразных масс. Здесь в 1870 г. Норденшильд нашел сплошную массу железа в 50000 фунтов весом. Находка эта возбудила в свое время большой спор, так как ей вначале приписывали метеоритное происхождение. Иногда в Б. встречаются пустоты и полости выполненные отчасти или вполне различными минералами: цеолитами, известковым шпатом, аррагонитом; кварцем, халцедоном и др. По строению своему базальты и до сих пор подразделяются некоторыми на три группы: долеритами называют грубо и среднезернистые разности, анамезитами — мелкозернистые и базальтами — собственно плотные разности их. В высшей степени характерна для всех базальтов правильная столбчатая отдельность; 3 — 6 сторонних столбика, на которые распадается порода, обыкновенно расположены вертикально к поверхности охлаждения базальтовой массы, так что в покровах, потоках и пластах — вертикально, в куполах — радиально, и в жилах — горизонтально; вследствие своей правильности и постоянства отдельность называют иногда базальтической отдельностью. — По химическому составу Б. относится к основным, бедным кремнекислотой, новейшим породам. содержащим от 42
— 55% SiО2. Под влиянием атмосферных деятелей, особенно воды насыщенной углекислотой, Б. разлагается и покрывается с поверхности и по трещинам белой коркой; если продукты разрушения не уносятся водой, а остаются на месте, то при продолжающемся процессе разрушения порода разлагается до известной глубины и превращается в однородную глинистую массу серого или бурого цвета, которая называется базальтовой ваккой. — Происхождение Б. в прежнее время было предметом горячих споров среди геологов — нептунистов и плутонистов. В настоящее время этот вопрос окончательно решен. Связь базальтов с лавами ныне действующих вулканов, все особенности микроскопического строения и геологические условия залегания их указывают, что Б. — изверженная горная порода, которая выступила изнутри земли при тех же условиях, в каких находятся и сейчас действующие вулканы. Извержение Б. происходило во время третичного периода. Встречаются они в форме пластов, потоков, покровов, жил и куполов; форма последних объясняется, как остаток внутреннего ядра, подвергшегося размыванию, прежде бывшего вулкана.
Б., представляя собою следы древней вулканической деятельности, встречается почти на всем земном шаре. В Европе его находят в Исландии, Шотландии и Ирландии, во многих местах западной Европы — во Франции, Италии, по Рейну, Силезии, Богемии и друг. В Северной и Средней Азии базальтовые извержения происходили во многих пунктах. В верхнем течении реки Витима базальтовые породы занимают значительные пространства по рр. Бирее, Зазе, Джилинде и Амалату, близ Дод-Нора. Верховья рек Иркута и Оки и окрестности озер Косогола были некогда центром сильной вулканической деятельности, результатом которой остались громадные потоки и покровы базальта. В северной, западной и юго-восточной частях Монголии базальт тоже очень часто встречается; его находят по берегам рек Орхона, Асхыты, Чингила, между городами Кукухото и Калганом, около озера Долойнор и многих друг. — Западноевропейская литература очень богата работами о базальтах; первою классической работой было исследование Ф. Циркеля: «Untersuchungen uber die mikroskopische Zusammensetzung und Structur der Basaitgesteine» (Bonn, 1870). Впоследствии появились капитальные работы Моля, Божицкого, Штельцнера и др. Из русской литераторы можно указать только на работы проф. П.Н. Венюкова, «О некоторых базальтах Северной Азии» (Труды спб. общ. естествоиспытателей, т. XVI, 1885) и «Базальты Монголии» («Записки императорского с.-петербургского минералогического общества», II серия, ч. 25).

Базедова болезнь

Базедова болезнь. — Этим именем называется заболевание, описанное впервые в 1840 г. Базедовым, имеющее следующие симптомы: сердцебиение, ускорение сердечной деятельности, усиленную пульсацию головных и шейных сосудов. Впоследствии к этим первоначальным симптомам заболевания присоединяется опухание щитовидной железы (зоб) и выпячивание глазных яблок (Ехоphtalmus). Причина заболевания лежит, по всем вероятиям, в паралитическом состоянии сосудодвигательных нервов головы и шеи, заложенных в шейном симпатическом сплетении. Болезнь эта встречается преимущественно у женщин, особенно в молодые годы, и имеет очень продолжительное течение (месяцы и даже годы). Часто базед. болезнь появляется внезапно, после ранения головы, сильного испуга или психического возбуждения. Лечение ограничивается, по преимуществу, укрепляющей диетой, железом, хинином, переменой климата, речными купаниями и применением гальванизации симпатического шейного сплетения.

Базель 

Базель (по французски Bale) — главный город швейцарского кантона того же имени. Базель-город самый значительный по числу населения и богатству в Швейцарии, лежит на высоте 248 м. над уровнем моря, по обоим берегам Рейна, и насчитывает 74247 (1888 г.) жителей, между которыми 19000 католиков, 800 евреев, остальные протестанты. Почти треть населения составляют иностранцы, главным образом эльзасцы и баденцы. Город состоит из Большего Б. — на возвышенном правом берегу и Малого Б. — на левом берегу Рейна; обе части города соединены мостами, из которых верхний, железный, построен в 1879 г., а нижний, деревянный, существует еще с 1226 года. Еще ниже на Рейне закончен постройкою в 1883 году третий мост, а немного выше города проведен железнодорожный мост. Рвы и стены, некогда окружавшие обе части города, превращены в бульвары, зеленой каймой отделяющие внутренний город от внешнего. Первый — со своими узкими, кривыми улицами и зданиями старинной архитектуры, и поныне сохранил отпечаток древненемецкого имперского города; второй носит вполне современный характер, правильно распланирован и изобилует богатыми, с замечательным вкусом построенными, виллами, окруженными садами и парками, из которых достойны упоминания: парк Высоких Ольх (Langen Erlen-Park) у Мал. Б., сады вокруг памятника св. Якова и зоологический — у Больш. Б. Между старинными сооружениями первое место занимает собор — грандиозное здание, в древних своих частях — романского, в новейших — готического стиля, возведенное из белого и красного песчаника, с двумя высокими (67 метр.) башнями; до 1529 года это был кафедральный собор епископства Б. Собор построен в 1010 — 1019 гг. императором Генрихом II на месте бывшей здесь древнеримской крепости и в 1135 и 1185 в некоторых своих частях подвергся перестройкам; в 1356 г. страшным землетрясением, посетившим В. и северную область Юры, большей частью разрушен и потом восстановлен в готическом стиле; наконец, в новейшее время удачно реставрирован, снабжен великолепным органом и ценными, покрытыми живописью, окнами. На хорах церкви происходили в 1431 — 48 гг. заседания Базельского собора; находящаяся в отдельном флигеле т. наз. Соборная зала, в которой теперь помещается богатый музей средневековых предметов, служила местом заседания одной из комиссий собора. С террасы за собором открывается великолепный вид на широкий в этом месте Рейн и Шварцвальдские горы. Замечательны также в Малом Б.: ратуша, построенная в 1508 — 27 гг. в бургундском стиле, францисканская церковь ХIII в. (теперь обращенная в обществ. магазин), церковь св. Мартина, катол. церковь св. Клары — все три построены в готическом стиле. Из новейших зданий замечательны: готическая церковь св. Елисаветы, новая синагога в мавританском стиле; музей, в котором хранятся ценные естественноисторические, этнографические и антикварные коллекции и помещается богатая общественная библиотека, с 100000 т. и 4000 рукописей, и значительная картинная галерея; далее, здание постоянной выставки произведений искусства (Kunsthalle, возвед. в 1872), театр (постр. в 1875), концертная зала, здание биржи, банк, обширные казармы в Клингентале, здание суда, исправительная тюрьма, вокзал Центральной железн. дороги и памятник, воздвигнутый в воспоминание победы при Санкт-Якобе.
Из учебных заведений города, издавна пользующихся громкой известностью, старейшим и важнейшим является основ. папой Пием II университет, с 70 профессорами в 250 студентами; при нем ботанический сад, специальная школа для физика в химии (т. наз. Бернуллианум, открытый в 1874 г. ), анатомический зал и клиники образцовой городской больницы, детской и глазной лечебниц. В XVI ст. в базельском университете, исстари славящемся как рассадник просвещения, профессорствовали Эразм Роттердамский и реформаторы Эколампадий и Гринеус, в XVII славились естествоиспытатели: Каспар и Иоганн Каспар Баугин (Bauhin), в ХIII блистали светила математ. науки — Бернулли, Эйлер, Mepиан. В XV и XVI столетиях в Б. процветало типографское искусство, с которым связаны такие имена, как Амербах, Фробениус, Опорин и др., да и в настоящее время книгопечатание и книжная торговля в Б. довольно значительны. В истории искусства город известен, как местожительство семьи художников Гольбейнов (в баз. музее имеются многие рисунки и картины обоих братьев Гольбейнов), Николая Мануэля, Ганса Балдунга и Мартина Шёна. Из современных базельских художников известнейшие: живописцы Бёклин и Штюкельбергер, скульптор Шлет и гравер на меди Вебер. Из ученых обществ следует назвать общества: любителей естествознания, историческое и археологическое (Verein fur valerlandische Altertumer). Вообще науки и искусства, в особенности музыка, пользуются большим почетом среди населения Б. и просвещенной поддержкой отдельных лиц и учреждений. В ряду других обществ, первое место принадлежит "Обществу для поддержания хорошего и общеполезного (Gesellschaft zar Beforderung des Guten nnd Gemeinnutzigen), которое устраивает школы, убежища для глухонемых и слепых, спасательные станции и т.д. Вообще число благотворительных учреждений в Б. довольно значительно. Большою известностью пользуется существующая с 1816 года миссионерская семинария, также библейское общество, старейшее на континенте (основанное в 1804 году). Оба эти учреждения обязаны своим существованием набожности, не лишенной сильной пиетистской окраски, жителей Б., вошедшей в пословицу. Б. с древнейших пор является одним из важнейших фабричных городов и главным торговым центром Швейцарии. Ткацкое производство шелковых лент, уже более 200 лет здесь процветающее в обширных размерах и на фабричных началах, занимает в одном городе 8000 рабочих и 1600 станков, а в Базельском кантоне и прилежащих частях Берна, Золотурна и Бадена — еще 82000 чел. рабочих и 5000 станков, изготовляющих ежегодно лент на 50 мил. франков. Из прочих отраслей промышленности следует отметить: выделку кож, писчебумажное производство, фабрикацию анилиновых красок, окрашивание шелка, пивоварение и, как специально базельская отрасль промышленности, изготовление медовых пряников (Baseler Leckerli). В общем 49 проц. населения поддерживает свое существование промышленной деятельностью. Торговое значение Б. обусловлено его чрезвычайно выгодным положением на границе Эльзаса, Бадена и Швейцарии, на Рейне, становящемся отсюда судоходным, и на месте соединения трех долин. Более половины швейцарского ввоза проходит через эти «золотые ворота» Швейцарии. В Б. сходятся линии Маннгейм-Карлсруэ-Б. и Констанц-Б. баденской жел. дор., Визентальская ж. д. и Эльзас-Лотарингнская ж. д. с швейцарскими линиями Юрской, Центральной и Бецбергской жел. дор., из которых первая поддерживает прямое сообщение с Францией, а вторая составляет важнейший подъездной путь к С. Готтарду. Довольно значительно также судоходство по Рейну. Не менее транзитной и экспортной важна торговля продуктами местной промышленности; наконец, здесь чрезвычайно развито банковое дело, сосредоточенное в учетном, эмиссионном, трех торговых и ипотечном банках, а также и во многих частных банкирских домах. Б. вообще может считаться первым вексельным рынком Швейцарии. 
Литература: Штрейбер (Strenber), "Die Stadt В. " (Базель, 1854); Берлепш (Berlepsch), «В. and seine Umgebungen» (Баз., 1869); «Baseler Chroniken» (т. 1, издан. Фишером и Штерном, Лейпц. 1872; т. 2, издан. Фишером и Боосом, 1880 т.); Гейзлер (Неusier), «Verfassungsgeschichte der Stadt В. im Mittelalter» (Баз., 1860); Боос (Boos), «Geschichte der Stadt В.» (т. 1, Баз., 1878); Лутц (Lutz), «Geschichte der Universitat B.» (Aapay, 1826); Фишер (Fischer), «Geschichte der Universitat В.» (Базель, 1862).

Базилика

Базилика. — Базиликами в древнем языческом Риме назывались общественный здания, предназначенные для суда и торговли, а в христианский период — церкви. Слово Б. — латинское по своей форме и греческое по своему происхождению: от basileuV, basilikoV — царь, царский. Это греческое название указывает на греческое происхождение подобных зданий и действительно мы знаем, что в V в. до Р. Х. существовало в Афинах здание, известное под названием basilewV stoa. Эта «стоя» была местом судебных отправлений и в ней, по свидетельству Павзания, «заседал архонт в течение его годичного управления государством». Есть также основание полагать, что она служила иногда местом собрания ареопага и была центром письменного афинского законодательства. О форме этого здания мы, к сожалению, ничего не знаем, потому что до нас не дошло ни развалин его, ни каких-либо описаний древних авторов. Все же исторические и археологические соображения по этому поводу представляют собою лишь более или менее вероятные гадания и потому особенного внимания не заслуживают. Несомненно только одно, что это было здание с колоннами, потому что греч. «стоя» соответствует лат. «портик», что обозначает часть здания, образуемую колоннами. Такие «стои» были не в одних только Афинах, но также в Спарте, Пирее и Агригенте. Принимая во внимание распространенность зданий этого типа в Греции, несомненное влияние греческой архитектуры на римскую и, наконец, то обстоятельство, что первые Б. в Риме появляются лишь во II веке до Р. Х., следовательно почти два с половиной века позже чем в Греции, можно принять за несомненный факт, что базиличная форма зданий была заимствована римлянами, как и многое другое, у греков. Первая Б. в Риме была построена в 184 г. до Р. Х. у форума Порцием Катоном и была названа по имени своего основателя «Порциевой». Ее назначение состояло в том, чтобы заменять отчасти форум, т.е. быть местом разных отправлений общественной жизни, как напр. судебных, политических и торговых. Она сгорела в 62-м году до Р. Х.
Пример Катона нашел многих подражателей и в Риме после него строится целый ряд базилик, каковы напр. Фульвиева и Эмилиева, названная так по имени своих строителей, цензоров Фульвия Нобилиора и Эмилия Лепида; «Семпрониева», сооруженная Тиверием Семпронием Гракхом и затем «Опимиева», построенная Люцием Опимием. Все эти базилики прилегали к форуму и были построены до Августа; от них теперь не осталось никаких следов. К счастью, до нас дошли остатки и развалины нескольких более поздних базилик, которые дают нам возможность сделать достоверные выводы о форме и расположении этого рода сооружений; такова напр. базилика «Юлиева», начатая Юлием Цезарем и оконченная Августом; базилика «Ульпиева», построенная при императоре Траяне, затем колоссальная базилика Константина в Риме.
Разберем теперь вкратце дошедшие до нас римские Б.
Базилика Юлиева была первоначально освящена в 46 г. до Р. Х., потом отстроена вновь после пожара при Августе, затем была возобновлена Максимианом и Диоклецианом после вторичного пожара в 283 г. по Р. Х. и, наконец, последнее обновление ее относится к 877 году после Р. Х. Она примыкает своим длинным фасадом к южной сторон форума и находится между храмом Сатурна у подножии Капитолия и храмом Диоскуров (Кастора и Поллукса) у подножия Палатина. Длина ее была около 37 саж., а ширина около 8. С восточной, короткой стороны ее расположена лестница в пять ступеней, около которой обыкновенно показывают начало cloaca maxima, громадной древнеримской подземной трубы, впадающей в Тибр. Б. эта была раскопана в половине нынешнего столетия итальянским археологом Каниной и теперь вся видна. Четыре продольных ряда столбов разделяют ее на пять пролетов, нефов или кораблей, как их называют, из которых средний гораздо ниже боковых. При раскопках были найдены следы сводов, а Канина видел даже остатки второго этажа Б. на соседних домах, но дома эти теперь разобраны и остатки, виденные Каниной, для нас исчезли. Помост Б. отлично сохранился и состоит из квадратных плит желтого, серого и красноватого мрамора. На знаменитом, гравированном на мраморе плане древнего Рима, части которого хранятся в капитолийском музее, на стенах входной лестницы видна часть Юлиевой Б. на обломке № XII.
Одной из самых великолепных базилик Рима была Ульпиева, сооруженная греком Аполлодором Дамасским, любимым архитектором императора Траяна в 111 — 114 гг. по Р. Х. и названная так в честь рода Ульпиев, к которому принадлежал император. Остатки ее мы до сих пор видим на форуме Траяна в Риме, около колонны этого императора. Траянов форум раскопан в настоящее время только в небольшой своей части и теперь представляет собою прямоугольную яму, над которой, как набережные над рекой, высятся прилегающие улицы нового Рима. Б. приходится поперек ямы, так что открыта ее средняя часть, а концы до сих пор еще не откопаны и всю форму ее мы можем определить только с помощью того же плана Капитолийского музея, где она изображена на обломке № XIV. Она значительно превосходит своими размерами Юлиеву и имела около 50 сажень длинны и 25 сажень ширины. В середине находилась длинная зала, обнесенная двумя рядами колонн и наружной стеной, так что в сущности, подобно предыдущей, она была разделена колоннами па пять нефов, из которых средний, образующий залу, был очень велик и имел 11 сажень ширины. К одной из узких сторон ее примыкала большая полукруглая ниша, называемая трибуной, абсидой или конхой (раковиной) для судей; по бокам ее были расположены лестницы, ведшие в галереи 2-го этажа. По трем свободным сторонам, по средине их, было устроено по нескольку выходов. Если стать лицом к абсиде, то с правой стороны Б. были две симметричные продолговатые пристройки, которые, по мнению некоторых археологов, были хранилищами латинских и греческих книг. Они не доходили несколько до средины, оставляя свободным вход и образуя своими короткими сторонами, вместе с оставшеюся свободной частью стены базилики, квадратную площадку, в центре которой стоит Траянова колонна. Основание Б. было мраморное, а кровля бронзовая. Она была так великолепна, что Константин Великий признал ее «единственным зданием во всей вселенной».
Сравнительно весьма хорошо сохранилась в нижних своих частях базилика в Помпее. Она точно также представляет собой продолговатое здание, длина которого почти в три раза превосходит его ширину, но только внутри её не четыре, а два ряда колонн, которые разделяют её всего лишь на три нефа. На одной из узких сторон ее колоннады пять входов, а на противоположной — возвышение или эстрада для судей, которая заменяет абсиду. Есть очень серьезное основание полагать, что средний неф этой базилики был выше боковых. Она была основана в I веке до Р. Х. и вскоре перестроена после пожара архитектором М. Арторием.
Эти две базилики без всякого сомнения имели горизонтальное, балочное, так называемое архитравное покрытие, т.е. плоский потолок, как в наших нынешних домах.
Остается еще сделать краткий очерк базилики Константиновой, которая находится в Риме против Палатинского холма, близ форума, примерно на линии зданий, расположенных на его северной стороне. План ее — прямоугольник довольно близкий по своей форме к квадрату, длина которого равна 43 саж., а ширина 33 саж. Длинной стороной она обращена к Палатину и имеет по средине с этой стороны вход. Четырьмя громаднейшими пилонами (столбами, поддерживающими своды) она разделена на три очень широких нефа; боковые два ниже и покрыты цилиндрическими сводами; средний, имеющий около 10 саж. ширины, был покрыть тремя колоссальными крестовыми сводами; он освещался тройными окнами, расположенными выше крыши боковых нефов. Против главного входа со стороны Палатинского холма, в противоположной стене, расположена полукруглая абсида; точно также на короткой правой (считая от главного входа) стороне расположен против центрального нефа вход, а против него, в конце этого же нефа, расположена также абсида. Весьма многие данные заставляют полагать, что Б. эта начата Максенцем, окончена, после поражения его, Константином Великим в III — IV в. после Р. Х. и названа Константиновой. Остов ее северной части сохранился еще довольно хорошо и своею колоссальностью до сих пор еще производит подавляющее впечатление.
Сводя теперь различные данные, добытые путем рассматривания дошедших до нас остатков римских Б., мы можем придти к следующим выводам: 1) что это были большие продолговатые здания, которые располагались близ городских площадей, 2) что они разделялись несколькими рядами колонн на нечетное число пролетов или нефов, из которых средний был самый широкий и высокий, 3) что боковые нефы представляли собою двухэтажные галереи и что они покрывались в раннюю эпоху балками, а позже сводами, 4) что в них устраивалась всегда абсида или эстрада для суда. Для большей ясности прибавим, что внутреннее устройство Б. очень напоминает собою главный залы петербургского и московского дворянского собрания, хорошо известные жителям наших столиц : самая зала — это средний неф; проходы за колоннами и хоры — это двухъярусные галереи боковых нефов, а эстрада для музыкантов — это судейская трибуна; зала освещается верхними окнами, т.е. окнами, расположенными вверху среднего нефа, в стене над колоннами.
Перейдем теперь к назначению всех этих частей: в базиликах консул или претор изустно разбирал тяжбы римских граждан, причем средина служила обыкновенно местом суда, а боковые части заняты были местными законниками (юрисконсультами), к которым во время судебных заседаний обращались за советами. Там же пробовали свои силы и умение говорить приготовлявшиеся к адвокатуре. В абсиде, покрытой обыкновенно полусферическим сводом, ставился судейский трибунал (возвышение с несколькими ступенями для подъема и курульским креслом), где сидел консул или претор. Перед трибуналом было достаточно места для публики, приходившей судиться. Секретари (scribae) сидели поодаль, по бокам трибунала, и к ним можно было проходить по боковым нефам, не тесня толпу в Б. Что касается внутренней жизни древнеримской Б., то превосходную картинку создает Буассье в своих «Promenades archeologiques» (Пар., 1880) при описании Юлиевой Б. «От неё остался, говорит он, мраморный помост, который возвышается над уровнем прилегающих улиц и занимает площадь в 4500 кв. метр. (около 2100 кв. саж.). По следам колонн и столбов, поддерживавших своды здания, можно восстановить его план. Оно состояло из большой средней залы, предназначенной для судебных отправлений. Она была настолько велика, что в ней помещались четыре суда, которые заседали или вместе, или порознь. Там решались важнейшие в государстве гражданские дела и Квинтилиан, Плиний Младший и другие знаменитые защитники того времени стяжали себе здесь блестящие лавры. Двойной ряд портиков окружал эту большую залу; они были тогда излюбленным местом прогулок и развлечений для мужчин и женщин. Не даром же Овидий советует молодежи укрываться там от палящего полуденного зноя: там бывала такая многолюдная и разнородная толпа! Но не одни только щеголи и легкомысленные искательницы приключений наполняли собою портики Юлиевой Б.; не мало приходило туда и простого народа и праздношатающихся и людей без дела, которых было столько в этом великом городе, где государи и богачи заботились о прокормлении и развлечении бедняков. Люди эти оставили свои следы на полу Б. : его мраморная выстилка исцарапана множеством кругов и квадратов, пересеченных большей частью прямыми линиями, которые подразделяли их на отдельные части. Они служили для римлян чем то в роде шашечных досок для игры, страсть к которой была невероятно развита у этих праздных людей. Здесь играли не одни только простые граждане: Цицерон в своих „Филиппиках“ говорит об одном весьма важном человеке, который, не краснея, играл перед целым форумом. В последние времена республики пытались законом подавить эту страсть, но он остался без применения, игра продолжалась во все время существования империи и свежие черты, которые бороздят пол Юлиевой Б., свидетельствуют, что игра шла до последних минуть древнего Рима. Б. была довольно высока: над первым этажом портиков шел второй, куда вела лестница, следы которой заметны еще до сих пор. Из этого этажа видна вся площадь; отсюда Калигула бросал деньги в толпу, забавляясь тем, что народ давит друг друга. Отсюда же было видно, что делается внутри Б. и можно было следить за речами защитников. Плиний рассказывает, что когда он вел одно важное дело, защищая интересы дочери, лишенной отцом наследства, который восьмидесяти лет увлекся интриганкой, толпа была так велика, что не только наполняла собою всю залу, но даже и верхние галереи были переполнены мужчинами и женщинами, пришедшими его послушать».
Весьма любопытные указания относительно построения базилик дает Витрувий, присоединяя к ним подробное описание базилики, построенной им в Фануме. По его свидетельству, базилики разделялись на общественные и частные. Первые находились на площадях (откуда и самое название их forenses, т. е. площадные), а вторые — в домах. Кроме того некоторые новейшие археологи различают разного рода базилики: для прогулок, для винной и меховой торговли, судебные и меняльные, хотя определенных признаков их различного устройства обыкновенно никто не указывает. Торговое значение базилик не подложит никакому сомнению: излагая свои правила о построении базилик, Витрувий прямо требует наибольших удобств для купцов: — «места для базилик, говорит он, должны примыкать к форумам и находиться на теплой (т. е. на южной, солнечной) стороне, чтобы торгующие в них могли легко зимою переносить ненастье». А что они вместе с тем служили местом прогулок вполне понятно: они очень напоминают в этом случае наши пассажи, которые точно также состоят сплошь из магазинов и часто переполнены гуляющей толпой. Прочие подразделения базилик указывают только на разнообразие товаров, в них продававшихся, а отнюдь не на разное их устройство. Таково назначение базилик общественных. Перейдем теперь к частным.
Частные базилики были в домах знатнейших граждан и во дворцах. «Знатным людям, говорит Витрувий, занимающим важные государственные должности, надо устраивать роскошные приемные, высокие агриумы, великолепнейшие перистили, сады, обширные места для прогулок, в соответствие их величию; кроме того библиотеки, картинные галереи и базилики, столь же великолепно украшенные, как и общественные здания, потому что в домах их часто бывают и общественные совещания и частный третейский суд»; что касается до дворцовых базилик, то, во первых, остатки их найденные в вилле Адриана, близь Тиволи, а во вторых, во дворце Домициана на Палатинском холме в Риме, где базилика занимает правый, лицевой угол дворца и имеет вход снаружи и представляет собою прямоугольную залу с абсидой на конце, противоположном входу; она освещалась, вероятно, окнами, расположенными вверху. Все ее составные части еще очень легко различить: у абсиды уцелел даже обломок мраморной балюстрады, которая отделяла судей от присутствующих. В ней нередко сам император решал гражданские и уголовные дела, которые ему докладывались. Домициан особенно держался за эту принадлежность своей верховной власти: он хотел прослыть строгим судьей и жестоко карал других за те же самые проступки, которые он так охотно прощал самому себе.
Таковы были Б. в римском зодчестве. Вместе с падением его должна бы погибнуть и Б., как строительная форма; но она была так сказать подхвачена и следовательно спасена христианством, которое стало придавать базиличную форму своим первым храмам. Влияние римских общественных Б. в этом случае несомненно. Из древнехристианского искусства Б. перешла в средневековое и, преобразовываясь и развиваясь, просуществовала, как самостоятельная и архитектурная форма, вплоть до появления стиля Возрождения. Литература: М. Vitruvii Pollionis, «De architectura» (libri decem, Лейпциг, 1836); L. B. AIberti, «De re aedificatoria» (Флоренция, 1845); Gaston Boissier «Promenades archeologiques» (Пар., 1880); Zestermann, «Die antiken und die christlichen Basiliken» (Лейпц., 1847); I. A. Messmer, «Ueber den Ursprung, die Entwickelung und Bedeutung der Basilica in der christi. Baukunst» (Лейпц., 1834); W. Weingartner, «Ursprung nnd Entwikelung deschristlichen Kirchengebaudes» (Лейпц., 1858); F. Kugler, «Der romische Basilikenbau» («Kunstblatt», 1842, № 86); Oscar Mothes, «Die Basilikenform bei den Christen der ersten Jahrhunderte» (Лейпц., 1865), Н. Покровский, «Происхождение древне-христианской Б.» (Спб., 1880 г.); Красносельцев, «О происхождении христианского храма» (Казань, 1880 г.).

Байдарка 

Байдарка — лодка эскимосов, устроена как байдара, но только в 2 весла или одно, имеет лопасти на обоих концах, так что гребут поочередно то с одной стороны, то с другой.

Байер 

Байер (Адольф фон) — один из замечательнейших химиков экспериментаторов последней половины текущего столетия, сын геодезиста Иоганна-Якова Байера; родился в Берлине в 1835 году. Химическое образование получил главным образом под руководством Р. Бунзена в Гейдельберге и А. Кекуле в Гёнте; звание приватдоцента приобрел в 1860 г. в Берлине; до 1872 года состоял профессором органической химии в ремесленной академии (Gewerbe akademie) в Шарлоттенбурге, близ Берлина, затем был назначен на кафедру химии страсбургского университета. В 1875 году удостоился высокой чести заместить покойного Юстуса фон-Либиха в Мюнхене, где и устроил новую обширную лабораторию (химическая лаборатория академии наук), которая под его руководством продолжает и до сего времени обогащать науку превосходнейшими исследованиями, отличительной чертой которых можно признать редкое совмещение теоретического интереса с высоким практическим значением. Байер и его непосредственные ученики, работая по преимуществу в области органических соединений, дали науке массу новых веществ, правильнее выражаясь, целые классы новых соединений, из которых многие перешли прямо из стен лаборатории в технику, как напр. превосходные краски или непосредственные материалы для их искусственного приготовления. Из груды разнообразных работ Б. в области органической химии укажем здесь лишь главные. Первой важной работой Байера считается его исследование простейших мышьяково-органических (арсенметильных) соединений, произведенное им в конце 50-х годов в лаборатории Р. Бунзена по совету Л.Н. Шишкова. К раннему же периоду деятельности Б. следует отнести и обширный ряд исследований в области соединений так наз. мочевой группы, в которых Б. проводит и доказывает взгляд и до ныне господствующий в науке, именно, что мочевые производные суть ничто иное, как продукты замещения водородных паев мочевины различными кислотными и иными остатками. Далее, начиная со 2-й половины шестидесятых годов, большая часть работ Б. сосредоточивается, главным образом, на ароматических соединениях и с ними близких по строению. В этой области Б. сделано так много нового, что является затруднительным указывать выдающееся. Достаточно сказать, что им дано не мало общих методов, служащих для приготовления, восстановления, окисления, уплотнения и пр. органических, главным образом ароматических веществ. В особенности имеют значение его работы над уплотнением альдегидов, ангидридов с ароматическими углеводородами, фенолами и др., давшими науке много новых видов превращений, а техники новые виды искусственных красок. Вообще можно сказать, что мало таких органических функций, в изучение которых экспериментальный гений Б. не внес бы новых фактов, полных интереса и значения. Таковы данные Б. в области изучения строения и синтеза индиговых производных (индол и синтез синего индиго); полиацетиленовые производные, многоосновные кислоты (медовая кис.); гидрогенизация ароматических соединений в связи с вопросами об их конституции, синтез некоторых простейших алкалоидов (группы пиридина) и многие другие. Подобно большинству выдающихся немецких химиков, Б. прославился также и как педагог; под его руководством получили свое химическое образование и произвели свои первые ученые работы столь знаменитые современные химики, как Виктор Мейер, Эмиль Фишер, Курциус и др.; в его берлинской лаборатории Грэбе и Либерман получили синтетически ализарин, а в Мюнхене братья Фишеры (Эм. и Отто) произвели синтез простейших оснований анилиновых красок (розанилины, малахитовая зелень). Б. состоит членом корреспондентом императорской Академии наук в Петербурге.

Байкал 

Байкал (тат. Бай-Кул — богатое озеро, монг. Далай-Нор — святое море) — оз. в Восточной Сибири, третье по величине и первое пресноводное на материке Старого Света, между 51° 29' и 55° 50' сев. шир. и 121° 25' и 127° 32' восточной долготы. Длина более 600, наибольшая ширина около 80 в., площадь 30034 кв. в. (34179,9 кв. кил.), высота уровня озера над уровнем океана 484 м., направление почти ССВ. — ЮЮЗ., причем южный конец загибается несколько к З. Длина береговой линии 788 в. по сев.-зап. и 960 в. по юго-вост. берегу, итого 1748 в. Между 53° и 54° с. ш. по направлению диагонали долины озера близ северозап. берега находится о-в Ольхон, а на юго-вост. полуов. Святой нос, ими Б. разделяется на две части, из которых югозападная у дельты Селенги суживается до 20 в. Наибольшая глубина его в юго-западн. части равняется 1372 м. (4503 ф.), т.е. дно Байкала на 896 м. ниже уровня океана. Крутой наклон прибрежной полосы дна, часто спускающейся отвесными обрывами в глубь и каменистая почва дна составляют общий характер всего западного прибрежья Б. Между Голоусткой и Посальском бассейн озера разделен значительным поднятием дна — на две части, из которых зап. слишком в два раза глубже восточной. Вообще полоса дна, прилегающая в берегам, в общих чертах является продолжением рельефа берегов, нисходящих в озеро со всеми своими разнообразными очертаниями под уровень воды. За береговой полосой, в расстоянии от берега от 11/2 до 21/2 верст начинается другая конфигурация дна, волнообразно простирающаяся между прилегающими к ней склонами; вся ее поверхность покрыта толстым слоем ила. Особенность байкальского дна составляет обилие пней, колод и целых деревьев, увеличивающееся к устью речек и у крутых склонов береговых гор. Черский насчитывает всего 336 притоков озера, из которых 202 на юго-вост. берегу, но значительных только 3 — Верхняя Ангара, впадающая в северо-вост. оконечность оз., Баргузин , почти по средине юго-вост. Берега, Селенга в ЮВ. у 52° с. ш.; и исток — Верхняя Ангара или Тунгуска, вытекающая из восточн. берега, почти против впадения Селенги.
Вода Б. очень чиста и прозрачна, как и в большей части других больших проточных озер. Наблюдений над температурой очень мало. По наблюдениям Дыбовского и Годлевского в январе 1870 года близ Култука в юго-зап. оконечности, на 1 км. от берега, под льдом на глубине 20 см. — 0,7°; 10 м. — 1,00°; 30 м. — 1,5°; 50 м. — 1,9; 70 м. — 2,01; 90 м. — 3,1°. Нельзя сомневаться в том, что на больших глубинах постоянно существует температура наибольшей плотности пресной воды — около 4° Ц. Озеро замерзает обыкновенно в декабре, вскрывается в мае. Зимой через лед озера идет очень оживленная торговая дорога, летом по озеру — пароходство. Таяние льда до поздней весны, затем низкая температура воды охлаждает воздух на озере, так что месяцы с мая по сентябрь гораздо холоднее в Култуке на юго-зап. оконечности озера, чем в Иркутске. Ветры так сильны, что небольшой слой теплой воды на поверхности легко сдувается и перемешивается с нижней холодной. Средние температуры на глубине 1 м. у Шаманского мыса
1869 1870
Апрель:: — 1,2
Май:::. 3,1 2,7 
Июнь::.. 5,0 4,8 
Июль::: 6,4 11,9 
Август::. 6,7 14,2 
Сентябрь.. 7,6 11,4 
Октябрь: 5,6 — 
Ноябрь:.. 3,4 — 
Лето 1869 г. было необычайно холодное, ветреное и дождливое, уровень оз. поднялся на 41/4 м. (14 ф.) выше обыкновенного, берега Ангары были затоплены.
Самые обыкновенные и не особенно сильные ветры дуют с СВ. и ЮЗ. В южной части оз. от мая до конца июля дуют северо-восточные ветры, называемые баргузин, с августа юго-западные ветры — култук. Самые сильные ветры северо-западные; они производят короткие и высокие волны, наз. сарма, очень опасные для судоходства и настолько сильные, что выбрасывают на берег валуны в человеческую голову. Из долин или щелей Байкала часто налетают сильные ветры. Туманы бывают очень густы от весны до начала августа. Фауну моллюсков и других беспозвоночных Байкала еще недавно считали очень бедной, но исследования Дыбовского и Годлевского показали, что она очень богата и весьма любопытна во многих отношениях. Из рыб водятся осетры, разные породы семги (salmo), особенно омуль (S. omul), которых в устьях рек ловят на 200 тыс. руб. Особенно замечательна рыба голомянка (Comephorus baicalensis), нигде не водящаяся кроме Б. На берегах много водяной птицы — бакланов, чаек, уток. Из млекопитающих водятся нерпы (тюлени, Phoca vitullina). Б. горное озеро, почти везде имеющее высокие берега, самые высокие горы до 1845 м. н. у. м. или 1370 над поверхностью озера. Лишь большая половина юго-зап. части оз. имеет довольно плоские берега, особенно круты скаты северо-зап. берега озера. По исследовании Черского, в горах близ Б. и на берегах озера наблюдается 7 геологических систем. 1) Архейская или Лаврентьевская, самая распространенная, особенно в нагорьях к ЮВ. Состоит из кристаллических известняков, доломитов, гранитов, гнейсов и т.д. Мощность толщины этой системы очень велика. 2) Силурийская система примыкает к сев.-зап. склону Лаврентьевской системы и состоит из 7 ярусов, из них 3 известняковых, один красно-песчаниковый. Мощность менее Лаврентьевской, но достигает до 760 м. 3) Девонская на Ангаре, Лене и водоразделе между ними. Особенно развиты красные песчаники. После отступания Девонского моря уже южная страна вокруг Б. и соседние плоские возвышенности оставались доныне сушей. 4) Юрская — главным образом глинистые песчаники. 5) Третичная система, из песчаников, рухляков, глины и известняков пресноводного образования. Высота вод озера более обширного, чем Байкал, была от 60 до 180 м. выше нынешних вод Б., но озеро было пресноводное. 6) Послетретичные слои, местами находимые на 275 и даже 335 м. выше нынешних вод Байкала. Тогдашний Байкал затоплял долины Тунки, Селенги, Иркута и т.д. 7) Современные осадки, до 11/2 м. над уровнем, доказывают очень недавнее его понижение.
Одно время, на основании нахождения тюленя в Байкале, причисляли его в так наз. новым осадочным озерам, т.е. бывшим еще очень недавно покрытым морем. Но это опровергается последними исследованиями. Тюлени могли пройти в Байкал и по рекам, а озеро очень древнее. Черский говорит, что Байкал не есть щель в Юрской формации, как полагал Эрман, ни провал, ни последствие плутонических или вулканических извержений; долина его не есть продольная, ни соединение двух продольных долин (Крапоткин), но есть результат медленных и постепенных преобразований действовавших, со времени осушения местности из под Лаврентьевского океана, — непрерывно до настоящего времени. Берега Б. и соседние горы подвержены сильным землетрясениям, напр. в 1861 г. близ устья Селенги луг в 30 в. длины 18 в. ширины опустился в воду. Исследованиями землетрясений здесь занимался покойный Орлов. 
Литература. Паллас, «Путеш.» (т. III); Гмелин, «Sibir. Reise.»; Спасский, «Опис. Б.» («Спб. Вестн.», 1821); Риттер, «Азия» (т. II); Meglitsky, «Geogn. Bemerk.» («Verb. miner. Ges.» Спб., 1885); «Geognost. Skizzen»(т. ж., 1856); Чекановский, «Геол. иссл. Иркут. губ.» («Зап. спб. отд. геогр. общ.», т. X); Крапоткин, «Орограф. В. Сибири» («Зап. по отд. геогр. И. Р. Г. О.», V); Черский, «Геологическая карта береговой полосы оз. Байкала» (изд. Геогр. и минералог. общ. в объяснительный текст к ней «Зап. по отд. геогр.», ХV); Дыбовский и Годлевский, «Исследов. Байкала» («Изв. Спб. отд. геогр. общ.», 1870 и 1881 гг., т. XII, №1) и другие статьи этих ученых. Орлов, «Землетрясения у Байкала» (там же); Креднер, «Die Reliktenseen» (Петермана «Mitteilung.» Erg. Heft, 86 и 89).

Байрейт 

Байрейт (Bayreuth) — столица прежнего княжества Б., главный административный и судебный центр Верхней Франконии, на берегах Красного Майна, разделяющегося здесь на два рукава, в красивой местности, на высоте 320 м., узловой пункт двух баварских железнодорожных линий, с широкими, правильно распланированными улицами и 23531 ж. (1885), в том числе — 19538 протестантов, 3577 — католиков и 392 еврея. Нынешним своим видом город в особенности обязан маркграфам ХристиануГеоргу-Вильгельму и Фридриху, супругу сестры Фридриха В. В правление последнего возникло большинство весьма значительных для того времени построек Б. Перед старым замком, выстроенным в 1454 г. и заново возведенным после пожара 1753 г., а теперь занимаемым присутственными местами, возвышается с 30 июля 1860 г. бронзовая статуя короля Максимилиана II, отлитая Бругером. Новый замок — длинное здание с флигелями, возведенное маркграфом Фридрихом 1753 года, обращен в королевский дворец. Против него находится колодезь с конной статуей маркграфа Христна Эрнста (умер 1712). Между церковными зданиями следует отметить: нынешний протестантский собор в готическом стиле, со стрельчатыми сводами и гробницами многих маркграфов, выстроенный 1439 — 1446 гг., и монастырская церковь ордена Красного Орла в предместье С.-Георген. К роскошным постройкам маркграфа Фридриха принадлежит оперное здание, воздвигнутое в 1747 г. Перед гимназией возвышается с 14 ноября 1841 г. статуя Жан Поля, жившего в Б. до своей смерти (14 нояб. 1825), в самой скромной обстановке. Из учебных заведений, кроме гимназии, носящей по имени своего основателя (1669) название «Christianum Ernestinum», Б. имеет реальное училище (с которым соединены ремесленная и коммерческая школы), обладающее драгоценной естественнонаучной коллекцией, особенно богатой ископаемыми, земледельческое училище и заведение для глухонемых; историческое общество Верхней Франконии содержит на свой счет музей немецких древностей. На холме близ города красуется «национальный театр», построенный Рихардом Вагнером (жившим в Б. с 1872) для постановки его опер (главным образом его трилогии: Кольцо Нибелунгов). Тут же находится и дом (вилла Ванфрид), в котором жил и умер знаменитый композитор. В предместье С.-Георген, состоящем из одной улицы и соединенном аллеей с Б., находится здание капитула ордена Красного Орла (теперь военный госпиталь), далее исправительный дом, тюрьма и дом для умалишенных. Из промышленных заведений отметим механически бумагопрядильни, сахарорафинадные заводы, фабрики швейных машин, сельскохозяйственных орудий, музыкальных инструментов, кожевенные, пивоваренные, винокуренные заводы, кирпичный завод и гранитные шлифовальни. В окрестностях Б. расположены три летних замка — Эрмитаж, Фантазия (прежняя собственность и резиденция герцога Александра Бюртембергского, умер 28 октября 1881 г.) и Сан-Царейль. Город Б. впервые упоминается в истории в 1194 г. и тогда находился во владении герцогов меранских. В 1248 г. он перешел по наследству в бургграфу Фридриху III нюренбергскому, в 1430 г. сожжен гуситами, в 1621 совершенно сгорел, а во время тридцатилетней войны несколько раз был разрушаем до тла. См. Голле (Holle), «Alte Geschichte der Stadt B.» (1833).
История княжества Б. (прежнего Кульмбаха) в древнейшую эпоху была связана с историей Ансбаха. Когда посли смерти маркграфа Георга Фридриха Ансбахского (1603), не оставившего после себя детей, так называемые Франконские княжества перешли к Бранденбургским курфюрстам, именно к младшим сыновьям курфюрста Иоанна Георга, княжество Ансбах досталось по жребио Иоахиму Эрнсту (умер 1625), а его брат Христан получил княжество Б. Христиан (умер 1655) перенес свою резиденцию из Кульмбаха в город Б., который расцвел при его преемниках и достиг высшей степени благосостояния при маркграфе Фридрихе. Последний умер без мужского потомства 26 февраля 1763 и ему наследовал его младший брат Фридрих Христиан, который тоже умер 1769 г., не оставив наследников в мужской линии. Княжество Б. еще раз соединилось с Ансбахом под властью одного князя, пока, наконец, маркграф Карл Александр не уступил в 1791 г. оба княжества Пруссии за определенную годовую ренту. В 1806 Пруссия принуждена была передать эти земли Наполеону, который уступил их Баварии, именно, Ансбах в 1806, Б. в 1810. Ср. Ланг (Lang), "Neue Geschichte des Furstentums B. " (2 т. Гёттинг., 1798-801); Фикеншер (Fikenscher), "Lehrbuch der Landsgeschichte des Furstentums В. " (Нюрнб., 1808).

Баккара 

Баккара (Baccarat) — город с населением в 5257 ч. (1886) во французском департамент Мёрт-Мозель, на р. Мёрте, ст. Восточной жел. дор., в 25 км. к ЮВ. от Люневилля, имеет громадный, существующий с 1766 г., стеклянный завод и, считающуюся самой значительной во Франции, фабрику хрустальных изделий, на которой занято 1700 человек рабочих и художников и которая производит хрусталя в год на 7 мил. франков. Кроме того, Б. производит довольно значительную торговлю строевым лесом, досками, каменным углем и дровами.

Баклажан 

Баклажан (батлажан, бадижан, бадаржан, подлажан, кабачки, демьянка, Solanum melongera L., S. esculentum Duv.) — однолетнее растение из сем. пасленовых, разводимое в огромном количестве, как овощ, в южной Европе, в Азии и в Америке. Стебель у растения приподнимающийся или лазящий, вышиной 3 до 6 ф., ветвистый железисто-волосистый; листья крупные, неравномерно-перистые; кисть двураздельная, безлистная, цветочная ножка и 5 — 6 раздельные чашечки покрыты короткими, жесткими волосками, венчик колосовидный, 5 — 6 раздельный, с волнистым краем; тычинок 5 — 6; столбик с тупым рыльцем; плод 2 — 3 гнездная ягода. Культурой создано много сортов, отличающихся формой, то огуречной, то почти шарообразной, и цветом, то белым, то красным, впрочем чаще всего встречается фиолетовый цвет. Плоды бывают очень крупны и у некоторых сортов достигают более фунта весом: в пищу употребляют их несколько недозрелыми. Большую выгоду представляет то обстоятельство, что плоды поспевают не одновременно, а в течение целого лета и осени. Б. гораздо чувствительнее к холоду, чем родич его, помидор, а потому Б. столь обычные в Новороссийском крае, могут быть в центре России и на Севере разводимы лишь под стеклом. Высеивать семена надо в феврале в горшки и уже потом высаживать в парники. Петербургские огородники выводят довольно много Б., которые так любят проживающие в столице южане.

Баклан 

Баклан (Phalocrocorax) — птица из отряда плавающих, семейства веслоногих; клюв средней длины, сжатый с боков, с бороздками по краям верхней половины клюва, кончики обеих половинок клюва отогнуты книзу, клюв снабжен большим крючком. Большой Б., водяной ворон, корморан длиною 35 — 37 дюймов. Оперение на макушке, шее, груди, брюшке и нижней части спины блестящего черно-зеленого цвета с металлическим блеском; передняя часть спины и крыльев буроватого цвета с бронзовым блеском. Позади глаз и на бедрах белые пятна. Голая кожа лица и глотки — желтая, клюв черный при основании желтый, ноги черные. Встречается с середины Норвегии по всей Европе, зимою в Африке, кроме того в Азии и Северной Америке на море и на пресных водах. Б. общительны и держатся стадами, преимущественно в недоступных для человека местах. Ночуют и гнездятся на деревьях или прямо на берегах, особенно скалистых; кладут 2 раза в лето по 3 — 4 небольших голубоватозеленых яйца с известковым налетом. Ходят Б. с трудом, плавают и ныряют превосходно. Питаются рыбой и весьма вредны своей прожорливостью. В Китае Б. дрессируют для рыбной ловли. Чтобы Б. не проглотил при этом пойманной рыбы, ему надевают на шею металлическое кольцо или стягивают шею ниткой. Кроме большого баклана в Европейской России встречается еще хохлатый Б. (Ph. graculus) и малый (Phalocrocorax pygmaeus).

Бактрия 

Бактрия (Бактриана, Бактра) — так называлась в древности местность, лежавшая между западной частью Гиндукуша, Парапамизом и рекою Оксусом (Аму или Хигон), отделявшую её от лежащей севернее Согдианы, ныне Балх. Бактрийцы составляют вместе с персами и индийцами арийскую или персидскую ветвь индогерманского племени, и говорили, без сомнения, на так называемом зендском языке, который называется поэтому также и древне бактрийским языком. В древнейшие времена Бактриана, первоначальная история которой покрыта мраком преданий, была местом деятельности великого основателя религии и законодателя Зороастра. Вместе с Мидийским царством, которому она впоследствии принадлежала, Бактрия вошла во времена Кира в состав созданной им огромной Персидской монархии, причём бактрийцы с подвластными им жителями Согдианы и Маргианы добровольно признали владычество Кира. Б. в древние времена славилась просвещением и главный город ее Бактра (ныне Балх) был важным пунктом торговли Средней Азии. Сатрапия Б. должна была подчиниться, одновременно со всем Персидским царством, Александру Македонскому, который основал в ней 12 городов и поселил в этой местности 14000 греков, насадивших здесь греческую культуру. После смерти Александра Великого в 321 до Р. Х. Бактрия и Согдиана достались Стазанору; но уже во время похода в Индию Селевка I, в 307 до Р. Х., обе эти страны были присоединены к Сирийскому царству. Б. отпала от него в правление Антиоха II Феоса, наместника царя Феодота или Диодота I, около 255 г., который сделался таким образом основателем в Средней Азии греческого государства — Новой Б., продержавшегося полтораста лет, и испытавшего в это время не мало перемен. Эвтидемос, наследовавший Диодоту I с 222 — 190 г., был побеждён Антиохом Великим, во время похода его в Индию, но — оставлен владетелем царства для защиты от северных кочевников, наводнивших Согдиану. Сын его Димитрий и его преемник Эвкратид, умер в 147 году, увеличили владения этого царства на юг за Парапамиз и не смотря на то, что греков теснили с запада парфяне, они удержались на берегах Кабула и Инда в то время, когда собственно Б. была завоевана около 139 года парфянским царём Митридатом I и её наводнили (127) саки. Владычество греков на берегах Инда было ещё более упрочено и расширено Менандром, после 126 г. После смерти его, вероятно в правление короля Гермеса, около 90 г., греки были покорены теми же саками, которые основали в то время по течению Инда Индо-скифское царство, простиравшееся до самого устья этой реки. Единственными, в высшей степени скудными, источниками для истории Ново-Бактрийского царства служили долгое время немногие сведения, рассеянные в сочинениях древних писателей; и только в новейшее время сделалось возможным восстановить в более связной и точной последовательности список его правителей по греко-бактрийским монетам, найденным в большом количестве вместе с индоскифскими монетами в Афганистане. По этим монетам можно восстановить список царей Б., а имеющиеся на них надписи и знаки выясняют многие другие обстоятельства политической и культурно-исторической жизни этого греческого царства. На монетах Эвкратида впервые появляется рядом с греческой надписью — надпись на другом, иноземном языке, который оказывается наречием санскритского языка, но его письменные знаки сходны с буквами финикийского происхождения. Англичанину Принсепу (Prinsep) удалось разобрать эти письмена. Впрочем, греческий язык удержался на монетах скифских правителей еще долгое время судя по этому, в их государстве довольно долго держалась и греческая образованность. Ср. Wilson, «Ariana Antiqua» (Лонд., 1841) и в особенности ст. Лассена в «Indischen Altertumskunde» (т. 2, Бонн, 1849). Из русских учёных о бактр. истории, собственно нумизматике, писал Бартолемей.

Баку 

Баку — губ. г. Закавказского края, на зап. берегу Каспийского моря, — под 40°21' с. ш. и 67°20' в. д., 45679 жит. Церквей православных — 3, армяно-григорианск. — 2, лютеран. — 1, католич. молитв. Дом, мечетей — 11. Заводов керосиновых — 23, для приготовления смазочных масел — 6 (производство на 1491000 руб.), механических — 4, приготовляющих серную кислоту — 3, паровых мельниц — 11 (производство на 3000000 р.), табачн. фабрик — 3, каравансараев — 36, лавок — 1300. Название Баку или Бакуиэ производят от персидского бадкубе, удар ветра, что указывает на давнишнюю известность здешних сильных ССЗ. ветров (норд). Под этим именем Б. существует с начала мусульманской эры, но вероятно он был основан ранее, так как выходы газа вблизи Б. или вечные огни были известны огнепоклонникам. Полагают, что здесь при Сассанидах был город, называвшийся армянами Багаван. Б. с VIII ст. был под владычеством арабов, потом ширванских ханов, с XVI ст. до начала ХVIII ст. был большей частью во владении персов. В 1723 г. после продолжительной осады, Б. сдался эскадре адмирала Матюшкина и был присоединен к России но в 1735 г. опять уступлен Персии и управлялся ханами, находившимися в зависимости от персидского шаха. В 1796 г., когда здесь был граф Зубов, бакинский хан Гуссейн-Кули присягнул на подданство России, но потом опять отпал, а когда после присоединения Грузии в 1806 г. появились русские войска, то хан изъявил покорность и сдача города была назначена 8 февраля 1806 г. При сдаче, главнокомандующий кн. Цицианов был предательски убит; город сдался русским войскам только 3 окт. 1806 г. после бегства хана и был сделан уездным, а в 1859 г. — губернским гор. Еще в 1860 г. Б. имел всего 13831 жит. и весьма незначительную торговлю. С того времени развито нефтяных промыслов в его окрестностях, множество нефтяных перегонных заводов в городе, развитие пароходства на Каспии, центром которого сделался Б., и постройка железной дороги до Черного моря изменили Б. до неузнаваемости. Ни один город России не развивался так быстро. Жителей в нем несомненно гораздо более официального числа, так как однодневной переписи произведено не было. Число жителей вероятно от 80 до 100 тысяч. На берегу моря, в южной части города, версты на 2 тянется превосходная набережная, на которой находятся большая пристань общества «Кавказ и Меркурий», дом губернатора, рядом с ним бывший ханский сад, множество магазинов и т.д. За набережной следуют несколько хорошо мощеных улиц с домами европейской постройки. По склону холма, террасами построен азиатский город, с плоскими крышами, из тонких досок с киром (нефтяной землей) и узкими улицами, здесь находятся развалины дворца хана красивой мусульманской архитектуры XV ст., а рядом — шахская мечеть, построенная в 1078 г. На берегу моря, около крепостной стены старого города, находится круглая девичья башня, предмет многих восточных легенд. Теперь она обращена в маяк.
К С. от пристани на берегу моря находится так наз. Черный город, где сосредоточены нефтяные заводы. Имя его произошло от густого, черного дыма, выделяющегося при отоплении нефтяными остатками. Прежде дым был еще гуще, так как не было удобных приспособлений для сжигания остатков. Всего в Баку в 1888 г. было добыто до 491/2 милл. пуд. керосина и других осветительных масел из нефти и 21/2 миллионов пудов смазочных масел, на производство которых и топливо было употреблено 173 милл. пуд. сырой нефти. В 1888 вывезено по железной дороге в Батум осветительных масл 291/2 милл. пуд. (в 1887 г. лишь 18 милл. ) и морем 20 милл. пудов; нефтяных остатков морем вывезено в 1888 до 50, а в 1889 около 60 милл. пуд. Нефтяная промышленность и торговля имеют первенствующее значение для Б., но кроме того здесь процветают и другие отрасли торговли. Благодаря удобству своей гавани и тому, что здесь центральный пункт Каспийского пароходства, Б. является складочным пунктом закавказских и персидских товаров, идущих во внутренние губернии России и отчасти заграницу через Черное море, — хлопка, риса, шелка, вина, сухих фруктов, орехового дерева, рыбы, а также русских мануфактурных товаров, железных изделий и сахара, идущих отсюда в разные города Закавказья и Персии. Сношения с устьями Волги и персидскими портами очень оживлены. Между населением преобладают две народности: — 1) азербайджанские татары, совершенно неправильно называемые персами. Они мусульмане шиитского толка и подражают персам во многом, но их язык тюрко-татарский. Они составляют массу чернорабочих, но между ними не мало купцов и владельцев нефтяных промыслов и 2) армяне, в руках которых большая часть торговли и многие нефтяные промыслы. Русских не так много, как армян и татар, но более чем в других городах Закавказья, кроме Тифлиса, и притом не одних военных и чиновников, а есть владельцы и служащие на нефтяных промыслах, лучшие мастеровые, извозчики (последние исключительно молокане).
Климат Баку. Средняя температура года 14,3; января 3,4; апреля 11,1; июля 25,8; октября 16,6. Осень здесь значительно теплее весны, напр. ноябрь имеет такую же температуру, как апрель. Особенно сильных морозов не бывает, но до -10° термометр падает нередко, хотя и не надолго. Иногда лежит снег с неделю и долее и первый раз за 80 лет, в декабре 1888, бакинский рейд на короткое время замерз. Осадков в течение года выпадает 235 мм. Всего более в декабре, январе и октябре. Летом почти не бывает дождя и климат вообще очень сух. В Баку и его окрестностях верст на 100 к 3. и В. по временам дует необычайно сильный и порывистый ССЗ. ветер, обыкновенно называемый нордом . Против него не могут идти самые сильные пароходы. После нескольких часов норда, пыли в городе нет, вся она унесена в море, но в воздухе носится галька. Причины необычайной силы норда в точности неизвестны; он бывает во все месяцы, но самый сильный лишь с октября по апрель. Норд — одна из главных причин того, что в Баку почти нет деревьев; при самом сильном орошении они удаются лишь в местах, защищенных от ветра. В Б. и его окрестностях давно заметили изменение границ моря и материка. Близ города, в 2 верстах, между мысами Шиховым и Баиловым, в море находится потопленное строение в виде продолговатого четырехугольника, с круглыми башнями. Туземцы называют его баиловыми камнями. Ханыков полагает, что оно было построено в ХIII ст.
Бакинский уезд занимает вост. часть Бакинской губ.; простр. 3457 к. в. или 360202 десятины, жит. 100560 (без города 54881). Большую часть у. занимает Апшеронский полуостров, весь состоящий из невысокого известнякового нагорья, а в зап. части уезда проходит последний низкий отрог Кавказских гор — Шабани (356 м.). Лишь в СЗ. части у. доходит до более высоких склонов горы Шугуза, и здесь находятся единственные леса и более плодородная почва на отлогих склонах и в долинах. На Апшеронском пол-ове почва вообще неплодородна, климат сух, лишь на СВ. полуострова жители хорошо воспользовались родниковыми водами и имеют превосходные сады и огороды. Из рек есть одна маловодная Сумгаит с солоноватой водой. Сеют без орошения озимые хлеба, пшеницу и ячмень. В у. находятся соленые озера и важнейшие в России нефтяные промыслы. В уезде 64 мечети (некоторые построены в XV стол. ), четыре училища, три механических завода и два химических.
Бакинская губерния занимает восточную часть Закавказского края и с В. омывается Каспийским морем. Пространство= 34289 кв. в., жит. — 735360. До 1859 Б. г. называлась Шемахинской, в 1859 г. губ. г. стал Баку, губ. же осталась в прежнем составе. В 1860 г. к ней присоединен кубинский у., а затем по образовании Елисаветпольской губ. к последней отошли у. нухинский и шушинский. Потом число у. было увеличено, их теперь 6: бакинский, кубинский, шемахинский, гокчайский, джевадский и ленкоранский. Всех населенных мест в губернии — 1588, 5 православн. церквей, 39 армяно-григорианских и 655 мечетей. Учебных заведений в городах — 68 и в уездах — 242. Фабрик и заводов в губернии — 1046, на них рабочих — 8044. Главнейшие отрасли промышленности Бакинской губ. составляют: обработка нефти, винокурение и приготовление муки. В губернии 247 шелкоткацких и шелкомотальных фабрик и 125 гончарных заводов. В последние годы еврейское население значительно увеличилось и доходит до 18000. Поверхность Бакинской губ. чрезвычайно разнообразна. В кубинском уезде находятся некоторые из самых высоких вершин Кавказа, до 4216 м., а большая часть джевадского находится ниже уровня океана. По губернии проходить главная цепь Кавказских гор, со многими разветвлениями и отдельными группами, между которыми особенно замечательны ШахДаг и Шалбуз. Последний отделяет кубинский у. от бакинского. На Ю., в ленкоранском у. и по границе его с персидской областью Ардебиль, проходить с С. на Ю. Талышинский или Кафланский хребет, высшая вершина которого — 2500 м. Губернию по ее естественным условиям можно разделить на 4 части:
А) Северную, т.е. уезды кубинский и большую часть шемахинского; они наполнены отрогами Кавказского хребта, и лишь на берегу Каспия находится небольшая полоса низменной поверхности. Дождя выпадает достаточно, особенно осенью и весной в кубинск. у., и поэтому растительность роскошная, великолепные лиственные леса со множеством вьющихся растении доходят до берега Каспия, напр. у Низовой пристани. У жителей превосходные виноградные, фруктовые и тутовые сады, в более сухом шемахинск. у. с искусственным орошением. В низменной полосе кубинского у. жители пользуются обилием воды для устройства рисовых плантаций (чалтыков). До недавнего времени здесь был главный центр разведения марены, но теперь ее более не разводят. Затем производится много хлеба, особенно пшеницы и ячменя, и он отпускается за пределы губернии. Горные пастбища летом покрыты превосходной травой и сюда перегоняют стада из равнин в долин. В шемахинском у. недавно еще процветало шелководство, но теперь уменьшилось. Шемаха известна своими землетрясениями, нередко почти разрушавшими город, что и послужило поводом к перенесению губернских учреждений в Баку, но жители так привыкли к своему городу и его превосходным садам, что строятся вновь.
Б) Восточную, заключающую Апшеронский пол. Здесь почва бедна, местность не высока и камениста, но обилует огромными минеральными богатствами.
В) Средняя и западная части заключают в себе большие равнины по низовьям Куры и Аракса в уу. джевадском, большей части гокчайского, южной части шемахинского и самой северной окраины ленкоранского. Здесь обширные степи — Муранская на правом берегу Аракса, Ширванская и т.д., большей частью покрытые роскошной травой в зимнее время, от октября до апреля, когда сюда собираются большие стада кочевников. До самого недавнего временя здесь зимою кочевали шахиванцы, подданные персидского шаха. Теперь по новому трактату с Персией им более не позволяется кочевать в России, и в течение 2 лет у наших казаков были с ними кровавые стычки. Почва в степях часто бывает солоновата. Хлебопашеством и садоводством занимаются в северной полосе степей при помощи ручьев, стекающих с Кавказских гор, а также — по берегам Куры и Аракса, по их разливам, и орошением из канав, выведенных из рек. Здесь родится превосходный хлопок. В древности местность эта была несомненно густо населена и плодородная почва, благодаря орошению, давала огромные урожаи. Хорошо сохранились остатки оросительных каналов, в которые можно пустить воду после небольших исправлений. Английский инженер Габб, до поручению князя А.И. Барятинского, составил обширный проект орошения равнин Закавказья, где, по его мнению, можно оросить не менее 2 миллионов десятин. Местами здесь производят посевы озимой пшеницы и ячменя без орошения. Несомненно, что лето здесь еще теплее, чем на берегу Каспийского моря, и июль, вероятно, имеет среднюю температуру не менее 28°. Зимой морозы не продолжительны и растительность почти не прекращается, напротив летние жары и засухи надолго останавливают ее.
Рыбное богатство Куры и ее рукава Акуши очень велики, и принадлежащий казне и сдающийся в аренду Божий Промысел — самый богатый в России. Ловятся те же породы рыб, что и в низовье Волги.
Г) Южная, т.е. большая часть ленкоранского у., неширокая полоса между Талышинским хребтом и морем, частью ровная, частью гористая. В Ленкоране средняя температура года — 14,8; января — 3,6; апреля — 12,7 июля 25,9; октября — 16,6. Дождя выпадает в год 1195 мм. т.е., впятеро более чем в Б., всего более в 3 осенние месяца (502 мм. или 42% годового количества, всего менее летом). Отсюда уже видно, как тепел и влажен климат, а в южной части у. в горах несомненно выпадает еще более дождя. Поэтому ленкоранский у. отличается еще более роскошною растительностью, чем кубинский. Рост деревьев и масса вьющихся растений изумительны. В зависимости от высоты растительность, конечно, различна. В у. много рисовых полей, для которых требуется искусственное орошение, а также садов с очень разнообразной растительностью. Северная часть у. составляет переход к Муганской степи; климат менее влажен, леса менее густы, однако есть возможность сеять без искусственного орошения озимые хлеба и некоторые яровые, из которых сеется много льняного семени. Здесь живут русские молокане и другие сектанты, сосланные сюда при императоре Николае I; они живут в большом довольстве и кроме хлебопашества занимаются извозом. В шемахинском у. также есть оседлое русское население из сектантов. Между ними очень распространяется секта жидовствующих. Кроме сектантов в этих уездах русские в значительном числе живут лишь в Б., на нефтяных промыслах и в штаб-квартирах полков, но обыкновенно не остаются долго в крае. В южной части ленкоранского у. живут таты — люди иранского племени, шиитской секты. Армяне занимаются земледелием и садоводством в шемахинском у., а затем живут в городах, где в их руках сосредоточена вся торговля. Масса населения губернии составляют татары, мусульманского исповедания, причем шиитов более, чем суннитов. Между ними очень развиты разбои, которым помогают высшее сословие татар, беки и агалары, щедро наделенные правами в землями в наместничество князя Воронцова.
Климат в губернии здоров в горных частях шемахинского и кубинского уу., очень вреден в низменных, сильно орошенных частях этих уездов и ленкоранского, а также в болотах по берегам Куры и Аракса. Здесь свирепствуют лихорадки. Лучше климатические условия северной части ленкоранского у., населенной молоканами, а также г. Б. и вообще Апшеронского пол., где почти нет лихорадок, и только невыносимы летние жары. 
Литература. Дюбуа де Moнперье (Dubois de Montperieux), «Voyage au Caucase»; Бэр, «Иссл. о рыболовстве в России»; Заблоцкий, «Обозр. Талыш. ханства»; Ханыков, «Об измен. уровня Каспийского моря» («Зап. кавказ. отд. геогр. общ.», т. III); Абих, «Очерк строения Апшерон. пол.» (ibid., VI); его же, «Геология ЮВ. Кавказа» (ibid., VIII); Рупрехт, «Барометр. определение на Кавк.» (ibid., VII); Филиппов, «Об измен. уровня Касп. моря» («Морск. сборн.», 1880 и «Записки по общей географии императорского русского географического общества», т. XXII).

Бакинские нефтяные промыслы

Бакинские нефтяные промыслы Бакинской губ. и у. на Апшеронском пол. За исключением незначительных промыслов, все нефтяное богатство сгруппировано в двух местах: 1) Балахинской и Сабунчинской площадях, верстах 11 — 13 к ВСВ. от Баку и 2) Биби-Эйбатской площади, близ моря, в 5 в. к З. от Б. Бакинские нефтяные промыслы известны очень давно и нефть добывалась самым первобытным способом из простых колодцев бурдюкам , т.е. кожами животных, смазанными нефтью. Она служила для освежения и смазывания бурдюков, и киром или нефтяной землей, которой покрывали крыши. Нефтяные колодцы отдавались ханами на откуп, и в 1770 получалось 40000 р. дохода. По присоединении Бакинского ханства промыслы отдавались то на откуп, то поступали в казенное управление. 1 янв. 1873 откуп окончательно отменен и введён акциз, в 1877 отменен акциз и промысел сделан свободным, в 1888 опять введен акциз. С 1872 в разное время продавались с торгов нефтяные земли, с 1877 — 81 многие Высочайше пожалованы военным и гражданским сановникам, служившим на Кавказе. Необычайно быстрое увеличение добычи нефти со времени уничтожения откупа видно из след. цифр. Добыто нефти в тысячах пудов: 
1832 — 1849::: 220
1860::::::.. 255 
1863::::::.. 340 
1872::::::.. 1535 
1873::::::.. 3952 
1886::::::.. 123500 
1887::::::.. 157170 
1888::::::.. 189583 
1889 (прибл.):.. 206000 
Следовательно, за 17 лет, прошедших после отмены откупа, добыча увеличилась слишком на 204 милл. пуд. или в 135 раз, а в 26 лет в 606 раз. Нефть залегает в песчано-глинистых пластах, а не в твердых каменных породах, как в Соединенных Штатах и Канаде, поэтому и бурение скважин, начавшееся в 1872 году, ведется несколько иначе, чем в Америке, а именно употребляют более широкие трубы. Бурение, если успешно, дает фонтаны или колодцы; в первых нефть, смешанная с соленой водой и песком, бьет через край, как вода в артезианских колодцах. Иные фонтаны были так сильны, что выбрасывали 600 тыс. пуд. в сутки, между тем как ни один из американских не давал более 50 тыс. пуд. Часто «буйные» фонтаны приносили убыток владельцам, нефть не успевали собирать и приходилось вознаграждать соседей за убытки, причиняемые ею. Из колодцев нефть поднимается в узких металлических цилиндрах, называемых желонками, работа называется тартанием. В начале 1889 было буровых скважин: 
В полном ходу В работе Средняя производитель-ность скважины в год, в тыс. пудов На Балахинской площ. 99 20 590 На Сабунчинской площ. 64 48 990 На Биби-Эйбатской площ. 10 3 1355 Всего::: 173 71 806 
Следовательно в среднем вывод на одну буровую скважину приходится в год 806 тысяч пудов нефти, а в сутки 2606 пудов 
Средняя глубина скважин в метрах. 
1877 г. 1888 г.
Балахинская площ. 166 193 
Сабунчинская площ. 170 181 
Биби-Эйбатская площ. 150 208 
Средняя площадь 167 189 
Эта глубина очень невелика в сравнении с глубиной скважин в Америке, где не находят нефти ближе 260 м. от поверхности, т.е. гораздо глубже, чем средняя глубина бакинских скважин: самые глубокие в Соедин. Штатах доходят до 1500 м. (5000 фут.); наименьшая глубина буровых скважин, по одной на Балахинской и Сабунчинской площадях, 47 м. т. е. впятеро менее самых неглубоких американских. Площадь, на которой до сих пор добывается нефть, очень невелика: так пространство Балахинско-Сабунчинской площади, с которой добывается 9/10 всей русской нефти — 200 десятин, так что каждая десятина дает средним числом 860 тыс. пудов нефти в год, а братья Нобель с десятины принадлежащей им или арендуемой ими площади получают почти вдвое более. Кроме одного нефтяного завода в Сураханах, все остальные находятся с Черном городе в Б., на берегу моря. Она перекачивается туда с промыслов 4-дюймовыми трубами, под давлением 30 атмосфер. Бакинская нефть тяжелее американской и дает 30% легких осветительных масел, обыкновенно называемых керосином, также и более тяжелые масла: астралин, соляровое масло, хорошо горящее в лампах особенного устройства и совершенно безопасные от воспламенения. Из остатков добывают смазочные масла высокого качества, каких нельзя добыть из американской. Это дело вполне создано русскими учеными и техниками; основание ему положили работы проф. Менделеева, Бейльштейна, Морковников, сделанные в их лабораториях. Затем в России же впервые нефтяные остатки в крупных размерах применены к отоплению, для чего изобретены особые аппараты для измельчения (пульверизации) нефти — форсунки. Нефтяными остатками исключительно отапливаются нефтяные заводы, каспийские пароходы, волжские пароходы от Нижнего до Астрахани, Закавказская и Закаспийская ж. д. в они уже проникли до Москвы, где употребляются на многих фабриках. Керосин и нефтяные остатки возятся наливом в вагонах-цистернах и судах-цистернах, что избавляет от употребления дорогих бочек. Перевозка наливом на судах была впервые употреблена у нас, в Америке же она до сих пор не принята. Братья Нобель, впервые употребившие этот способ перевозки, имеют множество цистерн на Каспийском море, Волге и железных дорогах России, благодаря чему сделались на этих путях почти монополистами; к тому же стремится и торг. дом Ротшильда, по пути из Б. в Батум и оттуда в Черное и Средиземное моря. Углубление скважин еще не доказывает близкого истощения промыслов, а произошло от того, что нефтепромышленники стараются непременно получить фонтан, пренебрегая верхними, сравнительно менее богатыми слоями. Фонтаны везде глубже чем колодцы. К З. от Бадахано-Сабунчинской площади, найдены залежи нефти, но нефтепромышленники пока не решаются работать там, боясь незнакомой и при том более удаленной от города местности. 
Литература. Гмелин, «Путеш.» (т. III); Менделеев, «Нефтян. месторожд. в Пенсильвании и на Кавказе» (1876); Отчеты управл. горною частью на Кавказе по 1888. Статьи в «Известиях и Записках кавказского отд. имп. рус. геогр. общ.», в журналах технического и русского физико-хим. общ., в «Техническом Сборнике», «Горном Журнале» и газ. «Бакинские Известия».

Бакунин 

Бакунин (Михаил Александрович) — род. в 1824 г. в Тверской губ., умер 13 июля 1876 в Швейцарии; воспитанник артиллерийского училища, он выпущен не кончив курса в прапорщики; в 1840 г. Б. оставил отечество и попал сначала в Швейцарии, а потом во Франции в кружки революционеров социалистов. Речью своей, произнесенной 29-го ноября 1847 года, Бакунин закрыл себе возврат в отечество.

Балаган 

Балаган — (тат.) — барак, сарай, навес, временное дощатое или иное строение, служащее для склада товаров, торговли, производства ремесла или промысла. Балаганами также называются временные постройки для театральных народных представлений, таковы: Балаганы святочные, скоморошьи и др. Целые ряды довольно изящных деревянных построек возводятся из года в год на одних и тех же местах, куда во дни Сырной и Святой недель стекается масса народа смотреть балаганные зрелища. В Петербурге балаганы, начиная с 1873 года, возводятся на Марсовом поле (Царицын луг), а до этого времени они строились на Адмиралтейской площади. В Москве балаганы устраиваются на Девичьем поле, а до 1880-х годов они строились у Новинского бульвара. С тех пор как Б. переведены на Девичье поле, они уже не пользуются прежней популярностью вследствие того, что слишком удалены от центра города. Балаганы украшаются огромными разрисованными полотнищами, на которых изображены сцены из представляемой в балагане пьесы. Балаганы-театры известны и в истории: так в 1700 г. Петр Великий приказал выстроить на Красной площади в Москве, в Китай-городе, деревянную «комедиальную хоромину», а Сплавского послал заграницу навербовать комедиантов и доставить их в Россию. Хоромина была готова в 1702 г. и открыта 25 декабря немцами-актерами комедиального директора Ягана Куншта. Хоромина представляла собою огромный деревянный балаган, имевший в длину 20 сажень, в шир. — 15 саж. и в высоту — 7 саж.
В последнее десятилетие Б. всегда строятся в январе, остаются не разобранными до 15 мая (день коронования благополучно царствующего императора Александра III), после чего место должно быть очищено, но представления в балаганах даются только в течение недели Пасхи и масленицы и в день 15-го мая. В представлениях главное внимание обращено на грубые эффекты, как-то: барабанный бой, стрельбу, бенгальские огни и т.п. Пьесы обыкновенно кое-как скроены, хотя зачастую из произведений наших знаменитых авторов, как то: Пушкина, Толстого, Лермонтова и др.; обыкновенно сюжетом пьес служат события отечественной истории, исковерканные приноровлением к грубому исполнению. Самое понятие балаганный в силу этого стало нарицательным для обозначения грубого и трескучего. Машинная часть и декорации пьес, даваемых «на балаганах», подчас бывают вполне удовлетворительны.
Балаганами называются и шалаши, из которых охотятся на тетеревов, приманивая их чучелами, а также летнее жилище камчадалов, состоящее из шалаша на столбах, под которым вешают рыбу для вяления.

Балакирев 

Балакирев (Милий Алексеевич) — известный русский композитор и музыкальнообщественный деятель; род. 21 дек. 1836 г. в Нижнем Новгороде. Воспитывался в казанском университете. Музыкальным образованием Б. обязан самому себе. В 1855 г. он впервые выступил перед петербургскою публикою в качестве виртуозапианиста. 18 марта 1862 г. он вместе с Г.А. Ломакиным основал «Бесплатную музыкальную школу», состоящую под Высочайшим Его Императорского Величества покровительством; школа эта на первых же порах своего существования обнаружила оживленную деятельность. В концертах, устраиваемых этой школой, вокальными, хоровыми пьесами дирижировал Ломакин, а оркестровыми М.А. Балакирев. 28 января 1868 г. после отказа Ломакина от управления школой, М.А. Балакирев, как один из ее учредителей, принял на себя этот труд и в качестве директора заведовал школой до осени 1874 г. В 1866 г. М.А. был приглашен в Прагу заведовать постановкой опер: «Жизнь за Царя» и «Руслан и Людмила» Глинки, которые были даны под управлением Б. и, благодаря его настойчивости и неустанной энергии, имели огромный успех, в особенности опера «Руслан и Людмила».
С осени 1867 г. до весны 1869 М.А. дирижировал симфоническими концертами импер. русского музык. общества (в 1867 г. вместе с Берлиозом), в которых, по преимуществу, исполнялись сочинения Берлиоза и Листа, и оркестровые сочинения собственно русских композиторов: Римского-Корсакова, Бородина, Мусоргского и друг. В половине 70-х годов, М.А. Балакирев, по расстроенному здоровью, принужден был на время отказаться от общественной деятельности. В 1883 г. М. А. был назначен Государем Императором заведовать придворной певческой капеллой, в которой, благодаря ему, школьное дело поставлено ныне на прочных педагогических основаниях; им выработана программа научных классов; Б. взял в свои руки музыкальное дело, пригласив к себе помощником Н. А. Римского-Корсакова, занимающего должность инспектора музыкальных классов. При Б. здание певческой капеллы перестроено заново; изящный внешний вид здания, роскошь (залы) и обширность помещения для учащихся не оставляют желать лучшего. Особенное внимание обращено Б. на развитие оркестрового класса в капелле; цель эта практическая и, без сомнения, окажет благотворное влияние на тех, которые вследствие потери голоса должны прекратить свои занятия в хоре; им представится, в таком случай, возможность нового заработка, который удержит их в привычной среде и устранит необходимость искать себе занятие в какой-либо другой, чуждой для них специальности. В придворной певческой капелле существует в настоящее время вполне самостоятельный оркестр.
Композиторская деятельность М.А. Балакирева, хотя не обширна, но весьма почтенна. Он написал несколько оркестровых, фортепьянных и вокальных сочинений, из которых особенно выдаются оркестровые: музыка к королю Лиру (1860 г.), состоящая из увертюры и антрактов; увертюра на чешские темы (1856 г.); две увертюры на русские темы, из которых первая сочинена в 1857 г., а вторая, под названием «Русь», написана в 1862 г. на открыт памятника тысячелетия России, в Новгороде; увертюра на испанскую тему; симфоническая поэма «Тамара» (на текст Лермонтова), исполненная в 1-й раз в концерте Беспл. музык. школы, в 1882 г. Из фортепьянных сочинений Балакирева известны: две мазурки (As-dur и H-moll), скерцо, фантазия «Исламей» на восточные темы ( 1867 г.); им же переложены для фортепьяно в две руки: «марш Черномора» из оп. «Руслан и Людмила», «Песня жаворонка» Глинки, увертюра (вступление) ко второй части «La Fuite en Egypte» соч. Берлиоза, каватина из квартета Бетховена (ор. 130), «Арагонская хота» Глинки. В четыре руки: «Князь Холмский», «Камаринская», «Арагонская хота», «Ночь в Мадриде» Глинки.
Из вокальных сочинений Б. большою популярностью пользуются романсы и песни («Золотая рыбка», "Приди ко мне, «Введи меня, о ночь, тайком», «Исступление», «Взошел на небо месяц ясный», «Слышу ли голос твой», «Еврейская мелодия», «Грузинская песня» и проч.) — числом 20. Весьма ценным вкладом в область русской музыкальной этнографии является «Сборник русских народных песен», изданный Б. в 1866 году (всех песен 40). Дарование М.А. Балакирева особенно выказалось в первых его произведениях и в тонком понимании оркестровки; музыка Б. своеобразна, богата в мелодическом отношении (музыка к королю Лиру, романсы) и весьма интересна и красива в гармоническом.

Балалайка

Балалайка, балабойка, южн. брунька (по Далю) — народный музыкальный инструмент, принадлежащий к группе инструментов струнных. Б. состоит из кузова с треугольной декой грифа, делается из соснового дерева и размеры ее уклоняются, от тех образцов этого инструмента, которые продаются в наших столицах. Длина кузова с грифом — 30 дюймам, наибольшая ширина треугольной деки в нижной ее части = 16 дюймам, наименьшая в верхней части = 2 дюймам. Шесть миндалевидных отверстий на верхней стороне деки, сходящихся в одном общем центре (в виде звездочки), имеют тоже значение, что вырезки в деке скрипки и называются эсами (S). По номенклатуре знатока наших народных инструментов Н.В. Лисенко эта звездочка называется голосником. По словам Н.Е. Симакова иногда отверстия в голоснике круглы. Три колка в голове грифа служат для наматывания кишечных струн, направленных через подставку, помещаемую ниже голосника, к выступу на нижней широкой части кузова, где они закрепляются. Гриф перетянут на известном расстоянии четырьмя цветными струнами для обозначения ладов. По исследованиям Мих. Петухова и П. Штейнберга, сделанным в музее с.-петербургской консерватория, основной тон кузова c в одночертной или так называемой первой октаве (обозначение по Гельмгольцу, см. его «Учение о звуковых ощущениях», стр. 24). Естественно, что Б., как инструмент народный, сделанный неискусной рукою, не может иметь математически верного основного тона своего резонансного ящика, что не всегда достигается даже при изготовлении скрипичных кузовов опытными мастерами. Первые две струны Б. строятся в унисон, а 3-я в квинту, т.е. первые две строятся в с, а третья в g. Игра на Б. производится правой рукой на щипок и бряцая, потряхивая кистью, а левой рукой прижимают струны на грифе, перебирая пальцами. Для произведения большего эффекта, балалаечник щелкает по кузову инструмента четырьмя пальцами дробью. Балалаечники часто соединяются в хоры, разъезжая по крупным ярмаркам. Хоры эти, состоят из мужчин в женщин, которые лихо пляшут под звуки Б. и звуки хорового пения. Когда и кем изобретена Б. неизвестно. Некоторые ученые видят в Б. видоизмененную домру или домбры, до сих пор существующую у киргиз-кайсаков и отличающуюся от Б. тем, что нижний край ее треугольной деки гораздо короче балалаечного и что она имеет только две струны, строящиеся в квинту, некоторые писатели по музыке полагают, что Б. изобретена самими русскими во время татарского владычества, или, по крайней мере, заимствована от татар. Б., как гудок, волынка, гусли и др. почитается одним из древнейших музыкальных инструментов, что свидетельствует и арабский историк ИбнФацлан, посетивший, в качестве посла, в 921 г. волжскую Болгарию и видевший как заезжие «руссы» хоронили своего князя. По языческому обычаю в могилу покойнику, между прочим, положили: «крепкий напиток, плоды и музыкальный инструмент» — «eine Laute», в переводе Фрэна, по мнению А. Котляревского — «балалайку», чтобы, по языческому верованию в загробную жизнь, он мог и на том свете услаждать себя игрой на любимом при жизни инструменте. В восьмидесятых годах образовался кружок любителей игры на балалайках. В.В. Андреев, основатель этого кружка, подал мысль инструментальному мастеру Ф. Пасербскому построить Б. из лучшего материала, сделав кузов ее из бука и значительно увеличив его, а деку — из ели. Гриф, по указаниям г. Андреева, был укорочен, струны натянуты скрипичные и гитарные. По образцу обыкновенной Б., г. Пасербским построены Б. трех различных форматов, который составляют пропорциональные уменьшения и увеличения обыкновенного типа. Таким образом были построены Б.: пикколо (самая маленькая), прима (обыкновенная Б.), альт и бас — увеличенные балалайки. Все эти Б. трехструнные. Строй их — изменен. Строй пикколо — е, е, а (во второй октаве), примы — е, е, а (в первой октаве), альта — е, а, е (в малой октаве), бас строится октавой ниже альта. П.К. Селиверстов, при участи В. В. Андреева, составил «Школу балалайки» (Спб., 1887). О кружке балалаечников см. статью Михаила Петухова, «В.В. Андреев и кружок игроков на балалайке» («Баян», 1888, № 11).

Баланс 

Баланс (франц balance или bilan, ит. bilancia) происходит от bilancia — весы (от лат. bi-lance, т.е. с двумя чашками), в переносном смысле значит равновесие, отсюда балансировать — стремление найти или сохранить равновесие.

Баланс бухгалтерский

Баланс бухгалтерский. В бухгалтерии Б. устанавливается равновесие между дебетом в кредитом, причем различают счет Б. входящего, если им открываются коммерческие книги, и счет Б. исходящего, если он выводится при окончании счетов. Чтобы составить верный Б., необходимо предварительно проверить все счета, а потом уравнять дебет и кредит, т.е. сложить итоги той и другой стороны, найти разность между ними (разность эта называется остатком, излишком, сальдо, saldo) и проставить недостающее количество. Операция эта называется пополнением заключением, балансированием счета. Заключение счета бывает или окончательное, когда счет сам собою закрывается, или временное, по случаю составления отчета. Различают еще брутто Б. и нетто Б., смотря потому, сосчитан ли только дебет и кредит отдельных счетов, или же при каждом из них указан и сальдо. По обычаям торгового мира в больших предприятиях брутто-Б. составляется несколько раз в году, а нетто-Б. — по окончании торгового года, и результат последнего вносится в главную книгу. Составление Б. необходимо при всякой системе бухгалтерии и требует особого искусства со стороны бухгалтера. Б. дает возможность судить о правильности ведения книг и в общей картине рисует положение данного предприятия. Имуществу, показанному в Б., делается иногда подробное перечисление, которое называется инвентарем. Составление инвентаря весьма важно для того, чтобы убедиться, что цифра чистого капитала, значащегося на счете Б., есть не только результат арифметических выкладок, но оценка действительно существующего имущества. При этом всякая ценность, составляющая имущество торгового дела, определяется основной, приходной ценой, т.е. ценой, в которую обошлось ее приобретение, а только та ценность которая выходит из дела, определяется продажной ценой. Разность между этими ценами составляет прибыль или убыток и показывает отношение между капиталом, вложенным в дело, и капиталом, существующим во время составления Б. Устанавливая подобные правила об определении цен имуществ, входящих еще в состав предприятия, и имуществ, уже отчужденных, бухгалтерия имеет в виду дать купцу не только общую картину его предприятия в данный момент, но и указание, откуда получилась прибыль или убыток. Но законодательство, которое, нормируя ведение торговых книг, преследует не интересы частных хозяйств, а стремится к обеспечению общественного кредита, дает иные правила для составления баланса и заботится, главным образом, о том, чтобы Б. указывал кредиторам купца точный размер его актива, его действительно существующего имущества. Так, герм. Торговое Уложение (ст. 29 — 31, 23, 230а и RKO 210, 3) предписывает купцу при самом открытии предприятия составить точный инвентарь с подробным указанием в нем принадлежащего ему недвижимого имущества, долгов, причитающихся к получению, долгов, на нем состоящих, суммы наличных денег и всякого другого имущества с обозначением его стоимости: затем он должен вывести Б., показывающий отношение между его активом и пассивом. Всякий купец, обязанный вести торговые книги, должен составлять Б. периодически, причем при определении цен должны быть соблюдены следующие правила. Цена отдельных предметов, входящих в состав наличного имущества, и сумма долгов, причитающихся к получению, должны быть означены в том размере, в каком состоят они во время составления инвентаря и Б. Но при этом не должно руководствоваться исключительно ценой приобретения. Запасы товаров должны быть оценены по той цене. по которой они в данный момент могут быть реализованы; орудия производства (мебель и т.п.) должны быть показаны по соображению с тем уменьшением их ценности, которое обусловливается их употреблением; ценные бумаги должны быть показаны не по номинальной их цене, а по той цене, по которой они могут быть реализованы согласно с курсом дня; долги безнадежные должны быть исключены, долги же сомнительные должны показываться в той сумме, получение которой вероятно. Установив эти правила для определения цен, закон саму оценку предоставляет добросовестности купца, но в то же время он требует, чтобы инвентарь и Б. показывали не только состояние данного предприятия, но и все имущественное положение его владельца. Б. и инвентарь должны составляться ежегодно, и лишь по отношению к некоторым торговым предприятиям в виду особого их свойства, дозволяется составление означенных документов производить один раз в два года. Документы эти должны быть подписаны купцом (а в товариществе — всеми лично ответственными участниками); они могут быть вносимы в особо заведенную для того книгу или же составляться каждый раз в виде отдельных документов, но и в том и в другом случае они должны быть сохраняемы в течение 10 лет со дня их составления. По отношению к акционерным обществам имперский закон 18 июля 1884 г. установил особые, более подробные правила и, между прочим, предписывает вытекающий из Б. убыток или прибыль выставлять отдельно, в конце его.
Русское законодательство дает весьма сходные, хотя и не столь подробные положения. По статье 614 Устава Торгового изд. 1887 г. «каждый торгующий, без изъятия, непременно должен поверять и считать себя по книгам своим ежегодно, или по крайней мере каждые 18 месяцев, в какое время года ему удобнее, и выводить баланс; в коем означать: собственный свой капитал и свое имущество недвижимое и движимое, наличность денег и денежных документов, наличность товаров, долги, ему и от него к платежу следующие, долги спорные или сомнительные, расход на домашние издержки и годовую прибыль и убыток». Составление инвентаря и Б. в виде отдельных документов не дозволяется, а требуется (ст. 616), чтобы они вносимы были в книги: у оптовых торговцев в главную, а у прочих — в расчетную; в виду этого в особой подписи купца под инвентарем и Б. нет надобности. Исключение составляет случай учреждения администрации, когда Б., выведенный купцом, пришедшим в упадок, пишется в виде отдельного документа для представления в биржевой комитет при прошении кредиторов; такой Б. должен быть подписан должником (ст. 490 Уст. Судопроизв. Торг., изд. 1887 г.).

Балдахин 

Балдахин (Baldakinus, baldochinus) — означает в архитектуре матерчатый, каменный, деревянный или металлический навес на четырёх столбиках, который собственно никакого полезного назначения не имеет и применяется преимущественно в виде украшения или в тех случаях, когда нужно подчеркнуть особенную святость или почетность места. Вот почему балдахины помещаются обыкновенно в церквах над алтарными престолами или над особо почитаемыми святынями; во дворцах над тронами и, наконец, в разных общественных зданиях над статуями и бюстами великих общественных деятелей и тому подобными почитаемыми предметами. Происхождение балдахинов надо искать в древнем Востоке, где, как мы это видим, на ассировавилонских и древнеперсидских барельефах, над царем носили большой зонтик, который на воздухе защищал его от дождя и зноя. Зонтик этот мало по малу перешел в тот великолепный балдахин, который в наше время носят над государями при коронациях. На восточное начало балдахина указывает также само происхождение этого слова, потому что baldakinus некоторые производят от «Балдук» или «Балдак», как в средние века назывался Вавилон, а другие от Багдада, по итальянски Baldacco (Бальдакко).
Несмотря на одну и туже основную форму — навес на четырех столбиках или просто навес, приделанный к стене, балдахины отличаются крайним разнообразием, что зависит, во 1-х, от материала, из которого они исполняются, а во 2-х, от их архитектурного стиля.
Всемирной известностью пользуется громадный бронзовый балдахин главного престола храма св. Петра в Риме. Он был отлит в XVII в. при папе Урбане VIII архитектором Берники из бронзовых розеток, украшавших некогда кессоны Пантеона, и имеет около пятнадцати саж. высоты. Он состоит из четырех витых колонн, которые поддерживают весьма вычурный верх, увенчанный четырьмя изогнутыми ребрами, сходящимися под яблоком креста.

Балеарские о-ва

Балеарские о-ва — группа островов в Средиземном море. Важнейшие из них: Майорка, Минорка и Кабрера, которые вместе с Питиусскими о-вами составляли прежде отдельное королевство Майорка, а теперь принадлежат Испании и образуют так наз. провинцию Б. островов, занимающую площадь В 4817,4 кв. км. С 306847 жит. (1884), из кот. 668,4 кв. км. с 24466 жит. приходится на Питиусские о-ва. Главным городом в Maйорке считается Пальма. Несмотря на то, что о-ва между собой и от материка отделены обширными водными пространствами, разница как во флоре и фауне, так и в характере местного населения замечается небольшая. Поверхность вообще гориста (только на Минорке и Maйорке имеются более значительные равнины) и представляет плодородную почву, которой недостает только влаги, чтобы быть одной из самых плодородных провинций Испании. Только Кабрера (Сарraria), названная так по огромным стадам разводимых здесь коз, остается невозделанной и служит местом ссылки. Климат повсюду мягкий, теплый и влажный, несмотря на малое количество дождей летом, и очень благоприятен для зимнего пребывания, вследствие незначительных колебаний температуры. За последние семь лет средняя температура 18° Ц. Жители занимаются земледелием, садоводством и виноделием, причем маслины, вино, миндаль и винные ягоды (фиги) представляют главнейшие продукты, а также, отчасти, занимаются и скотоводством (свиньи и козы), рыбной ловлей и торговлей. Говорят на особом наречии, наз. Майоркино, очень близком к каталонскому, и имеющем свою собственную литературу, (преимущественно стихи) — Два о-ва, принадлежащие к группе Питиусских (т.е. сосновых о-вов), суть: Ивиса, с одноименным глав. городом и портом, и Форментеро, т.е. пшеничный о-в, с отдельными мызами хлебопашцев. Оба острова богаты хлебом, льном и коноплей, вином, маслинами, южными фруктами и особенно фигами, а также доставляют для вывоза много соли.
Уже в глубокой древности Б. были посещаемы финикиянами и греками с о-ва Родоса; даже свое название они получили от греческого слова ballein — бросать, метать, так как жители этих о-вов считались искусными пращниками, и пользовались, благодаря этому, большим почетом как в войсках Аннибала, так и позднее в римской армии. Долгое время находились эти о-ва под владычеством карфагенян, и только в 123 г. до Р. Х., благодаря Авлу Цецилию Метеллу (Balearicus), были присоединены к Римской монархии. В 426 после Р. Х. они попали под владычество вандалов, затем вестготов. При Юстиниане I перешли во владение Восточной Римской империи, при Карле Великом — к франкам, в 798 г. — к арабам. Покоренные в 1208 — 20 г. Яковом Арагонским, после его смерти образовали в 1276 г. собственное королевство (Еl Reyno de Mallorca), соединившееся в 1333 г. с Арагонией. С 1708 по 83 г. Минорка была во владении англичан. Подробное описание Б. находится в роскошно изданном сочинении (анонимном) эрцгерцога Людовика Сальватора: «Die В., in Wort und Bild geschildert» (3 т., Лейпц., 1869 — 81), не поступившем, впрочем, в продажу.

Балет 

Балет (от ballare — танцевать). — Так называются сопровождаемые музыкой театральные представления, в которых действующие лица посредством мимических движений и танцев выражают различные характеры, мысли и страсти. Б. принадлежит к разряду пластических искусств, основные элементы которого: танцы, пластика и мимика. Б. есть своего рода драма, за отсутствием живого слова выраженная в грациозных или выразительных движениях, игре лица, красивых жестах и, наконец, танцах. Начало Б. теряется в глубокой древности. Многие писатели видят его происхождение в религиозных танцах евреев и египтян, которыми сопровождались их религиозные торжества: танцами египтяне изображали движение небесных светил, у евреев царь Давид танцевал с левитами, когда скинию Завета переносили из Обедедона в Иерусалим. До XIII в. танцевали в латинских и греческих церквах, да и до сих пор танцуют в религиозных процессиях не только на Востоке, но даже в Испании и Португалии. Б. у греков всегда сопровождал их комедии и трагедии, но общей связи с главным действием не имел, а был только дивертисментом. У римлян существовали религиозные пляски, по преданию, установленные Нумой Помпилием в честь Марса (известны пляски салийских жрецов), но в этих плясках не было той целомудренности, которой отличались греческие танцы. Вот как описывает Тацит пляску сбора винограда: в великолепных садах, при свете тысяч факелов, прикрытые звериными шкурами, римские жены и девы дикими кликами призывали Бахуса, топаньем босых ног изображая выжимание винограда; среди них Мессалина с распущенными косами махала тирсом в то время, когда ее любовник Силий венчал себе голову плющем. Всем действующим лицам в этих празднествах имп. Клавдий приказал отрубить головы. В царствование Августа мимы Батилл и Пилад завоевали всеобщее внимание своими балетными представлениями. Пиладу из Киликии приписывают изобретение патетического и трагического балета. Б. Батилла Александрийского отличался комизмом и веселостью. Ни у греков, ни у римлян Б. не имел самостоятельного значения, а являлся интермедией в драматических зрелищах. С падением Рима Б. искусство замирает на тысячу лет и возрождается только к концу XV и началу XVI вв. в Италии. В 1489 году герцогу миланскому был дан Б. по случаю женитьбы его на Изабелле Арагонской. Во Франции Б. введен Бальтазарини, капельмейстером Екатерины Медичи. В 1581 г. он поставил в Лувре Б. «Цирцея и ее нимфы», стоивший 3600000 ливров. С тех пор Б. вошел в большую моду. Редкий праздник обходился без балета, в котором нередко участвовали сами короли и их вельможи. Генрих IV и его министр Сюлли танцевали в Б., сочиненном сестрой короля. В XVII в. введены в Б. значительные усовершенствования Оттавио Ринуччини, который пользовался поддержкой Марии Медичи и Ришелье. Последний ставил при С. Жерменском дворе роскошные Б. и на одном из них (1625) танцевал сам Людовик XIII. Тринадцатилетний Людовик XIV танцевал в Б. «Кассандра», и впоследствии любил участвовать в балетах. Когда во Франции появилась опера, то балет вошел в ее состав. Первая попытка в этом роде сделана Кино (Quinault) в его «Fetes de Bacchus et de l'Amour» (1671). В произведениях Кино Б. подчинен музыкальной части и входит в оперу как вставной элемент под именем «Divertissement» и «Fetes». До Кино женские роли в Б. исполнялись мужчинами, а при нем в первый раз в Б. «Триумф любви» (1681) появились четыре миловидных танцовщицы. Балет сам по себе имел мало драматического выражения и нуждался еще в пояснениях посредством пения и речитативов. В 1697 г. Ламот преобразовывает Б., вводя в него драматическое действие и страстные положения. Его Б. «L'Europe galante» послужил прототипом современных балетов. Самостоятельное значение придал Б. Новерр из Штутгарта с 1763, окончательно отделив его от оперы постановкой акта из балета «Medee et Jason». Новерр первый поставил Б. в связи с античной пантомимой и дал танцам центральное значение в Б., подчинив им мимикопластический элемент. Мифологические Б., остаток версальского величия, пришел в совершенный упадок во времена консульства, будучи вытеснен комическими Б. вроде: «La fille mal gardee», «Arlequinades» и т.п. В XIX веке новую жизнь в Б. вдохнул Галеотти, в Копенгагене, который сделал попытку вернуть Б. к чисто драматикопластическому принципу и в противоположность Новерру подчинил ему и танцы, не давая им перевеса, отчего Б. принял характер ритмическо-пластической пантомимы, но этот опыт, за раннею смертью Галеотти (1817), не получил распространения дальше Копенгагена. Опыты в этом направлении дольше всего продолжались на миланской сцене, где посредством пантомим пытались изобразить трагические сюжеты, переделав в Б. даже «Гамлета». Блистательная эпоха балетов началась с 30-х годов нынешнего столетия и роскошь постановки их почти на всех европейских сценах обусловливается правительственными субсидиями.
В музыкальном отношении балетная музыка сильно подвинулась вперед в XIX ст. Как на пример, можно указать на Б. «Прометей» Бетховена, на французские Б. Адана, Делиба, на балетную музыку в очень многих новейших операх: Мейербера, Обера, Галеви, Николаи, Гуно, Бизе, Тома, Масснэ, Бойто, Верди, Понкиелли, Монюшко, Гроссмана и друг., на ту же музыку в симфонических сочинениях Берлиоза («Damnation de Faust»), Мендельсона («Sommernachtstraum»), на знаменитый «Invitation a la danse» Вебера (вальс этот с оркестровкой Берлиоза вставлен в оперу «Фрейшютц») и проч. В большинстве русских оперных произведений балетная музыка занимает видное место, как напр. в операх Глинки, Верстовского, Даргомыжского, Серова, Чайковского, Римского-Корсакова, Бородина, Рубинштейна, Направника, Соловьева и друг.
В России балеты, как самостоятельные сценические произведения писали и пишут: Серов (народные танцы), Пуньи («Конек Горбунок», «Дочь фараона» — лучшие балеты), Минкус («Роксана»), Чайковский («Лебединое озеро», «Спящая красавица»), Рубинштейн («Виноградная лоза»), М. Иванов («Весталка»), Фитингоф-Шелл («Гарлемский тюльпан») и проч.
Начало Б. в России относится к XVIII в., хотя, танцы, несомненно, существовали у нас с первобытных времен, о чем можно судить, отчасти, по фрескам КиевоПечерского собора XII в., на которых сохранились изображения танцующих. Духовенство считало пляски делом зазорным, бесовским и всячески осуждало танцы: «како зла вещь есть плясание, колико есть мерзко перед Господом от видения является» (Великое зерцало); на картинках страшного суда (см. Д. Ровинский, «Русские народные картинки») пляшущие показаны в аду. По свидетельству Рейтенфельса («De rebus Mosckovitis», Patav., 1680, p. 105) первый Б. в России был поставлен в царствование Алексея Михайловича в субботу на масленице 1675 г. И.Е. Забелин («Домашний быт русских цариц», Москва, 1872, 2-ое изд. ) относит это «комедийное действо» к масленице 1672 г., когда суббота этой недели приходилась на 17-е февраля, с которого дня, по его мнению, и должна начинаться история нашего театра (стр. 479).
Перед началом спектакля на сцену вышел актер, изображавший Орфея, и пропел немецкие куплеты, переведенные царю толмачами, в которых превозносились прекрасные свойства души Алексея Михайловича. По обе стороны Орфея стояли две украшенные транспарантами и освещенные разноцветными огнями пирамиды, которые после песни Орфея начали танцевать. Описанные Рейтенфельсом подвижные пирамиды, вероятно, те самые, которые в числе театральных вещей перевозились из комедийной хоромины села Преображенского (по указу Алексея Михайловича от 23 января 1673 г.) во вновь устроенное для театра помещение в Кремлевском дворце, что «над аптекою»; в перечне вещей сказано: «выкрашены голубцом четыре балеты» (Забелин, стр. 485). Подобное зрелище вряд ли может быть названо Б., так как только при Петр I Великом на Руси появляются танцы в настоящем значении этого слова: были введены менуэты, контрдансы и т.п. Настоящий Б. у нас заводится в царствование Анны Иоановны, когда в 1735 г. был приглашен в столицу композитор Франческо Арайя. Раз в неделю представлялись итальянские интермедии с Б., в котором танцевали кадеты сухопутного корпуса (ныне Павловское военное училище и 1-й корпус), под руководством балетмейстера Р. Фузано (Фоссано), с 1736 г. Между воспитанниками лучшим танцором был Чоглоков, впоследствии камергер. Танцам обучал знаменитый танцовщик Ланде, ловко сумевший приобрести расположение всесильного Бирона и через то пользоваться милостями и вниманием императрицы. С особенною роскошью Б. ставились в царствование Елисаветы Петровны. Кадеты: Бекетов, Мелисино, Свистунов, Остервальд и др. были весьма искусны в танцах. Бекетов, впоследствии фаворит Елисаветы, пользовался особенной благосклонностью императрицы, которая сама одевала красивого юношу, превосходно исполнявшего женские роли. 1-го августа 1759 г. в день тезоименитства императрицы и по случаю победы над пруссаками при Франкфурте был торжественно поставлен балет-драма: «Прибежище добродетели», имевший огромный успех. Вся балетная труппа обходилась тогда 33810 р. в год, не считая оркестра. В царствование Екатерины II Б. был в большой моде. По случаю коронации императрицы был дан в московском дворце роскошный балет: «Радостное возвращение к аркадским пастухам и пастушкам богини весны», в котором участвовали знатнейшие вельможи. Из записок Порошина (1765) видно, что Павел Петрович, наследник престола, нередко танцевал в придворном театре в балете; о представлении 18 января он пишет: «от хлопанья в ладоши, в танцовании его высочество несколько сбился и оробел». В описываемую эпоху балет пользовался большой популярностью. Помещики стали обучать балетным танцам своих крепостных девок и устраивать крепостные балеты. Особенно славился в то время балет помещика Нащокина. В балетах, как и во всем, господствовало пасторальносантиментальное направление, как об этом можно судить по одним уже их названиям: «Радостное возвращение...» и т.п. Опера была немыслима без балета, который вовсе не входил в действие, а приплетался механически в антрактах. В 1766 г., выписанный из Вены «совершенный балетмейстер» и «великий сочинитель музыки» Анжолини вводит национальный русский балет и «вместя в музыку оного (балета) русские мелодии, сим новым ума своего произведением удивил всех и приобрел всеобщую себе похвалу», так писал тогдашний историк театра Штелин («Краткое известие о театральных в России представлениях», «С. Петербургский Вестник», 1779, октябрь, 258), по словам которого балет был тогда весьма любим.
Содержание Б. обходилось в 1787 г. — 40170 р. в год. В 1790-х годах балеты ставились с особенным великолепием и русская труппа имела уже отличных танцовщиков и танцовщиц из русских, каковы: Ив. Вальбрех, Вас. Балашов, Зорина, Софья Вальбрехова и др. Вначале царствования Павла Петровича балет еще в моде. Труппа обходилась только в 24110 р. в год. Особую приманку балетов составляли волшебные декорации искусного Гонзаго, перспективная живопись которых необыкновенно восхищала зрителей. Талантливый Вальбрех, воспитанник театрального училища, является первым балетмейстером из русских людей (с 1794 г.). При Павле I изданы были особые правила для балета: императору наскучили прыжки и танцы мужчин в Б. и потому приказано было, чтобы на сцене не было ни одного мужчины; роли мужчин танцевали Колосова и Берилова до приезда Огюста, известного сочинителя русских танцев, которым он впоследствии обучал в Бозе почившего императора Александра II. Следующее царствование было эпохой расцвета балета. Никогда Б. в России не достигал такого блеска, как в 1-ую четверть нынешнего века. И всем этим успехам Б. был обязан Дидло, знаменитому балетмейстеру; 30 лет он украшал петербургскую сцену (с 1802 — 1831 года) и, вероятно, составил бы гордость лучшей европейской сцены. Вольф в своей «Хронике петербургских театров» (Спб., 1887 года, ч. I, стр. 29) говорит о Дидло, как о полубоге и об уходе его замечает, что «публика потеряла в Дидло балетмейстера, каких ни прежде ни после у нас не бывало». Этот неутомимый, преданный своему искусству до фанатизма, труженик и до суровости строгий и грозный учитель образовал для нашей сцены много первостатейных танцовщиков и танцовщиц, прославивших себя и своего учителя, каковы: грациозная и талантливая Мария Данилова (вып. 1808), о которой современный театрал писал, что она «была превыше всего, что в этом роде Петербург дотоле видывал», Истомина (1816), Лихутина (1820), Дидье (1821), Гольц (1822), Телешова и Зубова (1823). Дидло возвел балеты на высшую ступень совершенства; они были поэтическими созданиями и много лет восхищали петербуржцев. Пушкин и Грибоедов воспевали его балеты и его учениц — Истомину и Телешову, старец Державин изумлялся искусству Дидло, в балетах которого отражался господствовавший тогда романтизм. Б. оставил мифологию и начал брать сюжеты из действительной жизни. Высокие порывы были даровитым Дидло обличены при помощи пластики и мимики в лучшие вымыслы романтизма. Танцы, главный элемент балета, были им применяемы умеренно и всегда кстати. В балетах этого времени разыгрывались даже целые трагедии, как «Федра» Расина. «Северная Пчела» писала в 1815 г. по случаю постановки балета «Ацис и Галатея» в день именин государя, что все творения Дидло «равно прекрасны и все приводит в отчаяние настоящих и будущих балетмейстеров». В 20-х годах, по свидетельству кн. И.А. Вяземского, балет в Спб. пользовался большим уважением; в большом ходу был балет «Семик», чисто народная забава, как наз. его кн. Вяземский — «разнохарактерный дивертисмент», в который кроме Б. входила русская пляска и пение на народные мотивы. Балетная труппа Петербурга занимала одно из первых мест среди балетных трупп сцен Европы. О том, во что обходился дирекции балет, можно судить по гонорару некоторых артистов: славный танцовщик Дюпор (1808) получал в год 45000 руб. (180000 фр.) или 900 руб. за каждый выход. Вигель в своих записках пишет, что дебют Дюпора вызвал восторг и удивление; французский танцовщик Антонин получал 25000 р. (1815), Кастильон 18000 р. (1821). В царствование Николая Павловича наш балет еще продолжает блистать и все, благодаря тому же Дидло, занимает первенствующее место. Все другие виды сценического искусства оставались в пренебрежении. Б. поглощал все внимание театральной администрации. Император Николай Павлович очень любил балетные преставления и почти не пропускал ни одного; иногда он садился в кресла, чтобы лучше наблюдать весь ансамбль Б. В 1831 г. Дидло оставил пет. сцену из за неприязненных отношений к нему директора театров кн. Гагарина. Уход его сильно отразился на положении балетного дела. Вскоре вниманием столицы овладевает Мария Тальони. Эта 4-я грация как ее называли, дебютировала в балете «Сильфида» (6 сент. 1837) и вызвала неописуемый восторг. Такой легкости, такой целомудренной грации, такой необыкновенной техники и мимики еще не видывали ни у одной из танцовщиц. В 1841 г. она распростилась с Петербургом, протанцевав за это время более 200 раз. В 1848 г приезжает Фани Эльслер, соперница Тальони знаменитая своей грацией и мимикой. Вслед за Эльслер посетила Петербург Карлотта Гризи. Дебютировала она в Б. «Жизель» (1851 г.) и имела большой успех, выказав себя первоклассной танцовщицей и прекрасной мимической актрисой. Танцевала она в Спб. до 1853 г., когда взамен ее были ангажированы 3 прима— балерины: Флери, Гиро и Иелла, которых с Гризи даже сравнивать нельзя. Балетмейстеры: Огюст, Блаш, Титюс, Тальони (отец), Перро, Петипа, Мазилье последовательно ставили роскошные балеты и привлечением талантливых артистов старались выдвинуть балетные представления, к которым начинали охладевать, благодаря итальянской опере; балеты в 1850 годах давались только по воскресеньям на сцене Большого театра и посещались, главным образом, только присяжными балетоманами. Из танцовщиц этой эпохи отметим: Прихунову, Ришар, Амосовых 1-ую и 2-ую, Санковскую, Макарову, Никитину, Радину, Снеткову, Шлефохт, Суровщикову, также и др.; из танцовщиков выдавались: Алексис, Фредерик, Флери, Гольц, Герино (1834 — 36), Иогансон, Стуколкин, Петипа (с 1847), Пeppo (1848), Кшесинский (1853) и др. О балетах 40-х годов наш знаменитый критик В. Белинский нередко писал критические статьи; так, он писал: о Тальони, Герино и Санковской. В царствование Александра II в направлении балета замечается стремление выдвигать отечественные таланты. Целый ряд талантливых русских танцовщиков и танцовщиц украшали балетную сцену, многие из них еще и теперь продолжают с успехом выступать. Хотя в постановки Б. начала соблюдаться большая экономия, все же опытность и энергия нашего известного балетмейстера Mapиyca Петипа давала возможность и при небольших затратах прилично и изящно обставлять балеты, успеху которых не мало способствовали превосходные декорации наших известных художников: Бочарова, Шишкова и Антония Вагнера (род. 1810, умер 1886). Танцы берут верх над пластикой и мимикой и превосходно ставятся балетмейстерами: Перро (1849 — 1859), Сен-Леон (1859 — 1869) и Петипа (с 1869 г.). Сен-Леон сюжеты своих балетов заимствовал из русских сказок, таковы: «Конек Горбунок» (1864), выкроенный из сказки Ершова, и «Золотая рыбка» (1867), а Петипа по случаю войны 1878 г. поставил балет «Роксана», на славянский сюжет. Из первых танцовщиц отметим: Надежду Богданову, Муравьеву, Петипа, Прихунову, Кеммерер, Мадаеву, Канцыреву, Вазем, Вергину, Евг. Соколову, Горшенкову, Никитину, Иогансон, Петипа (с 1879 г. ); выдающихся танцовщиков хотя и было менее, но все же между ними было не мало даровитых, таковы: Фредерик, Иогансон, Кшесинский, Петипа, Стуколкин 1-й, Гольц, Гердт, А. Богданов и др. Из иностранных знаменитых балерин в Спб. с успехом танцевали: Черито, Феррарис, Гранцова, Сальвиони, Стефанская и др. Ныне балеты даются в Спб. Мариинском театре два раза в неделю (по средам и воскресеньям). Балетмейстером состоит по прежнему талантливый Mapиус Петипа. Дирижируют оркестром по очереди: Папков и Дриго. В последнее десятилетие дирекция обратила особенное внимание на постановку Б. Прима-балерины, одна другой талантливее, украшают нашу балетную сцену. Заслуженным успехом в Петербурге пользуются: Никитина, Вазем, Евг. Соколова, Горшенкова, Петипа, Недремская, Жукова, Оголейт, Иогансон, Андерсон и др. Столицу также посетили многие иностранные балерины, из которых выдающихся успехом пользовались: Бессонэ, Корнальба и Виржиния Цукки. С 1888 г. на вашей сцене танцует весьма талантливая итальянская балерина Брианца, которая пользуется ныне (сезон 1890 г., осень) значительным успехом в новом балете: «Спящая красавица», музыка к которому написана нашим знаменитым композитором Чайковским. Успех с ней в этом балете делит г-жа Никитина, столь же прекрасная танцовщица, как и мимистка. На характерные и мимические роли приглашена французская балерина театра «Grande Opera» г-жа Лаус. Из иностранных танцовщиков отметим гг. Чекетти и Бекефи (характерные танцы). Мужской персонал балета, хотя и имеет видных представителей, но большинство артистов те же, что и в минувшее царствование. В Москве балетмейстером состоит г. Мендес (ученик Тальони) — весьма умелый и знающий хореограф. Из танцовщиц отметим, пользующуюся значительным успехом г-жу Гейтен, а также грациозных: Калмыкову и Бармину, а из танцовщиков — гг. Гельцера (мим) и Домашева. От балета начинают теперь требовать серьезной мимики, без которой он не может быть введен в сферу драматического искусства. На одних танцах, очевидно, оставаться нельзя, нужна еще искусная игра. 
Литература.
I. Menestrier, «Des Ballets anciens et modernes» (Париж, 1682); Кагюсак, «Traite de la Danse ancienne et moderne» (Париж, 1753, 3 тома); Noverre, «Lettres sur les arts imitateurs et sur la danse en particulier» (Париж, 1807); ero же, «Lettres sur la danse, sur les Ballets et sur les arts» (Спб. 1804); Castel Blaze, «La danse et les Ballets, depuis Bacchus jusqu'a mlle Taglionis» (Париж, 1832); Фосс, «Der Tanz und seine Geschichte» (Берлин, 1868); «Les origines de l'Opera, le Ballet de la reine» (Париж, 1869); Chouquet, «Histoire de la musique dramatique» (Париж, 1873); Czerwinski, «Brevier der Tanzkunst» (Лейпц., 1880), Bougin, «Dictionnaire Historique du theatre etc.» (Париж, 1884); также см. «La Grande Encylopedie» (Париж, т. 6, стр. 155).
II. «Б. в Италии, за 80 лет в Лондоне и за 60 лет в Вене» («Репертуар и Пантеон», 1842, VIII и XII); М. К., «Б. у римлян и Б. в настоящее время» (ibid., 1843, X); «История танцевания и Б. по розысканиям французов и англичан» (ibid., 1850, III, 1 — 16; IV, 1 — 20, VII, 23 — 42); Ф. Кони, «Б. в С.-Петербурге» (ibid., 1850, кн. III); П. Глушковский, «Б. в России и знаменитый хореограф К. Л. Дидло» (ibid., 1851 года, № № IV, VIII и XIII); В. Зотов, «Б. в Спб. Беглый взгляд на его историю» (сезон 1853 — 1854; ibid., 1854, III); П. Арапов, «Летопись русского театра» (Спб., 1861); А. Вольф, «Хроника петербургских театров» (Спб., часть 1 и 2, 1877; часть З, 1884); Скальковский, «Балет, его история и место в ряду изящных искусств» (Спб., 1882; 2-е изд. 1886).

Балканский полуостров

Балканский полуостров — юго-вост. оконечность Европы, на которой расположены европейские владения Турции, княжество Болгария, королевства Сербия и Греция и занятые Австрией по Берлинскому трактату области Босния и Герцеговина.

Балкон 

Балкон (французское balcon) — выступающая на фасада здания прямоугольная или полукруглая площадка, обнесённая решёткой или балюстрадой. В зависимости от этажа и от обработки фасада балконы своими внешними частями или опираются на колонны или же делаются висячими, т.е. устраиваются на металлических кронштейнах или на выпущенных вперёд концах балок, а также на заделанных одним концом в каменную стену рельсах. Устройство их бывает весьма различно. Самое прочное заключается в том, что в каменную стену, по всему протяжению будущего балкона, заделывают одним концом в стену несколько рельсов; располагаются они между собою на расстоянии от 12 верш. до 1 арш. и выпускаются наружу от 1-го до и 1/2 аршина. Свободные наружные концы рельсов стягиваются полосовым железом, а промежутки между ними заполняются сводиками, сложенными толщиною в полкирпича на портландском цементе. Снизу сводики подштукатуриваются, а сверху выстилаются, по забутке, каменной лещадью или какими-нибудь искусственными плитками, напр. очень прочными плитками «Метлахского» завода. — Стойки решётки укрепляются в концы рельсов или в полосовое железо, а концы её поручня заделываются в каменную стену. Решётка обыкновенно красится масляной краской. Такие балконы очень прочны и долговечны, но зато они вместе с тем очень дороги и грузны. Поэтому чаще применяют другой способ устройства, который заключается в том, что по рельсам делают настил из сосновых 11/2 вершков толщины досок, а снизу подшивку из более тонких досок, которая обыкновенно красится масляной краской. Чтобы доски не гнили, их сверху покрывают рольным (листовым) свинцом или листовым железом, которое окрашивают масляной краской; а чтобы железо не гремело под ногами под него подкладывают войлок. Стойки решётки укрепляют в доски. Металлическая решётка заменяется мраморной или отливной цементной балюстрадой обыкновенно тогда, когда балкон устраивается на выступ стены нижнего этажа или на колоннах. Когда балконы делаются в наших городских домах, то им можно придавать те сравнительно небольшие размеры, которые мы указали выше, т.е. от 1 до 2-х арш. ширины и от 2-х до 5 — 7 арш. длины, потому что ни климат наш, ни городской воздух не располагают вовсе к продолжительному пребыванию на балконе; балкон бывает нужен лишь для того, чтобы выйти на него на несколько минут отдохнуть от комнатной духоты, посмотреть на случайно проходящую процессию или какой-нибудь любопытный случай на улице; следовательно, балкон будет вполне достаточных размеров, если на нём можно так поставить стул, чтобы сзади был свободный проход (вершков 8 — 12), а спереди можно было удобно сесть, облокотясь на решетку. Другое дело деревенские и дачные дома, в которых живут большей частью летом. Там в комнатах почти никто не сидит; балкон же служит и гостиной и столовой, и детской, и рабочей комнатой. Такие балконы должны быть около 6-ти аршин ширины и от 8-ми до 10-ти аршин длины; самое лучшее делать на них легкую кровлю на тонких столбиках и простой деревянный пол. Подобные балконы, в случае расположения их в 1-м этаже, обыкновенно называются «террасами».
В сравнительно недавнее время в нашей архитектуре, и преимущественно в Петербурге, вошли в употребление так называемые тёплые балконы, т.е. висячие выступы на фасадах на подобие шкафов, которые делаются высотою или в один этаж или в два, или в большее число этажей. Если они устраиваются на надворном или садовом фасаде, то их можно начинать с земли; если же они приходятся на уличном фасаде, то их надо делать висячими, чтобы не отнимать места у тротуара. В таком случае их располагают на крепких железных кронштейнах, которые заделываются в стену или обкладываются выпускными рядами кирпича, или же маскируются снаружи алебастровой лепной работой, или цинковой штампованной обкладкой, которым придается форма архитектурно обработанного каменного кронштейна. Иногда, впрочем, эта архитектурная ложь, выработанная нашими современными техническими приемами, отбрасывается и балкон основывается на настоящих кронштейнах из тесового камня какой-либо твердой породы. На концы кронштейнов кладут параллельно фасаду рельсы или полосовое железо и на приготовленной таким образом рамке выводят боковые и лицевую стенки балкона; во всех балконах обыкновенно делаются окна. Вверху стенки эти оканчиваются на уровне потолка одного из следующих этажей. Сверху такого теплого балкона устраивается или открытый балкон или делается крыша. Степы теплого балкона выводятся большей частью, для уменьшения его веса, только в два кирпича толщиной и из пустотелого кирпича. Оконные рамы делаются двойные, а потолок теплый, как в жилых покоях. С комнатой такие балконы соединяются аркой во всю свою ширину.
Эта архитектурная форма имеет свои выгоды и невыгоды. Первые сводятся к тому, что эти балконы увеличивают внутренние помещения, и по своей живописности, очень украшают фасад; благодаря своим боковым окнам, дают возможность смотреть вдоль той улицы, на которую выходит фасад, чего зимой из обыкновенных окон делать нельзя; но зато они отнимают у комнаты много света, стоят довольно дорого и, наконец, вследствие того, что все их стены наружные, они зимой бывают довольно холодны, так что в них сидеть долго неудобно. Сравнивая все эти данные, можно, пожалуй, придти к тому заключению, что Б. эти у нас — дело моды, и что в нашем северном климате они долго не продержатся. Об устройстве балконов см. ст. Курвоазье, «Устройство балконов и навесов» (журнал «Хозяйственный строитель», 1884 года, № 80-й).

Баллада 

Баллада (от франц. ballade, итал. ballata, от ballare — плясать) — означала у южно-романских народов, приблизительно с XII столетия, небольшое лирическое стихотворение, состоявшее из трех или четырех строф, чаще же восьми, десяти или двенадцати строф, перемежающихся с припевом (рефреном), и обыкновенно имевшее содержанием любовную жалобу. Первоначально оно пелось для сопровождения танцев. В Италии, между многими другими, баллады сочиняли также Петрарка и Данте. Во Франции, родиной Б. считается Прованс. Этой формой небольшого эпического стихотворения любили пользоваться провансальские трубадуры. При Карле V Б. вошли в употребление и в северной Франции. При Карле VI сочинением Б. прославились Ален Шартье и герцог Карл Орлеанский. В XVII в., Б. писал знаменитый баснописец Лафонтен. Под его пером Б. отличалась простотой и остроумием; но писательница того же века Дезульер лишила Б. этих свойств. В глазах Буало, а затем Мольера, Б. была чем-то устарелым и скучным. Но независимо от такого строго выдержанного, со стороны формы, вида стихотворений, балладой весьма рано привыкли называть во Франции стихотворные пьесы, отличающиеся свободой формы и особенно ярким национальным характером содержания. Такова сохранившиеся до сих пор, как народная песня, Б. рассказывающая об отчаянии дочери французского короля, принужденной выйти замуж за английского принца (дочь Карла VI была замужем за Генрихом V английским). В новейшее время образцы свободной баллады мы встречаем у главы французских романтиков В. Гюго («La ballade de la nonne» и «Les deux archers») и у Жерара де-Нерваля («La fiancee fidele» и «Saint Nicolas»).
В Англии Б. известна издавна. Есть основание предполагать, что Б. принесена норманскими завоевателями, а здесь получила только колорит мрачной таинственности. Самая природа Англии, в особенности в Шотландии, внушала бардам этих стран настроение, сказывавшееся в изображении кровавых битв и ужасных бурь. Барды в своих балладах воспевали битвы и пиры Одина и его товарищей; позднее поэты этого рода воспевали подвиги Дугласа, Перси и др. героев Шотландии. Известны затем баллады о Робине Гуде, о прекрасной Розамунде, столь популярные в Англии и Шотландии, равно как и Б. о короле Эдуарде IV. Из Б. неисторических замечательна Б. о детях в лесу, отданных дядей опекуном двум разбойникам для того, чтобы они их убили. Литературную обработку Б. дал Роберт Бернс. Он мастерски воспроизводил старые шотландские предания. Образцовым произведением Бернса в этом роде признается «Песня о нищих» (переведена на русский язык). Вальтер Скотт, Соути, Кемпбель и некоторые другие первоклассные английские писатели также пользовались поэтической формой Б. Напомним, что перу Вальтер Скотта принадлежит Б. «Замок Смальгольм», в переводе Жуковского увлекавшая наших любителей романтизма. В общем слово баллада получило в Англии своеобразное значение, и стало применяться преимущественно к особому роду лирико-эпических стихотворений, которые были собраны Перчи в «Reliques of ancient English poetry» (1765 г.), и имели большое влияние на развитие не только английской, но и немецкой литературы. Поэтому слово Б. в Германии употребляется в том же смысле, т.е. как обозначение стихотворений, написанных в характере старинных английских и шотландских народных песен. Содержание немец. Б. имеет также мрачный, фантастический характер, и идет эпизодично, так что восполнение в Б. частей, недостающих или связывающих сюжет ее, предоставляется фантазии самих слушателей. В Германии Б. была особенно в моде в конце прошлого и первой четверти текущего столетия, в период процветания романтизма, когда появились баллады Бюргера, Гете, Уланда и Гейне. — Как композитор музыкальных «баллад» в Германии пользуется большой известностью Леве. Упомянем также о знаменитой балладе «Лесной царь» Шуберта.
Баллада явилась в русской литературе в начале нынешнего столетия, когда отжившие свой век традиции старого псевдоклассицизма стали быстро падать под влиянием немецкой романтической поэзии. Первая русская Б., и притом — оригинальная и по содержанию, и по форме — «Громвал» Гавр. Петр. Каменева (1772 — 1803); но главнейшим представителем этого рода поэзии у нас был В.А. Жуковский (1783 — 1852), которому современники дали прозвище «балладника» (Батюшков), и который сам в шутку называл себя «родителем на Руси немецкого романтизма и поэтическим дядькою чертей и ведьм немецких и английских». Первая его Б. «Людмила» (1808) переделана из Бюргера (Lenore). Она произвела сильное впечатление на современников. «Было время», говорит Белинский, «когда эта Б. доставляла нам какое-то сладостно-страшное удовольствие, и чем более ужасала нас, тем с большею страстью мы ее читали. Она коротка казалась нам во время оно, не смотря на свои 252 стиха». Жуковский перевел лучшие Б. Шиллера, Гёте, Уланда, Зейдлица, Соути, Мура, В. Скотта. Оригинальная его Б. «Светлана» (1813) была признана лучшим его произведением, так что критики и словесники того времени называли его «певцом Светланы». Пушкину принадлежат Б.: «Песнь о вещем Олеге», «Бесы» и «Утопленник»; Лермонтову — «Воздушный корабль» (из Зейдлица); Полонскому — «Солнце и месяц», «Лес» и др. Целые отделы Б. находим в стихотворениях гр. А.К. Толстого (преимущественно — на древнерусские темы) и А.А. Фета.

Балистика 

Балистика (баллистика) — наука о движении тяжелых тел, брошенных в пространстве, основанная на математике и физике, Она занимается, главным образом, исследованием движения снарядов, выпущенных из огнестрельного оружия. Различают внутреннюю Б, занимающуюся исследованием движения снаряда в канале орудия, в противоположность внешней баллистике, исследующей движение снаряда по выходе из орудия. Главной задачей научной Б. является математическое решение вопроса о зависимости кривой полета (траектории) брошенных и выстреленных тел от ее факторов (силы пороха, силы тяжести, сопротивления воздуха, трения). Для этой цели является необходимым знание высшей математики и добытые таким путем результаты представляют ценность только для людей науки и конструкторов оружия. Но, понятно, что для солдата-практика стрельба является делом простого навыка.
Первые исследования относительно формы кривой полета снаряда (из огнестрельного оружия) сделал в 1546 г. Тартаглия. Галилей установил при посредстве законов тяжести свою параболическую теорию, в которой не было принято во внимание влияние сопротивления воздуха на снаряды. Теорию эту можно применить без большой ошибки к исследованию полета ядер только при небольшом сопротивлении воздуха. Изучением законов воздушного сопротивления мы обязаны Ньютону, который доказал в 1687 г., что кривая полета не может быть параболой. Робинс (в 1742 г.) занялся определением начальной скорости ядра и изобрел употребляемый и поныне баллистический маятник. Первое настоящее решение основных задач баллистики дал знаменитый математик Эйлер. Дальнейшее движение Б. дали: Гуттон, Ломбард (1797 г.) и Обенгеим (1814 г.). С 1820 г. влияние трения стало все более и более изучаться, и в этом отношении много работали: физик Магнус, французские ученые Пуассон и Дидион и прусский полковник Отто. Новым толчком к развитию Б. послужило введение во всеобщее употребление нарезного огнестрельного оружия и продолговатых снарядов. Вопросы Б. стали усердно разрабатываться артиллеристами и физиками всех стран; для подтверждения теоретических выводов стали производиться опыты с одной стороны в артиллерийских академиях и школах, с другой стороны на заводах, изготовляющих оружие; так напр., очень полные опыты для определения сопротивления воздуха произведены были в Петерб. в 1868 и 1869 г., по распор. ген.-ад. Баранцева, заслуженным профессором михайловской артиллерийской академии, Н.В. Маиевским, оказавшим большие услуги Б., — и в Англии Башфортом. В последнее время на опытном поле пушечного завода Круппа определялась скорость снарядов из орудий разного калибра в различных точках траектории, и достигнуты были очень важные результаты. Кроме Н.В. Маиевского, заслуги которого оценены надлежащим образом и всеми иностранцами, в ряду множества ученых, в новейшее время работавших по Б., особенно заслуживают внимания: проф. алж. лицея Готье, франц. артиллеристы: — гр. Сен-Роберт, гр. Магнус де Спарр, майор Мюзо, кап. Жуффре; итал. арт. капит. Сиаччи, изложивший в 1880 г. решение задач прицельной стрельбы, Нобль, Нейман, Прен, Эйбль, Резаль, Сарро и Пиoбер,. положивший основание внутренней Б.; изобретатели балистических приборов — Уитстон, Константинов, Наве, Марсель, Депре, Лебуланже и др. 
Литература (по внешн. Б.). Н.В. Maевский «Курс внешн. Б.» (Спб., 1870); его же, «О решении задач прицельной и навесной стрельбы» (№ 9 и 11 «Арт. Журн.», 1882 г.) и «Изложение способа наименьших квадратов и применение его преимущественно к исследованию результатов стрельбы» (Спб., 1881 г.); Х. Г., «По поводу интегрирования уравнений вращательного движения продолговатого снаряда» (№1, "Арт. Журн. ", 1887 г.); Маиевский, «Traite de Balist. exter.» (Париж, 1872); Дидион, «Traite de Balist.» (Пар., 1860); Робинс, «Nonv. principes d'artil. corn. par Euler et trad. par Lombard» (17З); Лежандр, «Dissertation sur la question de balist.» (1782); Поль-де-сен-Роберт, «Memoires scientif.» (т. I, «Balist», Тур., 1872); Отто, «Tables balist. generales pour le tir eleve» (Пар., 1844); Нейман, «Theorie des Schiessens und Werfens» («Archiv f. d. Off. d. preus. Art. und. Ing. Corps» 1838 и след.); Пуассон (Poisson), «Recherches sur le inouvement des project» (1839); Гели (Helie), "Traite de Balist. experim. " (Пар., 1865); Сиаччи, (Siacci), «Corso di Balistica» (Тур., 1870); Магнус-деСпарр (Magnus de Sparre), «Mouvement des projects oblongs dans le cas du tir du plein fouet» (Пар., 1875); Мюзо (Muzean), «Sur le mouv. des project. oblongs dans l'air» (Пар., 1878); Башфорт (Baschforth), «A mathematical treatise on the motion oi projectiles» (Лонд., 1873); Тилли (Тillу), «Balist.» (Брюсс., 1875); Астье (Astier), "Balist ext. " (Фонтенебло, 1877); Резаль (Resal), «Traite de mec. gener.» т. 1, «Mouv. des proj. obl. d. l'air» (Пар., 1873); Матиэ (Mathieu), «Dynamique analyt»; Сиаччи, «Nuovo metodo per rivolvere i problemi del tiro» (Giorno di Art. e Gen. 1880, part II punt 4); Отто (Otto), «Erorterung uber die Mittel fur Веurtheilung der Wahrscheinlichkeit des Treffens» (Берл., 1856); Дидион (Didion), «Calcul des probabilites applique au tir des project.» (Пар. 1858); Лиагр (Liagre), «Calcul des probabilites»; Сиаччи (Siacci), «Sur дe calcul des tables de tir» («Giorn. d'Art. et Gen.», parte II, 1875 г.) Жуффре (Jouffret), «Sur l'etablissement et l'usage des tables de tir» (Пар., 1874); его же, «Sur la probabilite du tir des bouches a feu et la methode des moindre carres» (Пар., 1875); Гаупт, «Mathematische Theorie der Flugbahn der gezog. Geschosse» (Берл., 1876); Гентш «Ballistik der Handfeuerwaffen» (Берл., 1876). По внутренней балистике: Нобль и Эйбль, «Исследование взрывчатых составов; действие восплам. пороха» (перев. В.А. Пашкевича, 1878); Пюбер, «Proprietes et effets de la poudre»; его же, «Mouvement des gazs de la poudre» (1860); Поль де С. Робер (Pol de St. Robert), «Principes de thermodynamique» (1870); Резаль (Resal), «Recherches sur le mouvement des project. dans des armes a'feu» (1864); А. Руцкий (Rutzki), «Die Theorie der Schiesspraparate» (Bенa, 1870); M. Э. Cappo (Sarrau); «Recherches theorethiques sur les effets de la poudre et des substances explosives» (1875); его же, «Nouvelles recherches sur les effets de la pondre dans les armes» (1876) и «Formules pratiques des vitesse et des pressions dans les armes» (1877).

Баллотирование 

Баллотирование или Баллотировка (от франц. сл. ballote — шар, балл; отсюда и франц. глагод balloter — избирать по баллам, баллотировать) — означает закрытую или тайную подачу голосов посредством баллов или шаров. Этот способ подачи голосов посредством шаров первоначально вошел в употребление в Венеции, при выборе дожей. В настоящее время баллотирование употребляется при выборах на общественные должности, в члены различных корпораций или обществ и при решении таких вопросов, которые не требуют единогласного их принятия. Процесс баллотировки заключается в том, что в закрытое помещение (урну или ящик) каждым из имеющих право голоса опускается по шару, причем шары бывают двух родов: белые, означающие положительный ответ и черные — отрицательный. У нас, в России, подача голосов посредством шаров употребляется по закону при выборе дворян, купцов, городских и сельских обывателей к отправлению общественных должностей, кроме того этот пример закрытого голосования применяется при решении некоторых вопросов в правлениях или общих собраниях различных обществ и корпораций. В нашем Своде Законов термин «баллотирование» упоминается многократно, но самые подробные правила об этом способе подачи голосов изложены в ст. ст. 137 — 167 т. III Св. Зак. в Уст. о службе по выборам дворянским. Кроме этой баллотировки посредством шаров существует еще и другая, производящаяся путем опускания в выборный ящик закрытых записок с означением имен кандидатов; таким способом производится напр. избрание римского папы. Введение этого последнего способа баллотировки при выборах членов английского парламента, взамен издревле существующего в Англии порядка открытой подачи голосов составляло задачу целой политической партии, стремившейся этим путем устранить влияние правительства или богатых классов на избирателей. Цель эта увенчалась успехом в 1872 г., когда «Ballot Act'ом» введена при выборах закрытая подача голосов посредством записок. Являясь одним из лучших способов подачи голосов, баллотирование представляет однако некоторые неудобства при многолюдных собраниях, отнимая много времени и приводя избирателей в сильное движение, могущее нарушить тишину и порядок, необходимые при таких собраниях.

Балобан 

Балобан (Falco lanarius) — один из видов соколов, употребляемых для охоты с ними. По видимому, при царе Алексее Михайловиче, Б. назывался подкрасным кречетом.

Балтийское море

Балтийское море — часть Атлантического океана, далеко вдающаяся внутрь Северной Европы. Оно отделяется от Северного или Немецкого моря (его залива Каттегат) тремя проливами Зунд, Большой и Малый Бельт между материками Швеции на В. и Ютландии на З. и Датскими о-ми. Длина с С. на Ю. около 1500 км., ширина от 180 до 360, пространство 412000 кв. км., самая северная оконечность у Торнео — 65° 51' с. ш., южная 53° 80' с. ш., восточная у Петербурга 47° 58' в. д., западная у Фленсбурга 27° 25' в. д. Глубина в среднем выводе очень мала — 63 м., всего более она к С. от о-ва Готланда — 265 м. В средине главной части моря она около 183 м. и еще менее в заливах Ботническом — не более 137 м., Финском — 64 м. и Рижском — 49 м. Б. море глубоко вдается в материк на С. (Ботнический зал.), В. (Финский зал.) и ЮВ. (Рижский зал.). На южном берегу заливы далеко не так значительны. Замечательны по удобству стоянки Кильский, обращенный в прусскую военную гавань, и полупресноводные лиманы, отделенные от моря узкой песчаной косой Куриш-гаффа и Фриш-гаффа. Берега очень разнообразны: в Швеции и Финляндии преобладает гранит, и особенно от Вазы до Гангеуда в море вдается множество скалистых полуостровов, а у берегов тысячи каменистых островов или шхер. Южный берег Финского залива состоит по большей части из скал плитняка силурийской формации, круто падающих к морю. Есть возвышенности и в Курляндии, но вообще как здесь, так и в Лифляндии и Пруссии берега плоски и песчаны, далее на З. в Мекленбурге, Голштинии, на о-ве Рюгене и Датских о-вах берега меловые. Состав дна такой же, как соседних берегов. Островами Б. море очень богато и некоторые из них больших размеров. Важнейшие — Рюген у южного берега, в Пруссии затем группа Датских о-вов у входа в море, главные — Зеландия, Фиония, Мён, Фальстер, Лааланд и лежащий отдельно, почти в средине южной части моря, тоже датский Борнгольм. Шведские o-ва Готланд и Эланд. России принадлежит значительная группа островов у входа в Финский и Рижский заливы, главные — Эзель и Даго, меньшие Вормс, Мэн и т.д., затем между главной частью моря и Ботническим заливом России же принадлежат Аландские о-ва, число их очень велико. В средине Финского залива — о-в Гохланд.
Замечательно изменение границ моря и материка на Б. море; оно отступает от обоих берегов Финского и Ботнического залива (обыкновенно принимают 1,2 до 1,6 м. в столетие для северных берегов Финляндии и 0,6 м. для южных), а на южных берегах Швеции и на берегах Куриш-гаффа, напротив, затопляет берега.
Б. море по содержанию солей есть самое пресноводное из всех морей, что зависит от впадения в него до 40 рек с пресной водой. По содержанию солей Б. м. делится на 3 области: к первой области относятся Ботнический, Финский и Рижский заливы, ко второй области — средний водоем моря до прусского берега и меридиана южной оконечности Швеции; к третьей — западное, узкое продолжение моря до Бельтов. В северной части Ботнического залива вода почти пресная (0,26 — 0,39%), в проливе Кваркен ее можно даже пить. В Финском заливе от устьев Невы до Кронштадта, вода также почти пресная (около 0,35%). За Кронштадтом вода уже солена, но до острова Гохланда ее еще употребляют для питья. В Рижском заливе содержание солей непостоянное, что зависит от направления ветров (недалеко от устья Двины — 0,58%). Во второй области содержание солей колеблется между 6 и 11 на 1000. В третьей области Б. м. содержание солей зависит от того, идет ли течение из Категата в Балтийское море или обратно. Волна на Балтийском море не более 11/2 метров высоты и 9 — 12 метров ширины. Волнения моря всего менее ощутительны при северо-восточном ветре. Приливов и отливов почти нет.
Благодаря малому содержанию солей, малой глубине и суровости зимы, Б. море замерзает на большое пространство, хотя и не каждую зиму. Так напр. проезд по льду от Ревеля в Гельсингфорс возможен не каждую зиму, но в суровые морозы и глубокие проливы между Аландскими о-вами и обоими берегами материка покрываются льдом, и в 1809 русская армия со всеми войсковыми тяжестями перешла здесь по льду в Швецию и в 2-х других местах через Ботнический залив. В 1658 Шведский король Карл Х перешел по льду из Ютландии в Зеландию. В более открытой части моря порты, не слишком защищенные, замерзают далеко не всякую зиму и во всяком случае обыкновенно лишь на несколько дней, напр. в пределах России особенно Либава и Виндава, несколько более лед обыкновенно держится в Балтийском порте и Гангеуде, долее в Ревеле, Пернове, Риге, еще долее в устьях Невы и восточной части Финского залива и особенно в Северной части Ботнического. Ниже приведены данные о продолжительности замерзания моря и низовий впадающих в него рек:
Широта Число дней подо льдом.
54° Устье р. Травы у Любека 32 
54° Грейфсвальдский залив 58 
57° Рижский залив у Аренсбурга 149 
58° Рижский залив у Пернова 135 
57° Рижский залив у Церельского маяка 40 
57° Западная Двина у Риги 121 
60° Восточный 165 
60° Кронштат. рейды малый 153 
60° Большой 162 
60° Нева в Петербурге 147 
60° Внутренний рейд у Ганге 86 
65° Улеа у Улеоборга : 175 
Средние температуры воздуха:
Год. Янв. Апр. Июль Окт.
Копенгаген 7,4 -0,1 5,7 16,6 8,2 
Кенигсберг 6,6 -3,1 6,6 17,3 8,0 
Либава 6,5 -3,2 4,2 16,9 8,4 
Митава 6.4 -5,0 4,9 17,6 6,9 
Балт. порт 4,6 -5,4 1,6 16,1 6,3 
Ревель 4,4 -6,4 1,5 16,6 5,9 
Петербург 3,7 -9,4 2,1 17,8 4,5 
Гельсингфорс 3,9 -6,9 1,0 16,4 6,6 
Ганге 4,4 -4,3 0,4 15,5 6,4 
Торнео 0,3 -12,3 1,5 15,5 1,3 
Из этого видно, что в Дании, у входа в Балтийское море, год на 3,7 град., а январь на 9,3 теплее, чем у вост. оконечности Финского залива, и год на 7,1, а январь на 12,2 теплее, чем у северн. оконечности Ботнического залива. Положение у открытых, редко замерзающих частей моря увеличивает температуру зимы и осени, но понижает температуру лета. Так в Ганге, на ЮЗ. Финляндии январь теплее, чем в Митаве, лежащей на 3° южнее, а июль такой же, как в Торнео. Таяние льда имеет влияние на понижение температуры летних месяцев. Скандинавское побережье зимой теплее, чем русское; в июле месяце температура на русском побережье почти на 3° теплее, чем на западных берегах в Швеции. По данным германской морской обсерватории, средняя годовая температура местностей бассейна Балтийского моря вообще выше 0°; ниже она только на северной части Ботнического залива. Температура в Б. м. всего ниже в январе; в феврале замечается незначительное повышение, в марте температура значительно повышается (за исключением Южной Швеции), в июле температура достигаете maximum'a. -Атмосферное давление всего выше на южном берегу Балтийского моря зимой (762 мм.), к СЗ. давление падает и всего ниже на берегу Ботнического залива. Атмосферное давление в Ботническом заливе очень равномерное. Воздушные течения у берегов Б. моря в общем не сильны. Из ветров, в летнее время, в западной части Б. моря дуют преимущественно югозападные, по южным берегам — западные; в жаркое время года, по отношению к частоте восточных и западных ветров, на восточном и западном берегах Б. м. замечается явление обратное тому, что бывает в зимнее время, а именно: на западном берегу чаще дуют восточные ветры, а на восточном западные. Осенью, вследствие влияния континентального тепла, ветры, дующие с континента к морю, бывают гораздо чаще, чем летом. В течение дня направление ветров меняется по берегам, как в других морях: по утрам, вследствие значительного охлаждения береговой полосы ночью, ветра дуют к морю; днем, когда земля успевает достаточно нагреться — с моря и к вечеру ветры снова дуют с континента. Наибольшее число бурь приходится на зиму и весну; наименьшее на лето. Направление бурь осенью— с З. и ЮВ., а летом -с З. С апреля до сентября бури всего чаще в области Финского залива и севернее. Относительная влажность меньше всего зимой, больше всего летом и падает к осени, когда она все-таки выше, чем весной; в течение дня влажность увеличивается в холодные часы и понижается в более теплые. Среднее количество дождя в области Б. м. в году = 500. В Дании и Шлезвиге = 620 — 623; на Ю. в Мекленбурге = 505, в Померании = 572, в Пруссии = 549, в наших Остзейских губерниях то же, что и в Мекленбурге. На русском прибережьи наименьшее количество дождя приходится на февраль и март месяцы; в Ботническом заливе — на апрель, по немецкому прибережью — в июле; в других частях бассейна Б. м. -в августе; на крайнем севере и западе Б. м. -в сентябре.
Температура воды Б. м. также колеблется, как и температура воздуха, но в общем она ниже, чем в других морях (между 15° и 17,75 летом). По утрам в летнее время температура воды падает иногда ниже 12°, что объясняется южным ветром, сгоняющим верхние, более теплые слои воды в океан. При северном ветре, вода значительно теплее. Наивысшей температуры вода достигает в августе месяцее, но не выше 18°. Грунт Б. м. весьма разнообразен: в южных частях — песок; в восточных ил и песок, у шведских и частью финляндских берегов камень.
Места для купанья на Б. м. весьма многочисленны; наилучшие из них следующие: Аландские острова, Аренсбург, Апенраде (в Малом Бельте), Балтийский порт, Выборг, Виндава, Вустров, Вернемюнде, Гельсингфорс, Гунгербург, Гапсаль, ГроссМюритц, Готеборг, Герингсдорф, Дивенов, Доберан, Дистернброк, Куттеркюль, Кунда, Кранц, Колберг, Киль, Копенгаген, Либава, Лизекиль (в Скагерраке), Мэррекюль, Мисдрой, Мариенлист, Марштранд, Нарва, Ораниенбаум, Пернов, Путбус, Ревель, Рига, Рефнес, Рюгенвалде, Стокгольм, Силамегги, Свинемюнде, Травемюнде, Цоппот, Шмецк. Характер морских купаний на берегу Б. м. не везде одинаков; купанья эти можно разделить на три категории. К первой категории принадлежат купанья с характером островным, каковы Вернемюнде, Вустров и т.д. Ко второй категории принадлежат купанья южного берега Балтийского моря, имеющие впереди себя море, сзади обширные леса, защищающие от континентальных ветров. К третьей категории нужно причислить местности, где находятся возвышенности и скалы, напр. Путбус.
Флора и фауна Б. моря имеют характер переходный от моря к пресноводному озеру. Так, часто морские моллюски, как и устрицы, Муа trunata, Littorina littoralis и т.д. находятся только в зап. части моря, где вода солонее. Рыбы также отчасти пресноводные, морские же становятся мельче при приближении к заливам и устьям рек, напр. сельди, кильки, треска и т.д. Рыболовство в Б. море менее значительно, чем в Каспийском у устья рек, впадающих в него и рыба служит главным образом для продовольствия местных жителей в свежем виде. Указанные выше рыбы не заходят в восточную часть Финского залива и устья рек, где ловятся особенно: лосось, корюшка, ряпушка и др. Тюлени водятся у Аландских о-вов. Из ископаемых находят янтарь в южной части моря, от Копенгагена до Курляндии, особенно в Померании. Б. море опасно для плавания, вследствие множества островов, подводных скал и рифов; опасность уменьшается благодаря множеству маяков, из которых около половины содержит Россия. В Б. море впадает много значительных рек, важнейшие: Траве, Одер, Висла, Неман, Виндава, Зап. Двина, Пернава, Нарова, Луга, Нева, Улеа, Торнеа, Лулеа, Питеа, Умеа, Даль-Эльф — исток оз. Мэлера у Стокгольма и Мотала. Речная область, изливающая свои воды в Б. море, около 2313000 кл. Выгодное положение Б. моря уже давно повело к тому, что на нем производится обширная торговля. Уже Птоломей называл его Венедским морем, от славянского народа Вендов или Венедов, обитавших на южном поморье Балтийского моря, в нынешних Померании и Мекленбурге, и занимавшихся мореплаванием. Вероятно и скандинавы ранее занимались им, несколько позже оно началось в вост. части моря, но здесь приобрело особенное значение, благодаря большому протяжению судоходных рек и озер, дававших удобные пути внутрь материка. На заре русской истории мы уже видим торговые пути, особенно путь из варяг в греки, который обогатил Новгород. Другие пути, с небольшими волоками, вели в область Волги и ее притоков. Позднее особенно оживились пути, ведущие к Рижскому заливу и восточной части южного берега моря, и у устьев рек были основаны большие торговые города Рига и Данциг. Особенное значение в торговле Б. моря имел в средние века Ганзейский союз, важнейший город которого был Любек. Центральная фактория Ганзы для торговли с северными и восточными странами была в г. Висби на о. Готланде.
В оживленных сношениях с Ганзою состоял Новгород. Несколько позже Ганзы началось военное и торговое преобладание Дании на Балийском море. В конце XVI и до начала XVIII ст. торговый путь через Финский залив и Неву утратил свое значение. Благодаря войнам, разгрому Новгорода Иоанном Грозным, неприязни к России Швеции и Немецкого ордена — заграничная морская торговля России шла главным образом через Архангельск. Основание Петербурга Петром Великим, перенесение сюда столицы и устройство каналов, соединяющих области рек, впадающих в Финский залив, с областью Волги подняли торговлю в устьях Невы до небывалой прежде высоты. Очень большое значение имела и постройка железных дорог, особенно Николаевской, Московско-Рязанской и Рязанско-Козловской. Но другие железные дороги потом стали отвлекать грузы от Петербурга, частью к более удобным и на менее продолжительное время замерзающим русским портам (Ревелю, Риге, Либаве), частью заграницу, к Кенигсбергу. В настоящее время по ввозу Петербург с Кронштадтом все-таки остается решительно первым портом Б. моря; вообще же важнейших портов Б. моря — 10; именно в России: Петербург, Ревель, Рига, Либава; в Германии: Пиллау (порт Кенигсберга), Данциг, Штетин и Любек; в Дании — Копенгаген, в Швеции — Стокгольм. Ни один из этих портов однако далеко не имеет таких оборотов, как Лондон, Ливерпуль, Гамбург, Антверпен и Нью-Йорк. Из второстепенных портов можно еще назвать в Гepмaнии: Фленсбург, Киль, Висмар, Росток, Штральзунд, Эльбинг и Мемель, в России: Виндаву, Аренсбург, Пернов, Балтийский порт, устье Наровы, Выборг, Гельсингсфорс с Свеаборгом, Гангё, Або, Улеаборг; в Швеции: Истод и Висби. Привоз и отпуск товаров изменялся, в следующих размерах с 40-х гг. 
Русские порты без Финляндии 
Сред-ний вывоз Сред-ний при-воз
1840— 49
1850— 60 
1888 1840— 49 1850 — 60 1888 
В тыся-чах рублей
Петербург и Кронштадт 33485 34408 84240 43378 52386 61920 
Ревель 285 468 20723 495 700 41873 
Рига 13253 14303 53806 4239 4109 22189 
Либава 743 1080 51236 140 164 24234 
Отсюда видно, что торговля всех портов увеличилась, но Ревеля и Либавы в гораздо большей степени, чем Петербурга и Риги. Очень большой ввоз Ревеля объясняется тем, что он служит зимним портом для Петербурга. Главные статьи вывоза Балтийских портов — хлеб в зерне, особенно рожь и овес, лен и пенька, льняное семя, лес. Привоза — чай, хлопок, вино, дорогие мануфактурные изделия и до самого недавнего времени — железо во всех видах, от чугуна до машин включительно. 
Литература: «Лоция» (изданная Гидрографическим департаментом, также изд. им карты и атласы); «Segelbandb. fur die Ostsee»; (Берлин, 1878); «Jahresb. des Komission zur Untersuch. der deutsch. Meere» (с 1873 г.); Акерман, «Phys. geogr. des Ostsee» (Гамбург, 1883); Штукенбер, «Hydr. des russ. Reiches», т. I, Небольсин, «Обозр внешн. торговли России» (изд. Деп. там. сбор.); Веселовский, «Климат России» (1857); Воейков, «Климаты земного шара» (1884).

Балхаш 

Балхаш или Балкаш по киргизски Денгиз, под 45° 48 с. ш. и 91° 97 в. д. — большое озеро на границе областей Семипалатинской и Семиреченской, четвертое по величине озеро и третье соленое озеро Европейско-азиатского материка. Площадь его около 19600 в. в. или 20600 кл. Оно растянуто в направлении почти с ЗЮЗ. на ВСВ. и длина его около 500 в. В запад. части имеет выступ на Ю. Ширина его всего более в запад. части — до 80 в., в восточн. части гораздо менее — 15 и даже 8 в. Запад. и северо-зап. берега высоки, здесь над озером поднимается такое же нагорье (плато) как Усть-Урт к З. от Арала, и с этой стороны озеро не получает ни одного притока, а все с противоположной стороны, т.е. юго-вост. берега, за исключением Аягуза, который впадает в северо-восточный угол озера. С ЮВ. в восточную часть озера впадают Лепса, Аксу и Каратал, а в западную — Или, самый значительный и судоходный приток озера, берущий начало (если считать им р. Текес) у подошвы Хан-Тенгри самой высокой горной группы Тянь-Шаня. На СВ. берега Б. низменны, и первые 4 реки с трудом прокладывают себе путь через пески. Здесь трудно провести резкую границу между сушей и водой. Несомненно, что в недавнее время озеро значительно уменьшилось и еще продолжает уменьшаться. Заливы все поросли высоким камышом. Еще в сравнительно недавнее время оно соединялось с находящимся на В. от него оз. Сасык-Куль и Ала-Куль. На оз. несколько островов; самый значительный Уч-Арал у запад. берега. Вода гораздо солонее у северо-зап. берега, чем у юго-вост., куда впадает много речной воды. Озеро замерзает на 41/2 месяца, с конца ноября до конца апреля.
Очень распространено мнение, что Б. в геологически недавнее время составлял часть обширного Арало-Каспийского бассейна. Но после недавних исследований Никольского оказывается, что это не верно. Рыбы Б. и впадающих в него рек (судаки, окуни, маринки) гораздо ближе к рыбам бассейна Тарима, (от которого Б. теперь отделен высокой цепью Тяньшаня), чем к рыбам Арала и рек, впадающих в него (Аму и Сыр Дарьи). Между тем даже в р. Чу, прежде впадавшей в Сыр-Дарью, а теперь далеко не доходящей до неё, живут сазаны, сомы, также другие рыбы осетровых пород, вероятно Scaphirincum. Кроме того, в речной области Балхаша нет зеленой (съедобной) лягушки. Все это доказывает, что воды Балхаша в последний геологический период не соединялись с водами Арала.
Рыболовство в Б. и его притоках незначительно, как потому, что здесь не водится ценных рыб, так и потому, что рыбы немного. Правильного судоходства по оз. также нет. Глубина оз. не более 20 м., она больше у северо-зап. берега. Первые исследования и съемки Б. были сделаны в 1852 по приказанию ген. губ. Гасфорда. Ср. Риттер, «Азия» (т. II); Абрамов, «Река Каратал»; Бабкос, «Оз. Балхаш»; Голубев, «Ала-Куль» (Зап. по отд. геогр. И. Р. геогр. общ." (т. 1); Северцов, «Путеш. по Туркестану» (1873); М.Н. Богданов, «Отчет об Арало-Касп. эксп.»; Никольский, «Эксп. на Балхаш» («Зап. Сиб. отд. Геогр. общ.», т. VII); его же, «Фауна Балхаша» («Труды Спб. общ. естествоиспыт.», т. XIX).

Бальзак 

Бальзак (Оноре де Balzac) — знаменитый французский романист; род. 20 мая 1799 в Туре, учился в Вандомской гимназии, потом три года служил в Париже писцом у адвоката и нотариуса, а после того занялся литературой и написал трагедию, но отзывы о ней были так неблагоприятны, что Б. решился перейти на поприще романиста и напечатал несколько романов под разными псевдонимами (некоторые из них вышли потом под псевдонимом Ораса де Сент-Обена). Неудачные издательские предприятия, в которые он пустился с 1826 г., вовлекли его в значительные долги, от которых он потом уже никогда не мог вполне освободиться и которые принуждали его работать до истощения сил. Между тем Б. напечатал под своим собственным именем роман «Les derniers Chouans» (1829 г. ), имевший большой успех, также как и следовавшие за ним романы «Catherine de Medicis», «La femme en 30 ans», «La maison du chat-qui-pelote», «Le bal de Sceanx», «Physiologie au mariage», «Le pere Goriot», «La peau de chagrin» и проч., которые в течение немногих лет поставили Б, в первом ряду франц. романистов. Издатели газет и журналов и книгопродавцы покупали на расхват его повести «Scenes de la vie privee», «Scenes de la vie de campagne», «Scenes de la vie parisienne» и проч. Б. задумал тогда написать нечто вроде эпоса, в котором его романы получили бы общую связь и составили одно целое. Он дал ему название «La comedie humaine». Б. был родоначальником реалистической школы и создал пестрый ряд типических образов, которые играют в этой комедии все возможные роли. Число действующих лиц в его повестях и романах достигло 3 — 4000. Смерть положила в 1850 г. внезапный конец грандиозному плану создания этой «Человеческой комедии». Его сестра, г-жа Сюрвилль, написала его биографию — «В., sa vie et ses oеuvres d'apres sa correspondance» (Пар. 1858). Романы Бальзака представляют верную картину современного ему французского общества; они отличаются необыкновенной наблюдательностью, хотя порой чрезмерная точность в описании деталей действует утомительно, задерживает развитие рассказа и отвлекает интерес от главных действующих лиц. Лучшие его романы «La recherche de l'absolu», «Le medecin de campagne», «Eugenie Graudet» и «Les parents pauvres». Cp Гозлана (Gozlan), «B. chez lui» (1862); «Correspondance de B.» (1819 — 50). (Пар. 1877). Lovenjoul, «Historie des oeuvres de B.» (1880), Брандеса в «Deutsche Rundschau» (1881, январь).
Статьи о Б. на русском языке: в «Современнике» (1841, т. XXIV, стр. 15 — 46); Мирекура, в «Репертуаре и Пантеоне» (1855, кн. II, стр. 1 — 28); Леон Гозлан, «Репертуар и Пантеон» (1855, кн. VI, стр. 1 — 16; 1856, кн. IV, стр. 9 — 17); Лаура Сюрвиль, в «Современнике» (1856, т. LIX, № 9, отд. V, стр. 1 — 24); Юлиан Шмидт, «История французской литературы» (т. 11, Спб., 1864, стр. 279 — 299 и друг.); А. Денегри, «Бальзак и его школа» («Дело», 1870, № 8, стр. 238 — 287); П. Д. Боборыкин, «Реальный роман во Франции» («Отечественные Записки», 1876, № 6); Эм. Зола, «Бальзак и его переписка» («Парижские письма», т. I, Спб., 1878, стр. 1 — 42); Вл. Зотов, «История всемирной литературы» (т. III, Спб., 1881, стр. 485 — 491); А. Красносельский, «Опыт генеалогии современного псевдореалистического романа» (в «Отечествен. Записках», 1883, № 5, стр. 103 — 120 и № 6, стр. 855 — 382). Романы и повести Б. много раз переводились на русский яз. В отдельном издании появились: «Сцены из частной жизни» (5 частей, Спб., 1832 — 1833); «Ростовщик Корнелиус» пов. (Спб., 1833); «Госпожа Фирмиани» (Москва 1833); «Женщина в тридцать лет» (Спб., 1833); «Созерцательная жизнь Людвига Ламберта» (Спб., 1835 и 1854); «Темные рассказы опрокинутой головы» (2 ч., Спб., 1836); «Шуаны или Бретань в 1799 г.» (Спб., 1836 и Моск., 1840); «Лилия в долине» (М., 1837); «Свадебный договор», роман 2 ч. (Спб.. 1855); «Старик Горю» (ром. 3 ч., Москва, 1840); «История бедных родственников» (Спб., 1875 года, перев. В. Чуйко); «Мелкие невзгоды супружеской жизни» (М" 1876 года); «Мачеха» (La marаtre) (драма в 5 д. и семи картинах, М., лит., 1880); «Евгения Гранде» (роман, перевод Ф. М. Достоевского. Спб., 1883). Кроме того, имеются в журналах: «Провинциальный Байрон» (Библ. для Чт. 1837, 21); «История величия и падения Цезаря Биротто, продавца духов» (ром., т.-же, 1838, 29); «Необыкновенная женщина» (т.-же, 1839, 34); «Графиня де-Ванденесс» (ром. т.-же, 1839, 34); «Похождение парижского денди» (пов. т.-же, 1839, 36); «Дуняша» (пов., т.-же, 1840, 39); «Светские приятельницы» (ром., 1840, 42); «Модеста Миньон» (т.-же, 1845, 69); «Кузен Понс или два музыканта» (т.-же, 1847, 83); «Один из тринадцати» («Соврем.», 1850, 23); «Погибшие мечты» («Северный Вестник», 1887).

Бальзамирование 

Бальзамирование — способы предохранения трупов от разложения и гниения; для этого мягкие части трупа обрабатывают веществами, предотвращающими гниение или так называемыми антисептическими веществами. Подобного рода бальзамирование было известно уже ассириянам, мидянам и персам, но наибольшего совершенства в искусстве Б. достигли древние египтяне, у которых все трупы людей и даже многие животные подвергались бальзамированию. Египетский метод бальзамирования был описан Диодором, но его описание во многих частях страдает неясностью изложения. Во всяком случай нужно полагать, что египтяне обладали многими методами бальзамирования трупов. Самый совершенный метод состоит в опорожнении полости черепа с замещением мозга ароматическими веществами, в удалении всех внутренностей, пропитывании их ароматическими веществами и наполнении брюшной полости пахучими смолами, или асфальтом. Затем, производилось вымачивание всего трупа в растворах натронных солей и наконец заворачивание его в непроницаемые для воздуха и ароматизированные ткани. Что при египетском способе бальзамирования трупы не предохранялись от разложения — это доказывается простым осмотром мумий. Все мягкие части оказываются совершенно изменившимися в своем строении и даже наружные формы их еле сохранены. В общем, у египтян достигалось лишь превращение гниения в продолжительное изменение и распад тканей, что производилось частью при помощи применения антисептических веществ, частью путем устранения доступа воздуха, частью наконец условиями, способствовавшими высыханию трупа. В новейшее время бальзамирование применяется лишь в крайне редких случаях. Простейший способ, при котором однако теряется форма мягких частей, применявшийся уже у многих древних народов и у народов Южной Америки, и состоящий в высушивании трупов, применяется и теперь при посредстве очень сухих гробниц и склепов, причем мумификация происходить сама собою. К числу искусственных способов относится обработка трупов веществами, поглощающими влагу и свертывающими белковые вещества, например креозотом, древесным уксусом, некоторыми солями, особенно сулемой, мышьяком и другими минеральными средствами. Вводить их лучше всего путем впрыскивания растворов в кровеносные сосуды. Чаще всего сохранение трупов еще и по настоящее время практикуется в Англии: там во многих больницах применяют впрыскивание так называемой Garstin'ской жидкости (глицерин, мышьяк, карболовая кислота) и на каждый труп расходуют 6 пинт (около 3 кружек) жидкости; в других английских больницах берут 3 пинты глицерина, в котором предварительно было сварено полтора фунта мышьяковой кислоты, а затем 2 галлона чистого глицерина, при этом труп заворачивается в ткани, пропитанные карболовой кислотой. Наконец, в некоторых госпиталях пользуются так называемой Stirling'oвской жидкостью, состоящей из креозота, древесного спирта и сулемы. Большие полости тела промываются карболовой кислотой и, в конце концов, наполняются свежепрокаленным древесным углем.
Применение смол и ароматических веществ к бальзамированию, помимо получения приятного запаха, направленного преимущественно к прекращению деятельности трупных червей. В анатомических театрах с этой целью часто пользуются терпентинным маслом или иными бальзамическими жидкостями. Если даже и считать способы, применяемые для бальзамирования таких трупов, которые должны лежать в гробу, самыми лучшими, то во всяком случае, они оказываются нецелесообразными там, где трупы сохраняются для анатомических исследований, и на долгое время (мозг). Здесь не столько нужно добиваться абсолютной, так сказать, прочности трупа, сколько предохранения его от разложения, причем однако ж все формы тела должны быть вполне сохранены (напр. для судебно-медицинских целей). Обработка винным спиртом и сохранение в спирту есть одно из известнейших средств консервирования у анатомов, но однако ж при долговременном применении этого способа ткани трупа изменяются и обесцвечиваются. Gannal показал, что соли глинозема, будучи вспрыснуты в сосуды, дают такое соединение глинозема с тканями тела, при котором естественный turgor, округлость и форма всех частей довольно долгое время остаются неизменными и надолго задерживается гниение трупа. Соли, обыкновенно применяемые Gannal'ем, суть: сернокислый и соляно-кислый глинозем. Еще лучше, чем способ Gаnnаl'я, предохраняет от гниения метод, предложенный Sucquet, состоящий в наполнении сосудов, при помощи шприца, раствором хлористого цинка (труп мальчика, инъецированного хлористым цинком много лет тому назад покойным проф. В. Грубером, до сих пор еще можно видеть прекрасно сохранившимся в анатомическом музее с.-петербургской военно-медицинской академии). В последнее время с этой целью применяется преимущественно жидкость. Wieckersheimer'a. Ср. Gannal, «Histoire des embaumements» (Париж, 1841).
Что касается русских врачей, занимавшихся вопросом о бальзамировании и практическом его применении, то много труда было посвящено этому делу др-ом Д.И. Выводцевым, написавшим довольно обстоятельную монографию на эту тему, и предложившим свой способ бальзамирования трупов. Он в первый раз был опубликован автором в 1870 году и вскоре нашел себе широкое применение на практике. В настоящее время, благодаря доктору Выводцеву и ближайшим ученикам его, способ этот сделался общим достоянием русской медицинской науки, но так как само бальзамирование не имеет у нас особенно широкого распространения, то мы считаем нелишним, в виду отсутствия сведений по этому вопросу у лиц, не занимающихся им специально, сообщить здесь некоторые сведения об этом изящном и вполне надежном способе. Мы опишем последовательно: аппараты для бальзамирования, необходимые инструменты и самое производство всей операции, руководствуясь при этом описанием самого автора. Аппарат доктора Выводцева, называемый им инъектором, состоит из стеклянной цилиндрической банки (длиной или высотой 17, а в поперечнике 11 сантим.), емкостью около 4 ф. вод. Банка является резервуаром для инъекционной жидкости; он герметически закрыт медной крышкой, соединенной с медной же ставкой посредством стержней. Через крышку проходят: медная воронка с краном для приливания жидкости, медная трубка с краном для выпускания воздуха при вливания жидкости и нагнетательный насос с поршнем, у которого клапан снабжен нажимом из спиральной пружины. Через штатив насоса, кроме канала для накачивания воздуха, идет стеклянная трубка до дна банки, служащая для пропуска жидкости в каучуковый рукав. Стеклянная трубка, загибаясь в штативе под прямым углом, направляется к горизонтальной медной трубке, оканчивающейся наконечником для надевания каучукового рукава. Конец упомянутой медной трубки снабжен краном и манометром, показывающим силу давления протекающей жидкости. С наконечником каучукового рукава соединяется посредством каучуковой же трубки Т-образная трубка, вводимая в apтерию.
С самого начала действия аппарата открывают в нем все краны; затем наполняют банку инъекционной жидкостью через воронку, выпуская воздух через вышеупомянутую трубку. Затем все краны запирают и накачивают воздух насосом. Под этим давлением воздуха, жидкость идет по трубке, переходит в горизонтальную ветвь ее, из которой часть жидкости, устремляясь в манометр, показывает силу давления, а другая часть идет в каучуковый рукав, переходя из последнего наконец в Тобразную трубку, соединенную с артерией.
Самой лучшей жидкостью для бальзамирования трупов Выводцев считает следующую смесь: b Thymol 5,0 gr., Alcohol 4,5, Glycerini 2160,0, Aq. destillat 1080,0 gr. Для исхудалых или нежных субъектов предназначается раствор такого состава: b Thymol. 5,0. Alcohol 45,0, Glycerini Aq. destillat. аа 1620 gr.
Для бальзамирования трупа без вскрытия полостей, количество инъекционной жидкости должно быть почти равным половине веса трупа. Если же вскрываются полости, то количество инъекционной жидкости возрастает в неопределенном количестве и её берут столько, сколько понадобится, так как много жидкости теряется, вытекая из вскрытых полостей. Кроме описанного инъекционного аппарата, при бальзамировании по способу Выводцева требуются еще такие инструменты, как скальпели, ножницы, пинцеты, крючки (ординарн. и двойные), иглы анатомические, троакары, Т-образные разные и простые канюли разной величины (дюжина), шелк, катетеры, губки, гигроскопическая вата. Затем нужны ведра, миски, простыни и полотенца. Стол, на котором производится бальзамирование, в частных домах обыкновенно заменяют досками и скамьями. В виду неудобства, представляемого такими приспособлениями, Выводцев брал с собой складной стол, сделанный в Париже, по образцу стола Лефора. Самое бальзамирование выполняется так: выпускается катетером моча и опорожняется промывкой содержимое кишок; двумя разрезами на шее обнажаются обе общие сонные артерии и соответственные им вены. Под каждую из артерий и вен подводится по две лигатуры (расстояние между лигатурами = 2 сант.). Затем делаются продольные разрезы всех 4-х упомянутых сосудов, причем длина разреза не меньше 1 сант. В каждый разрез вводится по Тобразной трубке, горизонтальные ветви которых укрепляются подведенными лигатурами. Тогда приступают к инъекции обеих сонных артерий. Если жидкость не проникает в нижние конечности, то наливают главные и бедренные артерии. По окончании инъекции артерии и ванны перевязывают лигатурами. Вот общие указания при бальзамировании без вскрытия полостей.
При бальзамировании со вскрытием полостей нужно щадить большие стволы артерий и вен. Все внутренности грудной и брюшной полостей вынимаются. Оставшиеся концы дыхательного горла, пищевода, прямой кишки (у женщины и молочный рукав) крепко завязываются. На массивных органах делаются продольные разрезы. Полые и перепончатые внутренности разрезываются во всю длину, вычищаются и кладутся на несколько часов в раствор спирта и глицерина (поровну), на трупе перевязываются по возможности все перерезанные сосуды, а затем уже делается инъекция сосудов головы, верхней и нижней конечностей. Перед наливанием сосудов головы, основание шеи перетягивается каучуковым бинтом (как в способе Эсмарха при обескровлении). В сами артерии вводятся прямые капюли. Все это соединяется с аппаратом (так же как и вскрытые вены) и инъецируется. Череп и мозг должны остаться не вскрытыми. 
Литература иностранная: 1) французская: Sue, «Anthropotomie, ou l'art d'injecter, de dissequer, d'embaumer etc.» (Пар., 1875); Маrchal, «Question de l'embaumement» (Пар., 1843); Dupre, Gannal et Sucquet, «Rapport sur divers modes d'embaumement» (Пар., 1847); P. Couil, «Etudes historiques et comparatives sur les embaumements» (Пар., 1856); I. P. Sucquet, «De l'embaumement chez les anciens et cnez les modernes» (Пар., 1872); Laskowsky, «Procede de conservation des cadavres et des preparations anatomiques» (Женева, 1878).
2) Немецкая: Sieber, «Ueber aegyptische Mumien» (Вена, 1820); Thomson und Bauer, «Ueber das Gewebe in den aegyptischen Mumien» («Liebig's Annalen», т. 69); Magnus, «Das Einbalsamiren der Leichen in alter und neuer Zeit; ein Beitrag zur Geschichte der Medicin» (Брауншвейг, 1839); Burow, «Ueber die conservirung von Leichen» («Deutsche Klinik», cтp. 73, 1860); Wickersheimer, «KonservirungsFlussigkeit» Berliner Klinisch. Wochenscrift", № 44, 1879).
3) Английская: Thomas Greenhill «The art of embalming» (1705); Mackenzie, «An account of a new method of embalming and perserving subjects for dissection» (Edinburg medical Journal, 1828); Thomas-Joseph Pettingrew, «Hystory of Egyptian mumies» (Лонд., 1834); G. Carrick, «On Dr. Wywodzoff's method of embalming the dead» (Эдинбург, 1870).
4) Русская: Cпасский, Описание способа бальзамирования Копса (Военномедицинский журнал, ч. XXVI, № 1, 1836 г.); Буш, «Руководство к преподаванию хирургии о бальзамировании» (1837 г.); «О бальзамировании мертвых тел»; «Друг здравия», № 76, (1840); Хан, «Бальзамирование» (прибавление к библиотеке медицинских наук, 1858 г.); Буяльский, «Бальзамирование» (Медицинский вестник, кн. 6, № 28, 1866 г.); Лямбль, «Отчет о новом способе приготовления анатомических препаратов, изобретенный проф. Брунетта» (Протоколы заседаний совета харьковского университета. Приложение к № 1, стр. 111, 1868); Выводцев, «О простом и общедоступном способе бальзамирования без вскрытия полостей» («Военно-медицинский журнал», часть CVII, 1870); его же, «О бальзамировании вообще и о новейшем способе бальзамирования трупов, без вскрытия полостей, посредством салициловой кислоты и тимола» («Военно-медицинский журнал», ч. CXXV, 1876); его же, «Бальзамирование и способы сохранения анатомических препаратов и трупов животных» (Спб., 1881 г.); И.В. Струве, «О сохранении органич. веществ по способу Викерсгеймера» (Императ. кавказ. медиц. общество, протоколы 1879 г.) и пр.

Бальзамы

Бальзамы. — Так называются встречающиеся в природе сиропообразные смеси смол с эфирными маслами, обладающие по большей части сильным, иногда приятным запахом. В соприкосновении с воздухом и при продолжительном хранении они твердеют и обращаются в смолы, что зависит отчасти от улетучивания эфирного масла, отчасти от окисления. Б. составляют продукты растительного царства: они вытекают из стволов некоторых пород деревьев, или сами собой, или через искусственно сделанные надрезы, а также получаются вывариванием и выжиманием известных частей растении. Ароматические Б. имеют применение в парфюмерии и в технике, многие из них употребляются также и в медицине, в качества лекарств. Наиболее известные Б. следующие: 1) канадский Б. или канадский терпентин, получаемый из бальзамической ели (Abies balsamea), произрастающей в Канаде и Виргинии; 2) копайский Б., добываемый из бальзамических деревьев (Copaifera multijuga и др. родов того же семейства), родина которых северная Бразилия; 3) карпатский Б. из сибирского кедра, растущего также на Карпатских горах, в Венгрии, Швейцарии, Тироли и др. местах; 4) весьма ценный меккский Б. из бальзамического дерева (Balsamodendron gileadense), растущего в Аравии и Египте; 5) перувианский Б., белого или темного цвета, из Myroxylon sonsonatense в южной Америке; 6) жидкий стиракс из Liquidambar orientale в Виргинии, приготовляется также и в Ост-Индии; 7) толуанский Б. из бальзамического дерева Myroxylon toluiferum, произрастающего близ города Толу, лежащего неподалеку от Картагены, в Колумбии; 8) терпентин. Неправильно придают название Б. некоторым искусственным составам, пользовавшимся в прежние времена большим почетом в качестве врачебных и целительных средств, который теперь по б. ч. оставлены, сюда относятся: майский Б., серный Б. (раствор серы в льняном масле), Гофмановский жизненный Б. (состоящий из спирта и различных эфирных масел), Б. для ран (из спирта, уксуса, тимьянного масла, мирры и т.п.). Относительно Б. см. Wiesner, «Rohstoffe des Pflanzenreichs» (1873, Лейпц.), а также Kerl und Stohmann (Muspratt «Encykl. Handbuch d. techn. Chemie» (4 изд. 1888 г.).

Бальфур 

Бальфур (Артур Джеймс) — английский политический деятель, племянник Сольсбери; род. в 1848, воспитывался в Итонском колледже и Кембриджском универс., с 1874 заседает в палате общин. Принадлежит к консервативной фракции лорда Рандольфа Черчиля. В 1887 занял в кабинет Сольсбери место статс-секретаря по ирландским делам и своими энергическими мерами против ирландской национальной партии вызвал пламенную ненависть к себе гомрулеров.

Бамако 

Бамако (Баммако, Бамаку) — селение в Африке, во француз. Судане, 1500 мет. от Нигера, 12° 37' 07" южн. шир. и 10° 11' 54" вост. долг. Оно является столицей небольшой области того же имени, заключающей в себе до 23 деревень и до 5000 жит. Поверхность Бамако очень холмиста, хорошо орошена и покрыта прекрасным лесом, доставляющим превосходный строительный материал. Очень много тут также каучуковых деревьев и красильных. Жители возделывают просо и маис и занимаются кожевенным ремеслом, выделкой тканей и рыбной ловлей. Часть их негры (сарроколы), другая — мавританского происхождения. Последние — магометане и прежде занимались торговлей невольниками. В 1882 г. Борни-Деборд (BorgnisDesbordes) заставил жителей признать протекторат Франции и построил форт. Торговый оборот Бамако в 1884 году доходил до 5 миллионов франков. Б. (до 1100 жит.) служит местопребыванием коменданта округа, которому подвластны также Бирго и Беледугу. Телеграфное сообщение соединяет Бамако с Сен-Луи.

Бамбук

Бамбук, бамбуза — установленный Шребером род растений из семейства злаков. Виды этого рода, свойственные, главным образом, тропикам, образуют обыкновенно целые заросли или леса. Полые, чрезвычайно стройные стволы этих древовидных злаков достигают вышины, превышающей вышину наших лиственных и хвойных деревьев. Цветки собраны колосками, образующими иногда весьма крупную кисть; тычинок шесть, столбик 3-х раздельный, с перистыми рыльцами. Самый важный и наиболее известный вид — это встречающийся в Ост-Индии В. arundinacca Willd., стволы которого достигают 25 м. вышины и толщины в 20 — 30 с. у основания. Применение стволов чрезвычайно разнообразно: более старые идут на постройку домов, более молодые на выделку домашней утвари, оружия и пр.; из стволов же приготовляют всевозможную посуду, корыта, желоба и пр.; их употребляют также на рассылку гуммигута (краски, получаемой из мягкого сока некоторых тропических растении из семейства Garcinieae или Guttiferae). Из тонких (в 2 — 4 сант.) стволов выделываются в Европе тросточки. Из лубяных волокон молодых побегов приготовляют в Китае плотную, так называемую китайскую шелковую бумагу, на которой и в Европе иногда печатают рисунки.
В узлах старых стволов В. arundinacca попадаются своеобразные выделения, состоящие, главным образом, из кремнезема (86%), имеющие сладковатый вкус и известные под названием бамбукового сахара или табашира, употребляемого в Европе в фарфоровом производстве и для полирования. Подобно В. arundinacca, употребляются и другие виды, напр., южноамериканские В. Guadua Humbet Bonpl. и В. Tagoara Mart . У последнего вида, также у некоторых других, в старых междоузлиях накопляется сладкая, прозрачная жидкость, которую можно пить. Молодые побеги яванских В. Apas Schlect. и В. verticillata Willd. употребляются в пищу.

Бамиан 

Бамиан (Bamijan) — местечко и горный проход в Кабулистане, в 87 км. к СЗ. от Кабула, лежит на раздельной линии между высокими снеговыми горами Гиндукуша и возвышающимися у истоков Гильменда горами Куги-Баба, а также на главной караванной дороге в Туркестан, к которому оно служит ключом. Весьма плодородная долина Б. лежит к С. от ущелья Гаджияк, которое заключено между крутыми, почти отвесными скалами в 3700 м. вышиной, имеет 14 км. в длину и не более 2,5 км. в ширину; это единственное ущелье, удобное для прохода тяжелых обозов и артиллерии через Гиндукуш, которым, вероятно, воспользовался еще Александр В. и которое особенно замечательно находящимися в нем древностями. Долина Бамиан была некогда главным местом культа Будды, о чем и поныне свидетельствуют полуразрушенные исполинские идолы. Б. вместе с высеченными в скалах идолами был описан еще буддистскими монахами, которые в IV и V стол. направлялись из Китая через Среднюю Азию в Индию. Статуи находятся на холме в 90 м. вышиной, а вокруг него, на протяжении 11 км., видны возвышающиеся одни над другими углубления в скалах, снабженные различной резной работой. Мужская статуя, носящая имя Занг-Каль, имеет в вышину 52 м., а женская, Шах-Муна — 37 м. Обеим дано естественное положение и легкая драпировка. Мужская фигура довольно хорошо сохранилась, а у женской недостает всей верхней части лица. Обе статуи высечены в глубоких нишах, также украшенных резной работой, с изображениями государей и множеством символических фигур. Во внутренность статуй можно подниматься до самой головы по высеченной в массивном камни винтовой лестнице. Обе стены долины прорезаны многочисленными (как полагают до 12000) гротами и кроме того вся долина усеяна башнями и развалинами гробниц, мечетей и других зданий, находившегося здесь впоследствии мусульманского города Гаугале, разрушенного в 1221 году Чингисханом. В 15 км. на З. от Б. лежать развалины так называемого замка Зогака (построенного из прекрасно обожженных кирпичей, до сих пор хорошо сохранившихся, и окруженного валом в 25 м. вышиною), сооружение которого приписывается легендарному персидскому царю того же имени. Замок был построен для наблюдения за важным горным проходом. Здесь и в долине Б. было найдено в новейшее время множество монет, колец и других старинных предметов, описанных Принсепом, Массоном, Вильсоном, Вудом и друг. Ср. Жюльен (Iulien), «Voyages des pelerins buddhistes» (Париж, 1857); Минаев, «Верховья Аму-Дарьи»; Яворский, «Посольство в Авганистан».

Банальность 

Банальность (от франц. banal) — так наз. на средневек. феодальном языке все, что отдавалось сюзереном вассалу в пользование за известные повинности; отсюда Б. стали называться всякую вещь, находящуюся в общем употреблении; в переносном смысле Б. стало означать все обыденное, тривиальное, пошлое.

Бангкок 

Бангкок или Банкок — столица и важнейший портовый, промышленный и торговый город в государстве Сиам, на пол.-ове Индостане, лежит на обоих берегах реки Менам в 30 км. от впадения ее в Сиамский залив, и занимает до 7 км. вдоль по течению реки. Совершенно еще незначительный до конца XVII ст. пункт, Б. в 1766 г. стал главным городом страны и столицей сиамских королей вместо Аютья или Аюджа. Б. расположен на многих островах, образованных рекою Ме-нам, прорезанных целой сетью каналов, в низменной аллювиальной местности порою болотистой и лишь изредка представляющей холмистые возвышенности; местность чрезвычайно плодородна, покрыта сплошь рисовыми полями, кокосовыми и другими пальмами или же целыми садами фруктовых деревьев, но часто подвергается наводнениям. Вследствие этого, деревянные, а у беднейших жителей — бамбуковые жилища и хижины туземцев строятся на сваях, высотой в 2 — 3 м. над землей, причем для входа служит приставляемая извне лестница. Только дворцовые постройки, общественные здания, многочисленные буддистские храмы, жилища европейских консулов и представителей североамериканских и европейских торговых домов, их складочные магазины и т.п. построены всецело или частью из камня и расположены в сухих местах, на естественных или искусственных возвышениях. Б. окружен высокой (в 10м.) и толстой (в 3 м.) стеной и разделяется на три части. Внутреннюю образуют многочисленные здания, сады и постройки королевской резиденции, отделенные особой стеной от остальных городских зданий. Здесь находятся дворцы первого и второго королей Сиама, их гаремы, казармы телохранителей, богато украшенные стойла белых слонов, королевская сокровищница, арсенал, храм со статуей сидящего Будды в 2 м. вышины, позолоченной и украшенной драгоценными каменьями и другой его же статуей, высеченной из дорогого зеленого камня; в этом храме короли, вступая на престол, принимали присягу; далее, здесь же находится здание, носящее название Магапрасат, в котором помещаются великолепно украшенный тронный или приемный зал, а также зал, где в течение целого года сохранялись, в золотых гробах, до набальзамирования, тела усопших королей; затем, всякого рода магазины, склады и проч. Средняя часть города, изрезанная каналами и речками, имеет лишь несколько узких улиц и одну более широкую, служащую базаром. Весьма оживленное движение в этой части города происходит исключительно по воде. Значительное число населения почти постоянно живет на воде, в лодках и на плотах, подобно жителям Кантона. Третья, внешняя часть города, постепенно сливается с предместьями, где находятся европейские и североамериканские торговые дома, иностранные консульства и т.д.
Чрезвычайно своеобразную физиогномию Б. приобретает от изобилия в нем буддистских пагод с высокими (30 — 40 м.) башнями, представляющими несколько (обыкновенно — три) поставленных одна на другую усеченных пирамид с последовательно уменьшающимися основаниями; детали архитектурной отделки башен очень разнообразны, вышки и выступающие части украшены богато позолоченными скульптурными фигурами, орнаментами и резьбой, крыши же покрыты зеленой или желтой глазурью. Три самых замечательных пагоды носят название: Ватт Секкет, Ватт Нун и Ватт Сутгат. Каждая из них состоит из собственно храма, принадлежащей к нему башни, здания для жрецов (телапойны), живущих вместе, на подобие монахов (число их достигает при более значительных пагодах до 200 — 300), из окружающей это здание галереи, поддерживаемой колоннами — все это расположено среди обширного, красиво убранного в китайском вкусе сада, обнесенного высокой стеной. В 15 км. к С. расположен Перебат — святое место, куда стекаются на поклонение со всей страны, с старинным, основанным в 1602 г. монастырем. Внутри его, по мраморной лестнице с золочеными перилами, подымаются к возведенной на террасе башне, позолоченной снаружи, пол которой состоит из серебряных плит и где за серебряной решеткой хранится след Будды, а в глубине, под золотым, усыпанным драгоценными каменьями балдахином, находится его статуя, высотой в 2 м., также из серебра. Население Б. простирается до 600000 ч. Более трети населения составляют китайцы другую треть — сиамцы (таисы), остальное — бирманцы, малайцы, пришельцы из Лаоса, Пегу, Аннама, Камбоджи, также несколько тысяч чел. населения смешанной крови. Китайцы — более деятельная и передовая часть населения, занимаются преимущественно земледелием и торговлей, хотя им не чужды в то же время ремесла и промыслы. В Б. сосредоточено, под главенством сангкерата (первосвященника) до 50000 ч. талапоинов или буддийских священников. Торговля Б. весьма значительна, вследствие судоходности р. Ме-нам, имеющей минимальную глубину во время отлива в 4 м., что позволяет морским судам доходить до самого города. Торговля вся почти в руках китайцев. В 1881 году гавань Б. считала 524 суда, вместимостью в 223121 тонн, со стоимостью груза в 9865956 дол. Предметы вывоза составляют: рис, сахар, шелк, хлопок, табак, различный смолы, кардамон, перец, слоновая кость, соленая и сушеная рыба, орехи (так наз. индийские), различных сортов ценное дерево, шкуры буйволов, носорогов, слонов, тигров, оленей и др., съедобные гнезда ласточек, кунжут, отчасти олово и т.д. На европейские и американские рынки из всего этого идет: рис, сахар, различные смолы. Ввоз из Европы и Америки заключается, главным образом, в хлопчатобумажных, стеклянных, железных и металлических изделиях. Из Китая привозятся: фарфоровые изделия, шелк, чай и множество принадлежностей хозяйства и предметов китайского обихода и роскоши.

Бандаж

Бандаж. — В хирургии означает повязку, холщовую или кожаную, с различными металлическими приспособлениями, накладываемую на страждущую часть тела.

Банкивский петух

Банкивский петух (Gallus bankiva — дикоживущий вид куриных птиц, от которого, вероятно, происходят наши домашние куры. Самец имеет 66 сантиметров длины; перья на голове, шее, затылке и на верхней стороне хвоста — золотисто-желтые; спина пурпурно-бурая; грудь и рулевые перья черно-зеленые; крылья бурые; гребешок на голове красный; клюв буроватый; ноги аспидно-черные. Самка меньше самца, имеет более короткий хвост и отличается менее яркою окраскою: шейные перья ее черные с желтыми краями; нижняя сторона тела грязно-бурая с более светлыми пятнами на стержнях перьев; спина буро-серая. Б. петух водится в Ост-Индии и на Зондских островах и живет в бамбуковых зарослях, большею частью в гористых местах, реже на равнинах и преимущественно в густых лесах. Нравы и образ жизни этой птицы мало известны.

Банковские билеты

Банковские билеты, банкноты (фр. billet de banque, англ. banknote). Юридическая природа Б. Б., как документов, являющихся предметом не только торгового, но и общегражданского оборота, весьма спорна. С одной стороны Б. билеты, как и всякая кредитная бумага, содержат в себе обещание платежа, с другой же стороны они являются широко распространенным средством денежного обращения, что сближает их с бумажными деньгами. Соответственно этой двойственности их существа одни ученые (Кунце, Вагнер и др.) считают их бумагами (облигациями) на предъявителя, другие (Pay, Миттермайер, Унгер и др.) видят в них бумажные деньги. Некоторые же (Тэль, Штейп и др. ) придерживаются среднего мнения и приравнивают Б. билеты к бумажным деньгам тогда только, когда им присвоен принудительный банковый курс. Б. Б. не есть документ, являющийся доказательством права требования, существующего помимо и вне этого документа (как вексель, напр.), но право требования как бы овеществлено в Б. билете: с уничтожением билета прекращается и самое право. По общему положению, прямо выраженному в герм. законодательстве, банки не обязаны возместить ценность погибших или утерянных билетов. Равным образом, не допускается вещный иск о выдаче утерянного билета (по крайней мере по отношению к добросовестному приобретателю, уплатившему за билет какой-нибудь эквивалент). Даже в тех странах, в которых, как напр. в Германии, Б. билеты не являются узаконенным средством платежа, которое получатель не имел бы права отвергнуть, не делают на практике никакого различия между ними и бумажными деньгами. Наконец, подделка этих билетов преследуется наравне с подделкой денег. Все это указывает на родство Б. билетов с бумажными деньгами. Поэтому, когда в договорах, завещаниях или законах (напр. по вопросам об обеспечении исков, исполнении судебных решений) говорится о «деньгах», о «наличном имуществе» и т. п., то к ним должны быть отнесены и банк. билеты (выпущенные туземными банками, имеющими на то привилегию) Но в то же время можно указать и существенные пункты различия между Б. билетами и бум. Деньгами. Здесь прежде всего должен быть выдвинут беспрерывный и обязательный для банков размен выпущенных ими билетов на звонкую монету. Даже там, где они являются узаконенным средством платежа (таковы билеты Англ. банка и земельных банков в Англии — за исключением Ирландии и Шотландии с 1833 года) банк не только обязан принимать свои билеты в платеж, но и во всякое время разменивать их на ходячие деньги, тогда как обязанность обменивать бумажные деньги, если она установлена законом, обыкновенно отмечается на самой бумаге, и во всяком случае обмен этот не практикуется в обширных размерах. Далее, принудительный курс не делает еще Б. билетов бум. деньгами, потому что курс этот не составляет сущности денег, а связывается с ними только случайно. Наконец, законодательные постановления о дроблении билетов, о минимальных суммах, в которых они могут быть выпущены, имеют, очевидно, в виду предотвратить низведение Б. билетов до степени разменных денег и создать такой порядок вещей, при котором билеты периодически возвращались бы в банк, их выпустивший.

Банкротство 

Банкротство (от итальянских слов: bаnса — скамья, стол и rotta — изломанная, надломанная, т. е. несостоятельность банкира, крах банка) — юридически термин торгового права, означающий «неоплатность лица, производящего торговлю, происшедшую от его вины». Из этого определения можно вывести следующие признаки: 1) Б. есть неоплатность, т. е. такое состояние должника, когда он не удовлетворяет предъявленных к нему обязательственных требований; 2) субъектом банкротства, банкротом , является, по нашему законодательству, лишь лицо, производящее торговлю, в противоположность прочим лицам (неторгового состояния), которые, впав в неоплатность, называются несостоятельными должниками. Этим признаком банкротство отличается от неосторожной и злостной несостоятельности неторговой; 3) неоплатность должна происходить от вины должника. Вина эта может быть или неосторожная, без умысла или подлога, когда должник допускает расходы, превышающие его доходы или обнаруживает нерачительное ведение торговых дел и операций; или же умышленная, соединенная с подлогом, когда доказано, что должник, впавший в неоплатные долги, с умыслом для избежания платежа оных, перекрепил свое имение или передал его безденежно в другие руки, или же посредством подставных ложных заимодавцев или иным способом скрыл действительное свое имение или часть его, во вред неудовлетворенных вполне заимодавцев. В первом случае является неосторожное или простое банкротство; во втором — злостное или злонамеренное. Признаком виновности должника банкротство отличается от несчастной торговой несостоятельности, при которой невозможность платить долги проистекает от непредвиденных бедственных обстоятельств (Устав Торг. Судопр., изд. 1887 г., статьи 482 и 483). Подобное деление банкротства на простое и злостное заимствовано нашим законодательством из французского торгового права различающего — «banqneronte simple» и «banqueroute frauduleuse» и означающего несчастную несостоятельность термином «faillite». Б. признается всеми действующими законодательствами преступным деянием, но вопрос о том, к какому разряду преступлений оно относится, в различных кодексах разрешается различно. Французское и бельгийское законодательства относят банкротство к преступлениям противообщественным, рассматривая его, как специально-торговое преступление. Германское право обращает главное внимание на то, что банкрот раньше всего разрушает имущественные интересы тех лиц, с которыми он вступил в известные отношения и доверием которых он злоупотребил, т. е. при определении состава этого преступления на первый план выступает злоупотребление доверием. Наша система вполне своеобразна. По систематики своей она сходна с системой франко-бельгийской, так как о Б. говорится в 1163 — 1165 ст. Улож. о наказ, угол. и исправ., помещенных в гл. XII: «О нарушении постановлений о кредите», раздела VIII: «О преступлениях и проступках против общественного благоустройства и благочиния»; но в существе своем система нашего права сходна с германскою, так как существенным моментом банкротства по нашему праву является злоупотребление доверием. Наказание за неосторожное Б. состоит в тюремном заключении по требованию и усмотрению заимодавцев на время от 8 месяцев до 1 года и 4 месяцев, с зачетом времени, проведенного под стражей в течении производства и лишения прав торговли. При этом, однако, заимодавцы вправе представить коммерческому суду о сокращении срока содержания или об освобождении банкрота, а равно о допущении его вновь к торговле, по уважению к прежнему его по торговле поведению и другим обстоятельствам, торговому состоянию особенно свойственным. Злонамеренные банкроты подвергаются лишению всех прав состояния и ссылке в Сибирь на поселение (статьи 1163, 1165 Улож. о наказ., 622 и 624 Уст. Судопр. Торг. ). Таким образом Б. по нашему закону не только относится к разряду преступлений уголовно-частных, но даже размер наказания за неосторожное Б. зависит от усмотрения заимодавцев. От имени банкротов запрещается писать и совершать всякие вообще акты об имении или займы (п. 55, прилож. к 708 ст. Х т. 1 ч. Св. Зак. Гр.). Вопрос о признании кого либо банкротом, на основании 27 ст. Уст. Угол. Суд. есть вопрос преюдициальный, т. е. возбужденное против лица уголовное обвинение в банкротстве приостанавливается до разрешения этого вопроса гражданским или коммерческим судом, от которого зависит определение свойств несостоятельности.

Баня

Баня. — Так называется помещение, предназначаемое для омовения всего тела теплой водой. Она всегда составляла одну из необходимых потребностей человека. Начало устройства бань следует искать на Востоке, в самой глубокой древности. Б. как средство для достижения чистоты и опрятности, считающихся добродетелью, предписывается почти всеми религиями Востока. У магометан — Б. с ежедневными омовениями возведена на степень религиозного догмата; у евреев — введена Моисеем и неоднократно предохраняла их от многих болезней. В Китае, Индии и Египте — известна с незапамятных времен, как одно из лучших средств для сохранения здоровья. Человек инстинктивно прибегает к омовению тела с целью возбуждения кожи, устранения с ее нечистоты и восстановления жизненной энергии. Вопрос о значении паровых бань, был разрабатываем многими учеными, которые признали, что паровая Б., очищая и возбуждая кожу, поддерживает ее отправления — освежает все тело, увеличивая отделения пота и усиливая кровообращение. У нас под словом Б., обыкновенно подразумевают паровую Б., которая у наших соседей и других народов известна под названием русской бани. В такой Б. вода действует в виде пара, образующегося от поливания водою раскаленных камней; в ней человек выдерживает гораздо высшую (до 45° P.) температуру, чем в водяной. Устройство Б. разнообразно: самое простое и вместе с тем первобытное устройство их находим в деревнях. Такая Б. бывает обыкновенно срублена из бревен, иногда впущена в землю до половины, а иногда и крыша покрыта землей. В ней два отделения: первое от входа предназначается для раздевания и называется предбанник, а второе, в котором моются и парятся — составляет собственно баню. Для образования пара — устраивается особая печь, под названием — каменки. Бедные крестьяне нередко моются в русской печи.
В городах устраиваются торговые бани, в состав которых входят следующие части: а) сени или коридор; б) раздевальня или так называемый предбанник с особой печью или камином; в) мыльня — теплая комната с ванной; г) паровая комната или горячая баня — с прибором для образования пара; д) водогрейная, т. е. место, где приготовляется теплая вода и е) теплое отхожее место. В лучших отделениях торговых бань устраиваются еще иногда большие бассейны для плавания, вода которых имеет температуру 17 — 20° P. Условия хорошего устройства Б. состоят в том: 1) чтобы все ее части соответствовали своему назначению и были хорошо нагреты, 2) чтобы как холодная, так и теплая вода была в изобилии и грязная быстро стекала из помещения, 3) чтобы помещения в каменных зданиях были покрыты сводами, а окна расположены выше роста человека и 4) чтобы помещения хорошо были освещены и вентилируемы. В настоящее время, такие Б., удовлетворяющие всем вышесказанным условиям — существуют лишь в Петербурге, Москве и Варшаве. В других больших городах хотя и есть публичные Б., но все они страдают отсутствием вентиляции, плохим освещением и несоответственным распределением теплоты. При устройстве Б. следует вообще руководствоваться нижеприведенными данными, взятыми из практики. Известно, что для того, чтобы вымыться в Б. человеку, нужно употребить времени не менее как полтора часа и израсходовать воды от 15 — 20 ведер при температуре в 45° P. Во время пребывания в Б., больше всего приходится оставаться в мыльне, где и скопление людей бывает самое большое. Для определения размеров этого рода помещений необходимо принимать на каждого моющегося 1 куб. саж. занимаемого пространства; для раздевальной достаточно 0,75 куб. саж., а для паровой — 2 куб. саж. на каждого человека. Сени или коридор могут быть и холодными, но лучше, если они отопляются. Комнате для раздевания и одевания достаточно иметь тепла +15° Р. Мыльня требует от 20° — 30° P., а паровая комната должна иметь температуру от 45° до 50° Р. Комната для раздевания должна согреваться обыкновенною печью, мыльня — печью и паром и паровая — только паром. Для снабжения Б. водою необходимо устраивать водоснабжение — из колодцев или городских проводов. Стены каменных зданий должны штукатуриться цементом и краситься масляной краской. Полы должны быть двойные. Верхний пол следует устраивать из толстых досок с прорезами для стока воды, а под ним другой, непроницаемый пол, со скатами, к сточной трубе. Если этот последний основывается непосредственно на земле, то с боков следует окружить его непроницаемыми стенками. В больших торговых банях очень хорошо делать в мыльне полы асфальтовые. Мебель в мыльне и паровой должна состоять из деревянных скамеек, которые можно смывать. Скамьи следует делать так, чтобы доски не прилегали плотно одна к другой, а с промежутками, около 1/4 дюйма; такое устройство облегчит содержание их в чистоте. В нашем законодательстве Б. послужили предметом юридической нормировки с точек зрения: строительной, врачебной и полицейской. Статьи 413 и 432 Строит. Устава (XII т. Св. Зак.) гласят, что Б. должно строить вблизи воды и отдельно от жилых помещений. Тот же устав предусматривает разделение торговых Б. на два отделения: мужское и женское, с особыми входами и надписями на них. На обязанности городских врачей лежит наблюдение за тем, чтобы в Б. не было угара и не производилось кровопускания, приставления пиявок и т. п., без разрешения на то врача (XIII т. Св. Зак. Уст. Врач. ст. 68). Полиция наблюдает, чтобы в публичные Б. никто не входил в отделение не своего пола (Уст. пред. прост. XIV т. Св. Зак., ст. 250) и дабы рабочие не входили толпами в Б. (там же ст. 345). Кроме этих статей закона, о Б. упоминается еще и в уставе о содерж. под стражею: ст. 96 и 421 требуют, чтобы арестантов раз в неделю водить в баню (о банях см. журнал «Зодчий», 1872 г., №№ 2, 6 и 10, А. Крассовский, «Гражданская архитектура» стр. 390 Ф. Федорович, «Сельскохозяйственная Архитектура»(стр. 9).

Баня в медицинском отношении.

Кожа есть один из наиболее важных органов нашего тела и забота о нормальных ее функциях есть предмет крайней необходимости не только для поддержания метаморфоза тела на определенной высоте, но и для нормального развития весьма многочисленных и разнообразных отраженных явлений в области головного и спинного мозга. Расстройство деятельности кожи лишает организм весьма важных кожных импульсов, ослабляет метаморфоз организма, уничтожает кожную перспирацию, ведущую за собою массу общих расстройств, нередко влекущих за собою смерть (напр., при ожогах, лакировании кожи и т. д.). К сожалению весьма распространено убеждение, что содержание кожи в чистоте есть скорее требование роскоши, а не настоятельная необходимость для охранения здоровья. Русский крестьянин значительно опередил своих европейских собратьев относительно заботливости о чистоте содержания кожи. Чистота кожи главным образом достигается банями. Существуют два вида бань: 1) ирландско-римская (турецкая) бани, где отделение пота вызывается в сухом, горячем воздухе, почему эти бани также называются горячими воздушными ваннами и 2) русская баня; в последней, вместо сухого воздуха, применяется воздух, насыщенный водяными парами, почему русские бани называются паровыми ваннами.
1) Ирландско-римская (турецкая) бани  были в большом употреблении у древних народов Востока, напр. у египтян, халдеев, финикиян и т. д. Римляне, во времена своего расцвета, вводили эти бани везде, где они только появлялись: в Италии, Франции, Великобритании, Германии и т. д. В Риме тратились на бани громадные суммы денег и они там действительно достигли наибольшего совершенства, в особенности во времена Антония, Каракаллы, Диоклетиана и друг. Такие же бани римляне устроили и в Греции, откуда они позднее перешли к туркам в Константинополь и затем быстро распространились по всему Востоку под именем турецких бань. В 1856 году стараниями ирландского врача Рих. Бартера бани эти были впервые устроены в Ирландии с весьма существенными улучшениями, касавшимися, преимущественно, вентиляционной системы; вскоре они распространились в Англии и Германии, где д-р Лютер в Нудерсдорфе, у Вюртемберга, устроил первую римскую баню с врачебною целью. В настоящее время таких бань много как на Западе, так и в России.
Римская баня заключает в себе в определенном порядке все обыкновенные виды купаний: вспомогательными пособиями при этих банях служат холодный и теплый воздух, холодая и теплая вода, различные виды массажа и т. д. Для различных манипуляций, производящихся в этих банях, необходимы, по крайней мере, три комнаты. Уже римляне устраивали следующие комнаты: frigidarium, комнату для раздеванья, tepidarium, комнату для подготовительных манипуляций, в которой воздух умеренно нагрет, sudatorium, комнату для потения, где температура нагретого воздуха была очень высока, и, наконец, lavarium, комнату, где происходило умыванье, принимались холодные ванны, натирались маслами и т. д. В настоящее время, при устройстве римских бань, главным образом, обращают внимание на определенную температуру тепла в каждой комнате. Для получения в sudatorium высокой температуры, раскаленный воздух идет от печи по кирпичным каналам, пролегающим под полом бани, по бокам пола и по стенам; каналы эти заканчиваются отверстиями в дымовой трубе. Пол в двух горячих комнатах (т. е. с tepidarium и sudatorium) состоит из дырчатых кирпичей, толщиною в 8 сантим. Таким образом tepidarium нагревается лучеиспусканием из пола и стен, и самым раскаленным воздухом. Tepidarium лежит несколько в стороне от источника тепла, и температура в нем держится — 36 — 31° R. В этой комнате купающийся начинает потеть и проводит в ней обыкновенно от 25 до 40 минут. Отсюда он переходит в sudatorium, где температура постоянно держится на высоте 45° R. Здесь он остается 12 до 18 минут, пока пот начнет сильно выступать. Несмотря на высокую температуру, здесь дышится легко, так как чистота воздуха обеспечивается двумя выводными каналами, из которых один выводить сгущенный пар. а другой одновременно вводить чистый воздух. Когда купающийся достаточно выпотел в sudatorium'е, банщик вытирает пот шерстяной перчаткой и в течении 4 — 6 минут производить массаж всего тела. Отсюда купающийся выходить в мыльную, где его окачивают с головы до ног прохладной водой, вымывают мылом все тело и вторично обливают прохладной водой или обдают холодным душем. Выкупавшись таким образом, субъект входит в раздевальную и ложится на матрац.
Действие римских бань во многих случаях существеннее русских паровых бань. Римская баня, по чисто физическим законам, вызывает более быстрый пот, так как организм входит в горячий, сухой воздух. Последний, бедный парами, должен неизбежно насыщаться гораздо быстрее, чем богатый парами воздух русских бань. И действительно, в римской бане организм, посредством пота, теряет гораздо больше в весе, который может уменьшиться на 2 — 5 фунтов. В виду сильного потогонного действия этих бань, их можно причислить к средствам, резко усиливающим метаморфоз организма. Важнейшие преимущества римск. бань состоят в том, что она скорее удаляют верхний кожный слой, возбуждает деятельность кожи сильнее других средств, укрепляют ее и делает нечувствительной к различным простудным влияниям. Показания к употреблению римских бань: ирландско-римские бани с успехом употребляются при хронических сыпях кожи, в особенности при лишаях; далее при болезнях крови, при хронических отравлениях металлами, но более всего при подагре, ревматизме и против осложнений, являющихся при этих формах, как то: параличах, контрактурах, опухолях и т. д. С гигиенической целью, как оживляющее средство, бани эти можно рекомендовать для лиц, ведущих сидячий образ жизни. Безусловно противопоказаны рим. бани при наклонностях к ударам, при кровохаркании, пороках сердца, ранах, туберкулезе и болезнях спинного мозга.
2) Русская баня.  Потогонное действие русских бань достигается влажной теплотой, а не сухим теплом, как в ирландско-римских банях. Кроме пара, в этих банях применяются и другие средства, как то: холодная и теплая вода, растирания, массаж и т. д. — Русская баня состоит из раздевальни, комнаты, где моют тело и где имеются: ванны, души, бассейны холодной воды, и наконец из комнаты, где потеют на полках. В последней комнате воздух нагревается паром, получаемым обыкновенно выливанием горячей воды на раскаленные камни или из парового котла.
— Из раздевальни купающийся обыкновенно входит в третью комнату, где на полке потеет; затем его или обливают холодной водой и заставляют вторично потеть или же только обливают водой, или холодным душем. Отсюда купающийся заходит в мыльню, где, после умывания всего тела, окачивается прохладной водой, или же без окачивания входит опять в горячую, где вторично потеет. Вслед за этим купающийся или охлаждается постепенно, или быстро, чтобы оставить баню значительно освеженным. Для последней цели имеются постепенно охлаждающие души или холодная вода, а в некоторых банях и бассейны с холодной водой. В Германии, где русск. Б. пользуются для лечебных целей, после охлаждения, больного заворачивают в теплые одеяла, заставляют его потеть 1/2 — 1 ч., потом вторично направляют в горячую баню и только затем окончательно охлаждают тело. — Физиологическое и терапевтическое значение русских бань. Научная разработка вопросов о физиологическом значении русской бани началась сравнительно недавно и принадлежит почти исключительно русским врачам. Температура русских бань, по исследованиям Страхова, около 7 часов утра, на полке бани равняется 68 — 70° P.; в 7 час. веч. 48 — 49° P.; у пола же утром 23° P. Температура воды, которой моются, различна, и колеблется в пределах 42 — 57° Ц. Для мытья головы употребляется довольно горячая вода (43 — 45° Ц.): для мытья же тела — более горячая 47 — 50° Ц. Для окачивания употребляется более прохладная, а иногда, по желанно купающегося, даже и совершенно холодная. Каждый моющийся расходует от 200 — 300 литров воды. Кожа в бане краснеет, набухает и наливается кровью. Число красных кровяных шариков возрастает в и куб. мм. после 1/4 — 1/2 часового потения в бане, с 4900000 на 5400000. Удельный вес крови повышается в это время с 1,0538 до 1,0615. Относительное содержание гемоглобина в крови увеличивается. Это увеличение замечается в течение 1 — 21/2 час., и затем приходить к прежней норме. Чем сильнее потение, тем более увеличивается относительное содержание гемоглобина в крови. Число ударов пульса, под влиянием бани, без исключения возрастает (до бани пульс в среднем — 73, в мыльне — 95, на полке — 112, через 1/4 часа после бани — 82). Кривая пульса после бани резко изменяется; а именно: систолическое поднятие и крутизна спусков становится меньше, а дикротизм и диастолическое падение — больше.
Число дыханий, под влиянием бани, увеличивается. Окружность и экскурсия грудной клетки несколько увеличивается. Сила вдоха и выдоха, а также жизненная емкость падают. Температура тела повышается: напр. если до бани равна 37,2, то в мыльной она повышается, в среднем, до 38,0 (maximum 39,4), на полке до 39,2 (maximum 40,0); после бани 37,4. Пищеварительная сила желудочного сока и его кислотность уменьшаются при потении. Усвояемость азотистых частей пищи улучшается при потении, как у здоровых, так и у нефритиков (болезни почек). Всасывание лекарств в желудке уменьшается. Под влиянием бани увеличивается не только количество воды, но даже плотные составные части молока у кормилиц. Суточное количество белка у нефритиков, как абсолютное, так и относительное, уменьшается при потении. Равномерно с белком уменьшаются и форменные элементы; иногда последние даже совсем исчезают. Под влиянием повышенной температуры бани в глазах развивается гиперемия, по преимуществу переднего отрезка глаз, а отчасти и дна его, и легкий парез аккомодации с явлениями незначительной астенопии. На ушных больных, страдающих острой формой воспаления, баня действует неблагоприятно. Паренье веником в паровой бане способствует сильному отвлечению крови от внутренних органов к периферии. С. Груздев нашел много интересных данных по минеральному обмену при русской бане.
На основании всего изложенного выше вытекают следующие показания и противопоказания к назначению русской бани: на них следует смотреть, как на средство, улучшающее отправление кожи; как на отвлекающее и сильно потогонное средство, усиливающее обмен веществ. Кроме гигиенического значения, бани могут быть весьма важным лечебным средством при следующих страданиях: при хроническом мышечном и суставном ревматизме, подагре, при конституциональном сифилисе, во вторичной и третичной стадии, при золотухе, при ожирении, общем полнокровии, зависящем от роскошной пищи и сидячего образа жизни, препятствующих полному окислению продуктов обмена; в начале всех катаральных заболеваний слизистых оболочек носа, зева, горла, бронхов, легких, кишек и мочевого пузыря; при хроническом катаре наружного слухового канала, глотки, миндалин, носа. При хроническом воспалении спинного мозга и его оболочек; нейрозизме, ипохондрии; при ревматических невралгиях и параличах, при хронической гиперемии и застое крови в печени, селезенке. желудке. кишках; при холере, в алгидном периоде. При болезнях костей, зависящих от золотухи, ревматизма, сифилиса. При перемежающейся лихорадке, в периоде озноба. При накоплении жидких болезненных продуктов в каких либо полостях, не сопровождающемся лихорадочным состоянием. При общих водянках и водянках живота не сердечного происхождения; при серьезных плевритах, при брайтовой болезни, psoriasis и так далее. Некоторые болезни сердца: каковы неврозы, жировое перерождение, пороки левого сердца в периоде полной компенсации не препятствуют назначению бань. Противопоказания: продолжительные острые лихорадочные состояния, наклонность к каким либо кровотечениям; слабость и истощение организма, острые болезни глаз и ушей; пороки сердца с перерождением сердечной мышцы, артериосклероз резко выраженный, аневризмы. Наклонность прилива крови к легким, к мозгу; апоплексический удар; полнокровие; значительная эмфизема легких, чахотка в последнем периоде. Беременность с наклонностью к выкидышу. В старческом и раннем детском возрасте слишком жаркая баня противопоказана (ср. «Клиническая лекции Фрея», стр. 28 и след., Москва, 1889).
Кроме общих паровых бань, с лечебною целью употребляются и местные паровые души, направленные на отдельные части организма. Пар может быть или чистым, или в смеси с лекарственными веществами: винным спиртом, эфирными маслами, сосновым экстрактом, вызывающими довольно продолжительное кожное возбуждение. Пар получается из аппарата, похожего на самовар (называемый пульверизатором), и к нему сделаны приспособления, позволяющие смешивать пар с искусственными веществами. Эти пульверизаторы употребляются при лечении паром ротовой полости, носа, уха и т. д. Сидячие паровые ванны употребляются только для нижней половины тела. Употреблявшиеся прежде паровые ванны состоят из ящиков, наполненных паром; в них заключается все тело, кроме головы. В настоящее время их заменили различными аппаратами (ящики, кровати, на которых пациент лежит горизонтально и т. д.). Вне ящика, заключающего в себе тело пациента до головы, стоит паровой котел с приводящими трубами. За границей употребляются и соляные паровые ванны. На многих среднеевропейских минеральных водах (напр., в Бадене, Аахене и друг.) употребляется для паровых бань горячий пар источников. В Италии имеются природные паровые ванны, именно выходящие из земли пар и вулканические газы употребляются там с лечебною целью. 
Врачебная литература о русских банях: A. R. Martin, «Physiologische Untersuchungen und Anmerkungen uber der in Finland bei den Landleuten gebrauchlichen Badstuben Nutzen und Schaden» («Записка швед. акад. наук», 1765); J. Symons, «Observations on vaporous bathing and its effects» (Лонд., 1766); Ih. Denman, «A letter on the construction and method of using vapour baths» (Лонд., 1769); Walther, «De balneorum calidorum usu in regionibus septentrionalibus» (дисс., 1772); Scholten, «De balneorum calidorum usu in reg. septent» (1772); Nikolai, «De curationibus morborum per vapores» (дисс., Иена, 1782); Styx, «De russorum balneis calidis et frigidis» (ч. 1, Дерпт, 1802); J. G. Reil, «Die Anwendung des Dampfkessels zur Einrichtung ortlicher Quaimbader» (Галле, 18 9); Chr. Fr. Hirsch, «Von den Vortheilender in den russischen Staaten gebrauchlichen Dampfbader» (Бамберг, 1816); G. Т. Pochhammer, «Russische Dampfbader als Heilmittel durch Erfolge bewahrt. Mit einer kurzen Anweisung zum gebrauche d. rus. Dampfb. von Dr J. G. Schmidt» (Берлин, 1824); Smith, «Om Anweldesen of russiske Dampbade» (1827); Schuck, «Russische Dampfbader und bidropatische Behandlung in Fallen von Rheumatismus u. Gicht»; C. Engelmann, «Ueber die Wirkungsweise und den diatetischen Averth der in Deutschland allgemeiner werdenden russischer Dampfbader» (Keнигсберг, 1825); Tolberg, «Ueber Einrichtung, Gebrauch und Wirkung der russischen Dampfbader» (Магдебург, 1826); Woina-Kurinsky, «De balneis in genere et de balneis rossicis in specie» (Москва, 1826); A. Mayer, «Die ortbopadische Heilanstalt und das russische Dampfbad» (Вюрцбург, 1828); Teschke, «Das russische Dampfbad nebst Gebrauchs Anweisung (Данциг, 1830); Tonsen, „Russisches Dampfbad und allgemeine Vorschriften, sich desselben zweckmassig zu bedienen“ (Киль, 1829); Rast Leopold, „Einige Worte iiber die wahre Bedeutung des rus. Dampibades in heilkraftiger Hinsicht“ (Лейпп, 1829); Job. Wendt, „Ueber die Bedeutung und Wirkung der russischen Dampfbader“ (Лейпц., 1830); F. Gauwerky, „Erfahrungen iiber das russische Dampfbad.“ (1831); и. Breuer, „Russische Dampfbader“ (Кельн, 1832); В. Чеботарев, „О вредном влиянии на здоровье детей излишнего употребления русских бань, в Пермской губ.“ („Друг Здравия“, 1835, №9); G. Baumaun, Das Piussische Dampfbad» (Гельброн, 1845); P. N. Jorgensen, «Tre Monologer Bouden, det russiska Dampbad» (1846): A. Debay, «Hygiene des baigneurs» (Пар., 1850); П. Страхов, «О русских простонародных парных банях» («Моск. Врачебн. журн.», 1856); Збелин, «О купаниях, ваннах и банях, как средствах сохранить здоровье» (Спб., 1856); Franceschi, «De l'utilite des bains russes perfectionnes» (Спб., 1851); Bartels, «Pathologische Untersuchungen» («Greifswald. med. Beitr.», т. 1-2, 1865); «Nouveau dictionnaire demedecine et de chirurgie prat. dirig. par Jaccoud» (т. IV, Париж, 1866): проф. Спасский, «Краткий очерк врачебных отношений бань» («Военно-Мед. журнал», ч. XXVI, №1, 1835 и «Друг Здравия», 1835, №44 — 45);Величковский, «Материал к фармакологии солено-кислого хинина» («Сборник работ, произв. в кабинете общей патологии, общ. терапии и диагностики» (изд. проф. В. А. Манассеина, вып. II, Спб., 1877); Як. Як. Стольников, «К вопросу о влиянии лихорадки на дыхательные мышцы и упругую ткань легких». («Сборник проф В. А. Манассеина», вып. II, 1877); Н. Засецкий, «О влиянии потения на пищеварительную силу желудочного сока, на его кислотность и на кислотность мочи» («Сбор. проф. Манассеина», вып. III, 1877 — 1879); Н. Засецкий, «О влиянии потения на количественное содержание гемоглобина в крови» (Военно-Мед. журн.", 1879); С. Д. Костюрин, «Материалы для учения о русской бане» («Сборн. проф. В. А. Манасеина», вып. III); Kisch, «Bad» («Врач», 1881, № 10); В. И. Чугин, «Заметка о русских банях в санитарном отношении» («Врач», 1880, № 35 — 86); Л. И. Тумас; «О влиянии высокой температуры и потении на выделение лекарства» («Врач», 1880, №14); С. М. Васильев, «Влияние спиртных обтираний на потоотделение» («Врач», 1880., №13); проф. Тарханов, «Определение массы крови на живом человеке» («Врач», 1880, №№ 41, 46, 48 и 50); Н. Златковский, «О влиянии потения и продолжительности молочной диеты на усвояемость азотистых частей коровьего молока кишечником здорового человека» (дисс., Спб., 1881); С. Ю. Фиалковский, «Материалы к вопросу о влиянии бани на здоровый и больной глаз человека» («Врач», 1881, №9); В. Ф. Штром, «О влиянии русской бани на ушных больных» («Врач», 1882, №8); В. В. Годлевский, «Материалы для учения о русской бане» (дисс., Спб., 1883); М. Г. Курлов, «К вопросу о лечении ожирения горячими ваннами и русской паровой баней» («Врач», 1884, №42); Г. О. Шполянский, «К вопросу о продолжительности пребывания пищи в желудке здоровых и больных людей и о влиянии на эту продолжительность искусственно вызванного потения» (дисс., Спб., 1886); В. Колесинский, «К вопросу о влиянии русской бани на отделение молока у кормилиц» (дисс., Спб., 1887); Н. Я. Маковецкий, «К вопросу о влиянии русской бани на азотистый обмен и усвоение жиров и на усвоение азотистых частей пищи у здоровых людей» (дисс., Спб., 1888); В. С. Ируздев, «О влиянии потения на свойства желудочного сока и кислотность мочи» («Врач», 1889, №20); Н. А. Сазонов, «О влиянии русской паровой бани на выделение некоторых лекарственных веществ из организма здоровых и больных людей» (дисс., Спб., 1890); А. А. Фадеев, "К учению о русских банях (дисс., Спб., 1890); С. Груздев, «Минеральный обмен при русской бане» (дисс., Спб., 1890).

Баобаб 

Баобаб (Adansonia digitata L.) — растение из семейства Malvaceae, одно из самых больших деревьев. Ствол его не высок, всего от 10 до 15 футов, но до 80 фут. в обхвате и разделен на множество ветвей, расходящихся во все стороны и достигающих иногда длины в 70 ф., так что шатер, имеющий поперечник в 60 ф. и более, кажется издали целою рощею. Листья Б. 5 — 7 пальчатые, ежегодно опадают. Крупные, до 6 д. в поперечники, белые, с пурпуровыми пыльниками, цветы, сидящие на висячих ножках, в бесчисленном множестве покрывают шатер. Продолговатоовальные плоды, длиною свыше фута в толщиною в 4 — 5 фут., распадаются на 10 и более 50 — 60 семенных гнезд. Дико растут в тропической Африке, но разводятся в Ост-Индии и на Антильских островах. Достигает возраста в 1000 и более лет, а в Сенегамбеи, в деревне Grand Galardues, одному дереву приписывают даже возраст в 6000 лет. Древесина рыхлая и легкая; листья и цветы содержат мазь и служит лекарством от поноса и лихорадок. Из листьев негры приготовляют порошок «лаго», подмешиваемый ими в пищу. Кисловатая на вкус мякоть плодов, содержащая камедь, сахар, крахмал и молочную кислоту, употребляется в пищу и как средство от лихорадок и поноса; зола скорлупы богата щелочами, почему из ее выделывают, с пальмовым маслом, мыло.

Баптистерий 

Баптистерий — от латинской формы «baptisterium» греческого слова «baptisthrion». Слово это имело разные значения: а) у древних греков оно обозначало теплое отделение бани, б) у римлян — бассейн для плавания в термах (общественных банях), в) у древних христиан — крещальню. Первоначально христиане крестили оглашенных в реках и источниках, словом всюду, где находили воду (см. «Деяния св. Апостолов», глава VIII, ст. 36, 37 и 38). Затем, во время гонений — в катакомбах, где мы видим первые следы устройства крещален. Наконец, после торжества веры — в особо устроенных для этого зданиях или баптистериях. Потребность в этих зданиях обусловливалась громадным количеством крещаемых в первые века христианства; существовали они, по видимому, довольно долго, потому что баптистерии строились даже в «романскую» эпоху, следовательно, в Х — XI в. — Б. представляют собою круглые или восьмиугольные, большею частью покрытые сводами здания, посреди которых расположены бассейны для воды; они ставились обыкновенно вблизи базилик или церквей. Из них особенно замечательны Б. в Риме (Латеранский), Флоренции, Пизе, Ночере и Равенне. В современных православнорусских церквах, в виду почти исключительного крещения младенцев, Б. заменены купелями.

Барабан 

Барабан — ударный музыкальный инструмент из латунного цилиндрического корпуса, внутри пустого (т. наз. кадла), на который с обеих сторон натягивается телячья шкура, обработанная в виде пергамента и по которой бьют двумя палочками (малый Б.) или одной с мягким наконечником (большой или турец. Б.). Для усиления звука вдоль нижней шкуры туго натягивается 4 струны. В настоящее время Б составляет принадлежность военных и симфонич. оркестров. В войсках Б. не только входит в состав хоров музыки, но служит для падания сигналов при обучении маршировке. Инструмент этот происхождения азиатского, и европейскими войсками заимствован, вероятно, у аравитян, во время крестовых походов. В русской армии военное употребление Б. начинается только со времен Петра Великого, который сам был барабанщиком своих потешных войск. В полковых музыкантских хорах, а также и в других оркестрах, кроме обыкновенных Б., имеются еще так наз. турецкие Б., отличающиеся от первых большими размерами и густотою звука.

Барабанная перепонка

Барабанная перепонка (Меmbrana tympani) — тонкая перепонка, лежащая в глубине наружного слухового прохода и отделяющая наружную часть слухового аппарата от средней (так. наз. барабанной полости). Она расположена косо снаружи и сверху внутрь и вниз, ниже середины, втянута несколько внутрь прикрепленной к ней рукояткой молоточка и служит для восприятия звуковых колебаний, проникающих через наружный слуховой проход, и для передачи их через слуховые косточки внутреннему уху.

Баратынский 

Баратынский (правильнее Боратынский, Евгений Абрамович) — поэт, род. 19 февраля 1800 г. с селе Вяжле, кирсановского у. Тамбовской губ., воспитывался в пажеском корпусе, откуда в 1816 г. был исключен с воспрещением поступать в военную службу. Три года спустя, после усиленных хлопот, ему было, однако, разрешено поступить рядовым в л.-гв. егерский полк; в 1820 г., произведен в унтер-офицеры, был переведен в нейшлотский пехотный полк, стоявший в Финляндии, и пробыл здесь около шести лет, до производства в офицеры, после чего вышел в отставку, женился и поселился в Москве. В 1845 году отправился с семейством заграницу, посетил Германию, Францию и Италию, в Неаполе внезапно заболел и умер 29 июня 1844 г. Сочинения Б. в стихах и прозе изданы его сыновьями в 1869 и 1884 гг.
Б. начал писать стихи еще юношей, живя в Петербурге и готовясь к поступлению в полк; в это время он сблизился с Дельвигом, Пушкиным, Гнедичем, Плетневым и другими молодыми писателями, общество которых имело влияние на развитие и направление его таланта: своими лирическими произведениями он скоро занял видное место в числе поэтов пушкинского кружка, поэтов — «романтиков». Продолжительное пребывание в Финляндии, вдали от интеллигентного общества, среди суровой и дикой природы, с одной стороны усилило романтический характер поэта Баратынского, а с другой — сообщило ей то сосредоточенно-элегическое настроение, каким проникнута большая часть его произведений. Впечатления финляндской жизни, кроме. ряда вызванных ими небольших стихотворений, с особенною яркостью отразились в первой поэме Баратынского: «Эда» (1826), которую Пушкин приветствовал, как «произведение, замечательное своей оригинальной простотою, прелестью рассказа, живостью красок и очерком характеров, слегка, но мастерски обозначенных». Вслед за этой поэмой явились: «Бал», «Пиры» и «Цыганка», в которых молодой поэт заметно поддался влиянию Пушкина и еще более — влиянию «властителя дум» современного ему поколения — Байрона. Отличаясь замечательным мастерством формы и выразительностью изящного стиха, нередко не уступающего пушкинскому, эти поэмы по своему содержанию и литературному значению, стоят, однако, гораздо ниже лирических стихотворений Баратынского, из которых многие и до сих пор не утратили своей прелести. Общий характер лирики Б. — грустно-задумчивый; непосредственное поэтическое чувство в его произведениях почти всегда подчиняется рефлектирующей мысли и творческое одушевление уступает место холодной «игре ума». Сосредоточиваясь на том или ином вопросе общефилософского характера, поэт тревожно ищет выход среди являющихся ему противоречий, — ищет разрешения мучительных сомнений, — и не находит, или если и находит, то только на время, ненадолго, — чтобы затем снова вернуться к «загадкам бытия», которые представляются ему неразрешимыми. Как поэт, он почти совсем не поддается вдохновенному порыву творчества; как мыслитель, он лишен определенного, вполне и прочно сложившегося миросозерцания; в этих свойствах его поэзии и заключается причина, в силу которой она не производит сильного впечатления, не смотря на несомненные достоинства внешней формы и нередко — глубину содержания. Лучшие из его лирических стихотворений: «На смерть Гете», «Финляндия», «Последний поэт», «Череп», «Последняя смерть». Собрание стихотворений Б. в первый раз издано в 1827 г. (2 изд., Москва, 1835; 3-е — 1869 и 4е — 1884 Казань). Стихотворения Б. много раз переводились на немец. к. и французский, языки. Ср. «Рус. Ст.» (1870 г., т. II, стр. 638 — 45), «Рус. Арх.» (1868, стр. 141 — 47 и 866 — 72), В. П. Гаевский в «Соврем.» (1853, № 5, в статье о Дельвиге), Koenig, «LitterarischeBilder aus Russland» (есть в рус. переводе), Плетнев, «Сочинения» (т. 4), Пушкин (в журнальных статьях), Белинский (т. I и II), Галахов в «Отеч. Зап.» (1844 г., т. 37), Лонгинов в «Русск. Арх.» (1864), С. А. Андреевский «Литер. чтения» (Спб., 1891), Венгеров, «Крит. биогр. словарь» (т. 2).

Барбарис 

Барбарис (Berberis L.) — кустарник из сем. Berberideae, характеризуется 6листною чашечкою, таким же венчиком, с двумя железками у каждого лепестка, 6 тычинками, сидячим, головчатым рыльцем и 2 — 3 — 4 — 9 семенной ягодой. Наиболее распространенный вид — В. vulgaris. Б. обыкновенный, ветвистый кустарник с трех раздельными колючками, в углах которых сидят укороченные веточки с пучками обратнояйцевидных, по краям реснитчато мелкопильчатых листьев с короткими черешками. Светло-желтые, отличающиеся тяжелым запахом, цветы собраны в висячие кисти; тычинки раздражительны, ягоды продолговаты, красные; цветет в конце весны; разводится в садах и встречается изредка между кустарниками на север до Петербургской губ., а также в южной и средней Европе, Крыму, на Кавказе, в Персии, Вост. Сибири, Сев. Америке. На нижней стороне листьев Б. попадаются желтые пятна зимующих спор хлебной ржавчины Puccinia graminis, которые заражают затем листья ржи, ячменя, пшеницы, овса и других злаков, гл. обр., Triticum repens, Agrostis vulgaris, Dactylis glomerata и Lolium perenne. По соседству с полями Б. надо, поэтому, истреблять. Твердая древесина идет на мелкие поделки. Из коры, корней и древесины можно получать прекрасную желтую краску, подобную гуммигуту. Съедобные ягоды содержат яблочную, лимонную и винную кислоты. Прежде употреблялись в аптеках radix и cortex berberidis. Южно-американские виды В. glauca DC., ilicifolia b'orst., Tomentosa R. et P., lutea R. A. P. дают также желтую краску.

Барбье 

Барбье (Анри-Огюст Barbier) — франц. сатирический поэт, род. 28 апреля 1805 г. в Париже. Обладая достаточными материальными средствами, Б. жил в Париже вполне независимо, не занимая никакой должности государственной или общественной. После июльской революции стали появляться в «Revue de Paris» стихотворения Б., скоро доставившие ему известность. Он издал их отдельным сборником, под заглавием: «Les Jambes» (Пар., 1831; 9-е изд. 1878). Полные поэтического огня сатиры его рисуют печальное состояние французского общества, на изображение которого молодой поэт красок не пожалел. Резкие «Ямбы» Барбье были встречены с восторгом, и многие места из его стихов вошли в употребление, как поговорки. Из других произведений замечательно: «Il Pianto» и «Lazare», которые были напечатаны сперва в «Revue des deux Mondes» (1832 — 1833 гг.), затем вошли с 1837 г. в состав «Jambes» и с тех пор были изданы несколько раз. «Il Pianto» описывает чрезвычайно поэтически и правдиво унизительное положение тогдашней Италии. Отличающееся теми же достоинствами «Lazare» посвящено бедственному положению рабочего народа в Англии Довольно холодный прием встретили две сатиры Б. : «Erostiate» и «Potdevin», вышедшие в 1837 г. Точно также не обратили на себя особенного внимания его «Chant civil et religieux» (1841) и «Rimes heroiques» (1843), собрание сонетов, снабженных историческими примечаниями. Значительно позже вышли в свет «Silves, poesies diverses» (1864) и «Satires» (1865). Собрание его новелл: «Trois passions» (1867) не имеет большого значения. В 1869 г. Б. был избран во французскую академию. Б. умер в Ницце 14 февр. 1882 г.; после смерти его изданы: «Souvenirs personnels» (1883) и "Poesies posthumes (1884). «Ямбы» Б. неоднократно переводились на русский яз. Из особенно ревностных переводчиков этого поэта отметим: Ковалевского, Василия Курочкина, Буренина и Минаева.

Барельеф 

Барельеф (фр. basrelief) — выпуклое изображение отдельных человеческих фигур; целых групп или каких-либо предметов. Они делаются из разных материалов: вылепливаются из глины, высекаются из мрамора или из какого либо другого камня, вырезаются из дерева или отливаются из алебастра и из бронзы. Собственно барельефом, т. е. низким рельефом называется изображение слабой выпуклости; изображение же большой выпуклости называется горельефом или высоким рельефом. Обыкновенно разницу между ними определяют так: если фигуры выступают меньше, чем на половину своей толщины — то это барельеф; если они выступают на половину своей толщины, или больше, то это — горельеф. Употребление барельефов мы видим в глубокой древности и почти повсюду на древнем Востоке: в Индии, Ассирии и Персии, где они достигают иногда колоссальных размеров, в Египте, в древней Америке, в Греции и Риме, в средневековом и в новом европейском искусстве. Изображение их см. разные приложения к отделам «Зодчество» и «Искусство», а также том II, прилож. «Ассирийские древности», черт. 1 и 54. В древнегреческом и римском искусстве возлюбленным местом для барельефов были фронтоны храмов, где содержание барельефов обыкновенно отвечало назначению храма. По образцу их и в современной европейской архитектуре Б. располагаются на таких же частях зданий.

Баренц 

Баренц (Вильг. Barents) — голландский мореплаватель из Амстердама, уже в конце XVI века пытался открыть морской путь в Китай мимо сев. берега Азии. 6-го июня 1594 г. четыре корабля под командой Корнелиса Рийпа оставили Тексель. Одно из этих судов, которое вел Б., фактический руководитель всего предприятия, достигло 10 июля западного берега Новой Земли. Б. исследовал его на шестиградусном протяжении и изучил северный берег до крайней северо-зап. оконечности, мыса Нассау. В это время два корабля этой экспедиции направились дальше на В. и через Вайгачский пролив проникли в Карское море. Пробившись между льдин, они открыли, что береговая линия отклоняется дальше к юго-востоку. В полной уверенности, что им удалось открыть Кап-Табис Плиния, они сочли свое предприятие вполне удавшимся и, думая, что торговый путь в Китай открыт, вернулись в Амстердам. Таким образом экспедиция проникла до 77° или 78° сев. шир. Вскоре новая экспедиция, состоявшая из шести кораблей, отправилась под начальством Б. к Новой Земле, но на этот раз Вайгачский пролив оказался закрытым льдинами и экспедиция вернулась на родину. В 1596 г. сделана новая попытка: 16-го мая Б. оставил Амстердам; открыв Медвежий остров и Шпицберген, экспедиция проникла до 80° 11' сев. шир. В то время как сопровождавшие Б. Геймскерк и Корнелис вернулись в Голландию, он решительно направился к мысу Нассау. Здесь он был затерт льдами и принужден провести со своими спутниками ужасную арктическую зиму. Это была первая зимовка на Дальнем Севере. Невыразимо страдая в течение продолжительной северной зимы, Б. и его спутники жили надеждой на лето, но и тут они обманулись. Корабль их даже летом не освободился от окружавших его льдов. Ввиду этого они бросили корабль на произвол судьбы и 14 июня 1597 г. пустились на двух открытых утлых челноках в полный опасностей обратный путь. Но пять участников экспедиции не выдержали ее трудностей и пали жертвою, в их числе был и Б., который умер 20 июня среди ледяной пустыни и похоронен на берегу Новой Земли; экипаж, после неимоверных трудностей, добрался наконец счастливо до Колы, где его встретил Корнелис и доставил в Голландию. С тех пор северо-восточный берег Новой Земли только в новейшее время был исследован норвежцами Иогансеном и Карльсеном. Последний открыл там в сентябре 1871 (по прошествии почти 300 лет) место зимовки Б. — нетронутую хижину со всем хозяйством, книгами, в том числе безискусно написанный рассказ Герритадеберс о перенесенных экипажем испытаниях и т. д. В честь смелого мореплавателя море между Нордкапом и Шпицбергеном носит название моря Баренца, а из двух лежащих на восточном берегу Шпицбергена островов, северный тоже назван его именем. Ср. «Mitteilungen» Петермана, (том 18, «Polarregionen», №63, Гота, 1872).

Баритон 

Баритон (Bardon, Viola di bardone) в вокальной музыке баритоном (Baritono, Bariton, Basse taille, Bas tenor, Concordant) называется мужской голос, средний между басом и тенором: он не имеет глубины и полноты первого, высоты и мягкости второго. Смотря потому, клонит ли Б. к верхним или нижним нотам, его называют тенор-баритоном или бас-баритоном. Когда кастраты потеряли свое первенствующее значение в опере, композиторы, как напр. Моцарт (в Дон-Жуане) стали поручать баритонам самые ответственные партии. В новейшие времена, в большинстве случаев, тенор имеет преобладающее значение в опере. Объем Б. у певцов-солистов простирается от ноты «си» в малой октаве до as (ля-бемоль) включительно в первой октаве.

Барклай де-Толли

Барклай де-Толли — князья и дворяне. Фамилия эта шотландского происхождения. Предок их, шотландец из фамилии Barclay of Tolly, выехал из своего отечества во время смут в Великобритании в ХVII веке, и поселился в Риге. Один из потомков его был бургомистром в Риге и имел сына, бывшего в военной службе, и приобретшего дворянское достоинство (офицерским чином приобреталось тогда дворянство). Последний оставил сыновей Эрика-Иоанна, служившего инженергенералом, Генриха — майора артиллерии и князя Михаила Богдановича — впоследствии знаменитого полководца, прославившегося в 1812 и 1813 гг. — Князь Михаил Богданович, родился в 1761 году, на седьмом году от рода записан был капралом в новотроицкий кирасирский полк, а 28 апреля 1778 г. произведен в корветы. Выдающиеся способности молодого офицера были замечены начальником лифляндской дивизии, генер. Паткулем, который взял его к себе в адъютанты, а потом рекомендовал гр. Ангальту, который перевел его, в 1786 г., в финляндский егерский корпус. В 1788 г. Б, назначенный адъютантом к принцу АнгальтБернбургскому, принимал участие в штурме Очакова, а в 1789 — в поражении турок под Каушанами, при взятии Аккермана и Бендер. В 1790 г. Б., вместе с пр. Ангальт-Бернбургским, отправился в Финляндию, где в то время шли военн. действия; а по окончании шведской войны переведен в с.-петербургский гренад. полк. Здесь, командуя батальоном, он участвовал в военн. действиях 1794 г. против поляков и за особые отличия, оказанные при взятии штурмом укреплений г. Вильно и при истреблении отряда Грабовского, близ Гродны, награжден орденом св. Георгия 4-й ст. Произведенный затем в подполковники, с переводом в эстляндский егерский корпус, он был назначен командиром 1-го батальона, переименованного при воцарении импер. Павла в 4-й егерский полк; в 1798, уже в чине полковника, назначен шефом этого полка, за отличное состояние которого в 1799 г. произведен в генер. майоры. — В кампанию 1806 г. Б. особенно отличился в сражении под Пултуском, за которое награжден орд. св. Георгия 3 ст. 24 янв. 1807 г. Б., командуя арьергардом при отступлении русск. армии к Ландсбергу и Прейсиш-Эйлау, дал возможность Бенигсену сосредоточиться на позиции у этого города, выдерживая у Гофа напор почти всей армии Наполеона. В сражении под Прейсиш-Эйлау Б. был ранен в правую руку, с переломом кости, и принужден был удалиться из армии, получив, кроме других наград, чин генер.-лейтенанта. В шведскую кампанию 1808 г. Б. командовал сначала отдельным отрядом; но, по разногласию с генер. Буксгевденом, оставил Финляндию. Однако в 1809 г. он был снова отправлен туда, совершил свой знаменитый переход через Кваркен (7, 8 и 9 марта) и завладел на шведском берегу городом Умео. Последствием этого было заключение мира со Швецией. Произведенный в генер. от инфантерии, Б. назначен генер.-губернатором Финляндии и главнокомандующим финляндской армией. 20 янв. 1810 г. Б. занял пост военн. министра, и при нем составлено известное «Учреждение для управления большой действующей армией», кроме того, сделаны значительные улучшены по разным отраслям военные администрации, что оказалось особенно своевременным и полезным в виду готовившейся гигантской борьбы с Наполеоном. При начале Отечественной войны 1812 г. Б. был назначен главнокомандующим юго-западной армией. Соображаясь с обстоятельствами, он отступал перед несоразмерно превосходными силами противника, не давая последнему нигде возможности достигнуть решительного успеха; соединившись под Смоленском с армией Багратиона, он продолжал отступать до Царева-Займища, где намеревался дать сражение. Отступление это, однако, возбудило неудовольствие в войсках, жаждавших сразиться с неприятелем, и восстановило против Б. общественное мнение, вследствие чего он был заменен Кутузовым, и поступил под его начальство. В Бородинском сражении он командовал правым флангом. Искусные распоряжения и беззаветная отвага, выказанная им в этом бою, доставили Б. орден св. Георгия 2-й ст. — На знаменитом военн. совете в д. Филях, он доказал невыгоды позиции перед Москвою и предложил отступить без боя. После Бородинского сражения Б. заболел, а в Тарутинском лагере болезнь его так усилилась, что он должен был уехать из армии. 4-го февр. 1813 г. он принял начальство над 3 армией; во время сражения под Бауценом (8 и 9 мая) командовал прав. флангом, куда направлена была главная атака Наполеона; а после Бауценского сражения принял начальство над русско-прусскою армиею; 18 авг. под Кульмом. довершил поражение Вандомма, за что награжден орденом св. Георгия 1-й ст.; в Лейпцигской битве 4, 5 и 6 ок. командовал центром и был одним из главных виновников одержанной победы. За эти новые заслуги Б. возведен в графское достоинство. В 1814 г. он начальствовал русск. войсками в сражениях: при Бриенне, Арсиссюр-Обе, Фер-Шампенуазе, при взятии Парижа, которое доставило ему фельдмаршальский жезл. По возвращении в Россию, Б. был назначен главнокомандующим 1-ю армией, с которой, в 1815 г., вступил в пределы Франции; но сражение под Ватерлоо остановило дальнейшее движение русск. войск. 30 авг. 1814 г.) после знаменитого смотра под Вертю, Б. был возведен в княжеское достоинство. После возвращения его в Россию, главная квартира его армии расположилась в Могилеве на Днестре, но расстроенное здоровье главнокомандующего заставило его ехать на германские минеральные воды, на пути к которым он скончался в г. Инстербурге. 14 мая 1818 г. Б. похоронен в поместье Бекгофе, в Лифляндии. Ему поставлен памятник на Казанской площади в С.-Петербурге.

Барков 

Барков (Иван Семенович или Степанович) — переводчик и поэт прошлого столетия. Имеющиеся биографические сведения о нем скудны; даже отчество его не установлено с достоверностью. Из академических бумаг, касающихся Ломоносова, видно, что он был «попов сын» и род. в 1732 г. Когда в 1748 г. Ломоносов и Браун экзаменовали воспитанников Невской семинарии, чтобы выбрать из них студентов для академического университета, то к ним вопреки воле своего начальства явился воспитанник Б., который на экзамене обнаружил «вострое понятие» и достаточное знание лат. языка. Принятый в академию, Б. учился очень хорошо и считался даровитейшим из всех студентов. Но зато поведения был самого скверного: не смотря на то, что не достиг еще и 20 лет, он постоянно напивался и буянил. За один из таких поступков Б. в 1751 г. был исключен из числа студентов и определен по «наборному делу». Но затем, во внимание к его способностям, ему позволили частным образом учиться у профессоров русскому «штилю» и другим предметам. В конце 50-х годов Б., служивший при академии копиистом и корректором, назначается академическим переводчиком. Переводы Б. прозою и стихами отличаются гладкостью и простотою языка и несомненно, что по стихотворной технике он уступал только Ломоносову, да Сумарокову. Стихотворные переводы Б. относятся к 60-м годам прошлого столетия: 1) «Мир героев», итальянское сочинение г. доктора Лудовика Лазарони-Венещанина; 2) «Квинта Горация-Флакка, Сатиры или Беседы, с примечаниями, с лат. языка переложенные рос. стихами» (Спб., 1763); 3) «Федра, Августова отпущенника, нравоучительные басни с Езопова образца сочиненные» (Спб., 1754 и 1787). Все эти переводы неизвестным издателем были собраны в 1872 г. (Спб.) в одну книжку, под заглавием: «Сочинения и переводы И. С. Баркова». Из «сочинений» здесь имеется только «Житие князя Aнтиoxa Дмитриева Кантемира», которое было приложено к изданию «Сатир» последнего (Спб., 1762). Кроме «Жития» Б. написал еще «Оду на день рождения императора Петра III» (Спб., 1762) и издал «Сокращение универсальной истории Гольберга» (Спб., 1766, 1779, 1805 и М., 1808) и вместе с Таубертом I том «Библиотеки Российской исторической» (Спб., 1767) заключающий в себе Нестора по Кенигсбергскому списку. Однако же не эти сочинения доставили имени Баркова ту громкую известность, которою он пользуется. Всероссийскую славу стяжал он себе тоже стихотворными, но не печатанными «срамными сочинениями», как выражается митр. Евгений, в огромном количестве списков разошедшимися среди росс. любителей пикантного чтения. Слава эта так велика, что создался особый термин — «барковщина» и Б. сплошь да рядом приписываются вещи, которые совсем ему не принадлежат. Полный список непечатных сочинений Б. хранится в Имп. публичной библиотеке; заглавие его — «Девическая игрушка или собрание сочинений г. Баркова». Характеристика «срамной музы» Б. дана С. А. Венгеровым в его «Критико-биографическом словаре рус. писателей и ученых» (вып. 25, Спб., 1890).

Барнаул 

Барнаул — окружн, гор. Томской губ. и главный город обширного Алтайского округа кабинета Его Императорского Величества, на левом берегу р. Оби, при впадении в нее Барнаулки. Находится под 53° 20' с. ш. и 101°28' в. д.; жителей 18000.
В барнаульской золотосплавочной лаборатории, куда доставляется золото со всей Томской губ., в 1887 г. представлено к сплаву 421 п. 10 ф. золота, из которого добыто чистого золота 378 п. 29 ф. на 5375000 рублей. На сереброплавильном заводе проплавлено 186 тыс. пудов руды, получено 120 п. 22 ф. чистого серебра. Метеорологическая обсерватория существует с 1838 года; с 1841 г. по 1862 год делались ежечасные метеорологические и магнитные наблюдения. Средняя температура года 0,3 января — 19,3 апреля — 0,9, июля — 19,6, октября — 1,4, Сибирский климат, особенно зимой, слывет за очень постоянный; относительно Западной Сибири это неверно, нигде нет таких быстрых колебаний изо дня в день. В декабре 1860 в Барнауле наименьшая температура, была — 55°, а наибольшая +2,5. В декабре 1877 г. семь дней имели среднюю температуру ниже — 40°, т. е. замерзания ртути. Средняя годовая облачность 6,4, наибольшая в декабре 7,7, наименьшая в апреле — 5,7. Осадков в течении года выпадает 257 мм., всего более в июле. Они уменьшились с начала 40-х годов.
На месте Б. Демидов в 1739 основал завод, в 1771 Б. Сделан городом, в 1822 окружным г. Уже в XVIII ст. здесь была построена паровая машина для откачивания воды, Ползуновым, который несомненно изобрел ее, так как не знал о попытках, делавшихся ранее в Западной Европе.
Барнаульский окр. Томской губ. делится р. Обью на две части. Северо-восточная на правом берегу занимает равнину и холмистую местность между Алтаем и Салаирским горным кряжем, она хорошо орошена, прорезана реками и речками, текущими в глубоких долинах. На границах бийского и колыванского окр. обширные пески, покрытые сосновыми борами, юго-западная часть, на левом берегу Оби, ровна и низменна, и составляет Кулундинскую степь, бедную текучими водами, но богатую озерами, пресными и солеными. Некоторые из них содержат много соли и она добывается из них. В 1887 из 4 озер Алеусских и Коряковских добыто 1 миллион пудов соли. Другие озера содержат глауберову соль, на берегу одного из них химический завод Пранга, выделывающий из глауб. соли соду, до 30 тыс. пуд. в год. В окр. сеется много хлеба, особенно яровых пшеницы и ржи. В последние 20 лет сюда направляется много колонистов из черноземных губерний России. Масса населения русские, православные. Инородцев, б. ч. татар, всего 1%.

Барс 

Барс (Felis irbis) — большое хищное животное из семейства кошачьих), очень сходное с леопардом и пантерою. Он имеет 1,15 м. длины; хвост 90 см. Основной цвет беловато-серый с мягким желтоватым оттенком; на спине шерсть темнее, на нижней стороне почти белая; по бокам и на спине находятся ряды крупных черных пятен; на хвосте черные пятна, которые сзади постепенно уменьшаются и переходят в кольца. Шерсть длинная и густая. Барс водится в Средней Азии и в Южной Сибири, у истоков Енисея и по Амуру, но нигде не встречается в большом количестве. Образ жизни мало известен. Живые барсы очень редко привозятся в Европу.

Барселона 

Барселона (Barcelona) — главный город провинции того же имени (7731 кв. км. и 858097 жит. ), и всей Каталонии, один из самых больших и населенных, после Мадрида, городов Испании. Б. первоклассная крепость, первый портовый город, главный центр торговой и промышленной деятельности и один из наиболее важных узловых пунктов сети жел. дор. в северо-вост. Испании. Здесь местопребывание генерал-капитана Каталонии, эпископа и апелляционного суда. Город лежит на берегу Средиземного моря, между устьем Льобрегата и Безоса, в просторной бухте, образованной выступающим здесь мысом. Прелестная долина, в которой раскинулся город, хорошо возделана и густо усеяна дачами (torres). Ее окружает цепь живописных холмов, богатых лесом и виноградниками. На крутой скалистой горе, в 191 м. вышиною, у северн. подножья которой расположилась Б., возведено грозное укрепление, форт Монгуих (Monhuich, Mons Jovis), которое господствует над городом и гаванью. Средняя температура здесь 17° Ц., максимум — 31° Ц., минимум — 2° Ц. Относительно воды город вполне обеспечен сетью водопроводов, доставляющих воду из гор. В Б. без предместья Грасии 243077 жит. (1885). После Мадрида и Кадикса, Б. самый красивый город в Испании и имеет вполне современный вид. Внутренний город распланирован довольно правильно и застроен домами в 4 — 5 этажей с бесчисленными балконами, имеет прекрасно вымощенные улицы и газовое освещение. Б. распадается на 10 квадратов (barrios). В городе 5 вокзалов, собор, церковь бенедиктинцев, 82 других церквей и 18 женск, монастырей. Большая часть прежних 28 муж. монаст. разрушена, некоторые отведены под учебные заведения, госпитали, казармы и т. д. Кроме огромного количества благотворительных и богоугодных учреждений, в городе — прекрасно устроенная тюрьма и исправительный дом. Наконец, в Б. есть несколько небольших и 2 главных театра, причем оперный рассчитан на 4000 лиц и считается лучшим в Испании, и цирк для боя быков.
После Мадрида Б. обладает наибольшим в Испании количеством учебных заведений. Здесь существует университет с 5 факультетами, основанный Филиппом II в 1596 году (со средним числом 1600 студентов), ботанический сад, коммерческое училище с 2000 учащихся (поддерживается обществом купцов, Juntade Comercio, и снабжено чрезвычайно богатыми средствами), училище для подготовки нотариусов, морское училище и духовная семинария. Ученые учреждения города состоят из 4 академий, 2 больших библиотеки (библиотека св. Хуана, из 40000 том. и епископская из 15000 т. ), обширный королевский архив арагонской короны, заключающий в себе 15000 том. и 80000 документов. — Почти чрез весь город тянется на 1120 м. так наз. «Рамбла», перерезывая Б. от северо-северо-запада на юго-юго-восток в виде бульвара, носящего несколько названий. Из городских площадей самая красивая — дворцовая. Plaza del palacio, на которой помещается биржа и величественное здание таможни (Aduana). Местом прогулок, кроме Рамблы, служит также прекрасная дорога в 2 км., ведущая к предместью Грасия. В этой дачной местности, имеющей 33766 ж., находятся виллы состоятельных барселонцев. К замечательнейшим по стилю постройкам Б. принадлежит готический кафедральный собор (la Seu) XIII в., с тремя нефами и многими художественными украшениями. Еще древнее готический собор св. Марии-дель-Маре, разделенный пятью рядами колонн. Характерною особенностью местных храмов служат рассеянные во множестве внутри их, на фронтонах, порталах, башнях и шпицах изображения мавров. Достойны внимания также дворец старых графов Б., здание биржи (лонха) и др. Город защищается, кроме форта Монгуиха, который отделен от него эспланадою и считается неприступным, еще укреплением Атарасанас (бывший арсенал), на южном конце Рамбды.
В Б. сосредоточена вся промышленная деятельность Каталонии. В настоящее время здесь действуют 48000 станков для обработки хлопчатобумажных материй и ежегодно обрабатывается до 40 милл. килогр. хлопка; значительно также производство шелковых и шерстяных материй, полотна, кружев. Кроме того, здесь имеются обширные машиностроительные, чугунолитейные и железоделательные оружейные заводы, фабрики бронзовых изделий, роялей, писчебумажные фабрики, стеклянные, фарфоровые, мыловаренные и химические заводы, мукомольные мельницы, лесопильные, кожевенные заводы, красильные фабрики, типографии и т. д. Чрезвычайно развито также ремесленное производство, и цехи пользуются большими привилегиями. Еще значительнее торговая деятельность Б. Портовое предместье Барселонета было заложено при маркизе Мине в 1752 г. и имеет две большие казармы, много магазинов, прекрасную церковь и населена, преимущественно, судовщиками, матросами, рыбаками и солдатами. Уже в средние века Б. занимала главное место по торговле на Средиземном море. Здесь был составлен в 1258 г. старейший сборник обычного торгового права (Consolato del шаге). Ср. Кампаний, «Memorias historicas sobre la marida, comercio у artes de B.» (4 тома, Мадр., 1792) и «Codigo de las costumbres maritimas ae В.» (Мадрид, 1791). В настоящее время Б. первый портовый и торговый город всей Испании, поддерживающий правильное пароходное сообщение с Генуей, Марселем, Кадиксом, Лиссабоном, Ливерпулем, PиoЖанейро и Буэнос-Айресом. Полуостров Барселонета образует просторную гавань, в которую в 1883 году прибыло 4308 судов (в том числе 1557 паровых), вместимостью в 1476694 т., и выбыло 4263 суд. (в том числе 1550 паров.), вместим. 1726555 т. В числе прибывших было 1006 иностранных кораблей, вместим. 624964 т. и 3302 испанск., вместим. 851730 т. Общая ценность ввоза равнялась 240 мил. пезет и вывоза 230 мил. пез. Каботажною торговлею заняты были 7577 судов (1879), вмещавших 613955 т. Предметами вывоза, кроме изделий мануфактурной промышленности, служат особенно вина и водки. Что касается привоза, то сюда доставляются фабричные производства Франции, Англии и Италии, зерновой хлеб, рис, строевой лес с Балтийского моря, шведское железо, сталь из Штирии, пенька из Риги и Петербурга, полотна, медная и железная проволока из Германии, а из заатлантических гаваней преимущественно сырье, хлопок, кожи, кофе и какао. В Б. самый значительный после Мадрида банк и II страховых обществ.
Б. очень старинный город. Здесь существовала карфагенская колония, основанная, говорят, Гамилькаром Баркою. Затем она перешла к римлянам, которые дали ей длинное название Colonia Faventia Julia Augusta Pia Barcino. Этот город Барцино упоминается уже в IV столетии под именем Б., но был известен в средние века большею частью под именем Барцинона (Бархинона), а у арабов — Баршалуна. В Б. происходили заседания 13 церковных соборов, последний из которых отвергнул церковные постановления готов. В начале средних веков город сильно пострадал, особенно от арабов, но в 801 г. завоеван Людовиком Благочестивым и сделан главным городом новой Испанской монархии. Наследственные маркграфы, в удел которым досталась Б., много содействовали, начиная с XI в., процветании) города. В 1137 году, вследствие брака между графом Раймундом Беренгаром IV с Петронеллою, наследницею арагонского короля Paмиро II, Б. и вся Каталония вошли в состав этого королевства. Давно уже недовольная правлением испанцев, Б. и вся каталонская область передались в 1640 г. французскому королю, но в 1652 г. им пришлось снова признать власть испанцев. Французы вновь взяли Б. в 1697 г., однако по Рисвикскому миру, она отошла к Испании. Во время войны за Испанское наследство Б. объявила себя за эрцгерцога Карла. Вследствие этого город был осажден в 1714 г. войсками Филиппа V, над которыми начальствовал герцог Бервикский, и сдался только после упорного сопротивления. В 1809 — 1814 г. город находился во власти французов. Желтая лихорадка, свирепствовавшая в Б. в 1821 году, стоила городу массы жертв, и гибельно отразилась на нем. После подавления карлистского восстания агравиадосов, Б., подобно остальной Каталонии, подпала в 1827 г. жестокому управлению графа д`Эспаньи. В дальнейшей междоусобной войне испанских парий, с ее революциями и мятежами, Б. принимала деятельное участие, а в 1835 и 1836 гг. проявилось в городе республиканское движение.
В 1840 г. Б. точно также пережила важный политически кризис, окончившийся с регентством Эспартеро. Введение рекрутского набора (Quinta) повело к новым революциям 1841 и 1842 гг. Во время последней революции инсургенты загнали войска в форт Монхуих и сдались только после бомбардировки. Революция 1843 г. имела такой же характер Пронунсиаменто О'Доннеля 1854 г. в Мадриде повело к однородному движению в Б. Впрочем, эта революция была вполне мирная, потому что войска и гражданские власти примкнули к общему движению. Зато восстание прогрессистов, вспыхнувшее вследствие государственного переворота О'Доннеля, было подавлено в 1856 г. после жестокого кровопролития. С тех пор спокойствие Б. продолжительное время не нарушалось уже более, хотя в новейших движениях Испании население Б. всегда высказывалось в пользу либералов. Обнаружившееся в янв. 1874 г. стремление к федеративному устройству Испании вызвало волнения, быстро подавленные военною силою. Весною 1882 г. вспыхнула революция, носившая социалистический характер, но была точно также быстро подавлена.

Барсук 

Барсук (Meles) — название рода хищных млекопитающих, который, по его плотному, неуклюжему телу и по ходьбе на всей ступне, долгое время причисляли к семейству медведей; по устройству зубной системы он примыкает к тончавым или куньим, хотя отличается от них вялостью движений, нравом, отчасти подземною жизнью в норах, вырытых им самим и употреблением растительной пищи. Сильные, заостренные клыки и острые ложнокоренные зубы приспособлены к животной пище, а тупой и маленькой плотоядный зуб и большой, широкий, тупо-бугорчатый истинно коренной зуб указывают на приспособление к растительной пище. Наиболее известный вид — барсук обыкновенный (Melestaxus), распространен по всей Европе и в большей части Азии, но нигде не встречается особенно часто. Живет всегда одиночно. Его толстое низкое туловище достигает 70 сантиметров длины, хвост — 15 сантиметров. Густой, но грубый мех его сверху серо-желтого цвета, по бокам светлее, а на брюхе черный; от конца морды через беловатую голову идет с каждой стороны черная полоса, которая доходит до плеч. Барсук живет в удобной подземной норе, которая имеет от 4 до 8 входов и выходов, а по средине представляет помещение с подстилкою. Нору животное оставляет только по ночам, когда отправляется отыскивать пищу, состоящую из кореньев, плодов, насекомых, лягушек, полевых мышей, молодых кроликов, куропаток и птичьих яиц. Барсук скоро жиреет и, будучи пойман, скоро приручается. На зиму он впадает в спячку, причем свертывается и кладет голову между задними ногами. В теплые зимние дни он охотно выходит из норы и греется на солнце. Трусость, недоверчивость и глупость — отличительные признаки барсука; кроме того, он очень чистоплотен. Этим часто пользуется лисица, которая, забравшись в барсучью нору, обливает ее своею вонючею мочой и тем заставляет хозяина покинуть свое жилье, которым и овладевает. Зимою самка мечет 2 — 5 детенышей. Голос барсука похож на хрюканье свиньи. Раздраженный барсук сильно кусается. Жир барсука прежде употреблялся в медицине. Шкуры употребляются преимущественно седельниками на ягдташи, на конскую сбрую и мебельщиками на обивку ящиков; длинная шерсть со спины идет на приготовление кистей. Другой вид барсука, водящегося в Северной Америке, лабрадорский барсук (М. lalbradoricus), отличается белою окраскою нижней стороны тела и мягкою шерстью.
Охота на Б. производится при помощи особых собак, называемых таксами. Впущенная в нору такса, добравшись до барсука, начинает на него лаять и даже грызться с ним. По тому направлению, откуда слышатся звуки, разрывают землю или убивают барсука, большею частью тою же лопатою, которою роют яму, или же прижимают его к земле специальными вилами и, затем, сострунивают его живым. Иногда таксы сами задавливают барсука и выкапывают его уже мертвым: в тех же случаях, когда норы имеют несколько выходных отверстий, их или затыкают или же стреляют выбегающих из них барсуков из ружей. В России охота на барсуков с таксами распространена преимущественно в Привислянском крае.

Бархатцы 

Бархатцы (Tagetes L.) — род разводимых в садах мексиканских растений из семейства сложноцветных. Головки у представителей этого рода средней величины, с цилиндрическим покрывалом, состоящим из одного ряда сросшихся между собою листочков; краевые женские цветки — язычковые; семянки линейные, к основанию суженные; летучка — из неодинаковых пленочек, из которых одни тупые, другие заострены в ость. Листья — перисто-рассеченные, с просвечивающими железками. Запах растений чрезвычайно неприятный. Обыкновенно разводят: Т. patula L., с оранжевыми или буроватыми язычками и отстоящими ветвями стебля, и Т. erecta L., с желтыми язычками и вверх стоящими ветвями. Листья употребляются в Мехико от перемежающейся лихорадки, худосочия, запоров и как мочегонное и потогонное средство, а в больших дозах, как рвотное.

Барщина 

Барщина или Боярщина (лат. angaria, среднев. corvea, нем. Frone или Frondieust, франц. corvee, польск, pansczyzna) — термин означающий повинность, отбываемую крепостными и временно обязанными земледельцами, в пользу землевладельца, по большей части за предоставление в их пользование части земли последнего заключающуюся в даровом обязательном, преимущественно сельскохозяйственного характера, труде. Из этого определения мы можем вывести главнейшие принципы этого института. 1) Барщинная повинность заключается в труде, чем она и отличается от повинностей, заключающихся в доставлении денег или естественных произведений труда. 2) Труд этот обязательный, т. е. независящий от свободного взаимного соглашения отдельных лиц, а прямо вытекающий из раз установившихся между сторонами отношений, в большинстве случаев получивших законодательную санкцию; этим существеннейшим своим признаком Б. отличается от труда свободного и подлежит критической оценке лишь в сравнении с ним; в виду этого же признака, под понятие Б., в тесном смысле слова, не может подходить обусловленный добровольным соглашением сторон земледельческий труд, заступающий место денежного платежа за пользование землей при срочном найме ее. Кроме того; это труд даровой, отбываемый лишь в виде вознаграждения за пользование землею, но не требующий сам вознаграждения, чем Б. и отличается от так называемых «принудительных работ». 3) Барщинная работа исполняется в пользу землевладельца
— феодального сеньора на Западе, помещика или вотчинного боярина у нас, каковыми являлись лица высшего привилегированного сословия, отчего и произошли ее немецкое (на старо верхне-германском наречии «fro» означало господина), русское, (от «боярин») и польское (от «pan» — господин) названия; этот признак служит отличительной чертою Б. от обязательных работ, отбываемых в пользу государства или общины, как наприм. проведение дорог, постройка плотин и т. п., входящих в разряд так называемых натуральных государственных или общественных повинностей. 4) Исполнение работ, составляющих содержание этой повинности, лежит на крепостных и временно обязанных, одним словом зависимых от землевладельца земледельцах, почему как возникновение, так и прекращение Б. тесно связано с установлением и отменою крепостного права, являясь одним из важнейших его элементов; при этом необходимо обратить внимание на отличие Б. с одной стороны от работ, принимаемых на себя свободным человеком взамен наемной платы, с другой от невольничьего или рабского труда. Что касается первого различия, то характеристическою его чертою является срочность договорного отношения и возможность одностороннего прекращения его, при известных условиях, должником, не говоря уже об определенности обязательства, которая хотя и не чужда барщине, но далеко не является при ней общим правилом. Обращаясь ко второму противопоставлению, нельзя не заметить, что рабство, всецело охватывающее личность и приравнивающее раба к вещи, не оставляло ему ни малейшего простора деятельности, не признавало за ним никаких ни личных, ни имущественных прав, почему как всякая работа раба, так и произведения ее считались собственностью господина и на. значение их вполне зависело от произвола последнего. Крепостная же зависимость в обширном смысле; т. е. обнимающая собою все другие более или менее ей родственные по своему характеру состоят подчиненности, почти во всех степенях своего проявления, не отрицала в крепостнике человеческой личности и по крайней мере de jure оставляла ей известный простор деятельности; это давало подвластному лицу возможность обращать часть своего труда на обработку предоставленной ему землевладельцем в пользование земли. Этот последний признак можно, однако, считать свойственным Б. лишь в тесном ее смысле, так как, при дальнейшем историческом развили этого учреждения, под понятие Б. в обширном смысли можно подвести и всякие другие личные услуги, оказываемый господину зависимыми земледельцами, а также земледельческие и др. работы или личное услужение подчиненных ему «дворовых людей», не пользовавшихся землей. Необходимо еще провести грань между барщиною, как повинностью, вытекающею из домениальных, т. е. связанных с землевладением, прав господина и некоторыми свойственными феодальному устройству обязанностями доминикальными, обусловленными личною связью вассала с сюзереном и лежащими не на одном низшем сословии, как напр. обязанность становиться под знамя сюзерена, оказание известных формальных услуг и т. п. По способу производства работ Б. обыкновенно подразделяется на пешую) (Handfrone) и конную (Spannfrone). Первая заключается в ручной работе крепостного земледельца, вторая — отбывается им с его же скотом и упряжью.
В истории Б. появляется лишь в средние века; древнему классическому Миру она была неизвестна (особое мнение см. Fustel de Coulanges, «Recherches snr quelques problemes d'histoire», 1885). Как в Греции, где занятием граждан была исключительно политическая деятельность так и в Риме, признававшем первоначально хлебопашество промыслом благочестивым, надежным и весьма достойным зависти (maximaeque pius questus stabilissimusque nimisque invidiosus), свободный земледельческий труд рано был заменен рабским трудом. Барщину нельзя видеть в той помощи, которую оказывали клиенты, люди свободные, своим патронам, а установившийся в конце императорского периода колонат покоится не на барщине, а на оброке (tributum). Не входя здесь в подробное исследование о моменте возникновения барщины, заметим, однако, что по всей вероятности она установилась не тотчас же после занятия римских провинций германскими племенами. Тацит в своей книге о Германии, упоминая о существовании там крепостного состояния, говорит: «рабы находятся у германцев в ином положении, чем наши, между которыми распределены отдельные домашние службы. У каждого усадьба, свое хозяйство. Господин только налагает на них, как на колонов (ut colono) известный оброк хлебом, скотом, одеждою — и в этом все рабство» (De Germania, cap. XXV). Отсюда легко заключить, что этот подчиненный класс, о котором говорит Тацит, не представлял из себя невольников, работавших на хозяина, а лишь мелких, самостоятельных хозяев, прикрепленных к земле, за которую они платили не барщиною, а оброком. Подтверждением того взгляда, что Б., как законченное и принятое уже обычаем учреждение, не была принесена германцами или введена ими сразу после завоевания принадлежавших Риму земель, служит как незначительное сравнительно количество земли, отбиравшееся германскими завоевателями у местного населения так и отсутствие необходимости прибегать к барщинному труду крепостных при существовании достаточного количества рабов, к которым причислялись и военнопленные. Затем в истории сохранились свидетельства о хорошем обращении варваров с побежденными, побуждавшем многих подданных Рима, угнетенных повинностями или ярмом невольничества, переселяться в занятые германскими племенами провинции. Обязательный барщинный труд окончательно установился одновременно с всеобщим закрепощением личности при формировании феодальной системы. Глубокая пропасть, образовавшаяся между государственным управлением и низшими классами населения, бессилие политических учреждений, общая неурядица, вызванная постоянною борьбой отдельных феодальных владельцев, одним словом все условия жизни периода первых столетий средних веков, привели к совершенному уничтожению личной безопасности для каждого, кто не был достаточно силен подчинить себе других. Мирные сельские жители, не будучи в состоянии защищаться сами, должны были искать защиты и покровительства (mundoburgum) у более крупных землевладельцев, которыми в то время являлись слагающееся в обособленное сословие дворянство и могущественная своим влиянием церковь; сельские обыватели, хотя и не всегда имущественно несостоятельные, поступали под власть церкви путем «прекария» или значительных землевладельцев посредством «коммендации», т. е. отдавали им свои земельные участки, чтобы получить их обратно, в виде «бенефиции», за известные денежные или натуральные повинности, становясь таким образом их «подзащитными» ("Schutzherliche). Повинности эти, кроме обязанности помогать в случае войны, состояли первоначально в уплате определенного чинша (census, zins) деньгами или натурою, но впоследствии, с расширением землевладения сюзеренов и образованием так называемых «латифундий» (latifundia), возделывание которых требовало не мало рабочих рук, защитники — сюзерены стали постепенно заменять оброк, платимый им подзащитными, барщинным даровым трудом последних. Примером подобного произвола может служить сохранившийся в памятниках рассказ. относящийся к 940 г., о Гонтране Богатом, Габсбурге, владельце Волена в Ааргау, который вместо условленной за защиту платы стал требовать от подчинившихся ему крестьян работы на своем поле, и когда они отказались добровольно исполнить его желание, принудил их к тому силою. Кроме того процесс феодализации, вполне подчиняя сеньору личность колонов и закрепощая мелких свободных землевладельцев, способствовал вместе с тем облегчению участи настоящих рабов, положение которых постепенно приравнивалось к положению крепостных, и таким образом вносило мало-помалу в понятие крепостничества некоторые начала, преимущественно свойственные институту рабства, а главным образом, важнейшее из них — подневольный труд. Установившаяся таким образом одновременно с феодализацией и закрепощением Б. вскоре распространилась по всей западной Европе, за исключением весьма немногих счастливых местностей, которых не коснулось это исчадие установленного варварами феодализма и отжившего свой век римского рабства. Нужно заметить, что тягость барщины не везде была одинакова; в различных государствах она достигла различной степени развития, в зависимости от тех или других обстоятельств; она была еще сносною там, где обычай или законодательство определяющей ее содержание и пределы, и доходила до чудовищных форм и размеров в тех краях, где произвол землевладельца не встречал никаких ограничений.
Особенного развития институт Б. достиг во Франции. На этой арене борьбы римских и германских элементов раньше всего окреп средневековой феодализм, с его крепостным принципом: «nulle terre sans seigneur», смененный впоследствии абсолютной монархией. С установлением феодального строя, крестьяне очутились во Франции под таким гнетом, которого они не испытывали в других государствах западной Европы, Здесь существовали весьма различные категории подчиненных лиц, которые, смотря по степени зависимости, неодинаково облагались барщиной. Так, в период времени от VII до XII вв. самая бесправная часть населения, так называемые сервы (serfs, gens de pleine poeste, hous de cors) облагались произвольною барщиною, вполне зависевшей от произвола владельца; более свободные, хотя и прикрепленные к земле земледельцы, носившие название «мэнмортаблей» (mainmortables, serfs de mainmorte, homines manus mortuae), существенно отличались от первой категории тем, что количество и качество требуемых от них работ было определено договором или обычаем. Эта барщина по большей части ограничивалась 12 рабочими днями в году, отчасти с упряжью или орудиями, причем нельзя было требовать более 3 дней в месяц. В королевских и церковных поместьях она еще уменьшалась от 6 до 1 дня. Эпоха крестовых походов значительно способствовала облегчению участи крепостного населения. С одной стороны религиозное одушевление побуждало многих землевладельцев делать некоторые уступки крестьянам, с другой, сильная потребность в деньгах, ощущаемая крестоносным рыцарством, заставляла рыцарей продавать крестьянам некоторые привилегии, по которым они или переводились с неопределенной Б. на определенную, или же им уменьшался размер последней, что вызвало так называемый выкуп повинностей. Далее, усиление королевской власти и образование городов, получивших общинное устройство, не мало способствовали уменьшено повинностей, лежавших на крестьянах. которые обыкновенно помогали королю и городам в борьбе с феодалами. Некоторые из крестьян становятся горожанами или лишь формально приписываются к городам и таким образом мало-помалу освобождаются от барщины. В XIII в. вырабатываются у легистов и теоретические положения о необходимости свободы, выразившиеся в изречении: "по естественному праву всякий на земле франков должен быть свободным; следствием этих взглядов было более частое применение выкупа повинностей, хотя этот выкуп по большей части переводил лишь крепостных с неопределенной Б. на определенную или ограничивался перенесением на землю всех тягостей, лежавших прежде на личности серва. Подобные выкупы имели место при Людовике VIII (1246), Людовике IX, Филиппе III и Филиппе IV (Тулуза и Альби 1298 и Валуа 1311). Людовик Х ордонансом 1315 допустил выкуп во всех королевских доменах, но им воспользовалось лишь весьма незначительное число крестьян. В половине XIV в. начинает также проявляться сознание невыгодности подневольного труда для самих землевладельцев, доказательством чего служит грамота архиепископа безансонского, относящаяся к 1347 г. Под влиянием этих воззрений, а также в виду значительного уменьшения числа рабочих рук вследствие черной смерти, господствовавшей в 1348, наемный труд начинает мало-помалу заменять собою труд барщинный. Но в это же время подавление восстания крестьян, известного под именем «жакерии» (jacquerie) в 1350 и окончательное возвышение королевской власти, переставшей нуждаться в поддержке низших сословий и стремившейся найти себе опору в феодальном дворянстве, имели своим последствием усиление лежавших на крепостных тягостей и предоставление их полному произволу владельцев. Начавшееся в следующем веке редактирование постановлений местного обычного права (coutumes) явилось лишь законодательным оформлением созданного произволом землевладельцев порядка вещей, который, не смотря на некоторые попытки улучшения быта крестьян, просуществовал до первой Революции. В это время сложился афоризм, гласящий, что народ это вьючный скот, который идет хорошо лишь тогда, когда он хорошо навьючен, поэтому неудивительно, что Б. достигла пышного расцвета, доходя местами до чудовищных размеров, местами выражаясь в самых нелепых формах. Так, в XV ст. в деревне Монтюрёв Лотаринги существовал особый вид Б., заключающийся в том, что, когда туда приезжал люксейлъский аббат, крестьяне должны были ночью бить палками по прудам, чтобы кваканье лягушек не нарушало безмятежного сна смиренного служителя церкви. Состоявшееся в XIV в. постановление об освобождении крестьян на королевских землях не имело на практике почти никаких последствий, точно также как и эдикт 8 августа 1779 по тому же предмету. Раздававшиеся от времени до времени голоса частных лиц в защиту свободного труда, закончившиеся планами Тюрго и Бонсеруга(1776) о выкупе барщинных повинностей, не нашли себе отголоска в правительственных сферах, установившийся веками порядок не мог уже подвергнуться преобразованию путем мирных административных мер; для создания нового порядка вещей необходим был столь решительный переворот, как ночь 4 авг. 1789 г., подавшая всему европейскому континенту сигнал освобождения крестьян и окончательной победы свободного труда над средневековой барщиною.
История барщинного труда в Германии до XII в. та же, что и во Франции, хотя здесь крестьянская свобода сохранилась гораздо лучше и только позднее положение крестьян стало значительно ухудшаться. Первоначально развитии барщинного труда препятствовал недостаток рабочих рук, побуждавшей землевладельцев привлекать к себе различными льготами необходимое для них число земледельцев. С наемщиками в этом отношении конкурировали города, владевшие значительными пространствами земли и быстро шедшие к тому процветанию, которого они достигли в конце средних веков. Кроме того, многочисленные переселения голландцев, которым предоставлялись особые привил спи, гарантировавшие их свободу, долго препятствовали закрепощению и замене наемного труда барщинным. Впоследствии, однако, обеднение дворянства и постоянные феодальные смуты повлекли за собою некоторые злоупотребления со стороны землевладельцев, вызвавшие в течении XIII в. во многих местах крестьянские бунты, которые привели лишь к ухудшению быта низшего сословия. После Крестовых походов большинство крестьян Германии уже находится в большей или меньшей зависимости от землевладельцев, в состоянии прикрепленных к земле (Grundhorige, Leibeigene, Schutzhersiche), за пользование которой они были обложены барщиной или оброком. Но еще в XV в. повинности эти были сносны и размеры их определялись особыми: постановлениями (Weistumern), послужившими основанием так называемому «дворовому праву» (Hofrecht) и почти не встречалось неопределенной Б. (ungemessene, unbestimmte Frone). Повинности Б. были главною причиною возгоревшейся в 1525 г. Крестьянской войны, повлиявшей в свою очередь на ухудшение отношений между земледельцами и их господами. Повсеместный разгром и разорение, причиненные тридцатилетнею войною, не могли не повлиять на ухудшение быта низшего класса населения, который все более и более стал чувствовать гнет могущественных владельцев и подчиняться их произволу. Тяжесть Б. в отдельных странах Германии не везде была одинакова; так, хуже всего она была в землях. принадлежавших некогда славянам, напр. в Пруссии, Лузаце, Померании, Мекленбург и Голштинии, в менее тягостной формой она встречается в Вестфалии и пограничных с нею местностях; наконец, в мягкой форме существовала в некоторых местностях Сакcoнии, долго сохранившей свободное крестьянство. В конце XVIII и в начале XIX в. Б, исчезает в Германии при освобождении крестьян, которое началось в Пруссии на королевских землях с 1719 и 1720 г. и закончилось отменою крепостного права в саксонской Верхней Лузации 1832 г.
В Австрии со времен Иосифа II крепостное состояние было заменено подданством (nexus subditelae, Untertanigkeit), за исключением итальянских провинций, Тироля, саксонской Трансильвании и Военной Границы, причем предоставленная крестьянам этим состоянием личная свобода не освобождала их, однако, от повинностей и личных услуг, которые они обязаны были нести в пользу помещика. Без обеспечения помещику обработки земли подданный не мог выселиться из имения. Для определения меры исполнению феодальных повинностей, почти во всех провинциях, за исключением Трансильвании, где действовало обычное право, были составлены «Урбарии» или положение о состоянии имений и о повинностях с ними сопряженных. Вообще, положение крестьян в немецких провинциях было сносно: они находились здесь под более действительным покровительством законов и были обложены менее отяготительною барщиною; в Чехии и славянских землях со смешанным населением положение земледельцев было хуже. По упомянутым урбариям Б. (Roboten) в Верхней Австрии и Буковине не превышала 6,12 или 14 дней в году; в Штирии Галиции доходила от 104 — 156 дней. В Тироле, где уже в 1525 Б. была значительно уменьшена земским уложением (Landesordnung), сохранилось много свободных крестьян собственников, возделывавших свои земли барщинным трудом других крестьян, находившихся у них в подчинении. В саксонской Трансильвании Б. сильно ограничивалась льготами, предоставленными тамошним земледельцам венгерским королем Гюзою (1142) и подтвержденных харчей Андрея II (1224). В землях Военной Границы, т. е. южной части Кроации; Славовии и Баната, существовало особое устройство, данное этим землям принцем Евгением Савойским и фельдмаршалом Ласси и преобразованное в 1807 г. Здесь главным помещиком считался император, а милиционеры были обложены Б. в пользу государства или местных общин; так что она соответствовала государственным или общественным натуральным повинностям. Эта своеобразная Б. была отменена 7 мая 1850 г. В итальянских округах Тироля и в Далмации последние следы барщины и вообще феодального устройства исчезли со времени французского владычества. Возникшие в 1846 г. в Галиции беспорядки крестьян, угнетенных помещиками, пробудили императорское правительство постановлением 14 декабря 1846 г. дать обещание постепенно уничтожить барщину путем обращения ее в денежные ренты или выкуп, непосредственное же и совершенное освобождение крестьян совершилось лишь по постановлению 7 сентября 1848 года, объявившему немедленное полное уничтожение подданства и всех от него происходящих повинностей за соответственное вознаграждение. В Венгрии, где крепостничество и связанная с ним барщина окончательно установились в начале XVI стол., после усмирения восстания «куруцов» (1514) и где дворянство почти исключительно представляло собой нацию, отличаясь от низших сословий племенным своим происхождением, взаимные отношения между земледельцами и землевладельцами были определены на законодательном собрании 1767 — 1773 гг., которым был выработан урбарий, утвержденный 1791, а затем измененный в 1836 г. Этим урбареальным законом был установлен определенный размер Б., которая не должна была превышать 104 дней пешей или 52 дней конной службы в год, вместе с тем был разрешен выкуп феодальных повинностей. Это разрешение выкупа не принесло, однако, на практике никаких результатов, так как освобождение от повинностей зависело от взаимного соглашения земледельца с помещиком и встречало бездну всевозможных препятствий, не устраненных какими-либо законодательными определениями. В 1847 г. по королевскому предложению было преступлено к изысканию мер для облегчения крестьянам выкупа урбарьальных повинностей, которые затем были отменены на сейме 18 марта 1848 г.
В прочих государствах западной Европы барщина получила гораздо меньшее развитие. В Италии она существовала лишь в некоторых северных, соседних с Германией местностях. Преобладающими формами поземельных повинностей были здесь оброк и половничество, кроме того быстрое развитие городов, принимавших в число граждан многих крестьян, не могло не повлиять на улучшение участи последних. В Испании образованию и развитию Б. воспрепятствовало нашествие арабов в VIII в. Мягкое обращение арабов с подчиненными, сближение укрывшихся в горы Астурии туземцев крестьян с вестготами дворянами, большое количество достававшихся в руки, при постоянных войнах, военнопленных, обращаемых в рабов и употребляемых на сельские работы, и, наконец, огромное пространство свободной земли, оставшейся после изгнания арабов, представили собою совокупность таких условий, при которых лишь в самой незначительной степени мог развиться барщинный труд. Существовавшая здесь незначительная Б. была с древнейших времен точно определена особыми грамотами, носившими у испанцев название «фуэросов» («Fueros»), в Португалии же называвшийся «фороэсами» («Forces»), которыми определялись и ограждались от произвола права отдельных лиц и сословий. Один из дошедших до нас таких фуэросов указывает, что королевские крестьяне (Realegos) были обложены барщиной в 3 — 4 дня в год, господские же (Solariegos) и церковные. (Abadengos) — один день в месяц. Кроме того, уже в конце XV в. нередко встречается освобождение крестьян некоторых местностей от лежавших на них повинностей со стороны как королей, так и самих феодальных владельцев. Развивавшийся впоследствии, особенно в северных, соседних с Францией провинциях, феодализм в некоторой степени способствовал ухудшению быта крестьян, но во всяком случае на Пиренейском полуострове Б. никогда не получала такого развитая, как в центральной Европе и совершенно исчезла с полным освобождением крестьян в начале нынешнего века.
Из Скандинавских государств Б. существовала лишь в Дании, где в конце прошлого века она была подробно определена королевским указом (6 декабря 1799). Швеция и Норвегия сохранили свободу низших классов точно также, как Швейцария, освободившаяся от феодальных владельцев уже в начале XIV в., а равно и некоторые мелкие народцы, обитавшие у устьев Везераи Эльбы, как фризы, дитмарнии и штедингеры.
В Англии взаимные отношения дворян победителей и крестьян побежденных сложились при совершенно других, чем на континенте условиях. Немногочисленная норманнская дружина, завладевшая Англией, не могла сама обрабатывать это громадное пространство земли, на земледельческий труд было более спроса, чем предложения, что заставило землевладельцев, с самого основания английской монархии, привлекать к себе обывателей выгодными условиями, и уже с XI в. точно определить все лежащие на крепостных повинности особыми инвентарями (customs) и для разбора споров относящихся к этим повинностям, учредить особое присутствие (couslomary court). При этом феодальная система Англии, признававшая короля верховным собственником всей земли, сохранявшим все права феодального верховенства по отношению ко всем жителям острова, не могла допустить такого произвольного обращения дворян с низшим сословием, какое повсеместно существовало на континенте. Эти условия повели к тому, что в Англии землевладельцы, раньше чем где либо в Европе, отказались от барщинного дарового труда. В 1350 Эдуардом III был издан замечательный законодательный акт под названием «Статута о пахарях» (Statute of labourers), по которому окончательно была отменена барщина (servitia), всякому рабочему, вольному и невольному обеспечена заработная плата (wages) и право иска ее признано не только обычаем (common law) но и положительным правом (statute law). Не смотря, однако, на отмену барщины, как труда дарового, на долгое еще время сохранился здесь оплачиваемый по установленной таксе обязательный труд как земледельческий, так и ремесленный. Все эти реформы закончились статутом Карла II 1672 г., в котором сведены и обнародованы все предыдущие преобразования. На основании этого статута все личные повинности и услуги, вытекавшие из прежних феодальных отношений, были отменены без всякого права на вознаграждение, не исключая и тех, которые отбывались в пользу короля, как верховного землевладельца (all tenures of the king № capite).
Развившаяся на Западе под влиянием феодализма Б. точно также, хотя и при других условиях и значительно позже, возникла и установилась в восточной Европе.. В Молдавии и Валахии закрепощение крестьян (царан и мошненов), сопровождаемое неопределенною Б., произошло лишь в половине XVII в., именно в Валахии этот порядок получил законодательную санкцию при Матвее Бессарабе (1652), в Молдавии же в кодекс Василия Воика (1646). Тяжелое положение крепостных, обложенных непомерными барщинами, вызвало значительную эмиграцию. Желая склонить переселенцев к возвращению на родину, общее собрание бояр, состоявшее и марта 1746, обещало им личную свободу, ограничение Б. 6-ю днями в году и другие льготы, которые 5 августа 1746 года были распространены в Валахии и на оставшихся в отечестве поселенцев. Затем, по настояны бояр, урбариумом Маврокдордато Б. была увеличена до 8 — 12 дней в год, смотря по обоюдному соглашению сторон, но вскоре опять уменьшена Александром Гикой (1768). В Молдавии некоторое время оставался еще прежний порядок; в 1749 г. на собрании бояр Б. была определена в размере 24 дней в год, затем уменьшена до 12 — 14 при Григории Гике (1777), а в последствии значительно увеличена Александром Мурузи (1790). В начале нынешнего столетия Б. снова была увеличена в Валахии, что вызвало народное восстание под начальством Тодора Владимиреско (1821), усмиренное вмешательством Порты. После Адрианопольского мира (1829), поступив под непосредственное покровительство России, княжества приглашены были нашим правительством приступить к составлению законоположений, которые бы удовлетворяли интересам страны и тогдашнему положению дел. На экстраординарных собраниях в Яссах и Бухаресте был составлен новый «Органический Устав» (1832), который, подвергшись впоследствии некоторым изменениям после нового пересмотра международною комиссиею, окончательно был. одобрен Парижской конвенциею 1858 г. Этим. «Орг. Уст.» Б. была увеличена до 22 дней и просуществовала в Румынии до введения в этой стране конституционного правления. В Турции в покоренных славянских землях существовала повинность, называемая «базлук» и до известной степени соответствующая понятию барщины.
В древнесербском законодательстве, именно в уставе царя Стефана Сербского 1249, упоминается о Б. В Польше по всей вероятности уже в XI в. были примеры фактического угнетения «кметей» — первоначального земледельческого населения страны, долго хранившего старые обычаи и языческие верования, со стороны родоначальников позднейшей знати (шляхты) — христианских дружинников королей. Уже на Ленчицком съезде (1180) Казимиром Справедливым устанавливаются некоторые законодательные меры и для ограничения произвола шляхты. Появившиеся в XII веке иностранные переселенческие общины, которым предоставлено было пользоваться особыми законами и иметь собственную администрацию (Jure teutonico sou magdeburgiense), отодвинули коренное земледельческое население, не пользовавшееся этими привилегиями, на последнюю ступень социального положения, и не мало способствовали подчинению его знати. Казимир Велшний, поборник равенства всех сословий перед законом, в значительной степени улучшил положение низшего класса, деятельно защищая простолюдинов от насилия и самоволия знатных и казня последних даже смертью за обиды, нанесенные поселенцам, за что и получил прозвание «короля мужиков» (krol chlopkow). В изданном этим королем своде великопольских и малопольских статутов, известном под названием «Вислицких статутов» нигде не упоминается о Б., хотя на более раннее существование ее в Польше указывает относящаяся к 1145 г. привилегии Мечислава Старого, данная цистерианам ланденского монастыря [Жыщeвcкiй (Rzyszczewski) «CodexDiplomaticus Poloniaes», т. I, стр. 2]. После смерти Казимира В. права дворянства значительно расширились на основании Косницкого договора (1574 г.) и шляхта, захватив в свои руки государственную власть, стала пользоваться ею, как орудием для угнетения низших сословий и снятия у поселян всех предоставленных им великим организатором прав и вольностей. До конца XIV в. Польша была еще мало населена, потребности народа были ограничены, внешняя торговля незначительна, почему и не представлялось надобности в значительной производительности и фольварочное, т. е. Широко поставленное сельское хозяйство почти не существовало, Землевладельцы дворяне, не занимаясь сами хозяйством довольствовались по большей части получаемым от крестьян оброком — деньгами или чаще натурою и не имели никакой надобности в Б. В XV в., вследствие развития политического могущества страны и расширение ее пределов, народонаселение стало быстро увеличиваться, потребности народа развились, внешняя торговля усилилась. Взамен прежней мелкой крестьянской обработки земли, оказавшейся недостаточною, явилось большое, обширное фольварочное хозяйство, требовавшее много рабочих рук. В виду этого, от подпавших тогда закрепощению крестьян стали требовать вместо оброка работ и размер ее. стал постепенно возрастать. Не мало способствовало усилению Б. знакомство польской шляхты с чужеземными обычаями и феодальным воззрением на низшие классы народа. Под влиянием всех этих причин создался статут короля Яна Альбрехта 1496, которым сильно ограничивалась свобода передвижения крестьян, а за ним следует целый ряд законоположений, развивающих институт крепостничества. Первое общее распоряжение о Б. относится к 1421 г. и находится в Мазовецких статутах князя Иоанна, где размер ее определяется одним днем в неделю с дана земли и пол дня с половины дана. Особенное развитие в этот период Б. получает в церковных землях, так как монастыри и приходские священники рано завели у себя обширное фольварочное хозяйство. В следующее затем время Б. постепенно растет. В 1520 статутами Бромбергскими и Торнскими было постановлено, чтобы все крестьяне и колонисты, на королевских и дворянских землях живущие, которые до тех пор исполняли в пользу землевладельцев менее и дня работы в неделю, отныне исполняли и день в неделю с каждого дана земли, за исключением тех из них, которые платят оброк или до сих пор исполняли работы в количестве более и дня в неделю с каждого дана земли. Варшавская генеральная конфедерация 1573 предоставила крестьян полному произволу помещиков. В XVI веке мало-помалу исчезает различие, существовавшее ранее между разными классами сельских жителей и все они сливаются в одно понятие о «подданных» (subditi, poddani), в законодательстве же исчезает норма количества барщинных дней, и определение этого количества предоставляется усмотрению владельца. Общее увеличение Б. с начала XVI по начало XVIII в. представляется приблизительно в следующем виде: в королевских имениях она увеличилась от 1 дня с дана до 24 дней с того же количества земли; в имениях церковных — от 1 дня до 32 дней, в имениях дворянских от 1 дня до 96 дней. Такое несоразмерное увеличение Б. произошло оттого, что в начале XVI ст. крестьяне владели обширными участками земли, на счет которых в XVII в. увеличились помещичьи пашни, потребовавшие лишних рабочих рук на обработку в пользу помещика. Развившееся таким образом крупное фольварочное хозяйство, привлекшее к работе в пользу помещиков производительные силы народа, значительно увеличило производительность Польши, но, явившись гибельным соперником мелкого крестьянского хозяйства, воспрепятствовала уравнительному распределению богатств среди отдельных классов жителей страны. В XVII в. количество отбываемой крестьянами Б. зависело от принадлежности к тому или другому из разрядов, на которые в то время распалось сельское сословие в зависимости от количества предоставленной от помещика в пользование земли. Так, «полные крестьяне» (kmiecie или chiopi peini) обязаны были пятидневною работою в неделю с лошадьми или волами, а если без них то должны были выставлять за каждый день конной барщины по два пеших рабочих, кроме того на них лежали экстренные работы во время жатвы (Moka) и караул в барском дворе; «половинные крестьяне» (potownicy) исполняли Б. в размере вдвое меньшем, чем предыдущие; «загродники» (zagrodnicy) несли пятидневную тяжелую Б., и наконец «коморники» (komornicy) работали по одному дню в неделю. Особенно тяжело было состояние помещичьих крестьян в малопольских воеводствах Краковском и Сандомирском, где, не довольствуясь значительною Б., помещики обременяли их экстренными даровыми работами (ttoki i daremszczyzny) и принудительными наймами в рабочую пору (najmy przymusowe). В литовских и русских землях Б. была менее обременительна. Вред, приносимый всему государственному строю столь бедственным положением сельского сословии, сознавался уже и тогда. Ян Казимир в 1656 г. дал в Львове обет «употребить все меры для освобождения народа от угнетения», но слова эти не получили никакого практического осуществления. Лишь во второй половине XVIII в. встречаются как в литературе и общественном мнении, так и в законодательстве некоторые попытки к улучшению быта низших сословий. Предпринятые однако с этой целью законодательные и административные меры ограничились лишь незначительным изменением старого порядка, либеральными же и гуманным предначертаниям конституции 3 мая 1791 не суждено было осуществиться. Гораздо большее значение в этом отношении имела инициатива некоторых просвещенных землевладельцев, поборников новых начал, к которым принадлежали: канцлер Андрей Замойский, князья Чарторыйские, кн. Понятовский, гр. Феликс Потоций, гр. Иоахим Хрептович и прелат Павел Бжостовский, освободившие в своих имениях крестьян и заменившие Б. определенным и постоянным оброком с земли. Разделы Польши, раздробившие ее между Россией, Пруссией и Австрией, не повлияли непосредственно на изменение отношений крестьян к помещикам. Дарованная Наполеоном и герцогству Варшавскому конституция 22 поля 1807 уничтожала невольничество (ст. 4 sic.), признав однако находившуюся в пользовании крестьян землю собственностью помещика, чем предоставила последнему неограниченное право оставлять крестьян на их землях на прежних условиях исполнения Б. и других повинностей, или, заключая новые условия, обременять их больше прежнего, или, наконец, прямо удалять с фольварочной земли. Указ герцога Варшавского Фридриха Августа от II дек. 1807 о заключении между помещиками и крестьянами договоров на пользование последними землею первых и изданная по тому же предмету 8 февр. 1808 инструкция министра юстиции встретили на практике большие затруднения вследствие введения в герцогстве кодекса Наполеона I (1 мая 1808 года), не заключающего в себе никаких постановлений о вознаграждении за арендуемую землю барщиною. Между тем по укоренившимся веками обычаям и по хозяйственному состоянию страны, для польских крестьян того времени. Б. была единственным средством уплаты за владение землей: денежный наем был невозможен по крайней их бедности, наем же за вознаграждение продуктами (meteyage) — совершенно чужд нравам народа. Это несоответствие закона с условиями действительной жизни повлекло за собой сохранение на практике прежних обычных отношений и оставление в полной силе всех тягостей барщины. С образованием в 1815 бывшего царства Польского, Б. осталась по прежнему, а вместе с нею остались все невыгоды и дурные последствия несвободного труда. Состояние крестьян в некоторых случаях стало даже хуже, чем во времена крепостничества, так как многие землевладельцы деятельно занялись сельским хозяйством, стремясь к извлечению из него возможно больших выгод и стали требовать от крайне необеспеченных материально крестьян кроме обычной Б. еще многих добавочных даровых работ (gwalty, darmochy) и принудительных наймов. С другой стороны нашлись и такие землевладельцы, которые, сознавая все неудобства барщинного хозяйства и потеряв надежду на какую либо правительственную реформу, сами приступили к экономическим преобразованиям в своих имениях, заменяя барщину определенным оброком. Такие преобразования были произведены, напр. в имениях Станислава Сташица (1822), в майорате Замойских (1833), в имениях: Андрея и Яна, а также Августа Замойских и Александра Велепольского. Но замена Б. оброком, как требующая на первый раз значительного капитала, которого у большинства более мелких помещиков Царства Польского не было, не могла быть произведена в мелких имениях без правительственной помощи, почему указанные выше реформы, при отсутствии каких либо общих законодательных мер за все время существования конституционного Царства Польского (1815 — 1830), содействовали улучшению быта лишь сравнительно незначительного круга сельских обывателей. Император Николай и, приступая к устройству сельского состояния Царства Польского, начал с крестьян, живущих в имениях казенных и майоратных, пожалованных русским помещикам (на основании Высочайшего указа 4/16 окт. 1835 г. ). Крестьяне этих имений были постепенно освобождаемы от Б., взамен которой обложены отведенные им земли, соразмерно их качеству и стоимости умеренным чиншем. Благодетельные последствия этих мер не замедлили обнаружиться в быстром и постепенно возраставшем благосостоянии поселян. Затем указом 26 мая (7 июня) 1846 г. были дарованы многие льготы и тем крестьянам, которые были поселены в имениях, принадлежавших польским владельцам и разным учреждениям; между прочим отменена большая часть даремщин и принудительных наймов, крестьянам, отбывающим законные повинности, обеспечено спокойное владение их усадьбами и пользование угодьями (сервитутами), и запрещено помещикам произвольно возвышать повинности. Из числа существовавших даремщин указом этим были уничтожены те, по коим отбывались работы, не определенные ни в отношении числа дней, ни в отношении количества самых работ, а. равно те, по которым требовалось исполнение личной службы и поставка припасов за установленную цену, причем одни из этих даремщин были отменены безусловно, другие оставлены лишь для тех случаев. Когда исполнение их будет требоваться взамен обыкновенной Б. Кроме того, на основании этого узаконения, было предписано всем земледельцам и арендаторам имений представить так называемые «престационные табели» (tabelle prestacyjne), т. е. ведомости о всем, что находится в крестьянском пользовании и о всех работах и других повинностях, какие они исполняют в пользу помещика.
Последовавшая в 1855 году кончина не дозволила императору Николаю I выполнить задуманное им преобразование хозяйственного быта поселян Царства Польского. Продолжение и окончательное приведение в исполнение этой реформы в царствование императора Александра II встретило препятствие в Крымской кампании. Предпринятые после заключения Парижского мира (30 марта 1856 года), законодательные меры не приносили однако ожидаемых правительством плодов в виду того, что постановление: от 16/28 декабря 1858 года о добровольном очиншевании крестьян, от 4/16 мая 1861 года о замене Б. законным выкупом и 24 мая (5 июня) 1862 об обязательном очиншевании, не встретили со стороны поместного дворянства того содействия, без которого успех этих мер был невозможен. Наконец, восстание 1863 г. отдалило исполнение окончательного устройства быта поселян и лишь после усмирения бунта 19 февраля (2 марта) 1864 г. был издан Высочайший указ об устройстве крестьян Царства Польского, коим к означенным крестьянам были применены главные черты, легшие в основание устройства быта русских крестьян. На основании этого указа (ст. 2, 3, 14 — 17 п. а) с 3/15 апреля 1864 г. крестьяне были освобождены навсегда от всех, без исключения, повинностей, отбываемых ими в пользу владельцев имений, а в том числе и от Б., которые были заменены денежным поземельным налогом в пользу казны; за упраздняемые повинности крестьян, владельцам частных и институтских и пожалованных имений предоставлено от правительства вознаграждение, в виде ликвидационного капитала, размер которого определялся оценкою лежавших на крестьянах повинностей. При этом в оценку не должны были входить всякого рода даремщины и принудительные наймы, хотя бы они были основаны на контрактах, заключенных до обнародования указа 26 мая 1846 года, и хотя бы срок этим контрактам еще не истек. В усадьбах, где отбывалась одна недельная Б. или Б. с добавочными рабочими днями, или с не подлежащими вознаграждению повинностями, но без всякого чинша или сбора натурою, вышеозначенная оценка должна была быть произведена переводом всех рабочих дней на деньги по особо установленными правилам.
В Литве, как видно из постановлений «Литовского статута» в 1529 году, большая часть низшего сословия считалась искони свободною, рабами были только военнопленные; даже встречаются здесь кроме плена все другие способы отречения от личной свободы — продажа себя в рабство, рождение от рабов, брак с рабами, выдача в рабство за преступление, были ограничены обычаем до значения временной срочной сделки или вовсе отстранены. Кроме этой «невольной челяди» панские земли еще населяли земледельцы разных наименований и стоявшие к вотчиннику в разных отношениях. Ближе к челяди стояли так называемые «отчичи» (oyczycy), крепкие земле и платившие господину Б. и данью; менее зависимый и значительно более многолюдный класс составляли «данники», обязанные лишь известными податями. С проникновением в Литву польских юридических понятий и обычаев, данники постепенно обращаются в отчичей, хотя сохраняют право собственности на свои земли, а следующие с них повинности определялись рядом. Отбываемая крестьянами Б., кроме хлебопашества, кошения сена и др. сельскохозяйственных работ, заключалась еще в производстве господских построек, подводной и сторожевой повинности, иногда же поселяне обязаны были заниматься звериною и рыбною ловлею, охотою на бобров и т. п. Эта барщина (panszczyzna) точно определялась в особых актах, носивших название «инвентарей», которые первоначально составляли исчисление тех личных обязанностей, которые селящийся на помещичьей земле свободный хлебопашец принимал на себя добровольно, но с XVIII в. сделались выражением непременных повинностей, обязательных для всех живущих на господской земле крестьян. Причины этой перемены следует искать как в возросшем в то время богатстве и власти землевладельцев, так и в постепенном установлении крепостнических взглядов, которые однако получили общую законодательную санкцию лишь с введением в Западный губернии России Свода Законов Российской империи (1840).
В 1844 правительством были приняты меры к пересмотру и упорядочению инвентарей, для чего были учреждены особые «инвентарные комитеты», которые в 1857 высказались в пользу освобождения крестьян, идея которого давно укоренилась в умах литовского дворянства. В губерниях, составившихся из прежней Литвы, все повинности крестьянина, а в том числе и Б" рассчитывались не по числу тягот, а по количеству и по качеству поземельных угодий, составляющих отдельное хозяйство — «хату» (chata). Средняя Б. с уволочной (20-ти десятинной) хаты заключалась в следующем: 1) хата еженедельно должна была выставить до 3 человек пеших или, смотря по надобности, с упряжью и орудиями и до 3 пеших работниц; 2) во время сенокоса и уборки сена она должна была давать с каждой мужской рабочей души от 6 до 12 дней, а во время жатвы столько же дней с каждой женской души, — это так называемая «сгонная» Б. (gwatty) и 3) по очереди с хат наряжались 1 или 2 крестьянина для ночного караула в помещичьем дворе. Те же порядки существовали в Юго-Западной Руси. т. е. в нынешних губерниях: Киевской, Подольской и Волынской, когда они входили в состав Польши. В этих северо-западных и юго-западных губерниях Б. исчезла окончательно с переводом крестьян на обязательный выкуп, причем она была переведена, по особым правилам, на денежную повинность (оброк).
Это прекращение обязательных поземельных отношений между помещиками и крестьянами произошло в губерниях: Виленской, Гродненской, Ковенской и Минской, а также в уездах динабургском, дрисенском, люцинском и режицком Витебской губ. — с 1 мая 1863, в губернии Могилевской и остальных уездах Витебской — с 1 января 1864 и в губерниях: Киевской, Подольской и Водцнской — с 1 сентября 1863 г.
В Остзейских губерниях коренное население страны, с покорением ее Меченосцами, подпало под полное и неограниченное владычество рыцарей, родоначальников позднейшей знати. Личная деятельность земледельца вполне и безотчетно зависела от произвола землевладельца, с которым, хотя и безуспешно, борются уже в XVI в. польские короли Стефан Баторий и Сигизмунд III. Когда в 1629 г. Лифляндия подпала под шведское владычество, Густав-Адольф учредил специальную комиссию для определения количества предоставленной крестьянам земли и составления инвентаря их повинностей. При Карле XI в 1687 было преступлено к составлению кадастра для Лифляндии, на основании чего все крестьянские земли (Bauerland) были разделены на равные по доходности, хотя и различные по величине, участки, называемые «гакенами» (Haken), доходности которых (60 талеров) должны были соответствовать все отбываемые каждым участком повинности, вместе взятые. Повинности эти были оценены по особой таксе и внесены в кадастровые книги (Wackenbucher), что, понятно, в значительной степени ограничивало своеволие помещика. Эта мера не успела однако улучшить того бедственного состояния, в котором застало крестьян Лифляндии и Эстляндии русское владычество, утвердившееся здесь с 1710 — 1721. Вскоре затем нашим правительством было запрещено арендаторам государственных имуществ самовольно располагать работами крестьян, брать их в услужение или отдавать в службу и наем другим хозяевам. Затем, по настоянию императрицы Екатерины II (1765), лифляндское дворянство обязалось, в числе других сделанных крестьянам уступок, не увеличивать держащих на них повинностей, но обещания эти по большей части не были исполнены и прежние порядки просуществовали до начала нынешнего столетия, когда в Прибалтийском крае началось движение (по инициативе Эстляндии) в пользу освобождения крестьян. В Положении, временно утвержденном 27 августа 1804 года для Эстляндии, не заключалось однако точного определения повинностей, лежащих или могущих быть наложенными на крестьян. Лифляндское Положение, Высочайшие утвержденное 20 февраля 1804, обратило на этот вопрос больше внимания. Так, по силе его, помещику не предоставлялось права принуждать крестьян поступать к нему в личное услужение и увеличивать повинности, записанные в урочные положения (Wackenhuchor); кроме того, сохранено было соответствие повинностей доходности гакена, причем последняя была оценена в 80 талеров, указаны правила для определения суммы всякого рода повинностей для распределения их по временам года и для определения Б. либо пешими, либо конными днями, либо дневным уроком для разного рода работ и, наконец, ограничено пространство обрабатываемых для помещика барщиною земель (оно не должно было превышать известных границ, расчисленных по количеству барщин).
Сумма издельной повинности с каждого гакена равнялась 1344 дням, которые распределялись между отдельными ее видами следующим образом: обыкновенная Б. пешая или конная — 624 дня; дополнительная Б. пешая летом — 252 дня и вспомогательные барщинные работы — 468 дней. На основании Выс. утвержд. 23 мая 1816 г. Положения о крестьянах Эстляндской губ., взаимные соотношения крестьян и землевладельцев должны были основываться на взаимном добровольном согласии, выраженном в контракте, но так как в большинстве случаев арендною платою за наем земель была оставлена. Б., то старые урочные положения легли в основание новых контрактов, причем вознаграждение деньгами или произведениями допускались в очень ограниченных размерах. С этими постановлениями весьма сходно Высочайшие утвержденное 25 авг. 1817 Положение о крестьянах Курляндской губ., по которому повинности определялись тоже по взаимному соглашению и перечислялись в особых урочных положениях, в которых по крайней: мере 3/4 дохода должны были быть выговорены барщинными работами. Б. была также сохранена Положениями для Лифляндии 26 марта 1819 и 9 июля 1849, хотя в последнем из них видно уже стремление способствовать замене Б. денежным оброком и облегчить крестьянину покупку находящейся в его пользовании земли. Эстляндское Положение 5 июля 1856 г., обеспечив за крестьянами исключительное пользование арендной землей (Bauerland) и сохранив начало добровольного соглашения, определило высшую меру барщинных повинностей. Весь этот ряд законодательных мер оказал на практике благотворное влияние лишь на быт крестьян Курляндской губ., где по примеру барона Гана, местного предводителя дворянства, помещики стали постепенно заменять барщину оброком, а для обработки собственных замашек прибегать к вольнонаемному труду. В Лифляндии и Эстляндии оценка Б. кадастровою системою и определение ее урочными положениями не могли сами собою обеспечить сельскому населению полного благосостояния, немыслимого без совершенной свободы труда. Последующими узаконениями отбывавшиеся: по арендным договорам барщинные повинностей крестьян-арендаторов были отменены: в Курляндии Высочайшие утвержденными 6 сентября 1863 г. Правилами (параграф 14) — 6 сентября 1867, в Лифляндии — с 23 апреля 1868 (Указ Лифляндского губ. управления 14 мая 1865, №54) и в Эстляндии — с 23 апреля 1868 года (Высочайшее повеление 41 июня 1865 года).
В России, где никогда но существовало феодального склада, где в противоположность западным феодалам, сидевшим на одном месте, князья, призываемые на служение тому или другому княжеству по воле и приглашению его населения, находились в постоянном движении, стремясь достигнуть киевского стола, не могло существовать тех политических условий, которые подчинили низшие сословия высшим. Экономические, однако, условия, заключающиеся в сосредоточении удобных земель в руках одних и недостаток их или средств к их обработке у других, при земледельческом характере населения, и здесь не могли не повлиять на замену свободного труда зависимым. Так, уже в Русской Правде упоминается о «ролейных закупах», которые садились на чужой земле, обрабатывали ее частью на себя, частью на господина и несли некоторые другие обязанности, как напр. должны были загонять на господский двор скот, принадлежащий землевладельцу. Однако, эта обязанная работа закупов не есть еще Б. в чистом ее виде, она основывается на договоре — ряде или вытекает из долговой несостоятельности закупа и имеет лишь временной характер прекращаясь уплатою долга или вознаграждением землевладельца за предоставленные закупу сельскохозяйственные орудия или за известную ссуду на обзаведение (покруту). Позднейшие наши памятники, как Псковская судная грамота, отличают наймитов от озорников (пахарей), огородников и кочетников (рыболовов), кроме того упоминаются «серебреники», получавшие от землевладельца деньги на обзаведение и обязанные не только обрабатывать землю последнего, но и отправлять другие работы на господина, какие он найдет нужными по хозяйству. На существование этой обязанности указывает уставная грамота митрополита Киприана 1391, данная Константиновскому монастырю; в ней сказано, что крестьяне и церковь наряжали, и двор тынили и хоромы ставили и пашню пахали да монастырь изгоном (барщиною), убирали хлеб и сено и прудили пруды и сады оплетали и пиво варили и лен пряли и на невод ходили и хлебы пекли — одним словом отправляли всеми работы по хозяйству землевладельца. Обязанности однако могли быть прекращены по одностороннему желанию крестьянина, имевшего право выхода, под условием заплатить предварительно данное ему серебро. Таким образом, пока за крестьянами сохранялось право свободного отказа, Б. существовала лишь в смысле повинности, которую крестьянин отбывал добровольно, без всякого юридического принуждения, притом она вовсе не являлась необходимым условием пользования чужою землею так как на ряду с ней памятники упоминают о вознаграждении за такое пользование половиною или третью урожая. В XV и начал XVI вв. право свободного перехода крестьян ограничивается одним осенним Юрьевым днем, как это видно из грамоты князя Белозерского Михаила Андреевича (1450), и судебников 1497 и 1550, но это в сущности нисколько не изменяет прежних отношений крестьян к землевладельцам и значится их как самостоятельных. свободных членов русского общества. Но последовал будто бы указ 1592 г., которым «царь Федор Иоаннович по наговору Бориса Годунова, не слушая совета старейших бояр, выход крестьянам заказал». Указ этот, существование которого подвергнуто справедливым сомнениям, был, по мнению признававших его действительное издание, вызван необходимостью обеспечить служилое сословие и завести порядок в сборе тягла, шедшего на покрытие все возрастающих государственных расходов. Некоторые и считали этот указ первым актом закрепления, внесшим существенное изменение в государственную и экономическую жизнь крестьян, хотя внутренние отношения крестьян к помещикам еще долгое время покоятся на старых рядах, определяющих пользование землею и повинности (княжечина, монастырщина, боярщина). По прежнему крестьянин соблюдает принятую на себя порядною записью обязанность «всякое сделье сделати и пашню пахати на того, за кого в крестьянах он живет». Кроме того, старой свободой пользовались черносошные крестьяне; некоторые из них иногда заключали порядные с помещиками и вотчинниками, а право срочного сыска беглых крестьян давало возможность переманивать обещанием известных льгот крестьян одних земель в другие, что, в виду конкуренции, вело к значительному уменьшению отбываемых земледельцами повинностей.. Те же крестьяне, у которых не было порядных, жили по старине, почему их отношения к землевладельцу естественно незаметно теряли характер договорных отношений и все более и более подчинялись возрастающему произволу помещиков и вотчинников. Некоторое время их еще защищала община, пока ее самостоятельное положение позволяло оберегать прежня установленные обычаем отношение. Постепенному экономическому упадку сельского состояния, главным образом, способствовало отсутствие в законодательстве точного определения повинностей крестьянина по отношению к помещику, тем более, что заботы правительства того времени о не отягощении излишними поборами крестьян вытекали не из желания облегчить участь крестьян, но просто из того, что правительство на каждого помещика и вотчинника смотрело как на воина, который должен был служить из за доходов, получаемых с поместья, а потому и не имел права расточать предоставленного ему правительством служебного обеспечения. Из дошедших до вас некоторых землевладельческих распоряжений времен паря Михаила Федоровича, относительно управления крестьянами и об обязанностях последних, как напр. из Наказа воина Корсакова, главного управителя вотчинами Суздальского Покровского монастыря, можно прийти к заключению, что крестьянские работы и повинности в первой половине XVII в. были довольно значительны и тягостны для крестьян. Уложение ц. Алексея Михайловича (1649) не дает точного определения следуемых помещику от крестьян повинностей. Послушные же грамоты дают лишь общее предписание: «пашню на помещика пахати», откуда ясно, что в имениях частных владельцев, как время, так и количество работ могли быть определены лишь одним произволом помещика, который на практике ограничивался, однако, не только собственным его интересом и местными потребностями хозяйства, но и освященными древним обычаем отношениями. Эти отношения значительно ухудшаются двумя позднейшими законодательными мерами, именно: указом 30 октября 1675 г., допустившим продажу крестьян без земли и постановлением Земского собора 1694 об отмене урочных дел для сыска беглых. Первое из этих узаконений нанесло решительный удар самостоятельности сельской общины, которая не могла уже как прежде подавать через своих старост и выборных челобитных об отмене излишних, наложенных помещиком тягостей. Право же бессрочного иска беглых отдало крестьянина в полную власть помещика. В начали XVIII в., как и в прежнее время, не существовало закона, точно определявшего размеры крестьянского барщинного труда, законодательные определения касались лишь количества помещичьей земли, отводимой на крестьянское тягло; но на одинаковых долях земли работы могли быть различны, а следовательно земля далеко не определяла количества обязанного труда. Крестьяне, поселенные на господских землях, обыкновенно обрабатывали в то время тоже количество помещичьей земли, какое сами получали на крестьянскую выть (по 6 дес. доброй земли в 3-х полях), но к этому присоединялись в большинстве случаев сгонная Б. и другие мелкие повинности, вполне зависевшие от помещика. Указ 22 января 1719 о первой ревизии, уничтожившей различие между холопами, кабальными и крестьянами, уравнявшей за дворней и деловых людей с дворовыми и изменение податной системы с поземельной на подушную, с возложением ответственности в уплате податей на помещиков, вызвали совершенное разобщение крестьян с правительством и утвердили все притязания господской власти над прежними полусвободными, хотя и крепкими к земле, людьми, закрепостив их личности помещика. Кроме того указом 18 января 1721 г. о приписке к заводам и фабрикам создан новый класс крепостных и установлена особая форма барщинного труда. Положение крестьян в царствование Петра I и в последующее затем время представляет собою весьма печальную картину; помещики, не стесняясь, пользуются крестьянским трудом в рабочее время, отнимая у земледельца всякую возможность возделывать собственный надел; они, по рассказу Посошкова, держатся того мнения что не следует «давать обрасти крестьянину, а надо стричь его яко овцу до гола». До конца XVIII в. все законодательные положения содействуют лишь все большему и большему закрепощению крестьян и увеличению над ними власти землевладельцев. Единственным исключением в этом отношении является указ Правительствующего Сената 5 июля 1728, содержащий в себе намеки на особое уложение, в котором должны были быть определены права и обязанности крепостных; но указ этот не привел на практике ни к каким результатам и упомянутое уложение никогда не было издано. Ужасное положение крестьян и влияние идей энциклопедистов побудили Екатерину II включить в первый проект ее Наказа мысль об отмене крепостного права, но по настоянию Сената заявление это было вычеркнуто и, таким образом лежащая на крестьянах тяжелым ярмом Б. осталась в прежней неопределенной форме. В дошедшей до нас инструкции Артемия Петровича Волынского дворецкому Немчинову, относящейся к второй четверти ХVIII ст., лежащая на крестьянах Б. определяется следующим образом: «повинен всякой крестьянин, имея целое тягло, вспахать моей земли 2 дес. в поле..., а которая земля учреждается под мелкой хлеб, под пшено, под горох, под конопли, под мак, просо, репу и лен оную пахать и собирать всем поголовно, кроме положенной на них десятинной пашни», причем в соответствие с этими повинностями поставлено и количество земли, предоставленной крестьянину, долженствующее быть вдвое больше запашки в пользу помещика. На эту инструкцию, однако, можно смотреть лишь как на выражение частной воли отдельного попечительного и разумного вотчинника, примеру которого, вероятно, следовали лишь весьма немногие. Столь тягостная для крестьян неопределенная Б. получила законодательное ограничение лишь в конце прошлого века. Указом императора Павла и от 5 апреля 1797 помещикам было воспрещено принуждать крестьян к работам по праздникам и следуемая с них Б. не должна была превышать трех дней в неделю. Первая половина нынешнего века внесла лишь незначительные изменения. Мечты Александра и об освобождении крестьян ограничились на практике лишь дозволением отпускать на волю целые деревни (за что отпускавшие награждались орденами), и улучшением быта крестьян Остзейских провинций. Образовавшиеся в царствование Николая и секретные комитеты, имевшие целью улучшить бедственное состояние крепостных, не привели ни к чему, кроме записок (Киселева, Перовского) о подготовке освобождения крестьян . Таким образом, прежние порядки остались неизмененными и вошли в IX т. Св. Закон. (1857), где статьями 1045 — 1049 определены правила о повинностях крепостных людей. По силе этих постановлений владелец мог налагать на своих крепостных людей всеми работы и исправление личных повинностей, с тем только, чтобы они не претерпевали чрез это разорения, и чтоб положенное законом число дней оставляемо было на исполнение собственных их работ; положенное законом число дней, по прежнему, равнялось трем, причем помещик не мог заставлять крепостного работать на него в воскресные дни, в двунадесятые праздники, день апостолов Петра и Павла, в дни св. Николая и в храмовые в каждом селении праздники; строжайшее за сим наблюдение возложено было на губернское начальство чрез посредство местной полиции, от усмотрения землевладельца зависело переводить крестьян своих во двор или дворовых людей на пашню и изменять по своему усмотрению их повинности, и наконец он имел право не только употреблять своих крепостных людей для личных своих услуг и работ, но и отдавать посторонним лицам в услужение, но не в работу на горные заводы. После освобождения крестьян (19 февраля 1861) Б. была сохранена лишь временно, как повинность, лежащая на временно обязанных крестьянах, причем она могла быть определяема по добровольному между крестьянами и помещиком соглашению лишь при соблюдении следующих условий: 1) чтобы она определялась временными договорами на сроки не свыше 3 лет и 2) чтобы сделки эти не противоречили общим гражданским законам и не ограничивали прав личных, имущественных и по состоянию предоставленных крестьянам. В случае отсутствия такого договора, Б., где она существовала по обычаю, должна была быть отбываема по указанным законом правилам, коими все повинности были приведены в соответствие с определенным для каждой местности размером поземельного душевого надела и отменялись так называемые добавочные повинности, как то: всякого рода караулы, уход за господским скотом, сгонные дни и т. п., требуемый от крестьян сверх обыкновенной Б. Этими же правилами были также установлены: 1) Размер Б., определяемый рабочими днями или, по обоюдному согласию, известным пространством земли, и не превышающий 40 мужских и 35 женских рабочих дней в году; при этом были составлены особые правила для соразмерения числа рабочих дней с величиною земельного надела крестьян. 2)Разделение дней на: летние и зимние, мужские и женские (мужские — на конные и пешие) и распределение общего числа их по летнему (3/5) и зимнему (2/5) полугодиям и по неделям. 3) Порядок назначения работ помещиком и наряд на них крестьян сельским старостою, причем приняты во внимание пол, возраст и здоровье работника и дана им возможность заменять друг друга. 4) Порядок отправления Б. с определением в особом «урочном положении» количества работы, которое в течение дня должно быть исполнено в счет повинности, и ограничение качества работ требованием, чтобы они не были вредны для здоровья и сообразны с силами и полом рабочих. 5) Порядок учета Б. и 6) условия, при которых допускалось отбывание особых видов Б., как напр. работы на помещичьих заводах, хозяйственные должности, подводная повинность и т. п. Кроме того, было дозволено как целым сельским обществам, так и отдельным дворам или тяглам переходить с Б. на оброк (до истечения однако 2 лет со времени утверждения Положения о сельском состоянии на это требовалось согласие помещика), выкупать усадебную оседлость и вступать с помещиком в соглашение относительно приобретения путем выкупа полевого надела с прекращением в последнем случае всех обязательных к помещику отношений. Эти отношения окончательно были прекращены 1 января 1883 г. В губерниях Великороссийских и Новороссийских на основании Высочайше утвержденных 28 декабря 1881 Правил об обязательном выкупе. Подобные настоящим правила установлены для крестьян, вышедших из крепостной зависимости в губерниях Тифлисской и Кутаисской, с сухумским округом, где точно также допущен замен Б. (бегара) и других натуральных повинностей денежным оброком и предоставлено крестьянам право приобретения в собственность всего отведенного им в пользование земельного надела, по добровольному с помещиком соглашению. В Бессарабской губ. так называемые «царане», т. е. поселяне, водворенные в имениях крупных и малоземельных, а также принадлежащих заграничным духовным установлением, на основании Высочайшие утвержденных 14 июня 1888 правил, были переведены с оброчной или издельной повинностей с и августа 1888 на выкупные платежи, чем прекратились их обязательные отношения к помещикам. 
Литература. Сугенгейм (Sugenheim) «Geschichte der Authebung der Leibeigenschaft und Horigheit in Europa bis nm die Mitte des XIX Jahrhunderts» (Спб., 1861); Скребицкий, «Очерки из истории крестьянства в Европе» (в «Вестник Европы» за 1867 г., III); Лучицкий, "История крестьянской реформы в Западной Европе с 1789 т. " (в ивских «Университетских Известиях» за 1878, с II выпуска); Левассёр (Levasseur), «Hietoire des classes ouvrieres en France» (Париж, 1859); Делил (Delisle), «Etudes sur la condition de la classe argicole et l'etat de l'agriculture en Normandie pendant ie moyen ages» (Эврё, 1851); Моген (Mauguin), «Tudes hisforiques sur l'administration Qe l'agriculture en France» (Париж, 1876 — 1877); Н: Кареев, «Очерк истории французских крестьян с древнейших времен до 1789 т.» (Варшава, 1881) и «Крестьяне и крестьянский вопрос во Франции в последней четверти XVIII в.» (Москва, 1879): Маурер (Maurer), «Geschichte der Fronhofe, der Rauernhefe und der Hotyerfassung in Deutchland» (Эрланген, 1865); Боннемер (Bonnemere), «Histoire des paysans» (Париж, 1874); И. Л. Горемыкин, «Очерк истории крестьян в Польше»; Ю. Рехневский, «Крестьянское сословие в Польше» (в «Русском Вестнике» за 1885, № 9); «Об изменении быта крестьян Остзейских губерний» (в «Русском Вестнике» за 1858); И. Д. Беляев, «Крестьяне на Руси». Библиографические указания по этому вопросу находятся у Межова: «Крестьянский вопрос в России». «Положение о сельском состоянии» (Особое приложение к т. IX Св. Зак). Местные положения по продолжению 1889 г.
Барщиной или Боярщиной назывались также в прежнее время имения, принадлежащие боярам, господам, т. е. помещикам. В этом смысли слово это вышло ныне из употребления, хотя изредка встречается еще в Архангельской губ., где к нему обыкновенно прибавляют фамилию последнего владельца. а напр. Афанасьевская Б. и п.

Барятинский

Барятинский, кн. Александр Иванович (1814 — 1879) — воспитание получил домашнее, на 17-м году поступил в школу гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров, с зачислением в кавалергардский полк; 8 ноября 1833 г. произведен в корнеты лейб-кирасирского Наследника Цесаревича (ныне Ее Величества) полка; в марте 1835 г. командирован на Кавказ, с отличием участвовал в делах закубанских горцев, ранен пулею в бок, и, по возвращении в том же году в Петербург, награжден золотою саблею с надписью «за храбрость». и января 1836 Б. назначен был состоять при наследнике цесаревиче (впоследствии императоре Александре II), а 24 марта 1845, по высочайшему повелению, снова отправился на Кавказ, назначен командующим 3-м батальоном кабардинского егерского полка, с которым принимал участие во всех выдающихся делах предпринятой летом того же года экспедиции в Дарго. Особенные отличия оказаны им 13 июня, при поражении скопищ Шамиля, близ сс. Гогатль и Анди. Раненный пулею в голень правой ноги, на вылет, он остался в строю, и в награду за оказанные подвиги получил орден св. Георгия 4 ст. По возвращении, в начале 1846 г., в Петербург Б., для поправления расстроенного здоровья, уволен был за границу; но проездом через Варшаву принял, по поручению фельдмаршала кв. Паскевича, командование над летучим отрядом, назначенным для преследования и истребления краковских мятежников. Поручение это Б. успешно выполнил в 5 дней. — 27 февраля 1847 г., по возвращении в Россию, он был назначен командиром кабардинского егерского полка, и затем принимал постоянное участие в военных действиях в Чечне. 23 июня 1848 года он особенно отличился в бою при Гергебиле, за что награжден чином генерал-мaйоpa, с назначением в свиту Его Имп. Величества. В октябре 1850 г. Б. назначен командиром кавказской резервной гренадерской бригады; зимою следующего года участвовал в действиях чеченского отряда, причем, близ Мезенинской поляны разбил на голову атаковавшие его превосходные силы неприятеля. 2 апреля 1851 г. Б. назначен командующим 20 пех. дивизию и исправляющим должность начальника левого фланга Кавказской линии, — и с этим вместе открылось для него более обширное поприще для самостоятельных действий, обнаруживших вполне рельефно его блестящие дарования. Энергичный и вместе с тем систематический образ действий, которого он держался в Чечне — главной арене деятельности Шамиля, постепенное, но неуклонное движение вперед, с твердым упрочнением русской власти на раз занятых пространствах — все это представляло как бы новую эру в Кавказской войне. 6 января 1853. Б. назначен был генерал адъютантом, а 5-го поля того же года — исправляющим должность начальника главного штаба войск на Кавказе, и вслед затем утвержден в этой должности. В октябре 1853 г. он, по болезни кн. Бебутова, был командирован в Александрополь для заведования действующим на турецкой границе корпусом; 24 июля 1854 г. участвовал в блистательном бою при Кюрюк-Дара, за который награжден орденом св. Георгия 3-ст 6 июня 1855 г. Б. назначен состоять при Е. И. Величестве, а затем ему поручено временное командование войсками в Николаеве и окрестностях. С 1 января 1856 г. он состоял командующим гвардейским резервным пехотным корпусом, а в июле того же года назначен главнокомандующим отдельным кавказским корпусом (впоследствии наименованным Кавказскою армиею) и исправляющим должность кавказского наместника; в последней должности он утвержден 26 августа 1856 г., по производстве в генер. от инфантерии. Вступив в управление краем, по всему пространству которого велась нескончаемая война, стоившая России огромных жертв людьми и деньгами, кн. Б. оказался вполне на высоте своего назначения. Единство действий, направленных к одной общей цели, неуклонная последовательность в ведении их, выбор таких сподвижников, как Д. А. Милютин и Н. Е. Евдокимов — все это увенчалось блестящими результатами. Через 3 года по назначении Б. наместником, весь восточный Кавказ был покорен и неуловимый дотоле Шамиль взят в плен. Заслуги эти доставили кн. Б. Орден св. Георгия 2 ст. и св. Андрея Первозванного, с мечами. Одновременно с решительными действиям на Восточн. Кавказе велась энергическая война и в западной части этого края, приведшая к покорению многих племен, живших между pp. Лабою и Белою. За новые успехи Б. произведен в генерал фельдмаршалы и назначен шефом кабардинского пех. полка. Беспрерывная боевая деятельность и труды по управлению краем совершенно расстроили здоровье и прекратили блестящую карьеру князя: 6 декабря 1862 г. он был уволен, согласно прошению, от занимаемых им должностей, с оставлением членом государственного совета. В 1871 г. Б. зачислен в кирасирский Ее Величества полк и назначен шефом 2 стрелкового батальона. Германский император также почтил заслуги Б., назначив его шефом гусарского № 14 полка германской армии. Последние дни своей жизни Б. провел заграницею, и умер в Женеве, на 48 году службы.

Басня 

Басня весьма сродна с апологом и с животным эпосом. В обширном значении часто даже смешивают все эти названия, но в тесном смысле каждое из них имеет свои отличительный черты. Аполог — чисто дидактическое произведение, Животный эпос отличается исключительно повествовательным и описательным характером, между тем как Б. носит, с одной стороны дидактически-сатирический, а с другой — описательно-повествовательный характер. Конечно, оба эти элемента представлены не всегда в одинаковой степени и поэтому мы замечаем значительное разнообразие и непостоянство типа басни. Неудивительно, что было много попыток классифицировать басни. Греческий ритор Афтоний делит Б. на: логические (muqalogicoi), нравственные (muqahqicoi) и смешанные (muqamictoi). Гердер видит два рода Б.: один теоретический или упражняющий умственные способности человека и его нравственную сторону, ко второму же роду принадлежат Б., в которых как causa movens является судьба или случай. Герберт, наконец, разделяет Б. тоже на два рода: старший, где Б. представляется просто картиной из жизни животных и младший, где выступает на первый план дидактический элемент.
Во всяком случае почти каждая Б. состоит из двух частей: эпической, описательной и нравоучительной. В первой описывается известный факт из жизни человека, животных или растении, во второй же делается вывод поучительного характера. И в этом, и в другом отношении замечается большое разнообразие, зависящее от индивидуальных взглядов и наклонностей авторов. Описательная часть может быть очень сжата и заключать в себе только необходимое, или напротив, она может заключать описания, диалоги, пейзажи, шутки; она может отличаться эпическим, лирическим или сатирическим тоном; факты, в ней излагаемые, могут быть или вполне обыкновенными или выдуманными, напр. в том случае, когда осел или бык идут на охоту вместе со львом и делятся с ним одной добычей. Нравоучительная часть может стоять или впереди Б. и тогда называется promuqion, или в конце, и тогда называется epimuqion, или и в начале и в конце, что бывает очень редко, или наконец, или может и не высказываться, а только подразумеваться. Относительно внешней формы Б. надо заметить, что она может быть написана прозой или стихами и что в том и другом случае не требуется очень поэтической язык, но зато — отчетливая образность представляемого факта, ясность, меткость выражений и известная доля остроумия. Стихотворная форма басен может быть очень свободна; весьма длинные стихи могут идти вперемешку с коротенькими, состоящими даже из одного односложного слова.
О первоначальном происхождении Б. говорилось много, но из разнообразных мнений, высказанных по этому поводу, самыми важными представляются два: Гервинуса и Гримма. Первый из них полагал, что Б. произошла независимо от животного эпоса и генетического родства с ним не имеет; свое мнение он основывал на отличии Б. от животного эпоса: в первой есть то, чего нет во втором, т. е. дидактическое начало. Гримм, напротив, доказывал, во первых, существование одного громадного и присущего всем индоевропейцам животного эпоса, который со временем распался на мелкие части, представляющие теперь отдельные и самостоятельные произведения. Таким образом и здесь возникает вопрос, до сих пор не решенный окончательно, о происхождении народного эпоса. Как бы то ни было нельзя не признать, что между животным эпосом и басней существует несомненное и притом близкое родство. По всей вероятности, то и другое первоначально не различались и представляли просто картинки из животной жизни, которые могли иметь дидактическое значение, но могли также не иметь его. Эти рассказы могли, с одной стороны, сплотиться в большие поэмы, как напр. Рейнеке Фукс, или же переродиться в чистые Б. Последний переход весьма легок. Первоначально, как уже сказано, без всякой задней мысли создавались картины из жизни животных, которых считали существами, одаренными такими же чертами характера, как сам человек и даже своеобразным языком. Но так как у животных выступает вперед господствующая черта гораздо отчетливее и исключительнее, чем у человека, то неудивительно, что животные со временем сделались как будто олицетворяющем разных качеств, так напр. лисица олицетворяет наклонность к обману, ягненок — кротость, волк — хищность, осел — глупость и т. п. То где то именно появляется чистая Б. с дидактическим характером. такую басню мы встречаем у греков.
В греческой литературе уже Гезиоду (ск. 800 л. до Р. X.) и Стезахору (VI в. до Р. X.) приписывается авторство нескольких басен, но самым знаменитым баснописцем слывет Эзоп, по происхождению фригиец; его басни (все изложены прозой) отличаются необыкновенною отчетливостью, ясностью, простотой, спокойствием и остроумием, поэтому неудивительно, что они уже очень рано широко распространились по всему тогдашнему цивилизованному миру, переделывались в продолжение многих веков вплоть до наших времен и теперь в переделках и переводах составляют. достояние каждой, хотя бы еще очень мало развитой литературы. Из греческой литературы прежде всего перешли басни в сирийскую; затем в арабскую (Локман), армянскую, еврейскую, индусскую (Бидпай или Нильпай и многие другие). Басни эти на греческой почве долгое время переходили из уст в уста, пока не были собраны в первый раз Димитрием Фалерийским ок. 300 г. до Р. X. Затем в I или II в. после Р. X. Барбий переделывал эти прозаические басни в холи ямбические стихи; в IX в. магистр Игнатий стремился вылить басни Эзопа в коротенькие из четырех строчек стихи. С течением времени, особенно на византийской почве, басня принимает все более и более дидактический характер, который почти совершенно убивает, наконец, описательную сторону; такими представляются басни Эзопа в сборнике XlV в. написанном монахом Максимом Планудоя.
Гораздо важнее судьба латинского перевода басен Эзопа; перевод этот был сделан в первый раз в I веке после Р. X. Федром, который, тоже по образцу Эзопа, составлял новые басни стихами. Оригинальный сборник Федра в течении средних веков был забыт и издан в первый раз только в 1596 году. Но в Х веке какой то неизвестный писатель пересказал в прозе некоторые стихотворные басни Федра, и этот прозаический сборник избранных басен Федра был очень популярен в прежние века п. з. «Aesopus». Конечно, существовала не одна редакция этого сборника, но из всех самою популярною, и в истории басни самою важною, является редакция, названная «Romulus». Это, по всей вероятности, условное имя носит сборник, состоящий из 4 книг или 83 басен; он является не прямою переделкою Федра, а копиею другого более древнего сборника, явившегося, быть может, во времена каролингов, и потом утерянного. Сборник этот носит тоже название «Romulus Nilantii», от имени своего издателя (Лейден, 1709 г. ).
Прежде, чем сказать о дальнейших судьбах басен Федра, надо упомянуть, что еще живший во II, IV или в V веке римский писатель Авиан написал 42 басни по образцу Федра и Бабрия; басни эти написаны элегическими дистихами, напыщенным слогом. Ему подражал в ХII веке Александр Некам (1167 — 1217), который издал книгу п. a. «noyus Avianus». Новейшее издания Авиана — Лахмана в Берлине (1845) и Фрёнера в Лейпциге (1865). Некама же издал Эдельстан дю Мерид в сборнике: «Poesie inedite du moyen age» (Париж, 1854). Сборник Некама не был очень популярен в средние века и на нем основываются только две переделки на французском языке; одна из них издана Дюплессисом п. з. «Fables en vers du XIII siecle» (Париж, 1834); вторая же относится к XIV веку и обозначена Робертом как Изопет II.
«Romulus», изданный в новейшее время французом Гервие в сборнике: «Les rabulistes latins dn moyen age» (Париж, 1883 — 1884), в свою очередь, был переделан стихами и издан пол заг.: «Inrythmicum sermonern translatae Romuleae fabulae». Кроме того существует еще один сборник, изданный Гервие по мюнхенской рукописи и поэтому названный «Romulus Monacensis». В стихах изданный Ромул важен тем, что он послужил основанием для сборника Ринуция или Реминия; сборник этот, составляющий почти только Koniro Ромула, явился в печати в первый раз в Милане в 1474 и почти ничем не отличается от первого Ромула. На Ремище же основывается немецкий баснописец Штейнгёвель, который после 1470 г. составил сборник латинских басен, написанный прозой и переведенный на немецкий язык. Эстерлей (Oesterley) в своем издании Штейнтёвеля («Steinhowels Aesop», Тюбинген, 1873) говорит, что Штейнгёвель служил неисчерпаемым источником для средневековых немецких баснописцев после изобретения книгопечатания. Вскоре после 1474 года появился в печати немецкий перевод басен Штейнгёвеля и книга эта сейчас была переведена на чешский язык; чешский перевод явился в печати в Праге или Куттенберге в 1480 или 1488 г. Новая редакция книги Штейнгёвеля, сделанная Севастианом Брандтом, явилась по латыни в 1501, а по-немецки в 1508 г. и в XVI же. веке была переведена на чешский язык.
Ромул (versificatus), о котором мы только что говорили, был написан рифмованными стихами; гораздо важнее другая переделка, в которой стих основан на размере; автор ее неизвестен и поэтому редакция эта называется Анонимом или «Anonymus Neveletu», по имени Исаака Невелета, который издал редакцию эту в сочинении: «Mythologia aesopica» во Франкфурте-на-Майне, 1610 г. Новейшее издание Гepвиe в «LesFabulistes latins» (1883 — 84 г.). Аноним писал дистихами в последней четверти XII века, и его сочинение было необыкновенно популярно, так что до сих пор сохранилось больше чем 70 его рукописей; в этом сочинении заключается не весь Ромул, но только три первые его книги; слог Анонима отличается напыщенностью, неестественностью и стремлением к употреблению антитез.
На славянской почве Аноним был известен очень рано: весьма возможно, что уже Далимиль знал этот сборник, по крайней мере басня о лягушках и аисте, кажется, заимствована у Анонима; тоже самое можно сказать о Ткадлечке и сочинениях Фомы Штитного; на нем также основан, не говоря уже о позднейших произведениях, сборник чешских басен, помещенный в баворовской рукописи, которая относится к XV веку и представляется копией более древнего оригинала.
Популярность Анонима была необыкновенно велика. Вскоре его элегические стихи были снова переделаны в прозу и переделка эта издана Гepвиe, который в Анониме предполагает Вальтера Английского и поэтому его произведения называет «Fabulae Gualteriaпае». Перевод Анонима на французский язык или точнее на французский диалект провинции Франшконте, относящийся к XIII веку, называется Лионским Изопетом и издан Форстером, под загл.: «Lyones Yzupet» в Гейльбронне, в 1882 г.; в сборнике этом особенно поражает богатство описания и картин. Около 1200 г. Одо из Церингтонии составил новый сборник латинских басен (тоже изданы Гервие); затем к более известным сборникам принадлежат: Винцеициуса Белловацензиса, монаха XIII в. Бернсюй Кодекс Гервие, французский — Марии де Франс (см Рокфор, «Poesie de Маnеdе France», Париж, 1820); «Fabulae exortae ex Marie Gallicae, Romulo et aliis quoque fondbus» сборник этот Fep Bie обозначает буквами LBG) так как три его рукописи сохраняются в Лондоне, Брюсселе и Гёттингене. Древнефранцузская стихотворная обработка Анонима (Невелета) появилась вначале XIV века; издана Робертом в «Fables inedites du XII, X, XIV siecles» (Париж, 1825) и названа этим же издателем Изопетом I. Так называемый Кодекс Риголи заключает в себе итальянского Эзопа, итальянскую редакцию представляет тоже сборник, изданный Гивиццани п. з.: «Il Volgarizzamento delle Favole di Galfredo» (Болонья, 1866); это — прозаическая переделка Анонима) относящаяся к XIV в. К тому же веку относится латинской сборник Николая Пергамена, который в древних печатных изданиях озаглавлен «Dialogus ercaturanum», в рукописях же он носит название: «Liber de contemptu sublimitatis», или «Liber de animalibus». Подражателем Пергамена был польский писатель XVI в. Бартош Папроцкий, который издал свои басни в сочинении: «Kolo Rycerskie». Басни Пергамена изданы Грессе в сочинении: «Die beiden altesten Fabelbucher des Mittelalters» (Штуггарт, 1880). Близок тоже к Анониму, относящийся к XIV в., сборник басен Бонера: «Edelstein» изд., Франком Пфейффером, п. з.: «Der Edelstein von Ulrich Boner» (Лейпдиг, 1844). Иоанн из Шеппея, рочестерсмй епископ, умерший в 1360 г., подражал Ромулу; его басни издал Гepвис. О главнейших сборниках XV в. мы уже говорили раньше; к ним принадлежат: чешский Эзоп в баворовской рукописи, Ремициус, Штейнгёвель и др.; к XVI веку относится Камерариус Иоаким, живший между 1500 и 1572 г., который в 1538 издал прозаическую латинскую переделку Эзопа; на ней же основывается сборник Ганса Вильгельма Квргофа, п. з.: «Wendmuth», изданный Эстердеем Штутгарт, 1869); к XVI же столетию относится тоже латинская прозаическая переделка Эзопа, изданная в 1516 г. несколькими учеными, п. з.: «Fabularum quae hoc libro continentur interpretes atque authores sunt hi: Guilielmus Guodanus, Hadrianus Barlandus, Erasmus Roterodamus, Aulus Grellius) Angelus Politianus, Petrus Crinitus, loannes Antonius Campanus, Plinius Secundus Novocomensis, Nicolaus Gerpellius Phorcensis, Laurentius Abstemius, Laurentius Valla»; второе издание было в Страсбурге 1522 г. Басни Мартина Лютера были изданы п. з.: «Hundert Fabein aus Esopo etiiche vou D. M. Luther und Herrn Mathesio» (Брауншвейг, 1672). Басни писал тоже латинско-немецкий писатель Иоанн Постиус, живущий от 1537 до 1597 г. Ср. «Mythologia, metrica et moralis» (Гамбург, 1698.). Подражателем Эразма Роттердамского на итальянской почве был Людовико Гуиччиардини (1523 — 1589), автор анекдотического сборника «L'Hore di Recreatione», издаваемого в 1560, 1607 г. и др. В 1542 г. появилась в Париже книга Жидь Коррозе: «Les Fables du tres ancien Esope phrigien premierement escriptes en grec et depuis mises en Rithme franoise»; на сборнике этом видно влияние басен Гуодана и др., изданных 1516 г. На этих же баснях основано другое произведение французской литературы, изданное в Руане 1547 г., под загл.: «Trois centz soixante et six Apologues d'Esope, tres excellant Philosophe. Premierement traouietz de Grec en Latin par plusieurs illustres Autheurs comme Laurens Valle, Erasme et autres. Et nouvellement de Latin en Ritbrne franoise par maistre Guiuaume Haudent». На этом же источнике основываются две немецкие редакции XVI в. — Бурхарда Вальдеса 1548 г. (изд. Титмана: "Esopus von В. Waldis, Лейпциг, 1882; здесь значительно распространен латинский текст и из краткой поучительной басни сделан обширный рассказ) и Эразма Альберуса п. з.: «Noun undviertzig Fabelen so mehren theils ausEsopo gezogen» (Франкфурт на M., 1579). Такой же характер носит французский сборник: «Les fables et la vie d'Esope phrygien, latin et franois» (Париж, 1579), а также Boдоэна: «Les fables d'Esope phrygien» (Руан, 1660). Вообще, влияние редакции 1516 г. простирается до нынешнего столетия. К XVI в. еще относятся: Гаврил Фаэрнус, которого «Centum fabulae» изданы в 1564, и позже Войзеном в 1798 г. в Лейпциге; Фабий Паулин Утицензис, «Centum fabulae ex antiquis scriptoribus acceptae» (Венеция, 1587; Иоанн Манлий («Locorum Communium Collectanea», (Франкфурт на M., 1594); Вердицотти, «Cento favola morali». (Венеция, 1599) и другие.
К XVII в. относится сборник: «Mensa Philosophica auctore Michaele Scoto. Accessit libellus jocorum opera Othomori Luscinii Argentinatis concinnatus» (Франкфурт на M., 1602); книга эта основывается на сочинении Абстемия (Лоренца Вевилоква), относящемся к эпохе Возрождения в изданном Невелетом в «Муthologia Aesopica» (Франкфурт на M., 1610 г.); обе редакции — Абстемия и Люслития приближаются к оригиналу Эзопа. Знаменитейшим европейским баснописцем XVII в. был Лафонтен (1621 — 1695); его басни еще теперь издаются и переведены или переделаны на все языки. К XVII в. относятся еще: Ле Нобль «Contes et Fables» (Париж, 1669); немецкий сборник: «Lustund Lehr reiche Sittenshule, erofnet und aufgerichtet Aniass der smnreicben Fabein Aesopi» (второе изд. в Ульме, 1705).
Восемнадцатый век очень богат баснями: к этому времени относятся между прочими: Саломон Франк, «Teutschredender Phaedrus» (Иена, 1716); Ридерер, «Aesopi Fabelae in teutscheReime nach jetziger ster Ktintze gekleidet» (по сборнику 1516 г., Нюренберг, 1717 г.); неизвестный автор и. А. G. «Phaedrus in leichten teutschen Nachahmungen zum Gebrauch der mittlern Classen in der Langensalzischen Schule» (Лангензальц, 1735); Ричч, «Le favole greche d'Esopo Tolgaazzate in rime anacreontiche toscane» (Флоренция, 1736); Ла Фермиер, «Fables et Contes dedis a S. A. и. le Urand Due de toutes les Russies» (Париж, 1775); и. F. R., «Fabein ans dem Alterthume» (Бреславль и Лейпциг, 1760), Тромбелли, «Le favole di Fedro, tradotte in versi volgari» (Венеция, 1775, пятое изд.); Де Курейль, «Favole е Novelle» Пиза, 1787); Ланди, «Favole di Esopo» (Венеция, 1760); Феличи, «Favole Esopiche» (Рим, 1790); Христ, «Fabularam Aesopiarum libri duo» (Лейпциг, 1749); Вейнцирл, «Phaedrus in deutschen Reimen» (1797); Пpaxт, «Phaedri Fabniae Aesopicae. Nebst einer Uebersetzung in deutschen Reimen» (Нюрнберг, 1798); Красицкий, «Bajki» (во многих изданиях); «Trois cents fables en Musique» (Люттих, без года).
В ХIХ ст.: Шварц. «Phaedrus Fabein finf Bucher» (Галле, 1818); Нефшато, «Fables et Contes en vers» (Париж, 1815) и многие другие, между которыми всемирную славу приобрел себе И. А. Крылов. Кроме упомянутых выше, известными баснописцами были: у французов: Мари де Франс, Рутебеф, Маро, Ренье, Ла Мотт, Флориан, Дютрамбде, Боазар, Бонур, Лебайди, Арно, Андриен, Виеннэ, Лашамбоди, Патрю, Фенелон и др. У итальянцев: Альберти, Капаччю, Бальди, Пассерони, Дельросси, Пиньотти, Роберти, Бертола и др. У испанцев: Ириарте, Саманиего и др. У англичан: Гей, Додели, Мур и др.; у немцев: Штрикер («Die Welt»), Гагедорн, Геллерт, Лесса, Лихтьер, Глейм, Пфеффель и др.
У славян басня является главным образом в трех литературах, а именно: в чешской, польской и русской. Раньше всего басню встречаем в чешской литературе, а именно: уже у Далимила, затем в памятнике, озаглавленном: «Tkadlecek», в градецкой рукописи XIV в. и в баваровской рукописи тоже XIV в. В XV в.; у Товачовского в «Наdani Pravdy a Lzi о knezske zbozi», у Фомы Штитного и, начиная с 1487 г., во многих печатных сборниках являются басни Эзопа и Федра в разных редакциях. Другие чешские баснописцы: — Пухмайер, Шир, Гейдук, Заградник, Сыхра, Горноф, Граш, Хмель, Штульц, Доух, Лангер, Красногорская, Сокол, Соукаль, Краль, Лоунский, Гофман, Кадераавек, Лульда, Иранек, Климшова, Студничкова и др.
В польской литературе басня имеет своих представителей, начиная с XVI в.. именно: Рея из Нагдовиц и Бартоша Папроцкого (Коlo Rycerskie, 1571); после этого Б. долго находилась в пренебрежении, и только в 1731 г. кн. Яблоновскй издал сборник п. з.: «Sto i oko bajek», после чего, как и во всей Европе, началась мода на Б. Все почти писатели эпохи Станислава Августа Понятовского сочиняли Б. : Княжнин, Трембецкий, Нарушевич, Немпевич, но больше всех замечателен Игнатий Красшдай (ум. 1801 г.). Кроме того Якубовский переводил Лафонтена, Минасович — Эзола, Баби и Федра; Мицкевич написал несколько Б., но в XIX в. приобрели известность баснями: Антон Гореций, Франц Моревский, Феофил Новосельский и особенно заслуженный автор Б. для детей Станислав Якович.
В русской литературе басня известна с очень давнего времени. Знаменитое произведение восточной фантазии — басни Бидлая или «Стефанит и Ихнилат», через Византию сделавшееся достоянием южнославянской письменности, в XV — XVI стол. уже пользовалось популярностью среди русских книжников. Не менее хорошо были известны им и басни Эзопа, лицевое житие которого, украшенное множеством замысловатых анекдотов и остроумных изречений, охотно переписывалось в XVII ст., а в XVIII обратилось в народную лубочную книгу. В 1731 г. кн. А. Д. Кантемир написал, в подражание Эзопу, шесть басен; около того же времени явилось в Несколько Эзоповых басенок (51), для опыта гекзаметрами", составленных В. К. Третьяковским. А. П Сумароков переводил уже Лафонтена и сочинял оригинальные басни, довольно грубые по языку и содержание. И. И. Хемницер (1744 — 84) переводил Лафонтена и Геллерта; оригинальные его басни отличаются простотою изложения и замысловатою, подчас очень злою наивностью. Почти исключительно переводчиком французских баснописцев (Лафонтена, Фдориана, Ламотта, Арно и др. ) был И. И. Дмитриев (1760 — 1837), который, по словам Мерзлякова, «отворит басням двери в просвещенные, образованный общества, отличавшие вкусом и языком». Его 40 басен написаны в течение 1803 — 4 гг. и очень высоко ценились современниками, которые, впрочем, с удовольствием читали и совершенно иные по духу и выражению оригинальные басни А. Е. Измайлова (1779 — 1831), отличающиеся «теньеровскою» естественности). Последним и гениальнейшим представителем басни не только в русской, но и во всемирной литературе является И. А Крылов (1768 — 1844). его басни (200) неподражаемы по оригинальному, вполне народному языку и меткому остроумию; они сделались едва не самой популярной книгой в России с детства хорошо знакомы каждому русскому и переведены на многие иностранные языки. Крылов довел обработку этого вида поэзии до высшего совершенства, и после него уже ни один русский писатель не брался за басню, тем более, что она, при изменившемся характере литературы, уже не могла иметь прежнего значения. В настоящее время басня представляется возможною только как юмористическое произведение, лишенное какой либо серьезной цели. Ср. П. Суллие «La Fontaine et ses devanciers ou Histoire de l'apologue» (Пар., 1866); Эдельстан дю Мериль, «Histoire de la fable esopique» (1854); Лессинг, «Abhandlungen tiber die Fabel» (1759); Гюйльон, «La Fontaine et tons les fabulistes» (Милан, 1803); Отто Кедлер, «Untersuchungen iiber die Geschfchte der griechischen Fabel» (Лейпциг, 1862) и др.

Бассо 

Бассо (итал.) — нижняя нота, основной тон аккорда.
Basso continuo  (итал.) — непрерывный бас; в музыке означает нижний голос в сочинении, который идет без перерыва, отсюда и его название. Basso continuo применяется в органе и фортепиано и пр. и обозначает гармоническое основание по отношению к верхним голосам. Своего развития этот бас достиг в XVI ст. и в особенности при теоретике Виадана, в 1600 г. Он имел большое значение в музыкальном искусстве (в XVII и XVIII столетиях).
Basso ostinato  (итал.) — непрерывный бас, который постоянно повторяет ту же фигуру или мотив; он часто употреблялся в контрапунктных сочинениях французскими, итальянскими и немецкими композиторами, в особенности Себ. Бахом.

Бастилия 

Бастилия (la Bastille) — крепость и место заключения государственных преступников в Париже. Первоначальное значение этого слова то же, что и Бастида и действительно еще в первой половине XIV столетии Б. является только одной из многочисленных башен, окружавших Париж и называется bastide ou bastille SaintAntoine. С этого времени собственно и начинается история Б. В 1358 здесь был убит парижской прево Этиен Марсель сторонниками дофина Карла. Спустя некоторое время, уже при Карле V, Б. начинает достраиваться, увеличиваться и принимает наконец в 1382 г. вид, мало разнящийся от того, какой она имела ко времени своего разрушения в 1789 г. С этих же пор Б. получает характер укрепленного замка, куда спасаются во время народных возмущений или междоусобиц короли и другие лица. Хронисты того времени называют Бастилию «chaste Saint-Antonie, chateau royal» а причисляют ее к лучшим парижским зданиям. Впервые местом заключения делается В. в 1476 г., когда сюда был заключен Жак д'Арманьяк, герцог Немурский, обвиненный в составлении заговора против короля Людовика XI. Несчастный был посажен в железную клетку, откуда выходил только для истязаний, и наконец в 1477 г. его обезглавили. Вторым из более известных узников Б. является таинственный обладатель железной маски, homme au masque de for (около 1660 — 70 г.), происхождение которого и до сих пор остается неразгаданным. Одно из наиболее вероятных предположений — мнение Вольтера, усматривающего в нем незаконного сына Анны Австрийской, притязаний которого на престол Людовик XIV мог справедливо опасаться. Своим названием обязан этот узник верной, шелковой маске, которую он никогда не снимал; он пользовался многими преимуществами сравнительно с другими заключенными, имел право гулять по тюремным дворам, но с тем лишь уговором, чтобы ни единое слово не вышло из уст его. И действительно, до самой смерти таинственного заключенного, последовавшей в 1703 г. никто из окружавших не видел ни его лица, ни слышал его голоса. — После Людовика XIV и в продолжении всего XVIII ст. в Б. перебывали почти все знаменитости века, философы, публицисты и даже книготорговцы, вообще все, принадлежавшее, в умственном отношении, к передовому классу того времени. Вольтер здесь был два раза: в 1717 г. за сатиру, направленную против герцогини де Верри, и в 1726 г., вследствие истории с шевалье де Роганом. Из других упомянем: Мармонтеля, Бомелле, аббата Морелле, Ленге и многих друг. Даже некоторые книги удостоились чести заключатся в Б., так напр. Французская Энциклопедия.
Бастилия представляла собою длинное массивное четырех угольное здание, обращенное одной стороной к городу, а другой к предместью, с 8 башнями, обширным внутренним двором, и окруженное широким и глубоким рвом, через который был перекинут висячий мост. Все это вместе было еще окружено стеной, имевшей одни только ворота со стороны Сент-Антуанского предместья. Каждая башня имела троякого рода помещения: в самом низу — темный и мрачный погреб, где содержались арестанты неспокойные, или пойманные при попытке к бегству; срок пребывания здесь зависел от коменданта (gouverneur) Б. Следующий этаж состоял из одной комнаты, с тройною дверью и окошком с 3-мя решетками. Кроме кровати в ней находился стол и два стула. В самом верху башни было еще одно помещение, назв. calotte и служившее тоже местом наказания для узников. Дом коменданта и казармы солдат находились во втором, наружном дворе. — Что касается порядков, господствовавших в Б., то по единогласному свидетельству современников, они были гораздо строже порядков во всех других тюрьмах; многое зависело конечно и от личности коменданта
Б. и несомненно, что одной из причин падения Б. в 1789 г. была крайняя суровость последнего ее губернатора Лонэ (Launay). Заключение в Б. производилось обыкновенно на основании lettre de cachet, подписанного королем; для примера приводил один из тысячи: «Mons. ie cornte de Jumilhac, je vousfais cette lettre pour vous dire de recevoir dans mon chateau de la Bastille ie nomme.. et de l'у reteni'usqu'a. nouvel ordre de ma part. Sur ce, je prie Dieu qu'il vous ait, Mons. ie cornte do Jumilhac, en sa sainte garde. Ecrit a Compiegn& ie 20 Juil. 1765». — Ненависть народа к Б. достигла ко времени революции своего апогея; само правительство понимало это и имеются несомненные данные, что срок существования Б. был уже во всяком случае недолог: одним из доказательств может служить проект, представленный архитектором Корбэ (Corbet) в 1784 г. об устройстве площади, назв. им place de Louis XVI, на месте, занятом тогда Б. Но обстоятельства сложились иначе. 12 июля 1789 г. Камиль Демулен произнес в Пале Ройяле свою речь, 13 был разграблен Арсенал, Дом Инвалидов и Hotel de Viluе, а 14 вооруженная многочисленная толпа подступила к Б. Начальниками были избраны Гюлен и Эли (Hulin et Elie), оба офицеры королевских войск. Гарнизон крепости состоял из 82 инвалидов, 32 швейцарцев, при тринадцати пушках, но главною ее защитою были подъемные мосты и толстые стены. После отрицательного ответа Лонэ на сделанное ему предложение добровольной сдачи, народ, около часу дня, двинулся вперед. Проникнув легко на первый наружный двор. Разрубив топорами цепи разводного моста, он ринулся во 2-ой двор где помещались квартиры коменданта и службы. Ожесточенная пальба началась с обеих. сторон; чтобы защитить себя от выстрелов сверху, народ притащил три огромных воза соломы и зажег их; густой дым закрыл их от глаз осажденных. Лонэ, зная хорошо, что нечего рассчитывать на помощь из Версаля и что ему рано или поздно не устоять против этой осады, решился взорвать Б. Но в то самое время, когда он с зажженным фитилем в руках хотел спуститься в пороховой погреб, два унт. офиц. Беккар и Ферран бросились на него, и, отняв фитиль, заставили созвать военный совет. Почти единогласно постановлено было сдаться. Был поднят белый флаг и спустя несколько минут по опущенному подъемному мосту Гюлен и Эли, а за ними огромная толпа, проникла во внутренний двор Б. Дело не обошлось без зверств, и несколько офицеров и солдат были тут же повешены; что касается Лоцэ, то Гюлен и Эли хотели спасти его, но по дороге в Hotel de Viue, куда последние хотели его. отвести, чернь отбила его у них и обезглавив воткнула голову несчастного на пику, с которой затем обошла весь город. Узники в Б., в числе семи, были выпущены на волю между ними был граф де Лорж (Lorges), который содержался здесь в заключении более сорока лет. Крайне интересный архив Б. подвергся разграблению, и только часть его сохранилась до наших времен. На следующий день было официально постановлено сломать и снести Б. и сейчас же преступлено к работам, который продолжались до 16 мая 1791 года. Получилась обширная и свободная площадь; было предложено несколько проектов украшения ее каким-нибудь памятником, так напр. Наполеона и, тогда еще генерал Бонапарте, предложил построить на этом месте фонтан в виде колоссального слона с башней, и некоторое время здесь действительно стояла даже деревянная модель этого памятника, увековеченная Виктором Гюго в «Miserables». Наконец, после июльской революции 1830 г., постановлением от 13 дек. решено было построить здесь так наз. иудейскую колонну. Открытие памятника последовало 28 июля 1840 г. Колонна вся из бронзы, вышиною до 80 метров, имеет на вершине гения свободы работы Дюнона, у основами барельефы Бари. — С 1880 г. годовщина взятия Б. сделалась национальным праздником французов. 
Библиография: Уцелевшая часть архива Б. в прочие рукописные документы, касающиеся Б. находятся в библиотеке Арсенала в Париже. Часть их, обнимающая годы 1749 — 67 г. опубликована Ф. Равессоном (Ravaisson) в «Archives de la В.». Довольно значительное количество документов из архива Б. находится также в библиотеке Эрмитажа в Петербурге и Британском музее в Лондоне. Кроме того заслуживают внимания: «Histoire de lа Bastille, avec un appendice contenant entre autres choses une discussion sur ie prisonnier au masque de for» (Лонд., 1793); «La Б. devoile, remarques et anecdotes sur ie chateau de la B.» (3 т. 1789); "Memoires de Linguet sur la B. " (178S); «Memoires de H. M. de Latude, prisonnier pendant 35 annbes a la B.» (1793); Delort, «Histoire de la detention des philosophes et des gens de lettres a la B.» (1829); Cr. Lecocq, «La prise de la B. et ses anniversaires» (1881).

Батарея 

Батарея (batterie, от франц. слова battre — бить). — В тактическом отношении Б. означает совокупность известного числа артиллерийских орудий, с их прислугою, лошадьми, передками, зарядными ящиками и пр. материального частью, под начальством одного лица. Смотря по роду орудий, Б. могут быть полевые, горные, осадные, крепостные и береговые. Полевые Б., по калибру орудий, разделяются на легкие и батарейные (тяжелые), а по организации — на пешие (ездящие) и конные. Полевые пешие Б. в России, Австрии и Италии имеют по 8 орудий, а в Германии, Франции и Англии — по 6; в конных же Б. этих государств число орудий везде одинаково, а именно — 6; в горных Б. орудий бывает от 4 — 6; но в России — 8. Когда несколько полевых батарей, заняв рядом позицию, поступают под команду одного начальника, то они получают тоже общее название Б. В полевой артиллерии, Б. есть наименьшая хозяйственная, административная и тактическая единица.
В фортификационном смысле, Б. есть укрепление, занятое исключительно прикрываемою им артиллериею. Часть насыпи или стены, из за которой собственно производится стрельба, называется фасом , а те части ее, которые служат лишь для прикрытия орудий — эполементами. По цели расположение, Б. эти бывают: полевые, осадные, береговые, а по способу постройки или положению орудий относительно местного горизонта — горизонтные, полу углубленные и углубленные.

Батат 

Батат (Ipomaea Batatas Lam.) — тропическое многолетнее растение из семейства Соnvolvulaceae, разводимое в настоящее время всюду под тропиками, а иногда и в умеренном поясе. Стебель у этого растения ползучий, укореняющийся; стреловидные или сердцевидные листья на длинных черешках; цветки с пурпуровым иногда снаружи белым, воронкообразным венчиком, сидят по одиночке на длинных ножках или образуют ложный зонтик. Белые, желтые, розовые или красные подземные клубни его, достигающие 30 с. длины и 1/2 кило веса, очень мучнисты и отличаются приятным сладким вкусом, особенно, если их спечь в горячей золе. Под тропиками клубни идут также в корм скоту, а листья употребляются как овощ. Из муки пекут хлеб и выгоняют спирт. Для получения мучнистых клубней требуется непременно теплый климат, почему батат не может заменить картофеля (не следует смешивать со словом Patata, что по-испански означает картофель).

Батум 

Батум — порт на юго-восточном берегу Черного моря (под 41o 39' 33" с. ш. и 59o 18' 32" в. д.) в 12 верстах к востоку от турецкой границы, административный центр батумского округа, входящего в состав Кутаисской губ. Батумская бухта открыта с севера и северо-востока, с западной стороны она защищена низменной косой, образованной наносами р. Чороха, ст. восточной же отрогами Аджарских гор. В восточную часть бухты впадает несколько мелких речек (Барцхана, Сарысу) в канал для осушки прилежащих болот. Западный берег Б. бухты — приглубый; в растоянии 100 саж. от берега глубина дост. 40 саж., у восточного же берега находятся отмели, ежегодно увеличивающиеся в следствии выносов речек. Северные и северо-восточные ветры не достигают значит, силы, а западные и сев. западные, хотя и дуют с большой силой, но в бухте большего волнения не разводят, так как она с этой стороны защищена косой. В общем Б. бухта может считаться довольно покойной и представляет одно из лучших убежищ на анатолийском берегу; к сожалению, она очень невелика. В настоящее время здесь строится порт. Город Б. расположен на зап. берегу бухты и имеет 3 пристани: русского общества пароходства и торговли, карантинную и торговую. На оконечности косы находится маяк и сильная батарея Бурунтабиэ. Климат Батума мягкий и теплый, средняя годовая температура = 14,9 Ц; ср. темп. зимних месяцев +10,3°; самого холодного месяца, января, = +6,5°; более 4° мороза не бывает. Количество выпадающей влаги громадно — более 21/2 метров в год, во время ливня с 11 по 13 августа 1885 г. выпало 417, 5 милл., т. е. столько, сколько в Тифлисе или в Ялте выпадает в целый год. Вследствие мягкого климата, в Б. на открытом воздухе растут камелии, магнолии, лимоны, апельсины и даже некоторые пальмы, в январе можно видеть последние цветущие розы. Не смотря на всю мягкость климата, Б. не может считаться хорошей зимней климатической станцией: резкий переход от тепла к холоду и масса выпадающей влаги действует крайне неблагоприятно на больных. Кроме того вследствие обилия влаги, роскошной растительности в окрестностях города, болот и сильной жары летом господствуют тяжелые формы лихорадок (иногда оканчивающиеся смертью), а также крупозные пневмонии и дизентерии. К тому же жизненные и санитарные условия Б. крайне плохи; за исключением нескольких домов, жилищ приспособленных для зимней поры вет. Приспособлений для морских купаний не имеется, к тому же при западном ветре мутные воды р. Чороха подступают к самому берегу и уменьшают соленость морской воды, в бухте же поверхность воды покрыта слоем нефти. Лучшая пора в Б. — поздняя осень. Б. соединен железной дорогой с Тифлисом; другие пути сообщения с внутренностью страны неудобны и представляют тропы. Такими тропами Б. соединен с г. Артвином и Ардаганом, а также с Ахалцыхом. Первая тропа идет по ущелью р. Чороха, поворачивает в ущелье Ардануччая и поднимается на перевал Яланусчам (2575 м. над ур. м. ) водораздела бассейнов pp. Чороха и Куры. Протяжение этой дороги 191 вер. Другая дорога идет сначала по ущелью р. Чороха, затем поворачивает в ущелье Аджарисцхали и, перевалив через перевал Годерс или Канлы в Арсианском хребте, спускается в долину Коблианчая.
Сведений об истории Б. имеется немного. Во время Римской империи при импер. Адриан Б. был известен под именем Батис и служил военной станцией. Впоследствии Б. с окрестными землями составлял владение князей Гуриеди; при одном из последних Кахафере — турки в XV в. завоевали Лазистан с Б. Спустя некоторое время (в 1564 г. ) один из Гуриелей, Растима, отнял Б. у турок, но вскоре затем турки снова завладели и. и построили в нем укрепления. В 1609 г. Гуриед Мамиа истребил турецкое войско, но турки снова завладели страной и на этот раз продержались в ней до 1878 года. В XVIII веке, по словам грузинского географа Вахушта, Б. был маленьким городком с прекрасной цитаделью. Путешественник Андриан Дюпре, посетивший Б. в 1807 г., считал его скорее большою деревнею, чем городом; в нем тогда было до 2000 жителей, живших в домах, разбросанных по берегам бухты, в лесах. Торговля Б. в это время была совершенно ничтожна. Развитие Б. началось с 50 годов, когда Русское Общество Пароходства и Торговли устроило здесь агентство и Б. стал конечным пунктом линии Крымско-Кавказской и Анатолийской. В 1878г. турки сильно укрепили окрестности Б. (Цихисдзири) и наши войска не могли их вытеснить оттуда. В 1873 году, по словам Мальмуза, в Б. было 4970 жит., но во время занятия его русскими (25 авг. 1878 г.) вследствие убыли населения от переселения и смертности жителей, в Б. насчитывалось не более 3000. После занятия Б. русскими он был согласно Берлинскому трактату объявлен портофранко, торговля стала быстро развиваться и население увеличилось в несколько раз. Вскоре после присоединении Б. к России была открыта линия железной дороги (Самтред Батум), соединившая его с Тифлисом и Баку и способствовавшая еще более развитию Б. вообще и в частности его отпускной торговли. Порто-франко в Б. было уничтожено в 1886 г. По переписи 19 мая 1882 г. в Б. считалось 6921 м. и 1740 ж., а всего 8671 д. об. пола, в 1889 г. в Б. было уже не менее 12 т. жит. Население Б. состоит из русских, турок, грузин, гурийцев, греков, имеретин, армян, лазов, абхазцев, персов и др. По той же переписи жилых строений в Б. было 847, из коих 305 выстроены вновь после присоединения Б. к России; каменных построек 98, фахверковых — 522, деревянных 247 и плетневых — 7. Более половины построек — одноэтажные и крыты черепицей. Валовый доход с 348 домов и 507 магазинов достигает 243006 р. Церквей в Б. 4, гостиниц 8. В настоящее время в Б. строится каменный православный собор. Отпускная торговля возрастает с каждым годом и в настоящее время по ценности отпускаемых товаров Б. занимает одно из первых мест на Черном море. Вывозятся, главным образом, нефть и нефтяные продукты, пшеница кукуруза, марганцевая руда, ореховое и пальмовое дерево и т. д. В 1888 г. из Б. было вывезено товаров на сумму 23342134 р., в том числе нефтяных продуктов 27100000 пуд., пшеницы — 989145 д., кукурузы — 473181 п., марганцевой руды — 434205 п., орехового дерева — 237737 п. и т. д. В том же году привезено в Б. товаров на 7127294 р., в том числе жизненных припасов на 819530 р., сырых и полу обработанных товаров на 5675949 р. и изделий на 1131815 р.

Батый 

Батый — внук Чингисхана служит героем нескольких «сказаний», одно носит заглавие: «Убиение кн. Михаила Черниговского и боярина его Федора в орде от Батыя», второе: «Батыево нашествие». Имя Батые, перешло и в народную поэзию, так напр. одна из былин рассказывает, что когда князь Владимир посадил Илью Муромца в погреб в наказание, Батыга Батыговит осадил Киев. Отсюда видно на сколько Батый сделался известным на Руси.

Батюшков 

Батюшков (Константин Николаевич) — знаменитый русский поэт, предшественник Пушкина, родился 18 мая 1787 г. в Вологде. Происходил из древнего дворянского рода, который с давних пор владел селом Даниловским, где К. Н. провел годы своего детства. Семи лет от роду он потерял мать, которая страдала душевною болезнью, по наследству перешедшей к К.Н. и его старшей сестре Александре. В 1797 г. его отдали в петербургской пансион Жакино, откуда в 1801 г. он перешел в пансион Триполи. На шестнадцатом году жизни Б. оставил пансион и нанялся усердно чтением всякого рода русских и французских книг. В это же время он близко сошелся со своим дядей, известным Михаилом Никитичем Муравьевым. Под его влиянием К. Н. занялся изучением литературы древнего классического Мира и стал поклонником Тибулла и Горация, которым он подражал в первых своих произведениях. Кроме того, под влиянием Муравьева, Б. выработал в себе тонкий литературный вкус и аскетическое чутье. Познакомился также Б. с представителями тогдашнего литературного Mиpa в Петербурге. Особенно близко сошелся он с Г. Р Державиным, Н. А. Львовым, В. В. Капнистом, А. Н. Олениным, графом А. С. Строгоновым, И. М. Муравьевым Апостолом, П. А. Ниловой и А. П. Квашниной Самариной. Поступив в департамент министерства народного просвещения, Б. сблизился с некоторым из своих сослуживцев, которые примыкали к карамзинскому направлению и основали «Вольное общество любителей словесности». Тогда же он особенно близко подружился с И. П. Паниным и Н. И. Гнедичем.
В 1807 г. Б. вступил в милицию и принял участие в прусском походе. В битве под Гейдсбергом он был ранен и должен был отправиться лечиться в Ригу. Во время этого похода Б. особенно тесно подружился с офицером Петиным, впоследствии убитым под Лейпцигом, а в Риге влюбился в девицу Мигель — дочь хозяина того дома, где его поместили для лечения. Но ничем серьезным этот роман не окончился. В следующем 1808 году Батюшков принял участие в войне со Швецией, по окончании которой вышел в отставку и поехал к родным (1809 г.), но не к отцу, а в село Хантоново, Новгородской губернии, где жили и хозяйничали его старшие сестры. Это было вызвано тем, что еще в 1807 году Николай Львович вступил во второй брак, а так как его взрослые дочери не хотели жить вместе с мачехой, то переселились в деревню, которая им досталась по наследству от матери.
В деревне К. Н. скоро начал скучать и рвался в город: впечатлительность его сделалась почти болезненною, все больше и больше овладевала им хандра, и предчувствие будущего сумасшествия.
В самом конце 1809 года Б. приехал в Москву и скоро, благодаря своему таланту, светлому уму и доброму сердцу, сыскал себе добрых друзей в лучших сферах тогдашнего московского общества. Из тамошних литераторов наиболее сблизился он с В. Л. Пушкиным, В. А. Жуковским, кн. П. А. Вяземским и Н. М. Карамзиным. Эти новые друзья настолько привязали Б. к Москве, что, не смотря на увещания петербургских друзей и недостаток средств, он не хотел оставить столицы русского дворянства", как ее называл Карамзин, и ехать в Петербург, чтобы там выхлопотать себе государственную должность. Которая дала бы ему материальное обеспечение. Годы 1810 и 1811 прошли для Б. отчасти в Москве, где он приятно проводил время, отчасти в Хантонове, где он хандрил. Наконец, получив отставку от военной службы, он в начале 1812 г. отправился в Петербург и при помощи Оленина поступил на службу в Публичную Библиотеку; жизнь его устроилась довольно хорошо, хотя его постоянно тревожила мысль о судьбе его семейства и его самого: скорого повышения по службе нельзя было ожидать, а хозяйственные дела шли все хуже и хуже. Не забывая своих московских друзей, Б. сделал новые знакомства в Петербурге и сблизился с И. И. Дмитриевым, А. И. Тургеневым, Д. Н. Блудовым и Д. В. Дашковым.
Между тем армия Наполеона вступила в пределы России и стала приближаться к Москве. Б. отправился туда, чтобы проводить вдову Муравьеву в Нижний Новгород. Затем он снова поступил на военную службу и в качестве адъютанта генерала Раевского вместе с русской армией совершил поход 1813 — 14 г., окончившийся взятием Парижа. Пребывание заграницей имело большое влияние на Б., который там впервые познакомился с немецкой литературой и полюбил ее. Париж и его памятники, библиотеки и музеи тоже не прошли бесследно для впечатлительной натуры Б.; но скоро он почувствовал сильную тоску по родине и, посетив Лондон, возвратился в Петербург. Но тут, помимо служебных неприятностей, его ждала серьезная неудача; он влюбился в жившую у Олениных молодую девушку Анну Федоровну Фурман, которая, однако, не ответила Б. таким же чувством. С страшным отчаянием в душе он уехал на службу в Каменец Подольск, где стоял его полк. Через год он окончательно бросил военную службу, поехал в Москву, затем в Петербург, где он сделался членом Арзамаса и вошел в близкие сношения со всем этим кружком и в особенности с Пушкиным, который называл его своим учителем. В 1818 г. Б. достиг давно желаемой цели: он был определен на службу в неаполитанскую русскую миссию. Поездка в Италию была всегда любимою мечтою Б., но отправившись туда, он почти сейчас же почувствовал невыносимую скуку, хандру и тоску. К 1821 г. ипохондрия приняла такие размеры, что он должен был оставить службу и Италию. В 1822 расстройство умственных способностей выразилось вполне определенно и с тех пор Б. в продолжение 34 лет мучился, не приходя почти никогда в сознание, и наконец скончался 7 июля 1855 г. в Вологде; похоронен в Спасо-Прилуцком монастыре, в 5 вер. от Вологды. Еще в 1815 г. Б. писал Жуковскому о себе следующие слова: «С рождения я имел на душе черное пятно, которое росло, росло с летами и чуть было не зачернило всю душу»; не предвидел бедный поэт, что пятно не перестанет расти и так скоро совсем помрачит его душу.
Литературное наследство Б. распределяется на три части: стихотворения, прозаические статьи и письма. Первые опыты К. Н. относятся к 1802, когда он написал стих. «Мечта». Стихотворения первого переда лит. деятельности В. проникнуты эпикуреизмом и носят на себе довольно ясный отпечаток беззаботной и свободной жизни, которую тогда вел Б. в Петербурге: к таким стихам принадлежат: «Послание к стихам моим», «Послание к Хлое», и «Послание к Н. И. Гнедичу», где автор описывает другу, как он проводит время, «Совет друзьям», развивающий мысль о мирном наслаждении жизнью среди веселий и забав, мешая мудрость с шутками и др. К 1808 г. относится первое близкое знакомство Б. с Торкватом Тассом, «Освобожденный Иерусалим» которого Б. начал тогда переводит. К 1809 г. относятся первые опыты Б. в прозе, а именно: «Отрывок из писем русского офицера», «Финляндия» и «Похвальное слово сну». 1809 и 1810 г. Б. написал ряд стихов., в которых он подражал Парни, Тибуллу, Петрарке и Касти. Тогда же написано им «Видение на берегах Лоты», где осмеиваются представители старой литературной школы; эта сатира наделала много шума в Петербурге. В 1811 г. написано жизнерадостное стихотворение «Мои пенаты», посвященное Жуковскому и кн. Вяземскому. В 1813 г. является "Певец в беседе Славянороссов, эпико-лиро-комикоэпородический гимн — шутливое подражает «Певцу в стане русских воинов» Жуковского. Патриотическое чувство Б. выразилось в стихотворении «Переход русских через Рейн». Упадок духа и глубокая скорбь отвергнутой любви высказываются в «Воспоминаниях» (1815 г. ); около этого времени произошел в Б. поворот в сторону пессимизма и Шатобриановского разочарования жизнью, от которого К. Н. искал убежища в религиозном чувстве. К 1815 г., кроме «Воспоминаний», относятся еще следующие стихотворения, в которых обнаруживается тогдашнее душевное настроение Б.: «Послание И. Л. Муравьеву Апостолу», "Странствователь и домосед «Разлука», «Пробуждение», «Мой гений», «Последняя весна», «Надежда» и «К Другу».
Важнейшею эпохой поэтического творчества Б. были годы 1816 и 1817, когда тридцатилетний поэт достиг высшей степени совершенства в отделке стиха, ближе познакомился с немецкой, французской, итальянской и древне-классической литературами, когда болезнь еще не помрачила его мысли, придавая ей только элегический оттенок. Прекраснейшим выражением тогдашнего течения творчества Б. был: «Умирающий Тасс». К числу лучших стихотворений Б. принадлежит также «Тень друга», посвящение памяти Петина и переделка из Матисена: «На развалинах замка в Швеции». Черты северной поэзии Б. воспроизвел в «Песне Гаральда Смелаго». Главная заслуга Б. заключается в том, что вместе с Жуковским он придал русскому стиху гармоническую красоту, легкость и выразительность. Они оба, т. е. Б. и Жуковский, своими сочинениями проложили дорогу Пушкину, Лермонтову и всем следующим за ними русским поэтам; это сознавал и сам Пушкин, который называл Б. своим учителем. Из прозаических сочинений Б. наиболее замечательны: «Речь о влиянии легкой поэзии на язык» и «Нечто о морали, основанной на религии». В первый раз собрание сочинений Б. появилось в свет в 1817 г., п. з.: «Опыты в стихах и прозе». 2-е и 3-е изд. относятся в 1834 и 1850 гг. Полное же издание всех его сочинений вышло в Петербурге в 3 томах в 1887 г. Издатель П. Н. Батюшков присоединил к этим сочинениям обширную статью «О жизни и сочинениях К. Н. Батюшкова», написанную Л. Н. Майковым и кроме того обширные примечания, составленные Л. Н. Майковым и В. И. Саитовым. Том и занимают вступление и стихотворения, II — прозаические статьи, III — письма.

Бах 

Бах (Иоганн Себастьян) — величайший композитор церковной музыки и органист, сын Иоганна Амврос. Баха (род. 1645 г., ум. 1695 г.), придворного музыканта в Эйзенахе, — род. 21 марта 1685 г. там же. По смерти отца (мать его умерла еще ранее), Б., которому не было и десяти лет, переселился к своему старшему брату Иог. Христоф. Б. (ум. 1721 г.), органисту в Ордруфе, где он стал посещать лицей и брать уроки фортепианной игры у своего же брата. Через посредничество ордруфского кантора Герда, Б. получил на 15-м году место певчего в хоре при церкви св. Михаила в г. Люнебург. Живя там, он часто посещал Гамбург, Любек и Целле, где в то время находились лучшие музыкальные силы по органной и оркестровой игре, оперному и концертному пению. В 1703 г. Б. был назначен придворным музыкантом (скрипачом) в Веймаре, в 1704 г. — органистом в Арнштадте, откуда в конце 1705 г. с целью усовершенствования себя в игре на органе, предпринял путешествие в Любек, к известному органисту Бутстегуде; в 1707 он стал органистом в Мюльгаузене, в 1708 придворным органистом в Веймаре, а с 1714и концертмейстером. Необыкновенные музыкальные дарования Б., как виртуоза, особенно проявились в Дрездене, в 1717 г., при следующих замечательных обстоятельствах. В этом городе предстояло музыкальное состязание с всесветною знаменитостью, французским пианистом и органистом Маршалом, вызывавшим желающих состязаться с ним. По рекомендации саксонского концертмейстера Волюмье, был вызван и Б. из Веймара. Последствием приезда Б. в Дрезден было то, что Маршал, познакомившись с силами своего противника, тайно скрылся из города перед самым состязанием. Тотчас по возвращении в Веймар, в 1717 г., Б. был назначен князем Леопольдом Ангальт Кётенским капельмейстером, а в 1726 г. «директором» музыки и кантором в Лейпциге, где и прожил до кончины, терпя по временам не малую нужду. В 1736 г. Б. получил от дрезденского двора титул королевско-польского и саксонского курфюрстского придворного композитора. Особенного отличия он был удостоен со стороны Фридриха II. Согласно неоднократно выраженным желаниям Фридриха II, в 1747 г. последовало формальное приглашение Б. во дворец в Потсдаме, где он был принят с большим почетом. Тему, заданную королем, на которую Б. импровизировал в его присутствии, он впоследствии еще более обработал и, отпечатав свой труд, послал его королю, под заглавием: «Музыкальное приношение» («Musikalisches Opfer»). Б умер 28 июля 1750 г. в Лейпциге. Как учитель и виртуоз, он создал целую школу превосходных композиторов, органистов и пианистов, деятельность которых распространилась по всей северной Германии, Саксонии и Турингии. Между ними особенно выдаются несколько сыновей Б. Но как ни велики заслуги Б. в теории и практике, все же выше всего следует поставить то неисчерпаемое творческое богатство, которое упрочивает за Б. вечную славу в потомстве. Его высокое искусство, как контрапунктиста, благородство содержания и серьезность его не легко понимаемых сочинений делает их изучение в высшей степени полезным и плодотворным для истинного музыканта. Сознавая это, Лейпцигское общество имени Б. (подобно существующему «Генделевскому» обществу), начало издавать полное, роскошное собрание его сочинений; при этом ярко обнаружилась изумительная плодотворность творчества Б. и его мессы, «Страсти» и церковные кантаты вскоре сделались общим достоянием, хотя многие из отдельных фортепианных и органных произведений его появились еще ранее в нескольких изданиях. Более полные собрания сочинений Б. издали сначала Петерс в Лейпциге (при содействии Черни. Грипенкерля и Дена) и Гаслингер в Вене. В XIX ст. произведения Б. были вызваны к жизни Мендельсоном, который принимал деятельное участие в публичном их исполнении. При его посредничестве был воздвигнут в 1842 г. памятник Б. перед зданием старинной школы при церкви св. Фомы, в Лейпциге. Первая обстоятельная биография Б. помещена в Музыкальной библиотеке" Мяцлера, за 1754 г. (том IV, ч. 1). Она составлена Агриколой, одним из учеников Б. и сыном композитора Карлом Филип. Эммануэлем Б. Биография эта представляет вполне надежный источник и в особенности она ценна в смысле обзора и подробного перечня сочинений Б. При жизни Б. в печати появились следующие его произведения: 1) Собрание разных сочинений для фортепиано с педалью и без оной, под загл.: «Упражнение для фортепиано» (Klavierubung), часть 1 — 4, изд., 1726 — 42 гг.; 2) «Музыкальное посвящение», написанное на тему Фридриха II и ему посвященное (Лейпц., 1747); 3) «Искусство фуги» (DieKunst der Fuge), отпечатанное в 1752 г. после смерти Б. Все церковные произведения для пения и оркестра и большинство сочинений, написанных для отдельных музыкальных инструментов, остались ненапечатанными до смерти Б. К ним принадлежат: 1) пять «ежегодников» п. церковных произведений на каждые воскресные и праздничные дни, а также оратории, Рождественские, Пасхальные, на праздник Вознесения, и 5 пассий (страстей Господних); 2) многие мессы, магни-фикаты (хвалебные песни), несколько «Sanctus», драм, серенад, сочинений по случаю рождения, именин и похорон, свадебные мессы, а также несколько пьес комаческого содержания; 3) несколько мотеттов на два хора; 4) «Das wohitemperierte Klavier» (1 часть, 1722; 2 ч., 1740); 5) прелюдии и фуги для органа, хоральные прелюдии и проч. Кроме того, множество всевозможных произведений для различных инструментов. Позднейшая биография Баха принадлежит Форкелю (Лейпц., 1803), Гильгенфельду (Лейпц., 1850), Биттеру (2 изд., 4 тома, Берлин, 1881) и Спитта (2 т., Лейпц., 1873 — 80). Род Б. ведет свое начало из Прессбурга в Венгрии. Кроме Баха, знаменитого Лейпцигского кантора, насчитываются несколько выдающихся в истории музыки деятелей, носивших ту же фамилию.

Бахчисарай 

Бахчисарай (знач. «окруженный садами дворец») — бывшая резиденция крымских татарских ханов, ныне зашт. город Таврической губ. на Лозово-Севастопольск. ж. д., в 32 км. к северо-западу от Симферополя, 44°45` сев. широты и 51°33' вост. долготы, расположен в тесной, но хорошо орошенной известковой лощине, длиною в 7 км., отчасти на берегах впадающей в Качу речки Чуруксу, отчасти на крутых каменистых возвышениях, образующих ее долину, чрезвычайно узкую и оставляющую поэтому место лишь для одной длинной, но неширокой улицы. Хотя старинное великолепие бывшей ханской резиденции совершенно исчезло, но Б. все таки и поныне представляет некоторый интерес, главным образом, как типичный татарский город. Время возникновения Б. в точности неизвестно; как ханская резиденция он появляется впервые в последней четверти XV ст. Городские постройки расположены группами, большею частью сообразно с извилинами протекающей по городу речки. Между отдельными группами домов тянутся прекраснейшие сады и виноградники, там и сям раскинуты группы кипарисов и осокорей. Проведенная подземным путем из горных источников вода питает 110 колодцев . Почти в центре города расположен ханский дворец («Хан Сарай»), столь известный всей России по поэме Пушкина, с садами, виноградниками, легкими и изящными галереями, мраморными фонтанами и роскошными внутренними покоями, — и все это носит следы фантастического великолепия и пестрого блеска Востока. Весь дворец, на подобие монастыря, окружен с трех сторон высокой стеной, примыкающей к корпусу здания, образующего лицевой фасад. Дворец, построенный ханом Абдул Сахал Гиреем в 1519 г., реставрирован в 1787 г. по приказаны кн. Потемкина для приема Екатерины II и еще сохранил все свое восточное великолепие. Во время Крымской войны дворец. был превращен в госпиталь.
Б. им. 13377 жит. (1881), подавляющее большинство которых составляют татары, так как одно время, именно, после того, как хан Шагин Гирей отдался под покровительство России (в 1783 г.), они пользовались, по указу императрицы Екатерины II, исключительным правом селиться в Б. Раньше здесь были греческие и армянские колонисты, по приглашению Потемкина поселившиеся в 1779 г. у Азовского моря, положив основание Мариуполю, и на Дону, где ими заложен был г. Нахичевань. Теперь в Б. живут, в весьма незначительном числе впрочем, греки, армяне, цыгане и евреи караимы. Б. им. 35 мечетей, из которых самая значительная — Джума Джами — построенная в 1737 — 43 г. ханом Селамит Гиреем, 3 православен храма, и монастырь, и синагогу и молельню караимов и 2 мохаммеданских училища. Длинная и узкая главная улица есть средоточие промышленной и торговой жизни деятельного населения. В 32 промышленных заведениях изготовляется знаменитый красный и желтый сафьян, тулупы, обувь, мыло и свечи, ножевой товар и т. д. Здешнее население также разводит табак и овощи. Б. служит складочным местом для продуктов прилегающих к нему окрестностей: табаку, льна, зернового хлеба и в особенности плодов, а также татарских кустарных изделий. Вблизи на востоке лежит или Джифут Кале, т. е. Еврей. Прежний караимский центр на полуострове, ныне населенная лишь пятью караимскими семействами местность, окруженная высокими, большею частью из камня высеченными стенами, куда попасть можно лишь по узкой скалистой тропинке из Б. Знаменита древняя синагога в Чуфут Кале, в которой найден самый старинный, по мнению некоторых гебраистов. Из всех известных свитков Торы (Пятикнижия Моисеева), приобретенный впоследствии Импер. публичной библиотекой в Петербурге. Насупротив лежит Успенский Бахчисарайский стиль, высеченный, вместе с своею церковью, в пещерах, котор. соединяются галереями, поддерживаемыми колоннами. Замечательны еще в окрестностях развалины древних ханских летних резиденций — Ханиэль Ашлама и Алма-Сарай, предместье Эскиюрт, со старинными мавзолеями и Тепекермен с древними его пещерами. 
Литература: «Pallas, Second Voyage en Russie»; Dubois de Montperieux, «Voyage en Caucase, en Crimee» и т. д.; Домбровсий, «Очерк Бахчисарая» (Одесса, 1848).

Башня 

Башня — По мнению Ласковского («Материалы для истории инженерного искусства в России», часть 1, стр. 96) слово «башня» впервые встречается в XVI в., в сказаниях князя Курбского; до тех пор употребляли в смысле башни слова — «вежа», «столп», «костерь» и «стрельница». — Б. строятся из глины, дерева, камня и железа и имеют самую разнообразную форму: простейшие бывают круглые, многоугольные и четырехугольные и заканчиваются наверху остроконечной крышей или площадкой, обнесенной зубцами. Б. применяются в гражданской, военной и церковной архитектуре и имеют самые различные назначения, начиная с самых полезнейших целей и кончая простым удовлетворением эстетического чувства. В крепостях и замках они служат для обороны и наблюдения за неприятелем, в церквах — для подвешивания колоколов, при водоснабжения — для помещения водяных резервуаров, в обсерваториях — для астрономических наблюдений, в ратушах, думах, вокзалах и т. п. общественных сооружениях — для помещения часов; в полицейских частях — для вывешивания разных сигналов, напр. флагов, шаров, фонарей и наблюдения за городом в пожарном отношении; в оптическом телеграфе — для помещения сигнальных аппаратов, и наконец в морском деле — для зажигания ночью вестовых огней и помещения паровых ревунов и свистков, для предупреждения кораблей во время тумана. Все это назначения полезные. Но очень часто Б. строятся также или для красоты или, чтобы с высоты их любоваться окрестными видами и наконец просто во имя требования симметрии. Время появления башен в архитектуре определить, конечно, невозможно, но нет никакого сомнения, что башня была одною из первых форм жилища, появившихся вслед за шалашом или первобытной хижиной; возведение подобных жилищ-башен обусловливалось для первобытного человека необходимостью спасать себя и семью от диких зверей и от не менее страшного врага — дикого человека. Справедливость этого предположения подтверждается существованием и в нынешние время таких жилищ-башен, там где долго царило право сильного, как напр. в горах Кавказа (см. «Материалы по археологии Кавказа», Москва, 1888 г.). Глубочайшая же древность построек башенной формы доказывается во 1-х существованием башен во многих древнейших архитектурах, во 2-х тою видною ролью, которую башни играют в самых древних преданиях и сказаниях народных и в 3-х тем, что на первых же страницах книги Бытия повествуется о построении знаменитой и колоссальной «Вавилонской башни», на что люди, конечно, не отважились бы, если б эта форма сооружений не была им знакома.
Очевидно, что привыкнув с незапамятных времен смотреть на Б., как на надежную защиту, люди тот час же применили ее с оборонительными целями, как только стали селиться в «городах», т. е. в селениях, «огороженных» стенами. Отсюда та громадная роль, которую Б. играли почти до самого последнего времени в военной архитектуре всех народов. Древнейшими образчиками их следует считать, конечно, Б. египетских и вавилоно-ассирийских крепостей, которые дошли до нас в многочисленных изображениях. Те и другие были прямоугольной формы и увенчивались сверху зубцами. Некоторые из них достигали весьма значительных размеров. Греки и римляне точно также усиливали оборону своих крепостей большими зубчатыми четырехугольными башнями. У римлян, кроме того употреблялись при осадах подвижные деревянные башни, которые строились из дерева, имели обыкновенно несколько этажей и покрывались сырыми кожами, для защиты от поджога. Внизу помещался «баран», которым осаждающие старались разбить низ стены, а вверху находились солдаты, которые поражали защитников крепости, и иногда сами перекидывались на крепостную стену для. рукопашного боя. Но наиболее существенную роль в Европе башни играли в средние века: укрепленные города и замки буквально облеплены башнями. Назначение их состояло главным образом в усилении обороны стены: выступая из за плоскости ее своими боками, они давали возможность стрелять со своих боковых частей вдоль стены по нападающему неприятелю, которого таким образом можно было поражать не только с лица, но и с боков. Для этого башни обыкновенно помещались на углах; а если длина стены между углами превышала дальность полета стелы (около 150 щитов), то и в промежутке между ними, т. е. в средине стены, также возводились башни. Они обыкновенно значительно превышали городскую стену и состояли из нескольких этажей, с открытою обороною на верху. Средние этажи также иногда приспособлялись к обороне, для чего в них пробивались «стрельницы» или «бойницы», т. е. узкие отверстия для стрельбы. Кроме обороны городов, башни служили также для обороны замков и для разных иных целей, как напр., для содержания наблюдательных отрядов в завоеванной стране, для передачи известий по средством условных знаков и пр. С введением огнестрельного оружия и усовершенствованием артиллерии Б. заменены были бастионами. Впоследствии опять были попытки усиления укрепленных пунктов башнями, устроенными согласно требованиям современной военной науки. Так: в конце XVI века Альбрехт Дюрер предлагал различные системы Б., приспособленных к огнестрельной обороне; потом вопросом этим занимались Паган, Монталамбер, а в настоящем столетии — австрийский эрцгерцог Максимилиан. Усовершенствование и распространение нарезных орудий породило, в последнее время, устройство башен на совершенно новых основаниях. Нынешние Б. металлические. броненосные и вращающиеся, устраиваются на особенно важных пунктах, где при обыкновенной системе укреплений, по тесноте места, нельзя доставить орудиям желаемый обстрел. Первая мысль устройства железных вращающихся Б. принадлежит капитану Кользу (1854). Затем предложено было много разных систем подобных башен, как для сухопутной обороны, так и для флота. Из них в настоящее время наиболее употребительна система Грюзона. Его В., цилиндрической фирмы, имеет в диаметре до 20 фут. и назначается для 1 — 2 орудий; верхняя часть ее имеет форму купола. Б. вращается по рельсам (система зубчатых колес и шестерня) 4-мя человеками, помещаемыми в особой подбашенной части постройки. Б. окружена земляным валом, над которым ей дают до 51/2 ф. превышения.
Кроме башен, замков и крепостей в Европе находится не мало башен, которые известны своею красотою, положением или какими либо историческими воспоминаниями. Таковы, напр., Мышиная Б. на средине Рейна, у Бингена, где с проходящих судов сбиралась насильственная дань, башня собора св. Стефана в Вене, башня Хиральда в Севилье, башня св. Маржа в Венеции, с которой открывается удивительный вид на весь город, наклонная башня в Пизе и наклонные башни в Болонь — Азинелла и Гаризенда и, наконец, из новейших — высочайшая в свете, железная Эйфелева башня в Париже.
В России башни также строились с незапамятных времен и упоминаются на первых же страницах наших летописей. Первоначально они были несомненно деревянные, так как все наши крепости были тоже деревянные. Форма их была четырехугольная, шестигранная и восьмигранная. Даже в такую сравнительно позднюю эпоху как XVI в. каменных и кирпичных стен, а следовательно и башен было чрезвычайно мало, за исключением, впрочем, монастырей, которые чаще обносились каменными стенами. Котошихин свидетельствует, что при царе Алексее Михайловиче было всего только двадцать городов, которые имели каменные стены. Прочие имели укрепления деревянные или земляные; а некоторые, как напр., Ярославль, имели деревянные стены и кирпичные башни. Количество башен в городах было весьма различно и зависело от длины стены; так напр., в Астрахани было десять башен, в Воронеже — семнадцать, в Архангельске — девять, в Тотьме — семь и т. д. Вышина, форма и размеры их были весьма различны даже в одном и том же городе, как это ярко свидетельствуют башни московского Кремля и многие летописные данные. Иногда они имели очень высокие кровли; бывали даже примеры, что кровля бывала выше самой башни, примером чего может служить одна башня в Олонце, которая имела пять сажень высоты, а кровля ее шесть саж. В плане башни редко бывали квадратные, а большие прямоугольные, напр., четыре сажени длины и две с половиною ширины; наиболее обычная мера была около трех саж. в длину и двух в ширину. Башни внутри по высоте обыкновенно разделялись полами на ярусы или этажи; полы эти назывались «мостами». Ярусов бывало обыкновенно три: нижний или «подошвенный», средний и верхний. В каждом ярусе устраивался свой «бой» — в нижнем стреляли из пушек и потому он назывался «пушечным», в верхних двух — из пищалей и мушкетов, а потому они назывались «пищальными» и «мушкетными». Иногда, впрочем, бои делались или в одном только среднем, или верхнем ярусе, а прочие были глухие. Ходы в башнях были или снаружи или внутри. Названия башен были весьма различны и находились в зависимости от их места, назначения, урочища, надвратного образа и пр. и пр. Так напр., башни, стоявшие по углам, назывались «наугольными», по средине стены — «средними»;башни с воротами — «проезжими», «воротными» и «на воротах»; без ворот — «глухими». «Тайничными» башнями назывались такие, которые ставились над водяным «тайником» близ реки; под ними устраивался колодец, имевший скрытое сообщение с рекой, или же из под них шли подземные ходы со срубами на реку длиною иногда более 10 саж. «Водяными» назывались те, где был выезд к реке; в московском Кремле была «водовзводная» башня, в которой подымали воду из Москвы реки в царский дворец. В монастырских оградах башни нередко назывались по название служб в них помещавшихся, каковы напр., «квасо-варенная», «пивоваренная» и др. Кроме этих общих названий у башен были еще имена собственные, которые происходили от урочищ, каковы напр. «Боровицкая», «Новинская» и пр. или от праздников, образов и церквей, как напр. троицкая, Спасская, Никольская, Константино-Еленинская и пр. Иногда на кровле башен устраивались чердаки, клетки или караулки для дозора, которые назывались «вышками», отчего и самые башни этого вида назывались «вышками». Число проезжих башен зависело от величины города; в больших — было по нескольку, в московском Кремле напр. — пять, а в маленьких — не меньшие двух; это делалось очевидно с тою целью, чтобы гарнизон мог спастись в одни ворота, когда в другие врывается сильнейший неприятель; в противном случае он был бы перебит в тех самых стенах, которые ему служили защитой. Ворота, разумеется, были самою слабою частью крепости и потому особенно сильно укреплялись башнями; так напр. башни ставились по бокам ворот, мы это видим напр. в Кремле Ростова Великого или в ограде Борисоглебского монастыря Ярославской губ., или же перед воротной башней устраивался особый, обнесенный зубчатой стеной дворик, на который вели первые ворота: с этого дворика под башнею в крепость вели вторые ворота; выгода такого устройства заключалась в том, что прорвавшегося через первые ворота неприятеля можно было перебить на переднем дворике с высоты его стань прежде, чем он успеет прорваться через вторые ворота; примерами такого устройства являются Спасская, Никольская и Троицкая башни московского Кремля. Иногда перед воротной башней с внешней стороны крепостного рва ставилась отдельная башня, которая составляла предмостное укрепление и защищала мост, ведший к крепостным воротам. Образцом подобных башен может служить башня называемая «Кутафьею», стоящая против Троицких ворот московского Кремля. Ворота в башнях были обыкновенно очень толсты и широки, отчего и самые воротные башни были гораздо большие других, напр. имели около семи саж. длины и ширины. Ворота эти делались из дуба, обивались иногда железом и запирались огромными замками и засовами. В мирное время ворота не затворялись, а только на ночь опускалась сверху решетка; эти опускные решетчатые ворота помещались внутри, на верху ворот в особых гнездах и делались с тою целью, чтобы их можно было опустить в решительную минуту и представить неожиданную преграду нападающему неприятелю.
Снаружи башни, под воротами, помещался обыкновенно образ святого или праздника, который давал название башне, иногда же в крепостных башнях над воротами устраивались маленькие церкви, а в монастырских оградах мы видим это почти постоянно. Кроме того, на проезжих башнях помещали боевые часы и вестовой колокол, который назывался иногда «всполошным», потому что в него били «всполох» или набирали и сзывали народ к сбору. Вместе с вестовым колоколом ставилась также «вистовал» пушка, которая служила для разных сигналов. На других башнях также привешивались иногда колокола; в них звонили во время вылазки для возбуждения отваги или во время отбоя неприятеля. — В темные ночи на башнях зажигались над воротами свечи в слюдяных фонарях.
В старых русских городах и монастырях сохранилось, к счастью, много башен, из которых многие отличаются в высшей степени изящными и художественными формами. Первое место между ними, конечно, занимают по красоте башни московского Кремля; — затем следует указать на башни Великого Новгорода, Ростова Великого, Ярославля, Нижнего Новгорода, Коломны, Тулы) Зарайска, Смоленска, Пскова и Астрахани; к числу монастырских оград с наиболее красивыми и наилучше сохранившимися башнями можно отнести ограды монастырей — Новодевичьего, Донского и Симонова в Москве, Троице Сергиевой лавры в Московской губ., Ипатьевского — Костромской губ., Спасо-Евеимиева — в Суздале, Борисо-Глебского Ярославской губ., Прилуцкого в Вологде, Кирилло-Белозерского в Новгородской губ. и Соловецкого — на Белом море.
Кроме башен разных кремлей и монастырей в России есть не мало башен отдельно стоящих и пользующихся громкою известностью, таковы напр. Сухарева башня в Москве, известная в народе под названием «невесты Ивана Великого», Меньшикова башня — там же, Евеимиева башня в Новгороде, Сумбекина башня в Казани, Белавинская и Столпьенская башня близ Холма, Люблинской губ., и Каменец-Литовская башня Гродненской губ.
О башнях см. — С. Violletle Due, «Dictionnaire raisonne de l'architecture franaise du XI au XVI siecle» (т. IX, Париж, 1875); M. A. de Caumont, «Abecedaire ou rudiment d'archeologie» (Caen, 1870 г.); James Fergusson, «A history of architecture in all countries, from the earliest times lo the present day» (Лондон, 1874); Николай Костомаров , «Очерк домашней жизни и нравов великорусского народа» (глава 1, Спб., 1887); В. Ласковский; «Материалы по исторг инженерного искусства в России.» (Спб., 1858); А. Пузыревский, «История военного искусства в средние века» (Спб., 1884); П. Н. Батюшков, «Холмская Русь» (стр. 13, 21 и 29); «Материалы по археологии Кавказа» (часть 1, Москва, 1888); Н. M. Снегирев и А. Мартынов, «Русская старина в памятниках церковного и гражданского зодчества» (Москва, 1852). Кроме того много снимков русских башен можно видеть в фотографических альбомах И. Барщевского, которые. имеются в Имп. публ. библ. и в библиотеке академии художеств.

Баядерки 

Баядерки (от португальск, bailadera, т. е. танцовщица) — так называют европейцы танцовщиц и певиц в Индии. Они распадаются на два главн. разряда, с многочисленными подразделениями. К первому классу принадлежат посвященные богам и богослужению, ко второму странствующие танцовщицы. Первые — девадази, т. е. божьи рабыни подразделяются по степени знатности семейств, из которых происходят, по степени значения божества, которому служат и по большему или меньшему великолепию и значению храма, на два отдела. К первому разряду принадлежат дочери знатнейших семейств из касты Вайсиев, к которой причисляются богатые земле владельцы и купцы, ко второму — дочери более уважаемых лиц из касты судров, т. е. ремесленников. В разряд девадази поступают в детском возрасте, причем требуется безукоризненное телосложение и родители должны торжественно отрекаться от как их бы то ни было прав на свою дочь. Только после такого отречения дается надлежащее обучение. Девадази должны воспевать во время торжественных процессий деяния и победы божества, которому посвящены, исполнять священные танцы, плести венки, которыми украшаются изображения богов и исполнять различные служебные обязанности в храме. Девадази первого класса живут в стенах храма и не имеют права выходить из своих помещений, без согласия старшего жреца. Они могут оставаться девственницами всю свою жизнь, но им разрешается избирать любовника как в храме, так и за его пределами, под условием принадлежности его к высшим сословиям. Связь с человеком низшего происхождения строго наказывается. Дети их, если это девочки, воспитываются для того же ремесла, мальчики делаются музыкантами. Девадази второго разряда мало отличаются от первых, с тою разницею, что более свободны, так как живут вне пределов храма. Ежедневно определенное число их по очереди принимает участие в богослужении, но при торжественных процессиях должны присутствовать все. Они поют и танцуют не только пред изображениями богов, за что получают определенную плату деньгами и рисом, но приглашаются и на другие празднества, свадьбы и увеселения. Существенно отличаются от девадази танцовщицы, которые кочуют по всей стране и приглашаются исключительно на частные празднества или в гостиницы, для увеселения иностранцев. Их называют: натш, нати, кутани, сутрадари, смотря по роду искусства. Некоторые живут независимо, по 10 или 12 вместе, кочуют с места на место и делят заработок с сопровождающими их музыкантами. Другие находятся под наблюдением дайей или старых танцовщиц, которые пользуются всем заработком и уже сами дают пищу и одежду своим подчиненным. Наконец третьи — совершенные невольницы старых женщин, купивших или принявших их в детском возрасте и затем обучивших ремеслу. Одежда этих танцовщиц весьма оригинальна. Танцы их скорее могут быть названы пантомимами, объяснение к которым дается в песнях, исполняемых речитативом музыкантами. Содержание песен счастливая или несчастная любовь, ревность, ожидание возлюбленного и т. д.

Баязет I

Баязет I, Джильдерим (знач. «молния», прозвище, данное ему современниками за военные успехи) — старший сын Мурада и, род. в 1347 г., наследовал престол после отца, убитого в 1389 г., и тотчас же поспешил избавиться от родного брата Якуба. Смелый и предприимчивый, Б. вскоре наводнил своими полчищами придунайские государства и подчинил их себе. Затем, воспользовавшись раздорами между византийским императором Иоанном и сыном его Андроником, лишенным престола в пользу отцовского любимца Мануила, вмешался в дело и сначала было принял сторону Андроника, которого провозгласил императором, и заключил в темницу Иоанна и Мануила; но через два года (1394) возвратил власть последним, а Андроника сместил. В результате Б. привел Византийскую империю в полную от себя зависимость. Не довольствуясь этим, Б. в следующие два года завоевал Болгарию, Македонию, Фессалию, вторгся в Грецию, где разрушил до основания город Аргос, совершил набег на оба Архипелага и стал угрожать Седмиградии и Венгрии. Тогда король Богемии и Венгрии Сигизмунд набрал в различных странах значительное войско и выступил против грозного завоевателя, но под Никополем потерпел страшное поражение (28 сентября 1396). 3000 пленных, попавших ему в руки, Б., разъяренный собственными значительными потерями, приказал изрубить. Следствием этой новой победы Б. было подчинениe ему Боснии, и он замышлял уже двинуться па Константинополь, когда в Малой Азии появился Тамерлан. Опьяненный своими успехами, Б. решился померяться силами с монгольским завоевателем, но при Ангоре (20 июля 1402) был разбит на голову и взят в плен. Здесь с Б. вначале обращались мягко, но после того как он принял участие в заговоре против Тимура, наблюдение за пленным усилилось и его стали на ночь заковывать. Но не верно, будто Б. по приказание Тимура, содержался в клетке; это утверждение порождено неправильным толкованием турецкого слова «Kafes», означающего не только клетку, но и комнату, замкнутую решеткой. Б. ум. в плену 8 марта 1403 г.

Бегемот

Бегемот, гиппопотам или речная лошадь (Hippopotamus) — род млекопитающих из семейства гиппопотамовых (Obesa), отряда парнокопытных животных (Artio dactyla поп ruminantia). В систематическом отношении этот род отличается следующими признаками: зубов 40 — по 4 резца, 2 клыка и 14 коренных зубов в каждой челюсти; резцы цилиндрические, расположенные косвенно; из них средние в нижней челюсти развиты более остальных и направлены вперед почти горизонтально; клыки нижних челюстей очень велики, искривлены и представляют собою страшное оружие; коренные зубы толсты; жевательная поверхность их имеет форму листа клевера; иногда самый передний коренной зуб как в верхней, так и в нижней челюсти выпадает . Тело неуклюже, с короткими ногами, имеющими по четыре широких плоских пальца, которые снаружи почти не отделяются друг от друга; концы пальцев покрыты копытами; подошва твердая мозолистая. Известны два вида: более крупный, Б. обыкновенный (Н. amphibius), распространенный почти по всему материку Африки, и другой, гораздо меньший по величине и лишь изредка встречающийся в Либерии вид — Б. либерийский (Н. liberiensis). Обыкновенный Б. очень неуклюж, имеет 4 м. длины и 1,5 м. вышины у загривка и бывает бурого или черноватого цвета. Кожа его грубая, голая, со многими бороздами и складками и очень толстая (на боках она имеет до 6 см. толщины); под нею находится толстый слой жира. Голова Б. непропорционально большая, с плоскою, тупою и безобразно вздутою мордою; глаза очень малы, похожи на свиные и расположены высоко ; уши маленькие, стоячие; ноздри находятся на верхней губе и расположены на одной линии с глазами и ушами, благодаря чему Б. может, оставаясь весь в воде и высунув наружу только верхнюю часть головы, одновременно дышать и наблюдать за приближающейся опасностью при помощи зрения и слуха; рот очень большой и может раскрываться так широко, что Б. схватывает зубами человека поперек туловища. Шея очень коротка и толста; туловище чрезвычайно неуклюже, массивно, с отвислым брюхом; хвост короткий, тонкий, на конце усаженный жесткими волосами, похожими на проволоку; ноги толстые, столбообразные, но на столько коротки, что при ходьбе брюхо бегемота волочится по земле.
Б. часто встречается во всех реках и озерах Средней и Южной Африки; в нижнем Египте и в Капской земле он в настоящее время почти совершенно истреблен и встречается там чрезвычайно редко. Из устьев рек Б. иногда выходят в море. Пища его исключительно растительная и состоит из травы, водяных растений, риса и кореньев; Б. ест чрезвычайно много, главным образом, потому, что большая часть пиши извергается полупереваренною. В населенных странах Б. проводит весь день в воде, а на сушу, за пищею, выходить только по ночам; в местах же безлюдных он проводить на берегу не только ночь, но и часть дня. На суше Б. мало подвижен, но в воде производит быстрые движения; он превосходно плавает и ныряет; плавание для него облегчается лежащим под кожею слоем полужидкого жира в несколько см. толщиною, который уменьшает удельный вес тела животного. Нрав Б. спокойный и миролюбивый: это животное уживается не только с себе подобными, но даже с крокодилами и часто по несколько часов плавает вместе с ними, так что прославленные бои Б. с крокодилами принадлежат к области фантазии. Б. До тех пор уклоняется от опасности, пока есть надежда спастись бегством; если же бегство оказывается невозможным, то он со слепою яростью бросается на врага и старается растоптать или схватить и раздробить его своими выдающимися наружу зубами. Б. любит жить. обществами. Самка мечет одного детеныша, которого очень любит и яростно защищает так, что матка, имеющая детеныша, становится очень опасною. Голос у Б. — глухою раскатистое мычание, обращающееся иногда в рев. Охота за Б. в лодках, в виду его силы и ярости, чрезвычайно опасна. Там, где известно употребление огнестрельного оружия, число Б. быстро уменьшается, но для того, чтобы убить это животное необходимо верно целить и брать пули самого крупного калибра, так как раненый Б. становится очень опасным противником, а пули малого калибра не пробивают даже его кожи. Дальнейшее неудобство охоты за Б. представляет трудность вытащить его огромное тело на сушу, которое поэтому часто приходится разрубать на части в воде. Мясо Б. считается вкусным, а жир. его (которого с одного животного получается столько же, сколько с 4 быков) даже в Канштадте ценится как лакомство; резцы и клыки идут на токарные работы и на приготовление лучших искусственных зубов; толстую кожу режут на полосы, из которых приготовляются щиты и хлысты. Иногда Б. производят опустошительные набеги на плантации и тем сильно вредят их владельцам. Ископаемые остатки Б. встречаются в дивюлиальннх пластах средней и южной Европы, в том числе нередки остатки Н. major, формы очень близкой к обыкновенному Б.; другие ископаемые виды, в том числе имеющие не по 2 резца в каждой челюсти и с каждой стороны, а по 3, встречаются в третичных отложениях Индии. Библейское животное Б., описанное в книге Иова (гл. 40, ст, 10 — 19), считается настоящим Б.; древние египтяне называли это животное «водяною свиньею» (Rer) и изображали охоту за ним на своих памятниках; арабы считают Б. исчадием ада и воплотившимся дьяволом. Древние писатели, начиная с Геродота, упоминают о Б. и описывают его; древние римляне часто привозили бегемотов для боев в цирках. В последнее время Б. стали держать почти во всех зоологических садах, где они часто размножаются.

Бегония 

Бегония (Begonia) — линнеевский род многолетних, отчасти и однолетних, тропических, преимущественно американских, растений из семейства Begoniaceae, отличающихся сочным стеблем и несимметричными, иногда характерно окрашенными листьями, благодаря которым Б. пользуются большим распространением в садовой и комнатной культуры Мужские цветы состоят из окрашенного околоцветника (два наружных листа которого значительно крупнее двух остальных) и многих тычинок; женские состоят из нижней трехгнездной, креиатой завязи, из 4 — 9 листного околоцветника и 6 коротких, двураздельных столбиков с утолщенным рыльцем. Плод — трехгнездная, многосемянная коробочка. Б. размножаются чрезвычайно быстро, а культура их очень легка; лучше всего растут в тенистых местах с легкой землей; требуют обильной поливки; размножают их отводками или почками, образующимися в большом числе даже на срезанных и положенных в землю листьях. Особенно часто разводятся: Б. Rex, отличающиеся крупными, с нижней стороны нежно-пурпуровыми, с верхней темно-зелеными листьями, с серебристыми пятнами и серебристой же широкой полоской параллельно края листа; В. eximia — имеющая листья с серебристой полосатой верхней стороной и также пупуровой нижней. Кислый сок Б. nitida и acutifolia употребляется от золотухи, Б. сucullata — при воспалениях, листья остиндской Б. malabarica и др. — на приготовление салата.

Бедуины 

Бедуины (от араб. Bedawi, во множ. числе Beduan, т. е. жители низменности или пустыни) — общее название, присвоенное европейцами всем племенам и народностям Аравии, которые в отличие от обитателей городов, занимающихся хлебопашеством и торговлей (хадези), ведут кочевую, привольную жизнь. Из своей первобытной родины, из внутренних стран Аравийского полуострова, они издавна распространились по сирийской и египетской пустыне, затем, после падения древних культурных государств, по Сирии Месопотамии и Халдее, а с завоеванием Африки мусульманскими арабами, в VII стол. после Р. X., они заняли большую пустыню между Красным морем и Атлантическим океаном, которая стала для них второй родиной. Таким образом, бедуинские племена арабского происхождения захватили пространство, простирающееся от западной границы Персии до Атлантического океана и от гор Курдистана до культурных государств негритянских народов Судана. Однако, на этом обширном пространстве, они являются господами только в пределах пустыни, тогда как в удобных для земледелия странах, в Месопотамии, Халдее, на сирийской границе, в Варварийских владениях, нельских странах и у cеверной окраины Судана, рядом с ними и посреди них живут народы иного происхождения. Особенно в Африке именем Б. называют себя и такие кочующие племена, которые ничего общего не имеют с арабами, а принадлежат к хамитической отрасли, но которые с течением времени усвоили себе отчасти арабский язык и выдают себя за настоящих Б. или арабов, пришедших из Аравии (араб, множ. урбан). В физическом и нравственном облике Б. ясно сказывается их семитическое происхождение, но видоизмененное под влиянием другого склада жизни. В общем они хорошо сложены, очень худощавы, скорее жилисты, чем мускулисты, но вместе с тем отличаются силой, юркостью, выносливостью и привычкой ко всякого рода невзгодам. Натура у них корыстная, хищническая, вероломная; они сладострастны и мстительны до самозабвения, но в тоже время трезвы, гостеприимны, даже самоотверженны, в особенности для близких им людей, и рыцарски вежливы. Политическое и социальное устройство их такое же, как у других племен, ведущих патриархальный образ жизни. Они живут родами в шатрах или шалашах, деревни их управляются шейхами, ирод из 40 — 50 таких деревень подчинен кади, который в одно и то же время и судья, и военачальник. Все Б. исповедуют теперь магометанство, за исключением некоторых племен в Сирии, образующих особые секты. Они превосходные наездники, ловкие охотники, необыкновенно искусны в бросании мяча; другие удовольствия их состоят в танцах, пении и слушании сказок. В умственном отношении они очень мало развиты, но тем не менее им нельзя отказать в здравом смысле, живости ума и пламенной фантазии, как показывают их сказки и поэзия. Впрочем, общая характеристика Б. теперь едва ли возможна, так как, при широком распространении этих кочевников, многие черты их сгладились или, напротив, ярче обрисовались под влиянием различных помесей и местных условий. Вообще имя Б. не может служить больше обозначением одной определенной народности, а скорее целой группы племен, более или менее смешанным с арабским элементом. Все такие племена называют Б. в отличие от тюркских кочевников Средней и Северной Азии.

Бейль 

Бейль (Пьер Bayle) — один из влиятельнейших французских мыслителей и философскобогословский критик, род. в Карлате, в графстве Фуа в Лангедоке, 18 ноября 1647 года. Первоначальное образование получил под руководством отца, реформатского пастора, затем посещал школу в Пьюи-Лоране, где чрезмерными занятиями подорвал свое здоровье. Отосланный по совету врача в деревню к одному родственнику, он нашел там довольно богатую библиотеку и с обычной своей страстью предался чтению. Особенно серьезно занялся он изучением Монтеня, который оказал заметное влияние на направление его ума и на характер будущих его занятий. 21 года Б. стал изучать философию у иезуитов в Тулузе. Доводы его учителей, а в особенности дружеские беседы с одним католическим священником, жившим рядом с ним, поселили в нем сомнения на счет правоверности протестантизма, и он решил переменить религию. Приверженность его к католицизму дошла до того, что он пытался даже обратить своего старшего брата, бывшего тогда уже пастором в родном городе. Но это увлечение продолжалось недолго, и, благодаря стараниям семейства Б., он в скором времени снова вернулся на лоно реформатской церкви. Чтобы спастись от грозившего ему отлучения, он переселился в Женеву и оттуда в Коппет, где познакомился с философией Декарта, сделавшегося с тех пор его любимым мыслителем. Но, не имея средств к существованию, Б. через несколько лет снова вернулся во Францию, проживал сначала в Руане, а потом в Париже, перебиваясь кое как частными уроками, и наконец в 1675 г. получил кафедру философии в Седане, которую с честью занимал вплоть до закрытия седанской академии в 1681. Уже в эту эпоху его жизни ему представился случай выступить публично защитником философских идей против господствующих предрассудков. Герцог Люксембургский был обвинен не только народной молвой, но и перед государственным судом в сношениях с нечистой силой, и Б. выпустил в защиту его анонимный памфлет, в котором уничтожил обвинение силою своих остроумных и неотразимых аргументов. Когда Людовик XIV, окончательно уже решившийся на отмену Нантского эдикта, закрыл ненавистную ему седанскую академию, вопреки торжественному обязательству, данному на этот счет герцогу Бульонскому при уступке герцогства Франции, Б. был приглашен на кафедру философии в Ротердам. Здесь он окончил свое сочинении «Pensees diverses sur la comete», в котором старался рассеять суеверный страх, возбужденный в народе появлением кометы 1680 г. Это глубоко ученое сочинение, трактующее о разнообразных предметах метафизики, этики, богословия, истории и политики, было всюду встречено с восторгом, но больше всего во Франции, где оно было запрещено полицейской властью. Вскоре Б. вступил в полемику иного рода. Некий Маймбург, иезуит и историк, напечатал истории кальвинизма и самыми черными красками изобразил в ней реформацию и реформатов. Б. решился ответить ему и менее чем в 15 дней составил брошюру под названием: «Critique generale de l'histoire du Calvinisme de Maimburg», обратившую на себя всеобщее внимание и с уважением упоминаемую даже самим Маймбургом. Во Франции брошюра была всенародно сожжена рукой палача, но от этого, разумеется, спрос на нее еще более возрос, так что в несколько недель она выдержала три издания. Своим заступничеством за религии Б. навлек на себя неудовольствие знаменитого богословского полемиста того времени, Жюрье, перешедшее вскоре в непримиримую ненависть. Дело в том, что сам Жюрье написал опровержение на книгу Маймбурга, но оно появилось слишком поздно и во всех отношениях было ниже критики Б. Пользуясь господствовавшей в Голландии свободой печати, Б. издал некоторые запрещенные во Франции книги, между прочим, несколько сочинений о Декарте. В 1684 г. он предпринял периодическое литературное издание: «Nouvelles de la republique des lettres», имевшее большой успех, но вместе с тем навлекшее на него не мало неприятностей, чему Бейль был обязан тайным проискам Жюрье. Религиозные преследования во Франции дали Б повод к изданию как бы переведенного с английского сочинения: «Commentaire philosophique sur ces paroles de l'Evangile: Contrainsles d'entrer», содержащего в себе мужественную защиту начал веротерпимости. За это сочинение Жюрье открыто напал на него с обвинением в религиозном индиферентизме и чуть ли не безбожии, вследствие чего Б. лишился в 1693 г. своей должности и ему было запрещено заниматься даже частным преподаванием. Свободный от всяких занятий, Б. посвятил все свое время давно задуманному им изданию: «Dictionnaire historique et critique» (первоначально в 2 т., Ротерд., 1696; новейшее изд. в 16 т., Париж, 1820), на обложке которого впервые появилось полное имя автора. Жюрье снова выступил противником Б. и заставил консисторию призвать его к ответственности за порицание царя Давида и за возданную хвалу нравственным качествам некоторых атеистов. Б., хотя и обещал вычеркнуть все, что казалось предосудительным консистории, все таки выпустил сочинение в прежнем виде, исключив только некоторые, да и то маловажные места. Своим «Reponse aux questions d'un provincial» и продолжением «Pensees sur la comete» он нажил себя новых врагов в лице Жакло и Леклерка, которые напали преимущественно на его религиозные воззрения. Другие преследовали его как врага протестантской церкви а его нового отечества. Эти дрязги усиливали его физические страдания, которые свели его в могилу 28 декабря 1706 г. Б. умер, можно сказать, с пером в руках; вся его жизнь прошла в работе и единственное развлечение, которое он позволял себе, состояло в переписке с друзьями, к числу которых принадлежали такие люди как Фонтенель, Бэкингэм, Шэфсбюри Бёрнет, Лейбниц и др.
Б. стоит во главе новых диалектиков и скептиков. Если до него возродившийся скептицизм древних с большей или меньшей искренностью посвятил себя служению церковной догматике, то в нем скептицизм обратился на религиозное знания и принял направление, которое сделало Б. передовым борцом за просветительные начала против узкого церковного догматизма. Он одинаково боролся, как против теологической схоластики, так и против попыток философской рассудочной религии, вследствие чего одни видели в нем еретика, а другие приверженца мракобесия. В нем самом это противоречие между верой и знанием нашло себе так мало внутреннего примирения, что, читая напр. его «Dictionnaire», так и кажется, как будто текст был продиктован ему верой, а примечание наукой и диалектической критикой. Но именно эти примечания, благодаря своему остроумному, полному огня и доступному для всех изложении, в связи с беспримерным богатством ученого знания, приобрели громадное влияние на французские умы и его «Dictionnaire» является главным источником, откупа распространяется столь свойственный французскому духу скептицизм, сделавшийся исходной точкой тогдашних просветительных стремлений. Но если в общем Б. гораздо сильнее в анализе чужих заблуждений, чем в создании собственных идей, то все же чрез все его мышление проходит некоторое положительное начало, имевшее глубокое, всеобъемлющее значение. Это — постоянно повторяющееся у него указание на независимость нравственных поступков и нравственного достоинства от религиозного убеждения, — учение, послужившее основой терпимости просветительной эпохи. Б. ратовал за это учение, и положительными и отрицательными средствами, и наконец дал ему яркое выражение в своем известном изречении, что он очень хорошо может представить себе благоустроенное государство, состоящее из одних только атеистов. Но само собою разумеется, что умственное брожение того времени выдвинуло из сочинений этого человека преимущественно их отрицательные стороны, почему в памяти людской о нем сохранилось представление только как о диалектическом скептике, против сокрушительной критики которого не могли устоять догматы ни одной религии, ни одного вероисповедания. Кроме названных соч. Б. следует упомянуть еще: «Lettres» (Ротерд., 1712, Амстерд., 1729). Его «Oeuvres diverses» появились в Гаге (4 т., 1725 — 31); см. Демезо (Desmaizeaux) «La vie de Pierre В.» (Амстердам, 1730; Л. Фейербах, «Pierre В.» (Ансбах, 1838, 2 изд., Лейпциг, 1848). Лениан (Lenient), «Etude sur В.» (Париж, 1855).

Бейрут 

Бейрут или Байрут — главный город азиатско-турецкого вилайета Сирии и важнейший торговый пункт сирийского прибережья, между Сайдой (Сидон) и Тарабулом (Триполис). Еще Абульфеда называл его гаванью Дамаска. Б. издревле был сборным местом для идущих в Мекку караванов, которые, разумеется, после прорыва Суэсского канала, стали прибывать в него уже в меньшем числе; чем прежде, а также местом высадки всех путешественников, направляющихся в Сирию и Палестину. Б. резиденция паши, греческого епископа, генеральных консулов европейских великих держав и других государств, главная станция американской миссии и почтовых учреждений Англии, Австрии, Франции, России и Турции. Город расположен на откосе холма, представляющего вид на Ливанские горы, и считается самым здоровым местом сирийского побережья. Старый город, за исключением Тавиля (Христианской улицы), большей частью состоит из узких, кривых, хотя и вымощенных плитняком улиц, но зато окружен широкими предместьями, с красивыми домами и садами. Ни один турецкий город не достиг в последнее время такого значительного процветания, как Б., имеющий теперь 80000 ж., в том числе почти 2/3 христиан, ведущих деятельную торговлю особенно с Марселью. Прежний недостаток воды устранен с 1875 г. устройством водопровода. В Б. имеются: карантин, таможня, несколько почтовых учреждений, европейские врачи, аптеки, медицинская школа, реальное училище и астрономическая обсерватория, протестантский институт для мальчиков, французский сиротели дом со школой и пансионом, госпиталь прусского ордена иоаннитов, францисканский монастырь и многие школы, поддерживаемые преимущественно на средства англичан. Главная мечеть Б. переделана из старой христианской церкви времен Крестовых походов. Императорский оттоманский банк имеет тут с 1865 г. большое отделение, много способствовавшее появлению сирийской торговли. С Дамаском Б. соединен почтовым трактом, построенным французами после сирийской экспедиции 1861 г. Кроме значительных шелковых и бумагопрядильных фабрик, Б. производит золотые и серебряные проволоки, а также славящиеся во всей Сирии и Египте пестрые сундуки. Окрестности Б. доставляют прекрасный шелк, хлопок и табак, главные предметы торговли грузов. Гавань Б. давно обмелела и корабли останавливаются на рейде или в различных бухтах расстилающегося на восточной стороне города залива св. Георгия, который, по преданию, здесь и убил дракона. В этот залив впадает с юга Нахр Бейрут (Магорас древних) и в 10 км. к северо-востоку от города Нахрэль-Кельб (древний Ликос), в скалистых берегах которого найдены знаменитые изваяния с персидскими клинообразными надписями и египетскими иероглифами времен Рамзеса II и Санхериба и арабскими письменными памятниками. Обширная торговля Б. поддерживается правильными пароходными сообщениями с Европой и с левантинскими гаванями. Главные предметы ввоза: кофе, сахар, шелковые материи, сукно, стальные и стеклянные изделия, предметы роскоши, спиртные напитки; главные предметы вывоза: табак. Шелк-сырец, шерсть, кожи. Ежегодно в Б. прибывает большие 4000 кораблей, в том числе 350 пароходов.
В древности Б. был финикийской гаванью и носил название Беритос. Египетский король Тутмозис III завоевал этот город (египетский Биарут), а Антиох III отнял его у Птоломеев. В 140 г. до Р. X. Б. был разрушен сирийцем Дютосом Трифоном, но при императоре Августе снова восстановлен Агрипой и обращен в колонии для римских ветеранов на правах итальянцев, под названием: Julia Augusta Felix Berytus. Клавдий чрезвычайно украсил город, а император Феодосий II обратил его в метрополию. При позднейших императорах Б. славился своей высшей школой риторики, поэтики и в особенности права. Опустошенный в 349 землетрясением, он 20 мая 529 года был окончательно разрушен. В эпоху Крестовых походов Б. снова стал значительным городом. Река Нахр-эль-Кельб сделалась границей между иерусалимским королевством и графством Триполис. На узкой береговой полосе старой, высеченной в скале, антошевской дороге, шириною не больше 2 м., король Балдуин и сражался с сарацинами и после двухмесячной осады взял город 2 апреля 1110 г. В 1187 г. Б. был завоеван Саладином, в 1197 снова перешел к крестоносцам, которые окончательно потеряли его в 1291 г. В последующую эпоху он долгое время оставался во власти грузов, независимый эмир которых Фахр-Эдин (1595 — 1634) старался насадить в Б. европейскую культуру. Вследствие измены город попал в 1763 г. в руки турок. В 1772 г. он был бомбардирован и взят русскими. В 1831 — 40 г. город перешел во власть египтян и играл большую роль в тогдашних замешательствах на Востоке. Враждебные действия соединенного англоавстрийско-турецкого флота против Мехмеда Али в Сирии начались именно бомбардировкой Б. 10 — 14 сент. английским генералом Стопфордом. Большая часть города была разрушена и 9 окт. Сулейман-паша очистил Б., который был занят войсками союзников.

Бек

Бек, вернее бяг — повелевающий. В Персии и Турции — название вообще чиновника. В Закавказском крае Б. означает принадлежащего к мусульманскому привилегированному сословию, почему Б. означает вообще господина и ставится всегда после собственного имени, наприм. Аббас-бек и др.

Бекасы 

Бекасы (Scolopax) — род из семейства Бекасиных и из отряда голенастых птиц. доставляющий очень ценную дичь, охота за которой служит не только для удовольствия охотникам, но в некоторых местностях России составляет довольно важный промысел. Б. отличаются от своих родичей, главным образом, устройством своего клюва. Именно прямой клюв. их имеет утолщенный и округленный кончик и до самого концевого округления покрыт мягкою кожею, которая представляет собою чувствительный орган осязания, помогающий отыскивать пищу в болотистой почве и в иле. Многочисленные (28) виды этого рода распространены в обоих полушариях и живут частью в сырых лесах, частью на открытых топях и болотах, большею частью одиночно, выходя за пищею только по ночам, Питаются они насекомыми, их личинками и червями, которых отыскивают в темноте и в тихих и уединенных местах. Бекас лесной, вальдшнепф или сломка (Scolopax rusticola) имеет 32 см. длины и 58 см. в размахе крыльев: хвост 9 см. длины. Окраска его приспособлена к ночному образу жизни и, как у большей части ночных птиц, представляет различные водяные узоры, подражающие мху и листьям, покрывающим почву леса. Лоб его серый, на голове и на затылке четыре бурых столько же ржаво-желтых поперечных полос, вся верхняя сторона тела представляет пеструю смесь ржаво-бурого, ржаво-желтого и ржавосерого цветов, нижняя сторона более бледного бурого цвета с темными поперечными волнами; маховые перья бурые с поперечными волнами; хвост черноватый с ржавчинными пятнами, на конце каждого пера находится красивое серое глазчатое пятно, которое на нижней стороне представляет атласный блеск. В зоологическом отношении существует только один вид вальдшнепфа, но охотники различают две формы их: крупную и мелкую. Родина этой птицы Европа и Азия и здесь она встречается повсюду; где только есть леса. Европейские вальдшнепфы перелетают на зиму в северную и среднюю Африку a Азиатские — в Индию; в теплые зимы некоторые из них остаются на месте и не улетают. В марте, а иногда еще и в феврале вальдшнепфы возвращаются к нам. По возвращении самцы начинают тягу, т. е. тихо летают над лесом взад и вперед, избирая для этого пролески, просеки, широкие лесные дороги, овраги, небольшие лесные лужайки. Во время тяги вальдшнепф летит, с опущенным клювом и распущенными перьями и по временам издает звуки. Вальдшнепф не любит густого леса, а предпочитает такие места, где густо поросшие местности чередуются с прогалинами. После случки самка подыскивает местечко позади кустарника, старого древесного пня или между корнями и устраивает там в небольшом углублении гнездо, которое выстилается мхом, сухими травинками или листьями, Замечательно, что при этом самка выбирает такую почву, которая по цвету сливалась бы с ее окраскою. Самка кладет в гнездо 8 или 4 довольно больших, матовых яйца ржавчино-желтого цвета с красно-серыми и желто-бурыми пятнами и точками; впрочем, величина и окраска яиц довольно изменчивы. Насиживание продолжается 17 — 18 дней и производится одною самкою, которая в это время забывает свою обычную осторожность и подпускает человека на несколько шагов и, вылетев из гнезда, улетает недалеко и тотчас же возвращается в него, лишь только минет опасность. Молодые имеют, подобно взрослым, буро-красное оперение, покрытое пятнами. Родители очень привязаны к детям: при приближении охотника и собаки они вылетают с тревожными криками на встречу, представляются хромыми, не могущими летать, и вообще всеми силами стараются отвлечь внимание преследователей от своих детенышей. Пища вальдшнепфа состоит из червей, личинок насекомых, улиток и особенно земляных червей, которых они очень ловко отыскивают и вытаскивают своим длинным клювом из под мха и опавших листьев. Б сентябре и октябре начинается отлет вальдшнепфов на юг; в это время они гораздо вкуснее и многочисленнее. Охота за этою дичью начинается тотчас по ее прилете, но в начале она редко бывает удачною Настоящее время охоты — это тяга. Охотятся ночью. Мясо вальдшнепфа очень ценится, хотя оно значительно уступает мясу болотных Б. Некоторые едят эту дичь не потрошенною, т. е. вместе со внутренностями, не смотря на то, или вернее потому, что у ее почти всегда бывает много глист, которые будто бы придают ей особый вкус. Дупель или доппелышнепф (Sc. major) имеет 28 см. длины, 55 см. в размахе крыльев; длина хвоста 6 см. Верхняя сторона головы его буро-черная, над глазом и через него идет светло-серая полоса; спина и подхвостье также буро-черные с 4 параллельными светло-желтыми длинными полосами, горло беловатое, зоб серый, грудь и брюшко почти белые, со стрельчатыми пятнами; маховые перья черно-бурые, верхние покровные перья крыльев с широкою грязно-белою оторочкою, вследствие чего на крыле образуется пять светлых поперечных полос; нижняя сторона крыла белая с серо-бурыми пятнами; хвостовые перья при основании темные, на конце ржаво-красные с черными поперечными полосами; три крайние пера к концу почти совершенно белые. Окраска по полу и возрасту не изменяется. Дупель очень обыкновенен в северной Европе и Азии а в средней полосе бывает только пролетом в апреле и мае, а затем в августе и сентябре. Он селится на покрытых кочками сырых низменностях, размокших луговинах, покрытых мелкою прошлогоднею травою и небольшими кустиками.
Не смотря на то, что живет на С., дупель очень чувствителен к холоду и потому поздно прилетает и рано улетает. Питается он червями, улитками, насекомыми и их личинками. Дупель кажется неуклюжим и глупым; он не бегает, а быстро ходит, летит довольно скоро, но тяжело и низко, обыкновенно только в случае необходимости и притом перелетает на небольшое расстояние; вообще он более других Б. любить покой и удобство, но при этом очень пуглив и осторожен и почти нем. Вскоре после прилета дупели начинают токовать. На ток они слетаются вечером и токуют всю ночь, разлетаясь только к утру. Во время токования самец ходит, распустя хвост и крылья и стараясь привлечь внимание самки. При этом самцы часто вступают между собою в драку. Оплодотворенные самки отыскивают кочковатое болото, поросшее кустарником, и в нем выбирают сухую кочку, на которой вытаптывают траву в виде круглого лоточка и в устроенное таким образом гнездо откладывают 4 грушевидных матовых яйца грязно-зеленого цвета с серо-зеленными пятнами и мелкими черно-бурыми точками. Насиживание продолжается 18 дней и во время его самка, чтобы сделать себя менее заметной, закрывает себе спину мхом. Охота на дупелей производится, главным образом, во время токования, а промышленники ловят их даже сетями, которые или расставляют по болоту и загоняют в них дупелей, или же наволакивают сеть на дупеля в то время, когда над ним стоит собака. Очень жирное и чрезвычайно нежное мясо дупеля ценится выше мяса других бекасов. Б. Обыкновенный или Б. барашек (Sс. gallinago) имеет 26 см. длины, 45 см. в размахе крыльев, длина хвоста 6 см. Темя его черно-бурое с желтоватою продольною полосою по средине; покровные перья крыла с ржавожелтоватым пятном на вершине, прерывающимся у стержня; первое маховое перо с черным стержнем и белою наружною стороною опахала; окраска остального оперения сходна с окраскою дупеля. Брюшко почти белое, без пятен, нижняя сторона крыла тоже белая, без пятен. Б. барашек водится в северной Европе и Азии, хотя не заходит так далеко к северу, как дупель, и гнездится также и в средней Европе; он встречается на всех болотах, топях и сырых лугах. Походка его резвее, чем у дупеля и вальдшнепфа, а полет его имеет ту особенность, что Б. барашек взлетает зигзагом и только затем летит прямо. Этот Б. появляется весною уже в марте и летит на север целыми тысячами, а с августа до ноября продолжается его обратный полет на юг, причем некоторые особи остаются зимовать по ту сторону Средиземного моря, большинство же летит далее. Днем Б. барашек сидит спокойно и лишь в сумерки становится деятельным, по временам опускает свой клюв в мягкую почву и ловить там червей, моллюсков и насекомых, служащих ему пищею. Хотя эти птицы в удобных местах живут помногу вместе, но они совершенно равнодушны как друг к другу, так и к другим птицам и только самец и самка питают друг к другу некоторую привязанность и играют между собою. Токованья в настоящем смысле слова, как у дупелей, у Б. барашка не бывает именно вследствие его необщительности. В начале мая оплодотворенная самка начинает, приготовлять гнездо. Для него выбирается кочка, поросшая травою, в на ней делается углубление, иногда выстилаемое сухими листочками и стебельками. В это незатейливое гнездо самка откладывает 4 мутно-зеленых яйца с грубыми точками и пятнами и насиживает их одна в продолжение 16 дней; вылупившиеся детеныши вырастают очень скоро: через 9 — 10 дней пух у них уже заменяется перьями. Охота на Б. барашка очень прибыльна и мясо этой птицы всюду весьма ценится. Самые жирные птицы приготовляются вместе с внутренностями и считаются лакомством Гаршпепф , стучи в или бекасина (Sc. gallinula) — самый маленький из наших Б., имеет только 16 см. длины и 40 см. в размахе крыльев, длина хвоста 4 см. Кроме меньшей величины он отличается еще значительно более коротким клювом, и сравнительно короткими ногами. Темя его черно-бурое, без светлой продольной полосы; спина с 3 ржаво-желтоватыми продольными полосами на черно-буром металлически блестящем фоне; надхвостье блестяще-черное; нижняя сторона тела посредине белая. Гаршнепф водится в северной Европе и Азии, а в средних частях они бывают только пролетом. Для жилья он избирает только поросшие кустарником или камышом болотистые и топи местности, где он может прятаться в продолжение дня. Полет его тихий, легкий, но неверный, напоминающий порхание летучей мыши. Гаршнепф не так пуглив, как другие Б.; он близко подпускает к себе человека и только когда тот приблизится, он молча улетает. В желудке его кроме насекомых и червей находили также семена и траву. Гнездо гаршнепфа состоит из небольшой ямки, вырытой на бугорке и выложенной травяными стеблями; в него самка откладывает 4 яйца, похожих на яйца Б. барашка. Охотятся за этою птицею осенью, когда она собирается перелетать на юг. Мясо ее очень вкусно, так что многие предпочитают его бекасу и дупелю. Охота на бекасов считается, по всей справедливости, одною из самых трудных, вследствие чрезвычайно быстрого и неправильного полета этой птицы. Производится она весною, во время пролета бекасов (хотя охота в это, время, по русским законам, воспрещена) и, главным образом, с конца мая до самого отлета их. Охотятся на бекасов, по большей части, с легавою собакою, стреляя их из под стойки ее. Промысловой охоты на описываемую дичь, собственно, не существует, так как редкие промышленники умеют стрелять птицу в лет; в сравнительно большом количестве они добывают их осенью, на лиманах, убивая одним выстрелом по несколько десятков этой дорогой дичи, когда она собирается в огромные стаи; весною же они стреляют токующих самцов бекасов сидячими, подманивая их голосом самки.

Бекетов (Андрей Николаевич)

Бекетов (Андрей Николаевич) — хирург, в 1844 г. кончил курс в московском университете и был оставлен при университетских клиниках, в 1848 г. защитил на степень доктора медицины диссертацию: «De hernia ingninale» (Москва, 1848) и тогда же получил кафедру хирургии в казанском университете, которую занимал до начала 80-х годов. Б. напечатал: актовую речь: «О хлороформе и приложении его к медицине» (Казань, 1850); «Quelques remarques sur les calculs vescianx et la maniere de les operer & la clinique chirurgicale de Kazan» (Париж, 1876) и несколько статей в русских, медицинских журналах.

Бекетов (Николай Николаевич) 

Бекетов (Николай Николаевич) — ординарный академик, тайный советник, род. и янв. 1827 г. в Пензенской губ., в деревне своего отца, моряка Николая Алексеевича; воспитывался в 1-й петербургской гимназии; в 1844 г. поступил в петербургский и университет, но с 3-го курса перешел в Казань, где в 1849 г. получил степень кандидата естественных наук. Переехав затем в Спб., он стал заниматься химией под. руководством Н. Н. Зинина. В 1854 г. получил степень магистра химии, в 1855 г. назначен адъюнктом по кафедре химии в харьковский университет, в котором в качестве профессора химии оставался 32 года, т. е. до 1887 г., когда был избран ординарным академиком петербургской академии наук. Н. Н. состоит председателем. русского химического общества, читает лекцию химии на высших женских курсах. В 1887 — 89 гг. читал химию Е. И. В. Наследнику Цесаревичу.
Через всю научную деятельность Бекетова проходит яркой нитью одно направление — химика-философа. Стараясь проникнуть всегда в существо тех темных процессов, которые называются химическими, он никогда не добывал ни одного нового факта ради самого факта. В то время как огромное большинство химиков Зап. Европы занималось открыванием новых тел, новых соединений, в то время когда органическая химия представляла непочатый край для новых открытий и химические журналы должны были с каждым месяцем увеличиваться в объеме в три четыре раза и все же не могли вмещать всей массы фактических исследований, производимых во всех концах Европы, в то время, когда минеральная химия, казалось, не дает никаких шансов на новые интересные открытия — в это именно время Н. Н. Бекетов, не увлекаясь модным течением, не соблазняясь жаждою открытия новых фактов, медленно шел по трудному пути теоретической химии и стремился к решению вопроса о том, где источник, где причина того, что в химии определяется термином «химическое сродство». Конечно задача эта врезывается в самую затаенную сущность химии и выйти из нее победителем — дело не одного ученого и даже не одного поколения ученых. Что можно, например, было сделать в этой области в конце 50-х годов, когда теоретически воззрения стояли на столько не прочно, что возможны были длинные рассуждения о том, какая разница между физическими и химическими молекулами и атомами. И вот в этой то области Бекетов сделал замечательное обобщение: он показал, что наиболее прочно соединяются между собою те вещества, которые обладают наибольшею близостью паев. Это исследование было Б. сообщено в химическом обществе в Париже еще в 1859 г., а на русском языке появилось в 1865 г. («Исследование над явлениями вытеснения одних элементов другими», Харьков, 1865 г.). Исходя от такого принципа, Б. старался подтвердить его опытами и произвел целый ряд наблюдений, в высшей степени интересных и важных: так, он доказал путем опыта, что алюминий не вытесняет бария из его хлористого соединения, но вытесняет его из окиси, что едва ли можно было бы предвидеть, не исходя из того принципа, которого держался Бекетов. Таким образом, первая идея о зависимости силы сродства элементов от той величины, которая называется в химии «атомным весом», принадлежит бесспорно Бекетову. И если современная химии указала на то, что прочность соединения двух элементов определяется в значительной мере их положением в «естественной системе элементов», то объяснение этого обстоятельства все же отсутствует и единственным объяснением остается в высокой степени остроумное толкование, данное Бекетовым, — толкование, к которому, быть может, современным будут приложены принципы аналитической механики. Вторая и не менее важная идея, проведенная Бекетовым, состояла в том, что количество тепла, выделяемое при соединении данных простых тел, не может служить мерою их сродства, а представляет разность между средствами однородных и средствами разнородных атомов. Этот взгляд был иллюстрирован примерами (ацетилен и др. ) и изложен Б. в заседании химического общества в Харькове. Абсолютно тождественный взгляд был позже высказан J. Thomsen'oм («Thermochemische Untersuchungen», т. II, 1862, Einleitung). Высказанный взгляд имеет для химии огромное значение, потому что он установил ясную точку зрения на значение термохимических наблюдений. Наконец, третий весьма интересный вывод приписываемый обыкновенно Muller-Erzbach'y (LotharMeyer, Die modemen Theorien der Chemie", 5е изд., 1884, стр. 446) и состоявший в том, что если металл А вытесняет другой металл В из его соединения с веществом С, то сумма объемов получаемых веществ в твердом состоянии меньшие суммы объемов взятых веществ — принадлежит не Muller-Erzbach'y, а Бекетову. В вышеназванной своей работе Б. определенно говорит: «Рассматривая случаи вытеснения одного элемента другим невольно, можно сказать, поражаешься одним почти постоянным условием реакции, именно тем, что менее плотное тело вытесняет более плотное» (loc. cit. стр. 33). Из этого положения может быть выведено посредством весьма простых вычислений правило Muller-Erzbach'a. Вот каковы важнейшие идеи, введенные Бекетовым в науку, Оценены они будут надлежащим образом лишь тогда, когда химия станет на почву атомно-молекулярной механики. Фактические открытия Бекетова всегда представляли большой интерес. Все химики знают, что чистых окисей щелочных металлов до Бекетова никто не имел. Кто из химиков не знал в высшей степени остроумного способа определения теплоемкости водорода в его, так сказать, сплаве с палладием и пр. и пр. Но не в этих, однако, фактах лежит центр тяжести работ Б. — он лежит в тех умозрениях, ради которых факты добывались. 
Работы Н. Н. Бекетова: «О некоторых новых случаях химического сочетания и общие замечания об этих явлениях» (Спб., 1853): «О действии водорода под давлением на растворы серебра» (1859); «О восстановлении металлического бария посредством алюминия» (1859); «Об образовании марганцовисто-кислого калия при сплавлении перекиси марганца с едким калием» (1859); «О действии цинка в парообразном состоянии в струе водорода на хлористый барий, хлористый алюминий и хлористый кремний»; «Исследования над явлениями вытеснения одних металлов другими» (1865); «Об образовании муравьиной кислоты при электролизе двууглекислого натрия» (1869); «Снаряд для сгущения газов» (1869); «Об атомности элементов»; «О действии синерода на муравьиную кислоту»; «О цианоцианиде» (1870); «Об атомности хлора и фтора»; «О диссоциации сернистого, селенистого и теллуристого водорода»; «Об отличии элементов от сложных тел» (1873); «О действии водорода на азотнокислое серебро» (1874); «О влияния весовых масс элементов на реакцию замещения в двойного обмена» (1875); «О теплоте соединения углерода с водородом» (1875); «О действии окиси серебра на йодистый калий в отсутствии воды» (1876); «О растворимости окиси серебра в воде» (1878); «Об определении теплоемкости водорода в твердом состоянии» (1879); «Гидратация безводной окиси натрия и об отношениях металлического натрия к едкому натру и водорода к окиси натрия»; «О действии угольного ангидрида, окиси углерода и окиси ртути на окись натрия» — эта работа удостоена ломоносовской премии; «О безводной окиси калия и о безводной окиси лития» (1881 и 1883); «К вопросу о взаимном вытеснении галлоидов» (1881); «К вопросу о пределе вытеснения металлов» (1883); «Об отношении температуры диссоциации к теплоте образования и к относительному весу соединенных атомов» (1883); «О получении металлического рубидия из едкого рубидия и алюминия» (1885); «Динамическая сторона химических явлений»; «Основные начала термохимии» (4 лекции, 1890).

Беккариа 

Беккариа (Cesare Вессаnа) — знаменитый публицист, родился в Милане 15 марта 1738 г., по праву первородства наследовал титул маркиза Бенесано, учился в университете в Павии, где в 1758 г. получил степень доктора прав. В то время Италия представляла ряд мелких государств, раболепно заискивавших перед иностранными правительствами. При полном отсутствии политической независимости умственная жизнь страны находилась в совершенном застое. Родина Б. подпала под власть Австрии и, по словам самого Б., в Милане при населении в 120000 жителей, едва ли можно было найти 20 человек, ценивших просвещение. При всеобщей апатии, при склонности к спокойствию самого Б. и при его недоверчивости к собственным силам, он едва ли выступил бы на литературное поприще, если бы не нашел глубокого сочувствия и поддержки в тесном кружке просвещенных людей, который под названием «Il Caffe» (кофейного) сгруппировался в Милане вокруг братьев Верри. Кружок этот горячо интересовался всеми вопросами своего бурного времени и даже издавал журнал, который) под тем же названием «Il Caffe», печатался в Брешии, так как сотрудники (в числе их был и Б. ) избегали местной цензуры и тщательно скрывали свои имена. Журнал просуществовал два года (с июня 1764 по июнь 1766) и обратил на себя внимание заграницей. В то время Вольтер и энциклопедисты во Франции выдвинули в печати на первый план вопросы о веротерпимости и об отмене пытки. Процесс Жана Калласа в Тулузе (1762), увековеченный защитой Вольтера, поднял все литературные силы против изуверства и уголовных законов, которые его поддерживали. По плану энциклопедистов атака должна была открыться сразу и по возможности во всех пунктах Европы. Миланский кружок получил приглашение принять участие в предполагаемом походе, и по единодушному решению его членов 25-ти летний Б. должен был написать сочинение о преступлениях и наказаниях. Через 10 месяцев труд был доведен до конца, и 10 апр. 1764 г. рукопись сочинения: «Dеi delitti е delle реnnе» была отправлена для напечатания в типографы Обера в Ливорно, так как в Тоскане была при Леопольде почти полная свобода печати. Первое издание вышло в свет в августе 1764 г. без означения места печати и имени автора. Оно быстро разошлось в Италии. Опасаясь преследований, от которых его спасли только общественное мнение и покровительство миланского наместника, Б. некоторые мысли старался излагать туманно. Тем не менее смелость и сила его речи вызвали всеобщее удивление. В первые же два года по своему изданию книга Б. появилась на французском, немецк., англ. и голландском языках. Из этих переводов особенно замечателен франц. перевод аббата Мореллэ (Пар., 1766), который придал трактату Б. другой порядок изложения, принятый впоследствии и самим Б. в дальнейших изданиях своей книги. При обшей распространенности франц. языка перевод Мореллэ распространил идеи Б. по всей Европе. Впечатление, произведенное трактатом Б., было громадно; для современников он обладал чарующей силой. Они называли идеи Б. откровением свыше и пророчеством будущего. Энциклопедисты величали Б. новым Ликургом; единственным законодателем своего времени; Дидро, Вольтер, Гельвеций спешили к трактату Б. присоединить свои примечания и комментарии. На мнения Б., как на новый закон, ссылались даже в уголовных судах в Австрии, в Германии в особенности во Франции, чтобы смягчить жестокость приговоров. Коронованные особы вступали с Б. в сношения. Екатерина II вызвала его в России, и он даже решился ехать к нам, но д'Аламберт был против этой поездки; ее не допустило и австрийское правительство, учредив для Б. в 1769 г. кафедру политической экономии в Милане, где он и умер 28 ноября 1794 г.
Беккария окончательно поколебал всеобщую веру в устрашение казнями, как в единственное и всесильное средство для уничтожения преступлений; он доказал, что суровые наказания, ожесточая нравы, только увеличивают преступность в народе, и что политическая мудрость безусловно требует постоянного смягчения системы наказаний. Он выразил глубокое негодование против возмутительных пыток и варварских казней своего времени и указал на нелепость в самом законе предоставлять уголовные доказательства; он восстал против тайных обвинений, развращающих граждан, но в особенности против смертной казни, всегда вредной в благоустроенном государстве по своим разнообразным последствиям для всего общества. Б. первый поднял вопрос об отмене смертной казни и к аргументации его до сих пор не прибавлено ничего нового. Если бы Б. ограничился только этим смелым протестом против бессмысленных установлений и жестокости уголовной практики, то и тогда заслуга его была бы велика. Но Б. обнаружил и высокое творческое дарование и дал новые основания для уголовной политики Он отделил. круг действительных преступлений от воображаемых и произвольных; в самом экономическом строе общества и в устарелом механизме государства он указал причины, от которых преступления неизбежно размножаются, и выяснил лучшие средства для борьбы с преступлениями. Он первый выразил убеждение, что нельзя даже вполне оправдать наказания, пока для предупреждения преступлений общество и закон не приняли всех иных наилучших мер, какие возможны при данных условиях народной жизни. Для уменьшения числа преступлений Б. требует от просвещенного правительства прежде всего распространения образования в народе, мер для развития благосостояния в массе, постепенного уравнения всех граждан как в нравственных, так и в материальных выгодах, как на долю каждого должна бы давать общественная жизнь. Это основной мотив трактата, выраженный сдержанно, но твердо и отчетливо. Конечно, мысли, выраженные в трактате Б., он не первый оповестил Миру, но его заслуга заключается в том, что он свел в одно стройное целое отрывочные идеи предшествовавших ему мыслителей. Трактат его, может быть, не отличается философской глубиной, но он говорит сердцу и чувству человека и написан с искренним воодушевлением, которое охватило его современников и побудило их немедленно приступить к отмене наиболее жестоких уголовных законов. Но трактат Б. стоял выше своего времени, идеи его лишь с трудом утверждались в жизни и немалому еще могли бы мы и в настоящее время поучиться у Б. Почти вслед за изданием этого трактата Фридрих II составил для Пруссии новый уголовный кодекс с значительным смягчением наказаний; Иосиф II отменил пытки, вычеркнул из кодекса мнимые и религиозные и нравственные преступления, чрезвычайно смягчил наказания за действительные религиозные и политически преступления, уменьшил число смертных казней; в Тоскании герцог Леопольд уничтожил пытки, совершенно отменил смертную казнь и столь же, если не больше, смягчил наказание за упомянутые выше преступления; во Франции, во время Революции, сделаны были перемены в том же духе; в России императрица Екатерина II стремилась осуществить идеи Б. И что же? Не прошло и 10 лет, как прежний порядок, с незначительными изменениями, возвратился во всех этих странах, а в России смертная казнь, фактически уничтоженная было при Елисавете Петровне, вновь призвана была для устрашения массы. Достаточно сказать, что в Пруссии, еще в начале нынешнего столетия, существовало четвертование снизу вверх и сверху вниз; что во Франции только после 1830 г. отменены клеймения, отсечения пальца; что в России лишь в 1863 г. отменены в принципе телесные наказания; что даже в наше время в Европе, вообще говоря, наказания далеки от той мягкости и умеренности, которой желал Б., а юстиция еще страдает многими из тех недостатков, против которых он восставал. Трактат Б. О преступлениях и наказаниях признается одним из источников нашего законодательства. В первые годы своего царствования Екатерина II одушевлена была искренним стремлением усвоить России высокие идеи Б., которые она внесла в свой Наказ 1767 г., данный комиссии для сочинения проекта нового Уложения (П. С. 3., № 12949). На рукописи Наказа, — которая хранится в зале общего собрания Правительствующего Сената в серебряном ковчеге, — имеется собственноручная пометка императрицы о том, что вся Х глава Наказа: «Об обряде криминального суда» есть перевод из книги Б., сделанный по ее повелению Григорием Козицким. Хотя, судя по заглавию, Х глава посвящена лишь вопросам судопроизводства, но в ней говорится и о законах вообще и о преступлениях и наказаниях. Сверх того, заимствовании из Б. встречаются и в главах V, VI и IX. По своему содержанию к уголовному праву может быть отнесена треть всего Наказа — 227 статей, и из них 114 принадлежат Беккарии. Однако, не все его мнения приняты и по некоторым вопросам предпочтение отдано Монтескье. Не мало в Наказе и недомолвок. Так, в нем хотя и говорится о равенстве всех перед законом (ст. 34), но не упоминается о равенстве наказаний для всех (у Б. 27). Кроме того, в Наказе допущено прямое противоречие по вопросу о смертной казни, так как статьи 79 и 486 заимствованные у Монтескье, не согласованы с ст. 209 — 212, взятыми у Б. Наказ не получил силы закона, но и в позднейшем своем законодательстве Екатерина иногда руководствовалась идеями Б. Именно, мысль Б., чтобы каждый был судим себе равным, нашла себе выражение в Учреждении о губерниях 1775 г., по которому каждое сословие в России получило свой особый гражданский и уголовный суд. Но нельзя не заметить, что мысли Б. более соответствует суд присяжных, чем суды сословные. Положения Наказа остались в области благих пожелали, но именно Х глава его, заимствованная у Б., отчасти получила силу закона, так как при составлении Свода Законов она включена была в число источников главы III «Законов о судопроизводстве по делам о преступлениях и проступках» (т. XV, ч. II Св. Зак. по изд. 1876 г. ). Таким образом, через посредство Наказание которые положения Б. о предварительном аресте и после доказательств до сих пор остались законом, действующим в тех частях Империи, где еще не введены судебные уставы 1864 г. Этим путем утвердилось в сознании малообразованных судей прежнего времени правило Б., внесенное в закон, о том, что «чем более тяжко обвинение, тем сильные должны быть и доказательства» (ст. 345, т. XV, ч. II). Это правило, помещенное рядом с изречением Петра Великого, что «лучше освободить десять виновных, нежели приговорить невиновного» (ст. 346, взята из ст. 9 Воинского Устава 1716 г. ), предупредило множество казней за преступления, не вполне доказанные. Но истинный смысл всего учета Б. о доказательствах, требовавший свободного убеждения судьи в виновности или невинности обвиняемого, не был усвоен нашим законодательством до судебной реформы 1864 г. Прибавим, наконец, что и составители судебных уставов руководствовались трактатом Б. и, между прочим, вполне усвоили нашему новому законодательству учение Б. о присяге, которое не было введено в Наказе 1767 г.
Кроме своего трактата о преступлениях и наказаниях, Б. не написал ничего замечательного. На родине его пользуется еще известностью его сочинение о языке и теории слога — «Ricerche intorno alla natura dello stilo» (Милан, 1770), но его политико-экономические труды не поднимаются над уровнем посредственности. Лучшее издание полного собрания его сочинений(«Ореrе»)сделано Виллари (Флор., 1854), а лучшее издание его знаменитого трактата приложено к исследованию Канту «В. il diritto penalе» (Флор., 1862; франц. перевод Лакуанта и Дельпеш'а, Пар., 1885). В 1870 г. на пожертвования всего образованного Мира был воздвигнут Б. памятник в родном его городе. Статуя, сделанная скульптором Гранди, изображает Б. в тот момент, когда, остановившись с пером в руке, он готовится написать: «но если я докажу, что смертная казнь не оправдывается ни пользою, ни необходимостью, то дело человечества будет выиграно». Слова эти изображены на памятнике. Со смертью сына Б., Юлии (1856), род его прекратился. В настоящее время трактат Б. переведен на 22 языка. Виднейшие криминалисты не перестают переводить его: новейший немец. перевод принадлежит Глазеру (Вена, 1876), французский — Фостен Эли (Faustin Helie, Пар., 1856). На русском языке, помимо извлечения в Наказе Екатерины II, имеются пять полных переводов Б. Первый перевод Дмитрия Языкова («Рассуждение о преступлениях и наказаниях с присовокуплением примечаний Дилерота и переписки Б. с Морелдэтом», напечатан по Высочайшему повелению, Спб., 1803), сделанный с француз. издания Мореллэ, по тщательности своей далеко превосходит последующий перевод Хрущева (1806). Перевод Ив. Соболева («О преступлениях и наказаниях», Радом, 1878) сделан с неудовлетворительного итальянского издания 1853 г., в котором сочинение Б. помещено в том виде, в каком оно было напечатано в первых итал. изданиях до исправления самим автором порядка своего изложения, согласно франц. издание Мореллэ. Перевод С. Зарудного («Б. о преступлениях и наказаниях в сравнении с главою Х Наказа Екатерины II и с современными законами», Спб., 1879) не всегда точен, в особенности при передаче политико-экономических идей, но издание это заслуживает полного внимания, так как в нем параллельно с текстом Б. помещен текст Наказа и современных русских законов; для изучения влияния Б. на наше законодательство интересны и приложения переводчика. Новейший лучший перевод, сделанный, как и перевод С. Зарудного с издания Канту, принадлежит С. Я. Беликову («О преступлениях и наказаниях»; Харьков, 1889), который приложил к своему изложению этюд о значении Б. в науке и в истории русского законодательства. Ср. Ринальдини, «В oiographische Skizze nach Cantu's В.» (Вена 1865); Амато-Амати, «Vita edopere di Cesare В.» (Милан, 1872); Путелди, «В. е la репа di morte» (Удино, 1878); С. Я. Беликов, «Б. и значение его в науке уголовного права» («Журнал Мин. Юстиции», 1863 г., кн. 7); А. Городиссий (псевдоним А. Кистяковского), «Влияние Б. на русское уголовное право» (там же, 1864 г. кн. 9).

Беккерель 

Беккерель (Александр Эдмон Весquerel) — современный физик, сын Антония Цезаря Б., родился 24 марта 1820 г., состоит профессором в консерватории ремесел и искусств, в агрономическом институте, профессором администратором в естественно историческом музее, президентом общества содействия национальной промышленности и членом института. Первой опубликованной работой Б. было изучение солнечного спектра и электрического света («Comptes rеndus de l'Acad. aes sc.», 1839 — 41); другие важнейшие работы его: «Lois du degagement de la chaleur pendant le passage des courants electriques»; «Effets produits sur les corps par les rayons solaires» (Законы нагревания гальваническим током и действия солнечных лучей на тела). Совместно с отцом произвел много исследований над электричеством и фосфоричностью; часть их находится в его большом сочинении: «Свет» («La lomiere, ses causes et ses effets», Париж, 1867 — 1868, 2 тома). В сотрудничестве с Кагуром (Cahoars) сделал определения преломляющих способностей жидкостей, с Фреми (Fremy) — электрохимические исследования. Из других работ упомянем — отделение электричества в гальванических батареях, электрические явления, происходящие от освещения тел; световые явления как следствие освещения: наблюдения вне красной части спектра посредством действия фосфоричности; термоэлектрические изыскания; действие магнетизма на все тела; фосфоричность, возбуждаемая солнечным светом; цветное фотографирование солнечного спектра. Относительно цветной фотографии спектра надо заметить, что цвета изображения спектра, полученного на серебряной поверхности, были очень несовершенны и что от действия света изображение мало помалу обесцвечивается. Опыты Б., как и опыты Песпса де Сон Виктора, интересны как первые попытки фотографирования с сохранением натуральных цветов, но ни тот, ни другой не могли найти средства закрепить полученные цвета. Только очень недавно, а именно в январе нынешнего 1891 г., французами ученый Липпман заявил, что он не только получил цветное изображение спектра, но и закрепил его. Вышеприведенное перечисление работ Эдмона Б., хотя еще не полное, показывает как разнообразны предметы его исследований. Большая часть их описана в «Annales de chim. et de phys.» (Cepin III, IV и V), а также в eComptes fendus de l'Acad. des sciences". Этот талантливый и заслуженный ученый, которому наступил 72-й год, занимается наукою и до сих пор.

Беклин 

Беклин (Арнольд) — исторический и ландшафтный живописец, род. 16 окт. 1827 г. в Базеле, учился в Дюссельдорфе у Ширмера и затем в Мюнхене, где талант его обратил на себя внимание графа Шака. Галлерея Шака содержит много самых характеристических произведений Б., как напр.: «Убийца, преследуемый фуриями», «Пещера драконов» и т. д. Б прожив долгое время в Париже и Риме, Б. переехал в Мюнхен, затем в 1860 сделался профес. при художественной школе в Веймаре, но через 2 года сложил с себя эту должность в им попеременно в Базеле и Италии. Главное достоинство его картин составляет колорит, который однако не свободен от эксцентричности, проявляющейся у него, как в выборе красок, так и в концепции. Первоначально Б. посвятил себя ландшафтной живописи, но вскоре на первый план выступили у него фигуры. К лучшим его произведшим принадлежат: «Фавн в камышах» (в мюнхенской Пинакотеке), «Отдыхающая Венера», «Охота амазонок» (в Базеле), «Бичующий себя анахорет», фрески в базельском музее, «Борьба центавров», «Поля блаженных» (Национальная галерея в Берлине), «Святилище Геркулеса» (Бреславл), «Остров мертвых» (в лейпцигском музее), «Наяды» (в Базеле).

Белемниты 

Белемниты (Belemnites). — Под этим названием понимают вымерших ископаемых, представителей двужаберных головоногих моллюсков из под порядка десятиногих. Как можно судить по другим еще ныне живущим семействам этого порядка, они обладали довольно сложной внутренней раковиной, сами же имели удлиненную, приблизит. цилиндрическую форму; тело их было голое, на голове сидело десять рук с присосками или крючочками, мантия по бокам тела представляла два плавниковых придатка; наконец, эти животные были снабжены чернильным мешком. Внутренняя раковина состояла из трех следующих частей: 1) пальцеобразной, то конической, то субциллиндрической, то более или менее удлиненной, то короткой, на конце притупленной или оканчивавшейся острой конической вершиной части, носящей название рострумa (Rostrum); 2) фрагмоконуса (Phragmoconus), сидевшего внутри верхней части рострума и представлявшего конус, разделенный вогнутыми перегородками, параллельно основанию конуса, на целый ряд члеников; 3)проостракума (Proostracurn), в виде тонкой, широкой удлиненной и слегка выпуклой пластинки отходящего от покрова (Conotheca) передней камеры фрагмоконуса. Очень редко находят полные экземпляры этой сложной раковины в окаменелом состоянии или в виде отпечатков; обыкновенно встречается лишь один рострум. Эти известковые ростры, по которым установлен и самый род «белемнит», обыкновенно для краткости и называют прямо «белемнитами»; следует однако помнить, что это есть выражение pars pro toto. В народе белемниты известны под названием "чертовых пальцев " (иногда и «громовых стрел» и им приписывается целебная сила. Название «белемнит» впервые введено в науку Агриколой; до него они назывались Lyncurium и рассматривались как окаменелая смесь янтаря и мочи; они были известны уже Теофрасту и Плинию, который называл их Idaei dactyii. В настоящее время известно до 350 видов Белемнитов, полный расцвет которых совпадает с юрским и меловым периодами. Первые представители двужаберных головоногих моллюсков появляются в триасе и после значительного развития и распространения в юре и мелу, в течение третичного периода, где настоящих Б. уже эта группа постепенно вымирает. В настоящее время Б. совершенно не существуют и есть только один близкой к ним представитель двужаберных головоногих молюсков — Spirula. По общей форме рострума, по числу, положению и характеру бороздок на его внешней поверхности и по некоторым другим признакам различают роды: Belemnites, Belemnitella, Acttnocamax и т. д., а род Б. в свою очередь делят на несколько групп. Вместе с аммонитами белемниты являются наиболее характерными окаменелостямя юрских и меловых отложений; некоторые виды, подобно аммонитам, являются руководящими формами для определенных ярусов и зон; так, В. Panderi характеризует келдовейский ярус, В. absolutus виргатовые слои, Belemnitella mucronata — сенонский ярус, белый мел и т. д.

Белл 

Белл (Александр Греем, Graham Bell) — знаменитый изобретатель телефона и радиофона или фотофона, профессор физики в Бостоне, американский гражданин, но уроженец Эдинбурга. Устройство телефона, т. е. прибора, который воспроизводит слово, возбудило такое удивление, что известный английский ученый В. Томсон не побоялся назвать его чудом из чудес. Б. обратился с просьбою в соответственное американское учреждение (Patent office) о выдаче ему привилегии на изобретенный телефон 14 февраля 1876 г. и получил ее. Французский институт присудил Б. премию Вольты за это изобретение, которое теперь получило обширнейшее применение во всех концах цивилизованного Мира. Со времени получения привилегии Белл сделал практические улучшения в своем приборе; эксплуатация изобретения обогатила его, хотя он более человек науки, чем наживы; близкие к нему люди, заведующего его делами, разбогатели более его. Сначала 1878 г. в Америке и в Англии начался ряд процессов, которыми оспаривалось право Б. на полученную им привилегию; многие приписывали себе изобретение основных частей телефона, а именно, против Б. выступили: Мак Доноуг, Эдиссон, Берлинер, Ричмонд, Грей, Дольбир, Ходькомб, Чиннок, Рандаль, Блек, Ирвин, Фельпс и Фелькер — всех тринадцать противников. Но первым же постановлением суда были устранены от состязания гг. Ричмонд, Холькомб, Рандаль, Фельнс, Чиннок и Берлинер. Относительно претензий других дело было подразделено по существу на одиннадцать частей и по каждой из них суд постановил особое решение, основываясь на показаниях сведущих людей. Изложение этого дела можно найти в журнале «La lumire electrique» (Электрический Свет, т. X, Париж, 1883, стр. 147, в статье Деманьевилля (De Magneville) под заглавием: «Des proces relatifs au telephone en Amerique»). Некоторые из упомянутых подразделений и решений приводятся здесь с целью показать, в какой мере было полно признание Б. изобретателем телефона. Первый вопрос относится к «способу передачи и воспроизведения на расстоянии звуковых волн или различных колебаний, способных воздействовать на электрический ток, пробегающий по цепи, таким образом, чтобы его заменять (remplacer) или ослаблять и тем самым возбуждать ряд электрических волн, точно соответствующих амплитудою и расстоянием (espacement) звуковым волнам, которые должны быть воспроизведены на приемной станции или станциях, в таких условиях, чтобы звуки голоса или разговоры всякого рода могли бы передаваться телеграфически». Эксперты отвечали на этот вопрос, что до выдачи привилегии Б. 14 февр. 1876 г. такие результаты не были получены и потому первенство принадлежит ему. Противной стороной по этому пункту были: Gray, Edison и Voelker. Четвертый вопрос относился к «гидроэлектрическому телефону, в котором жидкость, представляющая переменное сопротивление, помещена в вертикальной трубке, содержащей концы двух платиновых проволок, погруженных в жидкость». В таком употреблении жидкости эксперты отдали преимущество Эдиссону, которого телефон с жидкостью был первым материальным осуществлением идеи передачи звуков на расстоянии.
Пятый вопрос относится «к акустическому телефону, способному, как производить звуки, так и повторять их, и в котором плоская арматура (якорь), состоящая из железной или стальной диафрагмы, или из железного диска-якоря, прикрепленного к натянутой перепонке, или же арматуры, приделанной к оконечности пластинки, неспособной производить музыкальные звуки, если какая либо из поименованных арматур подвержена действию электромагнита, которого обмотка составляет часть замкнутой цепи, в которой помещении энергетической колебательный (ondniatoire) ток». В этом пункте названы существенные части ныне действующего телефона Б. Противной стороной были: Т. A. Edison, A. Dolbear, Е. Gray; эксперты присудили первенство изобретения этой системы опять Б. Вообще по 8 пунктам из 11 первенство было признано за Б., по 2 — за Эдиссоном и по одному пункту за Мак Доноугом (Mac Donough).
Независимо от мнения суда ученые вообще признают за Беллем первенство изобретения телефона, как полного практического осуществления известной идеи. м. журнал «La lamire electrique» (1883 год, стр. 285 и 545: «De la question des anteriorites dans la decouverte du telephone, par Th. dn Мопсеи»).. Б. получил привилегию в феврале 1876 г.. но первое воспроизведение членораздельных звуков удалось ему еще 4 мая 1875 года, а первые исследования по этому вопросу относятся, по свидетельствам многих, к 1874 г. Впрочем, надо отдать должное и другим вышеназванным изобретателям, что и будет сделано в статьях о Телефоне и Микрофоне.
Радиофон или фотофон Белля и его сотрудника Сумнера Тайнтера есть изобретение в научном отношении не менее поразительное, чем телефон, хотя и не имеет пока практического приложения. Идея состоит в том, чтобы произносимыми словами приводить в колебание лучи света, которые, действуя прерывающимся образом на селеновую пластинку, сделанную из селения, через которую проходит электрический ток, изменяют колебательно его силу, что и составляет одно из условий происхождения звуков в телефоне, которым завершается вся система. Настойчивость изобретателя такова, что он перепробовал до пятидесяти различных устройств радиофона, пока получил наконец удовлетворительные в научном отношении результаты. Первое заявление об идее этого изобретения Б. сделал в мемуаре, представленном королевскому обществу в Лондоне, 17 мая 1878 г., но настоящие фотофоны для передачи музыкальных тонов и членораздельных звуков Белль показал во французской академии наук 11 и 18 октября 1880 г. Изобретатель думает применить свой фотофон, между прочим, к выслушиванию шума, который, предположительно происходит на поверхности солнца. Фотофон Б. был причиною появления в ученой литературе целого ряда исследований (Прис, Меркадье, Берлинер, Калишер и др. ), касающихся основной его идеи. Из работ Б. упомянем еще об индукционных весах, — приборе, назначенном для отыскания металла в пораненном человеческом организме. Устройство этого, прибора было вызвано болезнью президента американских штатов Гарфильда, раненного выстрелом Гито. К сожалению спешность приготовления прибора и отсутствие опытности в применении его не дозволили открыть место, где находилась пуля; впоследствии же, в других случаях, когда прибор, передвигаемый под кожею, приближался к пуле, то звук — все время слышимый в телефоне, становился гораздо сильные. Для подобной же хирургической цели Б. устроил телефонический зонд. В 1886 г. профессор Белл опубликовал новые, весьма оригинальные работы, имеющие отношение к фонографу, придумав способ воспроизведения и записывания произносимых слов.

Беллини 

Беллини (Винченцо Bellini) — итальянский оперный композитор, род. в . Катании в Сицилии) 3 ноября 1802 г., музыкальное образование получил в неаполитанской консерватории. Успех его оперы «Bianca е Fernando», данной в 1826 г. в театре «Сан-Карло» в Неаполе, открыл ему путь на все итальянские оперные сцены. В 1827 г. Б. написал для миланского театра «La Scala» оперу «Н Pirata», в 1828 г. оперу «La Straniera». Опера «Zaira», сочиненная в 1829 г. для театра в Парме, успеха не имела, но следующие его оперы: «I Capuleti ed i Montecchi» (поставленная в 1830 г. В Венеции) и «La Sonnambula» (в 1831 в Милане) были приняты с энтузиазмом. В 1831 г. Б. выступил с оперой «Norma», написанной для Миланского театра; это произведение, по драматичности музыки, превзошло предыдущие оперы Б. Опера «Beatrice di Tenda», данная в 1832 г. В Милане, прошла с гораздо меньшим успехом, чем прежние его оперы. Поездки Б. в Лондон и Париж в 1833 — 34 гг. сопровождались блестящим успехом. Находясь в Париже, Б. написал в 1834 г. для местной итальянской сцены оперу «I Puritani», которая вызвала тем большее к себе сочувствие, что в ней Б. рядом с пленительно страстными мелодиями обратил большее против прежнего внимание на драматическую правду, на более тщательную отделку инструментовки, и на выработку форм отдельных музыкальных номеров.
Б. умер 24 сентября 1835 г. в Пюто, близ Парижа. Как оперный композитор, Б. шел по тому же пути, по которому направил итальянскую оперу Россини, но все же он сумел выказать не только значительную самобытность, но и внести в формы, данные Россини, также и известную самостоятельность. Хотя в произведениях Б. нет той высокой даровитости и разносторонности, какие мы находим у Россини, тем не менее они часто пленяют очаровательною мягкостью, сердечностью своей музыки, причем, однако, Б. иногда не в меру впадает в сентиментальность. Эта последняя черта, в связи с большим однообразием ритма, препятствует достижению рельефной драматической характеристики и широкой музыкальной передачи движений линии; но его кантилена часто отличается совершенством. См. Pougin, «В. sa vie, ses oeuvres» (Париж, 1868).

Беллини 

Беллини (Bellini) — семейство замечательных венецианских живописцев. Старшим представителем этой семьи художников был Джакопо Б., род. В начале ХV стол., около 1464 г., принадлежавший к числу учеников Джентиле да Фабриано. Он жил во Флоренции, Вероне и Венеции. Самым замечательным его произведением считается писанное для веронского собора — Распятие Христа. Его старший сын Джентиле Б. родился в 1427 или 1428 и ум. в 1507. От него также сохранились только немногие картины, замечательные обилием человеческих фигур. Он был не только живописец, но и отличный медальер и в качестве такого отправился в 1479 в Константинополь к Мохаммеду II. Здесь, между прочим, он сделал рисунки для рельефных работ на колонне Феодосия, которые только в этих рисунках и сохранились. Замечательнейшие его картины: в Брере (Милан) «Проповедь св. Марка» и в венецианской академии «Крестное Чудо». В стиле он был свободнее своего отца, но в сущности держался жесткой манеры старинной венецианской живописи, хотя его исторические картины отличаются строгим стилем. — Знаменитее Джентиле был его брат — Джованни Б. (Джанбеллин или Самбеллин), род. в 1426 году, ум. в 1516. Он — глава старинной венецианской школы и наиболее выдающийся представитель того направления, которому эта школа обязана своим значением. Живость в подражании природе, наивная и вместе с тем тонкая характеристика, сила и интенсивность колорита были свойственны ему в высокой степени. У него было очень много учеников, из которых знаменитейшие: Джорджоне и Тициан; Бонифацио Венециано и Себастиaнo дель Пиомбо также многим ему обязаны. Приняв реформы Мантеньи, Б. дал новое направление венецианской живописи. После 1470 г. развернулся гений его великого ученика Тициана, повлиявший на самого учителя. В первое время он часто употреблял золотой фон. Лучшие его произведения находятся в галереях Лувра, венецианской академии, Лондона, Вены, Берлина; кроме того, во многих церквах Венеции,. напр. св. Захария, св. Иоанна и Павла и друг. Дрезденская галерея обладает его прекрасным портретом дожа Леонардо Лоредана, писанным в 1502 году.

Беллона 

Беллона (старинная форма — Дуеллона) — у римлян, наравне с древнесабинской Hepиo (или Hepиoне), богиня войны — соответствовала греческой Энио. Одни описывают ее как супругу, другие как дочь Марса. Аппий Клавдий Цекус в 296 г., во время битвы с этрусками, дал обет воздвигнуть ей храм, который в последствии и был построен в Риме на Марсовом поле. В этом храме сенат обыкновенно давал аудиенции. послам чужеземных народов, не имевшим права вступать в самый город, равно как консулам, заявлявшим притязания на триумфальный въезд. Необходимо отличать от этой древней китайской В. азиатскую богиню, статуя которой во времена Суллы была привезена в Рим из Команы в Каппадокии. Жрецы этой богини, Bellonarii, в честь ее наносили себе раны на бедрах, затылке и руках.

Бельэтаж 

Бельэтаж (фр.) — лучший этаж, обыкновенно второй, в жилом помещении; в театрах название Б. дается второму ряду лож.

Бем 

Бем или Бёме (Иаков Bohme) — нем. мистик, прозванный philosophus teutonicus, род. в 1575 в Альтзейденберге (близ Гёрлица) в семье бедных крестьян и до 10 лет оставался без всякого образования. Обучаясь сапожному мастерству, он во время своих странствий читал, кроме Библии, мистические сочинения Парацельса, в особенности Валентина Вейгеля и др. и познакомился с воззрениями немецких мистиков, враждебных ортодоксальному протестантству того времени. В 1594 он сделался сапожником в Гёрдице и женился. После третьего видения, которое он приписал непосредственному воздействию Божества, Б. написал свое первое сочинение: «Morgenrohte im Aufgaag» (переименованное потом в «Aurora»). Нападки духовенства еще более укрепили в нем сознание своей правоты и снискали ему большую известность, так что чрез 7 лет он издал еще другие сочинения: «Vom dreifachen Leben des Menschen» (1619); «Die drei Prinzipien gettlichen Wesens» (1619); Psychologia vera, od. 40 Fragen и т. д."; «Von wahrer Busse» (1622); «Auch ein Weg zu Cbristo»; «Erklarung der ersten Buches Moses» (1623): «117 Theosophische Fragen» (1624).Чтобы найти себе защиту от новых преследований, он отправился в 1624 в Дрезден, где встретил сочувствие даже при дворе. Четыре доктора богословия, перед которыми он излагал свое учение, заявили, что они его не понимают и потому отказываются его осудить. По возвращении домой он захворал и ум. 24 ноября 1624. Без всяких знаний, кроме знакомства с Библией и сочинениями некоторых мистиков, он собственными силами создал систему, основанную на тесном сочетании натурфилософии с мистикой. За источник своего учения Б. выдает непосредственное Божественное откровение. Вот существенные черты его учения: первоначально Бог был вечный покой, первобытная причина, беспредметная воля, без качеств и желаний, ничто и все, вечно единое, не существо, а первобытное состояние всех существ, само себя не сознававшее. Затем Бог вгляделся в самого себя, сделал себя своим зеркалом, разделился на тройственность воли, которая есть вместе с тем и единство. В тихом божественном созерцании или мудрости, имеющей дело с образами (идеями), пробуждается желание, огонь, через который Бог открывает себя и который вообще есть источник всякой жизни. Этот божественный огонь состоит из двух начал (principia), гнева или мрака и любви или света; гнев или природа укрощается любовью; Бог есть господство любви. Человек первоначально был предназначен властвовать над четырьмя стихиями и, свободный от животных желаний, производить детей одной девственной мудростью. Но он сам низринулся на степень животной жизни. Так как у него явились желания, то Бог подвел ему женщину. Предназначенный питаться словом Божиим, он пожелал вкусить земную пищу. Он поддался искушению и был покорен земным духом. Но Бог послал свое собственное сердце, Сына, чтобы попрать смерть в человеческой душе. Чем Он есть, таким станет каждый, кто уверовал в Него. Предстоящий скорый конец всего сущего явится запечатлением нашего единства в Боге и с Богом.
Самому Б. чужда мысль отделиться от государственной церкви, но это сделали в XVII и XVIII ст. его последователи, бемисты, основавшие секту ангельских братьев. В Англии распространителем его идей был Бромней и основанное Иоанной Лид общество филадельфов. Английский врач Джон Бордейдж снискал себе славу, как толкователь Б. Во Франции его идеи были усвоены известным мистиком Луи Клод С. Мартеном. Метафизические воззрения Б. высоко ценились такими людьми, как Шлегель, Шеллинг и Гегель; последний, между прочим, возводит к нему начало новейшей философии. Изложение теософии Б. с ее метафизической стороны см. у Л. Фейербаха в его: «Истории новой философии» (А., 1833). Полное собрание сочинений Б. издано Гихтелем (10 т., 1682), Гмозингом (1715), Иберфельдтом (1730) и Шиблером (Лейпщ., 1831 — 47), также Вуллен, «Bluten aus Jaк. В-s Mystik» (Штутг., 1838); Hamberger, «Die Lehre des J. B. in systematischem Auszug» (Мюнх., 1844); Мориц Kappiepb, «Philosoph. Weltanschaung der Reformationszeit» (Штутггарт, 1847); Фехнер, «J. В.» (Берлин, 1858); Peip, «J. В., Der deutsche Philosoph» (Лейпциг, 1860); Martensen, «J. B. Teosophische Studien» (Лейпциг, 1882).
В России идеи Б. проникли в конце XVII века, когда в Москву приехал последователь Б. Кульман, сожженный там по проискам лютеранского духовенства. Несомненно, что под влиянием этого именно Кульмана появились в конце XVII в. славяно-pyccкие переводы сочинений Б., которые нашли такое сочувствие у наших предков, что в заглавии их было надписано: «иже во святых отца нашего Иакова Бемена». Причина столь сильного влияния Б. на русских и сближения сочинений его с творениями св. Отцов заключалась без сомнения в том, что помимо догматических положений, сбивчивых и чуждых православному мировоззрению ), у Б. встречается очень много молитв, которые сильнее всего могут действовать на дух неофитов. Сохранилось известие, что рукописные переводы конца XVII стол. содержали в себе именно молитвы, извлеченные из сочинений Б., и что некоторые из этих молитв впоследствии были тайно напечатаны Н. И. Новиковым для практического употребления в мистических обществах. В новиковскую именно эпоху, во время процветания мистических обществ, т. е. во второй половине XVIII стол. и особенно в 80-х годах, сочинения Б. пользовались у нас огромной популярностью, многими были переводимы на русский язык, еще более списываемы и переписываемы. Знаменитый моек. профессор И. Г. Шварц, имевший столь сильное влияние на даровитейших людей того времени, положил идеи Б. в основу своих лекций, читанных им на дому, и эти же идеи проводил он и в своей общественной деятельности. Другим влиятельным распространителем идей Б. был С. И. Гамалей правитель канцелярии моск. главнокомандующего. Из «Писем С. И. Гамалеи» (2 изд. 3 ч., М., 1836 — 39), которые он по разным случаям писал к многочисленным друзьям и почитателям своим, и которые пользовались таким уважением, что их называли «пастырскими посланиями», можно заключить, что он перевел почти все сочинения Б., но переводы эти оставались в рукописях. Не меньшим уважением пользовался Б. в у наших мистиков начала нынешнего столетия, которые считали его одним из ангелов, описанных в Апокалипсисе. Но не смотря на влияние и распространенность сочинений Б., в печати их появилось весьма немного. В конце прошлого века была издана «Форма исповедания, взятая из творений Якова Бема, перев. с немец.» (М., без обозначения года), а в начале текущего столетия — «Сhristоsорhiа или Путь ко Христу, в девяти книгах, творение Иакова Бема, прозванного тевтоническим философом»(Спб., 1815). Последняя книга есть ни что иное, как сборник 9 отдельных сочинений Б.. составленный заграницей и переведенный на русск. язык. К русск. переводу приложены 4 символические картины, заимствованный из издания Гихтеля (Амстерд., 1682), и присоединено любопытное предисловие издателя, в котором содержится отчетливо составленная биография Б., хронологической перечень всех его сочинений и сведения о всех переводах его сочинений, сделанных до того времени на разные иностранные языки. Предисловие это подписано буквами У. М.; это — обыкновенный шифр А. Ф. Лабзина, который и был переводчиком этой книги. Кроме того, в различных сборниках философско-мистических сочинений, во множестве издававшихся в конце прошлого и вначале настоящего столетия, можно встретить иногда отдельные сочинения Б., по-видимому из запаса вышеуказанных старинных переводов. Так, в сборнике: «Избранное чтение для любителей истинной философии» (6 ч., Спб., 1819 — 20) во второй книжки помещено соч. Б. «О покаянии». Можно думать, что и в другие подобные сборники вошли некоторые из старых переводов Б., тем более, что и здесь названная статья напечатана без имени автора. Ср. «Рyсские переводы Якова Бема» (Библиографические записки", 1858 г., стр. 129 и ел. ), здесь же описан рукописный сборник афоризмов Б., относящиеся к 1794 г. и озаглавленный: «Серафимский цветник или духовный экстракт из всех писаний Иакова Бема, собранный в весьма полезную ручную книжку, могущую в рассуждении великого таинства в завете соединения души с Богом возжигать сердце и ум к молитве, воздыханию, благоговению и возбуждать к горячности посредством непрестанного воспоминания, поощрения и упражнения в новом рождении».

Бенгальской залив

Бенгальской залив — название северной части Индийского океана, отделяющей Индостан от Индокитая. В нем находятся, особенно близ берегов, много островных групп, но бухт, за исключением устьев реки, он образует мало, вследствие чего имеет и мало хороших гаваней; тем не менее он оживляется деятельным судоходством, потому что на северном его берегу находится всемирный рынок Калькутта. В этой части Индийского океана господствуют правильные ветры, так называемые муссоны, дующие с апреля по октябрь с юго-запада, а в остальные шесть месяцев с северо-востока.

Бенедиктинцы 

Бенедиктинцы — название, присвоенное всем монахам, принявшим устав Бенедикта Нурсийского. Благодаря тому, что в этом уставе обращено внимание на свойства более сурового климата западных стран и введено разумное распределение времени, посвященного не только молитве, но и физическому труду, он быстро распространился, так что с половины VI стол. бенедиктинцы сделались самым многочисленным монашеским орденом. Хотя и без твердой связи между отдельными членами и без определенной организации, распространившись во всех западных странах, они имели самое благотворное влияние на обращение в христианство западных наций и на успехи цивилизации между ними, тем более, что еще Кассиодор (538) ввел между бенедиктинцами занятия науками. В своих школах в Сен-Галлен, Фульде, Рейхенау, Корвее, Гиршау, Герсфельде и друг. они сохранили для позднейших времен сокровища классической древности. Возрастающее богатство Б. монастырей в соединении с правилом принимать в орден только дворян и с установившимся еще при Каролингах обычаем раздавать аббатства, как хорошие доходные места, светским лицам вскоре привело орден к глубокому упадку. Для противодействия этому вводились реформы напр. Бенедиктом Анианским, аббатом клюнийским Берно (910), аббатство которого сделалось в XII стол. средоточием конгрегации 2000 французских монастырей, далее, Вильгельмом, аббатом тиршауским (1071) и друг. Но знатные и ученые бенедиктинцы чуждались мечтательного настроения своего времени, а потому для противодействия им возник целый ряд других орденов, как то Camaldoli, Chartreux, Citaux, Vallombrosa, Grammont и друг., которые оставались верны первоначальному уставу Бенедикта. Таким образом, Бенедиктинцы лишились того влиятельного положения, которое они занимали в качестве почти единственного монашеского ордена и вскоре «черные монахи», как называли бенедиктинцев по их черной одежде, до такой степени утратили, благодаря усиливавшейся среди них порче нравов, уважение народа, что их начали ставить ниже всех других орденов, пока в XIII стол. не явились нищенствующие монахи, оттеснившие всех на задний план. Старания пап Климента V и Бенедикта XII возвысить дисциплину и нравственность монашеских орденов посредством введения более строгой организации, не имели большего успеха; равным образом соборы Констанцский и Тридентский в состоянии были только отменить ограничение приема в бенедиктинский орден одними дворянами и постановить соединение всех отдельных монастырей в конгрегации. Подобные соединения возникали отчасти и в прежнее время и существенно содействовали тому, что б. стали возвращаться к более строгой дисциплине и более прилежному занятию науками; таковы, напр., были конгрегация Бурсфельдская, основанная Иоанном Минденским (1425) в северной Германии, конгрегация Монте-Кассино в Италии, Вальядолидская в Испании и др. Во Франции порча нравов между бенедиктинцами проявилась всего сильнее, но в то же время в Париже возникла в 1618 г., под руководством Лоренца Бенарда, конгрегация св. Мавpa (St. Maur), положившая прочное основание ученой славе Б. Мавринцы оказали весьма большие услуги историческим наукам и католической церкви. В XV стол. у Б. было 15000 монастырей; после реформации из них осталось едва 5000; Французская революция и Иосиф II еще более понизили это число, а в настоящее время оно едва ли превышает 500. В Австрии главным местопребыванием Б. служит большое аббатство Мёльк, к которому примыкают монастыри Кремсмюнстерский, Мариацелльский, Шоттенский в Вене и друг. Во многих женских монастырях этого ордена, возникновение которых не восходит ранее VII стол. и в которых дисциплина ослабила еще ранее, чем в мужских, прием ограничивается дворянским сословием и они принадлежат к самым богатым приходам. К числу их относятся преобразованная в конце XVI стол. на более суровых началах Кальварийская женская конгрегация во Франции, утвержденная папой Григорием XV в 1622, и возникшие также во Франции в 1614 и 1676 другие небольшие конгрегации бенедиктинок. Ср. Ziegelbaur, «Historia rei literariae Ordinis S. Benedicti» (4 т., Аугсб., 1754). А. Веселовский, «Старые итальян. монастыри» (Ж. М. Н. Пр., 1876, 1). 

Бенедиктинцы и Бенедиктинки в Польше.

Уже в самом начале государственной жизни Польше бенедиктинские монахи приходили туда в качестве миссионеров; так членами этого ордена были: Адальберт или Войтех, брат его Гауденций и др.; первые монастыри, основанные в Польше , принадлежали бенедиктинцам. Относительно числа этих монастырей до 1025 г. существует разногласие: самое распространенное мнение, имеющее некоторое основание в средневековых хрониках и поддерживаемое большинством историков до последнего времени, таково, что уже во времена Болеслава Храброго (992 — 1025) и даже раньше его бенедиктинцы имели монастыри в Тынце и на Лысой Горе. Между тем с полною уверенностью можно сказать только о двух монастырях, что они существовали до 1025 г., а именно: в Медзыржеце и Тржемешне; первый из этих монастырей упоминается Титмаром под 1005 г. После смерти короля Мечислава II (1034 г.) началась реакция среди народа против христианства: тогда все монастыри были разрушены, в особенности в Великой Польше, а монахи перебиты. Только Казимиру I (1041 — 1058) удалось восстановить христианство и основать новые монастыри: в это время между прочим были построены бенедиктинские монастыри в Тынце, Могильне, Лэнчице и Любине; затем в половине XII в. на Лысой Горе (Св. Креста), в Сецехове, Бреславде и Ежове. Второй не разъясненный вопрос заключается в том: откуда пришли бенедиктинские монахи в Польшу? По преданию, первые бенедиктинцы времен Мстислава и и Болеслава Храброго пришли из Монте Кассино. Другие говорят что во времена Казимиpa и монахи пришли из Клюньяка (Клюньи?), но с этим не соглашаются новейшие историки, которые указывают на Жамблю леодйской льецезии (теперешний Льеж) в Бельгии, как на место происхождения польских бенедиктинцев. По всей вероятности уже в XII в. все польские бенедиктинцы признавали главенство тынецкого аббата, который носил название архиаббата, но в скором времени монастыри стали самостоятельно управляться, богатеть и вследствие этого орден стал нравственно падать.
По всей вероятности уже в XIII в. бенедиктинцы перестали даже содержать школы. Бенедиктинские аббатства были в следующих местностях Польше: и в Тынце, от которого зависели монастыри: орловский в Силезии, в Старых Троках в Литве (с 1410) в Костельной Вей в окрестностях Калиша (с 1209) в Унееве (с 1370 г. 1) в Тухове; 2) аббатство Св. Креста на Лысой Горе с монастырями: в Конемлотах, Вонводьнице и Слупе; 3) Сецеховское аббатство с монастырями: в Сецехове, Радоме, Пухачове, Стенжице. 4) аббатство в Могильне (1065 г. ) близ Гнезна 5) Люблинское аббатство с монастырями: в Ежове, Гостыне, Хойнатах и Киссове 6) Плоцкое аббатство (1166 г. ) с монастырями: равским, пржибытовским, замским и лентовским; 7) в Городище близ Пинока (1659 г. ); 8) в Несвиже (1673 г) и 9) в Минске (1700 г. ). Не смотря на то, что в 1709 г. образовалась бенедиктинскопольская конгрегация, соединившая все монастыри в одну организацию, орден не поднялся из своего упадка. В нынешнем столетии Б. монастыри совсем исчезают: так, в 1815 г. Тынецкое аббатство, перешедшее к Австрии, было упразднено, потом были закрыты монастыри: на Лысой Горе и в Сецехове (1819 г. ) и другие; остались бенедиктинцы только в Пултуске, куда они переселились в 1802 г. из Плоцка; до 1830 г. они имели свою школу. Окончательное упразднение пултуского бенед. монастыря последовало в 1864 г. Бенедиктинки до сих пор имеют несколько монастырей, так напр.: в Серпце, Ломже, Минске, и кроме того в Галиции: в Статонтках близ Кракова (с 1240 г. ). В Пржемышле с женской школой и в Пруссии, в Хелмне (с 1274 г.). 
Литература: Войтех Плоцкий, «Blagostowienstwo zakonu Sw. Benedykta» (Краков, 1623); Стан. Шигельский, «Aquila polono Benedictina» (Краков, 1663); Вацлав Зиолковский «Regula s. Benedicti» (Вильно, 1792), «Encyclopedia koscielna» (т. II, Варш., 1873); Владислав Абрагам, «Organizacia Kosiola w Polsce» (Львов, 1890).

Бенедиктов 

Бенедиктов (Владимир Григорьевич) — русский поэт, род. 5 ноября 1807 г. в Петербурге, воспитывался в Олонецкой гимназии и во 2-м кадетском корпусе в СПб., откуда был выпущен прапорщиком в л.-гв. измайловский полк; с этим полком участвовал в походе 1831 г. против польских мятежников в, по возвращении гвардии в Петербург, оставил военную службу, поступив в министерство финансов. Здесь он и оставался до конца своей службы, занимая в последние ее годы должность члена правления государственного банка. В 1860 г. получил отставку с пенсией и с тех пор жил «на покое» то в Петербурге, то в деревне или заграницей. ум. 14 апреля 1873 г.
На литературное поприще Бенедиктов выступил в 1835 г. небольшой книжкой стихотворений, которая обратила на юного поэта внимание публики и критики. Читатели и рецензенты встретили эту книжку громкими похвалами; она покупалась нарасхват, так что скоро потребовалось новое издание; по рассказу И. И. Панаева, Жуковский отзывался о новом поэте с восторгом; отовсюду слышались самые лестные суждения. Только Белинский (в «Телескопе» 1835 г.) взглянул на произведения Б. с иной точки зрения, и, не преувеличивая ни их достоинств, ни недостатков, показал, что в них виден только талант стихотворца, т. е. уменье ловко владеть размером и рифмой, но почти совсем отсутствует поэтическое дарование.
В 1856 г. вышло в свет полное собрание стихотворений Б., в 3-х томах, а в следующем году, в виде дополнения к этому собранию: «Новые стихотворения». В эпоху Крымской войны Б. выступил в роли патриотического лирика с рядом громких од, в которых слышался запоздалый отголосок державинской музы. В следующую затем эпоху общественного возбуждения, когда в хоре нашей поэзии сильнее других стала звучать «гражданская» нота, Б. также поддался этому новому общественному настроению: оставив прежние лирические излияния, он приглашал читателя на борьбу с общественным злом, хвалил справедливость, бескорыстие, любовь к отечеству и т. д. В 1884 изд. товариществом М. О. Вольф 2-е полное собрание стихотворений Б. Под редакцией и с вступительною статьей Я. И. Полонского.

Бензин

Бензин. — Так назывался в старину представитель ароматических соединений, углеводород бензол; в настоящее же время, как в обыденной жизни, так и в заводской практике, это название придают веществам, зачастую не содержащим и следов бензола, или только минимальные его количества; такого рода вещества получаются при сухой перегонке дегтя различного происхождения и составляют одни из первых (более летучих) порций дестиллята. Каменноугольный деготь дает Б., состоящий, главным образом, из нечистого бензола, тогда как деготь, добываемый из бурых углей, сланцев, богхеда, дает смесь углеводородов, не принадлежащих к ароматическому ряду. Так называемый Benzinum petrolei, получающийся перегонкой нефти, имеет уд. вес 0,68 — 0,70 и кипит при 60° — 80° Ц. Б. применяется в технике при фабрикации парафина, далее, при чистке так назыв. химическим способом ношенных материй. В повседневной жизни он зачастую употребляется для вывода пятен, благодаря своей способности растворять жирные вещества. При употреблении Б. нужно быть особенно осторожным, так как он весьма легко воспламеняется.

Бензол 

Бензол или бензин (старинное, ныне оставленное название) — углеводород состава С6Н6, представитель ароматических или бензольных соединений. Вещество это представляет бесцветную, прозрачную, сильно преломляющую свет и легко подвижную жидкость, с характерным ароматическим запахом, уд. веса 0,899 (при 0° Ц. ) и 0,885 (при 15°), кипит при 80°,5 и застывает на холоде в кристаллическую массу, плавящуюся при +6°; легко растворим в эфире, спирте, хлороформе и других обыденных растворителях, за исключением воды; бензол представляет прекрасное растворяющее средство для жиров, смол, масел, асфальта, алкалоидов, серы, фосфора, йода; на воздухе горит светлым, сильно коптящим пламенем и дает весьма легко воспламеняющиеся пары. Б. был открыт в 1825 г. Фарадеем при исследовании газообразных продуктов сухой перегонки жирных масел; Митчерлих получил его при перегонке бензойной кислоты с известью и назвал бензином, а Либих переименовал вещество это в бензол. Синтетически углеводород был получен Вертело в 1870 г. нагреванием ацетилена в трубке над ртутью, при температуре размягчения стекла. Присутствие бензола в каменноугольном дегте доказано А. В. Гофманом в 1845 г., а ученик Гофмана, Мансфильд, в 1848 г., изолировал его из дегтя в значительных количествах и выработал необходимые для этого практическое методы. Выходы бензола зависят не только от состава каменно угольного дегтя, но и от способов обработки его, перегонки и хранения. Из 100 килогр. лондонского дегтя получается 1,1% бензола (50-процентного), а на рейнских заводах добывают до 1% очищенного вещества, идущего на приготовление анилина. У нас очень хороший бензол готовится на заводах товарищества «В. И. Рагозин и К°» из газовой смолы, образующейся при добывании газа для освещения и отопления (исследование П. Голубева). В торговле имеются три сорта бензола: 30, 50 и 90 процентный; при этом необходимо иметь в виду, что бензолом здесь считается все то, что гонится ниже 100°, и что количество его выражается в объемных процентах: из 50 процентного бензола получается половинный объем жидкости, кипящей до 100°. Таким образом продажный бензол не представляет химически чистого соединения, а содержит в виде примеси, главным образом, толуол и ксилол, затем углеводороды жирного ряда, сероуглерод, иофен и др. вещества. Большинство этих примесей удаляется фракционированной перегонкой в особо устроенных сложных аппаратах, обработкой едкой щелочью и концентрированной серной кислотой, кристаллизацией на холоду и отжиманием затвердевшего продукта. Обработанный таким образом бензол представляет уже почти чистый углеводород и идет на приготовление чистого анилина; но в нем все таки еще есть примесь более легких углеводородов (которые остаются неизмененными при нитровании) и тюфен. Этот последний легко открывается при помощи очень чувствительной реакции с раствором изатина в серной кислоте; бензол, содержащий даже следы тиофена, окрашивается упомянутым реактивом в интенсивный голубой цвет. Эта реакция (открытая Байером) и навела Виктора Мейера на мысль искать примесь особого соединении в очищенном бензоле, считавшемся прежде за химически чистое вещество. Тщательным взбалтыванием с крепкой серной кислотою (1/20 по объему) В. Мейеру в 1883 г. удалось извлечь новое соединение: обработав 2000 килогр. бензола, он получил 1944 гр. чистого тиофена, C4H4S. Этот последний кипит при 84°, а потому, понятно, и не может быть выделен из Б. самой тщательной фракционировкой.
Б. идет в громадных количествах на получение нитро и динитро соединений, а также дисульфобензоловой кислоты. Нитробензол С6Н5NO2: получается при действии на бензол смеси азотной и серной кислоты при обыкновенной температуре и представляет желтоватую жидкость, кипящую при 209° (при 745 mm. давл.), удельного веса 1,2; запах его до поразительности схож с запахом масла горьких миндалей или бензольного альдегида, почему нитробензол употребляется в парфюмерии и мыловарении и называется искусственным горькоминдальным маслом (а также мирабановой эссенцией). При действии восстановителей, напр. уксусной кислоты и железных стружек, нитробензол переходит в анилин C6H5NH2, исходный материал для получения анилиновых красок. Динитробензолы С6Н4 (NО2)2 — ортомета пара — образуются одновременно при нагревании бензола со смесью крепкой азотной и серной кислот; главным продуктом здесь является метасоединение. Далее, бензол употребляется для карбурирования светильного газа, т. е. для сообщения яркости газовому пламени, и как превосходный растворитель для жиров, смол, гуттаперчи и каучука. На этом основано употребление его в технике и общежитии для чистки материй. Для домашнего обихода очень удобна смесь 25 ч. бензола с 5 ч. эфира и 5 ч. абсолютного спирта. Английская жидкость, уничтожающая также кислотные пятна, состоит из 100 ч. бензола, 100 ч. 95процентного спирта и 35 ч. аммиака (0,875 уд. веса). В медицине бензол дается против чесотки и паразитов; пары его, вдохнутые в большом количестве, действуют анестезирующим образом.
Относительно химических свойств бензола необходимо заметить, что он сильно сопротивляется действию как окислителей, так и восстановляющих веществ. Галоиды, в зависимости от условий, или прямо присоединяются, или же дают продукты субституции. При действии хлора на кипящий бензол получается смесь нескольких продуктов присоединения, между которыми наиболее хорошо изучен шестихлористый бензол C6H6Cl6, кристаллическое вещество, плавящееся при 157° и распадающееся при температуре кипения (288°) на соляную кислоту и трихлорбензол С6Н3Сl3. С бромом на солнечном свете образуется аналогичный продукт, шестибромистый бензол, — С6Н6Вr6. Хлорноватистая кислота присоединяется в количестве трех частиц и дает кристаллическое вещество состава С6Н6(СlOН)3. При пропускании сухого хлористоводородного газа в бензольный раствор хлористого алюминия образуется непрочное жидкое соединение галоидного металла с бензолом, состава 6С6Н6.Al2Cl6. Бромистый алюминий в подобных же условиях дает 6С6Н6.Al2Br6. Образованием такого рода соединений обусловливается наступление многих синтетических реакций, идущих в присутствии галоидных солей алюминия (Г. Г. Густавсон). При нагревании до 280° с крепкой йодисто-водородной кислотой к бензолу присоединяются шесть атомов водорода, причем получается углеводород гексагидробензол С6Н12 (Вреден Кижнер). Продукты замещением водорода в бензоле образуются также при действии галоидов, напр. хлора, всего лучше в присутствии некоторых веществ, играющих роль передатчиков хлора, каковы напр. йод и пятихлористая сурьма. В реакцию вступают, по всей вероятности, высшие хлористые соединения названных элементов, которые, затем, отдав свой хлор, переходят в низшие соединения, потом вновь присоединяют галоид, передают его бензолу и таким путем этот сложный процесс длится все время до самого конца:
С6H6+JCl3=C6Н5CI+HCI+JCI.
При такого рода реакциях образуются, конечно, продукты различной степени замещения, дву — трех — четырех — пяти — шести замещенные бензолы, которые все известны. Из них гексахлорбензол или перхлорбензол С6Сl6, (не представляющий изомерных форм) получается при полном хлорировании бензола в присутствии пятихлористой сурьмы. йодобензол образуется при нагревании бензола с йодом, в присутствии йодноватой кислоты или серной (Истрати). Относительно действия азотной кислоты было упомянуто выше. Серная кислота, в зависимости от концентрации, количества и температуры, дает сульфобензил, моно и дисульфокислоты. При нагревании бензола с металлическим калием до 250° часть водорода замещается металлом, причем образуется С6Н5К и С6Н4К2. Соединение воспламеняется на воздухе со взрывом. — Литература общая -Roscoe a. Schorlemmer, «AusfurlichesLehrbuchder Chemie» (IV т., 1886); специальная и технич. : G u stay Schnitz, «Die Chemie des Steinkohlentheers» (2е изд.); «Mu sprat t's Theoretische, prakt. und analytische Chemie v. Stohmann nnd Bruno Keri» (4-е издание).

Бенкендорф 

Бенкендорф (граф Александр Христофорович, род. 1783, умер 1844) — в 1798 г. произведен в прапорщики л.-гв. Семеновского полка с назначением флигельадъютантом к императору Павлу; в войне 1806 — 1807 гг. состоял при дежурном генерале гр. Толстом и участвовал во многих сражениях; в 1809 г. отправился охотником в армию, действующую против турок, и часто находился в авангарде или командовал отдельными отрядами; в сражении под Рущуком, 20 июня 1811 года, за выдающиеся отличия был награжден орденом св. Георгия 4-й степени. Во время Отечественной войны 1812 г., Б. сначала командовал авангардом отряда барона Винценгороде; 27 июля произвел блистательную атаку в деле при Велиже; а по уходе Наполеона из Москвы и занятии ее русск. войсками был назначен комендантом столицы. При преследовании неприятеля он находился в отряде ген. лейтенанта Кутузова, был в разных делах и взял в плен 3-х генералов и более 6000 нижних чинов. В кампанию 1813 г., Б. начальствовал летучим отрядом, нанес поражение французам при Темпельберге (за что получил орден св. Георгия 3 ст.), принудил неприятеля сдать на капитуляцию г. Фюрстенвальд и, вместе с отрядом Чернышева и Тетенборна, вторгся в Берлин. Переправясь через Эльбу, Б. взял г. Ворбен и, состоя под начальством ген. Дорнберга способствовал поражению дивизии Морана, в Люнебурге. Затем, состоя с своим отрядом в Северной армии, участвовал в сражениях при Грос Берене и Денневице. Поступив под начальство гр. Воронцова, он 3 дня сряду, с одним своим отрядом, прикрывал движение армии к Дессау и Рослау, и награжден был за это золотою саблею, украшенною алмазами. В битве под Лейпцигом Б. командовал левым крылом кавалерии бар. Винцграде, а при движении этого генерала на Кассель был начальником его авангарда, Затем, с отдельным отрядом, был отправлен в Голландию и очистил ее от неприятеля. Смененный там прусскими и английскими войсками, Б. двинулся в Бельгию, взял города Лувен и Мехельн и отбил у французов 24 оруд. и 600 пленных англичан. В кампанию 1814 г. Б. особенно отличился в деле под Люттихом; в сражении под Красным командовал всею конницею гр. Воронцова, а потом прикрывал движение Силезской армии к Лаону; при Сен Дизье начальствовал сперва левым крылом, а потом арьергардом. Император Николай, весьма расположенный к Б., назначил его, в 1826 г., шефом жандармов, командующим Императорскою главною квартирою и начальником III отделения собственной Е. В. канцелярии. В 1828 г. при отъезде государя к действующей армии, в Турцию, Б. сопровождал его; был при осаде Браидова, переправе русской армии через Дунай, покорении Исакчи, в сражении при Шумле и при осаде Варны; в 1829 г. он произведен в ген. от кавалерии, а в 1832 г. возведен в графское достоинство.
Б. Константин Христофорович. брат предыдущего, ген.-адъютант (1785 умер 1828). Родителями своими — предназначался для дипломатического поприща, и на 13 году жизни был определен юнкером в коллегию иностранных дел, а в 1805 г. получил звание камерюнкера Высоч. Двора. При начале Отечественной войны, он перешел в военную службу с чином майора и, назначенный в отряд бар. Винценграде, отличился в делах в окрестностях Москвы, под Смоленском и при взятии Вильны. В кампанию 1813 г., командуя отдельным небольшим отрядом, взял в плен при Бельциге, целый батальон вестфальцев, с 2 знаменами; затем, поступив в летучий отряд Чернышева, принимал участие во всех его блестящих действиях. В войну 1814 г. особенно отличился при штурме Суасона и в одновременных с Краовским сражением действиях ген. Винцграде. В октябре того же года он был произведен в генерал майоры, а в 1815 г. назначен командиром 2-й бригады 4-й драгунской дивизии. В 1816 г. Б., по болезни, временно оставил строй и, до 1819 г., числился по кавалерии; с 1820 по 1826 г. состоял посланником при двор. вюртембергск. и баденском Персидская война 1826 — 27 гг. снова вызвала его в ряды действующих войск, причем на него возлагались предприятия самые трудные и самые опасные. В течение персидской кампании он получил звание ген. адъютанта, произведен в генер. лейтенанты и, кроме других наград, получил золотую саблю с алмазами. Во время войны с Турцией, в 1828 г., Б., командуя летучим отрядом, пробрался к Балканам, в тыл неприят. армии, и 7 июля занял Переходы. Это был последний его подвиг. Расстроенное еще в персидскую кампанию здоровье не выдержало новых трудов и лишений и Б. умер в августе того же года.

Бенуар 

Бенуар (пофранцузски baignoire) — партерная ложа, т. е. ложа в театре в уровень с местами для кресел; эти ложи бывают открытые и закрытые особыми сетками, препятствующими видеть сидящих в ложе и нисколько не мешающих видеть зал и сцену. В виду удобств, доставляемых подобным устройством, цена на эти ложи обыкновенно бывает высока и только немногим ниже цен на ложи бельэтажа.

Беовулф 

Беовулф (Beowulf) — англосаксонская поэма, названная так по имени главного героя. Основное содержание заключается в сказаниях о победе Б. над страшным чудовищем (Grendel) и над опустошавшим страну драконом, к чему прибавлено не мало побочных эпизодов. Отдельные сказания поэмы, вероятно, занесены англичанами и саксами из старой родины, но в том виде, в каком она сохранилась, поэма носит несомненные следы последней, христианской обработки, относящейся, надо полагать, к началу VIII стол. Таким образом, поэма Б. является древнейшим значительным памятником народной поэзии германцев. Она имеется в одной единственной рукописи и была издана: Кемблем. (Лонд., 1833; 2 изд. 1837), с английским переводом, снабженным примечаниями. Торпом (Лонд. 1855), Грейном в его Bibliothek der angelsachsisch. Poesie (2 т., Кассель и Геттинг., 1857 — 59) и отд. изд. (Кассел и Геттинг., 1867), Неуnе (Падерб.), Гольдером (Фрейб. в Бр., 1882) и др. Из многочислен. перевод. поэмы на нем. яз. следует отметить: Грейна, Зимрока (Штутгардт, 1859) и Неуnе (Падерб., 1863), на франц. — Л. Боткина.

Беранже 

Беранже (Пьер Жан де Beranger) — знаменитый франц. поэт, автор песен, из которых большинство сделалось вполне народными, род. 19 авг. 1780 г. в Париже. Отец его, писец у нотариуса, а впоследствии конторщик в колониальном магазине, женился по любви на. дочери бедного портного Шампи, спустя, однако, несколько лет развелся с нею, оставив у себя дочь и маленького сына. Последнего он отдал на воспитание в Оксер когда тот подрос, определил в один из пансионов предместья Сент-Антуан. Затем Б. был послан для окончания образования к тетке в Перонн, которая сделала его гарсоном в своем кабачке. Природные способности молодого Б. и страсть к чтению возместили, однако ж, все недостатки такого воспитания. Многим обязан также Б. советам и нравственному влиянию некоего Палюде-Белянглиз, заинтересовавшегося умным мальчиком и при его помощи Б. сделался наборщиком в одной из местных типографий. Между тем отец Б., замешанный в какое то дело и освобожденный 9го термидора; взял его к себе и дал занятия в открытой им вексельной конторе. Предприятие это пошло было очень удачно, но вскоре Беранже отец опять попался в известном деле Бротье и Вильгерпуа, был заключен в тюрьму и освобожден по недостатку доказательств только спустя несколько месяцев. За это время дела конторы пошатнулись и отец с сыном взялись за новое предприятие и открыли библиотеку для чтения. Тогда то впервые, на 18-м году жизни, Б. попробовал писать стихи и первым его произведением была эпическая поэма "Cloviss. Между тем денежные дела ухудшились настолько, что он наконец решился обратиться за помощью к Люсиену Бонапарте, послав к нему и первые свои опыты. Люсиен, подчас сам писавший стихи и романы, оценил молодой талант и великодушно уступил Б. свое жалованье в 1000 франк., которое получал в качестве члена института. Спустя некоторое время протекция А. Арно доставила Б. место секретаря в одном из министерств и обеспеченный таким образом поэт мог уже свободно предаться литературной деятельности. Первое собрание своих песен, названное им «Chansons morales et autres», Б. издал в 1815 г. Оно тотчас же обратило на себя внимание критиков. Но вместе с тем он получил первое предостережение от властей, за политический характер некоторых из них, как напр. : «Le Senateur», «ie Roi d'Yvetot». В 1821 году появилось второе собрание стихотворений Б., под названием «Chansons» (2 т.). В этих новых произведениях Б. политическая тенденция выступает еще резче; таковы: «Le marquis de Carabas», «Paillasse», «Monsieur Judas», а также, осмеивающие духовенство: «Les Capucins», «Les clefs du Paradis», «Les reverends peres». Настроение умов нового поколения нашло себе в них верное отражение. Подобно ему, песни эти исполнены презрения к возвратившейся династии и аристократии с ее кастовыми предрассудками и мнимыми правами на возмездие. Как и следовало ожидать, Б. лишился места и был подвергнут суду, который приговорил его к трехмесячному заключению и денежному штрафу в 500 фр. Сидя в тюрьме, Б. начал третье собрание песней, появившееся в свет в 1825 г., а затем четвертое в 1828 г., за что опять был присужден к девятимесячному заключению и денежному штрафу в 10000 фр. На ряду с этими преследованиями, слава Б. и популярность его произведений возрастала все более и более. Десять тыс. франков были быстро собраны по подписке.
В дни польской революции 1830 года, которую Беранже давно предчувствовал и отчасти вызвал своими песнями, он принимал вместе с Лафитом, Лафайетом и другими деятельное участие в проведении кандидатуры на престол Луи Филиппа и, когда это ему удалось, удалился от дел, отстранив от себя все почести и награды, предложенные ему новым королем. Последнее при жизни Б. собрание его песен, вышедшее в свет в 1833 году под заглавием: «Chansons nouvelles et dernieres» и посвященное Люмену Бонапарте, содержит в себе песни, проникнутые уже новым духом; в них слышен отголосок общего социалистического направления эпохи, таковы: «Les Contrebandiers», «Jeanne de Rousse», «Le vieux Vagabond», «les Fous», «le Suicide» и друг. В 1848 г., несмотря на отказ поставить свою кандидатуру, он был избран в деп. Сены более 200000 голосов. После нескольких заседаний Б. подал в отставку, но она не была принята, и только после того как он повторил свою просьбу и категорически заявил, что его решение непреклонно, ему дали вернуться к частной жизни. Государственный переворот 2-го декабря уменьшил в известной степени популярность Б. в той части общества, для которой Б. был прежде как бы нравственным вождем. И действительно, ничто не сделало для идеи бонапартизма столько, сколько Б. своими песнями о «маленьком капрале». Но мог ли он надеяться, что платоническими симпатиями к прошлой славе Франции воспользуется для своих корыстных целей Наполеон III. Но все же таки популярность и политическое значение Беранже были так велики, что после его смерти, последовавшей 16 июля 1857 г., правительство" уступая единодушному требованию общественного мнения, устроило Б. пышное погребение на счет государства, при чем однако ж, опасаясь демонстраций, все это производилось под усиленною охраною войск и полиции. Уже после смерти Б. появилась его автобиография «Ма Biographic», изданная Перротеном в 1857 г. в (русск. пер., М.) и «Correspondence», собранная Полем Буато (Boiteau). В 1874 году вышли «Oeuvresposthumes», собрание неизданных песен, по форме и направлению близких к прежним его произведениям. "Oeuvres completes deB. " имеется в 12 изданиях, из которых появившееся в 1847 г. в 2-х томах считается самым полным. Песни Б., несмотря на их чисто французский, народный характер, были переводимы почти на все языки. Из многочисленных русских переводов лучший принадлежит Вас. Ст. Курочкину. Он выдержал 6 изданий. Ср. Артюр Арну (Amoult), «Beranger, ses amis, ses ennemiset ses critiques» (1864); Ж. Жанен (Janin), «В. et son temps» (1866); Ж. Бернар (Bernard), «Beranger et ses chansons» (1858).

Берген 

Берген (Bergen) — город на зап. берегу Норвегии, важнейший в стране по вывозной торговле и числу снаряжаемых в гавани его пароходов; расположен полукругом по внутренней бухте Бифиорда, образующего превосходную гавань, защищенную на западе высокими, крутыми скалами, а на севере — молом. Город раскинулся на семи скалистых возвышениях (от 250 — 600 м.); со стороны моря он защищен старинной крепостью Бергенгус, цитаделями Фредериксберг и Свересборг, шанцами Норднэс и тремя батареями. В общем. Б. производит приятное впечатление, но местами улицы узки, кривы и холмисты, а большинство построек, по скандинавскому обычаю — деревянные; насчитывает до 46552 жителей (1885). Во главе учебных заведений стоит кафедральное училище, затем имеются здесь также училище мореходства, рисовальное, несколько небольших библиотек, общество поощрения искусств, музей, театр и т. п. Далее, в Б. имеется отделение национального банка, многие частные кредитные учреждения, биржа, госпитали и др. благотворительные учреждения и общества, рабочий дом и т. п. Фабричное производство города, хотя и возрастает постепенно, но не может назваться обширным. Кроме судостроения, важной отраслью промышленности является здесь бочарное дело. Но главным источником доходов населения служит торговля. Два раза в году норвежцы северяне привозят сюда свои продукты, состоящие преимущественно из различных родов морской рыбы, и обменивают их на хлеб, водку, инструменты и проч. Это чрезвычайно оживленное для торговли Б. время закупок северян носит особое название — «Stavne». Кроме того, Б. поддерживает оживленные торговые сношения и с прочими частями Норвегии и с различными заграничными портовыми городами, благодаря многочисленным пароходным рейсам, совершаемым собственно городскими судами. Последних в 1879 г. было 70, вместимостью в 24894 тонны (из общего числа судов — 340, сместим. в 84905 тонн) или треть всего числа названных пароходов. Прибыло в Б. судов в 1878 г. — 787, вместим. в 169898 т., отбыло 778, вмест. в 169206 т. Главным предметом вывоза служат продукты рыболовства (рыбий жир, сельди, треска, омары). Из предметов ввоза важнейшие: всякого рода зерновой хлеб, мясные продукты, лен и пенька, фабричные изделия, соль, каменный уголь и колониальные товары. Б. еще в 1070 г. Приобрел городские привилегии. В 1445 г. немецкие ганзейские города учредили здесь одну из своих четырех главнейших контор или фактурой и быстро забрали в свои руки всю торговлю города Б. Под покровительством Ганзы состояли также и немецкие ремесленники, поселившиеся здесь в большом числе. Но в 1558 г. терпение норвежцев, стонавших под игом «конторских», истощилось и они прогнали ганзейцев.

Береза 

Береза (BetulaL.) — дерево из сем. березовых (Betulaceae Endi), а по Линнею 21-й класс (Monoecia), 7-й отряд (Polyandria), семейство сережчатых (Атепиасеае), вместе с осиной принадлежит к числу наиболее распространенных у нас лесных древесных пород и может быть названа вполне Русской породой, потому что в Западной Европе она не встречается чистыми сплошными лесонасаждениями. На С. береза идет до 66 3/4° с. ш., где она найдена Шренком по берегам р. Колв в виде небольшого приземистого деревца; на юге границей для нее служат степи, но затем Б. встречается лишь в одном месте горной части Крыма и всюду на Кавказе, где она растет в высокой горной полосе от 5000 до 7000 ф. н. у. м. Цветки у Б. однодомные, собранные в, так назыв. сережки. Сережки с будущими мужскими (тычиночными) цветками, развиваясь еще осенью, видны на Б. В течение всей зимы в виде 2 — 3 небольших (около 1 дюйма) рожков на концах ветвей, тогда как более мелкие сережки с женскими (пестичными) цветами появляются весною вместе с листьями. Весною же расцветают и постепенно удлиняются и сережки с мужскими цветами, состоящие из двух раздвоенных тычинок (всех в пазух чешуйки 6) и одного или двух листочков околоцветника, прикрытых чешуйкой. При женских цветках (по 2 — 3 вместе) чешуи трехлопастные. прикрывающие три 2-гвездых пестика с 2 нитчатыми рыльцами каждый. Плодики мелкие, семянки (березовое семя) крылатые, легко разносимые ветром. У нас различают 4 вида березы: а) обыкновенную белую или бородавчатую (Betula alba L., В. verrucosa Ehrh.), б) пушистую (B. pubescens Ehrh.), в) кустарниковую (В. fruticosa Pall) и г) малорослую, карликовую или ерник (В. nаnа L.). Береза с длинными повислыми ветвями, называемая плакучей, точно также как и с красивой узорчатой древесиной, известная под именем корельской, не составляют особых видов, а считаются разновидностями, происходящими от местных условий произрастанием деревьев. Только первые два вида важны в лесохозяйственном отношении; кустарниковая же береза встречается лишь на крайнем севере Сибири, карликовая же произрастает кустарником или низким деревцом и на моховых болотах и тундрах северной части Европейской России, почти до параллели, проходящей чрез южную половину Новгородской губ. Белая и пушистая березы, будучи схожи в лесохозяйственном отношении, отличаются ботанически одна от другой: у первой ветви и листья голые и крылышко плода в 2 — 3 раза шире самой семянки, у второй же молодые ветви и листья пушистые и крылышко Плода одной ширины с семянкою, или немного шире ее; отсюда простонародные название белой березы — чистяк (Арханг.), чистуха и чистушка (Вологодской) и пушистой — глушняк (Арханг.), глушина (Вологодской) и глушивина (в Псковской и Тверской губ.).
Древовидные Б. свойственны преимущественно Северной Америке, кустарные Б. — холодному и умеренному поясам Европы и Азии. Самая распространенная древовидная европейская Б. — это В. alba L., береза обыкновенная или белая (по ее корень), отличающаяся своим стройным ростом, ослепительно белой корой и ромбически овальными или почти трехуголовыми, при основании округленными или усеченными, острыми, по краям пиловидными, листьями, покрытыми бархатистым пушком только в молодом возрасте. На верхней стороне листьев выделяется ароматичное смолистое вещество, бетулиа, образующее на листьях блестящий налет или беловатые пятна. Это же вещество появляется в изобилии на молодых ветвях одной из разностей обыкновенной Б., Betula verrucosa (Б. бородавчатая). Оно же заключается и в белой коре и дает, при сухой перегонке ее, деготь. Благодаря присутствию смолистого вещества, кора (береста) отличается чрезвычайною прочностью и прекрасно сохраняется в речных наносах, торфяниках и пр. Она идет на. покрытие крыш (в Швеции), на приготовление корзинок, коробок и пр., а прежде употреблялась от перемежающейся лихорадки. Листья дают с квасцами желтую краску для шерсти. Из надрезов в стволе, сделанных весною, до появления листьев, вытекает значительное количество патоки, содержащей свыше 2% сахара и идущей на приготовление разных напитков. Крупная Б. может дать в сутки большие одного ведра пасоки. Явление вытекания наблюдается вслед за первыми оттепелями; в первые дни вытекание незначительно, но затем постепенно возрастает и, достигнув через некоторое время максимума начинает постепенно убывать, а ко времени распускания почек совершенно прекращается. В России лучший рост березовых насаждений замечается в северных и средних губ., на умеренно влажных, не слишком плодородных почвах, не бедных содержанием перегноя. Различие в минеральном составе почв не обнаруживает особенно заметного влияния на рост березы и только на известковых почвах она растет весьма редко. Нуждаясь, как светолюбивая древесная порода, в достаточном солнечном освещении, она рано изреживается в чистых насаждениях, что влияет неблагоприятным образом на плодородие почвы; произрастая же в смеси с хвойными породами и отличаясь быстрым ростом, береза скоро обгоняет их в высоту и обнаруживает вредное влияние на дальнейшее произрастание: длинные и тонкие ветви ее, приводимы в движение ветром, сбивают, «охлестывают» почки у хвойных, вследствие чего деревья этих пород становятся уродливыми. После срубки береза успешно восстанавливается как семенами (назыв. В Тульской губ. ряса), ежегодно производимыми в изобилии, так и порослью от пня, появляющейся возле шейки корня даже у старых 60 — 70 летних деревьев. Для получения крупного хорошего поделочного материала береза срубается в 60 — 80 и даже иногда в 100 летнем возрасте; на дрова же, считающиеся лучшим топливом, она пригодна уже в 40 — 60 лет. — На постройки береза мало годится, так как скоро загнивает, благодаря развитию грибка Nyctomyces suaveolens (с запахом фиалок). На северных тундрах и моховых болотах весьма часто встречается мелкий с искривленным стволом кустарник B. nana L., карликовая береза, отличающаяся бурой корой и мелкими, почти совершенно круглыми, сверху темно-зелеными, блестящими, а снизу бледными листьями. На травянистых кустарниках растет также кустарная Б. (B. humilis Schr.), с довольно прямым стволом, бурой корой, мелкими, овальными листьями и покрытыми смолистыми железками ветвями. Из числа североамериканских видов у нас разводятся иногда B. lenta, с гладкой, темно-серой корой и B. nigra или rubra с корой красноватой или почти черной, слупливающейся тонкими чешуйками. Следует упомянуть еще и о следующих видах Б., открытых в России и описанных в недавнее время: на Кавказе — B. Raddeana Trautv. и B. Medwedewi Regel., и B. Ermani Cham. в восточной Сибири и Камчатке.

Бepезoвский 

Бepезoвский (Максим Созонтович) — замечательный композитор православной церковной музыки, род. 16 окт. 1745 г. в г. Глухове Черниговской губ. Судьба его полна глубокого трагизма. Воспитанник киевской духовной академии, Б., по приезде в Петербург, был определен, благодаря своему прекрасному голосу, в придворную певческую капеллу, где изучал музыку у Цопписа. В то время, при дворе императрицы Елисаветы, давались представления итальянской оперы, в которых наряду с другими певчими капеллы принимал участие и Б. Как даровитый юноша, уже в ту пору обладавший выдающимися способностями к композиции и виртуозным талантом (Березовский отлично играл на скрипке), он обратил на себя общее внимание. В 1764 г. на 20 году своей жизни, Березовский был послан в Италию, в знаменитую болонскую академию, где занимался под руководством не менее знаменитого профессора Мартини Старшего. Господствовавшие в этой академии хорошие музыкальные традиции оказали самое благотворное влияние на развитие таланта Б., что не замедлило отразиться на его сочинениях, отличавшихся строгим и обаятельно-красивым стилем. Дарование Б. и его музыкальные успехи доставили ему популярность в Италии. Б. удостоился неслыханных в то время для чужеземца почестей и отличий. Многие музыкальные академии в Италии избрали Б. своим почетным членом, а болонская академия записала его имя золотыми буквами на мраморной доске и удостоила титула почетного академика. К этому же периоду времени относится и его опера «Демофон», написанная на текст Метастазы, для театра в г. Ливорно, в гавани которого тогда стоял руссюй флот под начальством графа Орлова; с ним Б. и пришлось позднее вернуться в Россию. Опера Б. имела огромный успех и приводила в восторг всех знатоков и знаменитых музыкантов того времени. Живя в Италии и скучая по родине, Б. посылал оттуда в Россию свои лучшие произведения. Известный знаток церковной музыки о. Разумовский, в своей книге "Церковное пение в России " (Москва, 1867), указывает на следующие из них: «Литургию», концерт «Отрыгну сердце мое», «Слава в вышних Богу»; «Милость и суд воспою тебе Господи». «Причастный» и проч. — Все эти произведения Б. отличаются простотою, доступностью, изяществом и в художественном отношении превосходны. Сочинения Б., присылавшиеся им из заграницы, были не только приняты и разучены,. но и исполнены в присутствии тогдашнего Двора, так что имя Б. сделалось с тех. пор известным всей России. Концерты Б. разучивались всеми любителями церковного пения. Но печальнейшее разочарование ждало Б., когда он, в 1774 г., после 9 и летнего пребывания заграницей, возвратился вместе с графом Орловым на родину, исполненный самых радужных надежд. Он думал, что его блестящее дарование создаст ему соответствующее положение и глубоко ошибся в своих рассчетах. Петербург кишел в то время массою пришлых и зачастую бездарных любимцев, составлявших, однако, тесно сплоченную между собою клику, относившуюся не только с ревнивым, мелочным подозрением к каждому истинному таланту, но и старавшуюся удалить или уничтожить всякого опасного соперника, который мог стать ей поперек пути. По приезде в Петербург, Б. был вскоре представлен в качестве знаменитого артиста многим высоко поставленным лицам, но среди царедворцев нашелся лишь один — князь Потемкин, обративший внимание на даровитого композитора, и тут же предложивший ему место директора будущей музыкальной академии, которую Потемкин предполагал основать в Кременчуге. В ожидании же обещанных благ, Б. определили в капеллу без всякой должности, так как все высшие и лучшие места были в руках иностранцев. Эта неудача не ослабила, однако, творческой деятельности Б., он продолжал много и упорно работать. К несчастью для русского искусства и еще более для самого Б., князь Потемкин, как это нередко с ним случалось, забыл не только о Б., но и о самой академии. Это обстоятельство имело роковое значение для Б. Отчаявшись получить соответствующее его таланту и знаниям место или хотя бы повышение в должности, он впал в мрачную тоску. Оскорбленный, униженный, терпя бедность, нужду и всяческие неудачи, Березовский в марте 1777 года заболел горячкою, и в одном из припадков тяжкой болезни покончил жизнь самоубийством, перерезав себе горло, от чего и скончался 22 марта того же года.
Как композитор духовной музыки, Б., вместе с Веделем, является представителем нового направления в партесном пении. В своих сочинениях он стремился к строгому согласованию музыки с текстом, о чем в то время многие итальянские композиторы, писавшие духовную музыку для православной церкви, и не думали, ни мало не заботясь ни только о правильном произношении слов, но нередко даже вовсе не зная русского языка. Этим то строгим соответствием музыки с текстом и замечательны произведения Б.; им же объясняется и то умилительное впечатление, какое производит музыка Б. Вместе с тем он достиг разрешения труднейшей задачи — соединения простоты и изящества. Из многочисленных сочинений Берез., оставшихся в рукописях и хранящихся у многих любителей, только два сочинения, и то спустя 60 лет со дня его смерти, были изданы придворною капеллою, это: «Верую» и классически концерт. «Не отвержи мене во время старости». Все они были написаны для больших, правильно организованных хоров, и имели в свое время громадный успех. Из духовных произведений Б., кроме двух поименованных, наибольшею известностью пользуются еще семнадцать концертов. 
Сведения о Березовском можно найти в следующих сочинениях: З. Дурова, «Очерк истории музыки в России» (приложение к «Руководству к изучению музыки» Аррея фон Доммера, перевод с немецкого А. Желябужской, Москва, изд. П. Юргенсона, 1884 г.); о. Разумовский, «Церковное пение в России» (Москва, 1867); Н.А. Лебедева, «Березовский и Бортнянский, как композиторы церковного пения» (Спб., 1882); Л. Саккети, «Очерк всеобщей истории музыки» (Спб., 1883, изд. В. Бесселя и Ко); Стаффорда, «История музыки» в переводе Е. Воронова, (Спб., 1838); Fetis, «Biographie universelle des musiciens» (Париж, 1860).

Беременность 

Беременность (Graviditas). — Физиология беременности обнимает происхождение яичка, его оплодотворение и дальнейшее развитие, при нормальных условиях, до начала удаления его из материнского организма, а также изменения, которым подвергается плод в течение всего этого времени. До наступления половой зрелости, женские половые органы вовсе не функционируют. Только когда остальные органы тела достигают почти полового своего развития, для женщины наступает новая фаза. Питание в половых органах быстро усиливается и в них наступают 2 важных момента: выделение яичка из яичника, известное под именем ovulatio, и излитие крови из сосудов слизистой оболочки матки — менструация. Оба эти момента наступают периодически, через каждые 4 недели. На высоте прилива крови происходит разрыв графавого пузырька, причем из него выделяется яичко, которое, не встретившись с семенем, бесплодно погибает. Если же яичко оплодотворится, то первым признаком происшедшего оплодотворения служит исчезание зародышевого пузырька и зародышевого пятна. Плод заключен в матке в три оболочки, неодинаковые по своему происхождению, и различающийся друг от друга во все течение утробной жизни. Самая наружная из них известна под названием отпадающей оболочки и доставляется организмом матери, а обе остальные — ворсистая и половая — происходят из самого плода. Иногда вместо одного плода развивается их несколько (многоплодная беременность). Каковы условия, которые лежат в основе многоплодной беременности, остается до сих пор не выясненным; вероятнее всего причина заключается в одновременном лопании граафовых пузырьков и оплодотворении нескольких яичек. О продолжительности человеческой беременности мы точных данных, в силу выше изложенных соображений, иметь не можем, так как совершенно неизвестен и момент зачатия; тем не менее, принятое до сих пор вычисление продолжительности беременности, как основанное на прямых наблюдениях, имеет свои практические удобства. Продолжительность беременности обыкновенно принимается в 280 дней (от 240 — 320), причем вычисление срока беременности делается следующим образом: со дня наступления последней менструации, конец беременности вычисляется удобнее всего, если, считая от упомянутого дня, вычесть 3 месяца и прибавить 7 дней. Вычисление это, хотя не дает точных результатов, тем не менее ошибка не идет дальние нескольких дней. Еще меньше точности представляет собою счет по времени первых движений младенца, ощущаемых матерью. Так как первые движения обыкновенно обнаруживаются около 20 недели беременности (у перворождающих средним числом на 137й, а у многорождавших на 130 день), то к этому времени прибавляется еще 20 — 22 недель и получается срок наступления родов.
Во время беременности в организме матери происходят весьма важные и существенные изменения. Самые важные имеют, конечно, место в матке и соседних органах. Матка резко увеличивается в объеме, причем разрастаются все составные части этого органа. До начала 4 месяца матка еще находится в малом тазу; с 4-го месяца дно ее начинает ощупываться над лонным соединением и продолжает увеличиваться беспрерывно в полости большого таза вплоть до 10-го месяца (лунного), когда высота ее достигает наибольшего уровня. На десятый месяц матка снова опускается, так что ее дно находится приблизительно на той же высоте, как в восьмом месяц. Груди становятся напряженными, уже начиная со 2-го месяца; еще более увеличиваются они на 4 и 5 месяце. Сальные железы, лежания вокруг соска, начинают набухать, около сосковый кружок окрашивается в бурый цвет и из грудной железы можно выдавить светлое, водянистое отделение, которое иногда просачивается и произвольно. Кроме специальных изменений, беременность оказывает весьма разнообразные и глубокие изменения во всем организме женщин. Количество крови у женщин по видимому увеличивается; характер крови сходен с изменениями крови при хлорозе (белокровие). Кровообращение подвергается различным расстройствам: у женщин появляются головокружение, сердцебиение и т. д. Отделение мочи всегда увеличено; она водянистее; состав ее неизменен; нередко в моче констатируется белок. Пищеварительный канал почти всегда представляет в своей деятельности резкие уклонения от нормы. В начале беременности очень часто наблюдается рвота по утрам, натощак, при неизменном аппетите. На коже часто появляется пигментация ее неправильными пятнами, в особенности на лице (chloasma nterinum). В области нервной системы и психики происходят иногда очень резкие отклонения от нормы: появляются головные боли, куриная слепота, ослабление зрения, тугость слуха, изменения во вкусе и т. д. Душевное на строение также изменяется: женщины до беременности серьезные, становятся веселыми; но чаще являются симптомы психического угнетения, нередко усиливающиеся до ясно выраженного душевного расстройства.
Диететика беременности.
Хотя беременность есть вполне физиологическое состояние, тем не менее женщины в этот период находятся при совершенно других условиях и поэтому диететический образ жизни беременной должен быть установлен на рациональных основаниях. Основное правило состоит в сохранении обычного образа жизни, при устранении, конечно, всех вредных влияний, могущих каким либо образом отразиться неблагоприятно на здоровье матери или на развитии плода. Беременная должна делать движения на свежем воздухе, содержать тело в чистоте, придерживаться обыкновенной привычной пищи и т. д. Словом, наилучшая диететика при нормальных условиях беременности будет та, при которой образ жизни женщины в ее новом положении будет по возможности меньше отличаться от прежнего. — Что же касается приспособлений различного рода, то они заслуживают быть упомянутыми: прежде всего женщина не должна носить стесняющего ее платья; кроме того, следует носить хорошо приспособленный брюшной бандаж, с целью удержать в нормальном положении как матку, так и плод. Особенного внимания по отношению к предстоящему кормлению требуют соски. Груди надо держать в умеренном тепле и предохранять их от всякого давления. Если соски очень нежны и чувствительны, то, с целью предупреждения трещин сосков, часто появляющихся во время кормления, их следует предварительно подготовить обмываниями холодной водою или спиртными веществами. Если соски плоски — их следует осторожно вытягивать по нескольку раз в день. Различные тягостные припадки беременности, каковы рвота, боли в крестце и боках, обмороки и т. д., если только они не принимают чрезвычайных размеров, не требуют особенного лечения; припадки эти необходимые спутники беременности и исчезают обыкновенно немедленно после родов.
В исключительных случаях оплодотворенное яичко не попадает в матку, а развивается где-нибудь на пути, т. е. или в яичнике, в брюшной полости, или в фаллошевой трубе; тогда наступает один из патологических видов беременности, известный под общим именем «внематочной беременности». Судя по месту развитая яичка, внематочная беременность делится на 3 вида: на яичниковую беременность, брюшную беременность и трубную беременность. При трубной беременности, смотря по месту развита яйца, различают беременность: промежуточную (graviditas tubouterina), трубно брюшную (graviditas tuboabdominalis) и собственно трубную. Все эти патологические виды беременности представляют несомненно очень неблагоприятные предсказания как относительно плода, так и матери. Тем не менее предсказание при трубной беременности все таки несколько благоприятнее, чем при брюшной и яичниковой беременности, при которых по Hecker'y смертность равна 42%.
— При трубной беременности как мать, так и плод погибают от смертельного внутреннего кровотечения, появляющегося обыкновенно на 3 месяце беременности, вследствие разрыва трубы. Брюшная беременность очень часто достигает нормального срока, причем припадки беременности весьма тягостны: появляются сильные боли в животе, сопровождающиеся лихорадкою (при существовании ложных перепонок). Если же плод лежит свободно в брюшной полости, то припадки обыкновенно начинаются во второй половине беременности и обусловливаются движениями плода.
Беременность имеет особое значение в науке права и в положительном законодательстве Во всех законодательствах обстоятельство это играет важную роль при установлении факта законности рождения. По правилам евангелическолютеранской церкви Б. оказывает влияние на возможность вступления в новый брак вдовы или разведенной. По правилам этим, вошедшим в наш «Устав евангелическолютеранской церкви» (т. XI ч. и Св. Зак., ст. 215, 216), вдова или разведенная может вступить в новый брак лишь по истечении трех месяцев после смерти супруга или со дня формального расторжения брака, но сверх того она обязана доказать свидетельством присяжного лекаря или присяжной бабки, что она не беременна; вдова или разведенная, коей не беременность подлежит сомнению, может вступить в новый брак не прежде как по истечении шести месяцев с вышеуказанных моментов, если в это время не окажется беременной; оставшиеся же беременными вдовы и разведенные могут вступать в брак через шесть недель после разрешения своего от бремени. В уголовном праве Б. играет двоякую роль: с одной стороны в виду вызываемого ею психического в нервного расстройства, она является в известных случаях обстоятельством, устраняющим вменяемость; с другой побуждает законодателя особенно охранять беременную женщину, как объект преступления, так как сопряженные с этим состоянием как физические, так и нравственные изменения в значительной степени увеличивают опасность всякого рода личных посягательств. Как обстоятельство, влияющее на вменяемость, а следовательно и на степень наказуемости, Б. имеет особенно важное значение в преступлении, известном под названием «вытравление плода», хотя в этом случай не всеми законодательствами оно принимается в одинаковой степени во внимание. В виду наших действующих законов Б., вызывающая в известных случаях состояние умоисступления и совершенного беспамятства, может служить основание не вменения в вину преступного деяния (Улож. о наказ, ст. 92 и 96). По проекту нового Уголовного уложения, вызванные Б. расстройства психической деятельности подходят под общую рубрику «бессознательного состояния». Как объект преступления беременная женщина с давних уже пор обращала на себя внимание нашего законодательства, побуждая его в таких случаях усиливать наказание за убийство, повреждение здоровья и оставление без помощи. При убийстве беременной женщины редакторы уложения 1845 г., исходя из взглядов, укоренившихся еще со времен уложения Алексея Михайловича, признавали основанием усиления наказания то, что в случаях такого рода совершаются два убийства зараз. Такой взгляд, однако же, опровергается тем, что убийство беременной женщины не предполагает безусловно смерть ребенка. В настоящее время квалификацию этого преступления, сохраненную и в действующем Улож. о наказ, (ст. 1452), можно оправдать лишь опасностью для жизни и здоровья плода, почему в проекте нового Уложения подобного квалифицированного вида убийства мы не встречаем. Что же касается повреждения здоровья и оставления без помощи беременной женщины (Улож. о наказ., статьи 1461, 1463, 1486, 1488, 1522), то здесь основанием к усилению наказания служит тот особенный вред, который наносится в подобных случаях как самой беременной, так и плоду. Кроме того, как в иностранных кодексах, так и в нашем законодательстве мы встречаем не мало постановлений, имеющих целью охранение здоровья и покоя беременных женщин до разрешения их от бремени и спасение жизни плода в случае смерти матери. К такого рода законодательным положениям нашего права относятся, между прочим, следующий: исполнение наказами над женщинами беременной или недавно разрешившимися от бремени отлагается до истечения сорока дней после родов (Уст. Угол. Суд. 2. ст. 959; т. XV, ч. 2. Св. Зак. — Зак. о судопр. по делам о преступлениях и поступках, ст. 618); в исправительное заведение не принимаются женщины беременные (т. XIV Св. Зак. Устав о содержащихся под стражей, ст. 385). Тюремным комитетам вменено в обязанность, между прочим, наблюдать, чтобы содержимым в тюрьме женщинам беременным даваема была по возможности, на счет имеющихся у этих учреждений средств, пища лучшая против других замеченных (там же ст. 105); затем, предписывается беременным женщинам, содержащимся в тюрьмах, оказывать пособие во время родов и до разрешения от бремени не пересылать их с места на место (там же, ст. 131 и 181, т. XV ч. 2 Св. Зак., 130). Как в ссылке так и в местах заключения вообще беременные женщины, и разрешившиеся до истечения сорока дней после родов, освобождаются от работ (Уст. угол. суд., ст. 970); наконец, определен порядок судебно-медицинского исследования женских тел, когда дело идет о распознании беременности (т. ХШ Св. Зак. Устав суд. мед., статьи 1818 — 1822) и предписано ко вскрытию мертвого тела, когда беременная женщина во второй половине своей беременности скоропостижно умерла, приступать, не выжидая 24 часов после смерти, а для спасения плода и для окрещения оного производить цесарское сечение со всеми предосторожностями, какие при этом обыкновенно наблюдаются у живых (там же, ст. 1742).

Берилл 

Берилл — минерал гексагональной системы, из бисиликатов, очень важный, потому, что некоторые его разновидности (изумруд) принадлежат к самым лучшим драгоценным камням. Б. кристаллизуется в полногранном отделении гексагональной системы и, при большом богатстве и разнообразии плоскостей, представляет призматические кристаллы, в которых кроме призмы иногда господствуют также базопинакоид и пирамида 2-го рода. Плоскости призмы часто покрыты вертикальными штрихами; спайность по базопинакоиду, излом раковистый или неровный, твердость 7, 5 — 8, уд. в. 2,67 — 2,76; перед паяльной трубкой с трудом плавится по краям, кислотами не разлагается. Кристаллы Б., то одиночные, то соединенные в друзы или шестоватые агрегаты, бесцветны и водяно-прозрачные, но чаще окрашены в зеленовато-белый, селадоново-зеленый, яблочно или изумрудно-зеленый, а также другие, реже всего розовые цвета. Блеск стеклянный, оптический характер отрицательный. Хим. сост. 3ВеО Аl2О3 6SiO2 что соответствует 14% окиси бериллия 19% глинозема и 67% кремнекислоты. Искусственно воспроизведен Эбельменом.
Прозрачные изумрудно-зеленые разности берилла носят название изумруда (смарагда, Smaragd, Emeraude) и высоко ценятся в качестве первоклассных драгоценных камней. Б. и изумруд были известны уже Плинию и Теофрасту; они ценились древними очень высоко и, по Геродоту, кольцо Поликрата было украшено изумрудом. Древние греки очень дорожили изумрудами, а египтяне украшали ими мумии. Xopomie изумруды редки; они находятся в долине Тунка в Колумбии (это месторождение открыто в 1555 г.), в Новой Гренаде в копи Мусо (изв. с 1537 г.), в Египте на берегу Красного моря, близ Коссеира, в горах Забара. Это последнее месторождение, согласно найденным там иероглифовым памятникам, разрабатывалось уже в 1650 г. до Р. X. Менее хорошие изумруды находят в Хабахтале в Зльцбурге, в Ирландии (Mourne Mountains) в Норвегии (оз. Мьёзен) и в некоторых других местностях. В России изумруд находится на реке Токовой в 85 в. к северо-востоку от Екатеринбурга, в черном слюдяном сланце; известные «изумрудные копи» (у истоков р. Б. Рефта) славятся единственными по свой величине кристаллами изумруда, а также александритом и фенакитом. Кроме этих коренных месторождений, где изумруды встречаются вросшими в углистом известняке и слюдяном сланце, следует указать еще розыскное месторождение у г. Ава в Бирманской империи, где Б. находится в приречных песках.
Б. всех других цветов кроме изумруда, носят название обыкновенного берилла; прозрачные красивые разности называют благородным Б. Синевато-зеленые Б. цвета морской воды известны под названием аквамарина. Б., даже и благородный, является значительно менее редким, чем изумруд и встречается как в россыпях, так и вросшим в граните, гнейсе, слюдяном и тальковом сланце. Обыкновенные Б. находятся в Боденмайсе (Бавария) Лиможе (Франция), на о. Эльбе, в Швеции (Финоо, Бродбо), в Корнвалисе и т. д. В России — Мурзинка, Шайтанка, изумрудные копи р. Токовой, Mиасский завод (Златоустовского округа) являются месторождениями Б. Лучшими месторождениями благородного берилла являются Ильменские горы на Урале, Нерчинский край, окр. Коимбатор в Ост Индии и Колумбии. Особенно крупные кристаллы Б. в 4 — 6 фут. длины при 1 футе толщины и весом до 2000 — 3000 фунт. известны в Графтоне, Акворте и Рояльстоне в Массачусетсе; большой известностью пользуется также месторождение Вилла Рикка в Бразилии. При выветривании и разрушении берилл превращается в слюду или каолин.
Изумруды употребляются для украшений, как первоклассные драгоценные камни, хорошие бериллы идут на различные мелкие поделки, а непрозрачные и негодные Б. служат источником для добывания окиси бериллия. Cp. Nicolas Kokscharow, «Materialen zur Mineralogie Russlands» (Материалы для минералогии России); Vrba (Вpбa), «Zeitschr. f. Kryst.», V.

Бериллий 

Бериллий или глиций (химич. форм. Be, атом. вес, по Крюссу, 9,05) — металл, содержащийся в виде соединений окиси во многих минералах: в берилле, хризоберилле, лейкофане, смарагде, аквамарине, эвклазе, фенаките и др. В металлическом состоянии бериллий впервые был получен Вёлером и Бюсси в 1826 г. (окись бериллия открыта еще ранее Вокеленом, в 1798 г.). Для получения металла, хлористый бериллий накаливают с металлическим натрием (Вёлер) или, что удобнее, вместо гигроскопического хлористого бериллия берут двойное соединение фтористого бериллия с фтористым калием, не содержащее кристаллизационной воды:
BeK2F4+2Na=2KF+2NaF+Be
Операция ведется в стальном плотно закрытом тигле; нагревание доводят до среднего красного каления (Крюсс и Морат). Полученная масса выщелачивается водою; металл получается при этом отчасти в кристаллическом состоянии. Он весьма тугоплавок, имеет белый цвет, как серебро, ковок и весьма трудно окисляется. Уд. вес его 1,64. Воду не разлагает даже при температуре красного каления; легко растворяется в минеральных кислотах, за исключением азотной, с едким кали выделяет водород. Соединения бериллия представляют не мало сходства с соединениями алюминия, так что почти до самого последнего времени шел спор о том, представляет ли бериллий двухатомный элемент (аналог щелочноземельных металлов), или трехатомный (аналог алюминия и др.). Новейшие исследования, а именно определение плотности пара хлористого бериллия (Нильсон и Петерсон) решили спор в пользу сторонников двуатомности бериллия, за что, между прочим, уже давно стоял русский химик Авдеев, основываясь на неспособности бериллия давать квасцы. Такое решение вопроса послужило также блестящим подтверждением справедливости периодического закона, который отводит двухатомному бериллию место среди типических элементов. Таким образом формулы соединения бериллия, будут следующие: ВеО — окись бериллия, белый порошок; Ве(ОН): — гидрат окиси бериллия слабое основание, растворимое в едких щелочах: хлористый бериллий BeCl2; негигроскопическая, легкорастворимая, кристаллическая серно-бериллиевая соль ВеSO4+4Н2O и др. Особого интереса (практичного) ни сам металл, ни его соединения не представляют.

Беринг 

Беринг (Витус, или Иван Иванович, как его звали на Руси) — капитан-командор, первый русский мореплаватель, именем которого назван пролив, отделяющий Азию от Америки (хотя первый посетил его в 1648 г. казак Дежнев). Первый исследовал сев. берега Камчатки, вост. часть Азии, о. св. Лаврентия, о. св. Диомида; первый из всех европейских мореплавателей посетил моря Камчатское и Бобровское, названное впоследствии Беринговым, и открыл цепь о-в Алеутских, о-ва Шумагинские, Туманные, сев. западную часть Америки и бухту св. Илии. — Б. родился в 1680 г. в Ютландии, в русскую морскую службу поступил в 1704 г., с чином унтер-лейтенанта. Приглашая его, Петр основывался на представлениях о нем Сиверса и Сенявина, заявлявших, что он «в Ост-Индии был и обхождение знает». По свидетельству Миллера, в 1707 г. Б. был лейтенантом, а в 1710 г. — капитан-лейтенантом. Неизвестно только, в каких морях он плавал в это время и сам ли командовал судами или находился под командою. 1714 — 16 гг. Б. провел все почти время на море, побывал и в Копенгагене и в Архангельске. С 1716 г. по 1723 сведений о жизни Б. нет. Под 1723 г. в журналах адмиралтейств-коллегии находится постановление об отставке Б., которую он просил, не добившись желаемого им чина капитана первого ранга. Но в следующем году император отдает приказание коллегии пригласить снова на службу Б. и дать ему чин капитана 1-го ранга. С этого (1724) года Б. неизменно служил русскому флоту до самой смерти и всю свою деятельность посвятил решению вопроса, поставленного ему великим преобразователем: «соединяется или нет Азия с Америкой». С этим вопросом и просьбою снарядить экспедицию впервые обратились к Петру голландские ученые, во время его пребывания в Голландии, в 1717 г. ту же просьбу к Петру повторила и парижская академия наук. Отзывчивый преобразователь сочувственно отнесся к их просьбе, но политические события заставили его отложить выполнение этого дела до 1725 года. 23 декабря 1724 г. он собственноручно написал следующую инструкции для начальника экспедиции Витуса Беринга: 1) надлежит на Камчатке или в другом там месте сделать один или два бота с палубами, 2) на оных ботах возле земли, которая идет на Норд и по чаянии (понеже оной конца не знают), кажется та земля часть Америка, 3) для того искать, где оная сошлась с Америкою: и чтоб доехать до какого города европейских владений или ежели увидят какой корабль европейской проведать от него, как оный куст называют и взять на письме и самим побывать на берегу и взять подлинную ведомость и поставя на карту приезжать сюда.
24 янв. 1725 г. выехал из Петербурга спутник Б. — Чириков со своею командою. 8 февраля прибыл он в Вологду, где через неделю к нему присоединился Б. с другими членами экспедиции. Число всех чинов, участников в экспедиции, как отправленных из Петербурга, так и присоединившихся в Тобольском Охотске, простиралось до 20, а всего под командою Б. было человек около 100. Из них, как более выдающихся и оставивших свои «журналы», следует назвать, кроме упомянутого лейтенанта Алексея Чирикова, гардемарина, впоследствии мичмана Петра Чаплина и лейтенанта Мартына Шпанберга. — Расстояние от Вологды до Тобольска экспедиция, получившая название первой камчатской экспедиции, прошла в 43 дня. После месячного отдыха она на 11 дощанниках продолжала путь по Иртышу. 23 мая Чаплин с отрядом в 10 человек был отправлен вперед, по направлению к Якутску. Все почти лето 25 года команда провела в дороге. Прозимовав в Илимске, откуда был послан Шпанберг, с отрядом из 39 человек, в Уст Кутсюй острог, на Енисей, для постройки 15 барок, Б. 26 мая 1726 г. на новых судах поплыл вниз по Енисею. 16 июля Б. прибыл в Якутск и только 30 июля 1727 г. на третий год по отправлении из Петербурга, он наконец прибыл в Охотск, откуда должно было начаться настоящее путешествие. Запасшись здесь провиантом и новыми судами, экспедиция 22 августа вышла из Охотска и морем через две недели прибыла в Большерецк (на Камчатке). Отсюда сухим путем отправилась в Нижне-камчатск, куда прибыла 11 марта 1728 г., употребив на весь путь (в 883 в.) около 2 мес. Нагрузив в Нижне-камчатске провиантом бот — «св. Гавриил», построенный там же, Б. со всею своею экспедицией сел на него и 13 июля 1728 г. вышел из устья р. Камчатки в море, держась северного направления между Азией и Америкой. Проведя более месяца в морском плавании между незнакомыми ему совершенно берегами, Б. достиг наконец 67° 18' с. ш. и убедившись здесь, на основании показаний чукчей, что далее берег простирается к западу и что стало быть «нельзя Азии соединяться с Америкою», почел свою миссию выполненной и с согласия всех членов экспедиции, боявшихся «попасть нечаянно в лед», повернул назад. 2 сент. 1728 г. Б. был уже в устье Камчатки, где зимовал, и 5 июня следующего года поехал по морю на восток, но, не встретив на 200-верстном (по его расчету) расстоянии от берега Камчатки земли, повернул обратно, обогнул м. Лопатку и 3 июля зашел в Большерецк. Через 20 дней был уже в устье р. Охоты, откуда и направился в обратный путь, в Петербург, в который прибыл 1 марта 1730 г. Здесь он представил правительству свой журнал, карты и два предложения, в которых, между прочим, высказывал желание о снаряжении новой экспедиции для исследования сев. и сев. вост. берегов Сибири. Адмиралтейсткая коллегия, которая рассматривала его журнал и карты, хотя и не совсем доверяла сделанному открытию Б., тем не менее ввиду «трудности экспедиции» исходатайствовала ему чин капитанкомандора и денежную награду — в размере 1000 рублей. Одобрены были сенатом и адмир. коллегией и «предложения» Б., а за этим одобрением последовало (28 дек. 1732 г. ) и высочайшее разрешение назначить новую экспедицию, известную под именем второй камчатской экспедиции. Целью ее было поставлено исследовать берега Ледовитого океана от Двины на В. до пролива между материками и морем и проплыть в Америку. Для лучшего выполнения этой цели экспедиция разделилась на несколько отрядов. Один из них, под начальством Муравьева и Павлова, занялся исследованием берегов от у. Двины до Оби. В течение 1784 — 35 гг. им удалось дойти только до Мутной губы. В след. году Муравьева, отданного под суд вместе с Павловым за «непристойные проступки», сменил лейтенант Малыгин, который в 1737 г. 11 сентября достиг наконец устья р. Оби.
Другой отряд, которому было назначено проплыть от у. р. Оби до Чукотского Носа находился под начальством лейтенанта Овцына. Но последнего как-то постоянно заставала зима в момент отплытия, и в течении всех трех годов (1735 — 1737 г. ) ему только в последний год удалось вверх по Оби добраться до 72° 30' с. ш. Из других участников этого отряда, выступавших для самостоятельных исследований, следует указать на лейтенанта Прончищева, которому удалось добраться до у. Таймыра (1736 г.), Лассетуса, погибшего вместе с значительною частью своего отряда в Харулах, между Яною и Индигиркою (1735 г.), и лейтенанта Лаптева, имеющего едва ли не более всех участников, после Чирикова, второй камчатской экспедиции прав на память о нем, как о энергичном, деятельном и счастливом путешественнике. После неудачной попытки, в 1736 г., пробраться из Якутска в Камчатку, что имел в виду и Лассециус, Лаптев, по предписанию сената, в 1739 г., 29 июня вышел из Лены и в конце августа достиг р. Индигирки, зимовал здесь и с наступлением лета поплыл вдоль берегов до Колымы, откуда в 1740 г. пришел пешком через Анадырский острог в Якутск. Наконец, выполнение, так сказать, третьей задачи — проплыть морем в Америку, легло на самого Беринга. Он выступил из Петербурга в начале 1733 г., но за дальностью пути, медленностью в перевозке множества припасов и наконец вследствие препятствий, встреченных в Охотске при строении четырех мореходных судов, мог выйти в море из Охотска только в сентябре 1740 года. Придя в Петропавловскую гавань, он остался здесь зимовать. 4 июня 1741 г. вышел Б. в море на двух судах: «Петр» и «Павел», из которых одним командовал Чириков. На предварительном совете решено было держаться юго-вост. направлении до тех пор пока не встретят земли. Но не встретив ее и под 50° ш., они поворачивают прямо на восток. Вскоре их разлучает буря и они продолжают плыть отдельно, не увидевшись уже более никогда. В этом восточном направлении Чирикову первому посчастливилось встретить землю — 15 июля под 56°, а Берингу — 18 июля, под 58°28' с. ш. После того, как посланные на берег люди не вернулись, а другой высадки за недостатком гребных судов сделать нельзя было, Чириков повернул обратно к Камчатке. Беринг, между тем, открывает бухту св. Илии, представляющую совершенно безопасную гавань, соседние с неизвестным ему материком острова, крейсирует недалеко от берегов, на неизвестном море в течение сентября и октября, когда свирепствовала сильная буря, и наконец решается идти в обратный путь, в Камчатку. Этот обратный путь стоил жизни многим членам экспедиции и самому командиру. Страшная буря и ветхость судна и снастей сделали его игрушкою ветра, а недостаток в съестных припасах, пресной воде, болезни и холод лишили возможности плавающих не только бороться с ветром, но исполнять самое необходимое на корабле. В таком беспомощном состоянии он был сначала прибит к подводной скале, а затем нахлынувшая волна перебросила судно через риф на тихое место, где на 41/2 саженях глубины и в 300 с. от берега опустили якорь на песчаное дно. Это был остров Авача, который теперь называется Беринговым. Он расположен в 185 км. от Камчатки, под 55°17' с. ш. и 165°46 з. д. (от Гринвича), принадлежит к береговой области Сибири, пространством около 1600 кв. км. безлесен и неплодороден, но богат пушными зверями. Он со всех сторон окружен подводными камнями и только в одном месте имеет свободный, но узкий проход. Сюда-то именно и попало судно Б. С трудом высадились на него путешественники, не зная, где они находятся и как отсюда попасть в Камчатку, почти совершенно лишенные съестных припасов и страдающие от разных болезней. Эти причины свели в могилу очень многих из них и вместе с тем самого Беринга, скончавшегося 8 декабря 1741 г. Оставшиеся в живых спутники Б. почтили своего командора, как могли: вынули его тело из ямы, в которой он стоял по пояс заваленный песком от холода, предали земле и над могилою поставили деревянный крест, замененный в 1822 г. памятником; в 1866 г. был ему поставлен другой памятник в Петропавловске. Так окончил свою жизнь первый русский мореплаватель, Витус Б., человек довольно образованный по тому времени, набожный, всеми любимый за свою «кротость и смирение», но весьма неэнергичный и несмелый путешественник, который, по словам Штедлера, его спутника, был более способен «с примерною ревностью и усердием исполнять поручения начальства», и «нередко сам признавался, что вторая Камчатская экспедиция свыше сил его». И скажем еще несколько слов о дальнейшей судьбе спутников Б. Питаясь мясом морских животных (бобров, морских котов и др. ), они прожили здесь до августа следующего года (1742). Наконец решили из остатков разбитого корабля построить новый, и на нем в начале августа выехали в море. 25 числа этого месяца они увидели берег Камчатки, а 27 бросили якорь в Петропавловском порте. В 1743 г. они прибыли на своем судне в Охотск, отсюда направились в Петербург, которого достигли далеко не все, выступившие из Охотска. Последними вернулись в Петербург Чириков (1747) и Уессель (1749). Несмотря на многочисленные трудности, по большей части, непреодолимые по тогдашним средствам, эта экспедиция значительно расширила. географ. сведения о берегах Ледовитого океана, низовьях больших сибирских рек, познакомила также с этнографическими особенностями обитателей Сибири и показала возможность плавания по Ледовитому океану, вдоль берегов, в течение летнего времени. Ср. «Заслуги Петра В. по части распространения географических познаний» (Зап. имп. русск, геогр. общ.", т. III); В. Н. Берх, «Первое морское путешествие Россиян»; его же, «Жизнеописание Беринга» («Русский Архив», 1823 год, кн. VI); Соколов, «Беринг и Чириков» («Сев. Пчела», 1849 г., №98 — 99); «Первая камчатская экспедиция» («Зап. гидрограф. департамента», т. VIII и "Отеч. Зап. ", 1851 г., № 3); ст. Стренцеля, «Россия экспедиции» («Кронштадтский Вестник», 1876 г., № 78 — 127); Вахтин, «Первые труженики моря» (Спб., 1890).

Беркли 

Беркли (Джордж Berkeley) — клюнский епископ в Ирландии, известный своею системою спиритуалистической философии, род. в 1684 году, умер в 1763 году, получил образование в дублинском университете. В 1721 г. он был назначен придворным проповедником наместника ирландского герцога Грефтона, а вскоре произведен в деканы г. Дерри. Получив, по завещанию, довольно крупное наследство, Б. сделал предложение основать на Бермудских островах миссионерское учебное заведение для обращения язычников Сев. Америки в христианство; план Б. не только был встречен сочувственно влиятельнейшими представителями английской аристократии, но и нашел поддержку в парламенте, так что в 1728 г. он оставил свое деканство и с некоторыми единомышленниками отправился в Род Эйланд, чтобы приступить к исполнены своего плана. Дело окончилось, однако, самым неожиданным образом: удалившись на Бермудские о-ва, миссия была забыта и английским обществом и парламентом и, за недостатком средств, должна была вернуться обратно. Б. обладал обширным и многосторонним образованием, не был чужд ни одной отрасли человеческого знания и благородным характером внушал к себе уважение во всех приходивших с ним в соприкосновение. Философское мировоззрение Беркли развилось отчасти, как протест против господствовавших в его время реалистических и материалистических идей, отчасти же под влиянием сенсуализма Локка. По учению Б. только дух существует на самом деле, весь же материальный мир является одним обманом наших чувств; непроизвольность этого обмана коренится в первоначальных представлениях, возбужденных душою всех душ — самим Богом. Этот спиритуализм Б. послужил поводом для многочисленных недоразумений и возбудил против себя как философов, так и богословов. Приводим наиболее известные сочинения Б., в которых изложено и развито его философское учение: — «Treatise on the principles of human knowledge» (Лонд., 1710); «Three dialogues between Hylas and Philonous» (Лонд., 1713) и «Alciphron or the minute philosopher» (Лонд., 1732). Из трудов Б. по физике обратило на себя внимание сочинение: «Theory of vision» (Лонд., 1709; новое изд., с примечаниями Коуелея, Лонд., 1860), в котором впервые устанавливалось точное различие между впечатлениями зрения и осязания. Собрание «Woorks» изданы (2 т., Лонд., 1784; 2 т. 1843, 4 т., Лонд., 1871). Ср. Frederich, «Ueber B. s Idealismus» (Берл., 1870).

Беркут 

Беркут (Aquila imperialis) — имеет 80 — 86 см. длины; он черно-бурого цвета с более светлыми концами затылочных перьев и с белыми плечами; хвост с пепельносерым побегом и неправильными полосами, пятка покрыта темными перьями; концы крыльев заходят на конец хвоста; ноздри расположены поперечно. Молодые птицы желтовато бурого цвета с более темными пятнами. Только что вылупившиеся птенцы покрыты белым пухом. Б. водится в юго-восточной Европе, Западной Азии и Северной Африке. Это преимущественно степная птица. По образу жизни Б. сходен с другими орлами . Охота с беркутом производится исключительно за четвероногими, как то волками, лисицами, корсаками, сайгаками, зайцами и даже кабанами. В настоящее время эта охота сохранилась лишь в Оренбургских степях, у киргизов и башкирцев, и в наших азиатских владениях. К охоте, обыкновенно, приучают молодых, но уже летающих беркутов и начинают с того, что морят их голодом и бессонницей. Научив, затем, их летать на длинной прочной бечевке к мясной приманке, привязывают на бревно, верхом, живую собаку с привязанным к ее спине куском свежего мяса. Продержав беркута дней пять совсем голодным, выносят его к собаке с надетым на голову его особого рода кожаным колпаком; как только сдернуть этот колпак, беркут, с быстротою молнии, бросается на собаку и впивается в ее спину, причем страх, визг и страдания несчастного животного только еще более возбуждают голодную птицу. После нескольких таких уроков беркут бывает готов к охоте, а вместе с тем, настолько привыкает с своему хозяину, что не стремится более улететь от него. Так как беркут весит не менее 15 фунтов, то, понятно, что, выезжая на охоту, его не берут на руку, подобно соколам или ястребам, но вывозят, обыкновенно, на лошади. Для этого к луке седла укрепляется деревянная или железная сошка с приделанною к ней выемчатою перекладиною, на которую кладется рука всадника. На руку надевается трубка из самой толстой конины и такая же рукавина, чтобы беркут, который садится, обыкновенно, со всего разлета на руку охотника, не помял бы ее и не ранил бы острыми когтями. Охота с беркутом заключается в том, что киргизы, подскакав к зверю на такое расстояние, чтобы беркут, поднявшись на воздухе, мог бы высмотреть его, ослабляют путы на ногах беркута и, сдернув с его головы колпак, особым гиканьем натравляют его на зверя; взлетевшая птица с необыкновенною быстротою нападает на преследуемое животное, вцепляется в него когтями и либо долбит ему клювом голову, либо же перекусывает горло. Подскакивая охотники принимают зверя, тут же снимают с него шкуру и дают беркуту, в награду, кусок мяса, после чего снова надевают на него колпак, стягивают ему ноги путами и садят на седло. Охота с беркутом производится с 15 августа по 1 мая, в остальное же время года он болезненно линяет. К нашему двору беркуты были привезены в последний раз в 1856 г., по случаю коронования императора Александра II, и ими травили волков и лисиц.

Берлиоз 

Берлиоз (Гектор Berlioz) — замечательный французский композитор и музыкальный критик. род. в La Cote St. Andre 1 декабря 1803 г. Его отец был доктором и готовил сына к такому же поприщу, почему и отправил его в Париж. Немолодой человек, увлеченный непреодолимым стремлением к музыке, покинул занятие медициною и поступил в консерваторию, где его учителем теории композиции был Рейха. Б. не перенес, однако, строгих требований этого педагога, особенно сурового с ним обращения, почему вскоре покинул консерваторию и начал самостоятельно развивать свои музыкальные дарования. Первое самостоятельное произведение Б, исполненное публично в церквах St Roche и St. Eustache, когда ему минуло всего лишь 22 г., была месса, не имевшая, однако, тогда никакого успеха. В 1826 г. Б. снова поступил в консерваторию и под руководством Лесюера прилежно занялся теорией музыки. В 1828 — 30 гг. вновь были исполнены несколько произведений Б.: — увертюры «Ваверлей», «Francs-juges» и «Фантастическая симфония» (эпизод из жизни артиста). Хотя эти произведения также не встретили особенного сочувствия, тем не менее они обратили на молодого композитора внимание публики. Начиная с 1828 г., Б. стал не без успеха выступать на поприще музыкального критика и, после долгих и тщетных ожиданий справедливой оценки его композиторских трудов, он в 1830 г. за написанную им на конкурс кантату «Сарданапал» получил, наконец, от парижской консерватории первую музыкальную премию (Prix de Rome), связанную с посылкою лауреата в Рим, на казенный счет. Таким образом ему дана была возможность посетить Италию, из которой он, однако, возвратился через 18 месяцев убежденным противником итальянской музыки. Из своего путешествия Б. привез с собою увертюру «Король Лир» и симфоническое произведение «Le retour a la vie», названное им «мелологом» (смесь инструментальной и вокальной музыки с декламацией), которое составляет продолжение «Фантастической симфонии». С 1834 г. положение Б. в Париже улучшилось, особенно после того, как он сделался сотрудником во вновь основанной музыкальной газете «Gazette musicale de Paris», а вслед затем и в «Journal des Debats». Работая в этих изданиях до 1864 г., Б. приобрел репутацию строгого и серьезного критика. В 1839 г. он был назначен библиотекарем консерватории, а с 1856 г. — членом Академии. Б. умер в Париже 9 марта 1869 г. В 1868 г. он посетил Россию, где с огромным успехом дирижировал в симфонических концертах русск. муз. общества. Из многочисленных его произведений особенного внимания заслуживают: симфония «Гарольд в Италии» (1834), «Реквием» (1837), опера «Бенвенуто Челлини» (1838), симфония кантата «Ромео и Жюльетта» (1839), «Погребальная и торжественная симфония» (1640 г.), при открытии июльской колонны), драматическая легенда «Гибель Фауста» (1846 г.), оратория «Детство Христа» (1854), «Те Deum» для двух хоров (1856), комическая опера: «Беатриче и Бенедикт» (1862) и опера «Траянцы в Карфагене» (1864). Текст к последним двум операм, равно как и к «Фаусту», к «Детству Христа» и к др. произведениям, был сочинен самим Б. Из литературных произведений Б. наиболее выдаются: «Voyage musical en Allemagne et en Italic» (Париж, 1854), «Les Soirees de l'orchestre» (Париж, 1853; 2 изд. 1854), "Les grotesques de la musiques (Париж, 1859), «A travers chant» (Париж, 1862), «Traite d'instrumentation» (Париж, 1844). Причина разноречивости отзывов о Б., как о композиторе, зависит от того, что он с самого начала своей музыкальной деятельности пошел по совершенно новой, вполне самостоятельной дороге. Он тесно примыкал к новому, развивавшемуся в то время в Германии музыкальному направлению и, когда в 1844 г. посетил Германию, то был в последней гораздо больше оценен, чем в своем отечестве. В России Б. уже давно получил свою оценку. После своей смерти, а в особенности после Франко-прусской войны 1870 г., когда во Франции с особою силою пробудилось национальное, патриотическое чувство, произведения Б. приобрели большую популярность среди его соотечественников. Значение Б. в области искусства заключается в его глубоком понимании инструментов и в мастерском их применении в оркестровке. Его партитуры полны новых и смелых оркестровых эффектов. Большим распространением пользуется его трактат об инструментовке, переведенный на многие языки. По смерти Б. появились незадолго пред тем написанные им «Memoires» (Париж, 1870), «Correspondance inedite 1810 — 68» (1878). Ср. «Jullien Hector В.» (1882); Hippeau, «В., l'homme et l'artiste» (3 т., Пар, 1863 — 85); Ernst, "De l'oeuvre dramatique de H. B. " (1884); Pohl, «H. B. Studien u. Erinnerungen»; Трифонов, «Гектор Б.» («Вестн. Европы», 1885, IX — X).

Берн 

Берн — главный город швейцарского кантона того же имени, с 1884 г. столица швейцарского союза, лежит на высоте 636 м. над уров. м. (Munster Plattform), на полуострове, по левому берегу Аары, 47151 жит., между которыми 39942 реформатов, 3455 католиков, 385 евреев, 305 остальных исповеданий. Б. — один из наилучше построенных городов Швейцарии; улицы и площади просторны, правильно распланированы и прорезаны многочисленными каналами, питаемыми р. Аарой. Положение города на высоком (в 30 — 40 м.), омываемом Аарой, скалистом плато, напоминающее положение древних замков и массивная постройка домов, возведенных большею частью из песчаника, придают городу строгий величественный характер. Из средневековых построек в Б. не уцелело ни одной, вследствие пожара 1405 г., уничтожившего почти весь город; большинство старых зданий относится к XVII и XVIII вв. Замечательнейшим старинным зданием (постройки 1421 — 1612 гг.) является грандиозный собор в позднейшем готическом стиле, с высотой, в 62 м., недоконченной башней, украшенными превосходной живописью окнами и большим органом. Не примыкающей к южной стене собора платформе возведена терраса, покоящаяся на высоких, в 30 м., стенах, обсаженная рядами деревьев и служащая излюбленным местом прогулки бернцев. Терраса украшена статуей основателя города, герцога Бертольда V Церингенского, с высоты ее открывается роскошный вид па Альпы и ближайшие окрестности. Пред главным входом собора, в западной стене, находится памятник победителю при Лаупене (1339) Рудольфу Эрлахскому. Ратуша и башня, на которой помещены замечательные своим механизмом часы, построены непосредственно за пожаром 1405 г.; многочисленные колодцы, частью прекрасной работы, в стиле Возрождения, украшенные оригинальными статуями, относятся преимущественно к XVI ст. К XVIII в. относятся здания: церкви св. Духа, роскошного, напоминающего своей постройкой дворец, общественного госпиталя, монетного двора, т. наз. «Kornhaus», с его грандиозными погребами и складами, театра, городской библиотеки с 1500 рукописями, ценными инкунабулами и 75000 томов, т. ваз. Stift, т. е. здание высшего управлении кантоном, где происходят заседания Большого Совета, и т. наз. Eriacherhof, здания городского управления. Из новейших построек замечательны: здание союзного правительства («Bundespalast»), монументальное здание в стиле флорентинских дворцов, естественно исторический и художественный музей — два роскошных здания в стиле ренессанс (заключенные постройкой в 1881 и 1879 гг.), католическая церковь в романо-готическом стиле, некоторые военные здания (казармы, цейхгауз) в 1 км., и лечебница для душевно больных (Waldau) в 3 км. к северо-востоку от города.
Ограниченный с трех сторон рекой Аарой, Берн, вырастая из городского вала, частью уничтоженного, частью превращенного в бульвары, распространялся в западном направлении, где возникли пять предместий веерообразно расходящихся от старого города. Через Аару ведут 6 мостов: в восточной части расположен т. наз. Ваrengraben (медвежий ров), в котором с древних времен, по сохранившемуся обычаю, город содержит в особом помещении, открытом для публики, несколько экземпляров медведей, только потому, что на гербе кантона и города Б. фигурирует медведь. Будучи в течение ряда веков резиденцией многих могущественных, воинственных аристократических фамилий, и теперь сосредоточивая в себе кантональное общее союзное правительство и иностранные представительства, Б. является скорее административно-чиновничьим, чем торгово-промышленным центром. В Б., кроме элементарных и многих частных училищ, имеются: два второразрядных училища для мальчиков, женское училище с учительскими и коммерческими курсами, гимназия с прогимназией, реальное и коммерческие училища и основанный в 1834 году университет, в связи с которым находится ветеринарный институт, астрономическая обсерватория и ботанический сад. Из существующих здесь ученых обществ замечательны: общество естествоиспытателей, историческое, географическое и экономическое. Благотворительных учреждений в Б. очень много; к ним, кроме названного выше госпиталя, относятся: женская и детская больница, общественная, по имени учредителя носящая название Циглеровой больницы, приюты для престарелых и слепых. Наиболее плодотворную деятельность на поприще благотворительности проявляют два существующие здесь общества вспомоществования бедным. В последнее время в Б. замечается также подъем торговой и промышленной деятельности, в чем вообще, город значительно уступает прочим швейцарским центрам. Для многих фабричных производств в Б. пользуются как двигательной силой водой, отведенной из Аары плотиной в канал. Наиболее значительны производства изделий шерстяных, шелковых, хлопчатобумажных, изготовление физических и математических инструментов и приборов, шоколадные фабрики и пр. Развитию торговли способствуют местные кредитные учреждения, а также пять железнодорожных путей, соединяющих Б. с Ольтеном, Туном. Лангнау Люцерном, Бильем Юрой и Фрейбург Лозанной. Значительному оживлению торговли в Б. способствуют еще две ярмарки в году.
Окрестности города удивительно хороши; тенистые аллеи высоких деревьев ведут по всем направлениям к пунктам, с которых открываются великолепнейшие ландшафты. Наиболее посещаются: Schanzii, т. наз. JengePromenade и Гуртен (860 м.), с вершины которого открывается обширнейшая, несравненная панорама плоскогорья до Юры и Альп, от Пилата до Савойских гор. Ср. Tscharвег, "Historie der Stadt В. ж (2 т., Берн, 1765 — 66); Walthard, «Description topographiquo et bistorique de la ville de B.» (Берн, 1827); «Вегпег Taschenbucher» (Берн, 1850 — 82). Wottenwyl, «Geschichte d. Stadt u. Landschaft В.» (2 т., Шаффгаузен, 1872); O. Мартенс, «50-летний юбилей Б. унив.» (Вестн. Евр., 1884).

Бернадот 

Бернадот (Жан-Баптист-Жюль Bernadotte) — уроженец г. По (Ю. Франции, сын адвоката; в 1780 г. вступил в военную службу рядовым, но во время Революции стал быстро возвышаться в чинах, так что в бою при Флерюсе (1794) уже командовал дивизией; затем участвовал в кампаниях на Рейне, Майне и в Ирландии, а в 1800 г. подавил восстание роялистов в Вандее. В 1804 г. Б. был произведен в маршалы и сделан наместником Ганновера, а в 1805 за участие в победах при Ульме и Аустерлице получил титул князя Понтекорво. В 1806, командуя им арм. корпусом, он разбил пруссаков при Галле, преследовал Блюхера до Любека и принудил его к капитуляции (7 ноября). После того Б. стоял во главе франц. войск, расположенных в. сев. Германии и Дании, и сражался при Моруагене (2 янв. 1807). В 1809 г. он начальствовал 9-м франц. корпусом и прогнал англичан, занявших Вальхерн. — Гуманное обращение его с пленными шведами, захваченными в Траве, сделало имя Б. на столько популярным в Швеции, что государств совет, собранный королем Карлом XIII для избрания ему преемника, единогласно решил предложить корону Б., если он примет лютеранскую веру. По получении его согласия на это, он, 31 опт. 1810 г., был представлен собранию государственных чинов в Стокгольме, а 5 ноября. усыновлен королем и с того времени был регентом Швеции, на престол которой вступил в 1818 г., под именем Карла XIV. 8 марта 1844.

Бернар 

Бернар (Клод, Claude Bernard) — знаменитый французский физиолог, родился 12 июля 1813 г. в С. Жюльене (департамент Роны), изучал в Париже медицину, был ассистентом Мажанди; в 1854 г. занял кафедру общей физиологии в парижском университете, в 1855 г. кафедру экспериментальной физиологии в College de France. Его первые научные исследования касались вопроса об отделениях пищеварительного канала и их роли в пищеварении. В «Gazette Мedicale» за 1844 г. напечатана его статья об отделении желудочного сока и о действии его на пищевые вещества; вслед за этим им был напечатан целый ряд исследований о слюне, о кишечном соке, о влиянии нервов на процессы пищеварения и др. Особенную известность доставила ему статья его «Recherches sur les usages du pancreas», помещенная в "Comptes rendus de «l'Academiedes sciences» (1856), где он доказал участие сока поджелудочной железы в переваривании жиров. Одновременно обнародовал он свои первые исследования над образованием сахара в печени. В 1854 г. Б. был избран членом академии наук; в 1856 издал свои лекций, читанные в College de France. Во время Второй империи он был сделан сенатором (1869 — 1870). Бернар был также членом французской академии. Он умер 10 февр. 1878 г. в Париже. Его работы, кроме многих замечательных открытий, которыми он обогатил науку) имели большое философское значение и повлияли на все направление физиологии и смежных наук. Б. был основателем экспериментальной физиологии и стремился отвести опыту такое же место в биологических исследованиях, какое он давно занимает в физико-химических. Принцип детерминизма, который он проповедовал, заключался в стремлении подыскать ближайшие материальные причины каждого явления: он окончательно отбросил учение об особенной «жизненной силе», которою прежде физиологи облекали различный явления органического Mира в отличие от неорганического. Изучая нормальную и патологическую физиологию человеческого организма, он стремился основать экспериментальную медицину, мысль, которая казалась утопической врачам-клиницистам его времени. Главнейшие сочинения Б. суть: «Lemons de Physiologic experimentale appliquee a la medicine» (2 т., 1854 — 65); «Lemons sur les effets des substances toxiques et medicamenteuses» (1857); «Lemons sur la physiologic et la pathologie du systeme nerveux» (1858); «Lemons sur les proprietes physiologiques et les alterations pathologiques des liquides deForganisme» (1859); «Lemons depathologie experimentale» (1871); «Lemons sur les anesthsiques et sur l'asphyxie» (1874); «Lemons sur fa chaleur animale» (1876); «Legons sur la diabete et la glycogenese animale» (1877); «Lemons sur les proprietes des tissus vivauts» (1866); «Lemons sur les phenomenes de la vie communs aux animaux et aux vegetaux» (1878 — 79); «Pbysologie generale» (1872); «Lemons de physiologic operative» (1879); «La science experimentale» (1878, сборник разных статей); «Introduction №l a mеdecine experimentale» (1865). Между русскими переводами отметим: «Лекции физиологии и патологии нервной системы» (перев. Н. Макарова, 2 т.; Спб., 1866 — 67); «Введение к изучению опытной медицины» (перев. Страхова, Спб., 1866); "Курс общей физиологии. Жизненные явления, общие животным и растениям (перев. М. Антоновича, Спб., 1878), «Курс общей физиологии. Свойства живых тканей» (перев. под ред. Соловьева, Спб., 1867); «Об отношением функциональных и питательных явлений» (перев. Тарханова, Спб., 1875); «Физиология сердца и отношение его к головному мозгу», лекция, перев. под ред. Н. Соловьева (Спб., 1867).

Бернардинцы 

Бернардинцы или Бернардинские монахи — это название носили во Франции и Италии цистерцианские монахи, придерживавшиеся более строгого устава бенедиктинского, в память св. Бернарда Клервоского. В Польше и Литве Б. называли орден, который по отношению к соблюдению монашеской дисциплины занимал среднее положение между меньшим и строжайшим уставами св. Франдаска Ассизского и именовался меньшею братьею, обсервантами. Этих монахов в других странах называли францисканцами; польские же францисканцы, имевшие одинаковый с Б., но менее строгий устав, в противоположность последним, имевшим право владеть недвижимыми имуществами и капиталами, не прибегая к сыскиванию пропитаны милостынею, составляли отдельный от Б. монашеский орден, известный под названием францисканцев или конвентуалов. Обсервантов же назвали в Польше бернардинцами от церкви, построенной в 1453 г. Казимиром IV Ягеллоном в честь св. Бернарда Сиенского, главного преобразователя этого ордена. После утверждения первоначального устава св. Франциска папою Иннокентием III сначала в 1210 г. лишь словесно, без издания о том буллы, потом в 1215 г. на вселенском третьем Лютеранском соборе, и после смерти основателя этого ордена, между последователями его произошло разноглаcиe относительно степени соблюдения предписаний устава. Одни проповедовали строгое, без малейшего послабления исполнение всех правил, согласно данному обету, другие же утверждали, что подражание нищенской и суровой жизни св. Франциска представляется превышающим человеческие силы, а потому совершенно невозможным. В виду этого различия во взглядах, в отдельных монастырях образовались различные монашеские общины, хотя в общих чертах жившие по одному уставу, но отличавшиеся друг от друга большею или меньшею строгостью духовной дисциплины, и не подчинявшиеся одному общему для всего ордена начальнику. Происшедшие вследствие этого неурядицы и злоупотребления заставили папу Льва Х издать 29 мая 1517 г. особую буллу, которою над всеми монахами францисканского ордена устанавливался один, избираемый из обсервантов, начальник со званием «генерала францисканского ордена»; отдельным же, различествующим между собою по соблюдению устава общинам предоставлено иметь начальников под именем «генеральных магистров». Строгость жизни и заслуги меньшей братьи или миноритов вскоре доставили им такую популярность и значение, что уже 9 лет после утверждения папою франдисканского ордена, в совещаниях генерального капитула в Амизи участвовало до 5000 депутатов от разных монастырей этого ордена. Число последних быстро увеличивалось, благодаря щедрым пожертвованиям, делаемым в пользу этого ордена набожным средневековым населением всех государств Западной Европы. В 1506 г. в 48 бернардинских «провинциях» было во всей Европе 1252 монастыря, в 1788 г. число провинций возросло до 170, монастырей же мужских — до 5580 и женских — до 848, с 69000 монахов и монахин. Этот монашеский орден заключает с себе три разряда (ordines) лиц, к нему принадлежащих, именно: первый, состоящий из священников и клерков, обязанных на ряду с церковной деятельностью заниматься науками, второй — из светских послушников или так называемых «лаиков профессоров» (laici professi), дающих одинаково с первыми обет послушания, целомудрия и нищенства, почему имеют право носить капюшон, но от первых отличаются тем, что не обязаны обладать какими бы то ни было научными познаниями, и наконец третий, который составляли миряне, дающие обет повиновения и целомудрия, но могущие свободно распоряжаться своим имуществом и отказывать его по завещанию. Этот разряд носит название «тердиариев» и, как не исполняющий всех обетов монашества, лишен права носить капюшоны. Из обсервантов трое достигли папского престола, именно: Николай IV, Сикст IV и Александр V; кардиналов из монахов этого ордена до 1563 г. было 29, патриархов — 7; архиепископов — 153; епископов — 1513, апостольских и монарших легатов — 202; святых, торжественно канонизированных — 28; беатифидированных — 100; мучеников до 1500. В виду значительных услуг, оказанных обсервантами церкви, папы Иннокентия VI предоставил им в 1342 г. исключительное право охранения Гроба Господня и других святых мест в Палестине, в силу чего там возникло много монастырей этого ордена, а иерусалимский «гвардиан» или архимандрит его стал с тех пор апостольским комиссаром всей Азии, с правом епископского служения. В память чудесного сновидения папы Иннокентия III, которому, перед утвержденном ордена, явился во сне св. Франциск, поддерживающий на своих плечах распадающуюся лютеранскую базилику, до сих пор при короновании пап упоминается в торжественной литургии об этом святом. К францисканскому же ордену, но с более суровым чем у Б. уставом, принадлежат еще капуцины и реколлекты или реформаты . Б. носят темно-серые или коричневые рясы, с заплатками, в знак нищенства, опоясываются белым шерстяным шнурком с тремя узлами, напоминающими три главные обета, и бреют большую часть головы. На печати, общей всем отделениям бернардинского ордена, изображены две руки, скрещенные под крестом, одна из них голая, другая в рукаве, символически обозначающие общность страданий св. Франциска с Христом. Кроме того каждая провинция имеет свою особую печать с изображением различных святых.
Бернардинцы в Польше. В 1452 г. Казимир IV Ягеллон предоставил Владиславу Венгру с тремя его товарищами, принадлежавшими к бернардинскому ордену, весьма тесное помещение в предместье Кракова при церкви св. Креста. В 1453 г. прибыл в Краков, дважды приглашаемый в Польшу королем Казимиром и кардиналом епископом краковским Зигневом Олесницким, св. Иван Капистран, ученик и последователь св. Бернарда Сиенского, преобразователя устава св. Франциска и основатель ордена Меньшей братии или Обсервантов, посланный последними в 1451 г. в Чехно для борьбы с тамошними гусситами. Произнесенные Капистраном перед церковью св. Войцеха проповеди сильно подействовали на краковское население: более 100 молодых людей оставило академию и постриглось в монахи. Такое увеличение числа бернардинцев, при невозможности поместить их при церкви св. Креста, склонило Ивана Олесницкого, воеводу сандомирского, внять увещаниям брата его кардинала и отвести им значительный участок земли под горою, за городскими стенами, при западных воротах, недалеко от замка на предместье, называемом Стародом и выстроить им здесь деревянный монастырь с церковью в честь св. Бернарда Сиенского. Это пожертвование было утверждено королевск, дипломом, выданным в марте 1454 г. В том же году княгиня Анна Мазовецкая, прибыв в Краков на бракосочетание короля с Елисаветою Австрийскою, познакомилась с Иваном Капистрацом и его братиею и по возвращении в Варшаву построила там на берегу Вислы каменный монастырь с церковью, снабдив его капиталом и выбрав его местом своего погребения. Церковь эта после пожара 1509 г. была возобновлена княгинею Мазовецкою Анною, урожденною Радзивилл. Вскоре и в других городах стали возникать Б. монастыри: в Кобылине — 1456 г.; в Познани — большой с двумя церквами в 1457 г.; в Люблине, основанный Яковом Куандтом (Quandt), советником магистрата, в 1460 г.; в Риге — в 1463 г. принадлежавший конвентуалам монастырь был отдан архиепископом Сильвестром обсервантам; в Калинине бернардинский монастырь был основан Иваном Грущинским, архиепископом гнезненским в 1465 г.; в Варте — Герардом из Брудзева, краковским каноником в 1467 г.; в Радоме — Николаем Казановским в 1468 г.; в Опатове — Тарном в 1472 г.; в Самборе в 1472 г.; в Быдгощи в 1480 г.; в Скемпе — Николаем Коспеньским, епископом холмским в 1498 г.; в Казимерже — Иваном Любранским, епископом познанским в 1514 г.; в Прасныше — Павлом Коспиком, мечником цехановским в 1687; в Зочеве — Рушковским из Рукшин, мечником галицким, в 1608 г.; в Казанове — Леронимом Казановским в 1623; в Петрокове — Фдоином, Станиславом и Лаврентаем Старчевскими в 1626; в Лукове — Еразмом Домашевским и Антонием Езерским. в 1628; в Карчовке — Мартином Шишковским, епископом краковским, в 1628; в Ленчице — Доротею Пиво, женою плоцкого подчашего, в 1632; в Кальварш — Сигизмундом Рачинским, в 1638; в Альвернии — Капистраном Корытницким, в 1638; в Видаве — Войцехом Венжиком, в 1638; в Остроленке — судьею Фомою Гоцлавским, в 1666; в Родечнице — Николаем Свирским, суфраганом (епископом викарием) холмским, в 1667; в Ратове — Фомою Варжинским, хорунжим холмским, в 1685; в Парадизе или Велькой-Воли — Казимиром Скурковским, в 1690; в Юзефове — иосифом Потоцким, в 1690; в Чернякове — Станиславом Любомирским, маршалом коронным, в 1691; в Стржегопине — Франциском Белинским, в 1693; в Кржеслине — Николаем Кучинским, в 1743; в Коле — Иваном Гинтцом из Рогова, каштеляном сандомирским, в 1766; в Еленце — Антоном Езерским, в 1749; в Кобылке — Мартином Залуским. Епископом суфраганом плоцким, вт. 1760 (первоначально принадлежал иезуитам) и наконец в Пржирове в Тыкоцине неизвестно кем и когда основанные.
Бернардины появляются в Литве с 1468 г. Тогда же на счет некоего купца был построен в Ковне, близ впадения Вилии в Неман, первый их деревянный монастырь с церковью в честь св. Георгия. Впоследствии, именно в 1471 г., на земле, предоставленной ордену Станиславом Сандзивоевичем начали строить, с разрешения короля, каменный монастырь и церковь, которые были окончены лишь в 1504 г. В Вильно прибыли Б. со своим начальником Марианом Езюрковским, викарием новообразованной польской провинции, в 1469 г. по приглашению Казимира IV, который построил для них над рекою Вилейкой, близ королевской мельницы, большой деревянный монастырь с церковью в честь св. Франциска и Бернарда и на владение оными выдал диплом от 30 сентября 1469 г. Впоследствии королем Александром в 1500 г. был выстроен новый каменный монастырь подальше от мельницы, на том же месте, где он до сих пор находится. В постройке этой принимали участие Николай Радзивилль, виденский воевода, и брат его Юрий, кардинал, соединив на свой счет монастырь с церковью св. Анны и украсив церковь главами. Лероним же Ходкевич, каштелян виленский, пожертвовал монастырю близлежащий участок земли с дворцом и садами и снабдил церковь богатою утварью и отличным органом. В Гродне бернардинский монастырь был основан в 1494 г. Александром, великим князем литовским, но каменная церковь была построена лишь в 1695 г. на деньги, собранные частными лицами. Этот же великий князь основал также в 1498 бернардинский монастырь в Полоцке, впоследствии (в 1696) возобновленный Александром Служкой, воеводой полоцким, а будучи уже королем польским пожаловал виленским бернардинцам в 1504 году местечко Вудслав или Буду, в старостве марконском, в минском (ныне видейском) уезде, где они построили деревянный монастырь с церковью, на месте которого в 1643 был воздвигнут каменный, а в 1783 выстроена новая, прекрасная, большая церковь. Бернардинете монастыри находились еще в следующих литовских городах: в Несвиже, основанный кн. Николаем Христофором Радзивиллом в 1594; в Заславе — кн. Янушем Острожским в 1666;в Кретынге — Иваном Карлом Ходкевичем в 1610 (этот знаменитый гетман очень любил бернардинцев и отправляясь в путешествие или в поход всегда брал с собою одного или нескольких из них; во время войны с турками под Хотином при нем находились бернардинцы: Андрей Гронцюй и Сигизмунд Тышкевич; в Цытовянах — Андреем Волловичем, в 1614; в Минске — Кенсовским. в 1624; в Телыпах — кн. Сапегой, вел. канцлером литовским, в 1624; в Домбровне — Николаем Глебовичем, каштеляном виленским, в 1624 г.; в Слониме — Андреем и Екатериною Радванами, в 1630; в Ивье (ошмянского у.) — Николаем Кишкой из Цехановца, воеводой Мстиславским, в 1631; в Друе — Казимиром Львом Сапегой, под канцлером литовским, в 1653, в Брест Литовске — Галимским, в 1659 (здешние церкви и монастыри бернардинцев упразднены в 1830 г. и перестроены на помещение кадетского корпуса); в Слуцке, — кн. Богуславом Радзивиллом, в 1661; в Луцке — Агнессой Станишевской, урожденной Бронич; в Воложине — Иосифом Богуславом Служкой, придворным маршалом литовским, в 1681; в Могилеве — Федором Ржевуским, в 1687; в Трашкунах — Владиславом и Анной Соколовскими, в 1696; в Бшнице — Михаилом Казимиром Козеллом, кaзнaчeeм (podskarbi) литовским, в 1700; в Датнове — Иваном Бржостовским, референдарием литовским, в 1701; в Мстиславле — Иваном Гурко, хорунжим витебским, в 1727; и Велоне — Михаилом Pыком, в 1752; в Лукомле — Иваном Лукомским. Следуюище бернардинские монастыри были закрыты в 1832: в Орние, основанный Андреем Млоиким, старостой холмским, 1653; в Витебске — Иваном Храповицким, воеводой витебским, в 1676; в Микулине, — Марианом Огинским, каштеляном витебским, в 1720; в Глуске — Александром Полубинским, маршалом волко-выским, в 1662; в Мозыре, в Березине — Владиславом Пацем, хоруижним литовским, в 1737; в Селищах — Аосафатом Селявою, воеводой полоцким, в 1726; в Пинске — Михаилом Корыбутом, кн. Випшеведким, вел. гетманом литовским, в 1717; в Троках — Евстафием Волловичем, епископом виленским, в 1617; в Житомире — Кайетаном Илинским, вел. канцлером литовским, в 1764; в Янове, вивницкого у. Подольской губ.; в Ярмолинп. ах, Цуднове, Ворковидах, Яновке, и Юревичах.
В Галиции находятся берн. монастыри в следующих местностях: в Львове — старый, деревянный, основанный Андреем Одровонжом, старостой львовским, воеводой подольским, в 1460 г. был уничтожен пожаром; нынешний, каменный построен Юрием Мнишком, воеводой сандомиреним, и окончен в 1630; в Самборе — Иваном Одровонжем, воеводой русским, в 1471; в Сокале — Станиславом Гамалинским, епископом холмским, и Иваном Остророгом, воеводой познанским, в 1599; в Зараже — Юрием Збарасеим, каштеляном краковским в 1637; в Лженеве — Матвеем Лестовским, каштеляном белзским, в 1637; в Гвоздце — Софией Пузына, в 1723; в Крыстынополе Щенсным Казимиром Потоцким, каштеляном краковским, в 1695; в Дукли, Пржеворске, Ржешове, в Лежайске — Лукою Опалинским в 1625; в Тарнове в Вадовицах.
В княжестве Познанском Б. появляются с 1455 г. Здесь находились их монастыри: в Познани, основанный епископом Андреем из Внина в 1473; в Любове, Быдгоще, Гродзиске и Вехове — в 1502. Первоначально все находившейся в Польше бернардинские монастыри в числе 23 составляли одну «провинцию»; впоследствии развитие этого ордена повело к образованию Червонно Русск, провинции св. Михаила Арх. и Литовской св. Казимира. Позднее польские бернардинцы были разделены на две провинции: Велико и Малопольскую. 8 волынских монастырей изъявили желание быть включенными в Литовскую провинцию, что и было им дозволено в 1815 г. Залуский в своей «Церковной истории Польши» (HistoryJ'a polska duchowna), писанной в 1768, насчитывает бернардинских монастырей: в Малой Польше 20, в Великой Польше 37, в Литве 30 и в Галиции 25. Литовские бернардинцы оказали немалые услуги делу народного просвещения, содержа бесплатные уездные и приходские школы при некоторых из монастырей. Такие школы были в рашкунах, Датнове, Тельшах, Кретынге, Бенице, Будславе в Минске. Бернардинец является одним из самых популярных типов польского монашества, резко отличаясь от прочего черного духовенства. Он набожен и религиозен искренно, без фанатизма, нередко очень образован, хотя нисколько не старается выказывать свою богословскую мудрость, прост, откровения и почти всегда весел, почему и пользуется всеобщею любовью. Для приискания средств своему монастырю разъезжает он в маленькой тележке от поместья к поместью) везде встречая радушный пим, причем делает честь угощению своим громадным, перешедшим в пословицу аппетитом, и сообщив хозяевам все слышанные им по пути новости, развеселив рассказом и остроумным анекдотом, отправляется дальше, получив соответственную средствам хозяина лепту деньгами или натурою. Такие поездки для сбора милостыни в пользу ордена носили название «квесты» (kwesta), а собиратели — «квестарей» (kwestarz) и обеспечивали существование монастыря. В настоящее время в Царстве Польском и Западных губерниях лишь изредка в уцелевших еще католических монастырях можно встретить членов этого ордена, доживающих свой век. Исторические данные, относящиеся к Б. ордену мы находим в следующих сочинениях: «Хроника трех орденов, установленных св. отцом патриархом Франциском» (Kronika trzech zakonоw postanowionych od s. Ojca patriarchy Franciszka) Мартина из Улисбоны, португальца, переведенная с итальянского священником ордена Бернардинцев Бонавентурой Познанцем, (Краков, 1610 и Супрасль 1747); «Прибавлете к хроникам Меньшей Братии св. Франциска» (Addytament do kronik Braci Mniejszych s. Franciszka) Алексия Коралевича (Варшава, 1722). Рукописная история бернардинцев, в особенности польской провинции, Ивана Коморовского, а также история этого ордена в Польше, переписанная Людовиком Збончинскнм и Афанасием Кротостою с рукописей, сохранившихся в бернардинском монастыре в Мадриде, находится в библиотеке Залусских, вошедшей в состав Импер. публичной библиотеки в Петербурге.

Бернини 

Бернини (Джовани Лоренцо Bernini) — знаменитый итальянский скульптор. художник и архитектор, род. в 1598 в Неаполе, очень рано проявил большой скульптурный талант — его первая работа, голова ребенка (мрамор), относится к 1608 г. — и восемнадцати лет создал замечательную группу «Аполлон и Дафна», отличающуюся необыкновенною нежностью очертаний. Апогея своей известности Б. достиг при папе Урбане VIII, который, для украшения храма св. Петра, поручил ему устройство часовни над гробом апостола. К лучшим работам Б. относятся памятники Урбану VIII, Александру VII и графине Матильде. В области архитектуры значительнейшей его работой является колоссальная колоннада у собора св. Петра. По приглашению Людовика XIV, Б. в 1665 г. отправился в Париж, где работал преимущественно над планами для постройки Луврского дворца; последний, однако, строился впоследствии по плану французского архитектора Клода Перро. Возвратившись в Рим, Б. умер в 1680 г. и погребен в церкви Санта-Мария Маджюре. Б. Был творцом нового светского стиля — барокко, ставшего в последующие века главнейшим фактором современного, культурного переворота в искусстве, но долгое время подвергавшегося преследованиям со стороны всяких приверженцев «академической» рутины, которым казалось, что внесенные Б. отступления от строгого классического стиля грозят водворением анархии в искусстве. Только в новейшее время критика воздала должное Б., как одному из величайших представителей искусства своего времени.

Бернс 

Бернс (Роберт Burns) — род. 25 ноября 1759 г. в лачужке за две мили от Айра. Он был старшим сыном бедного фермера, неустанного труженика. «Поэт», говорит Карлейль, его лучший критик, «был счастлив, имея такого отца, трудолюбивого, прямодушного, предусмотрительного, преданного и умного человека, подобного которому трудно найти в обществе.... Будь он немного побогаче, обстоятельства жизни поэта сложились бы иначе, но в положении сына бедного фермера, он остался на всю жизнь пахарем». В тринадцать лет мальчик выучился сеять, а в пятнадцать он сделался главным работником на ферме, где работников не держали; в продолжение нескольких лет семья Бернса не знала мяса. К шестнадцати годам непосильная работа совершенно расстроила нервы Бернса. Он согнулся и стал страдать головными болями, сердцебиением и припадками меланхолии. Под влиянием этой же неприглядной обстановки, он с юности пристрастился к крепким напиткам. В киркосвальдской школе он хотя и немногому научился, но полюбил чтение до того, что даже в поле ходил с книгою в кармане. Ночью в холодной каморке Б. думал о балладах, а днем в поле придавал им новые формы и подбирал рифмы. В 1781 г. Б. отправился в Ирвин учиться чесать лен. Во время празднования нового года лавка их загорелась и Б., как истый поэт, остался с шестью пенсами в кармане. В это же время загорелось и его сердце несчастной страстью к соседке. Девушка смеялась над Б., а он приходил в отчаяние и стал искать утешения в обществе молодежи, где скоро приобрел репутацию веселого собеседника. Отец его умер, когда поэту минуло 25 лет, и умирая с ужасом думал, что семья его станет бедствовать еще более прежнего. Дела семьи покойного фермера действительно не улучшались, и ей пришлось переехать в другую местность. В это время Б. познакомился с своей будущей женой Джен Артур, отец которой, плотник, не соглашался на брак, а дочь не пожелала идти против отца. Бернсу оставалось только уехать куда-нибудь, он принял предложенное ему место бухгалтера в Ямайку и совсем было уже собрался. Но вот появляется первый том его стихотворений, изданный в Кильмарноке в июне 1786 г. Книга имела блестящий успех, хотя дала автору всего только 20 фунтов стерл. Но зато не было пахаря, не было работницы, которые не отдали бы свои заработанные гроши за томик Б. Все читали народного поэта, а кружок литераторов пригласил его в Эдинбург. Современники, видевшие Б. в этом кружке рассказывают, что он держал себя в высшей степени просто и непринужденно. Вальтер Скотт говорит о Б. таким образом: «Я был мальчик лет пятнадцати, когда Б. приехал в Эдинбург, я интересовался им и за знакомство с ним готов был отдать все на свете. Я видел его среди знаменитых литераторов. Конечно мы мальчики сидели в сторонке и молча смотрели и слушали. Я помню, как при взгляде на гравюру, изображавшую умирающего солдата, на глазах у него показались слезы. Он был коренастый, простой поселянин гораздо более массивный, чем его представляют на портретах. Глаза у него были большие и черные, и когда он говорил о чем-нибудь с жаром, они сверкали буквально точно уголья. Подобных глаз я положительно никогда не видывал. В Эдинбурге за ним очень ухаживали». После этих собраний, на которых он ставил в тупик профессоров и кружил головы герцогиням, он отправлялся ночевать к себе на чердак. Вильям Питт признал Б. великим поэтом, чего не признавали другие критики, задетые сатирою Б. Сельский поэт чувствовал себя неловко в городе среди чопорного общества, и когда вышел 3 том его стихотворений, давший ему до 400 фун. ст., Б. снял в Эллизжевде новую ферму, женился на той самой Джен, которую любил прежде, потерял свой небольшой капитал и продолжал писать. В 1789 г. он получил место сборщика податей с небольшим жалованьем в 50 ф. в год. В 1791 году ему дали такое же место в Демфри, но с 70 ф. жалованья. На следующий год ему предложили издать: «Melodies of Scotland with symphonies and accompaniments for the Pianoforte and Violin: the poetry by Robert Burns». К этому изданию он прибавил до ста песен, некоторые из коих и до сих пор поются шотландцами от Эдинбурга до Сан-Франциско. Гонорара он получил: шаль для жены, картину Давида Аллена и 5 фунтов деньгами! Поэт написал гневное письмо и закаялся сочинять когда-нибудь из-за денег. В последние года своей жизни он был изгнан из великосветского литературного общества из за своих революционных взглядов, и стал искать утешения в компании кутил и в крепких напитках. Б. почувствовал преждевременную старость. Руки у него дрожали, аппетит пропал и в апреле 1796 года он писал: «Кажется мне долго не придется снова взяться за лиру». 4 июля он совсем ослаб, а 12 написал своему кузену, прося у него в долг 10 фун., чтобы спасти себя от смерти в тюрьме. 21 его уже не стало, а 25 у него родился сын. Его похоронили с почестями и над могилой было произведено товарищами его даже три ружейных залпа. Б. не воспевал салонов, в которых провел около года. Природа поэтически влияла на него. Б. сам себя сравнивает с эоловой арфой, играющий при малейшем ветерке. Он относится с необыкновенным сочувствием ко всему окружающему его простому миру. Критики считают лучшим стихотворением Б. «Веселые нищие». В этом стихотворении он показывает, как живут отверженные обществом кутилы. Б. был человеком высокой нравственности и, не смотря на свои кутежи, высоко чтил истину; справедливость и милосердие. Могут ли шотландцы не любить его, когда в его стихах они, как в зеркале, видят свою дорогую родину, и выходцы на берегах Австралии, читая его, переносятся в поля своей далекой родной Шотландии. Собрание стихотворений Б. издано его другом Герри 4 т., Лондон, 1800, дополн. "Relics Robert В. ", 1808). С тех пор было много изданий (роскошное 8-ми томное Кеннингама, Лондон, 1835); Чемберса с превосходной биографией Б., 1873; Смита, 2 т., 1880; Петерсона, 6 т., Эдинб., 1880. Биографии Б. написаны Лакгартом (1828), Шарпом (1879). Превосходная характеристика поэта дана Карлейлем в его «Опытах» (т. 1, этот том имеется в русском переводе). Переводы отдельных стихотворений Бернса см. в хрестоматии Гербеля: «Английские Поэты».

Бернулли 

Бернулли (Bernoulli) — семейство, давшее ряд замечательных людей, преимущественно в области математических наук. Родоначальник его Яков Б. (ум. 1583 г.), эмигрировал из Антверпена вовремя управления Фландрией герцога Альбы во Франкфурт; внук его, также Яков Б, род. 1598 г., поселился в Базеле и ум. в 1634 г. В Базеле члены семейства Б. приобрели выдающееся значение и многие из них занимали высшие государственные должности. Яков I Б., род. в 1654 г., профессор математики в Базеле, применил открытое Лейбницом и Ньютоном вычисление бесконечности к труднейшим вопросам геометрии и механики и открыл так называемые Бернуллиевы числа. Собрание его сочинений издано в Женеве (2 т., 1744). Брат его, Иоанн I Б., род. 1667 г. в Базеле, также был одним из величайших математиков своего времени. Предназначенный в детстве к коммерческой деятельности, Б. впоследствии весь отдался науке, изучая преимущественно медицину и математику, был сначала проф. математики в гренингенском университете, а по смерти брата Якова, Б. перешел на его кафедру в Базеле и занимал ее до самой смерти своей, в 1748 г. Б. открыл так назыв. calculus exponentialis и ознакомил с ним ученый мир в 1697 г., еще до Лейбница. Вместе с братом Яковом, Б. разрабатывал дифференциальное исчисление и попутно открыл интегральное исчисление. Полное собрание его ученых трудов появилось в Женеве (1742), а его переписка с Лейбницем (2 т., там же, 1745 г. ).
— Племянник предыдущих, Николай Б., род. в 1687 г., изучал право, но преимущественно математику в Гренингене. В 1716 г. он, по рекомендации Лейбница, стал профессором математики в Падуе, в 1722 г. — профессором логики в Базеле, в 1731 г. профессором юридического факультета того же университета, и умер в 1769 г. В области математики Б. обогатил некоторыми открытиями Teopии вероятностей и интегральное исчисление.
Николай Б. — старший сын Иоанна I Б., род. в 1695 г. в Базеле, был профессором юридического факультета бернского университета, и с 1725 г. — профессором математики в Петербурге, где и умер в 1726 г.
— Его младший брат Даниил Б., род. в 1700 г. в Гренингене, изучал в Базеле медицину и математику. В 1725 г. получил приглашение из Петербурга, где был академиком по кафедре механики в академии наук. В 1733 г. Б. возвратился в Базель и занял в тамошнем университете кафедры анатомии и ботаники, а спустя некоторое время — физики, которую занимал до самой смерти, в 1788 г. Даниил Б. был одним из самых выдающихся физиков и математиков своего времени. Парижская академия наук десять раз присуждала ему премии, назначавшиеся за лучшие работы по вопросам математики и физики, а в 1734 г. он разделил с своим отцом Иоанном двойную премию той же академии за сочинение: «О причинах различного наклонения планетных орбит к солнечному экватору». В «Трудах» петербургской, парижской, берлинской и др. академий, членом которых состоял Б., помещено множество его ученых исследований. Капитальнейшим трудом его следует признать «Гидродинамику» (Страсб., 1738).
— Иоанн Б., племянник предыдущего, род. в 1744 г., умер 1807 г. в Берлине в звании королевского астронома. Из многочисленных его сочинений наиболее замечательны: «Recueil pour les astronomes» (3 т., Берл., 1772 — 76); «Sammiung kurzer Reisebeschreibungen» (15 т., Берл., 1782 — 93); «Archiv zur neueren Geschichte, Geographie, Naturund Menschenkenntnis» (8 т., Берл., 1783 — 88). Из 2-х братьев его один — Даниил, род. 1751 г. в Базеле, в т 1834 г. там же, был доктором медицины и проф. риторики; другой, Яков Б., род. 1759 г. в Базеле, по окончании своего образования отправился в Петербург. где был профессором математики и здесь Б. женился на внучке Эйлера. умер в 1789 г. в звании академика.
— Кристоф Б., сын последнего Данила Б., род. в 1782 г. в Базеле, воспитывался в Невшателе, сначала был на государ, службе, потом изучал естественные науки в Геттингене и в 1817 г. занял кафедру естественной истории в базельском университете. Он в 186З. Ему принадлежит заслуга разработки технологии на новых, рациональных основаниях. Из его многочисленных трудов замечательны: «Ueber den nachtheilgen Einfluss der Zuliftverfassung auf die Industrie» (Базель, 1822); «Anfangsgrunde der Dampfmaschinenlehre» (Базель, 1824); «Rationelle Darstellung der gesammten mechanischeo Baumwollspinerei» (Базель, 1829); «Vademecum des Mechanikers» (Базель, 1829); «Handbuch der Technologie» (2 т., Баз., 1833 — 34; 2 изд. 1840); «Handbuch der Dampfmaschinenlehre» (Штутг 1833; 5 изд., 1865); «Handbuch der industrielJen Physik, Mechanik und Hydraulik» (2 т., Штутг., 1834 — 35); «Handbuch der PopulatioDistik» (Ульм, 1840) и «TechnologischeHandencykiopadie» (Штутгарт, 1850). — Сын его, Иоганн Густав Б., род. 1811 г. в Базеле, умер в 1877 г., известен обработкой книги своего отца «Vademecum des Mechanikers» (16 изд., Штутгарт, 1878).
— Иоганн Яков Б., род. 1831 г. в Базеле, был профессором истории тамошнего университета. Его сочинения трактуют большею частью об античных образцах пластического искусства. Из них замечательны: «Ueber die Laokoongruppe» (Базель, 1863); «Die Bildnisse des altern Scipio» (Базель, 1875); «Die Bildnisse beiuhmter Criechen» (Базель, 1877) и в особенности «Aphrodite» (Лейпц., 1874).
— Карл Густав Б., брат предыдущего, род. в 1834 г. в Базеле, изучал медицину и естественные науки и путешествовал с научною целью по Гватемале. Результаты этого путешествия изложены большею частью в «Mitteilungen» Петерманна. Б.? 1878 г. в Сан-Франциско. Ему принадлежит также исследование по ботанике: «Die Gefasskryptogamen der Schweiz» (Базель, 1857).

Берцелиус 

Берцелиус (Иоган Яков, барон фон-В.) — шведский химик, род. 29 авг. 1779 г. в Вестерлёсе, неподалеку от Линчёпинга, в Остготланде; первоначальное образование получил в линчёнсингской гимназии, а затем в упсальском университете, где изучал медицину и химию, под руководством Гана. Первым ученым трудом Б., после годичного пребывания в качестве ассистента у врача при минеральных водах в Медеви, является: «Nova analysis aquarum Mediviensium» (1800). Затем он опубликовал физиологическое исследование: «De electricitatis galvanicae in corpora organica effectu», за которое получил степень адъюнкт-профессора в медицинской школе, в Стокгольме (1802 г.); вскоре (в 1806 г.) он занял кафедру химии в военной академии, а год спустя сделался профессором медицины и фармации в Стокгольме где в 1807 г. основал шведское общество врачей. В 1808 г. Б. был избран в члены стокгольмской академии наук, где был президентом в 1810 году, а затем, в продолжение тридцати лет (1818 — 1848), постоянным секретарем академии, до самой своей смерти, последовавшей 17 авг. 1848 г. В 1818 г. он получил дворянство, а в 1835 г. — баронский титул. В 1819 г. Б. был в Париже, где, при содействии Бертолле, познакомился со знаменитейшими учеными того времени, с которыми вел потом переписку (Лапласом, Гей-Люссаком, Араго) Ампером, Дюлонгом, Френелем и др.). Сделавшись профессором, Б. всецело посвятил себя изучению химии и вскоре занял в числе ученых первой половины нынешнего столетия одно аз самых почетных мест. Крайне трудно представить в беглом и сжатом очерке всю важность и значение деятельности Б., настолько тесно связано все здание науки с его именем. Тщательнейшее изучение тех количественных отношений, в которых соединяются простые тела друг с другом, и развитие атомного учения составляют основную задачу всех его исследований. Преследуя эти важные цели, В. обогатил химию открытием новых методов; он исследовал большинство минеральных соединений и определял эквиваленты простых тел с такою точностью, что позднейшие исследователи скорее могли только подтвердить его числа, но не исправить. Б. открыл селен, церий и торий, получил в свободном состоянии барий, стронций, кальций, тантал, кремний, цирконий и исследовал целые классы неорганических веществ, напр. соединения плавиковой кислоты, платиновых металлов, тантала, молибдена, ванадия и др. Ему принадлежит несколько таблиц атомных весов, при установлении и исправлении которых он не преминул воспользоваться вновь открытыми тогда законами Гей-Люссака, Дюлонга и Пти и явлениями изомеризма. Для сравнения приведем некоторые атомные веса из таблицы Б., относящейся к 1826 г.; в скобках даны принятые в настоящее время числа: кислород 16(16), сера 32,24 (32), азот 14,18 (14), хлор 35,47 (35,4), фосфор 31,4 (31) медь 63,4 (63,3), калий 78,5 (39) и т. д. Но в особенности известен Б. в химии, как творец электрохимической теории, примыкающей к электрохимическим воззрениям Дэви. Основное положение этой теории состоит в том, что атомы сами по себе обладают электрической полярностью не имеют, по меньшей мере, два полюса с различными количествами противоположных электричеств; смотря по тому, какое из электричеств находится в избытке, тела разделяются на два класса: положительные и отрицательные; при электролизе, первые выделяются на отрицательном а вторые — на положительном полюсе. Полярностью обладают не одни элементы, но и сложные тела. Всякое химическое соединение обусловливается притяжением разноименных. полюсов малейших частичек, и в результате, смотря по преобладанию у компонентов того или другого электричества, получаются соединения электроположительные, электроотрицательные или, наконец, электрически индифферентные. Все простые тела группируются таким образом в один непрерывный ряд, начинающийся с наиболее электро-отрицательного элемента — кислорода — и оканчивающийся наиболее электроположительным металлом — калием. При электролизе сложных веществ, атомам вновь возвращается первоначальная полярность, что и обусловливает разложение сложного соединения. Таким образом разнородные проявления силы химического сродства сводятся к единой общей причине. Как необходимое следствие электрохимических представлений, является предположение, что каждое сложное тело состоит из двух электрически противоположных частей; это можно выразить следующими формулами:
окись бария, серная кислота, ВаОSОз серно-баритовая соль.
Таким образом в этой теории нашли свое высшее развитие дуалистические представления, ведущие начало от Лавуазье. Электрохимическая теория, долгое время господствовавшая в химии, теперь уже утратила свое значение; но заслуги ее в истории развития химии громадны: учение Б. о конституции или рациональном составе химических соединений является одним из необходимых выводов этой теории. Рациональный состав, названный им так в отличие от эмпирического, узнается по ближайшим составным частям соединения; определение его Б. считал одной из главных задач химии. В вышеприведенном примере окись бария и серная кислота являются такими ближайшими составными частями серно-бариевой соли. В связи с этим стоит установление Берцелиусом химической номенклатуры и химических знаков (формул), всесветное употребление которых всего лучше доказывает их целесообразность и удобство. В истории развитии органической химии Б. играл также весьма видную роль: помимо проведения здесь тех же принципов, которых он держался при изучении минеральных соединений, ему принадлежит установлено понятия об изомерии, на основами, как собственных, так и ранее известных фактов. Им же отличены специальные случаи изомерии: полимерия и метамерия. Идеи Б. имели громадное влияние на современные ему химические умы. В числе учеников Б. стоят такие люди, как Вёлер, Митчерлих, Хр. Гмелин; оба Розе, Магнус, Науман и др. Научно литературные труды его весьма многочисленны и обширны. По предложению стокгольмской академии Б. составлял в продолжение 27 лет «Arsberattelser от framstegen i fysik och kemie» (27 вып., Стокг. 1820 — 1847), переведенный на нем. яз. Вёлером. Гмелиным и др. под заглавием: «Jahresbericht uber die Fortschritte der Chemie und Mineralogie» (т. 1 — 27, Тюб., 1821 — 1848). Но наиболее капитальным трудом Б. является учебник химии: «Larebok i kemien» (3 т. Стокгольм 1808 — 18)8; 6 т. 1817 — 30), переведенный на франц. яз. Журналом (с поправками и дополнениями автора, Пар., 1829), на английский, итальянский, голландский и немецкий (Блёде, Пальмштедтом и Вёлером, 4 т. Дрезд. и. Лейпц. 1825 — 31; 4 изд. 10 т., 1835 — 41; 5 изд. Дрезд. и Лейпц., 10 т. 1843 — 47). Этот учебник представляет верную картину знаний того времени: 4 первых тома посвящены минеральной химии, в 5 и 6 трактуется о продуктах растительного царства, а два последних заключают в себе химию животных веществ. В этом труде Б. не столько поражает та выдающаяся роль, которую он играл в развитии химии собственными открытиями, сколько его склонность к обобщению. Кроме только что упомянутых сочинений, Берцелиусу принадлежит еще много крупных работ: «Afhandlingar i fysik, kemie och mineralogie» (6 т., Стокг., 1806 — 08); «Forelasningar idjurkeтиеп»(2 т., Стокгольм, 1806 — 8); «Ofversigt on djurkemiens framsteg» (Стокг., 1812; перев. на нем. яз.); «О составе животных жидкостей» (перев. на нем. Нюрнб. 1815); «Новая минералогическая система» (перев. на нем. яз. Гмелиным и Пфаффом, Нюрнб., 1816); «Опыт теории химических пропорций» (перев. на нем. яз. Блёде, Дрезд., 1820 г. и на фр. Пар., 1812 и 1835); «О применении паяльной трубки в химии и минералогии» (Стокг., 1820, перев. на нем. яз. Нюрнб., 1821; 4 изд. 1844); «О составе сернистых щелочей» (на нем. яз. перев. Пальмштедтом, Нюрнб., 1822). В 1855 г., в Стокгольме, Берцелиусу воздвигнута колоссальная бронзовая статуя.

Бессемер 

Бессемер (Генрих Bessemer), родился в 1813 году в Гертфордшире, известен своими изобретениями и улучшениями в области механики и металлургии (в особенности по части железного производства). Способ переработки чугуна в сталь, носящий его имя, бессемерование, произвел целый переворот в сталелитейной промышленности. Введен он в 1856 г. и отличается своей простотою: в расплавленный чугун вдувается сильная струя воздуха, причем углерод чугуна выгорает. Развивающееся при этом громадное количество тепла делает почти излишним применение горючего материала; вся операция совершается в несколько минут и дает сразу большие количества литой стали.

Бестужев 

Бестужев (Александр Александрович), более известный под псевдонимом Марлинского, род. 23 окт. 1797, убит на Кавказе 7июля 1837 г.) — беллетрист и критик, сын Александра Федосеевича Б-ва (1761 — 1810), издававшего вместе с И. П. Паниным в 1798 г. «Санкт-петербургский журнал» и составившего «Опыт военного воспитания относительно благородного юношества». Воспитывался в горном корпусе, затем был адъютантом главно управляющих путями сообщения ген. Бетанкура и герцога Вюртембергского и наконец, с чином штабс-капитана перешел в л.-гв. драгунский полк. За участие в заговоре декабристов 1825 г. был сослан в Якутск, а оттуда в 1829 г. переведен на Кавказ солдатом. Участвуя здесь во многих сражениях, он получил чин унтер-офицера и георгиевский крест, а затем был произведен и в прапорщики. Погиб в стычке с горцами, в лесу, на мысе Адлере; тело его не найдено. На литературное поприще Б. выступил в 1819 году, с стихотворениями и небольшими рассказами, печатавшимися в «Сыне Отечества» и «Соревнователе просвещения», а в 1820 г. был избран в члены петербургского Общества любителей российской словесности. В 1821 г. напечатана отдельной книжкой его «Поездка в Ревел», а в 1823 — 25 гг. он вместе с К. Ф. Рылеевым, издавал альманах «Полярная Звезда». Этот альманах, — по своему времени, весьма замечательное литературное явление, — был встречен общим сочувствием; вокруг молодых, талантливых и любимых публикой редакторов, соединились почти все передовые представители нашей тогдашней литературы, включая и Пушкина, который из Одессы и потом — из псковской своей деревни поддерживал с Б. оживленную переписку по литературным вопросам и посылал ему свои стихи. В «Полярной Звезде» Б. выступил не только как романист («Замок Нейгаузен», «Роман в семи письмах», «Ревельской турнир», «Изменник»), но и как критик: его обзоры старой и современной изящной литературы и журналистики обратили на себя общее внимание и вызвали оживленную полемику. Это было время, когда в нашей литературе. благодаря в особенности произведениям Пушкина, был поставлен ребром вопрос о форме и содержании художественного творчества, — вопрос о гак наз. «классицизме» и «романтизме». Все молодые и свежие литературные силы, вслед за Пушкиным, стали под знамя нового направления, которое окрестили названием «романтизма» и которое, в сущности, было практическою проповедью свободы художественного вдохновения, независимости от признанных литературных авторитетов. как в выборе. содержания для поэтических произведений, так и в приемах его обработки. Горячим и ревностным защитником этого направлении явился и Б. Он резко и, вместе с тем, остроумно попадал на защитников старого псевдоклассицизма, доказывая, что век этого направления, как и создавшая его эпоха пудреных париков, миновали безвозвратно, и это литературные староверы, продолжая загромождать словесность этою мертвечиною, только вредят и мешают свободному развитию дарований. Отрицание классических правил и приемов, как ненужного старого хлама, и требование для поэтического творчества полной, ничем не стесняемой свободы — таковы были основные понижения критики Б. Идеальными типами поэтов художников он ставил Шекспира, Шиллера, в особенности же Байрона и (впоследствии) Виктора Гюго. Не отличаясь глубиною взгляда, критические статьи Б. производили, однако же, сильное впечатление своею пылкостью, живостью и оригинальностью; они всегда вызывали более пли менее оживленный обмен мнений, всеми читались и обсуждались и, таким образом, будили в нашей литературе критическую мысль в то время, когда наша литературная критика была еще, можно сказать, в зародыше. Белинский признал за этими статьями Б. «неотъемлемую и важную заслугу русской литературе и литературному образованию русского общества», прибавив к этому, что Б. «был первый, сказавший в нашей литературе много нового», так что критика второй половины 20-х годов была, во многих отношениях, только повторением литературных обозрений «Полярной Звезды».
Декабрьские события 1825 г. на время прервали литературную деятельность Б. Уже отпечатанные листы «Полярной Звезды» на 1826 г. с его статьею были уничтожены; сам он сначала был отвезен в шлиссельбургскую крепость, а затем сослан в Якутск. Здесь он ревностно изучал иностранные языки, а также знакомился с краем, нравами и обычаями местных жителей; это дало содержание нескольким этнографическим его статьям о Сибири, Здесь же им начата повесть в стихах под заглавием: "Андрей, князь Переяславский, первая глава которой, без имени и согласия автора, напечатана в Спб., 1828. В следующем году Б. был переведен на Кавказ, рядовым, с правом выслуги. В первое время по приезде, он постоянно участвовал в различных военных экспедициях и стычках с горцами, а к литературе получил возможность вернуться только в 1830 г. С этого года, сначала без имени, а потом — под псевдонимом Марливского.в журналах все чаще и чаще появляются его повести и рассказы («Испытание», «Наезды», «Лейтенант Белозор», «Страшное Гадание» «Аммалатбек», «Фрегат Надежда» и пр.) изданные затем, в 1832 г., в 5ти томах (под заглавием: «Русские повести и рассказы» и без имени автора). Вскоре понадобилось второе издание этих повестей (1835 с именем А. Марлинского); затем ежегодно выходили новые тома; в 1839 г. явилось третье издание, в 12-ти частях: в 1847 — четвертое. Главнейшие повесть М. перепечатаны в 1880-х гг. в «Дешевой библиотеке» А. С. Суворина.
Этими своими произведениями Бестужев Марлинский в короткое время приобрел себе огромную известность и популярность в русской читающей публике. Всякая новая его повесть ожидалась с нетерпением, быстро переходила из рук в руки, зачитывалась до последнего листка; книжка журнала с его произведениями делалась общим достоянием, так что его повесть была самой надежной приманкой для подписчиков на журналы и для покупателей альманахов. Его сочинения раскупались нарасхват и что гораздо важнее — ими не только все зачитывались, — их заучивали наизусть. В 30-х годах Марлинского называли «Пушкиным прозы», гением первого разряда, не имеющим соперников в литературе... Причина этого необыкновенного успеха заключалась в том, что Марлинский был первым русским романистом, который взялся за изображение жизни русского общества, выводил в своих повестях обыкновенных русских людей, давал описания русской природы, и при этом, отличаясь большою изобретательностью на разного рода эффекты, выражался особенным, чрезвычайно и. ветистым языком, полным самых изысканных сравнений и риторических прикрас. Все эти свойства его произведений были в нашей тогдашней литературе совершенною новостью и производили впечатление тем более сильное, что русская публика, действительно, ничего лучшего еще и не читала (повести Пушкина и Гоголя явились позже).
В своих романах и повестях Марлинский явился настоящим «романтиком». В них мы видим стиль и приемы, очень близко напоминающие немецкий Sturm und Drang 70-х годов прошлого столетия и «неистовую» французскую беллетристику школы В. Гюго (которым Марлинский всего больше увлекался). Как там, так и здесь, — стремление рисовать натуры идеальные в добре и зле, чувства глубокую, страсти сильные и пылкие, для которых нет иного выражения, кроме самого патетического; как там, так и здесь — игра сравнениями и контрастами возвышенного и пошлого, благородного и тривиального; во имя презрения к классическим теориям и правилам,
— усиленная погоня за красивой, оригинальной фразой, за эффектом, за остроумием,
— словом за тем, что на немецком языке эпохи Шиллера и Гёте называлось «гениальностью», а на языке поклонников и критиков Марлинского получило ироническое название «бестужевских капель». И наряду с этим — совершенное пренебрежение к реальной житейской правде и ее требованиям (которые в ту пору никому из писателей даже и не снились) и полная искусственность, сочиненность и замысла, и его выполнения. Марлинский первый выпустил в нашу литературу целую толпу аристократически изящных «высших натур», — князей Лидиных, Греминых, Зездиных и им подобных, которые живут только райским блаженством любви или адскими муками ревности и ненависти, — людей, «чело» которых отмечено особою печатью сильной страсти. Они выражают свою душевную бурю блестящим, напыщеннориторическим языком. в театрально-изысканной позе; в них «все, о чем так любят болтать поэты, чем так легкомысленно играют женщины, в чем так стараются притворяться любовники, — кипит, как растопленная медь, над которою и самые пары, не находя истока, зажигаются пламенем... Пылкая, могучая страсть катится, как лава; она увлекает и жжет все встречное; разрушаясь сама, разрушает в пепел препоны, и хоть на миг, но превращает в кипучий котел даже холодное море»... «Природа», говорит один из этих героев Марлинского, — «наказала меня неистовыми страстями, которых не могли обуздать ни воспитание, ни навык; огненная кровь текла в жилах моих»... «Я. готов», говорит другой, «источить кровь по капле и истерзать сердце в лоскутки»...И ни в том, ни в другом, ни в десятом из этих эффектных героев, в действительности, — нет ни капли настоящей крови, нет настоящей, реальной жизни, характера, типа. Все они — бледные и бесплотные призраки, созданные фантазией беллетриста романтика и лишь снаружи прикрытые яркими блестками вычурного слога. Белинский справедливо определил Марлинского, как талант внешний, указав этим и на главную причину его быстрого возвышения и еще более быстрого падения в литературе. В самом деле, им зачитывались и восхищались только до тех пор, пока в литературе не явилась свежая струя в повестях сначала Пушкина, потом — Гоголя, поставивших писателю совсем иные требования, практически указавших на необходимость свести литературу с ее отвлеченных высот на почву действительной жизни. Как только эта необходимость была почувствована, как только читатель заявил о своем желании видеть в книге самого себя и свою жизнь без риторических прикрас, — он уже не мог по прежнему восхищаться «летальностью» Марлинского, и любимый ими писатель скоро был оставлен и забыт. 
Лучшими из повестей Марлинского считаются: «Фрегат Надежда», «Аммалатбек», «Мулла Нур» и «Страшное Гадание». В его повестях из кавказской жизни заслуживают внимания интересные картины природы и нравов, но действующие среди этой обстановки татары и черкесы наделены чрезвычайно «неистовыми» байроновскими чувствами. Стиль и характер Марлинского имели в свое время большое влияние на нашу изящную литературу. Не говоря о толпе бездарных подражателей, которые скоро довели отличительные особенности Марлинского до пошлой карикатуры, нельзя не заметить, что его манера, до известной степени, отразилась и в повестях Пушкина («Выстрел»), и в «Герое нашего времени» Лермонтова, и еще более — в драмах последнего.

Бестужевы 

Бестужевы и Бестужевы Рюмины, графы и дворяне. — В начале пятнадцатого века жил Гавриил Бестужев. Сын его, Яков Гаврилович Бестужев получил прозвище Рюма. В 1477 г. Матвей Бестужев ездил послом от Иоанна III в Орду к хану Ахмету. Осип Иванович, прозванием Образец, убит в походе против казанского царя в 1487 г., а брат его, Илларион Иванович утонул в том же походе. Андрей Иванович жалован от Иоанна Грозного поместьем в московском уезде 2 октября 1550 г. Он подписался в 1565 году в пятидесяти рублях у поручной записи по боярине Иване Петровиче Якове Захарьине. Михаило Михайлович находился воеводою в полоцком походе 1651 г. Иван Дмитриевич послан был 29 декабря 1610 и 30 января 1611 г. из Смоленска в польский стан с отказом Смоленска изменить России и присягнуть Польше. Михаило Григорьевич в 1660 г. находился при дворе царя Алексея Михайловича. В XVII ст. многие члены этого дома служили в стольниках, дворянах московских и стряпчих. Так, Алексей и Дмитрий Ивановичи были стольниками царицы Прасковьи Федоровны. Иван Прокофьевич был патриаршим стольником. В 1699 г. восемнадцать Бестужевых владели населенными имениями и четверо из них жили стольниками Петра I. В 1701 г. Петр Михайлович Бестужев и ближние его родичи получили от Петра и дозволение писаться Бестужевыми Рюмиными. — Петр Михайлович родился 28 июля 1664 г. Из записок историю графа Миллера видно, что в 1701 г. Петр Михайлович был воеводою в Симбирске. В 1705 г. он был послан Петром и в Вену и Берлин; в 1712 г. определен гофмейстером к вдовствующей герцогине Курляндской Анне Иоановне для заведования и управления ее делами. Пробыв на этой должности год с небольшим, Бестужеву, в 1713 г., велено было отправиться в Гагу для присматривания, как сказано в указе, политических дел. В 1715 г. он был снова определен обергофмейстером к Анне Иоановне. В 1717 г. старался доставить герцогство Курляндское вейсенфельдскому герцогу Иоанну, а в 1718 г. бранденбургскому маркграфу Фридриху Вильгельму, но старания его были безуспешны и кроме неудачи в этих делах он получил в 1720 г. запрещение вмешиваться в дела внутренним, а велено ему было исполнять только свои обязанности, донося о любопытных событиях рижскому генерал губернатору, князю Репнину. В 1725 г. В. 4 декабря велено было приехать с герцогинею в С.-Петербуг. В следующем году Бестужев содействовал избранию Морица Саксонского в герцоги Курляндские, но и тут последовала неудача: Мориц имел соперником всесильного Меньшикова. Бестужев был выслан за это из Митавы и только заступничество Анны Ивановны спасло его от преследования Меньшикова. Тем не менее в 1728 г. он был арестован и под стражею препровожден в С.-Петербург. Тогда обнаружилось его корыстолюбие, подтверждавшееся письмом самой Анны Ивановны к Петру II, что «Бестужев. Рюмин расхитил управляемое им имение и ввел ее в долги неуплатные». Не смотря на это, за него вступились два сына, бывшие тогда министрами при польском и датском дворах. По вступлении на престол Анны Иоановны, Петр Михайлович был назначен губернатором в Нижний Новгород. Недовольный таким назначением, Бестужев высказывал недовольство дошедшее до императрицы. Едва приехал он в губернию, как получил приказание отправиться в деревню. По словам Манштейна, несчастие Бестужева произошло, благодаря Бирону. Ссылка его продолжалась до 29 августа 1737 г. В этом году, за верную службу сыновей, дозволено ему жить на свободе в Москве или в деревнях, где пожелает. В 1740 г. впал в немилость меньшой сын Бестужева, но вступившая вскоре на престол императрица Елисавета Петровна пожаловала его вице-канцлером и возвела вместе с отцом и братом в день коронования своего 25 апреля 1742 г. в графское достоинство. Вскоре после этого граф Бестужев скончался. От брака с Евдокией Ивановной Тальциной, дочерью адмирала, он имел дочь Аграфену Петровну, бывшую за князем Никитою Федоровичем Волконским и двух сыновей, знаменитых государственных деятелей: гр. Михаила Петровича и гр. Алексея Петровича.
Граф Михаил Петрович род. 7 сентября 1688 г., воспитывался в Берлине и с молодости начал службу при дворе Петра I. Благодаря своему уму и образованию он приобрел расположение Петра и в 1705 году был отправлен в Копенгаген секретарем посольства. В 1712 году был пожалован камер-юнкером, а в 1720 году назначен резидентом в Лондон. В это время работы Бестужеву было не мало, так как Англия заключила в том же 1720 году наступательный и оборонительный союз со Швецией против России, забыв таким образом заключенную ею с Петром I конвенцию 17 — 23 октября 1715 г. в Грибсвальде. Бестужев по этому случаю подал английским министрам записку, в которой напоминал о неприкосновенности нарушенного условия; 15 ноября был совет и на нем постановлено объявить российскому резиденту, чтобы он чрез восемь дней выехал из королевства за то, что вручил записку не королю (бывшему впрочем в отлучке), а министрам 23 числа Б. оставил Лондон, отправился в Гагу, где и находился до весны 1721 г. По заключении Нейштадскато мира со Швецией в 1721 г., он был назначен министром в Стокгольм. Он деятельно содействовал признанию в 1723 году Швецией российского двора императорским, а в 1724 г. подписал оборонительный союз между Россией и Швецией на двенадцать лет. В следующем году Б. был отозван из Швеции императрицею Екатериною и. в 1726 г. отправлен в Польшу в качестве чрезвычайного посланника. В 1730 г. императрица Анна переместила его в Берлин. В 1732 г. его снова перевели в Швецию. 5 авг. 1735 г. он возобновил со шведскими сенаторами договор, постановленный в 1724 г еще на двенадцать лет. Во время миссии Бестужева в Стокгольме, именно 28 июня 1739 г., последовало убийство шведского Mайора Пинклера, возвращавшегося из Константинополя в Швецию с выданными ему визирем подлинными обязательствами Карла ХII. Он был убит в Силезии, близ Христианштадта, капитаном Кутлером (уроженцем Силезии) и поручиком Левицким. Они были за это сосланы в Сибирь, заключены в тюрьму и только при императрице Елисавете Петровне были освобождены. Нужно заметить, что по долгу службы своей Михаил Петрович донес русским министрам об отправлении Цинклера в Константинополь, препроводив к ним и портрет его. Тогда Швеция находилась в дружбе с султаном и кроме того 22 декабря заключила с ним союзный и оборонительный договор. В Стокгольме Б. грозила опасность: в убийстве Цинклера винили русский двор; раз народ устремился к дому русского посланника, перебил стекла и только, благодаря вовремя принятым мерам, толпа была рассеяна и порядок восстановлен. В 1741 г., в июле месяце, шведский министр выехал из С. Петербурга под предлогом устройства собственных дел. Приказано было поэтому Бестужеву оставить Стокгольм, и ехать сперва в Гамбург, а потом в Ганновер. Но он не успел выехать из шведской столицы: 24 июля Швеция объявила войну России и к русскому посланнику приставлен был караул. С прибытием в Стокгольм Нолькена, Бестужев получил свободу. Уничтожив свои дипломатические бумаги, он отправился 7 числа сперва в Гамбург, а потом в Ганновер. Здесь он имел свидание с королем английским и старался, чтобы к заключенному между Англией и Россией 3 апр. 1741 г. договору была прибавлена еще одна и притом важная статья: о высылке в Балтийское море английской эскадры в случае, если Франция окажет помощь Швеции. Но вступление императрицы Елисаветы Петровны на престол остановило переговоры и он выехал в Варшаву, куда был назначен в качестве полномочного министра вместе с тайным советником бароном Кейзерлингом, но в дек. был отозван в С. Петербург. В 1743 г. Б. вступил в супружество с вдовствовавшею графинею Анною Гавриловною Ягужинскою, дочерью великого канцлера Головкина. Вскоре ее постигло несчастье, в июле месяце она была арестована по повелению императрицы за участие в открытом заговоре и 29 августа того же года осуждена: к наказанию кнутом, урезанию языка и к ссылке. После этого гр. Михаил Петрович (который также содержался под караулом по делу жены своей) уехал заграницу. В следующем 1744 г. 16 февр. он был назначен посланником в Берлин, откуда был снова перемещен сначала в Польшу полномочным министром и затем чрезвычайным послом к Венскому двору. В 1752 г. Б. был отозван в Петербург, но на дороге заболел и явился в Петербург только через три года, именно в 1755 году. В следующем же 1756 г. он был назначен чрезвычайным послом во Францию, где скончался 26 февраля 1760 г. По желанию покойного, тело его было перевезено в Россию.
Меньшой брат его, граф Алексий Петрович , родился в Москве 22 мая 1693 г. Воспитывался вместе с братом своим заграницей. В 1712 г. он был отправлен, в числе других лиц русского посольства, на конгресс в Утрехт. После того с разрешения имп. Петра I Алексей Петрович поступил на службу к курфюрсту Ганноверскому, который пожаловал его камер-юнкером. Когда курфюрст Георг и взошел на английский престол, он отправил Бестужева в качестве посланника к Петру. Чрез три года Б. был отозван в Pоссию. В 1718 г. поступил обер-камерюнкером к вдовствовавшей герцогине Курляндской, Анне Иоановне, но через два года был назначен резидентом в Дании, в 1731 г. его переместили резидентом же из Дании в Гамбург. Б. ездил в Киль, осмотрел архивы герцога Голштинского и вывез в Петербург много интересных бумаг, между которыми была духовная имп. Екатерины и. В конце 1734 г. Бестужев был перемещен снова в Данию, благодаря расположению к нему Бирона, Б.: едва приехав в Копенгаген, был аккредитован посланником при нижнесаксонском дворе и пожалован тайным, а в 1740 году, 25 марта, действительным тайным советником, с повелением явиться в Петербург для присутствия в кабинете. Бирону, для противовеса графу Остерману, нужен был ловкий человек, а таким и был Бестужев. В благодарность за это, Бестужев содействовал в назначении Бирона регентом Российской империи на время малолетства Иоанна Антоновича. 8 ноября 1740 г. пал Бирон. С падением его пострадал и Бестужев, который был заключен в Шлиссельбургскую крепость. Не смотря на старания запугать его, Б. совершенно оправдался и его освободили, но только лишили должностей. По вступлении на престол императрицы Елисаветы Петровны, благодаря ходатайству друга своего, лейб-медика Лестока, граф Алексей Петрович был пожалован в короткий промежуток времени 1741 — 1744 г. в вицеканцлеры, сенаторы, и главные директоры над почтами, орденом св. ап. Андрея Первозванного, и наконец великим канцлером. Достигнув высокого звания канцлера и не имея соперников, Бестужев-Рюмин шестнадцать лет управлял Россией. Он был расположен к Венскому двору, ненавидел Пруссию и Францию. Последствием его ненависти к Пруссии была разорительная война против Фридриха Великого, стоившая России более трехсот тысяч человек и более тридцати миллионов рублей. Наследник престола Петр Федорович, почитатель Фридриха, ненавидел Бестужева; в свою очередь и Петр Федорович был ненавидим канцлером, так что, когда родился Павел Петрович, то Бестужев вздумал лишить родителя престола и упрочить его за Павлом Петровичем, под опекунством Екатерины. В 1757 г. тяжкая болезнь постигла Елисавету. Бестужев, думая, что императрица уже не встанет, самовольно написал генерал-фельдмаршалу Апраксину возвратиться в Россию, что Апраксин и исполнил. Но Елисавета Петровна оправилась от болезни. Разгневанная на Бестужева за его своеволие, императрица 27 февраля 1758 г. лишила канцлера чинов и знаков отличий. Виновником его падения был любимец наследника, камергер Брекдорф. Алексей Петрович был удален в принадлежащее ему село Горстово, Московской губернии. Его приговорили к смерти, но государыня заменила этот приговор ссылкою. Ссылка канцлера продолжалась до водворения императрицы Екатерины II. Он был вызван в Петербург и Екатерина возвратила опальному чины, ордена и переименовала в генерал-фельдмаршалы. Кроме того, последовал Высочайший указ, в котором была обнародована невинность Бестужева-Рюмина. С 1741 — 57 Б. участвовал во всех дипломатических делах, договорах и конвенциях, которые Россия заключила с европейскими державами. В 1763 году он напечатал в Москве сочиненную им книжку: «Утешение христианина в несчастии, или стихи, избранные из Священного Писания». Эту же книжку в последствии Бестужев напечатал в С.-Петербурге, в Гамбург и Стокгольм на французском, немецком и шведском языках. Преосв. Гавриилом она была переведена на латинский язык. Манштейн говорит про Бестужева, что он был ума разборчивого, приобрел долговременною опытностью навык в делах государственных, был чрезвычайно трудолюбив; но вместе с тем горд, хитер, мстителен, неблагодарен и жизни невоздержной.
А. Д. Бестужев-Рюмин — заведовавший московским вотчинным архивом в момент разгрома Москвы французами, в 1812 г. Ему удалось спасти Вотчинный архив после личных переговоров с Наполеоном, но зато он должен был согласиться (хотя долго и отказывался) вступить членом в устроенный Наполеоном муниципальный совет, за что, наравне с другими лицами, бывшими в списке этого совета, был подвергнут впоследствии гр. Расточиным и министром юстиции преследованию за измену. Дело его разбиралось в особой комиссии, но кончилось ничем: он не был осужден, но лишился места в вотчинном департаменте. Для разъяснения этого дела, он написал: «Краткое описание происшествий в Москве в 1812 г.» (напеч. в «Чтениях М. О. ист. и древн.», 1859, кн. 2, извлечение отсюда сделано Н. А. Поповым, в ст. : «Французы в Москве в 1812», пом. в «Русск. Архиве» за 1875 и 1876 гг.). В защиту Б., один из его сослуживцев по архиву, Н. С. Налетов представлял начальству записку (напеч. в «Чтениях», там же, стр. 90 — 92), а сам Б. подавал отдельное объяснение министру юстиции (напеч. Там же, стр. 164 — 169). Ср. «Описание документов и бумаг, хранящ. в моск. архиве мин. юстиции» (М., 1889, 1 — 45).

Бетховен 

Бетховен (Людвиг van Beethoven) — величайший композитор XIX стол., род, 16 дек. 1770 г. в Бонне, где его дед Людвиг фан Б. был капельмейстером, а отец Иоганн фан Б. — тенором в курфюрстской капелле. В. проявил очень рано поразительный музыкальный дар, но тяжелая семейная обстановка имела большое влияние на характер Б. и сделала его смолоду мрачным и замкнутым. Для его умственного развития было сделано лишь самое необходимое, а музыкальное образование велось неправильно; с другой стороны, однако, Б. встретил участие и поддержку людей посторонних, именно в семействе Брейнинга (начиная с 1783 г.).
Первыми учителями музыки Б. были его суровый отец, а затем Гобоист Пфейфер. Музыкальные успехи Б. вскоре обратили на него всеобщее внимание, особенно же приводила всех в изумление его уже в то время блестящая игра на фортепиано, соединенная с необыкновенною способностью к импровизации. В игре на органе Б. усовершенствовали придворный органист фан дер Эдень и капельмейстер Нэфе, и уже в 1785 году с восшествием на престол курфюрста Макса Франца II он был назначен придворным органистом, оставаясь в то же время альтистом в оркестре. Усердно занимаясь композицией, Б. Пробовал уже свои силы и в создании более крупных сочинений, из которых особенную известность получили рыцарск. балет и большая кантата. Путешествие его в Вену весною 1778 г., которое доставило Б. мимолетную встречу с Моцартом, было непродолжительно. Вскоре после возвращения Б. из Вены скончалась его мать (Мария Магдалина В., рожденная Кевериг, из Кобленца), и домашние дела сложились еще хуже. Тогда по ходатайству графа Вальдштейна, курфюрст рушился осенью 1792 г. отправить Б. на несколько лет в Вену, чтобы дать ему возможность докончить свое музыкальное образование под руководством Гайдна. Кроме Гайдна, Б. получал указание в от Шенка, автора комической оперы «Деревенели цирюльник», а после отъезда Гайдна в 1794 г. в Англию, Б. прослушал теоретический курс у Альбрехтсбергера, в области же вокальных сочинений пользовался руководством Сальери. Благодаря рекомендации курфюрста, В. был принят в аристократическом обществе. Князь Лихновский взял его к себе в дом, граф Разумовский предоставил в его распоряжение свой квартет,. а князь Лобковиц — свою капеллу. Б. так успел сжиться с Веной, что за исключением одного выезда в Прагу и Берлин в 1796 году, он никогда более не покидал ее. Лето Б, проводил где-нибудь в окрестностях Вены, среди скромной обстановки и в постоянном общении с природой, которую страстно любил и которая его вдохновляла когда он отдыхал от обычных трудов.
Заняв вскоре после прибытия в Вену первое место в ряду танистов, на что он имел неоспоримое право, особенно благодаря своему уникальному дару импровизации, Бетховен, после выхода в свет в 1795 г. первых своих значительных произведений, трех фортепианных трио, приобрел и славу первостепеннейшего композитора. С того времени он не переступал проявлять прирожденную ему уникальную творческую силу, которая развивалась в целом ряде разнообразных сочинений, отличавшихся как глубиною, новизною формы и содержания, так и неистощимым богатством изумительной изобретательности. В последовательном ходе творческого процесса Бетховен сначала овладел разнообразными формами камерной музыки, работал над сонатою (для одного фортепиано и с сопровождением других инструментов), которую он развил до ее полного художественного значения, над квартетом (всего квартетов Б. сочинил шестнадцать), и затем выработанные в этой области приемы он перенес в оркестровую музыку, став таким образом создателем инструментальной музыки в широком стиле. Уверенной рукой он овладевал всеми средствами музыкального выражения, которые были завещаны Моцартом и Гайдном, развил и обогатил их. С полнейшею свободою в выражении своей Индивидуальности и с замечательным пониманием музыкальных форм Б. соединял тонкое понимание характерной полноты и выразительности звука.
После 3-ей симфонии Eroica (1804), большой увертюры «Леонора» № 3 (1805) и трех русских квартетов (1806), направление Б. определилось вполне, и с того времени стало своеобразно проявляться в каждом новом его произведении. Симфонии В (1806), С -moll, пасторальная (1807 — 08) и затем Adur (1812) могут служить указателями пути великого композитора. К этим симфониям примыкают большие концерты. Но и в области вокальной музыки, Б. не оставался бездеятельным. Кроме песен (Lieder) и мелких вокальных произведений, он написал в 1803 году кантату «Христос на горе Елеонской» и вслед затем, в 1805 г., оперу «Фиделя», которая в то время особенным успехом не пользовалась, но вновь переработанная в 1814 году была оценена музыкальным миром, и с того времени заняла прочное место на всех германских оперных сценах. После моцартовской «Волшебной флейты» это была первая немецкая опера, получившая широкое распространение. К сожалению, не смотря на стремление и обширные планы Б. в этой области, ему не пришлось создать другой оперы. Написанные им два «Festspiele» для торжественного открытия театра в Пеште в 1812 г., «Король Стефан» и «Афинские развалины» не могут быть названы операми. К театральной музыке принадлежат также балет Б.: «Создание Прометея» (1801), музыка к гётевскому «Эгжонту» (1810) и увертюра к «Королану» Коллинса (1807). Когда в 1809 г. Б. было предложено место королевского капельмейстера в Касселе (Вестфалии), эрцгерцог Рудольф (ученик и друг Бетховена), князь Лобковиц и граф Кинский сложились и предложили ему ежегодное содержание в 4000 фюр. под единственным условием, чтобы он отказался от предлагаемого ему места и не покидал Австрии. Хотя содержание это и уменьшилось вследствие государственного банкротства в 1811 г., учреждение вслед затем конкурса над имениями князя Лобковица, а также вследствие последовавшей кончины графа Кинского, все же оно обеспечивало независимое положение великому композитору, находившемуся в то время в поре полной творческой силы. Год конгресса (1811) застал Б. на высоте его славы. Грандиозное исполнение его 7 и 8 симфоний, симфонии «Битва при Виттории», и сочиненной по поводу событий этого времени кантаты «Минута славы» (Glorreiche Augenblick), а также возобновление «Фиделю», доставили Б. величайшую популярность в Вене. Однако он не мог вполне наслаждаться всеобщим признанием своих заслуг, так как начавшееся еще в 1802 г. ослаблено слуха усилилось почти до подпой его потери. Эта болезнь, не поддававшаяся никакому лечению, омрачала его настроение духа, сделала В. недоверчивым, и заставляла искать уединения. Новым источником неприятностей и разного рода огорчений послужили принятые Б. на себя в 1815 г. заботы о воспитании сына его умершего брата Карла. Денежные обстоятельства Б. ухудшились и одно время даже самое творчество его как будто приостановилось. Но вот назначение эрцгерцога Рудольфа епископом Ольмкциа (в 1818 году) подает Б. мысль написать торжественную мессу; он отдался ей со всею силою своего вдохновения и она заняла его до 1822 г. Б. в прежде сочиненной им в честь князя Эстергази (1808) Cdurной мессе в значительной степени придерживался стиля Моцарта и Гайдна; в этом же новом произведении, которое по обширности плана превосходит обычные размеры сочинений подобного рода, религиозные впечатления выражены от одной стороны с необычайным экстазом, а с другой, вполне субъективно. По окончанием этой «торжественной мессы» (missa solemnis), Бетховен с таким же жаром приступил к выполнению давно лелеянного им намерения написать симфонию, последняя часть которой заключается хором на текст шиллеровский «Оды к радости». К началу 1824 г. было окончено и это произведение, обширное по своим размерам и чрезвычайно трудное в техническом отношении, в особенности в вокальных партиях. Затем были написаны, среди тяжелых физических страданий; и, четыре больших квартета, которые и по ныне составляют предмет изучения для каждого знатока, по своему глубокому содержанию и сложности не вполне доступные массе. Б. умер после продолжительных страданий 26 марта 1827 г. и похоронен в Вене. Ему воздвигнуты памятники в Бонне (бронзовая статуя работы Гэнеля, в 1845) и в Вене (работы Цумбуха, 1880 г.). — Полное собрание сочинений Б. было издано в Лейпциге Брейткопфом и Гертелем (24 cepии, 1862 — 64). Хронологический указатель произведений Б. составлен Тайером (Берл., 1865 г. ), тематической же, с историческими ссылками на время их появления в свет, издал Ноттебом (Лейпциг, 1868 г., 2 изд. Брейткопфа и Гертеля). 
Литература. Vegeler und Ries, «Biographische Notizen uber В.» (Кобл., 1838); Schindier, «Biographie von L. van В.» (Мюнстер, 1838, 3 изд., 1860); Lenz, «Б. и его 3 стиля» и «В., eine Kunstsludie» (6 частей, Гамбург, 1860); Marx, «L. van В. Leben und Schaffen» (Берл., 1859, 3 изд., 1875); Ulibischeff, «В., ses critiques et ses glossateurs» (Лейпц., 1857; немецкий перевод Bischeffa, Лейпциг, 1859); Nohl, «B. s Leben» (3 т., Вена и Лейпц., 1864 — 77); его же, «В., пас den Schilderun gen Seiner Zeitgenossen» (Штутг., 1877); Nottebohm, «Ein Skizzenbuch von В.» (Лейпциг, 1865); его же, «Beethoveniana» (Лейпц., 1872), его же, «B. s Studien» (часть 1, Лейпц., 1873); Thayer, «Ludwig van B. s Leben» (в нем. переводе Deiters'a, 3 т., Берл., 1866 — 79); von Breuning, «Aus dem Schwarzspanlerhanse» (воспоминания о Б., Вена, 1874); Серов «9 симфония Бетховена» («Музык. театр. Вестник», 1856 г., №№ 15 и 17); его же, «Девятая симфония Б., ее склад и смысл» («Современная Летопись», 1868 г., № 16); в этих статьях Серов обратил внимание на исследование тематизма 9-й симфонии. См. также о жизни Б. в «Репер, и Пантеоне» (1844, кн. 9 и 10).

Бехтерев 

Бехтерев (Владимир Михайлович) — ординарный профессор по кафедре душевных болезней в казанском университете, род. 20 января. 1857 г., образование получил в вятской гимназии и с.-петербургской медико-хирургической академии. По окончании курса (1878), Б. посвятил себя изучению душевных и нервных болезней, и для этой, цели работал при клинике проф. И. П. Мержевского, а в 1884 г. был командирован заграницу, где занимался у Дюбуа Раймона (Берлин), Вундта (Лейпциг), Мейнерта (Вена), Шарко (Париа) и др. По защите докторской диссертации утвержден приват-доцентом военно-медицинской академии, а с 1885 г. состоит профессором казанского университета и заведующим психиатрической клиникой окружной казанской лечебницы. Кроме диссертации: «Опыт клинического исследования температуры тела при некоторых формах душевных заболеваний» (Спб., 1881), Б. принадлежат многочисленные работы: 1) по нормальной анатомии нервной системы; 2) патологической анатомии центральной нервной системы; 8) физиологии центральной нервной системы; 4) по клинике душевных и нервных болезней и, наконец, 5) по психологии («Образование наших представлений о пространстве», "Вест. Психиатрии, 1884). В этих работах Б. занимался изучением и исследованием хода отдельных пучков в центральной нервной системе, состава белого вещества спинного мозга и хода волокон в сером веществе и вместе с тем на основании произведенных опытов выяснением физиологического значения отдельных частей центральной нервной системы (зрительных бугров, преддверной ветви слухового нерва, нижних и верхних олив, четвероходмия и пр.). Б. удалось также добыть некоторые новые данные по вопросу о локализации различных центров в мозговой коре (напр., по локализации кожных — осязательных и болевых — ощущений и мышечного сознания на поверхности мозговых полушарий, «Врач», 1883) и также по физиологии двигательных центров мозговой коры («Врач», 1886). Много работ Б. посвящено описанию мало исследованных патологических процессов нервной системы и отдельным случаям нервных заболеваний. Труды эти печатались в русских и заграничных медицинских изданиях за 1879 — 90 гг. («Медиц. Вестн.», «Еженед. Клинич. Газета», «Международн. Клиника», «Русская Медицина», «Вестн. Психиатрии», «Врач», «Медиц. образование», «Apх. Психиатрии и пр.», «Труды общ. русск, врачей», «Проток, засед. общ. психиатр. в Спб.», «S. Petersb. medic. Wochenschr.», «Arch. f. Psychiatr.», Pfliiger's «Arch. f. d. ges. Phys.», «Neurol. Centralb», «Wirchow's Arch.», «Arch. slaves de biologic». Список этих трудов см. у Богданова, «Материалы» и т. д. Отдельно вышло соч.: «Психопатия и ее отношение к вопросу о вменении» (Казань, 1886). Кроме того в «Вестн. Европе» (1880) появилась одна этнографическая работа Б.: «Вотяки, их история и современное состояние».

Би 

Би (Bi) — лат. приставка, означает двойное, двукратное.

Библия 

Библия — Библия (с греч. Ta biblia — книги), называется в Христианской церкви собрание книг, написанных по вдохновению и откровению св. Духа через освященных от Бога людей, называемых пророками и апостолами. Это название в самых свящ. книгах не встречается и впервые приложено к собранию священн. книг на востоке в IV в. св. Иоанном Златоустом и св. Епифанием Кипрским. Евреи свои священные книги обозначали названиями: писания, св. писания, завет, книги завета, закон и пророки. Христиане новозаветные писания обозначали названиями: Евангелие и Апостол.
Библия разделяется на два отдела — Ветхий завет и Новый завет. К первому принадлежат книги, написанные в дохристианское время на еврейском языке и чтимые свящ. как у евреев, так и у христиан. Ко второму принадлежат книги, написанные на греч. языке боговдохновенными мужами церкви Христианской — апостолами и евангелистами.
Ветхий Зав. состоит из 39 книг, искусственно считаемых за 22, по числу букв еврейск. алфавита, или за 24, по числу букв алфавита греческого. Все 39 книг Ветх. Зав. разделяются евреями на три отдела. Первый называется Закон (Тора) и содержит пять книг Моисея: Бытия, Исхода, Левит, Числ, Второзакония. Второй отдел, под названием Пророки; обнимает книги: Иисуса Навина, Судей, 1-ю и 2-ю кн. Царства или кн. Самуила (считаются за одну книгу), 3 и 4-ю кн. Царств (считаются за одну книгу), Исаии, Иеремии, Иезекииля, кн. Двенадцати малых пророков (считаются за одну книгу). К третьему отделу под названием: — Св. Писания принадлежат: кн. Иова, Руфь, Псалмы, Притчи, Песнь Песней, Екклезиаст, Даниила, Плачь Иеремии, Ездры и Неемии (считаются за одну книгу), 1-я и 2-я Паралипоменон считаются за одну книгу) и кн. Эсфири. — Соединяя кн. Руфь с кн. Судей в одну книгу, а также Плачь Иеремии с кн. Иеремия, получим вместо 24 книг 22. Двадцать две священных книги и считали в своем каноне древние евреи, как свидетельствует Иосиф Флавий. Таков состав и порядок книг в Еврейск. Библии. Все эти книги считаются каноническими и в церкви Христ. Но кроме этих книг в Греч. библии в переводе LXX помещаются следующие ветхозав. книги: Послание Иеремии и книга Варуха. кн. Товита, Иудифи, Премудрости Соломона, Премудрости Иисуса, сына Сирахова, 2-я и 3-я Ездры, три книги Маккавейские, и кроме этого некоторые отрывки в канонических книгах, как то: 1)в кн. Эсфиря место, не обозначенное счетом стихов в греч. и славянской Библии, 2) Молитва Монасии в конце 2-й книги Паралипоменон, 3) Песнь трех отроков в кн. Даниила (13 гл.), 4) Повесть о Сусанне — там же и 5) История о Вине и Драконе (ibid. 14 гл.). Этих книг и отрывков в евр. Библии нет, появились они на греч. языке и в Библию внесены в разное время. Церковь не ставить их наравне с исчисленными выние каноническими, но признает их назидательными и полезными. Приведенный выше порядок размещения книг в евр. Библии изменяется несколько в греч. Библии LXX и в Вульгате.
Новый Завет состоит из 27 кн., принадлежащих восьми боговдохновенным писателям: Матвею, Марку, Луке, Иоанну, Петру, Павлу, Иакову и Иуде. Книги Нов. Зав., как и кн. Ветх. Зав., по содержанию распадаются на три отдела: книги исторические — сюда принадлежат четыре Евангелия и кн. Деяний Апостольских; книги учительные — сюда принадлежат послания апостольские; к отделу кн. пророческих принадлежит только одна книга — Апокалипсис. В славянской и русской Библии книги Нов. Зав. размещены в следующем порядке: Евангелия — Матфея, Марка, Луки, Иоанна, Деяния Апостольские Луки, Послания Иакова, 1-е Петра, 2-е Петра, 1-е Иоанна, 2-е Иоанна, 3-е Иоанна, Иуды и далее Четырнадцать Посланий Апостола Павла в таком порядке: к Римлянам, 1-е к Коринфянам, 2-е к Коринфянам, к Галатам, к Ефесянам, к Филиппийцам, к Колоссянам, 1-е к Фессалоникийцам, 2-е к Фессалоникийцам, 1-е к Тимофею, 2-е к Тимофею, к Титу, к Филимону, к Евреям и наконец откровение Иоанна Богослова. В таком порядке размещены кн. Нового Зав. в древнейших манускриптах — Александрийском и Ватиканском, Правилах апостольских, Правилах соборов Лаодикийского и Карфагенского и у многих древних Отцов церкви. Но такой порядок размещения книг Нового Зав. нельзя назвать всеобщим и необходимым, в некоторых Библ. сборниках встречается другое размещение книг и теперь в Вульгате и в изданиях греч. Нового Зав. Соборные послания помещаются после Посланий апостола Павла перед Апокалипсисом. При таком или ином размещении руководились многими соображениями, но время появления книг не имело большего значения, что нагляднее всего можно видеть из размещения Посланий Павловых. При указанном нами порядке руководились соображениями относительно важности мест или церквей, куда были направлены послания: сначала поставлены послания, написанные к целым церквам, а потом уже посланы, на писанные к отдельным лицам. Если Послание к Евреям стоит на последнем месте, то это зависит оттого, что в подлинности его долгое время сомневались. Руководясь соображениями хронологическими, можно разместить Послания апост. Павла в таком порядке: 1-е к Фессалоникийцам, 2-е к Фессалоникийцам, к Галатам, 1-е к Коринфянам, к Римлянам, к Филимону, к Филиппийцам, к Титу и 2-х к Тимофею. Древний ветхозав. текст не имел теперешних наших делений на главы и стихи. Но очень рано (вероятно, после плена Вавилонского) для целей богослужебных появились некоторые деления. Древнейшее разделение Закона на 669, так называемых параш, приспособленных к общественному чтению, встречаем в Талмуде; деление теперешнее на 50 или 54 параш ведет начало со времени Массоры и в древних синагогоческих списках не встречается. Также в Талмуде уже находятся деления пророков на гофтары — конечные отделы, такое название усвоено потому, что читались в конце богослужения. Деления на главы христ. происхождения и сделаны в ХIII в. или кардиналом Гугоном или еп. Стефаном. При составлении конкорданции на Ветх. Зав. Гугон для удобнейшего указания мест, разделил каждую библ. книгу на несколько малых отделений, которые обозначил буквами алфавита. Потом, в XV в. раввин Исаак Натан, при составлении конкорданции на евр. языке, разделил каждую книгу на главы и это деление до сих пор удержано в еврейской Библии. Деление поэтических книг на стихи дано уже в самом свойстве еврейского стихосложения и потому очень древнего происхождения; оно встречается в Талмуде. Новый Завет разделен на стихи в первый раз в XVI в.
Собрание книг Ветх. Зав. в один состав совершалось постепенно, по мере появления самых священных книг. Не входя здесь в спорный и весьма сложный вопрос о времени происхождения и подлинности отдельных книг, мы ограничимся общими указаниями на составление ветхозав. Канона. В первом веке по Рожд. Христ. несомненно существовали и были известны все ветхозав. книги. Несомненно и то, что все Канонические книги Ветхого Завета составляли одно целое задолго до Р. Хр. Указание на состав Канона и деление ветхозав. книг на три отдела мы замечаем у Ииеуса, сына Сирахова (за 220 лет до Р. Хр.). Перевод LXX (270 лет до Р. Хр.) служит явным доказательством, что все ветхозаветные канонические книги еврейские и не канонические греческие входили в один состав, так как они находятся в этом переводе. Как составлялся Канон и с какого времени — этого нельзя сказать с точностью. Указание на постепенное составление Канона мы встречаем в самых священных книгах: вписав в книгу все словеса Закона и передавая ее для хранения левитам, Моисей повелел положить ее одесную Ковчега завета (Второз. 31, 24-26). Иисус Навин словеса и откровения Господа, ему бывшие, вписал в книгу Закона, т.е. присоединил к Пятикнижию Моисееву (Иис. Навин 24, 26). Самуил, обнародовав права царствия, вписал их в книгу, и положил перед Господом (1 Цар. 10, 25). Из школ пророческих, основанных Самуилом, вышли его ученики и бытописатели дальнейших событий — пророки Нафан, Гад и др., которых не одни только предположения заставляют считать священными писателями и охранителями священных писаний. Священные книги хранились во Святом Святых вместе с Ковчегом завета, были известны левитам и священникам, дополнялись многими писаниями знаменитых в Ветхозав. церкви мужей о событиях новейших времен и переписывались для церковного и народного употребления. Древнее существование, общая известность отдельных книг доказываются многочисленными ссылками одних священных книг на другие. Плен Вавилонский не заставил иудеев забыть Закон и Пророков, но возбудил особенную ревность к их чтению (Даниил 9, 2 10-11) и охранению. Окончательное приведение священных книг в один состав относится к временам после плена Вавилонского и было совершено Ездрою, Неемиею и Последними пророками (1 Ездры 7, 6-10. Неемии 8 и 9 гл. 2-я Ездры 8, 7-2. Мекк. 2-13). О составлении Канона при Ездре свидетельствуют древние отцы и учители церкви; и евреи окончательное составление Канона считали делом великой синагоги, которая образовалась во времена Ездры и к которой они причисляют, вместе с Ездрою, Неемиею, Аггеем, Захариею и Малахиею, последующих знаменитых мужей. Но мнению евреев дело, начатое Ездрою, закончено было Симоном Праведным в начале III-го века до Р. Хр.
Новозаветный Канон составлялся и определялся постепенно с полною тщательностью в рассмотрении действительного апостольского происхождения и достоинства писаний. Первоначальные писания, какими пользовались христиане, были писания ветхозав. Но в первом же веке появляются Евангелия и Послания апостольские, а вместе с ними и подложные сочинения о жизни Иисуса Христа и о христ. учении. Во втором веке появляются писания мужей, известных и чтимых в Церкви, непосредственных учеников апостольских, как то: Климента, Поликарпа, Игнатия, и друг., так называемых мужей апостольских. Таким образом для церкви настала необходимость определить точно, какие именно писания она считает истинно апостольскими, священными и боговдохновенными, чтобы отделить их, с одной стороны, от подложных и содержащих нездравое и неправое учение, а с другой — от писаний мужей апостольских, хотя подлинных и содержащих здравое и правое учение, но все-таки человеческих и не могущих равняться по значению, важности и обязательности с писаниями божественными и откровенными. Это делала Церковь постепенно, после осторожного и тщательного решения вопроса о подлинности и происхождении писаний апостольских. Косвенное указание на существование в Церкви определенного Канона священных книг мы имеем из средины II века. В это время еретик Маркион составил свой канон из Евангелия Луки, им искаженного и десяти Павловых посланий, также в своем духе обработанных. Попытка Маркиона заставляет предполагать не только существование подлинных апостольских писаний, но и определенного сборника их в Церкви. Попытка Маркиона и других подобных побуждала Церковь точнее определит Канон, чтобы мнимому апостольскому преданию гностиков противопоставить истинное апостольское учение, содержащееся в несомненных и всей Церковью признаваемых писаниях апостольских. Во II-м веке никто в Церкви не сомневался относительно подлинности четырех Евангелий, деяний апостольских и тринадцати Посланий Павловых, 1-го послания апостола Петра и 1-го послания апостола Иоанна. Эти книги составляли всеобщий Канон во второй половине II века. Остальные новозаветные писания истинные и подлинные для одних церквей были неизвестны с этой стороны другим церквам, а потому общее церковное признание получили после. Так, Ориген еще в III в. не был убежден в подлинности апостольского происхождения — Послания к Евреям, Послания Иакова, Иуды, 2-го Петра, 2-го и 3-го Иоанновых. На Западе очень долго сомневались относительно Послания к Евреям; на Востоке долго возбуждал сомнение Апокалипсис. Рядом с истинными апостольскими писаниями пользовались великим уважением и употреблялись в Церкви до IV века некоторые не апостольские писания, как то: послания Климента, Варнавы и книги Ермы. Церковный историк Евсевий еще в IV веке все новозаветные писания разделяет на три класса: во-первых — признанный всею Церковью по апостольскому происхождению omologoumena: четыре Евангелия, Деяния апостольские, четырнадцать Посланий ал. Павла, 1-е Иоанна, 1-е Петра. Во-вторых, не всеми признаваемые или спорные antilegomena или noJa: из этого отдела одни, как послание Иакова, Иуды, 2-е Петра, 2-е и 3 Иоанна и Апокалипсис впоследствии были признаны Церковью и внесены в Канон, а другие, как: деяния Павла, пастыря Ермы, апокалипсис Петра, послание Варнавы, учение апостолов и евангелие к евреям, как не апостольские по своему происхождению, не были приняты в Канон. В третьем отделе Евсевий перечисляет книги несомненно не апостольские и даже прямо еретические. Запад прежде Востока пришел к признанию настоящего Канона. Собор Лаодикийский (восточный) 360-364 г., при определении Канона еще не дает определенного мнения об Апокалипсисе; западные соборы в Гиппоне (393), в Карфагене (397), в Риме, при Иннокентии I, в начале V века и Consilium Romanum, при Геласии I (493), уже утверждают весь настоящий Канон. После этого против канонического достоинства тех или других книг могли высказываться лишь отдельные нерешительные голоса. Только со времени немецкой Реформации высказаны были в довольно решительной форме сомнения относительно канонического достоинства некоторых новозаветных книг. Лютер решился назвать апокрифами — Апокалипсис и Послание к Евреям; вслед за ним другие лютеранские богословы семи спорным (antilegomena) древней церкви — 2-е послание Петра, 2-е и 3 Иоанна, послание Иакова, Иуды, к Евреям и Апокалипсис придавали лишь второстепенное значение; не выбрасывали их из Канона, но признавали неравными по достоинству с другими писаниями, — второканоническими. В таком положении вопрос относительно Канона находился до половины ХVIII века. С этого времени рационализм, порвавши с верою в откровение и в боговдохновенность писания, начал свою разрушительную деятельность и накопил множество возражений против подлинности, целости и достоверности, как отдельных книг; так и относительно Св. Писания вообще. Главными деятелями в этом направлении были: Землер, Гризбах, Михаэлис и Эйхгорн. Они встретили дружный и основательный отпор и от католиков, как Ян и Гусс, и от ортодоксальных протестантов, как Генгетенберг, Геферник, Гэрне, Делич и Каспари. Дело старых рационалистов продолжали — Бертольд, Де Бетте, Креднер, Рейс и многие другие. Они высказали много взглядов произвольных, личных и в самой рационалистической школе спорных; впрочем школа признает за несомненно доказанное неподлинность Послания к Евреям и неподлинность 2-го послания ап. Петра, и кроме того, что Евангелие Иоанна и Апокалипсис принадлежат двум различным авторам. Совершенно новую эпоху в области отрицательного направления составили работы Фр. Хр. Баура и основанной им Тюбингенской школы. Баур отверг и церковные, и прежние рационалистические положения, от внешней критики перешел к внутренней, сосредоточивающей все внимание на духе, характере и тенденции книги и благодаря своей методе произвел в Каноне великие опустошения. Нельзя отрицать философское глубокомыслие и удивительное остроумие, подавляющую ученость и непобедимую диалкетику творца Тюбингенской школы, но должно признать, что результаты, добытые его работами, не отличались прочностью и устойчивостью. Не говорим, как высказалась по этому поводу ортодоксальная наука; и рационалисты не приняли целиком положений Баура и даже в самой Тюбингенской школе результаты его исследований были значительно ограничены и смягчены. Так школа не признала несомненным и окончательно доказанным неапостольское происхождение Посланий к Колоссянам, к Филиппийцам, 1-го к Фессалоникийцам и к Филимону. Точно также не принято положение Баура и о времени происхождения Новозав. Писаний. Баур признает, что Евангелия и большинство других новозав. книг появилась во второй половине II-го в.; но другие — указывают на более раннее происхождение Новозаветн. Писаний. Представители отрицательного направления не признают апостольского происхождения Евангел. Матфея и Иоанна (некоторые), а также отрицают из Писаний апост. Павла его пастырские послания, к Ефесянам, и 2-е к Фессалоникийцам и все соборные послания, — вместе с первым Петра и первым Иоанна, с древнейших времен внесенных в Канон. У евреев было достаточно и средств, и ревности охранить текст свящ. книг от важных искажений не только по содержанию, но иногда по форме, по языку. Правда, со времени плена Вавилонского первоначальный еврейский язык значительно испортился, вышел из употребления, стал непонятным народу, и сами евреи стали говорить по-арамейски. На этом языке толковали народу закон, непонятный уже в первоначальном тексте (Неемия 8. 1-8 ср. 13. 23-25). Но древний еврейский язык, неупотребляемый в обыкновенном разговоре, остался языком религии, свящ. книг и литературы. Пророки, жившие после плена, писали на языке древнееврейском. Известно, что со времен плена евреи особенно привязались ко всему национальному, к своей древности и до мелочности стали охранять все древние свои обычаи и обряды. Эта ревность проявилась прежде всего в сфере религиозной и была приложена к охранению главной святыни евреев — свящ. книг. Мы уже упоминали о деятельности Ездры, Heeмии и мужей великой синагоги. В первом веке, по разрушении Иерусалима римлянами, ученые евреи переселились в Тивериаду, и здесь образовалась знаменитая раввинская академия, почитаемая всеми иудеями. Со второго века здесь возникло общество талмудистов, людей изучавших и толковавших св. Писание. Они сличили рукописи, очистили текст от ошибок, вкравшихся со времен Ездры, и установили единообразный род письма для свитков св. Писания. Они сосчитали даже число слов и букв в каждой свящ. книге, напр. в книге Бытия 20780 слов и 78100 букв. Такая работа, конечно, способствовала охранению текста св. книг от искажений и ошибок переписчиков. Не смотря на то, что в то время не было еще гласных и других знаков, во II и III в. талмудисты имели текст книг, весьма близкий к настоящему. Во всех чтениях того времени находится только 220 вариантов, притом неважных и незначительных. После талмудистов для библейского текста весьма многое сделали масореты в V веке. Древний еврейский язык, как арабский, сирский и халдейский, не имел знаков для означения гласных звуков и кроме того в древности не употребляли никаких знаков препинания. Когда язык был живым, правильному чтению помогали предание и навык. Но теперь, когда в обычной речи употреблялся другой язык и в рукописях появились разности и погрешности, настояла необходимость самым начертанием текста предохранить его от разночтений; сверить рукописи, определить твердо текст и предохранить его по возможности на будущее время от искажений. Этим и занялись ученые раввины, по своему труду носящие название масоретов, т. е. изъяснителей. Они над всеми словами поставили гласные знаки, собрали и сличили древние рукописи и древние толкования, установили размеры и пунктуацию стихов и пересчитали число стихов и даже букв в книгах. Совокупность всех таких работ над текстом составляет великую Масору, и извлечение из нее называется малою Масорою. Эти труды над еврейским текстом, начатые в V в., продолжались с усердием и в последующие века. Евреи сделали все возможное для охраны свящ. текста в целости и неповрежденности. Согласие дошедших до нас рукописей служит внушительным доказательством неповрежденности ветхозав. текста по крайней мере в главном и существенном.
С XV в. появляются печатные издания Ветх. Зав. Прежде всего, в 1477 г., явились (кажется в Болонье) Псалтирь с комментариями Кимхи; а потом, в 1488 г., в Сонцино (Милан. герцог.), весь Ветхий Завет, в малый лист. Это первое печатное издание всего Ветх. Завета. Второе издание, отличное от первого во многом, явилось в Брешии, в 1404 г.; им пользовался Лютер при переводе Ветх. Зав. и, по имени типографа, оно называется Герсонским. Важнейшие издания по порядку времени следующие: Biblia poliglotta Complutensis, изд. 1514-1517 г. в Испании, в Алкале (у римлян Complutum); Biblia Rabbinica, изд. в Венеции 1525-1526 г. под редакцией и с примечаниями ученого еврея Такова бен Хаима. От этих трех изданий произошли все другие, как то: Антверпенская Biblia poliglotta 1569-1572, изд. на средства Филиппа II Испанского, под редакцией испанского ученого Арии Монтана, она иначе называется Biblia regia. Э. Гуттера, в Гамбурге (1687) и след. Иог. Буксторфа, знаменитого ориенталиста и знатока раввинской литературы, в Базеле (1611). Иос. Атиаса еврейского ученого и амстердамского типографа (Амстердам, 1661 и 1667). Не упоминая о других более новых, хотя и очень верных изданиях, следует заметить, что кроме текста очень рано стали появляться в изданиях варианты, выбранные из различных списков и необходимые руководства, чтобы ориентироваться в этом материале для восстановления правильного текста. В этом отношении особенно замечательны издания англичанина Кенникотта и пармского профессора, итальянца де Росси; первый сличил около 600 еврейских рукописей и извлек из них варианты в своем издании 1776-1780, а второй для своего издания 1784-1788 имел около 700 рукописей. Этими громадными трудами пользовались в своих изданиях Дедерлейн и Мейснер (1793) и Ян (1806).
Все новозаветные книги написаны на греческом языке, за исключением, может быть, Евангелия Матфея, которое, по мнению некоторых, первоначально было написано по-арамейски и потом уже переведено на греческий язык. Относительно характера языка новозаветных книг на Западе тянулся долгий спор в XVII и даже в XVIII в. между, так называемыми пуристами, с одной стороны, и гебраистами или эллинистами, с другой. Пуристы утверждали, что язык новозав. писаний есть чистый греческий язык, не уступающий по чистоте языку классиков, свободный от всяких солецизмов и барбаризмов, и в частности от гебраизмов. Гебраисты в новозав. языке находили очень много гебраизмов и вообще не признавали языка чистым. Победа в споре осталась за гебраистами. Если тогдашний греческий язык, так называемый александрийский диалект, во многом отличается от языка древних классиков, то язык новозаветный по своему гебраистическому характеру в свою очередь отличается и от александрийского диалекта (С. Смирнов, «Филологические замечания о языках новозав. в сличении с классическим при чтении Послания ап. Павла к Ефесеям», Москва, 1873). До книгопечатания новозаветные книги, как в ветхозав., распространялись чрез переписывание и подвергались, как всякие другие писания, искажениям и изменениям. Теперь считают в Новом Завете около 80000 вариантов. Впрочем, надо заметить, большинство этих вариантов касается самых незначительных мелочей, и при сличении с более исправными списками они прямо объясняются и оказываются простыми ошибками и описками. Новозаветный текст очень рано был подвергнут ученым наблюдениям и исправлениям, и очень рано составлялись правильные, критически проверенные списки. Между такими трудами в древности особенно замечательны были труды знаменитого александрийского ученого Оригена (умер в 254 г.), антиохийского пресвитера Лукиана (умер в 311 г.) и египетского епископа Исихия.
Печатные издания Нового Завета появились позднее изданий Ветхого Завета. В первый раз весь Новый Завет появился в Комплутенской полиглотте, в 1514 г. Новый Завет здесь составляет пятый том (первые четыре тома обнимают Ветхий Завет на еврейском, халдейском, греческом и латинском языках, в шестом томе помещен словарь с грамматикой. Новый Завет здесь издан не критически, по новым и несовершенным рукописям и не везде правильно). В 1516 г. в Базеле под редакцией Эразма Роттердамского Новый Завет был издан с латинским переводом и с критическими примечаниями. У Эразма под руками было менее списков, чем у комплутенских ученых — только пять и самый древний Х в. Это издание немного отличается от комплутанского. Дальнейшие издания представляют подражание или комплутенскому или эразмовскому, или смешивают то и другое. Таково например, издание Роб. Стефана (Париж, 1546 и 1549 г.), но особенною известностью пользовалось его третье издание — edilio regia — 1550 года. Но Роберт Стефан в первый раз разделял Новый Завет на стихи. Более удовлетворительно издание Т. Безы, первое греко-латинское издание (Париж, 1565). Пользуясь главным образом изданием Т. Безы, но не упоминая о нем в своем хвалебном предисловии, лейденские типографщики бр. Эльзевиры выпустили в 1624 г. свое издание. Оно повторялось много раз и получило название texlus receptus (общепринятый текст). Правда, он был очень распространен, но самым исправным его назвать нельзя. С эльзевирского издания 1678 г. сделано было наше московское издание 1821 года. В лондонской полиглотте Бриана Вальтона, еп. честерского, 1657 г., у Фелля, еп. оксфордского, 1675 г. и Джона Милля, 1707 г. вместе с текстом собраны различные варианты и замечания из многочисленных рукописей для критических работ над историей текста. Этим богатым материалом воспользовались для исправлены текста англичанин Эдв. Гарвуд (Лондон, 1776 г.) и немцы Иог. Иаков Ветштейн (Амстерд., 1751-1752 г.) и И. Альб. Бенгель (Тюб., 1734 г.). Весь до тех пор собранный материал Бенгель разделил на две группы — африканскую и азиатскую: первой он отдавал преимущество перед последнею и особенную важность в деле критики текста придавал согласию александрийского манускрипта с древним латинским переводом, двух главных памятников африканской группы. Весь новозавет. текст Бенгель пересмотрел при помощи уже довольно богатого материала, но в исправлении текста был очень осторожен, допуская только такие чтения, которые встречались в каком-нибудь прежнем печатном издании; только Апокалипсис был исправлен на основании рукописи. Дальнейшие работы над новозаветным текстом было совершены в широких размерах, с большею смелостью и значительными результатами: И. Иаковом Гризбахом, галльским и иенским профессором (умер в 1612 г.). Кар. Лахманом (умер в l85l г.) и наконец лейпцигским профес. Константином Тишендорфом (умер в 1874 г.). Гризбах в основу своего издания положил текст эльзевиров, но изменил его в весьма многих местах; на основании своего критического метода Гризбах, подобно Бенгелю. весь богатый материал делит на три редакции: александрийскую или восточную, западную и константинопольскую. Александрийская редакция была распространена в древности в Египте и на Востоке, отличается правильностью языка, начало свое получила в первой половине III в. Западная получила начало около времени Тертулиана, была распространена в Африке, Италии, Галлии и друг. западных провинциях; отличительный характер ее экзегетический, т.е. она стремится темные места уяснить посредством глосс и описаний, удерживая при этом шероховатости в неправильности языка с гебраизмами и арамеизмами. Константинопольская редакция, от конца IV века, распространена по Греции, Малой Азии и соседним провинциям и составляет смесь двух первых. Важнейшею в деле исправления текста он считает александрийскую редакцию, а потом западную. Противником Гризбаха был Хр. Фр. Маттей. Он, на основами просмотренных им более сотни манускриптов Московской синодальной библиотеки в своем издании (1782-1788 года, 12 томов), отдает предпочтение константинопольской редакции. С ним соглашается и Авг. Шольц (1830 г., второе издание в двух томах 1836 г.). Кар. Лахман во многом не соглашается с Гризбахом. Он находит в настоящее время, при теперешней подготовке, невозможным восстановить первоначальный текст, и своею задачею поставляет восстановление только древнейшего текста, т.е. восстановление текста в том виде, как он был в древних, дошедших до нас памятниках, в прежде всего восточных, а когда свидетельство их оказывается несогласным между собою, тогда уже и западных. Задача Лахмана и план его важны, но выполнены неудачно. Желая восстановить древнейший текст, он берет в основу текст конца IV в., не самый древний из дошедших до нас, и притом не самый исправный; произвольно ограничивается немногими рукописями, преимущественно восточными; при выбору правильного чтения руководится лишь систематическим методом: какое чтение больше раз встречается в его рукописях, то он и считает более правильным (стереотипное издание 1831 г., большое в двух томах 1842-50 г. в Берлине). Ни один из предыдущих издателей не располагал такою громадною массою критического материала, какою располагал Кон. Тишендорф. Воспользовавшись всем, что найдено было до него, он открыл много нового и во многих случаях проверил и снова сличил старое, уже известное другим. Имея в виду, что при критических изданиях имеет значение не только критически аппарат, но и метод, посредством которого он прилагается к восстановлению и исправлению текста, Тишендорф точно определил начала своей критики и подробно изложил их в предисловиях к своим изданиям. Высшею задачею и целью критики Тишендорф ставит не восстановление лишь относительно древнего текста, как Лахман, и не частичное и отрывочное исправление погрешностей общепринятого текста, но восстановление во всей полноте первоначального подлинного текста апостольского или по крайней мере возможно близкого к нему. По мнению Тишендорфа, при настоящем состоянии науки можно восстановить текст в том виде, как он был во II веке. Задача Тишендорфо весьма почтенна, критические приемы целесообразны и многое достигнутое им вполне признано наукою. Тишендорф выше своих предшественников, но тем не менее и его работы встретили важные и справедливые возражения. Нужно заметить, что у него в различных изданиях существуют серьезные разногласия: в первом издании (два тома, Лейпциг, 1841 г.) он примыкает к Лахману, а в следующих (именно во втором, Лейпдиг, 1849 г. и в так наз. editio septima, Лейпц. 1859, и в восьмом — последнем, Лейпц., 1869-72) оставляет Лахмана и приближается к Гризбаху. Почти в каждом новом издании Тишендорф изменяет свои мнения о правильности чтения многих мест. Таким образом определенного Тишендорфовского текста и нет вовсе. Всех Тишенд. изд. 22, но только 8 признаются самим Тишендорфом критическими; важнейшими считаются следующие четыре: первое — 1841 г., третье — 1849 года, восемнадцатое или editio septima critica major — 1859 и двадцатое или editio VIII critica major — 1869-72. Новейшее замечательное издание, с ученым введением, цитатами и орфографическими примечаниями, принадлежит Весткотту и Хорту (Westcott u. Hort, «The New Testament in the original Greek», 2 т. Лондон и Кембр., 1881).

Библейские манускрипты.

Дошедшие до нас библейские манускрипты различны по своему характеру, объему и древности. Одни — codices ecclesiaslici — содержат лишь избранные церковные чтения из Евангелия (evangelistaria) или из других церковных книг (lectionaria). Другие содержат текст в его естественном непрерывном порядке — codices textus perpotui. В одних содержится только греческий текст — codices puri, в других греч. текст помещается вместе с переводом на другой какой-нибудь язык, напр. латинский (cod. graecolatini), или разного рода толкования эти наз. cod. mixti. Такие пергаменты, на которых, вместо первоначального свящ. текста — стертого или смытого, был написан текст какого-нибудь другого сочинения, но потом свящ. текст был возобновлен и прочитан — называются палимпсестами. Кроме евангелистариев и лекционариев, в состав критического аппарата вошло теперь более 900 манускриптов. Манускриптов первых трех веков до сих пор не найдено ни одного; древнейшие манускрипты относятся к IV веку; самые поздние к XVI в. Одни манускрипты писаны заглавными буквами — litteris uncialibus; другие — курсивными или малыми — litteris minusculis. Мы упомянем здесь только о самых древн. и важнейших для новозав. текста манускриптах. К числу таких принадлежат манускрипты: Синайский, Александрийский, Ватиканский и манускрипт палимпсест св. Ефрема Сирина. Синайский манускрипт найден на Синае, в монастыре св. Екатерины, лейпцигским профессором К. Титендорфом, в 1859. История открытия и описание манускрипта изложены Тишендорфом сначала в отдельной брошюре, а потом в предисловии к изданию манускрипта. Манускрипт содержит большую часть Ветх. Зав. (другая часть найдена Тишендорфом в 1844 г. и хранится в лейпцигск. университ. библиотеке под названием — codex rriderico Augustanus) и Новый Завет в полном составе, вместе с Посланием ап. Варнавы и книгою «Пастырь» Эрмы. Манускрипт пергаментный, писан заглавными буквами, без ударений и придыханий; слова стоять одно подле другого в тесной неразрывной связи, а не раздельно. Этот манускрипт, древнейший из всех найденных, относится к первой половине IV в. Тишендорф признает, что никакой другой манускрипт не представляет более надежного основания для восстановления свящ. текста. Другие ученые, признавая древность, важность и великие достоинства Синайского манускрипта, несколько ограничивают мнение о нем Тишендорфа. Манускрипт хранится в Спб., в Имп. Публ. библиотеке. Первое издание исполнено с типогр. роскошью под руководством самого Тишендорфа, на средства государя имп. Александра Николаевича в 1862 г., в Петербурге Манускрипт Александрийский подарен в 1628 г. англ. королю Карлу I констант. патриархом Кириллом Лукарисом; хранится в Лондоне, в Британском музее. Он содержит, с значительными пробелами, книги обоих заветов и, кроме того, два Послания св. Климента римского; большая часть второго Послания(подложного) затеряна. Манускрипт называется Александрийским потому, что некоторые полагают, что он писан в Александрии. Манускрипт написан заглав. буквами без ударений и дыханий; письмо сплошное, но иногда конец слова, особенно собственных имен, обозначается черточкою, конец предложения иногда обозначается точкою вверху; отделы начинаются новою строкою или указываются большою начальною буквою. Этот манускрипт принадлежит концу V или к началу VI века. Печатных изданий два: роскошное факсимиле (Лондон, 1786 г.) и обыкновенное (Лондон, 1860 г.). Манускрипт Ватиканский находится в Риме, в Ватиканской библиотеке. Когда и откуда попал туда — неизвестно; но там хранится очень давно. Его относят к половине IV в. и предполагают, что он писан египетским каллиографом. Манускрипт содержит книги обоих заветов; недостает трех пастырских Посланий, послания к Филимону и большей части Послания к евреям. Писан на пергаменте, заглавными буквами, слова стоят нераздельно одно от другого, конец того или другого повествования означается через пустое пространство, шириною в букву или в половину буквы. Другой руке принадлежат некоторые дополнения, по местам придыхания и ударения и подписание больших начальных букв в начале отделов. До открытия Синайского манускрипта Ватиканский считался древнейшим и важнейшим. Но сведения о нем были смутны и неверны, так как он доступен был лишь самому незначительному числу избранных лиц, и для остальных хранился в тайне. В конце двадцатых годов текущего столетия в Риме было предпринято издание Библии по Ватиканскому списку, под редакцией ученого кардинала Анжело Маи; оно было приготовлено в 1838 г., но замеченные ошибки побудили Рим. курию воспретить обнародование этого издания. По смерти Маи (1854 г.) издание было пересмотрено и опубликовано в 1857 г. в Риме. Это издание все таки было неудовлетворительно в научном отношении. Ученым запросам удовлетворил Тишендорф своим изданием Нового Зав. по Ватиканскому манускрипту: «Novum Testamentum Vaticanum post Angeli Maii oliovumque imperfectos labores ex ipso codice» (edidit Fridr. Const. Tischendorf, Lips., 1867).
Манускрипт Палимпсест св. Ефрема Сирина хранится в Парижской библиотеке. Название объясняется его историей. В XII или XIII в. с пергамента стерт был первоначальный текст св. Писания и вместо него мелким шрифтом были написаны некоторые сочинения св. Ефрема Сирина. В таком виде пергамент попал, после падения Константинополя, во Флоренцию, в библ. Медичи, и оттуда в Парижскую библиотеку. В конце XVII в. заметили существование первоначального текста и кое что разобрали. Потом консерватор рукописей Парижской библиотеки К. Гозе, при помощи химических средств, очень многое привел в ясность; но от химических операций пергамент сделался очень тонок и начал просвечивать, и многое в тексте слилось; Таким образом многое оставалось не разобранным и не прочитанным. Только искусству Тишендорфа удалось преодолеть все препятствия; им и издан был, с незначительными пропусками, этот важный памятник, в 1843, в Лейпциге. Манускрипт очень не полон: ветхозав. книги находятся в отрывках, и в Новом Зав. Не достает по крайней мере одной трети. Манускрипт относится к первой половине V века. Кроме этих манускриптов и многие другие имеют важное значение для истории и восстановления первоначального текста свящ. книг. Бизе (Жорж Bizet) — один из даровитейших французских композиторов, талант которого всего ярче высказался в его вceмирно известной опере «Кармен», род. 25 окт. 1838 года в Париже, умер в Буживале 3 июня 1875 г. от болезни сердца. Отец Б. учитель пения, заметя в девятилетнем мальчике необычайные музыкальные способности, поместил его в парижскую консерваторию, в которой Б. считался одним из самых блестящих учеников. Его профессорами были: по теории — Циммерман и затем Галеви (известный автор оп. «Жидовка»), по фортепиано — Мармонтель, по органу — Бенуа. Получив в консерватории последовательно девять конкурсных призов (с 1849 — 1856 г. ), Б. был удостоен в 1857 г. десятого приза (Prix de Rom), связанного с командировкою в Рим на казенный счет, для дальнейшего музыкального усовершенствования. Его первый шаг на поприще оперной композиции был довольно оригинален; в 1858 г. Б. конкурировал на премию знаменитого опереточного композитора Оффенбаха. Победителями на этом конкурсе оказались Лекок и Бизе, два молодых композитора, которые впоследствии пошли совершенно различными путями. Оба они написали одноактные оперетки на либретто: «Le docteur Miracle», исполненные, одна задругой, 8 и 9 апр. 1857 г. на сцене театра «Boulfes parisiens»; обе оперетки никакого успеха не имели. В Италии Б. написал двухактную итальянскую оперу буффа: «Don Procopio», два симфонических отрывка, увертюру (La chasse d'Ossian) и комическую оперу в одном акте (La Gusia de l'Emir). После четырехлетнего пребывания в Италии, Б. возвратился в Париж. В 1863 году он дебютировал в театре «Lyrique» оперой «Les pecheurs de perles» в 3 д., в 1867 г. им была написана четырехактная опера «La jolie fille de Perth». В этих произведениях Б. показал себя знатоком фактуры и инструментовки, но его творчество еще не достигло здесь большой выразительности и сильного вдохновения. Успех этих двух опер в Париже был очень незначительный, благодаря некоторой расплывчатости. Эта расплывчатость была причиной того, что Б. был причислен к разряду последователей Вагнера; такой же участи подверглась его комическая опера «Djamileh». В оркестровой музыке Б. был счастливее. Его симфонические пьесы, музыка к драме А. Додэ: «L'Arlesienne» и увертюра «Patrie» имели вполне заслуженный успех. Хотя Б. и терпел нередко неудачи, но им интересовалась публика. Наконец, в 1875 г. Б. выступил со своей последней оперой «Кармен». Странная участь постигла эту лучшую оперу Б, имевшую лишь посредственный успех при ее появлении на парижской сцене «Operacomique»; такой же успех она имела и в Петербурге на первых представлениях своих в итальянской опере, в 1878 году. В настоящее же время, повсеместный громадный успех ее представляет редкий контраст с ее первыми шагами как заграницей, так и у нас. В этой опере, с наибольшей яркостью, выступил и своеобразный талант Б. Все хорошие качества, который проявлялись в предшествовавших его произведениях в одних лишь намеках, выступили в «Кармен» ярко и обаятельно. В последнем своем произведении Б. является замечательным колористом как в музыке, так и в оркестровке. Его драматически талант, оставлявший многого желать в предыдущих операх, выступил в « Кармен» с большою силою. Сюжет оперы, по своим разнообразным элементам: драматическому, комическому, наконец лирическому, требует таланта весьма разностороннего. Эту разносторонность и выказал Б. очень наглядно в «Кармен». Некоторые партии, в отношении понимания голосовых средств певцов, написаны не вполне удачно; это более относится к заглавной роли и к роли Тореадора, которые требуют голосов исключительных для того, чтобы произвести надлежащее впечатление. Кроме того" главная роль доступна только певице, одаренной драматическими способностями. Как оркестратор, Б. может быть причислен к самым тонким и наиболее одаренным знатокам новейшей инструментовки. Ровно три месяца спустя после первой постановки «Кармен» в Париже, Б. скончался. Кроме перечисленных произведений, Б. написал много романсов. мелких фортепианных пьес, преимущественно программного содержания, как напр. : «Le Depart», «Les Reves», «Les Confidences» «Le Retour», «Trompette et tambour» и пр., транскрипции мотивов мелодии из оп. «Миньон», «Дон Жуана», «Гамлета». Из посмертных произведений; Б. оставил оперу «Ivan le terrible» вполне оконченную, «Genevieve, patronne de Paris», лирическую драму «Le tid» (последние две не окончены). На смерть Б. Массенэ написал оркестровое сочинение, под заглавием: «Lamento», исполненное в концерте, данном в Париже в память Б. вскоре после его смерти.

Бизон 

Бизон (Bos bison s. Bison americanus) — вид быка. Он достигает 2, 5 — 2, 8 метра длины и до 1, 5 метра вышины. — Густая шерсть его серо-бурого цвета, на голове и на шее черно-бурого. Передняя часть тела покрыта более длинными волосами. Голова массивная с широким лбом; короткие толстые рога расходятся в стороны, концы же их заворачиваются внутрь; уши короткие и узкие; глаза большие, темные, шея короткая. Туловище с горбом на загривке; задняя часть его развита значительно слабее передней. Хвост короткий, с длинною густою кисточкою волос на конце. Ноги низкие, но очень сильные. Самки значительно меньше самцов, достигающих до 2 — 3000 фунтов веса. Б. очень похоже на европейского зубра и некоторые ученые полагают, что он не составляет отдельного вида, а есть лишь видоизменение зубра. Прежде Б. или Буффало, как его называют североамериканцы, был распространен почти по всей Северной Америке, теперь же встречается только к северу и к западу от р. Миссури. Летом он пасется на широких равнинах, а на зиму заходит в лесистые местности, перекочевывая к югу, а летом возвращаясь на север. Питается Б. сочною травою прерийных лугов, а зимою ест мох, лишаи, молодые ветви и сухую траву. Это неуклюжее на вид животное двигается очень легко и скоро, бежит рысью и галопом так скоро, что не всякая лошадь может обогнать его; плавает он тоже очень хорошо. Б. живет обществами, часто стадами в 20000 голов. Каждое стадо находится под предводительством нескольких старых самцов, которые очень осторожно и бдительно охраняют его. Б. очень силен и в раздражении опасен как для охотника, так и для всякого другого врага. Б. обладает хорошим обонянием и слухом. Он издает мускусный запах, который слышен на большом расстоянии. Самка мечет одного теленка. Молодые Б. очень резвы и игривы; старые любят и охраняют их. Голос Б. — глухое мычание. Существование охотничьих народов Америки на столько зависит от Б., что с уменьшением числа этих животных началось и вымирание индейцев. Мясо Б. считается очень вкусным и особенно ценятся язык и богатый жиром горб. Сушеное и грубоизмельченное бизоновое мясо, называемое пеммиканом, служит для зимних запасов индейцев, а смешанное с жиром и заделанное в свинцовые ящики составляет одну из самых важных составных частей пищевого запаса полярных экспедиций. Толстые шкуры его идут на более грубые сорта кожи, особенно для подошв. Из выдубленных шкур молодых животных индейцы делают одежду; кроме того бизоновые шкуры идут на палатки, седла, пояса и проч., из костей делают посуду, ножи; из сухожилий тетивы, нитки и т. п.; из волос веревки; помет служит топливом, из ног вываривают клей. За Б. охотятся на лошадях, с лассо или с огнестрельным оружием, или же загоняют испуганных животных в ямы, огороженные места, овраги и проч. Зимою много Б., особенно молодых, гибнет от мороза; часто при переходах через замерзшие реки лед не выдерживает, ломается и целые стада тонут в воде. В Кентукки и Иллинойсе делали попытки сделать Б. домашним животным, но безуспешно. Однако от скрещивания самца Б. с обыкновенною коровою получаются приручаемые ублюдки, которые лишены горба, но сохраняют длинные волосы на передней части тела. В неволе Б. жили до 14 лет и в некоторых зоологических садах удавалось получить от них потомство и воспитать его.

Билль 

Билль (англ. bill; среднев. лат. от libellus) — слово, означавшее первоначально рукопись, грамоту и получившее впоследствии в английском юридическом языке весьма разнообразное значение: под ним стали разуметь разные бумаги, относящиеся к администрации, торговле, судопроизводству и т. п. Так, заемные письма называются меновыми Б. — В. of exchange, купчие на движимые имущества, по совершении которых, по английскому праву, право собственности тотчас же переходит на покупателя — Б. of sale, фактура и росписи отправляемых товаров — В. of lading; обвинительный акт — В. of indictment: судебная жалоба — В. of complaint, судебный протокол — В. of chancery. Когда большое жюри признает, что известное уголовное обвинение подлежит разбору ассизов, то издает об этом так называемый true В., в противном случае оно признает обвинение неосновательным (Not found). В прежнем английском судопроизводстве, в тех случаях, когда судья, излагая дело присяжным неправильно, по ошибке или с умыслом неправильно применял или толковал закон, сторонам предоставлялось право требовать от него приложения своей печати к так называемому В. of exception, последствием чего является перенос дела в высшее судебное установление. Мидльэсекским Б. (В. of Middlesex) называли приказ суда королевской скамьи (Court of the King's Bench) шерифу Мидльэсекского графства, не входившего в состав округов вестминстерского суда, о приводе в определенный срок обвиняемого для разбора дела в Вестминстер.
Главным образом под Б. разумеют предложение об издании нового закона или постановления, вносимое в одну из падать, или же, в наиболее обширном смысле — самый закон или постановление. История Б. связана с развитием парламента, а главным образом палаты общин. До воцарения Ланкастерского дома палата общин сравнительно с палатою лордов занимала низшее положение и влияние ее на государственное управление было весьма незначительно. Первоначально, как города так и мелкие землевладельцы (country gentry) смотрели на право представительства, как на тяжелую обязанность, нередко покупали грамоты, увольнявшие от присылки депутатов, а иногда брали с последних залоги в обеспечение явки. С другой стороны общины заранее соглашались на то, что королю угодно будет, приказать по совещании с великими и мудрыми особами его совета Такое положение дел не могло не принижать значения нижней палаты и давало королям возможность нередко нарушать народные права. Так, Эдуард III раз даже сам назначил депутатов, а в 1347 все налоги были вотированы одними лордами. С вступлением на престол Ланкастеров значение нижней палаты возрастает, она получает право законодательного почина. Ранние общины излагали свои желания законодательных реформ в особых прошениях (петициях), утверждение, изменение или совершенное устранение которых вполне зависело от короля. Обыкновенно, если король предполагал отказать в таком ходатайстве, он отвечал формулою: «ie roye s'aYisera», т. е. что он посоветуется об этом с своим советом. Уже со времен Эдуарда III общины начинают понимать эту формулу вежливого отказа в ее буквальном смысле и повторяют свои требования, если они не исполнялись по истечении определенного промежутка времени. Однако, в течение всего этого царствования все заявления общин являются все еще прошениями, и просительная форма их редакции сохраняется даже после облечения их в законную силу путем королевского утверждения, выраженного формулой: «ie roye ie veult» (король этого желает).
Со второго же года царствования Генриха IV общины стали заявлять неудовольствие на то, что король, утверждая представленные ему в форме петиции законодательные проекты, часто изменял их содержание, что вызвало в 1415 г. издание постановления, по которому ни один закон не мог быть впредь издаваем без согласия общин, к представляемым последними петициям нельзя было делать каких либо прибавок или урезок, а следовало лишь или принимать их всецело, либо совсем отвергать. С тех пор заявляемые общинами ходатайства обратились в билли, т. е. предлагаемые общинами на утверждение правительственной власти законопроекты, и установилось деление законодательных актов на две категории, именно статуты (statutes) — законы, обусловленные согласием парламента и риты (writ — грамота, указ) — распоряжения, зависящие от самоличного усмотрения короля, называемые в старину также ассизами или конституциями (assises или constitutions). Издание и отмена последних предоставлялись королю в тех случаях, когда дело шло не об установлении или отмене нового законодательного начала, а лишь о надлежащем применении или приведении в исполнение существующего закона; в этих пределах воля его получала законодательную силу даже до момента внесения ее в книгу статус в приложения большой государственной печати, но распоряжения эти стояли в зависимости от законодательной власти парламента, могущего парализовать их силу изданием нового закона, в отмену разъясненного королевским постановлением, и потому имели лишь временный характер. Таким образом установилось ясное разграничение между законодательною и исполнительною властью с предоставлением первой парламенту, а второй королю. Это начало так глубоко укоренилось в государственной жизни Англии, что наступившая затем эпоха развития абсолютизма, сделавшая парламент послушным орудием королевских стремлений, не в силах была его поколебать, а все политические и религиозные смуты и перевороты, закончившиеся революцией 1688 года, способствовали лишь окончательному его торжеству. В течение XVIII столетия значение английского парламента все более и более увеличивается, причем главная руководящая роль переходит на сторону нижней палаты. Параллельно этому усиливается законодательная деятельность парламента, доказательством чего служит возрастающее количество датированных им законоположений. Так, в царствование Вильгельма III и Марии II (1688 — 1702) было вотировано 783 статута; в царствование Анны (1702 — 1714) — 949; Георга и (1714 — 1727) — 758; Георга II (1727 — 1760) — 2791; Георга III (1760 — 1820) — 14800; Георга IV (18201830) — 3223; Вильгельма IV (1830 — 1837) — 1862.
Билли бывают двух родов: частные (private В.) или общественные (public В.). Первые являются законодательными актами, относящимися к юридической жизни частных лиц или учреждений и издаваемыми по их о том просьбе, которая представляется той или другой палате одним из ее членов. Первым таким частным Б. считают парламентский акт 1266, которым под угрозою духовных и светских наказаний воспрещалось почитать святым или праведником графа Лейчестерского, умершего в отлучении от церкви. В старину такого рода Б. рассматривались первоначально палатою в полном составе, причем высказаться за или против данного Б. могли все ее члены; затем палата для этой цели стала назначать коммиссии, состав которых часто менялся. В XVII ст. частные Б. обсуждались в "открытых комитетах:, т. е. таких, в которых могли участвовать по своему усмотрению все члены как нижней, так и верхней палаты. В 1839 этот открытый комитет был заменен выборным, а в 1855 доступ в него был закрыт всем тем, которые были заинтересованы в проведении данного билля и наконец число его членов было ограничено четырьмя, причем голосу председателя давался перевес в случае разделения голосов поровну. Многочисленность этих частных Б. (в нынешнем веке парламентом было вотировано около 20000) заставила парламент отказаться от обсуждения известных их категорий, предоставив административным органам право издавать в известных случаях свои по этим предметам распоряжения, из которых одни должны были быть утверждаемы парламентом, другие получали обязательную силу, если в продолжение определенного срока не были им отменены. С 1868 стали различать два вида частных Б.: местные и личные. Все представленные парламенту частные Б. распределяются обыкновенно поровну между обеими палатами, причем однако в палату общин поступают непременно те из них, которые имеют отношение к раскладке и взиманию налогов, в палату же лордов — все Б., касающиеся восстановления чести. Публичными биллями (public bills) называются те, которые имеют в виду общественные нужды целого народа и касаются вопросов общего законодательства и государственного управления. Инициатива подобных Б. принадлежит обеим палатам и каждому из их членов. Король, имеющий право издавать указы по предметам, относящимся к предоставленной ему исполнительной власти, должен обращаться к парламенту всякий раз, когда он предполагает изменить писанный закон или обычай, установить наказуемость какого либо преступного деяния или наложить на граждан какую-либо повинность. Это право законодательного почина представитель верховной власти осуществляет путем указания в тронной речи, произносимой или прочитываемой при открытии каждой парламентской сессии, на те законопроекты, которые предполагается подвергнуть обсуждению парламента, или же посредством сообщения этих законопроектов в особых посланиях, адресованных в течение сеcии той или другой, или же обеим вместе палатам. Министрам, как членам нижней палаты, также принадлежит право представления своих проектов хотябы последние и не были намечены в тронной речи. Отдельные члены той или другой палаты на практике редко непосредственно пользуются правом инициативы в виду того, что если министерство одобряет их предположение, то лучшим средством проведения его является предоставление внесения соответствующего билля самому министерству, если же последнее не одобряет его, то достижение цели возможно лишь в том случае, когда палата готова низвергнуть министерство. Если Б., предложенный одним из членов палаты не оспаривается министерством. но и не поддерживается им, то он обсуждается палатой по средам, причем в эти дни заседание обязательно закрывается в шесть часов и заранее назначены на каждый из них подлежащие обсуждению билли, почему билль, недатированный в день обсуждения, откладывается до следующего дня, т. е. в сущности до следующей сессии. Каждая из палат возбуждает законодательные вопросы, или постановляя, что относящийся к какому либо предмету Б. должен быть представлен на ее обсуждение, или принимая вотированную ею резолюцию и определяя, что ей должна быть дана законная сила, или же уполномочивая председателя комитетов внести Б., представление которого было ему поручено комитетом. Чаще всего однако составлению законопроекта предшествует особое исследование, возбуждаемое то правительством, назначающим для этого королевскую комиссию, то одною из палат или же обеими вместе, сообща избирающими для этой цели смешанную комиссию. Пэры, не входящие в состав членов палаты лордов, могут присутствовать в подобных заседаниях, но без права голоса, точно также как и члены палаты общин — на заседаниях назначаемых ею комиссий. Допущение посторонних лиц при выслушивании показаний свидетелей зависит от усмотрения комиссии, но совещания ее обязательно должны происходить при закрытых дверях. Комиссия вправе допрашивать в качестве свидетелей членов другой палаты лишь с разрешения последней. После достаточного исследования подлежащего обсуждению вопроса председатель комиссии изготовляет свой доклад и ряд предполагаемых резолюций, которые раздаются всем членам. Последние обсуждают и вотируют сначала каждую из них в отдельности, а затем всю их совокупность, после чего задача комиссии считается исполненною и она сама собой упраздняется.
Всякий билль может быть представлен той или другой палате, хотя Б. касающиеся налогов поступают непременно в нижнюю палату, билли же, относящиеся до привилегий или порядка производства той или другой палаты, рассматриваются первоначально той из них, которая в том заинтересована. Что касается самого порядка обсуждения и голосования билля, то необходимо заметить, что производство это в общих чертах одинаково в обеих палатах. Оно заключается в следующем: один из членов палаты общин сообщает последней, что он намерен в определенный день обратиться к ней с ходатайством о разрешении ему внести Б.; это ходатайство (Motion) излагается устно, и если оно уважено, Б. вносится в палату, которая, распорядившись о напечатании его, назначает день первого чтения, после которого обсуждается и вотируется принципиальный вопрос о принятии Б. или устранения его в целости, не входя в рассмотрение отдельных его частей и положений, и, в случае принятая его в общих чертах, назначается день второго чтения. В этот день обсуждаются отдельные части и подробности билля, что предварительно поручается особой комиссии, а затем в более важных случаях еще и «комитету» (comitee), в который превращается палата в полном своем составе, председательствует же вместо спикера, принимающего участие в прениях и голосовании особое, состоящее на жаловании и юридически образованное лицо (chairmen). Рассмотренный комитетом билль со всеми сделанными в нем изменениями и дополнениями (amendements) снова поступает на обсуждение палаты. Если последняя находит нужным внести в редактированный комитетом Б. значительные изменения или дополнения, то возвращает его в комитет; если же она соглашается с его редакцией или вводить лишь незначительные изменения или дополнения, то распоряжается о переписании билля большим шрифтом на пергаменте (engrossed) и назначает день третьего чтения, после которого, если Б. принят большинством палаты, он вносится клерком в палату лордов. Вотированные же после третьего чтения дополнения переписываются на отдельном листе пергамента (rider), который приобщается к первому. Палата лордов немедленно заслушивает его в первом чтении, но не обсуждает до тех пор, пока кто-нибудь из лордов в одну из двенадцати ближайших сессий не предложит назначения второго чтения. Если в означенный срок этого не последует, то Б. устраняется. После второго чтения палата предписывает рассмотрение Б. в комитете лордов, а затем он снова возвращается в палату и вотируется после третьего чтения. Если верхней палатой вводятся в принятый палатою общин текст билля какие либо изменения, то таковые сообщаются последней и вотируются ею каждое в отдельности. Если изменения приняты, то Б. возвращается в палату лордов, в противном случае назначается комиссия, на обязанность которой возлагается выяснить мотивы отказа от принятия всех или некоторых изменений. Если после сего верхняя палата, обсудив представление нижней, отказывается от своих изменений, то Б. поступает на утверждение короля, в случае же разноглася между палатами он считается провалившимся (dropped). Королевское утверждение, придающее Б. законную силу, сообщается лично или письменно с приложением большой королевской печати. Письменная форма утверждена была в первый раз применена Генрихом VIII к Б осуждавшему королеву Екатерину. Словесное утверждение дается королем в заседании верхней палаты, куда приглашаются и члены палаты общин в котором прочитывается Б., утвержденный королевским решением, выражаемым древними норманно-французскими формулами, различными, смотря по содержанию данного Б. Так, публичный Б. утверждается словами: «Le roye (la reine) ie veult» (король или королева этого желает), частный Б. — «Soit fait comme il est desire» (да будет сделано, как этого желают), Б. устанавливающий какие-либо налоги и повинности (Money В. ) — «Le roye (la reine) remercie ses loyals snjets, accepte leur benevolence et ainsi le venit» (король или королева благодарит своих верных подданных, принимает их добровольное приношение и желает того). Вежливой формулой отказа в утверждении осталась по прежнему «le roye s'aYisera». Правом не утверждения Б. особенно часто пользовалась королева Елисавета, устранившая однажды 48 Б. в одну сессию, в последствии (1792) его осуществлял Вильгельм III по отношению к Б. о трехлетнем сроке парламента, который, однако, был им утвержден в 1794 году. В большинстве случаев правительство стремится к достижению своих целей путем обеспечения себе большинства голосов в обеих палатах в обыкновенно устраняет не одобряемые им Б., добившись неблагоприятного для них голосования верхней палаты. Для вносимых министрами Б. по важнейшим вопросам обыкновенно заранее испрашивается высочайшее утверждение. Отдельные Б. называются обыкновенно по предмету, составляющему их содержание. Некоторые из них приобрели особенную известность в истории, благодаря той важной роли, которую они играли в религиозной и политической жизни народа. К числу последних, между прочим, принадлежат: Б. шести статей, Б. тридцати девяти статей, Б. прав и Б. реформы.

Билль о правах

Билль о правах (англ. bill of rights, чит. рейтс) — под именем этим известен парламентский акт, увенчавший собою революцию 1688 г. После удаления Иакова II, принц Вильгельм Оранский, призванный в Англии в качестве защитника народных вольностей, не имея, по английским законам, права созывать парламент, воспользовался созванным Иаковом собранием пэров и присоединив к нему лорда-мэра и городской совет Лондона и членов двух нижних палат, собранных при Карле II, поручил этому собранно созвать парламент, однако под именем «Конвента», потому что настояний парламент может быть созван только королем. Обе палаты собрались 22 января 1689 г.; после пятичасовых прений палатою общин вотированы были следующие две декларации: «Король Иаков, пытавшись ниспровергнуть конституцию королевства, нарушением естественного договора между королем и народом, нарушив, по совету иезуитов и других злонамерённых людей, основные законы и удалясь из королевства, отрекся от правления, вследствие чего престол сделался вакантным». «Опыт доказал, что протестантское государство не может согласоваться с правлением короля паписта». После некоторых колебаний вопрос о вакантности престола был решен, конвент предложил корону Вильгельму и Марии, определил порядок престолонаследия, а для ограждения национальных законов, вольностей и религии от посягательств королевской власти принял предложенный нижней палатой акт следующего содержания: "Лорды и общины в совокупности, подобно тому как в таких случаях поступали их предки, с целью защитить древние права свои и вольности, объявляют:
1) Существующее будто бы право приостанавливать действие законов королевскою властью без согласия парламента противно законам. 
2) Существующее будто бы право королевской власти освобождать от действия законов или от исполнения их, как допускалось и делалось в последнее время, противно законам. 
3) Учреждение нового духовного или всякого другого суда противно законам и зловредно. 
4) Всякое взимание денег для надобностей короны под предлогом королевской прерогативы, без разрешения парламента, также как и взимание на более долгий срок, нежели было указано, и не тем способом, каким было указано, противно законам. 
5) Подданные имеют право представлять королю прошения, и всякое заключение в тюрьму или другое преследование по этому предмету противны законам. 
6) Собирать или содержать армию в королевстве в мирное время, без согласия парламента, есть дело противное законам. 
7) Протестантские подданные могут иметь при себе сообразное с своим положением оружие, для защиты себя согласно с тем, что дозволено законами. 
8) Выборы депутатов в парламенты должны быть свободными. 
9) Речи, составленные или произнесенные в парламенте, не могут быть преследуемы или разбираемы ни в каком суде или ином месте, кроме самого парламента.
10) Не должно ни требовать чрезмерных налогов, ни налагать несоразмерные пени, ни определять слишком тяжелые наказания.
11) Присяжные должны быть избираемы беспристрастно. Лица, выбранные в присяжные по процессам о государственной измене, должны быть членами общин. 
12) Всякие уступки или обещания передачи имуществ, конфискованных у обвиненных лиц, до осуждения их, противны законам и недействительны, и 
13) Для искания средств к отвращению всех этих зол, для исправления и утверждения законов и для их поддержания, необходимо часто созывать парламент.
Верхняя и нижняя палаты требуют и просят всего, что выше означено, как неотъемлемых своих прав и льгот, и чтобы никакое объявление, никакой приговор, никакая процедура, клонящаяся к ущербу сказанных прав и льгот, не могли на будущее время давать повод к какимлибо выводам или приводиться как пример". Это объявление, не совсем точно названное биллем, не смотря на то, что при составлении его не было ни настоящего парламента, ни короля, представляется договором, предложенным кон вентом от имени народа претенденту на королевский престол и заключенным последним (13 февр. 1689), договором, подтверждающим собою взгляд, что английская монархия покоится на договорном начале, а не существует Божией милостью. Не смотря на весь свой либерализм, Б. прав ничего не говорит о веротерпимости и свободе совести, что объясняется разделяемым в то время враждебным настроением большинством народа к предоставленным католикам Иаковом II льготам. Это постановление было в последствии (в октябре 1689) признано законным парламентским актом новым, правильно составленным парламентом, а затем пополнено учредительным актом 1701 г., определившим порядок престолонаследия Ганноверского дома. Актом этим установлено, что король должен принадлежать к Англиканской церкви, запрещено приостанавливать посредством королевского помилования производство по возбужденному палатой общин обвинению и провозглашено начало несменяемости судей. Оба акта вместе с Великой Xapтией 1215 г. являются основными законами конституционного государственного устройства Англии.

Бильрот 

Бильрот (Теодор Billroth) — знамен. хирург и клиницист, род. 26 апр. 1829 г. в Бергене на острове Рюгене, посещал гимназию в Грейфсвальде и посвятил себя затем изучению медицины в Грейфсвальде, Гётингене и Вене. В 1855 г. назначен был ассистентом Лангенбека при хирургической университетской клинике в Берлине, где в следующем году был допущен к чтению лекций. В 1859 г. он был приглашен в Цюрих профессором хирургии и директором хирургической клиники. В 1867. г. Б. получил приглашение на такой же пост в Вене. Во время франко-германской войны Б. работал в немецких лазаретах на Рейне. Бильрот считается самым выдающимся хирургом нашего времени, но и в области гистологи, общей патологии, военной хирурги и особенно в госпитальном деле он пользуется заслуженной известностью. Между ею многочисленными, часто пролагающими новые пути, научными трудами, которыми он двинул вперед все области хирургии, особенно выдаются: «Ueber den Bau der Schleimpolypen» (Берл., 1855);"Untersuchungen uber die Entwickelung der Blutgefasse nebst Beobachtungen aus derchirurg. Universitatsklinik zu Berlin" (Берл., 1856); «Beobachtungsstudien uber WundSeberund accidentelle Wundkrankheiten» (Берл., 1861); «Die allgemeine chirurgische Pathologie und Therapie» (Берл., 1863; 12 изд. Винивартера, 1885, русск. перев. д-ра Фридберга, Спб., 1884); «Chirurgische klinik» (Zurich, 1860 — 67); «Erfahrungen auf dem Gebiete der praktischen Chirurgie» (Берл., 1869); «Chirurgische klinik. Wien, 1868» (Берл., 1870); «Chirurgische klinik. Wien, 1869 — 70» (Берл., 1872); «Chirurgische Briefe aus den Feldlazaretten in Weissenburg und Mannheim, 1870» (Берл., 1872); «Untersuchungenuberdie Vegetationsformen der Coccobacteria Septica» (Берл., 1874); «Ober das Lehren und Lemen der medizin. Wissenschaften an den Universitaten der deutschen Nation» (Вена, 1876); «Chirurgische klinik. Wien, 1871 — 76, nebst Gesammtbericht iiber die chirurgischen Kliniken in Zurich und Wien 1860 — 76» (Берд., 1879); «Ceber den Transport der im Felde Verwundeten und Kranken» (Вена, 1874); «Krankenpaegeim Haus und in Hospital» (Вена, 1880). Вместе с Пита он издает: «Handbuch der allgemeinen und Speziellen Chirurgie mit Einschiuss der topogr. Anatomic, Operationsund Verbandlehre» (тома 1 — 3, Штутгарт, 1865 — 75, русский перевод, Спб., 1872 — 1880), с Лике он издает с 1879 г.: «Deutsche Chirurgie». Кроме того Б. состоит с самого начала (1861) соредактором издаваем. Лангенбеком «Archiv fur klinische Chirurgie». К трудам Б. нужно отнести и бесчисленные работы его учеников, которые начаты и выполнены по его инициативе и под его руководством, напр., Отчет Бельфлера об операции рака желудка, которую Б. выполнил в первый раз с счастливым исходом, «Ueber die von Prof. Billroth ausgefuhrten Resectionen des carcinomatesen Pylorus» (Вена, 1881, русск. перев., Спб., 1881).

Бильярд 

Бильярд или Билиард (фр. billard, от ит. biglia — шар) — так называется большой, продолговатый, четырехугольник (параллелограмм) с закраинами (бортами) столь, длина которого на 1/3 более ширины. Б. служит для игры на нем костяными (слоновой кости) шарами, которые загоняются в лузы специально для того сделанными палками — Kиями. Б. бывают крайне разнообразной величины, длина их колеблется между 250 — 275 см., а ширина между бортами — 140 — 153,5 см., вышина от полу — до 2,5 футов. Соответственно размерам — Б. называется: малым, средним (кабинетным) и большим. Различают: а) русский бильярд — со строгими лузами, выдающимися из не очень упругих бортов, удобными для удара всякой силы; б) польский бильярд — лузы очень велики в сравнении с шарами; борт слегка понижен и по нем шары падают легко; эти Б. небольшой величины и не допускают сильной игры; в) венский бильярд или французский с лузами; борт необыкновенно упруг; лузы вырезаны не на борту, а в плоскости Б. и г) французский или итальянский карамбольный бильярд не имеет луз; размером не велик; борт очень упруг. Борта и доска Б. обыкновенно обтянуты темно-зеленым сукном (реже красным или синим), которое не должно быть слишком ворсисто, чтобы не препятствовать правильному движению шаров. Борт бывает от 5 — 2, 5 дм. вышиною и от него, главным образом, требуется упругость, что важно для правильного отражения от него шаров; борт русского бильярда уже французского. Дерево на б-ы употребляется самое сухое и крепкое, преимущественно дуб, красное дерево, ореховое и др., а чтобы доску Б. не коробило — ее склеивают из кусков, как-то делается в паркетных полах. Дерево для досок ныне почти оставлено и заменено аспидом, как более легким, упругим, прочным и дешевым материалом; доски эти составляются из З-х частей. В каждом из четырех углов Б. и по средине длинных сторон доски сделаны у са мого края отверстия, так наз. лузы (blouses), с подвешенными к ним сетчатыми карманами. Бильярды без луз называются глухими или французскими и служат для парий карамбольных, особенно любимых во Франции. Карамбольная игра значительно распространилась с 1827 г., когда Mingaut, автор книги: «Le noble jen billard», опубликовал свой способ улучшения кия. От хорошего Б. требуется совершенная горизонтальность и ровность доски, чтобы шары в своем движении подчинялись исключительно удару и не зависели от посторонних причин, каковы шероховатость доски и наклон ее. Горизонтальность определяется посредством ватерпаса или либеллы. Кроме того, в нижней части каждой из 6-ти ног, на которых покоится бильярд, помещаются железные винты; которые двигаются посредством гаек и этим помогают быстрому достижению горизонтальности бильярдной доски. На поде Б. математически точно определяются три пункта (мушки); средняя мушка находится в точке пересечения диагоналей Б., а крайние — в точках пересечения линий, идущих от средних луз к противоположным угловым. Бильярдная игра основана на законах удара упругих тел; эти законы объясняются в механике.
Из игр на бильярде у нас известны: пяти-шаровая партия или русская, трехшаровая или берлинская, пирамида (из 15 шаров) и карамбольная партия или французская (carambolage), которую играют на бильярд без луз.
История бильярда. Родина Б. Китай. В Европе первые известия о Б. относятся к XVI столетию. Карл IX в знаменитую Варфоломеевскую ночь (24 авг. 1572 г.) играл на Б., когда услышал звон колоколов, призывавший католиков. Шекспир (1616) уже знал о существовании Б., так как он заставляет Клеопатру («Антоний и Клеопатра», акт II. сц. 5) играть на Б. со своим евнухом Мардьяном (разумеется, это анахронизм). Мария Стюарт в день своей трагической смерти (17 февраля 1587 г.) высказывает в письме к глазговскому архиепископу заботу о своем Б. (une table billard). Где впервые в Европе появился бильярд — во Франции или Англии, сказать определенно трудно. Джон Вильк утверждает, что игра на Б. у англичан называлась balyard (древнесакс. bal — мяч, yard — кий, палка), что, по его мнению, показывает, что бильярд давно был известен в Англии. Штурц в своей книге: «Игры и забавы английского народа» видит начало бильярда в игре Palle Malspiel (фр. Раile-maile) — нечто вроде крокета. В XVII-м столетии в Англии бильярдной игрой уже сильно увлекаются и Георг II в 1760 г. под страхом штрафа в 10 ф. ст. запрещает игру на Б. в общественных местах. Во Франции уже в 1674 г. Этьен Лиазон (Etienne Liason) в Лионе издал правила игры на Б. При Людовике XVI Б. был в большой моде при дворе. Ловкий Шамильяр (Michel de Chamillard), сначала мелкий чиновник, в последствии военный министр (1707 г.), был обычным партнером короля. Слывя за первого игрока в мире, он все же умел проигрывать королю партии. В России бильярд появился при Петре Великом. В царствование Анны Иоанновны Б. был весьма распространен в «австериях» (трактирах).С 1850х годов в России быстро начала развиваться правильная игра на Б.. Русские игроки отдали предпочтение партиям карамбольным и явилась манера класть шары в лузу верным ударом. Потребовались строго выверенные Б., введенные у нас Фрейбергом. Из известных прежних игроков русских назовем: гр. ОстерманаТолстого, Д. Г. Бибикова и И. Н. Скобелева (деда знаменитого генерала). 
Литература, (Coriolis, «Theorie mathеmatique des effets du jeu de В.» (Париж, 1835); M. Н. Resal, «Commentaire a la theorie mathematique da jeu de B.» («Journal de mathem. pures et appliques», Париж, 1883); Dorfelder, «Lehrer des B. spiels» (Майнц, 1874); Achard, «Das Karambolagespiel» (Берлин, 1874); Bogumil, «Das В.» (Лейпциг, 1875); Dr. M. Eduard, «Das B. spiel» (Вена, 1887); А. И. Леман, «Teopия бильярдной игры» (Москва, 1885); «Бильярд. Практическое поcoбие» (Спб., 1890).

Биметаллизм 

Биметаллизм — термин, введенный Цернуски, для обозначения двойной монетной системы, перенесенной на почву международных соглашений. В основе Б. лежит та мысль, что при соглашении всех главнейших государств, которые. приняв двойную монетную систему будут чеканить серебряную монету наравне с золотой и при этом установят единообразную пропорцию серебра к золоту (предлагается именно соотношение 151/2 к 1, принятое во Франции с 1785 и считаемое нормальным), рыночная цена серебра будет весьма близко держаться законной его оценки, так как по этой последней оно найдет себе неограниченный сбыт в государствах, примкнувших к биметаллистической унии. То обстоятельство, что при больших уплатах серебро является неудобным средством платежа, не принимается во внимание, так как, помимо мелких уплат, оно главным своим назначением должно иметь покрытие банковых билетов и ассигновок на монету. Идею подобной международной унии защищал уже Шюблер в 1855 г. и вслед за ним С. Оппенгейм. В конце 60-х годов она нашла себе поклонников и в Америке, но лишь неутомимая агитация Цернуски, предпринятая им в 1876 г., обратила на нее внимание правительств и ученых. Агитация нашла себе поддержку в сильном обесценении серебра, наступившем совершенно неожиданно для большинства государственных деятелей и экономистов. В августе 1878 г. созвана была в Париже международная конференция; на ней Соединенные Штаты, которым принадлежала главная инициатива этого дела, категорически высказались за биметаллистическую унию с неограниченной чеканкой серебра и установлении единообразной пропорции между обоими металлами, и при этом ссылались на уже принятый ими в том же году билль Бленда (вернее Алисона), по которому возобновлен был выпуск серебряных долларов (с ограничением, впрочем, ежемесячного максимума в 4 мил. и минимума в 2 мил. долларов и при отношении 16 к 1). Уполномоченные Италии и Голландии отнеслись к идее Б. дружелюбно, тогда как Франция определенно еще не высказывалась (Германия в конференции участия не принимала), а Англия, Бельгия, Швейцария и Швеция в принципе отстаивали золото, как единственную норму монетной системы. Тем не менее, английский уполномоченный Гёшен определенно высказался за то, что совершенное устранение серебра из монетной системы и всеобщее принятие золота за единственную норму не желательно; при этом он указал на значение свободной чеканки серебра для Индии, которая, как и весь Восток, служит главным центром, куда стекается серебро всего мира. В общем конференция 1878 г. оказалась неблагоприятной для Б.
Большие надежды возбудила в защитниках Б. конференция, созванная в Париже в апреле 1881 г., в которой приняла участие и Германия. Новым фактором в этом вопросе явилось положение, занятое с 1879 г. Соединенными Штатами: в то время калифорнийское золото удерживалось в самой стране, а благодаря активному торговому балансу, обусловленному возрастанием вывоза хлеба, в Америку стекалось золото из Европы, и близко было к осуществлению предсказание биметаллистов, которые предрекали недостаток золота. Германия весною 1879 г. воздержалась от убыточных продаж серебра, и Б. приобретал все большие адептов. Франция уже примкнула к биметаллистической программе Соединенных Штатов и на конференцию 1881 г. назначила своим уполномоченным самого Цернуски. Равным образом, и Италия, Голландия и Испания готовы были пристать к биметаллистической унии; Германия сделала биметаллистам значительные теоретические уступки, согласилась с некоторыми второстепенными предложениями относительно чеканки серебра в качестве мелкой монеты, но в общем отстаивала исключительно золотую норму. Тоже сделали и остальные государства, в которых золото принято единственною нормою монетной системы; между ними Англия обещала сохранить чеканку серебра для Индии и на случай, если остальные государства образуют биметаллистическую унию, она выразила готовность принять на себя обязательство, что ее банк будет держать известный запас серебра. Но всякая попытка осуществить идею Б., помимо Англии. оказывалась безнадежной, благодаря тому, что Германы держалась в стороне, и таким образом и конференция 1881 г. не привела ни к каким результатам и была закрыта 8 июля.
В последние годы биметаллистическая агитация нашла себе восприимчивую почву в земледельческих округах Германии (Померания), благодаря чему па конгрессе биметаллистов, собравшемся в 1882 г. в Кельн, принята была резолюция, рекомендующая Германии пристать к биметаллистической унии даже и в том случае, если бы она составилась помимо Англии. Сельские хозяева Германии потому заинтересованы в осуществлении биметаллистической программы, что от этого ожидается вздорожание серебра и повышено вексельного курса из Лондона на Индию, а это в свою очередь сильно затормозит конкуренцию индийской пшеницы. Депо в том, что при падении цен на серебро в Европе, покупательная сила серебряных рупий в Индии понижается не одновременно, а лишь постепенно. Таким образом, при падении курса на серебро можно за данное количество золота приобрести в Лондоне большее количество рупий, а эти последние будут в Индии выменяны на пшеницу не по новому низкому курсу, а почти по прежнему высшему, так что падение курса на серебро является благоприятствующим моментом для вывоза индийских продуктов. Особенно благоприятствуют вывозу из Индии понижающие колебания в курсе на серебро; если же курс, хотя бы и низкий, установился прочно, то немедленно наступает уравнение цен в заинтересованных странах и экспортеры Индии лишаются тех выгод, которые для них проистекают от того, что в Индии курс на серебро понижается не вслед за падением его в Европе. Таким образом Германия (и еще более Россия) заинтересованы лишь косвенно в осуществлении биметаллистической программы, как средстве к поднятия и упрочению курса на серебро. Непосредственно и в значительно большей степени заинтересованы в этом страны, ведущие обширную торговлю с Азией и между ними первое место занимает Англия; для европейскоазиатской торговли такие колебания в курсе на серебро, какими ознаменовался 1886 г., колебания, которые могут всегда повториться, оказываются весьма вредными. К этому присоединяются и жалобы индийского правительства на потери на курс при предстоящих ему значительных платежах в Европе. Вот почему и в Англии биметаллистическая программа с каждым годом приобретает все больше защитников, что было признано и чрезвычайною королевской коммиссией, учрежденною по этому вопросу в 1886 году. Тем не менее, Англия никогда не примет биметаллистической программы, самое большее, чего от ее можно ожидать, это принятие мер благоприятствующих биметаллистической системе в других государствах. Так, некоторые ее экономисты проектируют увеличение размеров выпуску мелкой серебряной монеты. Германия же, по-видимому, не проявляет склонности и к таким паллиативным мерам. 
Литература. Cernuschi, «Lamonnaie bimetallique» (Пар., 1876); его же брошюры, «М. Michel Chevalier et ie bimetallisme» (Пар., 1876); «Le Bland bill» (Пар. 1878); «La diplomatie monetaire en 1878» (Пар., 1878) и др.; Е. do Laveleye, «La monnaie bimetallique» (Брюссель, 1876); его же, «La question monetaire en 1881» (Брюс., 1881); О. Arendt, «Die Vertragsmassige Doppelwahrung» (2 ч., Берл., 1880); Neuwirth, «Der Kampf urn die Wahrung» (Вена, 1881); Schane, "Fur Internationale Doppelwahrung (Тюб., 1881); Ad. Wagner, «Fur bimetallistischo Munzpolitik Deutschlands» (Берл., 1881); «Conference monetarie internationale. Proces verbaux. Avril Mai et JainJuilet 1881» (2 т., Пар., 1881); Lexis, «Der Kongress der Bimetallisten in Kein» (в «Schaioller's Jahrbuch Гиг Socialpolitik», 1883).

Бинокль 

Бинокль — соединение двух, параллельных между собою, зрительных, обыкновенно ахроматических трубок, делаемое для того, чтобы можно было обоими глазами смотреть на отдаленный предмет, что не только удобнее, чем смотрение одним глазом, но и доставляет более света, чем простая, единичная трубка. Однако, хотя два глаза получают вдвое более света, чем один, предмет, рассматриваемый в Б. представляется только на 1/13 светлее, чем при рассматривании его только в одну из трубок Б. В Б., назначаемых для театра и вообще для рассматривании не очень отдаленных предметов, и поэтому слабо увеличивающих или приближающих, стекла, обращенные к глазу (глазные стекла или окуляры) принадлежат к системе вогнутых. Зрительная трубка, состоящая из выпуклого предметного, т. е. обращенного к предмету стекла, и вогнутого глазного (окуляра) была в первый раз устроена знаменитым Галилеем и потому называется галиллеевой трубкой. Первые астрономические открытия в области невидимого простым глазом сделаны Галилеем при помощи таких трубок, ныне же галилеева система стекол употребляется в обыкновенных театральных Б., также в полевых, назначаемых для военных целей. Такие Б. увеличивают или приближают в два, три раза — редко сильнее, и хотя есть возможность довести их увеличение и до десяти раз, но при этом поле зрения так мало, что трудно скоро навести трубку на рассматриваемый предмет. Б. с вогнутыми окулярами короче обыкновенных зрительных трубок и будучи вдвижными, так удобны для переноски и употребления, что составляют предмет почти первой необходимости для современного нам общества. Для военных целей и для моряков делаются более длинные и сильнее обыкновенных увеличивающие Б. с выпуклыми окулярами. Если желательно узнать, хотя приблизительно, увеличение Б., надо приклеить крупно напечатанную афишу к стене дома на открытом воздухе и смерить шагами с какого расстоянии можно некоторые строки афиши читать в Б.; положим, что для этого придется отойти на 60 шагов. Потом надо подойти к афише настолько близко, чтобы можно было ее читать, при нормальном зрении, без посредства Б.; если для этого надо остановиться в 20 шагах от стены, то Б. увеличивает в три раза. Приготовление Б. составляет одну из доходнейших статей практических оптиков. У нас в России мало этим занимаются и то обыкновенно пользуются для этого заграничными оптическими стеклами немецкой и французской фабрикаций. Гораздо больше в продаже таких Б., на которых хотя и поставлена фирма русского торговца оптическим товаром, но которые, тем не менее сделаны во всех частях и вполне на иностранных фабриках.

Биржа 

Биржа (немец. Borse, фр. Bourse, англ. Exchange, Change, итал. Borsa, голланд. Beurs) — здание, в котором собираются купцы и другие причастные торговле лица (посредники разного рода) для ведения переговоров и заключения торговых сделок; в переносном смысле — само это собрание коммерсантов. Слово биржа производят от ново-латинского barsa, т. е. кожаный кошелек; слово это получило в средневековом нем. языке значение кружка или собрания. По новейшим исследованиям, более вероятным является другое объяснение. Имеются указания, что первые правильные собрания торговцев (итальянских) происходили пред домом одной фамилии van der Bears, занимавшейся посредничеством и жившей в ХIII — XVI вв. В бельгийском городе Брюгге; к дверям этого дома был прибит герб, на котором были изображены три кошелька — boursae. Но как бы то ни было, несомненно, что уже в первой половине XVI в. существовали, частью в Нидерландах, частью во Франции биржи в современном смысле и под тем же названием, и что правильные собрания купцов для обсуждения их торговых дел существовали уже в средние века, именно в Италии и даже в древнем Риме — в так называемых Collegia mercatornm. Кроме Брюгге Б. раньше всего появились в Антверпене (1531), Лионе, Тулузе (1549). Затем это учреждение стало распространяться и в Англии, где, благодаря придворному банкиру сэру Томасу Грешему (Grecham), впервые было устроено в 1556 г. особое здание для собрания лондонского купечества. Одновременно с Англией стали заводить у себя биржи и немецкие приморские города и прежде всего Гамбург (1558). Внутренние немецкие города только в конце ХVIII в. стали открывать у себя биржи и раньше всех Франкфурт на Майне и Лейпциг. Первые биржи были лишь товарные, главное их значение состояло в том, что они вытеснили куплю-продажу из рук в руки и открыли возможность производить куплю посредством заказа. Когда в последствии, с расширением торговых рынков, начались оживленные сношения с заморскими странами и вместе с тем частые колебания в ценах товаров, то одна только биржа оказалась в состоянии давать немедленно сведения о ценах и обеспечить торговцу возможность своевременно производить закупки и продажи. Вот почему Б. мало помалу делается необходимым учреждением в торговом мире. Особенно содействовало развитию Б. возрастание государственных долгов, вызвавшее громадные выпуски государственных бумаг. И зарождение больших промышленных обществ, акции которых наравне с товарами стали предметом биржевых сделок. Центр тяжести Б. заключается в централизации спроса и предложения. Купец узнает здесь немедленно и до мельчайших подробностей все происходящее на всемирном рынке и затрагивающее его интерес; он легко и свободно обозревает здесь настроения и стремления торгового мира. Благодаря этому, Б. является ареной спекуляции, которая, удерживаясь в известных границах и не впадая в биржевую игру, имеет благотворное влияние на торговлю и промышленность.
В России первоначально не чувствовалось особой надобности в учреждении Б., потому что для нашего товарного обращения достаточны были существовавшие у нас издавна в огромных размерах ярмарки. Действительно, первая Б. у нас устроена была не по инициативе самих торговцев, а по приказанию правительства. Петр В., возвратившись из заграницы, где имел случай ознакомиться с биржевой деятельностью и убедиться в пользе, доставляемой биржами торговому делу, задался мыслью устроить биржевые собрания и для русского купечества, для «той разрозненной храмины», об улучшении судьбы которой великий преобразователь заботился всю жизнь. В особенности повлияли на него голландские Б., деятельность которых тогда процветала. В регламенте главному магистрату повелено было устроить Б. в приморских и прочих знатных городах. Предписано было «приневолить даже купцов придти на Б.». Однако, при Петре Б. устроилась только в Петербурге, да в конце прошлого столетия принимались меры к устройству Б. в Москве. Только в 1830 — 1840х годах начинают учреждать Б. и в других торговых центрах: в Кременчуге (1834), Рыбинске (1842), Одессе (1848, новый устав 1890), Нижнем Новгороде на время ярмарки (1848). В последнее 30-летие чрезвычайно быстрое развитие кредита вызвало потребность биржевого посредничества и во многих других городах, и вот устраиваются Б. в Иркутске (1864), Киеве (1865), Туле (1866), Казани (1866), Риге (новый устав 1866), Ростове на Дону (1867), Харькове (1868), Самаре (1869). Астрахани (1870), Саратове (1870), Ревеле (1872), Варшаве (новый устав 1872), Пернове (1874), Орле (1877), Нижнем Новгороде (1880, постоянная Б. ), Баку (1886), Николаеве (1886), Таганроге (1888) и Ельце (1888).

Объекты биржевого оборота и виды Бирж.

Характерная черта биржи, которою она резко отличается от рынков другого рода (базаров, ярмарок и проч.), заключается в том, что на бирже оперируют не с данными наличными предметами, а лишь с определенными количествами товара определенного рода: покупают 1000 пудов пшеницы известного сорта, а не эти именно мешки с пшеницей; покупают 50 штук акций северного страхового общества, а не эти именно 50 акций за данными номерами. Таким образом биржевые сделки имеют своим объектом не данные предметы, а известные количества товара того или другого рода. Конечно, на практике различие между биржей и другого рода рынками не всегда выступает с такою резкостью, как это здесь выражено: на практике возможны различные переходные ступени, но своеобразие биржевого оборота заключается именно в указанной характерной черте его. Это основное различие между Б. и другого рода рынками приводит к тому, что не все товары могут быть предметом биржевого оборота. Биржа оперирует только с такими товарами, которые достаточно определяются уже одним своим родом, в которых индивидуальные отличием отдельных предметов, по отношений к качеству товара, не имеют никакого значения, или же значение, совершенно ничтожное. Выражаясь языком юристов, предметом биржевых сделок могут быть только вещи заменимые, из которых данная вещь ничем не отличается от другой вещи того же рода и без всякого ущерба может быть заменена последней. Сюда относятся: с одной стороны сырые продукты и притом такие, которые не отличаются особым разнообразием сортов (следовательно хлеб, спирт, масла, кофе, хлопок и т. д. ); с другой стороны — многочисленные кредитные бумаги (векселя, государственные бумаги, акции, облигации, закладные диеты и т. д.).
Таким образом различаются Б. товарные и фондовые, которые в свою очередь нередко распадаются на Б. более специальные. Так, существуют в Лондоне, кроме королевской биржи (Royal exchange), назначенной служить для товарных и вексельных сделок, еще фондовая Б. для английских бумаг (Stock exchange) другая — для иностранных фондов (Foreign stock exchange) далеe хлебная Б. (Соrn exchange), угольная Б. (Coal exchange) и Б. судоходства и страхования, носящая название Лойда. Амстердам тоже имеет особую хлебную биржу. Берлин — хлебную и товарную биржу и т. д. Лейпциг располагает кроме старой биржи для векселей и фондов еще биржей для масла и сельскохозяйственных продуктов, торговой и промышленной Б. и наконец специальной биржей германского книжного рынка, где раз в год собираются представители германской книжной торговли для урегулирования своих счетов. Вена имеет так называем. денежную биржу для сделок в монете и ценных бумагах, а с 1859 г. еще товарную биржу для оборотов по товарным, залоговым, страховым, грузовым и экспедиционным сделкам. Некоторые города, благодаря развившемуся в их окрестностях производству какого-нибудь отдельного продукта, делаются центральным пунктом его сбыта и обзаводятся поэтому особыми Б. для совершения сделок с этим именно продуктом. Так, Франкфурт на Майне, Аугсбург, Штутгарт, имеют товарные Б., Штутгарт имеет еще винную Б., и др. Гаген — железную (по полугодию), Бохум — для сделок с акциями горных заводов. По примеру вышеупомянутых английских лойдов образовались биржевые собрания для эксплуатации судоходства и морского страхования в Триесте (Австрийский лойд), Париже (Lloyd frangais), Нанте (Lloyd Nantais) и Гамбурге (Биржевая галерея). В некоторых местах Германии открыты в последнее время и промышленные биржи. Из них штутгартская (1860 г. ) посвящена хлопчатобумажной промышленности южной Германии. На этой Б. оперируют не только хлопчатобумажные фабриканты и крупные торговцы, но также банки, кредитные учреждения, хмелеводы, виноделы и др. Открытая в 1860 г. промышленная Б. во Франкфурте на Майне предназначена была служить центром для торговых и промышленных сношений сев. и юга Германии, но не оправдала этих надежд. В Берлине в новейшее время стала достигать хороших результатов ремесленная биржа (Handwerkerborse), имеющая целью обеспечить сбыт ремесленным изделиям и т. о. небогатых предпринимателей приобщить к выгодам крупных капиталистов. Из всех этих видов бирж наибольшее значение имеет фондовая биржа, которая размерами своих оборотов превосходит все другие виды Б. Из ценных бумаг до начала XVII столетия одни только векселя служили предметом значительных сделок, и даже в первые 10 летия XIX в. акций и облигации лишь в незначительном числе обращались на главнейших Б. Так, в 1815 году на лондонской Б. котировались лишь 30 бумаг этого рода, в 1820 г. на берлинской — только 11, а на французских — только 15, тогда как в средине 1889 года на лондонской Б. обращалось 1630 бумаг, а на берлинской — 1137, не считая 33 иностранных векселей, банковых билетов и бумажных денег. Отношение между двумя главными видами Б. — фондовой и товарной — в различных странах различно. В Германии, России и вообще на континенте фондовая и товарная Б. составляют одно учреждение, имеют общую администрацию, общие правила, общее здание, хотя собрания и происходят в различных помещениях этого здания. Наоборот, в Англии и Соединенных Штатах, особенно в Лондоне и Нью-Йорке, каждый вид Б. составляет самостоятельное учреждение.

0рганизация бирж.

Биржевые обороты, т. е. формы и условия заключения биржевых сделок подлежат повсюду на Западе известным нормам, который вырабатываются обычаями, формулируются биржевыми властями и санкционируются правительством. Биржевые сделки заключаются главным образом через посредников, маклеров и комиссионеров. Сами цены товаров и курс бумаг, как общий итог заключенных сделок, определяются биржевыми органами. Собрания на Б. происходят ежедневно, за исключением воскресных и праздничных дней, согласно с требованиями особых биржевых уставов. Последние заключают в себе постановления о лицах, имеющих свободный доступ на биржу, о времени (часе) и месте собраний и заключения сделок, и т. д. Доступ в биржевое собрание, так назыв. биржевая правоспособность предоставлена по общему правилу всем ничем незапятнанным дееспособным лицам; исключаются женщины и несостоятельные должники. Доступ на лонд. фондовую Б. открыт Только лицам, принятым комитетом (committee for General purposes) в число членов биржевого общества, которое состоит из маклеров (brokers) и торговцев (jobbers, dealers); членский взнос составляет 21 ф. ст. Везде почти за право посещения Б. взимается известный сбор и притом, сбор этот взимается или за известный период времени, как в Берлине, Франкфурте на Майне, Вене, или за посещение в течение известного промежутка времени, определение которого предоставлено самому посетителю, или же сбором облагается каждое отдельное помещение, как это имело место в Париже. Здесь сборов за вход (tourniquets) в 1861 г. ожидалось по смете 750000 фр., но в ноябре того же года сборы эти были отменены. Биржевым временем считаются за немногими исключениями первые послеобеденные часы. Начало и конец собрания возвещается звонком. В некоторых местах находятся так назыв. подпольные, т. е. неофициальные биржи, возникновение которых объясняется слишком стеснительными ограничениями, именно установлением известных пределов для биржевого времени. В некоторых местах старались уничтожить нелегальные биржи, именно — в Париже, но эти старания не всегда достигали цели. В 1869 г. образовалась и у нас. в Петербурге негласная Б., основавшаяся в отеле Демут и приобретшая впоследствии под именем Демутовской Б. весьма плачевную известность. Здесь по утрам шла отчаянная и безденежная (in blanco) игра бумагами. Одно время Демутовцы держали в своих руках судьбу не только частных предприятий, но участь государственных бумаг, и ими то в значительной степени вызван был знаменитый биржевой крах 1869 года. Воскресным и вечерним биржам, которые тоже очень легко возникают, в Вене сначала не мешали. Но 26 сентября 1872 года участие в таких собраниях было строго запрещено под страхом немедленного лишения биржевого билета, а законом и апр. 1875 г. Там собрания были совсем запрещены. В Берлине долгое время существовала воскресная Б. под названием: «der Privatverkher», но в последнее время она закрыта вмешательством полиции. В Праге существует для этой же цели так называемая «Kaufmannische Ressource». На языке парижской фондовой Б. паркетом (Parket, тоже corbeille, корзина; в Вене «Der Schranken») называется внутренняя часть Б., назначенная исключительно для вексельных агентов и маклеров, и где глашатай (crieur) громогласно объявляет предложенные к продаже бумаги. В переносном смысле паркетом называется корпорация биржевых агентов, тогда как неофициальные посредники носят кличку «кулис», а если они являются второстепенными посредниками, собирая заказы для паркета, то называются «ремизьерами». На русских Б. нет громогласности при совершении сделок. нет ни паркета, ни глашатая. Сделки совершаются на ухо и потому непривычному посетителю ориентироваться. в положении рынка чрезвычайно трудно. Что касается организации и устройства Б., то в этом отношении можно различать две главные категории. К одной категории относятся Б., посетители которых составляют признанное законом общество, имеющее право избирать из своей среды административных и исполнительных органов, таковы Б. в Лондоне, Берлине и проч. К другой категории относятся Б., управление которых вверяется особому бюро, избираемому маклерами и утверждаемому правительством; на таких биржах посетители составляют публику, не принимающую никакого участия в администрации биржевых дел. Такова парижская Б., управляемая синдикальной камерой, состоящей из синдика и его помощников. Организация Б. первой категории является более удовлетворительной, как по отношению к чисто торговым операциям, так и по отношению к возможности большего ограничения биржевых спекуляций и игры бумагами. Русские Б. не имеют единообразной организации, нет у нас и полного, общего для всех Б. законодательства, а каждая из них управляется на основании особого устава (уставы главнейших Б. приложены к Торговому Уставу, т. XI, ч. 2, Св. Зак.). По своей организации некоторые из наших Б. могут быть отнесены ко второй из указанных категорий, остальные — к первой. Именно, управление Спб. Б. (до 1876 г.) и устроенных по ее образцу Рыбинской, Нижегородской (ярмарочной), Иркутской вверяется биржевому комитету, состоящему из председателя и трех членов. избираемых биржевым купечеством 1-й гильдии; в состав комитета входит и гофмаклер; посещающие же Б. торговцы, имеющие право производить торговые дела (вход же на Б. никому не воспрещается) не составляют отдельного биржевого общества. В 1875 г. изданы временные правила, которыми устройство Спб. Б. подводится к системе биржевого общества. Именно, главное заведование делами Б. вверяется собрание гласных, представляющему собою все биржевое общество. Для избрания гласных, на первое время в числе 80 (может быть увеличено до 150), биржевое купечество разделяется на разряды, из коих каждый и избирает положенное число гласных. Собрание гласных дает общие указания относительно управления биржевыми дедами, а исполнительным и распорядительным органом служит биржевой комитет, состоящий из председателя, биржевых старшин и гоф-маклера. Но существа дела временные правила 1875 г. не изменили, так как в гласные могут быть избраны только купцы 1-й гильдии, да и характер прав и обязанностей биржевого комитета мало изменился. При всех остальных наших биржах торгующее при Б. купечество, как первой, так и второй гильдии, образует биржевое общество, которое избирает биржевой комитет, как постоянный свой орган, представляющий обществу отчет. Состав комитета и способы его избрания на различных Б. различны. Биржевые комитеты вообще состоят в ведении департамента торговли и мануфактур. Расходы на содержание Б. покрываются из сборов за вход и разных штрафных денег; если этих источников оказывается недостаточно, то дефицит покрывается сбором со всего местного купечества, иногда при субсидии от города или казны.
Б. менее значительных торговых пунктов в общем стоят в зависимости от крупных торговых центров и если они и проявляют признаки самостоятельности, то только относительно таких товаров и ценных бумаг, которые слабо или совсем не котируются на больших биржах. Иногда даже курсы главных Б. имеют для отдельных товаров и бумаг значение лишь местное; но вексельные курсы равно как курсы на золото и важнейшие государственные бумаги, установленные на одной бирже, действует и на другие. Особенно, благодаря телеграфу и арбитражу, возникли весьма тесные отношения между Б., так что курсы различных Б. Различествуют только в мелочах. Вследствие участия бирж в финансовых операциях государств, значение их очень возросло и «настроение» Б., «слабое» или «твердое», стало служить масштабом, хотя не всегда безукоризненным, для определения кредитоспособности государств и прочности политического положения. 

Литература.

R. Ehrenberg, «Makler, Ноsteliers und Borse in Brugge von XIII — XVI Jahrh.» («Zeit» fiir das gesammte Handelsrecht", т. XV, 1885); Cohn, «Die Borse und die Spekulatlon» (Берлин, 1868); Kautsch, «Allgemeines Borsenbuch» (Штутгарт, 1874): E. Struck «Die Effektenborse. Eine Vergleichung deutscher und engl. Zustande» (Лейпциг, 1881); Thol, «DerVerkehr mit Staatspapieren» (Геттинген, 1835); «О. Swoboda, „Die kaufmannische Arbitrage“ (7 изд., Берлин, 1889 — сведения об обычаях фондовых бирж в различных странах); Sonndorfer, „Die Technik des Weitbandels“ (Вена, 1889 — между прочим сведения об обычаях товарных бирж, в особенности по отношетюк хлебу и муке, спирте, коже, сахаре и хлопке); R. Ehrenberg, „Die Fondsspekulation und die Gesetzgebung“ (Берлин, 1883); M. Wirth, „Geschichte der Handelskrisen“ (3 изд., Франкфурта наМ» 1883; русск, пер. E. Конради, Спб., 1877); Oechihauser, «Die wirthschaftliche Krisis» (Берлин, 1875); E. Struck, «Zur Geschichte der pariser Borsenkrisis von Januar 1882» («Jahrb. Fur Gesetzgeb. und Verwaltungsl»(Лeйпц., 18З);Gareis, «Die Klarbarkeit der Differenzgescbafte» (Берлин. 1882); «Zeitschrift fur das gesammte Handelsrecht» (Штутгарт, издается Гольдшмитом с 1858 г.; здесь богатое собрание биржевых уставов, обычаев и законодательных определений по биржевым вопросам в Германии и др. странах); Proudhon, «Manuel qu speculateuralabourse»(3 изд., Париж, 1857; нем. перевод, Ганновер, 1857); Guillard, «Les operations de bourse» (2 изд., Париж, 1877); Courtois fils, «Des operations de bourse» (10 изд.. Париж, 1888); "О. Haupt, «Arbitrages et parites» (Париж, 1887); Courtois fils, «Defense de l'agiotage» (4 изд.,. Париж, 1882); Aycard, «Histoire du Credit mobilier 1852 — 67» (Париж, 1867); К. E. Melsheimer and W. Laurence, «The law and customs of the London Stock Exchange» (Лондон, 1879); В. Безобразов. «Биржевые операции» (М., 1856; из № 17 и 18 «Русского Вестника»); А. Дмитриев, «Биржа, биржевые операции и биржевые посредники» (Спб., 1863); К. Малышев, «О биржевых фондовых сделках на срок» («Журн. гражд. и торг. права», 1871 г., кн. 3); К. Гаттенбергер, «Законодательство и биржевая спекуляция» (Харьков, 1872); А. Тигранов, «Биржа, биржевая спекуляция и положительные законодательства» (Спб., 1879); А. Ниселович, «О биржах, биржевых установлениях и мерах ограничения биржевой игры» (Спб., 1879); К. Новицкий, «Сборник биржевых узаконений и уставов бирж Российской империи, с пояснительными приложениями и статьями о наказаниях» (С. Петерб., 1877); «Московская биржа 1839 — 1889» (Москва, 1889); Г. Немиров, «Очерк истории С. петербургской биржи в связи с историей Спб., как торгового порта» (вып. 1 — 11, Спб., 1888 — 89).

Бирон 

Бирон — Эрнест Иоганн Б. — второй сын Карла Б., род. в 1690 г., в отцовском имении, Каленцеем; для получения образования, единственный из всех братьев, Б. послан в лучший тогдашний университет в Кенигсберге, но, не кончив там курса, вернулся в Курляндию. Что делал он до 1718г., когда получил, благодаря стараниям одного влиятельного курляндского дворянина Кейзерлинга, какую-то должность при дворе Анны Иоанновны, с точностью не установлено. Есть известия, что он являлся в Россию с не осуществившимся желанием поступить в камер-юнкеры при дворе супруги царевича Алексея Петровича, что — занимался в Митаве педагогией, в Риге служил по распивочной части и т. д. Состоя, вероятно, секретарем при дворе Анны Иоанновны, Б. захотел пользоваться тем же значением у герцогини, каким пользовался один из видных представителей ее штата, Петр Михайлович БестужевРюмин, с сыновьями Михаилом и Алексеем, и прибег для этой цели к обычному при всех дворах тогдашнего времени средству — к «подкопам», клевете; но результатом его происков было удаление от двора, попасть к которому вторично ему удалось только в 1724 г., благодаря покровительству того же Кейзерлинга, и с этого года Б. неотлучно оставался при особе Анны Иоанновны до самой ее смерти. С того же года он становится все более и более необходимым человеком и в придворном управлении, и в семейном быту герцогини, так что она решилась отступить в Митаве же от исполнения тайных кондиций — не брать с собой Б. С переездом в Россию начинается для Б. счастливая эпоха, доставившая богатство и славу, как ему, так и всему его роду. В 1730 году 24 апреля он получает должность обер-камергера, которая, хотя назначалась нередко не за заслуги и не сопровождалась особенным повышением в служебной иерархии, тем не менее, отнесенная ко второму классу гражданской службы, сразу доставила Б. звание, поставившее его выше сенаторов. В том же году он был награжден Александровской и Андреевской лентами и возведен императором Карлом VI в графское достоинство римской империи (12 августа). Новою наградою, выпавшею на долю Б. и его рода от милостивой императрицы, было возведение его в звание владетельного курляндского герцога. В 1737 г. умер Фердинанд, последний представитель дома Кетлеров, бездетным. Польша, основываясь на условиях гродненского сейма 1589 г., требовала присоединения Курляндии к своим владениям. Между тем еще Петр Великий, видя довольно независимое от Польши положение Курляндии, захотел распространить на нее сферу своего влияния. Выдавая замуж свою племянницу Анну Иоанновну за курляндского герцога Фридриха Вильгельма, он заключил с герцогом договор, по которому тот обязался, что герцогиня, в случае ее вдовства, будет получать ежегодно содержания по 40000 руб. Но плохие финансы Курляндии не позволяли преемнику Фридриха Вильгельма, умершего на другой же год после женитьбы (1711), выполнять это условие. Тогда Петр устроил новую сделку: потребовал 28 коронных имений в обеспечение правильного платежа указанной суммы, поручив управлять этими имениями Петру Бестужеву. Отдаваемые в аренду имения приносили значительный доход России, а пребывание там управляющего давало возможность следить за положением дел в Курляндии и оказывать свое влияние. В правление Екатерины и оно было уже на столько велико, что А. Д. Меньшиков пытался стать герцогом курляндским. Но тогда было сильно и западное влияние, клонившееся к признанию зависимости Курляндии от Польши. Вероятно, воспоминания о прежней зависимости, религиозные опасения и слабое вмешательство западных государств (австрийского и прусского), были причиною того, что объявление в Курляндии герцогом Б. (правда, в то время, когда там стояла наготове русская армия), не возбудило открытого протеста, и таким образом состоялся задуманный Петром план полного вмешательства в дела Курляндии. По случаю заключения Белградского мира, герцог Б. получает последнюю награду от императрицы 500000 р. (14 февраля 1740), вложенные в золотой бокал, осыпанный бриллиантами. Вскоре после празднования этого мира, императрица захворала и весьма опасно. Б. уже на столько привык к власти, что стал мечтать об удержании ее и после смерти Анны Иоанновны. Обстоятельства того времени не были неблагоприятны для осуществления намерения Б. Анна Иоанновна объявила наследником престола после себя Иоанна Антоновича, только что родившегося от брака Анны Леопольдовны с Антоном Брауншвейгским. Ближайшими опекунами новорожденного императора должны были быть его родители. Но неумный Антон и бездеятельная и беспечная Анна Леопольдовна представляли очень плохой залог благоденствия России под их управлением. Императрица хорошо сознавала это и потому медлила назначением регента. Б., которому приходилось опасаться отстранения от управления по смерти государыни, и решил воспользоваться этими обстоятельствами; когда окончательно убедился, что болезнь Анны Иоанновны должна иметь смертельный исход. При помощи придворной партии и ее главных представителей: Миниха, А. П. Бестужева-Рюмина, Черкасского, Головина, Остермана и др. ему удалось склонить императрицу за день до смерти подписать указ, которым он назначался регентом до совершеннолетия принца Иоанна Антоновича. Но недолго пришлось Б. держать в своих руках верховную власть. В ночь с 8 на 9 ноября Миних, с согласия принцессы Анны Леопольдовны, арестовал Б., ближайших его родственников и приверженцев. На другой день Б. с семейством отвезен в Шлиссельбург, там низвергнутый регент Б. предан суду и 18 апреля 1741 г. обнародован манифест «о винах бывшего герцога курляндскаго», из которых наибольшими были признаны: отсутствие в Б. религиозности, насильственный захват обманом регентства, намерение удалить из России императорскую фамилию с целью утвердить престол за собой и своим потомством, небрежение о здоровье государыни, «малослыханные жестокости», водворение немцев, усиление шпионства и друг.
Столь тяжелые «вины» дали возможность комиссии по делу Б., окончившей занятия через пять месяцев, присудить его к четвертованию. Но Анна Леопольдовна смягчила этот приговор, повелев лишить его чинов, знаков отличия, всего имущества и с семейством сослать в городок Пелым, близ слиянии двух рек Пелыми и Тавды (ныне слобода Тобольской губ., туринского у.), на расстоянии около 3000 верст от Петербурга. 13 июня 1741 г. офицеры измайловского полка Викентьев и Дурново повезли Б. и его семейство, под конвоем, из Шлиссельбурга. Они ехали тихо, с частыми и продолжительными роздыхами и прибыли в Пелым лишь с начале ноября.
Здесь для Б. был построен, по плану Миниха, особый дом, который, впрочем, скоро сгорел и Б. был помещен в доме воеводы. На содержание ссыльных назначалось более 5000 р. в год, для услуг их были приставлены два лакея и две женщины. Такой быстрый и внезапный переход от могущества и неограниченного самоуправства к ничтожеству и забвению тяжело отозвался на характере Б. и его физическом здоровье: он сделался мрачным и задумчивым, впал в тяжкое уныние и, страдая физически, стал готовиться к смерти. Начало следующего года (1742) доставило Б. некоторое утешение в его душевных страданиях и породило надежду на облегчение их, так как тогда вступила на престол Елисавета Петровна, которой он оказал, во времена своего могущества, несколько услуг. Императрица, действительно, вспомнила об опальном герцоге и перевела его в Ярославль. Хотя прежние тяжелые условия его жизни здесь и были несколько облегчены, но тем не менее и новая обстановка не повлияла его угнетенного морального состояния, еще осложненного постоянным нездоровьем, сюда присоединились еще вечные ссоры с приставленным к нему офицером Дурново, перешедшие потом в явную вражду, и бегство и переход в православие его дочери. Такая жизнь продолжалась для Б. вплоть до вступления на престол Петра III. Великодушный император, явивший свою милость едва ли не ко всем лицам, пострадавшим в предыдущие два царствования, даровал свободу и Б., призвал его в С.-Петербург, возвратил ордена и знаки отличия, но не исполнил его просьбы вернуть Курляндское герцогство, так как имел в виду возвести в звание курляндского герцога своего дядю, голштинского принца Георга. Но ни этому намерению, ни другим его начинаниям в немецком духе осуществиться не пришлось. Императрица Екатерина II отдала Б. герцогство (22 авг. 1762) и отпустила его в Курляндию (23 авг.). 7 лет правил Б. Курляндией и в исходе 1769 года передал управление своему сыну Петру. В 1772 году 17 декабря Б. умер в Митаве, имея 82 года от роду.
Время правления Бирона заклеймено в истории именем «Бироновщины». Почти все современники Бирона и большинство позднейших историков считали и считают время правления Анны Иоанновны, вследствие господства Бирона, самым бедственным временем для Русского государства. Несомненно, конечно, что личность Б., при его жестоком и надменном характере, разнузданном монаршим благоволением, не могла не возбудить к себе ненависти придворных, которым приходилось преклоняться и трепетать перед всесильным фаворитом. Тяжело, конечно, было русским боярам, роды которых терялись в глубокой древности, сносить надменную волю «выскочки иностранца» (как тогда называли Б.), нередко оскорблявшего даже в лучшем их чувстве — любви ко всему родному. Тяжела была для них и борьба с его все более и более возраставшим влиянием у императрицы, а после казни Артемия Волынского и невозможна. Но тем сильнее росла ненависть к Б., перешедшая затем в отвращение, которое, однако, нужно было тщательно скрывать: всякое неосторожное проявление даже малейшего недовольства возбуждало со стороны Б. жестокое преследование, начинавшееся нередко по одному подозрению или наговору. Простой народ, еще не успевший оправиться от Петровских войн, должен был напрягать последние силы для новых войн и походов, повод и цель которых для него были совершенно непонятны; с трудом выплачивая прямые подати и налоги, он теперь был привлечен еще к уплате недоимок, взыскание которых, производившееся с обычною в тогдашнее время жестокостью, привели к раззорении целые уезды, ложась своею непомерною тяжестью и на владельцев крестьян, и на областное начальство. Присоединившиеся сюда голод и мор и ужасное «слово и дело» еще более увеличивали народные бедствия. Все это, конечно, не могло способствовать установлению добрых отношений между правительством и народом. Последний очень скоро стал ненавидеть в лице его главного представителя Б., виновника всех бедствий, ниспосланных на Русское государство за измену православию. Редкое царствование и до этого времени, и после не сопровождалось более или менее сильными народными бедствиями, но настоящие бедствия, как исходящие от «еретиков», делались еще тяжелее, еще несноснее. Едва узнал этот народ об аресте Б., как стал предаваться самой восторженной радости, точно он вступал в новую, светлую и счастливую жизнь. Всего этого современникам, конечно, было достаточно, чтобы составить себе самое мрачное представление о царствовании Анны Иоанновны, но потомкам едва ли следует забывать, что правительство Б. предприняло немало мер и забот, весьма благодетельных для России, по отношению к военному сословию, к дворянству, образованию недорослей, городскому благоустройству, судопроизводству и т. д. Нельзя не признать и того, что и. войны: с Польшей и Турцией и союз с Австрией находят себе историческое объяснение, более правдоподобное, чем то, которое основывается исключительно на личных видах Б., и что жестокость, царившая при Анне Иоанновне, не была так беспримерна, как ее изображают.

Бируни 

Бируни Аль (Birouni Al) Абу Раихан Мохаммед бен Ахмед — знаменитый магометанский космограф, родился в 962 году, ум. в 1048 году. Кроме астрономии, физики и математики, Альбируни занимался также хронологией восточных народов, а в особенности индийских. Исторические рассказы, легенды, описания нравов и обычаев, имеющиеся у него, при этом, составляют неисчерпаемый источник материалов для истории Востока. Большинство произведений Бируни написаны на арабском яз., но есть также и персидские, a « Kittab attafhim» Бируни написан на обоих языках. Европейские библиотеки имеют некоторые из главнейших произведений этого автора. Э. Захау (Sachan) издал Б. «Chronologie orientalischer Volker» (Лейпц., 1878) и «Albirouni's India» (Лонд., 1887).

Бирюза 

Бирюза или Каллаит — голубой или реже ярко-медянково-зеленый минерал, являющийся в виде плотных, аморфных, почковидных или сталактитовых. натечных масс, в жилах, в крапинах и гальках. Аморфный на вид минерал. по исследованиям Бюккинга, состоит из мельчайших двупреломляющих пластинок. Не прозрачен, обладает раковистым и неровным изломом, твердостью — 6, уд. в. в 2,62 до 2,81 Химический состав сложный: Аl2(Р04)2+Al2(НО)6 +2Н2O с примесью фосфорнокислых солей меди и железа; состав соответствует прибл. 47% глинозема, 32% фосфорной кислоты и 21% воды, представляя иногда довольно значительные колебания, особенно в зеленых разностях. При прокаливании чернеет, с бурой или фосфорной солью дает реакции на медь и железо, пламя окрашивает в зеленый цвет, перед паяльной трубкой не плавится, в кислотах растворяется. Хорошие разности Б., употребляемые на украшения в качестве драгоценного камня, обыкновенно называют восточной Б. Главным месторождением следует считать Мааданское около города Нишапура к северо-западу от Герата в Персии; Б. образует здесь тонкую жилу в трахитовой брекчии. Проф. Романовским открыто еще другое среднеазиатское месторождение Кураминское ок. Ходжента, а Обручевым описано третье, Ибрагиматинское, в 50 в. от Самарканда по большой караванной дороге, идущей в Карнии, открытое одним сартом. Кроме того Б. известна в долине Мегара на Синае (в порфире и в сопровождении бурого железняка), в Египте, а малочисленные разности — также в Новой Мексике (в трахите гор Цериллос), в Неваде, Аризоне («Turquois Mountains»), в Силезии (иордансмюль), в Саксонии (Ольсниц). Благодаря своему красивому цвету, Б., не смотря на незначительную твердость, считается драгоценным камнем; называется она на иностр. языках — Turkis, Turquoise. Б. получается также искусственно через уплотнение осажденной фосфорно-глиноземной соли содержащей медь (фосфорнокислой соли меди Б. и обязана своим красивым цветом); под названием Б. продают также ископаемые кости и зубы, фосфорнокислыми солями меди и железа окрашенные в синий цвет; это так назыв. «костяная бирюза», или «одонтолит». В Оренбургской губ. на Урале, в Киргизских степях, во Франции, Германии, Швейцарии нередко встречается такая костяная Б., отличающаяся от каменной остатками структуры костей, меньшей твердостью, более легким весом, растворимостью в едком калии пригорелым запахом, издаваемом ею при нагревании.

Бисквит 

Бисквит (французское biscuit, от итальянского biscotto, т. е. печенный дважды) — означает легкое печение, которого тесто составляется главным образом из муки, яиц и сахара. Вкуснее всех — так называемые английские бисквиты (называемые иногда морскими сухарями), или кекс (cakes), первоначально производившиеся в Англии, а теперь фабрикуемые во всех странах. Они изящны по виду, питательны, легко перевариваемы, очень вкусны, хорошо сохраняются, почему особенно удобны во время путешествий. Кроме того, они делаются разного состава для разных целей, как напр. для детей, для больных, для шоколада, кофе, мороженного, для морских путешествий.

Битумы 

Битумы или битюминозные вещества — сборное название для встречающихся в ископаемом состоянии, жидких и твердых углеводородов, иногда в смеси с смолистыми или углистыми веществами. Сюда относятся: асфальт, отокерит, нефть и т. п. Бичер-Стоу (Гарриэт Beecher-Stowe), дочь Лимана Бичера — американская писательница, род. 14 июня 1812 г. в Лихтфильде (Коннектикут), долгое время была учительницей в основанной ее сестрой школе для девочек и в 1836 вышла замуж за Стоу, профес. богословия в Андовере (Массачусетс). В своих литературных произведениях она выступила горячей защитницей женского образования и уничтожения рабовладельчества. Ее роман «Хижина дяди Тома» (1852) явился как бы новым откровением. Не смотря на слабость в его художественном отношении, он в первом же году разошелся в Америке в 350000, а в общем в 600000 экземпл., выдержал 35 изданий в Англии и был переведен на 20 иностранных языков. Не мало читателей он нашел себе также у нас в России, где появление его совпало с кануном великой эпохи освобождения крестьян. В ответ на проклятия и обвинения, посыпавшиеся на Бичер Стоу за эту горячую проповедь освобождения негров со стороны рабовладельцев и их друзей, она выпустила в свет «Ключ»(«Key to Uncle Tom's Cabin»), в котором ясно доказала, что сюжет для романа прямо взят ею из жизни, часто даже до мельчайших подробностей. Другие ее произведения далеко уступают этому роману даже с художественной стороны. К ним принадлежат: «The mayflower» (1843, 21 вып., Бостон 1882); «Sunny memories of foreign lands» (Бостон, 1854, 2 т. ); «Dred» (Вост., 1856); «The mini sters wooing» (Вост., 1859); «Sam-Lawson's fireside stories» (там же, 1871); «My wife and I» (там же, 1872); «Old town folks» (7 вып., там же, 1871); «Palmetto leaves» (там же, 1873); «Footsteps of the master» (там же, 1876); «A dog's mission» (там же, 1881). Стихотворения Б. написаны преимущественно на религиозные темы. В 1869 она напечатала в одном американском журнале статью "The true story of lady Byron's Life (истинная история жизни жены Байрона), в котором возвела на великого поэта обвинение в прелюбодейном сожительстве со сводной сестрой. Статья вызвала всеобщее негодование в Америке и Европе, и хотя Б. попыталась оправдаться и подтвердить обвинение новыми фактами в книге «Lady Byron vindicated» (Бостон, 1869), но ей никто не поверил и вся эта история может быть объяснена только пуританской нетерпимостью среды, в которой Б. жила со времени своего замужества.

Блаватская 

Блаватская (Елена Петровна, ур. Ган) — писательница и спиритка, род. в 1831 г. в Екатеринославле. После неудачного замужества с 60 летним бароном Б., 17 летняя Б., покинув мужа, предприняла ряд полных приключений путешествий по Зап. Европе, Сирии и Египту, Сев. Америке, Индии и Центральной Азии. Свои путевые впечатления и наблюдения она описывала во многих журнальных статьях, отличающихся необыкновенным богатством фантазии и необычайностью приключений (в «Русском Вестнике» под псевдонимом Рад да-Бай). Обладая эксцентричным характером, Б. увлеклась мистическими учениями Востока и в 1875 вместе с англ. полковником Олькотом основала «теософическое общество», которое имеет целью: 1) образовать ядро всечеловеческого братства без различия пола, национальностей и религии; 2) изучать все философ, и религиозн. учения, особенно Востока и древности, чтобы доказать, что во всех их скрыта одна и таже истина; 3) изучать необъяснимое в природе и развивать сверхчувственные силы человека. Для распространения своих идей Б. издавала с 1887 журналы в Лондоне: «Lucifer, the Lightbringer» при содействии Анны Безант и в Париже «La revue theosophique» и «Lotus bleu». Отдельно издала еще «lsis unveiled», «The secret doctrine, the synthesis of Science, Religion and Philosophy» и «The key to theosophy». До своей смерти (26 апр. 1891) Б. оставалась президентом теософич. общества и среди своих немногочисленных почитателей и почитательниц пользовалась авторитетом высшего избранного для необычайных откровений существа. В сочин., как и в жизни Б., трудно провести границу, где кончается сознательный или бессознательный обман и самообман и начинаются искреннее увлечете мистикой или простое шарлатанство.

Благо

Благо, добро (греч. agaJon, лат. bonum, фр. bien, нем. Gut, англ. good. ) — понятие, издавна занимающее философов мыслителей, играющее важнейшую роль в области общественной, экономическо-социальной, и потому входящее и в сферу государственной политики, вызывающее определенные стремления и мероприятия политического союза — государства.
1) Понимая под благом в обширном смысле удовлетворение человеческой потребности или стремления, а потому и цель каждого стремления, мыслители еще древнего классического Mиpa (Платон, Аристотель и многие различные школы, их учения развивавшие). разъяснили: во первых, что самое понимание блага субъективно, почему и стремления людей весьма различны; во вторых, что тем не менее, каждое благо есть цель, для достижения которой является человеческое стремление, деятельность, предприятия человека; в третьих, что, не смотря на субъективное понимание, блага человеческие в обобщении могут представить три категории: 1) материальные блага, достижение которых доставляет человеку чувственное наслаждение, удовольствие; 2) духовные блага — понимание красоты и истины, доставляющее духовное наслаждение, удовлетворение разумным стремлениям человека; 3) спокойствие духа, рождающееся от сознания выполнения обязанности — нравственное благо, добродетель; 4) наивысшее благо — eudaimonia, благополучие, заключающееся в достижении всех благ, к которым стремится человек, есть наиважнейшая цель человеческой жизни, которой соответствует и самая высокая деятельность политическая, возможная только в государстве, почему древними мыслителями государство и рассматривалось, как средство для достижения благополучия.
Христианская религия значительно расширила воззрения на благо, сильно подняв представления человека о целях и задачах человеческих стремлений. Великая проповедь Христа о всепрощающей христианской любви и о любви к ближнему в корне изменяет представление о благе: благом уже представляется не только удовлетворение собственным интересам и выгодам, но и доставление выгоды другому. Господствовавшее до тех пор начало эгоизма ставится рядом с новым, твердо и величественно поставленным началом альтруизма: не только собственное благо, но и благо другого составляет действительное благо человека. Высокое христианское учение о братстве и братской любви только постепенно делается достоянием человечества. Долгий период варварства и толкователей исказителей отодвинул человечество от верного понимания указанного христианством понятия всестороннего блага. Но, чем ближе к нашему времени, тем более растет эта, сколько простая, столько и величественная истина об альтруизме, который стремится постоянно умерять эгоизм, и может вести вперед, к новому расцвету все виды и формы человеческого единения.
Когда после средневекового гнета и тяжких недоразумений, жаждавшие мысли обратились к творениям древних мыслителей, этика последних, их воззрения на благо и благополучие подействовали на первый раз чарующим образом, и в XVI и XVII ст. возник целый ряд эвдаймонических теорий, разъяснявших и толковавших более или менее удачно учение Аристотеля и продолжавших его школ. Но наступила и критика воззрений на государство, как на средство обеспечить благополучие, а вместе с тем и критика воззрений на благо. Нечто новое, сравнительно с философами, подражателями древних, говорит знаменитый Бакон:
Этика, долженствующая положительным методом разобрать образ действий человеческой воли, указывает идеалы добра и способ, которыми человек может его достигать. Идеал добра вытекает из двоякого естественного стремления человека: сделаться самостоятельною личностью и сделаться при том частицею какого нибудь большего (общественного) целого; первое составляет благо частное, второе — благо общественное. Особенную широту воззрений в области исследования начал этики проявил мыслитель XVII ст.
Лок, очистивший парадоксальное учение Гоббcа об эгоизме, и сделавшийся любимым учителем англичан. Рассуждая о благе, он считает нравственным принципом человеческой деятельности стремление к счастью и разбивает совершенно Гоббcа, полагавшего, что в естественном состоянии у человека есть возможность действовать совершенно по своему произволу, а в государстве человек может действовать и стремиться не иначе, как при полном повиновении. Локк доказывает, что и в естественном состоянии и в государстве человек пользуется и должен пользоваться свободою, ограничиваемою только благом других. Эти идеи его были развиваемы многими англ. мыслителями в так называемых системах доброжелательства. К таким же приблизительно выводам еще ранее пришел Декарт, из идей которого и вышли толкования Пуфендорфа и Томазия. Особенно жe сильно повлияла на немецких ученых разъяснением альтруизма, как любви человека к ближним вследствие любви его к Богу, этика Спинозы. Французскиe мыслители конца XVIII ст., подготовившиe почву для теории утилитаризма, которую так блистательно развил Бентам, ставивший целью государства возможно большее счастье для возможно большего числа людей и критическая философия Канта, разъяснившая юридические задачи государства — привели мыслителей XIX стол. к воззрениям, хотя и разнящимся в подробностях относительно блага и благополучия, но все более и более приближающимся к верному пониманию евангельского учения о благе, заключающемся в христианской любви к ближнему.
II. В экономическо-социальном отношении под благом разумеется все, что имея ценность, может иметь и рыночную цену, следовательно в обширном смысле разумеются все имущественные блага. На немецком языке Gut, и на французском bien имеют и специальное значение недвижимого имущества. Имущественные блага создаются, приобретаются, меняются, распределяются на основании внутренних, управляющих хозяйственною жизнью экономических законов, изучаемых политическою экономиею. Приобретение ценностей или вещей, как отдельных, так и совокупности таких имущественных благ, имущества, влияет на общественное положение каждого человека, порождает различные общественные классы, зависящие от количества имущественных благ, которых достигает, и которыми пользуется каждый. Различие таких классов, взаимное отношение их и взаимное влияние, переходы людей из одного класса в другой в связи с созданием различного рода человеческих единений, передвижение имущественных благ, и движение самих классов, восходящее и нисходящее, происходит на основании внутренних, управляющих общественною жизнью социальных или общественных законов, изучаемых социологиею или обществоведением.
III. Количество всякого рода благ и способы распределения их между членами общества, составляющего политический союз — государство, предопределяет могущество и политическое значение последнего. Потому задачею государства и предметом особой его политической или полицейской деятельности должно быть создано таких общих и одинаковых для всех условий, при которых законные стремления граждан к достижению благ были бы для всех и каждого возможны. Такая государственная деятельность опирается на умение согласовать нормы положительного закона с требованием естественного закона развития и законов экономического и социального. Методы такого соглашения и причины различного достижения разными государствами такой политической цели изучает наука «Полицейское право».
Проф. И. Андреевский.

Благовест 

Благовест — звон в колокол для извещения о начале богослужения пред церковною службою, и во время службы, по определению церковного устава. Устав определяет характер звона в известные дни, напр., благовест к великопостному богослужению бывает косный и медленный, а в большие праздники более продолжительный и менее косный. Иногда уставом указывается и самый колокол для благовеста, напр., в простые дни великого поста Б. производится в средний, простодневный колокол, а в Пасху «ударяют в великий кампан». В некоторых случаях церковный устав определяет даже и количество ударов в колокол, напр., при начале третьего Часа, «кандиловжигатель взем благословение у настоятеля, и сотворив поклон. изшед ударяет в кампан трижды, а пред великим повечерьем бьет в било двенадцать раз».
П. В.

Благовещение 

Благовещение — общее значение этого слова: — добрая, радостная весть (euangelion) благовестие, тоже что и Евангелие, а частное указывает на праздник Благовещения (EuangelismoV, annuntiatio), бывающий 25 марта. В этот праздничный день церковь вспоминает возвещение архангелом Гавриилом в галлилейском городе Назарете Пресвятой Деве Марии, недавно пред сим обрученной Иосифу, тайны воплощения от Ней Бога-Слова (Лук. 1. 26 — 38). В церковной службе этого праздника изображаются разные обстоятельства этого события. Тропари канона представляют как бы беседу архангела Гавриила с Пресвятою Девою. Так как от времени бессемянного зачатия Сына Божия полагается начало спасения рода человеческого, то Церковь в день Благовещения неоднократно возглашает: "днесь спасения нашего главизна и еже от века таинства явление... " (тропарь). Праздник этот церковь причисляет к великим двунадесятым. Еще св. Иоанн Златоуст называет его первым праздником (prwth eorth) и корнем (rixa) праздников. Крайние термины, с которыми совпадает праздник Благовещения: четверг З-й недели Великого Поста и среда Светлой Седмицы. Церковное празднование зависит от времени, в которое случится этот праздник. Если он случится прежде Лазаревой Субботы, церковь празднует его три дня; если в эту субботу — два; если в Страстную или Светлую Седмицы — один день. Но по величию праздника он не отменяется даже и в Пасху, и пост ради этого праздника ослабляется. По этому шестой Вселенский собор 52-м правилом постановил в день Благовещения совершать литургию св. Иоанна Златоуста, и не прежде освященных даров. которая совершается в Великом посту. И в народе день Благовещения считается величайшим праздником, в который должен быть общий покой и радость. Праздник Благовещения принадлежит к древнейшим праздникам в честь Богородицы. Мы имеем указания на него от IV века. Прежде всего празднование этого дня установилось, предполагают, в Константинополе или в Малой Азии. 0пределение времени праздника Благовещения, может быть зависело от праздника Рождества Христова: Рождество бывает 25 дек., а Благовещение 25 марта. Некоторые древние писатели время этого праздника, 25 марта, ставят в некоторой связи с сотворением мира, конечно, без твердых к тому оснований. «Сотворениe человека было в 25-ый день марта; а посему и Гавриил в этот день послан был благовестить Деве нетленное от Нее воплощение Спасителя и предвозвестить ей имеющее совершиться чрез Нее спасение человеков. Ибо прилично, чтобы согрешивший и воссоздан был в такое же время, в какое создан». Так рассуждал в VI в. apxиепископ антиохийский Анастасий.
В. П.

Благодать 

Благодать (cariV gratia). — На богословском языке благодатью называется божественная сила, даруемая от Бога человеку для спасения. Греховность всех людей, как потомков Адама, и неспособность их собственными силами загладить грех, примириться с Богом и совершить свое спасение, а вместе с этим и необходимость божественной благодати для спасения были с первых времен общепринятыми истинами в Христианской церкви. Самое воплощение Бога Слова всегда рассматривалось как домостроительство Божие (oikonomia Jeon) к спасению человека: спасение падшему человеку дано Богом во Христе. Но в этих общих положениях заключается много частных понятий, потребовавших с течением времени точных определений: как усвояется отдельным человеком дарованное людям спасение? Что при этом первое и важнейшее — божественная благодать или человеческая воля? И наконец, как и в чем именно проявляется деятельность той и другой? Восточные отцы, признавая вполне необходимость благодати для спасения человека, в то же время не отрицали и свободную деятельность человеческой воли, чтобы этим последним отчасти устранить гностико-манихейские воззрения на зло, как на естественную необходимость. Западные учители, признавая человеческую волю, ослабленную грехом, немощною для совершения спасения, первое и особенное значение придавали божественной благодати. Но во всяком случае все эти понятия как на Востоке, так и на Западе не имели детального развития и точнейшего определения и не были приведены в строгую систему до V века. В это время поставлен и развит был вопрос о спасении, так называемый автропологичесий, и чрезвычайно занимал Запад тогда, как Восток волновался вопросом о лице Христа, так называемым христологическим. Главная заслуга в решении этого вопроса принадлежит блаженному Августину, епископу иппонскому (Hippo regius) — в Северной Африке. Бл. Августин приведен был к своей системе отчасти опытом своей личной жизни; но точно и резко определил свою систему в полемике с британским монахом Пелагием. Пелагий учил, что человек может достигнуть святости и спасения своими собственными силами, не считая необходимою при этом бож. благодать. Такое положение Пелагия вытекало из его понятий о первобытном состоянии человека и о первом грехе, как случайном факте, после которого природа человеческая осталась такою же, как и до греха (res integra); поэтому грех Адама не отразился на его потомках и они находятся в таком же положении, как и Адам до грехопадения — только что вышедший из рук Творца.
В противоположность Пелагию Августин признает волю человека недеятельною при совершении спасения, а обращение и спасение человека приписывает исключительно одной божественной благодати. Эти положения он выводить из понятий о первобытном состоянии и о последствиях первого греха. Основные мысли системы Августина можно изложить в следующих кратких положениях: Бог — совершенная святость и единственное начало святости в людях. Он не может ничего хотеть кроме добра; эта необходимость есть единственная истинная свобода. Воля человеческая может почитаться свободною в том только случае, когда она проникается волею Божиею и исходя от Бога, определяет себя к добру. Сам по себе, как простое дитя природы, вне Бога, человек раб греха. Он руководится лишь естественными побуждениями и управляется вожделением (concupiscentia), которое противится добру, т. е. воле Божией, открывающейся в совести. Правда, человек в естественном состоянии имеет произволение (arbitrium), но оно не свободно, так как избирает только зло. И теперь человек сознает, по свидетельству совести, что он делает не то, что должен делать и желает не того, чего должен желать. По этому надо заключить, что настоящее состояние человека, настоящее его рабство греху, не может быть его нормальным и первоначальным состоянием. Созданный по образу Божию, человек должен быть чистым сосудом воли Божией. Настоящее состояние человека произошло от того, что он лишил себя единения с Богом, заменив волю Божию своею. Эта самостоятельность лишила человека невинности первобытного состояния (status originalis). После первого греха изменились свойства человеческой природы; падениe (lapsus) было упадком природы (labes nаturae). Все потомки Адама наследовали от него и его природу с ее свойствами. Таким образом грех первородный (peccatum originale) есть грех природный (р. naturale) и вследствие этого наследственный (р. hereditarium). И так, человек, созданный по образу и подобию Божию, в грехопадении утратил богоподобие и все соединенные с ним преимущества. Если бы человек устоял в союзе с Богом и не заменил воли Божией своим самолюбием, присущая его природе возможность не грешить и не умереть (posse non peccare et mori) обратилась бы в невозможность согрешить и умереть (non posse peccare et mori), а после грехопадения для него не возможно не грешить и не умереть. Таким образом не может быть речи о свободе человека, о добрых делах, а следовательно и возможности для него совершить свое спасение.
Спасение человека может быть только от Бога, и Он. совершает спасете человека. В Ветхом Завете посредством закона Бог сделал для человека ясным его печальное состояние и заставил почувствовать бедствие греха, чтобы человек научился ожидать спасения от Бога. В Новом Завете во Христе дано спасение людям. Бог сделался человеком, чтобы возродить и освятить человеческую природу, 0тдедьный человек может усвоить себе данное людям спасете не иначе, как при содействии и помощи Божией, которая и есть благодать. Она совершает в человеке спасение многоразличными действиями. Сначала располагает человека к покаянию и пробуждает сознание необходимости божественной помощи для спасения. По этой деятельности она называется благодатью приготовляющею и предшествующею (gratia praeparans, praeveniens). Потом, возбуждая веру и любовь ко Христу, вводить в общениe с Ним; и в силу этого, чрез усвоениe себе заслуг Христа, человек получает прощение грехов и силы к добру — возрождается. Это — благодать действующая (gr. ореrans). Теперь человек может свободно определять себя к добру; но так как и в возрожденном человеке все еще остается ветхий Адам с его греховными похотьми, то для дальнейшего преуспеяния в святой жизни и теперь нужно божественное содействие и вспомоществование. Благодать, руководящая человеком на этой стадии его нравственного развития, называется благодатью, содействующею (gratia cooperans). Она сообщает человеку в борьбе его со грехом дар постоянного пребывания в добре (donum perseverantiae); и человек, наконец, настолько проникается святою волею Божиею, что не может хотеть иного, чего хочет Бог. Эта свобода чад Божиих есть единственно истинная свобода; в ней жизнь вечная и блаженство. Источник всякого блага Христос; все, что не от Него исходит, грех. Поэтому о добродетелях язычников не может быть речи. Августин называет их «блестящими пороками». Если ветхозаветные отцы оправдались и спаслись, то только потому, что они восприняли Христа ожидающею верою.
Спасение человека совершает Бог по своей благодати и чрез благодать; без этого условия невозможно спасение. Но какое же участие принимает при этом сам человек и в чем проявляется деятельность его воли? Ответы на эти вопросы резко определили и совершенно докончили систему блаж. Августина. К окончательным выводам он пришел постепенно и не без некоторого колебания. Первоначально, до 395 г., он признавал некоторое участие воли в спасении и собственно в получении благодати. От воли зависит открыть или закрыть себя для действий благодати. Вера признается органом для восприятия спасения чрез благодать. Благодать назначена от Бога для всех людей, но получают ее только те, которые стремятся к ней; они и спасаются. Если же другие не получают благодати и погибают, в этом их собственная вина. Бог не вменяет человеку присущую ему греховность, но осуждает за нежелание получить дарованное спасение. Таким образом благодать предлагается всем, и получение или неполучение ее зависит в некоторой степени от самого человека. Впоследствии Августин, после внимательного изучения апостола Павла, 10-й гл. Послания к Римлянам, и припоминая свое собственное обращение, пришел к другим определениям. Именно: человек, будучи вне благодати рабом греха, не может определять себя к такому добру, как вера. Вера не может предшествовать благодати; она скорее ее последствие. Благодать дается не потому, что человек верит, а для того, чтобы он верил. Благодать, как благодать, не может быть приобретена заслугами человека: она дается помимо всяких заслуг и без всяких заслуг, даром (gratia gratis data). Эти мысли привели Августина к его знаменитой теории о божественном.
Пелагианство было осуждено церковью как на Западе, так и на Востоке. и учение Августина о греховности человека и невозможности спасения без божественной благодати признано правильным. Но учение Августина о предопределении церковью принято не было. Православная церковь, отрицая вместе с Августином пелагианское учение о свободе воли, могущей совершить спасение, в тоже время признает, что человек имеет на столько свободы воли, чтобы любить добро и избирать его, что отрицает Августин. Она вместе с Августином признает, что человек не может достигнуть нравственного совершенства. и спасения без благодати; и в тоже время утверждает, что и после грехопадения у человека осталась сила желать благодати и стремиться к ней, чего не допускает Августин. Споры о благодати и предопределении не кончились в V в.; они имели долгую и разнообразную историю, весьма влиятельную в области богословской науки и церковной жизни. Даже в церкви Западной, не смотря на почтение к блаж. Августину, положение об участии человеческой воли в получении благодати и в спасении было господствующим. Но как велико это участие и в чем именно оно выражается разные богословы мыслили различно. Долгие и оживленные споры об этих вопросах с XIII в. вели два важнейшие и влиятельнейшие ордена, соперничавшие и в влиянии на жизнь и в учености, доминиканцы и францисканцы; первые назывались томистами, по имени доктора своего ордена св. Фомы Аквината (умер 1274), а вторые — скотистами — от Иоанна Дун-Скота (умер 1308). Томисты держались чистого учения блаж. Августина; скотисты защищали мнения полупелагианския. Практика Западной церкви в средниe века была проникнута пелагианскими или, по крайней мере, полупелагианскими теориями. Потому почти все важнейшие противники Западной церкви в средние века и, так называемые, предшественники Реформации (Виклеф, Гус) в своей борьбе против папства становились под знамя блаж. Августина. Таким образом, великий учитель Запада, святой, особенно чтимый в латинской церкви, в продолжение многих веков был ее постоянным обличителем. С появлением Реформации в XVI в. учение Августина сделалось основным догматом новой догматики и могущественным средством для ученой борьбы с папством. Лютер, в своем со чинены «De Servo arbitrio», написанном в опровержение сочинения Эразма Роттердамского «De libero arbitrio», в самых резких выражениях отрицает свободу человека и провозглашает единую деятельность благодати в спасении человека. «Воля человеческая», говорил Лютер, «походит на лошадь. Сядет на нее Бог, она бежит, куда Бог хочет и направляет; сядет на нее дьявол, она бежит, куда ее дьявол гонит. Все совершается по неизменному определению Божию. Бог производить в нас добро и зло; спасает нас без нашей заслуги и обвиняет без вины». Это учение было изложено в Катехизисе Лютера и в Аугсбургском исповедании 1530 г. Потом Меланхтон в целях нравственных и, может быть, иринических несколько смягчил это учение и признал, что при обращении божественной благодати оказывает некоторое содействие и человеческая воля. Учение, что водя имеет способность по собственному побуждению принимать благодать (facultas se applicandi ad gratiam) было внесено и в лейпцигский интерим. Строгие лютеране сильно протестовали против такого искажения первоначального лютеранского учения и между лютеранскими богословами завязался весьма ожесточенный спор, так называемый синергетический. Формула соглашения (Concordia, Koncordienformel) возобновила строгое Августиново учение и, устраняя синергизм, выразительно говорила, что после грехопадения в человеке не осталось ни искры (ne scintilla quaedam) духовных сил для самостоятельного усвоения благодати, и что до своего обращения благодатью человек может только противиться ей, и при обращении совершенно пассивен. Ему принадлежит только гражданская праведность (justitia civilis), т. е. способность удерживаться от грубых грехов и преступлений, запрещаемых законом, и при этом не из любви к Богу и добру. Такой взгляд сделался принадлежностью протестантской ортодоксальной догматики, но все-таки у многих богословов нередко обнаруживалось стремление признать хоть некоторую деятельность воли при обращении. Лютер и первые лютеранские богословы принимали и учение Августина о предопределении. Меланхтон смягчил это учение и даже формула соглашения (Koncordienformel), признавая предопределение, понимает его не так, как Августин. Впоследствии большинство лютеранских богословов заменили Августинское понятие о предопределении предвидением Божиим. Реформаты удержали целиком учение Августина о благодати и о предопределении. Из-за учения о предопределении в реформатстве возник раскол арминианский. Собор в Дордрехте осудил арминианское смягченное учение и утвердил строгое кальвинское. Римская церковь на Тридентском соборе утвердила, что человеческая воля может содействовать спасающей благодати. Между доминиканцами. почитателями строгого учения Августина и иезуитами, державшимися синергизма и даже пелагианства, возникли ожесточенные споры, и папа Климент VIII, не желая высказать решительного мнения, для решения спорного вопроса учредил особую комиссию 1598 года — Congregatio de auxiliis gratiae, которая. протянув время, не сказала решительного мнения, что и нужно было. Более жестокий и опасный спор о благодати возгорелся во Франции и Нидерландах по поводу сочинения Корнелия Янсения, еп. ипернского «Augustinus», в котором была развита ненавистная иезуитам система Августина. За иезуитов были власти, а на стороне янсенистов стояли люди науки и искреннего благочестия. Спор произвел громадное впечатление на общество и притом далеко не в пользу иезуитов и папского авторитета.
П. Васильев.

Благотворительность 

Благотворительность — как проявление сострадания к ближнему и нравственная обязанность имущего спешить на помощь не имущему, была совершенно чужда классической древности. Древние греки и римляне старались по возможности избегать самого вида. нищеты, которая внушала им одно лишь отвращение и ужас; встретить нищего считалось даже дурным предзнаменованием. Иногда римскиe писатели как будто возвышались до понятия человечности и рассуждали о сострадании. Выкупать пленных, обогащать бедных, говорит Цицерон, значить тоже служить государству. У Плиния находим прекрасные слова о том, что нужно разыскивать и поддерживать тех, кто находится в нужде, окружая их как бы товарищеским союзом. Так мыслили и так поступали лучшие люди Рима Но обычная Б. римских богачей носила другой характер: это была собственно не Б., а тщеславная расточительность. В идее эта щедрость имела в себе нечто похвальное: богатые граждане считали своим долгом принимать на себя издержки по удовлетворению разных городских нужд, брали на себя устройство амфитеатров, терм (бань), храмов, исправление мостовых и т. п. Таким образом богатство налагало на богача как бы общественную повинность служить на пользу общую, оказывать щедрость (munificentia) на пользу сограждан и государства. Но продукты этой щедрости — общеполезные сооружения и мероприятия — должны были делаться достоянием не только бедных, но и богатых. Б. в истинном смысле этого слова является вместе с Христианством. Божественный Учитель Христианской религии начал свою проповедь о царстве Божием с того, что призвал в него и обещал в нем блаженство всем обездоленным, всем плачущим, алчущим, жаждущим и гонимым, труждающимся и обремененным. Проповедь христианская проникала до глубины человеческого сердца, и одним из первых ее действий было обнаружение любви к ближнему. Первые уверовавшие во Христа в Иepycaлиме, под влиянием охватившего их религиозного порыва отказывались от частной собственности, продавали свои имения и раздавали всем нуждающимся (Деяния Апост., II, 44).
Первая христианская должность была учреждена апостолами собственно для целей благотворительных: семь человек поставлены были для служения трапезам, т. е. для заведывания имущественными средствами христианской общины и для справедливого распределения их между нуждающимися. Когда в первом же веке новой эры голод дважды посетил Палестину, новообращенные жители Антиохии, Македонии и Греции присылали богатую милостыню. Таковы первые исторические проявления неразрывной связи между Христианской религией и благотворительностью. Когда Христианство восторжествовало в Римской империи, то торжество это ознаменовалось созданием разного рода богоугодных заведений, которых во времена язычества совсем не существовало. Отцы церкви неустанно призывали к Б. и указывали на нее, как на одну из главнейших добродетелей Христианства. «Лишний хлеб, сберегаемый тобою, говорит св. Василий Великий, принадлежит голодному, лишнее платье нагому, а серебро, зарытое тобою — бедному». «Всякий раз, восклицает св. Златоуст,. когда мы не будем совершать милостыни, мы будем наказываемы, как грабители». Но обращаясь к богатым с самыми настоятельными увещаниями, они в тоже время объявляли, что ничего не хотят предписывать относительно количества милостыни, предоставляя это сердцу каждого. С течением времени это высокое учение приняло в Римской церкви другой характер: целью благотворения стала не поддержка ближнего, не помощь страждущему, а воздаяние за милостыню, за отчуждение излишка. Благодаря такому взгляду на Б., которая совершалась более во имя Бога, чем во имя бедных, увеличивалось количество подаяния, но совершенно оставлялось без внимания распределение их. Дело шло уже не об уменьшении страданий, не о предупреждении нищеты, а о приобретении вечного блаженства за отчуждение излишка. Проповедуя, что желающие получить жизнь вечную должны уделять часть своих имуществ в пользу бедных и в пользу церкви, как кормильцы бедных, средневековая церковь весьма по следовательно сосредоточила в своих руках все дело призрения бедных и самые имущества свои обыкновенно называла достоянием бедных. Главным органом церкви в деле благотворительности явились монастыри, при которых с течением времени образовались громадные фонды. Так, напр., в Англии, в начале XVI стол., немного менее одной трети всех обработанных земель составляли собственность монастырей, и со времен англо-саксов церковное законодательство выставляло требование о затрате на бедных одной трети церковных доходов. Но Б. монастырей, которая главным образом состояла в устройстве даровых трапез, в раздавании милостыни, более плодила нищенство, чем уменьшала бедность. Когда же во времена Реформации монастыри были закрыты, собственность их секуляризована. то оказался обширный контингент нищих по профессии, бродяг по ремеслу, для которых иссяк единственный источник их пропитания. В тоже время совершался глубокий переворот в экономической жизни Зап. Европы — переход от натурального хозяйства к денежному, который сам по себе усиливал бедность и вызвал развитие того нищенства и пауперизма, с каким мы встречаемся начиная со второй четверти XVI стол., особенно в Англии. Неимущая братия, подкрепленная свежими кадрами недавних тружеников, согнанных с насиженных мест, отхлынула от закрывшихся монастырских трапез по направлению к городским и промышленным центрам, ища и, конечно, не находя сразу нужных ей заработков. Неуспех первых по времени эмигрантов парализовал энергию остальных: нечего было спешить в город, где квартирная плата и цена на продукты первой необходимости все более и более возрастали, благодаря самому наплыву новых пришельцев. Ничто не мешало медлить на пути, снискивая пропитание милостынею, а при недостатке последней, не только более или менее ловким обманом, но и ночным грабежом. Нищенство стало угрожать общественной безопасности, и правительства не могли оставаться равнодушными к этому грозному явлению, принимавшему все большие и большие размеры. Сначала правительства думали бороться с ним мерами чисто карательными: нищенство и бродяжничество облагались суровыми наказаниями (в Англии, напр., наказание плетьми с отрезыванием верхушки правого уха), но опыт постепенно заставил их перейти от системы чисто карательных мер к организации призрения бедных на началах общественно — принудительных, причем первоначально частная Б., как условие, содействующее развитию нищенского промысла, строго воспрещалась. Здесь же заметим, что никогда общественнопринудительное призрение бедных, как бы оно ни было развито, не может заменить и сделать излишней частную Б. И это справедливо не только по отношению к необходимым материальным средствам, но еще более потому, что истинная помощь бедному скрывается от глаз наблюдателя. По высокой заповеди Спасителя левая рука в этом случай не должна знать, что делает правая. И чем же закон заменят частную Б? Может ли холодная, сухая помощь правительственного или общественного учреждения заменить теплую братскую помощь христианина? Дело призрения бедных нуждается не в одних только материальных средствах, не менее необходимы личные усилия благотворителей, индивидуальные заботы о бедняке. Тогда только могут быть достигнуты действительные результаты, тогда только могут быть надежды на исцеление данного случая бедности, а не на одно только продление агонии. Замечательный пример сочетания обязательного общественного призрения с личным служением благотворителей своему высокому призванию представляет так называемая Эльберфельдская система городской Б. Система эта соединяет гуманную идею индивидуальной и бескорыстной заботы о нуждающемся ближнем с строгим порядком и продуманной организацией, свойственной союзу, охватывающему весь город, и стремится не только к тому, чтобы поддержать нуждающегося, но и к тому, чтобы вывести из нищеты получающего подаяние и нравственно поднять и воспитать как принимающего милостыню, так и дающего ее. В основу этой системы, введенной городом Эльберфельдом еще с 1852 г., положено убеждение, что каждый призреваемый должен быть изучаем во всех своих индивидуальных особенностях. Управление призрением бедных в Эльберфельде сосредоточено в руках особой депутации из городского головы, 4 членов городского совета и 4 членов, выбранных из граждан. Весь город разбит на 31 округ, а в каждом округе есть несколько попечителей о бедных (всего 434). Каждому попечителю приходится иметь дело не более, чем с 5 — 6 бедными семьями, которые он может изучить во всех подробностях их быта. Они и обязаны исследовать причины нужды тех, кто обращается за пособием, расходовать городские суммы, составлять сметы и т. д. Все нуждающиеся разделяются на 2 основные класса: способных и неспособных работать. Вторые всегда имеют право на призрение, если нет лиц (родных), которые обязаны их содержать. Первые же получают пocoбиe в тех случаях, когда обнаружится, что они, при всем старании, не могли найти себе работу. До приискания занятия они получают от администрации работу соразмерно с своими силами. Нормальное пособие на семью из мужа, жены и 4 детей определяется цифрою в 12 марок в неделю. За последнее время (1886 — 88) общая сумма расходов по общественному призрению достигала 536000 марок в год. Около 300000 получалось от разных источников, от пожертвований, капиталов и т. д., а остальное покрывалось налогами по 2,14 марки на 1 жителя (в конце 50х годов налог в пользу. бедных превышал 3 марки на каждого жителя). Общее число призреваемых составляет 6,48 % всего населения, средний расход на каждого призреваемого — 64 1/2 марки. Примеру Эльберфельда последовали Бремен. Любек, Дюссельдорф, Мюнхен, Франкфурт наМайне и некоторые другие немецкие города, и везде система эта давала превосходные результаты.
Начало кооперации, этот могущественный рычаг нашего времени, производит свое благотворное действие и в области Б. Многочисленные благотворительные общества, густою сетью покрывающие весь цивилизованный мир, оказываются в состояли основывать и поддерживать такие учреждения, которые по обширности требуемых ими затрат были бы не по силам частным благотворителям. Но и здесь центр тяжести не в материальных средствах, а в личной энергии благотворителей, в их искренней любви к нуждающимся, в их беззаветной преданности своему высокому призванию. Были бы люди, а средства всегда найдутся. Доказательством может служить история многих благотворительных обществ, которые возникали при самых скромных условиях, а в настоящее время располагают обширными средствами. Так напр., история монашеского ордена Меньших сестер бедных (Les petites soeurs des pauvres) начинается с того, что бедная служанка Жанна Жюган, жившая в Сен Серване, в котором не было благотворительных учреждений, приняла к себе в 1839 г, нищую больную и слепую старуху и начала за ней ухаживать; в 1841 году у нее уже было на попечении двадцать беспомощных, больных или убогих женщин. Она выбивалась из сил, работая для их прокормления; средств на это не хватало и Жанна стала собирать милостыню для своих несчастных жилиц. Деятельность ее обратила на себя общее внимание, молодые женщины приходили помогать Жанне, собирали пожертвования для ее приюта, и дело развилось до того, что произведена была попытка основать отделение в Ренне, куда с этою целью, совершенно не зная города, отправилась одна из главных сотрудниц Жанны монахиня Мария-Августина с 4 помощницами. Они наняли помещение для приюта в предместье, где было больше кабаков и разных вертепов, чем честных домов. Тогда совершилось трогательное явление: старые солдаты, бродяги, бесприютные пьяницы — все приносили, что могли для устройства богадельни. В 1883 г. основавшийся таким образом монашеский орден насчитывал уже 3400 монахинь-тружениц, сестер милосердия и располагал во Франции и за пределами этой страны 217 домами, где находят приют 25000 бедняков. Таких примеров много. Ср. Маxime Du Camp, «La charite privee a Paris» (Париж, 1885 — содержание этой книги в «Русск. Мысли» 1885 г., №5 и 6). Благотворительный элемент играет видную роль и в обществах. взаимопомощи, в особенности на первых порах их возникновения.
В Poccии христианская проповедь благотворительности нашла восприимчивую почву в славянском гостеприимстве. Владимир Св., подавший пример к принятию Христианства, служил для народа образцом сострадания и был «истинным отцом бедных». Всякий нищий и убогий мог приходить на княжеский двор и получать там «всякую потребу, питье и яствы, и от скотниц кунами». Для больных, которые не могли дойти до его двора, князь повелел развозить по улицам хлеб, мясо, рыбу, овощи, мед и квас, и люди его, ходя по городу, спрашивали: где нищие, недужные и наделяли их всем необходимым. Преемники Владимира следовали его примеру. Владимир Мономах в следующих словах излагает обязанности князя по отношению к бедным: «будьте отцами сирот; не оставляйте сильным губить слабых; не оставляйте больных без помощи». Известия о Б. московских князей и княгинь с Иоанна Калиты до Анастасии, первой супруги Грозного, собраны в статье И. М. Снегирева, напечат. в кн. «Литературный вечер» (М., 1844). Вообще можно сказать, что Б. наших князей равнялась только их щедрости в наделении церквей и монастырей и их расположению к дружине. По этим трем сторонам жили князья наши; по этим трем сторонам судили о них летописцы. Княжеская милостыня должна была иметь великое влияние на развитие и поддержание благотворительности бояр и других лиц народа. В общем же дело призрения бедных сосредоточено было в древней Руси в руках церкви и в частности монастырей, которые располагали для этого обширными средствами, благодаря появившемуся с самого принятия Христианства обычаю князей давать церкви десятину со всех княжеских доходов и развившемуся вместе с тем, по примеру князей, особенно в период монгольский, обычаю частных лиц оставлять церкви имущество по душе. Но способ призрения, принятый церковью и монастырями, и частная Б. развивали тунеядство и создавали нищенский промысел (не правильно В. Лешков в кн. «Русский народ и государство» стр. 553 и сл. отрицает существование в древней Руси нищенства). Только по отношению к монастырям Зап. Poccии имеются известия, что там монахини имели главным предназначением воспитание бедных сирот, хождение за больными в. госпиталях и богадельнях, во всей же России церковь и монастыри без особого разбора принимали под свое покровительство нищих и убогих под именем церковных и богадельных людей; около монастырей и церквей возникали целые нищенские слободы, количество нищих по профессии увеличивалось искусственно. Таким приемам церкви соответствовал и обычай князей и богатых горожан, делавших пиры и устраивавших. по случаям разных семейных торжеств, общие трапезы для нищих и убогих. Уже на Стоглавом соборе признано было необходимым принимать меры против нищих-промышленников. Указ 30 ноября 1691 г., стремясь к искоренению нищенского промысла, велит нищих по профессии наказывать кнутом и ссылать в дальние сибирские города. Петр I, продолжая эту же систему преследования нищенства, подобно современным ему законодательствам, воспрещает частную В. и подачу милостыни облагает штрафом в пять рублей. К более правильным воззрениям пришло учреждение о губерниях 1775 г., которым предоставлено было частным лицам и обществам устраивать благотворительные заведения. Но первоначально учреждение благотворительного общества разрешилось лишь Высочайшей властью; только в 1862 г. предоставлено было министру внутренних дел разрешать подобные общества по соглашению с подлежащими ведомствами, а в 1869 г министерству внутренних дел прямо предоставлено было право утверждать уставы общественных и частных благотворительных заведений. Действуя на основании своих уставов, такие общества поставлены в зависимость от министерства внутренних дел, которому обязаны представлять непосредственно или через губернаторов подробные отчеты о своих действиях, капиталах. доходах, расходах, заведениях и призреваемых в оных. Развитие таких обществ в Poccии есть явление новейшего времени. До 1861 г. благотворительные общества существовали только в 8 городах, ныне же они имеются почти в каждом городе. 
Ср. Uhlhorn, «Die christliche Liebesthatigkeit in der alten Кirchе»(2изд. Штутг., 1882); его же, «Die christiche Liebesthatigkeit in Mittelalter» (Штутг., 1884); V. Bohmert, «Das Armenwesen in 77 deutschen Stadten und einigen Laudarmen verbanden» (Дрезден, 1886 — в введении исторический очерк Б. ); Le Roy, «L'assistance publique en Allemagne» (Пар., 1890 — подробные сведения об Эльберфельдской системе): Flesch, "Beitrage zur Kentniss des Armenwesens und zur Armenstatistik in Frankfurt-a-M. « (Франкф., 1890); В. Межов, „Благотворительность в Poccии. Указатель русск, книг и статей с присоединением каталога библиотеки Императ. Человеколюбивого общества“ (Спб» 1883): Суворов, «Христианская благотворительность в языческой Римской империи» (Ярославль, 1889); Янжул, « Практическая филантропия в Англии» («Вестник Европы» 1890 г., № 2, 3 и отдельно).
А. Я.

Благочинный 

Благочинный — административно-судебное должностное лицо православного духовенства. По примеру периодевтов древней вселенской церкви в первой половине прошлого столетия у нас учреждена была при епархиальном управлении должность Б., заменившая собою прежних десятинников и поповских старост. Уже в Духовном Регламенте (1719) вменялось в обязанность епископу в видах тщательного и усиленного надзора учинить заказ по всем городам, чтобы «протопопы или нарочно определенные к тому благочинные, как духовные фискалы тое все, т. е. относящееся к обязанностям епископа, насматривали и ему бы епископу доносили есть ли бы такое нечто, т. е. противное данному епископом обещанию, где проявилось, под виною извержения кто бы утаить похотел». Именным же Высочайшим указом дек. 1797 г., изъясненным в указе Святейшего Синода от 24 марта 1799 г., повелено: для лучшего исполнения настоятелями монастырей своих обязанностей, преосвященным определять из настоятелей же над монастырями Б.
Таким образом Б. бывают двух родов: Б. над монастырями и Б. над епархиальными церквами и их причтами. И те и другие назначаются по усмотрению епархиального apxиepeя, из кандидатов представляемых консисториею: — первые из монастырских настоятелей, причем надзор за женскими монастырями может быть поручен Б. мужских монастырей, а если есть удобство может быть избрана и поставлена «смотрительница благочиния» из игумений или из старших сестер монастыря, где он один; над ставропигиальными же монастырями в Москве, а также над Воскресенским, Новый Иерусалим именуемым, и ростовским Яковлевым монастырями смотрение благочиния должно б. поручаемо тому настоятелю, который бывает членом Московской конторы Святейшего Синода; вторые же из священников и протоиереев местных церквей, причем Б. первого округа обыкновенно назначается настоятель уездного собора. Смотрению благочинного над причтами поручается от 10 — 30 окрестных церквей, которые составляют в епархии благочиннический округ, и если в округе находится более 15 приходов, то Б. может быть придан помощник; над монастырями же определяется в епархии один или несколько Б., смотря по числу и расстоянию монастырей в епархии. Права и обязанности Б. того и другого рода определяются особыми инструкциями, утвержденными Святейшим Cинодом. Обязанности В. над церквами весьма сложны и предметы, относящиеся к их деятельности весьма разнообразны. Они состоят в следующем:
1) Через Б. епархиальное начальство производит ближайший и всесторонний надзор за церквами и духовенством округа, с целью «охранения порядка в церкви и исправности в ее служителях на пользу христиан и на славу Божию».
2) Через Б. приводятся в исполнение распоряжения епархиального начальства, относящиеся к приходским церквам и к церковным причтам. И наконец, Б. разрешает священникам отлучаться далее 25 верст от их прихода в той же eпapxии.
3) В. имеет некоторую руководственную власть по отношению к причтам своего округа; так, он разрешает недоразумения причта относительно смысла начальственных распоряжений, имеет власть давать нужные наставления и пр.
4) Б. принадлежит некоторое право суда по таким спорным делам и жалобам между духовными лицами или между ними и прихожанами, которые могут быть окончены примирением, или по таким проступкам духовных лиц, которые по закону не требуют формального судопроизводства и могут быть устранены мерами увещания, выговоров, внушений и т. п. Священников он имеет право штрафовать внушением при причте, а диаконов и причетников кроме того и земными поклонами в церкви.
Б-ым над монастырями инструкцией указан обширный круг обязанностей и власти, в виду особенной организации монастырского управления и власти настоятелей монастырей. Главные предметы надзора Б. над монастырями суть: Богослужение, благочестие, нравственность и хозяйство.
В некоторых епархиях при благочиннических округах учреждены особые благочинические советы, состоящие из председателя — благочинного и двух его помощников. Последние избираются по баллотировке всем духовенством округа окружным съездом и утверждаются епархиальным начальством. Этому совету предоставляется: разбирать такого же рода спорные дела и жалобы между духовенством, которые, как выше указано, предоставлены ведению Б., налагать на виновных штраф, аттестовать служащих духовных лиц в послужных списках, ходатайствовать о представлении их к наградам и давать отзывы о делах, рассмотрение которых епархиальное начальство найдет нужным поручить совету. Постановлениям своим Б. совет ведет особый журнал.

Бланки 

Бланки (Луи-Огюст Blanqui) — французский политический деятель, брат Жерома Адольфа Б., род. 7 февр. 1805 г., первоначальное образование получил в коллеже Карла В., потом изучал юриспруденцию и медицину. Б. рано выступил борцом коммунистических идей и уже в 1827 г. принимал участие в беспорядках, трижды был ранен, арестован и заключен в тюрьму. В 1830 г. (27 июля) он с оружием в руках участвовал в восстании и, недовольный установившейся новой монархией, образовал республиканское общество «Amis du peuple». Открытый поход, который он повел против нового правительства, вызвал судебное преследование и 12 янв. 1832 он был присужден к годичному тюремному заключению и штрафу. Его процесс издан под загл. «Defense du citoyen L. A. Blanqui devant la cour d'assises» (Пар., 1832). В 1836 г. он был вновь приговорен за участие в недозволенном обществе к 2 летнему заключению и штрафу, но 12 мая 1839 Б. опять является одним из вождей восстания. Только чрез полгода Б. был арестован и 31 января 1840 г. приговорен к смертной казни, которая была смягчена королем в пожизненное заключение. Освобожденный революцией 1848, Б. Основал в Париже «Societe republicaine centrale». Делом этого общества были восстания 17 марта, 16 апреля и 15 мая, имевшие целью ниспровергнуть правительство и ввести проповедуемый Б. коммунистический строй. Предприятия Б. не удались и 2 апреля 1849 г. он был присужден к 10 летнему заключению, которое отбывал в Белиле и в Корте на о-ве Корсике. Освобожденный амнистией 1859 г., Б. сначала жил в Лондоне, но в 1861 г. уже вновь был приговорен в Париже к 4 летнему тюремному заключению и штрафу, как глава противозаконного общества. С 1865 — 70 гг. Б. жил в Брюсселе и немедленно по провозглашении республики, основал клуб и журнал «La patrie en danger». Ставь душою восстания 18 марта 1871 г. и членом коммуны, Б. после ее падения был осужден к ссылке в Новую Каледонию, но вследствие слабости его здоровья наказание было заменено тюремным заключением. В клервоской тюрьме он написал астрономическое сочинение: «L'Eternite dans les astres» (Париж, 1872). Вследствие агитации социалистической партии, Б. в 1879 г. выбран депутатом от Бордо, но, конечно избрание его не было утверждено палатою. Б. умер 2 янв. 1881 г., проведши около 37 лет в тюремном заключении. Кроме многих статей, рассеянных в разных газетах и отдельных памфлетах и брошюрах, Кронсером издано извлечение из оставшихся по смерти Б. рукописей (Париж, 1888).

Блефорон 

Блефорон (греч. ) — ресничный край век. Блефорит — воспаление ресничного края век; блефорэдема — отек ресничного края век; блефорофимоз — сужение глазной щели; блефорофима — опухоль желез ресничного края век; блефороспазм — судорога ресничного края век.

Близнецы 

Близнецы (Gemelli или Didyrni). — Б. называют два плода, одновременно созревшиe в одной матери. Беременность двойнями обусловливается или тем, что при менструации вместо одного фолликула яичника лопается несколько и выброшенные из них и оплодотворенные яйца развиваются вместе в матке, или тем, что одно яйцо заключает несколько зародышей или один зародыш путем деления дает начало нескольким. Обыкновенно каждый плод имеет свои особые яйцевые оболочки, редко оба заключены в одно общее яйцо. Так как Б. вследствие ограниченного пространства в матке и недостаточного питания не могут достигнуть вполне обыкновенной величины плода; то роды (при которых один плод обыкновенно опережает другой на несколько часов) иногда на несколько дней и в более редких случаях при выкидыше на несколько месяцев) происходят обыкновенно легко. Только в некоторых случаях, но не по большей части, Б. бывают на столько похожи друг на друга, что их можно смешивать и остаются такими до более зрелого возраста. Смертность Б. значительнее, чем смертность других детей. Беременность двойнями, которая чаще всего встречается в умеренном поясе, может быть угадана по некоторым признакам, но может быть определена с достоверностью лишь тогда, когда замечаются сердечные тоны обоих детей в различных местах беременного живота. Между тем как одни роды двойнями приходятся на 89 родов, другие многоплодные роды гораздо реже, так что один случай рождения трех детей приходится на 7 — 8000 рождений, четырех — на 20 — 50000 и пяти на несколько миллионов других рождений. Б. бывают или одного пола или разных; чаще всего рождаются пары разного пола, реже двое мальчиков, еще реже две девочки.
Cиамскиe близнецы — название пары близнецов Ханг и Энг, сросшихся выше пупка связкою из соединительной ткани толщиною в руку, которые родились в 1811 году от родителей китайцев в Маклонге в Cиаме, несколько раз показывались за деньги в Европе и Америке, прижили в двойном браке с двумя сестрами 18 человек детей и умерли 17 января 1874 г. на своей ферме в Северной Каролине. Вскрытие показало, что в связке лежали лишь складки брюшины, которые, идя от одного из Б. к другому, терялись частью в месте сращения, частью в связке печени. Точнее всего этих Б. описал Вирхов в «Berliner Klinische Wochenschrift» (1876 г. ).
В. Ф.

Близорукость 

Близорукость (Миопия, брахиметропия) — известная аномалия рефракции глазного аппарата. Рефракцией вообще называется, как известно, способность глаза соединять на сетчатой оболочке определенного рода лучи, обусловленная его анатомическим строением. За норму рефракции берется обыкновенно установка глаза к параллельным лучам света или, иначе говоря, нормальная рефракция есть только та, при которой главный фокус световых лучей совпадает с сетчаткой. Если же главный фокус лучей не совпадает с сетчатой оболочкой, то мы имеем уже аномалию рефракции. Главный фокус может лежать впереди сетчатки или сзади. В первом случай мы имеем близорукость или миопию; во втором — дальнозоркость или гиперметропию. Кроме этих двух аномалий рефракции имеется еще третья — известная под именем астигматизма или астигматической рефракции.
Соединение параллельных лучей света впереди сетчатки в близоруком глазу может зависеть от нижеследующих двух причин. 1) от усиления преломляющей способности прозрачных сред глаза, сравнительно с нормальной или 2) от увеличения расстояния сетчатки от преломляющих сред глаза, т. е. от удлинения его переднезадней оси. Чаще всего причина близорукости находится в зависимости от большей длины оси глаза сравнительно с нормальной.
Диагноз близорукости делается двояким путем: наружным осмотром и с по мощью сферических стекол. При наружном осмотре близорукий глаз как бы увеличен и выпячивается из глазницы: зрачок обыкновенно шире и передняя камера глаза глубже; при смотрении вдаль глазная щель часто бывает сужена (глаз щурится) и т. д. Все эти данные тем не менее не всегда бывают постоянными и могут только делать вероятным существование близорукости. Точные же указания получаются только при исследовании с помощью сферических, т. е. вогнутых стекол. Если зрение вдаль улучшается при приставлении к глазу двояковогнутых стекол, то имеется несомненно дело с близорукостью. — Вогнутые стекла определяют не только данную аномалию рефракции, но и степень близорукости Последнее обыкновенно определяется величиною фокусного расстояния двояковогнутого стекла, корригирующего близорукость. Но так как фокусное расстояние корригирующего стекла обратно пропорционально силе этого стекла, то степень близорукости или миопии выражается дробью, в которой числитель единица, а знаменатель — расстояние дальнейшей точки от глаза (R) или фокусное расстояние корригирующего стекла. Если, напри мер, двояковогнутое стекло № 5 корригирует данную близорукость, то степень ее следовательно будет М 1/5 (т. е. миопия 1/5). Самое определение степени близорукости делается следующим образом: к исследуемому глазу приставляют попеременно двояковогнутые стекла, начиная от самых слабых и переходя к более сильным и то самое слабое стекло, при котором получается наилучшее зрение и выражает степень близорукости; самое слабое стекло берется здесь по следующим соображениям: при более сильных стеклах близорукий глаз может также ясно видеть вдаль, но при этом он уже напрягает свою аккомодацию, следовательно здесь будет эффект не чистый, а смешанный. Степеней Б. очень много: но в науке разделяют их на три. Слабой степенью Б. называется Б. до 1/12; средней — до 1/6 и сильной — до 1/3 — 1/2.
Описываемая нами аномалия рефракции дает различные функциональные расстройства зрения. Б. всегда плохо видят вдаль; далекие предметы обыкновенно рисуются в кругах светорассеяния и поэтому неясны; неясность эта тем значительнее, чем сильнее степень Б., чем шире зрачок и чем самый предмет лежит дальше. Ширина зрачка имеет обыкновенно громадное значение для ясности зрения: чем шире зрачок, тем больше круги светорассеяния: поэтому зрение при Б. улучшается вдаль при всех условиях, способствующих сужению зрачка, напр. при прищуривании глаз, при ярком освещении и т. д. При сильных степенях близорукости субъект также плохо ориентируется в пространстве, особенно в сумерки. Все эти расстройства выступают, когда больной смотрит, как мы говорили, вдаль. Но вблизи, в области ясного зрения, близорукие субъекты обладают чрезвычайно острым зрением, гораздо лучшим, чем при нормальном зрении, что объясняется получением на сетчатке больших изображений. Кроме того, близорукий глаз для рассматривания близких предметов меньше напрягает свою аккомодацию, что дает возможность сравнительно более долгое время заниматься мелкими работами, как-то чтением, вышиванием и т. п. Вследствие того, что при Б., в особенности в ее высоких степенях, про исходит усиленная деятельность внутренних прямых мышц глаза нередко обнаруживается их недостаточность, которая бывает только относительной, т. е. они не могут долго выполнять свою работу, ослабляются. Явления относительной недостаточности этих мышц легко ведет за собою развитие наружного косоглазия, т. е. сила наружных мышц преодолевает внутренние и отклоняет глаза кнаружи. Симптомы развития недостаточности внутренних прямых мышц крайне тягостны: у субъекта является чувство напряжения и боль в глазу, буквы при чтении начинают перебегать друг на друга, и все эти явления делаются до того неприятными, что нужно бросить работу. Вышеописанные симптомы известны под именем мышечной астенопии. Иногда же при занятиях обнаруживаются явления раздражения глаз, как то: краснота, чувствительность к свету, слезотечения и т. д. Кроме вышеизложенных Б. страдают иногда явлениями так называемой фотопсии, т. е. являются различные субъективные световые ощущения, mouches volantes и т. д. Кроме этих функциональных расстройств имеют еще очень часто место и расстройства анатомического характера, каковы кровоизлияния в сосудистую оболочку, в сетчатку, отслойка последней, глаукома и т. д. Все эти расстройства, крайне серьезные по своему характеру, нередко ведут за собою полную потерю зрения.
Б. по своему течению подразделяется на стационарную, временно-прогрессивную и постоянно-прогрессивную. Стационарная Б., когда она долгое время остается в одной степени, наблюдается обыкновенно при легких степенях Б. и в случаях врожденной Б. Приобретенная форма Б. может сделаться стационарной, когда напр. выпячивание сетчатки (задняя стафилома) перестает увеличиваться и явления раздражения на дне глаза исчезают. Временно прогрессивная Б. наблюдается при высоких степенях ее, в возрасте между 15 и 25 годами. Постоянно-прогрессивная форма Б. есть самая опасная форма; она наблюдается по преимуществу в молодости и при высоких степенях Б. Самое резкое прогрессирование обыкновенно выпадает на возраст между 17 и 25 годами. Эта форма Б. Обыкновенно влечет за собою самые серьезные явления раздражения и воспаления различных частей глазного аппарата, нередко имеющие следствием полную потерю зрения.
О причинах врожденной Б. трудно сказать что-нибудь определенное. В практическом отношении наиболее важно знание причин, влекущих за собою приобретенную Б. Оно тем более важно, что чаще всего наблюдается у учащейся молодежи. Факт этот не только прочно установлен за границей, но и у нас в Poccии, трудами целого ряда ученых (проф. Доброславин, проф. Лесгафт. проф. Эрисман и многие другие). По словам этих ученых, процент Б. увеличивается, начиная от низших к высшим классам, так что в последних классах процент Б. доходит до 60 и даже до 70. Явление это наблюдается не только в средних учебных заведениях: — гимназиях, институтах и т. д., но даже и в низших народных школах. Естественно, о лечении собственно Б. в строгом смысле слова не может быть и речи. Вся задача врачей, воспитателей и родителей должна ограничиваться мерами предупреждения, профилактикой близорукости. С момента, когда у ребенка начинается запрос на усиленную аккомодацию глаз, т. е. с момента, когда он начинает учиться, нужно обращать внимание на его глаза, в особенности если имеется врожденное предрасположение к Б. Нужно с первого же момента строго ограничить напряжения аккомодации, т. е. не следует давать ребенку мелких работ, мелкой или неясной печати, мелких вышиваний и т. д.; нужно советовать не слишком приближать к себе предмет занятий и т. д. : при этом нужно озаботиться о правильном и хорошем освещении, избегать наклонного положения головы и т. д. В школах, где дети проводят много времени, чаще всего при условиях антигигиенических, следует озаботиться о правильной вентиляции классной комнаты; освещение должно быть правильным и равномерным, т. е. свет должен падать не прямо в глаза, а сбоку; печать должна быть не слишком мелка; кроме того распре деление самих учеников в классе, должно быть в зависимости от состояния их зрительной способности: более близорукие должны ближе сидеть к классной доске, картам и т. д.; классные занятия должны правильно чередоваться с рекреационным временем, когда дети должны делать гимнастические упражнения и двигаться на свежем воздухе. Классные столы не должны быть горизонтальны, но с наклонною плоскостью, чтобы ребенок сохранял всегда при занятиях вертикальное положение; предметы занятий не должны лежать близко от глаз и т. д. Если же Б. уже развита, тогда нужно ограничиться исключительно только корригированием Б. назначением двояковогнутых стекол. Самый выбор стекол находится в зависимости от степени Б., от состояния аккомодативной способности глаза, возраста субъекта, остроты зрения, патологических осложнений со стороны глаза, глазных мышц и т. д.
Л. Ф.

Блок 

Блок — простая машина, состоящая из деревянного или металлического круга, обращающегося на своей оси. На наружном ободе круга сделан желоб, по которому могут двигаться — веревка, цепь или ремень. Ось блока помещается в обоймицах, прикрепленных на балке или стене, иногда такой блок называется неподвижным; если же к этим обоймицам прикрепляется груз — и блок вместе с ними может двигаться, то такой блок называется подвижным.
Неподвижный Б. употребляется для подъема небольших грузов или для изменения направления силы. Если буквою Р обозначим усилие нужное для подъема груза Q помощью блока и f коэффициент сопротивления на блоке, то для равновесия нужно, что бы P=f. Q, если пренебречь трением и жесткостью, то P=Q., т. е. для подъема нужна сила равная сопротивлению или весу груза. В действительности же, сила эта должна быть более сопротивления на величину равную около 20% поднимаемого груза, из коих 15% приходится на жесткость каната.
Подвижный Б. служит для подъема больших грузов, чем предыдущий. Если концы веревки, обхватывающей Б., составляют с горизонтом углы равные между собою, то подымающая сила относится к грузу, как радиус блока к хорде дуги, обхваченной канатом; отсюда, если веревки взаимно параллельны, или когда дуга, обхватываемая веревкою, равна полуокружности, то для поднятия груза потребуется сила вдвое менее, т. е. Р=1/2 f. Q, где f коэффициент сопротивления для цепей = 1,05, а для веревок = 1,1. При этом груз Q пройдет пространство вдвое менее пространства, пройденного точкою приложения силы Р. Как неподвижные, так и подвижные обыкновенные блоки бывают с одним, двумя или тремя роликами — первые бывают диаметром от 21/2 — 10 дм., а вторые от 2 — 4 дм., иногда 5, в коих верхний блок с тремя роликами, а нижний с двумя.
Блок сложный состоит из соединения нескольких подвижных блоков. Для равновесия необходимо, чтобы подымающая сила Р относилась к сопротивлению Q, как 1:2 в степени числа блоков, т. е, если блоков 2, то сила P:Q=1:22 или P:Q=1:4. Напр., имеем два блока, один весит 8 фун., другой — 6 фун., груз равен 8 пуд. или 320 фун. Как велика должна быть сила для поднятия этого груза? P==[(320+8)1/2+6] 1/2=85 фун приняв в раcсчет и вес блоков. Точно также можно по заданной силе, напр., 10 фун. определить нужное число блоков для поднятия груза в 320 фун., а именно: , т.е. 32=2n или n=5
Полиспаст (тали) — машина. со стоящая из одинакового числа подвижных и неподвижных блоков, равного диаметра. Все неподвижные блоки заключены в одну раму, а подвижные — в другую, к последней приделан крюк для подвески груза. Все эти блоки соединены между собою посредством одной веревки, которая поочереди переходит от неподвижного блока к подвижному и на оборот. Если блоки помещены в раме, не на одной оси, а на разных осях один под другим, то они делаются разных диаметров, причем веревки, обхватывающие блоки, параллельны между собою. Обыкновенно блоки делаются чугунные, а рамы — железные. Если блоки помещаются на одной оси, то отделяются один от другого железными листами. Каждая рама имеет крюк и поперечину. Полиспасты употребляются для подъема очень больших грузов. Если веревки между блоками взаимно параллельны, то для определения силы, уравновешивающей груз, надо величину этого груза разделить на двойное число подвижных блоков полиспаста, частное и даст эту величину, не принимая в расчет сопротивления.
Пример: Какую требуется приложить силу, чтобы поднять груз весом в 640 фун., посредством пары четверных блоков? На основании вышесказанного ответ:
40 фун.
Или: какой груз можно поднять с усилием в 2 пуда или 80 фун. при помощи полиспаста с 3 подвижными блоками? Ответ: (2 ? 3 ? 80)=480 фун.
По Редтенбахеру, важнейшие данные для устройства полиспаста, по диаметру d веревки или железа цепи в дюймах, определяются следующими отношениями: 
Полиспаст Веревочные Цепные Число блоков в раме 2 3 4 2 3 4 Диаметр блоков в дм. 7d 7d 7d 21d 21d 21d Диаметр для подъема в пудах 32d2 32d2 32d2 512d2 512d2 512d2 Поднимаемый безопасно груз в пудах 96d2 121d2 144d2 1536d2 1936d2
2304d2 Диаметр оси блоков и шипов поперечины крюка в дм. 0,9d 1,1d 1,2d 3,5d 4d
4,3d 
Дифференциальный блок — подъемная машина, употребляемая и применяемая в последнее время очень часто. Она устроена так: два блока различных радиусов отлиты вместе, так что могут одновременно вращаться на общей им оси; другой обыкновенный подвижной блок, с обоймицей и крючком для подвески груза соединены с собою веревкою и цепью. Блоки по горлам снабжены выступами, на которые находят звенья бесконечной цепи, перекинутой по всем блокам след. образом: цепь завешивается на большем неподвижном блоке, правой своей стороной обхватывает снизу подвижной блок, подымается вверх и огибает меньший неподвижный блок, спускаясь за тем свободно вниз. Подъем груза делается приложением усилия к цепи с левой стороны, где она спускается с большого неподвижного блока. Скольжение цепи по блокам устраняется выступами, между коими ложатся звенья цепи. Сопротивление трения в этой машине весьма значительно и составляет почти 75% всей силы, нужной для подъема груза. Чтобы груз удерживался в равновесии трением на всякой высоте необходимо, чтобы отношение между радиусами верхних блоков было менее коэффициента трения. В практике, отношение этo=1°/11 и выступов вдвое больше. Коэффициент трения=1,05. — При таких условиях величина усилия нужного для поднятия груза в 1,1 раз менее и груз удерживается сам собою на произвольной высоте подъема.
Этого рода блоки получили в последнее время весьма большое применение в различного рода производствах. Лучшие блоки выделываются в Англии «Tangys Patent» для подъема грузов от 15 до 300 пуд. Из патентованных блоков этого рода, для скорого подъема мешков или другого рода тяжестей, не превосходящих 30 пуд., можно рекомендовать блоки с цепью до 20 саж. длины, на обоих концах которой имеются крючья; когда один конец такой цепи с грузом поднять к верху, то другой находится внизу для принятия нового груза, что дает возможность поднимать груз безостановочно. В этом блоке — меньший состоит из 2-х роликов.

Блохи 

Блохи или Скачущие (Aphaniptera s. Suctoria) — небольшой отряд насекомых, заключающий в себе 5 — 6 родов с 25 видами. Это — маленькие, бескрылые, паразитные насекомые, с колющими ротовыми органами, с узеньким, сжатым с боков телом, на котором можно ясно отличить голову, грудь, состоящую из трех раздельных колец и девятичленистое брюшко, со скакательными ногами и с полным превращением. На округленной или угловатой голове, которая непосредственно и плотно прилегает к первому грудному кольцу, находятся два больших простых глазка, два маленьких трехчленистых сяжка с кольчатым третьим члеником, помещающиеся позади глаз или у некоторых над глазами, и ротовые органы. Глаза простые, реже зачаточные и еще реже их вовсе нет (напр. у Блохи мышиной, Thyplopsylla muris). Ротовые органы Б. колющие и состоят из следующих частей: 1) из двух удлиненных и заостренных верхних челюстей, снабженных зубчиками, 2) из двух ланцетовидных нижних челюстей с длинными четырехсуставчатыми щупиками, 3) из цельной или расщепленной нижней губы, имеющей два щупика (1 — 4 членистые) и составляющей род хоботного влагалища, и. наконец, 4) из длинного заостренного язычка, который и есть главный орган для ранения кожи; верхней губы нет. На груди, состоящей из трех отдельных члеников, находятся три пары длинных и тонких ног, из которых особенно сильно развита последняя пара, служащая для скакания; тазики ног большие и толстые, бедра утолщенные, лапки пятичленистые, оканчивающиеся двумя коготками. Кроме того ко второму и третьему грудным кольцам прикрепляется еще по две маленькие, округленные пластинки — зачатки крыльев. Все тело Б. усажено более или менее густыми волосками и щетинками: у некоторых видов на голове, на первом и втором грудных члениках, и па некоторых из брюшных члеников находятся шипики, расположенные так, что образуют род гребней. Брюшко состоит из 9 члеников и первый членик его представляет только спинную пластинку, а брюшной пластинки не имеет.
Внутренняя организация Б. представляет некоторые особенности. Пищеварительные органы их представляют следующие отделы: пищепровод, за которым следует маленький первый желудок, за ним — большой второй желудок, далее — тонкая кишка, которая переходит в толстую и оканчивается порошицею (выводным отверстием) на заднем конце тела. У начала тонкой кишки с каждой стороны помещаются по два Мальпигиевых сосуда. У Б. есть также две слюнные железы, выводные протоки которых соединяются в один общий проток, оканчивающийся в ротовой полости. Сердце, имеющее вид тоненькой трубочки, помещается на спинной стороне. Дыхательные органы состоят из ветвистых дыхательных трубочек или трахей, сообщающихся с дыхальцами, расположенными по бокам тела. Мышечная система очень сильно развита и представляет ряд мускулов, расположенных вдоль спинной стороны тела, затем другой длинный ряд, на брюшной стороне, и боковые мышцы. Кроме того, весьма сильно развиты мышцы конечностей и те мышцы головы, которые служат для движения ротовых органов. Нервная система состоит: 1) из головного мозга и 2) из брюшной цепи. Головной мозг составляется двумя узелками: одним, помещающимся над пищепроводом (надглоточный узел, ganglion supraoesophageum) и другим, расположенным под пищепроводом (подглоточный узел, ganglion infraoesophageum). Брюшная цепь состоит из трех грудных и восьми тесно друг к другу прилегающих брюшных узлов, расположенных в передней части брюшка. От каждого узла отходят нервы к близлежащим частям. Женские половые органы Б. состоят из двух яичников и двух яйцепроводов, соединяющихся в один общий канал — влагалище. Ко влагалищу, кроме того, присоединяются еще две придаточные железки и два семяприемника. Мужские половые органы состоят из двух семянных железок и двух семянопроводов, соединяющихся в семяизвергательный канал, который оканчивается в мужской уд (penis).
Окраска Б. довольно однообразная, преимущественно бурая, различных оттенков), что зависит от однородности образа жизни и места обитания всех видов, относящихся к этому отряду. Только у некоторых видов (блоха проницающая, Sarcopsylla penetrans, блоха тянь-шяньская или алакурт, Vermipsylla alacurt, Блоха большебрюхая, Pulex grossiventris) в самках развивается такое громадное число яиц, что они сильно растягивают брюшко, которое вследствие этого становится беловатым с немногими поперечными бурными полосками, которые соответствуют хитиновым. пластинкам брюшных колец. Самки Б. больше самцов и отличаются от них выпуклою спиною, тогда как у самцов она вогнута.
При развитии Б. подвергаются полному превращению. По оплодотворении самка откладывает около 20 (у некоторых видов значительно больше) крупных яичек, которые, не будучи ни к чему прикрепляемы, обыкновенно падают на землю или на пол и затем попадают в сор, щели полов, опилки и т. п. Через несколько дней по от кладке из яиц вылупляются личинки. Личинки Б. имеют явственно обособленную голову и туловище, состоящее из 12-ти довольно однородных члеников. Голова личинки овальна, тверже остального тела и несет на себе ротовые органы и сяжки. Сяжки обыкновенно двучленистые и только у немногих (Sarcopsyllа) — одночленистые; первый членик их очень короток, второй гораздо длин нее и имеет цилиндрическую форму; сяжки выдаются из под боковых частей головы. Ротовые органы личинки грызущие и состоят из верхней губы, двух верхних и двух нижних челюстей в из нижней губы. Верхняя губа округлена, по средине имеет слабую выемку и снабжена 4-мя маленькими волосками; верхние челюсти сильно согнуты, оканчиваются остриями и на внутреннем крае снабжены 5 маленькими зубчиками; нижние челюсти представляют две пластинки с утолщенным серпообразным наружным и с полукружным внутренним краем. Нижние челюсти несут двучленистые челюстные щупики. Нижняя губа языкообразна, спереди сужена и имеет два острия, а у основания две маленькие круглые бородавочки, несущие четыре загнутых кзади шипа; бородавочки эти суть губные щупики. Кроме того на голове личинок Б. находится интересный временный орган, служащий им для разрушения яйцевой скорлупы и представляющий разнообразное строение. Так напр., у Блохи кошачьей (Рulex felis) этот орган — маленькое бурое хитиновое тельце, помещающееся в легком углублении на темени; кпереди оно переходит в ocтриe, а задний округленный край его доходит до членика, следующего за головою. При первой же линьке этот орган совершенно исчезает. У личинки блохи полосатой (P. fasciatus) этот орган представляет несколько иное строение; спереди он расширен в виде лопатки и снабжен острым шипом. Туловище личинок Б. плоскоцилиндрическое, беловатого цвета и состоит из 12 члеников, из которых каждый на конце и по бокам усажен щетинками. Последний членик вдвое длиннее предыдущих и усажен двумя рядами волосков. На конце туловища находятся два несколько согнутых отростка, которые и составляют главные органы движения личинки. Ног нет совсем и движения совершаются посредством сокращений всего тела и подталкиваниями вышеназванных отростков. Дыхалец 10 пар и они расположены на 2 — 11 члениках. Личинки блох живут в тех местах, в которых были отложены яйца. Относительно пищи их долгое время не знали ничего определенного. Старые авторы (Лёвенгук, Рёзель) выкармливали их мертвыми мухами, высушенною кровью и т. п. Потом обратили внимание на то, что около отложенных яиц Б. всегда находятся красные тельца неправильной формы. Эти тельца были приняты за сгустки крови, вытекшей из ран, произведенных самками Б. и имевшей назначением служить пищею личинкам. Однако позднейшие исследования показали, что тельца эти — экскременты Б., которые личинки поедают вместе с различными другими органическими веществами. До перехода в состояниe куколки личинка у большинства видов вьет кокон из тонкой нити, к которому при помощи клейкого выделения пристают различные находящиеся кругом вещества, как то опилки, грязь и проч. Кокон этот сверху выпуклый, снизу плоский. Сама куколка имеет уже форму взрослого животного с подтянутыми ногами; цвет ее очень светлый, беловатый или желтоватый; сброшенная кожа личинки остается висеть на заднем конце тела куколки. По Ритсема уже по куколке можно определить пол животного, так как куколки самцов имеют вогнутую спину и брюшко оканчивается двумя остриями, а у куколок самок спина выпукла и брюшко их оканчивается только одним острием. Кроме того, мужские куколки меньше женских. В продолжение стадии куколки цвет тела темнеет и становится буроватым. Приблизительно через 30 дней насекомое достигает полного развития.
Б., за немногими исключениями, суть временные паразиты, которые, подобно комарам и другим питающимся кровью насекомым. нападают на теплокровных позвоночных животных только для того, чтобы добыть пищу. Только самки проницающих блох (Sarcopsyllina) втечение известного периода жизни становятся постоянными паразитами. поселяясь под кожею своих хозяев. Временным паразитизмом и объясняется то обстоятельство, что многие виды Б. имеют не одного хозяина, а один и тот же вид их нападает на различных близко сродственных млекопитающих и на весьма многочисленных птиц, и что, наоборот, иногда на одном и. том же виде животного иногда живет несколько видов Б. Известно, что на 67 млекопитающих и 22 птицах живет 25 точно определенных видов Б. и 10 таких видов, точность которых не достаточно установлена. У лисицы, напр., найдено 4 вида Б. (Pulex globiceps, P. goniocephalus, P. meles и P. serraticeps), а Б. собачья (Pulex seraticeps) встречается на 11 следующих животных: на кошке, льве, тигре, Felis macroscelidos, собаке, лисице, песце, чернобурой лисе, феннеке, полосатой гиене, еноте и даже на человеке. Bсе Б. питаются исключительно кровью теплокровных животных. Будучи временными паразитами, Б. не утратили способности к передвижению: они, хотя ходят довольно медленно и неловко, но зато способны делать громадные прыжки, обнаруживая тем очень большую мускульную силу. Проницающие Б., составляющие переход к постоянным паразитам, уже менее подвижны.
Б., как паразиты, в большинство случаев, не причиняют человеку и животным большого вреда, но беспокоят его своими уколами, а при сильном размножении становятся просто невыносимыми. Проницающие Б. значительно вреднее, так как вызывают у человека и у домашних животных более или менее сильный зуд, воспаления и нарывы, последствием чего может быть потеря пораженной конечности. Вредна также и Б. Тянь-шаньская или алакурт, которая сильно истощает организм домашних животных.
Положение Б. в зоологической системе — до сих пор довольно неопределенное. Одни (Латрейль, Кирби) принимают их за самостоятельный отряд, другие (Фабриций) относят их к полужесткокрылым (Hemiptera), третьи (Дюже) — к перепончатокрылым (Нуmenoptera) и, наконец, четвертые (Окен, Бурмейстер, Зибодьд) — к двукрылым (Diptera). Первое и последнее мнения удержались еще и до сих пор, так что и теперь одни ученые считают Б. за самостоятельный отряд, а другие — за подпорядок отряда двукрылых (Diptera). Б. распределяются на следующие три семейства: 1) настоящая Б. (Pulicina), 2) проницающая Б. (Sarcopsyllina) и червеблохи (Vermipsyllina).
1) Настоящие Б. (Pulicina) имеют маленькую голову с округленным лбом; нижняя губа цельная; З-й членик сяжков в форме сосновой шишки или с дольчатыми надрезами; губные щупики б. ч. 4-х членистые, а у некоторых 2-членистые, напр. у Rhynchopsylla; переднегрудь шире головы; брюшко самки во время кладки яичек не увеличивается. Сюда относятся, напр. : Б. человеческая; Б. собачья (Pulex caniss. Ctenocephalusserraticeps бывает темно-бурого цвета. От Б. человеческой отличается тем, что на нижней стороне округленной головы и на заднем крае спинной части преднегрудия находится ряд черноватых тупых шипов, рас положенных на подобие зубцов гребня. Самец имеет 3 мм. длины; самка на одну четверть больше и имеет более округленное тело. Эта Б. живет на собаке и на других хищных животных, чаще всего она встречается на цепных собаках, на щенках и на самках, кормящих щенят грудью, так как условия жизни их вполне благоприятствуют размножению этих паразитов. Куколки и личинки в изобилии встречаются на подстилках молодых щенят. Б. кошачья (P. felis s. Ctenocephalus enneodus) очень похожа на собачью, от которой отличается меньшею величиною и тем, что шипики, расположенные на нижней стороне головы и на заднем крае спинной части переднегруди, не тупые, а острые. Некоторые считают этот вид разновидностью предыдущего. Эта Б. живет на кошке, а личинки и куколки ее встречаются в большом количестве на подстилках молодых котят. Б. кролика (P. goniocepbalus) отличается угловатою головою и меньшим числом шипиков на голове и на переднегруди. Живет на зайцах и кроликах, а также на лисице. Б. птичья (P. avium) имеет овальное удлиненное тело темно-бурого цвета с округленною головою; нижняя сторона головы без шипиков, но на заднем крае спинной части переднегруди находятся с каждой стороны по 12 — 13 узких шипов. Сяжки удлиненные, заходящие за задний край головы, у самцов они могут напрягаться. Самец имеет 3 мм. длины; самка — 3, 5 мм. Эта Б. живет на различных породах птиц и часто встречается в голубятнях и курятниках.
2. Проницающие Б. (Sarcopsyllina) имеют довольно большую голову с угловатым лбом; нижняя губа вилообразно расщеплена; губные щупики имеют только один членик; третий членик сяжков не кольчатый; брюшко самки при переполнении яичками раздувается и принимает шарообразную форму. Сюда относятся два вида: Б. проницающая и Б. курицы (Sarcopsylla gallinae), проникающая под кожу домашних кур. Была найдена на о. Цейлоне.
3. Червеблохи (Vermipsyllina) имеют довольно большую голову с округленным лбом, без шипиков на нижней стороне; губные щупики имеют 11 — 14 члеников; второй членик сяжков имеет вид чашечки, края которой закрывают кольчатый третий членик. На задних ногах тазики очень сильно развиты. Брюшко у самок во время развития яичек растягивается преимущественно в длину, так что тело принимает червеобразный вид. Сюда относится Б. Тянь-шаньская или Алакурт. 
Важнейшие сочинения о Б. следующие: А. Дюже, «Recherches sur les caracteres zoologiques du genre Puce» (Annal. des sc. natur. том XXVII, 1832); Коленати, «Beitrage zur Kenntniss der Phthirio-Myarien» (Horae Societatis Entomologicae Rossicae. Fasciculus secundus, Petropoli, 1863); Л. Ландуа, «Anatomie des Hundenflohes, Pulex canis» (Nov. A. ct. Acad. Caesar. Leopold. Carol., т. XXXIII, Дрезден, 1867); Ритцема, «Lels over de naturlijke Geschiedenis van de Vloo» (Album der Natuur, Гаарлем, 1872, p. 65); Э. К. Брандт, «Сравнительноанатомические исследования нервной системы двукрылых, Diptera» (С. Петерб., 1879, стр. 23 — 24, табл. и, фиг. 19 и 20); О. Ташенберг, «Die Flohe» (Галле, 1880 года); Ритцема, «Versuch einer chronologischer Uebersicht der biesher beschriebenen oder bekannten Arten der Gattung Pulex» (Zeitschr. f. die ges. Naturwiss, 3. Folge., т. V. 1880); Меньен, «Les Parasites et les maladies parasitaires de l'homme et des Animaux» (Париж, 1880, p. 57 — 71); Kraeplin, «Ueber die systematische Stellung der Puliciden» (Гамбург, 1884).
Э.К. Брандт.

Блюхер 

Блюхер (Гебгард-Лебрехт Blucher, князь Вальштадский) — прусский фельдмаршал (1742-1819), уроженец г. Ростока. Не достаток воспитания и весьма скудное образование возмещались в нем природным здравым смыслом, неутолимою жаждою деятельности и выдающеюся энергиею. Фридрих Вел., при котором Б. начал службу, не особенно благоволил к нему, так что он вышел в отставку, и только после смерти короля, в 1788, опять вступил в ряды войск, с чином майора. В 1801 г., Б., за оказанные им многочисленные подвиги, произведен был в генер.-лейтенанты. Во время несчастной для пруссаков кампании 1806 г., после сражения при Ауэрштедте, Б. с горстью солдат, предводимых им и генералом Иорком, успел уйти в Любек, но здесь, очутившись в безвыходном положении, принужден был сдаться, исполнив первоначально все, чтобы спасти честь оружия. До конца 1812 г. он обречен был на бездеятельность; но едва лишь появилась надежда на свержение Наполеоновского ига, как Б., имевший уже 70 лет от роду, но еще полный сил и энергии, стал во главе национального движения в Германии, и в 1813 г. получил начальство над соединенными русско-прусскими войсками в Силезии, покрывшими себя славою, особенно в сражениях при Кацбахе и под Вартенбургом. Особенно искусны и энергичны были действия Б., предшествовавшие Лейпцигской битве. В кампанию 1814 счастье не раз изменяло Б., но не заставляло его падать духом. Под Бриенном 19 (27) янв. он потерпел неудачу, но затем, получив подкрепления, 20 января (1 февр. ) одержал победу при Ла-Ротьере. В начале февраля Б. двинулся через Шалон к Парижу, но Наполеон, воспользовавшись разобщенным и растянутым положением его войск, разбил их по частям и заставил Силезскую aрмию, понесшую огромные потери, отступить к Шалону. Затем действия ее уже сопровождались успехом и завершились 19 марта овладением Монмартрскими высотами, под Парижем. В 1815 г., по возвращении Наполеона с о-ва Эльбы, В. принял начальство над прусско-саксонскими войсками в Нидерландах. Разбитый под Линьи, он, однако во время подоспел к бою под Ватерлоо и этим решил победу, после которой, неотступно преследуя французов, подошел к Парижу и принудил его к сдаче. По окончании войны Б. удалился в свое силезское поместье, где и проживал на покое до самой своей кончины, последовавшей 1 (13) сентября 1819 г. В войсках. Б. пользовался большою популярностью; pyccкиe солдаты прозвали его «фельдмаршал Форверц», вследствие постоянно повторяемого им в бою слова «Vorwarts» (вперед!), См. Elsner, «Blucher v. Wallstadt» (Штутгарт, 1835); Joh. Scherr, «Blucher, seine Zeit und sein Leben» (Лейпц., 1862).

Бобовые 

Бобовые (Leguminosae, по плодам), они же мотыльковые (Раpillionaсеае, по цветам) — название весьма обширного и в высокой степени естественного семейства растений из класса Двудольных.. Цветы у всех представителей неправильные, состоят из пяти неодинаковых лепестков, с 10 тычинками, а плоды имеют характерное устройство, заслужившее особый ботанический термин «боб». Общий признак всего семейства состоит в том, что в цветах всегда одночленная завязь — цельная, не разделяющаяся на доли, одногнездная, а плод у всех двустворчатый, одногнездный, многосемянный [редко 1-семянный, как у клевера (Trifolium)], лопающийся по двум швам створок, к которым и прикреплены семена, четные в промежутках нечетных. Это громадное семейство, насчитывающее до 6600 видов, распространено по всему земному шару, и имеет своих представителей во всех широтах, от крайнего севера и альпийских лугов до экватора. Формы травянистые и деревянистые почти одинаково обильны в этом семействе, которое в самых крупных чертах, подразделяется на три следующие подсемейства: 1) Мимозовые, 2) Цезальпиниевые и 3) Мотыльковые (или Бобовые), собственно составляющие огромное большинство всего семейства. Мимозовые и Цезальпиниевые — обитатели исключительно теплого климата, тогда как на долю Мотыльковых собственно остаются все остальные климатические пояса земного шара. В ископаемом состоянии В. появляются несколькими видами, начиная с эоцена. В миоцене они уже очень обильны и притом из всех трех главных групп. Три нижеследующие подсемейства Б. многими авторами считаются за самостоятельные семейства.
1. Бобовые собственно или Мотыльковые — имеют неправильные двусимметричные цветы из 5 — дольней неопадающей чашечки, 5 — лепестного венчика, 10 тычинок и пестика; лепестки вполне распустившегося цветка сходны с фигурой летящего мотылька, откуда и произошло само название цветов и всего семейства (лучшие примеры — горох и душистый горошек) С другой стороны, тот же цветок уподобляется лодке; самый крупный непарный лепесток получил название паруса (vexillum), за ним следует пара одинаковых и более узких лепестков, симметрично расположенных, это — крылышки (alae) или весла; наконец, еще два равных лепестка срослись вдоль своего нижнего края, образовав весьма явственную лодочку (саrina); в этой-то лодочке и лежать пестик и тычинки, из которых у большинства видов одна вполне свободна, а 9 срослись своими нитями (до различной высоты у разных родов и видов) в одну общую пластинку, облегающую пестик. Листья у Б. по преимуществу сложные и чаще всего перистые или лапчатые (клевер, лупин), от одной до 20 и более пар листочков; весьма характерны для этого семейства прилистники, свойственные большинству видов и иногда превосходящие размерами самые листочки (у гороха, вязела и мн. др. ); весьма часты тоже и усики, как простые, так и ветвистые, заканчивающие собою черешки сложных листьев. Из огромного числа родов, относящихся к этому подсемейству, подразделяемому на 10 колен, достаточно указать на всем известные по своим применениям: горох (Pisum), бобы (Faba), фасоль (Phascolus), клевер или трилистник (Trifolium, тоже и «кашка») вика (Vicia), лупин (Lupinus), донник (Melilotus), люцерна (Medicago), множество садовых форм, степные кустарники — ракитник (Cytisus), чилига или карагана (Caragana, из них С. arborescens обильно разводится в наших садах и палисадниках, как хорошая живая изгородь, под ложным названием акации), белая акация или лже-акация (Robinia pseudoacacia), астрагалы (Astragalus), эспарцет (Оnоbrychis) и множество других. Вообще-же Б. — одно из богатейших семейств по обилию полезных для человека представителей.
2. Цезальпиниевые (Caesalpinicae), с немногочисленными родами, отличаются значительно меньшей неправильностью цветов; два лепестка «лодочки» уже не срастаются, так что и самая лодочка не существует; тычинки тоже все свободны; плод — боб, раскрывающийся лишь по одному шву, а не по двум, как у предыдущего подсемейства или вовсе не раскрывающийся; есть тут и формы без лепестков, как напр., известные «сладкие рожки» или «цареградские стручья», Ceratonia Siliqua, у которых тычинок только 5; кроме этого рода, в России дико не растущего, хорошим представителем Ц. является наш крымский кустарник, даже дерево — «Иудино дерево» или «Багрянник иудейский», Cercis siliquastrum L., по-татарски «музаагач», цветущий раннею весной, до листьев, крупными ярко-розовыми цветами; листья у него совершенно цельные, круглые. Из других более известных родов можно назвать цезальпинию (Caesalpinia), гледичию (Gleditschia), кассию (Cassia), богинию (Bauhinia) и тамаринд (Таmarindus).
3. Мимозовые (Mimoseae), с еще меньшим числом родов, уроженцев, как уже сказано, теплого пояса. Цветы вообще мелки, собраны в плотные соцветия — головки, реже кисти, и почти правильны; это подсемейство может назваться Бобовыми с правильными цветами; число частей цветка колеблется от 4 до 6, хотя пятерное чаще; тычинок от 4 до неопред, числа; листья у большинства двоякоперистые с мелкими долями. В устройстве плодов особых отличий нет. Хорошими примерами служат мимоза стыдливая (Mimosa pudica L.), складывающая свои листочки и опускающая черешки листьев при малейшем раздражении, и акация настоящая, растущий на Кавказе кустарник, Acacia Julibrissin — «гюль-Эбришим», т. е. шелковое дерево.
А. А.

Бобр 

Бобр (Castor), род млекопитающих из отряда грызунов , отличающийся широким, горизонтально сплюснутым и покрытым чешуею хвостом и тем, что пальцы на задних ногах соединены между собою плавательною перепонкою. Красно-бурые резцы очень сильно развиты и значительно выдаются наружу; верхние два с клиновидною коронкою; коренные зубы, которых по восьми в каждой челюсти, а именно по четыре с каждой стороны, верхней и нижней челюсти, снабжены выступами эмали. Ноги короткие, пятипалые; на втором пальце задних ног находится двойной коготь. Известен только один вид: Б. речной или обыкновенный (С. Fiber), по величине и по неуклюжей форме тела напоминающий барсука, имеющий 80 — 90 сант. и более длины, так что это один из самых крупных грызунов. Сверху Б. Красно-бурого или черноватого цвета, снизу светлее, встречаются так же белые, желтые или пятнистые разновидности; хвост буро-черного цвета. Тело его толстое, сжатое с боков; спина, особенно во время покоя, выпуклая. Голова округленная, а спереди заостренная, напоминающая голову крысы; уши очень малы и почти совершенно скрыты в шерсти; глаза расположены по бокам головы, маленькие, с темно-голубым райком и вертикальным зрачком; нос широкий и голый, с большими ноздрями, которые могут закрываться. Шея короткая и толстая. Широкий и плоский хвост у основания покрыть волосами, а в остальной части — чешуйками, между которыми находятся одиночные волоски. В настоящее время Б. живет обществами по берегам больших рек Северной Америки, Сибири и Европейской России (на Висле), а одиночно изредка встречается и по большим рекам Западной Европы (Рона, Эльба, Рейн. Висла). Прежде Б. встречался гораздо южнее, например, в Западной Азии — на р. Евфрате и даже в Индии; теперь же, вследствие усиленных преследований, это животное становится все реже и реже даже и на Севере, особенно в Северной Америке, хотя и до сих пор из этой страны ежегодно поступает в торговлю до 150000 шкур, ценою каждая средним числом в 4 — 5 руб. сер. Питается Б. молодыми отпрысками, корою и корнями деревьев. По земле он движется неловко, но отлично плавает и ныряет. Самую замечательную особенность Б. составляют их домостроительность и общественная жизнь, о которых, однако, часто рассказывают много преувеличенного и неправдоподобного. Для защиты от зимнего холода и от напора воды, Б. Возводят постройки; если сил одной особи для этой цеди не достаточно, то работа выполняется всем обществом. Они возводят безъискуственные, тупо-конусообразные постройки, состоящие из наложенных слоями ветвей, трав, ила и камней и выдающиеся на 1,50 — 1,60 м. над поверхностью воды. Постройка. воздвигается в два этажа: верхний сухой, помещающийся над водою, служит жильем, а нижний — подводный, для склада жизненных припасов. Нижний этаж имеет выходь, помещающийся под водою. В стоячей воде Б. начинают постройку прямо, без всяких подготовительных работ, но в проточной воде они сначала устраивают плотину, чтобы удержать воду на одинаковой высоте. Эти плотины устраиваются из жердей, промежутки между которыми выполняются камнями и илом; у основания такие плотины бывают от 3 до 4 метров шириною и иногда устраиваются на довольно значительном протяжении. Необходимое для построек дерево Б. добывают, перегрызая зубами стволы растущих по берегам кустарников и даже довольно толстых деревьев; зубы их на столько крепки, что они могут сразу перекусить ветвь в дюйм толщиною. Кроме конусообразных водяных жилищ, в которых обыкновенно живет по 2 — 3 семейства вместе, Б. всегда имеют норы, расположенные вблизи берега и имеющие выход в воду. Если помешают их постройке, то они живут в этих норах, точно также в таких норах они селятся и тогда, когда живут одиночно. С приближением холодного времени Б. собираются в большом числе и принимаются за починку старых жилищ, в случае нужды и за постройку новых. Б. живет обществами только зимою, а летом большую часть времени проводит одиночно. Бобр очень пуглив и выходит из жилищ только по ночам. Самка ежегодно мечет 2 — 5 слепых, но покрытых шерстью детенышей, за которыми очень ухаживает. Молодые Б. отделяются от родителей только на третьем году жизни. Б. живет 30 — 40, даже 50 лет. Он вреден тем, что портить деревья вокруг своего жилья, но этот вред с избытком вознаграждается тою пользою, которую он приносит. За Б. охотятся частью ради ценного его меха с густым подшерстком и длинною, блестящею гранью, частью же ради бобровой струи, вещества с своеобразным проницающим запахом, которое употребляется в медицине. Вещество это выделяется в двух мешках, расположенных по бокам заднего прохода. Прежде в медицине употреблялось также маслянистое бобровое вещество (Pinguedo или Axungia Castorei), помещающееся в 2х маслянистых мешках, расположенных сбоку мешков бобровой струи и под ними. Мех Б. речного очень красив и хорош для шуб. Важное торговое значение имеет и подшерсток бобра, который идет на выделку шляп и которого с одной хорошей бобровой шкуры получается до 11/2 фунта. Шкуры Б., живущих одиночно, в береговых норах, бывают очень истерты и мало ценятся; только Б., живущие обществами, доставляют красивые меха и хороший подшерсток, но у них летние шкуры бывают гораздо хуже зимних. последние всегда пушистее и имеют более густой и темный волос. От речного или настоящего Б. следует отличать двух животных называемых также бобрами, но ни чего общего с ним не имеющих: Б. болотного (Myopotamus coipus ). принадлежащего к отряду грызунов, и Б. морского (Enhydris marina), относящегося к отряду хищных, а именно к семейству тончавых или куничных (Gracilia s. Mustelina).
Э.К.Брандт

Боб 

Боб (legumen) — одногнездый многосемянной плод, кожистый околоплодник которого лопается по двум швам на 2 створки; семена прикреплены к этим створкам. Встречается исключительно в семействе мотыльковых или бобовых, составляя характерный признак всего семейства, у некоторых родов Б. претерпевает иногда значительные изменения, отступая от выше приведенного определения: так, у клевера и эспарцета Б. односемянный и не раскрывается; у Hedysarum Б. длинен, но между каждыми двумя семенами образуется перетяжка и ложная перегородка, Б. не раскрывается, а ломается на членики; у Астрагалов один из швов двух створок врастает внутрь более или менее глубоко, разделяя весь плод на два продольных, но неполных гнезда.
Наконец, самое замечательное отклонение Б. по форме наблюдается у люцерны (Medicago), где он согнут кольцом или даже закручен спиралью в несколько оборотов. Семена бобов, относительно, крупны, в представляют два типа: у одних, напр. гороха, семядоли мясисты и толсты, полушаровидны, у других они тонкие и плоские, листоватые. Эти-то мясистые семядоли и служат хорошею, хотя несколько трудноваримою пищею, содержа в себе много крахмала.
А. А.

Бог

Бог. — Во всех религиях существует представление о Б. или о богах (кроме буддизма), как живых и личных существах, отдельных от природы и имеющих отношение к человеку. Сходясь в этих общих представлениях, свойственных всем религиям и составляющих существенную черту религии вообще, частные представления о Б. или о богах в различных религиях разнообразятся, смотря по национальности и степени культурности народа. Мы здесь не будем следить за этими частностями, которые рассматриваются в истории религий. Точно также мы здесь не будем касаться и положительного откровенного учения, как оно, на основе св. Писания, Ветх. и Нов. Завета, при руководстве св. предания, по разуму Церкви, излагается в догматике. Ограничивая таким образом предмет настоящей статьи, мы займемся лишь. самыми, общими определениями понятия, как они трактуются в метафизике, теодицее и естественном богословии — науках философских, и основном богословии и апологетике — науках богословских. Таким образом нам предстоит говорить о доказательствах бытия Божия, и потом уяснить понятие о Б. личном и Его свойствах.,
Доказательств бытия Божия существует четыре вида: космологическое, телеологическое, онтологическое и нравственное. В виду того, что все известные нам народы (или почти все) имеют религию, и как Цицерон и Аристотель говорят, нет народа без веры в Б., — считают еще и пятое доказательство — историческое. Всеобщностью веры в Б. доказывают действительное существование Б. Но так как всех народов мы не знаем, а на собирательном множестве данных, хотя бы и очень большом, нельзя основывать всеобщности и необходимости понятия, то этому доказательству не придают особой силы и значения. Впрочем, оно важно в том отношении, что подтверждает мысль, что вера в Б. существует в человеческой душе независимо от климата, почвы, расы и друг. внешних условий. И так существует четыре доказательства бытия Божия, которые можно свести к двум основным: первые два (космологическое и телеологическое) основываются на рассматривании мира и руководствуются внешним опытом; два последние (онтологическое и нравственное) основываются на наблюдении нашего внутреннего мира и руководятся опытом внутренним. Доказательства бытия Божия имели долгий исторический рост и развитие, у различных мыслителей формулировались с разными изменениями и поправками. Не входя в частности и подробности, мы излагаем здесь только сущность доказательств. Космологическое доказательство от ограниченности и случайности наблюдаемых предметов, на основании аксиомы, что все, что бывает — должно иметь достаточную причину, ведет к заключению о бытии Существа безусловного, или такого, бытие которого независимо ни от каких условий и утверждается само в себе; иначе вся совокупность условного бытия не имела бы окончательной причины. Это доказательство встречается отчасти уже у Аристотеля, который разграничил понятия о бытии случайном и необходимом, условном и безусловном, и показал необходимость признания, в ряду относительных причин, первого начала всякого действия в мире. Помимо утверждения бытия Божия, это доказательство дает нам и понятие о Б., как о Существе безусловном и Творце. Телеологическое доказательство от целесообразного устройства мира заключает к бытию целеполагающего виновника такого устройства мира. По началу и происхождению оно родственно с доказательством космологическим, но дополняет его и дополняется им. Космологическое доказательство побуждает нас признать внемирную творческую силу, вызвавшую мир из небытия; телеологическое доказательство говорит нам, что сила эта, кроме могущества, имеет еще свойства разумного существа, разумной личности. Телеологическое доказательство очень древнего происхождения. Уже Анаксагор, наблюдая целесообразное устройство мира, пришел к идее о верховном уме (NouV). Точно также Сократ и Платон в устройстве мира видят доказательство существования высочайшего разума. Это доказательство называют библейским по преимуществу, потому что в Священ. Писании, особенно в Псалмах и книги Иова, целесообразное устройство мира возводит мысль к премудрому художнику мира. Критики отрицают силу этого доказательства, или отрицая самую целесообразность в мире, или объясняя целесообразность результатом действия сил и законов природы (Геккель, Штраус); третьи признают целесообразность, не объясняют ее только результатом действия сил и законов, но тем не менее отвергают сознание и личную жизнь в виновнике устройства мира, признавая его силою слепою, хотя и целесообразно действующею (Шопенгауэр и Гартман). Д. С. Милль, заметим кстати, это доказательство считает очень убедительным. Онтологическое доказательство в общих чертах намечено еще блаж. Августином, но точно сформулировано Ансельмом Кентерберийским. Оно из присущего нашему сознанию понятия о Б. заключает о реальном существовании Б. Мы представляем Б. существом всесовершенным. Но представлять Б. всесовершенным и приписывать ему бытие только в нашем представлении значит противоречить собственному представлению о всесовершенстве существа Божия, потому что совершеннее то, что существует и в представлении и в действительности, нежели то, что существует в одном только представлении. Таким образом нужно заключить, что Б. как существо, представляемое всесовершенным, имеет бытие не в одном только нашем представлении, но и в действительности. Тоже самое Ансельм выразил и в таком еще виде: Б., по идее, есть существо всереальное, совокупность всех реальностей; бытие относится к числу реальностей; по этому необходимо признать, что Б. существует. Доказательство это несколько иначе излагается Фомою Аквинатом, Спинозою и Лейбницем и удачнее других формулируется Декартом. Кант отвергает силу этого доказательства, а Гегель, напротив, преувеличил значение этого доказательства в ряду других. Все изложенные доказательства нашли сурового и не вполне справедливого критика в лице Канта, который не только отрицает силу и обязательность этих доказательств, но и не признает возможным найти какое бы то ни было доказательство бытия Божия в области чистого разума. Неверие, впрочем, не могло утешиться разрушительною работою Канта. Отрицая силу и значение всех доказательств, он тем не менее сформулировал новое, свое собственное доказательство бытия Божия. Оно основано у него на идее нравственного возмездия и на требовании со стороны практического разума верховного нравственного мироправителя, необходимого для реализования нравственного закона — для установления гармонии между совершенною добродетелью и счастьем человека. В нашей совести существует безусловное требование нравственного закона, который не творим мы сами и который не происходит из взаимного соглашения людей, в видах общественного благосостояния. Нераздельность нравственного закона с существом нашего духа и независимость его (закона) от нашего произвола приводят к заключению, что виновником его может быть один верховный законодатель нравственного мира. Мы в своих поступках не должны руководствоваться своекорыстными представлениями о награде, но тем не менее в нашем духе есть непременное требование, чтобы добродетель получила приличную ей награду, порок достойное наказание. Соединение нравственности с счастьем составляет высочайшее благо, к которому человек непременно стремится в силу самой нравственной природы своей. Соединение добродетели с счастьем не зависит от нас самих, и опыт показывает, что в этой жизни добродетель не вознаграждается заслуженным счастьем. Если не во власти человека установить союз добродетели со счастьем, то должно быть другое нравственное существо, которое и может и хочет сделать это, т. е. наградить добродетель достойным ее счастьем. Такое существо и есть единый Б. Из своего доказательства Кант выводить и понятие о свойствах Божиих. Он есть личность отдельная от природы и обладающая высочайшею святостью, благостью, премудростью, всемогуществом и проч. Так как Кантово доказательство утверждает бытие личного Б., то против него восстают все пантеисты: Фихте, Шеллинг и Гегель порицают его довольно резко и Шиллер говорит, что Кант проповедует нравственность, пригодную только для рабов. Штраус насмешливо замечает, что Кант к своей системе, по духу противной теизму, пристроил комнатку, где бы поместить Б.
Идея Бога есть плод непосредственного восприятия и не может быть выведена из посылок, которые мы обыкновенно полагаем в основание умозаключений по наблюдению каких либо сторон бытия внешнего и внутреннего. Поэтому доказательство бытия Божия не надо смешивать с другими доказательствами, когда мы понятием одного предмета устанавливаем понятие другого: они только уясняют нашему уму присущую ему по природе идею бесконечного. Мы должны признать наше познание о Б. неполным и несовершенным. Но говорить о совершенной невозможности теоретического познания Б. и рассудочных доказательств его бытия будет не справедливо. А между тем многие мыслители утверждают такое мнение по различным основаниям. Кант говорит, что руководствуясь мышлением, мы должны признать существо Божие только идеалом, в котором мы соединяем все совершенства и которому приписываем действительное бытие только потому, что нуждаемся в абсолютном начале при исследовании явлений мира. Но справедливо ли это? Нравственное доказательство Канта утверждает, как мы видели, действительное бытие личного Б. Если это достижимо практическим разумом, то тоже ли никаким образом не может быть доступно мышлению? Не напрасно ли Кант проводит такую пропасть между практическим и теоретическим разумом? За Кантом и Шлейермахер отрицает возможность доказывать бытие Б. и даже говорит против разумного постижения Божества. Б. есть высочайшее существо всех противоположностей, которое и совмещает и вместе уничтожает все противоположности; поэтому он должен быть мыслим в одно и тоже время и как все, и как одно. А для нашего ума это невозможно: ум наш мыслит по закону противоположности, по крайней мере необходимо противополагает мыслимому им объекту свое мыслящее я. Как скоро Б. становится предметом нашего мышления, он необходимо поставляется в противоположение тому, что он не есть; следовательно делается ограниченным, конечным существом. Б. не может быть, таким образом, предметом знания, а может быть предметом только нашего чувства. На это отвечают: действительно, Б. по определению Шлейермахера, — лишенный всякой реальности, — немыслим. Но правильно ли самое определение придуманное Шлейермахером? Если мы в нашем мышлении будем противополагать Б. всему конечному, ограниченному и несовершенному, идея бесконечного существа нисколько не пострадает от такого противоположения: в этой противоположности всему ограниченному именно и заключается бесконечное величие Божие. Кроме Канта и Шлейермахера, Якоби отрицает возможность разумных доказательств бытия Божия, по другим соображениям. Доказывать, говорит он, значит выводить низшее из высшего. Выше Б., как существа безусловного ничего нет и нельзя указать ничего, что было бы основанием его бытия. Следовательно доказательства бытия Божия невозможно. В несколько измененной форме тоже самое высказывал и наш русский философ Ф. А. Голубинский. На это говорят: действительно неприложимы к данному вопросу формы доказательств математических в так называемых демонстративных; но доказательства индуктивные и уместны и приложимы.
В тех самых актах сознания, которыми мы уясняем присущую нашему уму идею бытия Божия, мы находим основания и для доступного разуму постижения свойств существа Божия. Путем доказательства онтологического мы постигаем Б., как первосущество — субстанцию. Космологическое дает нам идею о Б.. как первой причине всякого бытия и жизни, — не требующей никаких условий для своего собственного бытия. Телеологическое доказательство заставляет нас в Верховном Существе призвать существо премудрое и бесконечно разумное. В нравственном доказательстве мы приписываем Б. чистейшее самоопределение и признаем его верховным законодателем и судьею мира. В этих общих определениях даны частные понятия о свойствах существа Божия. Как безусловно разумное и свободное существо, всегда и всецело обладающее своими совершенствами, с полным ведением и совершенною волею, свободное от внешней необходимости, Б. есть всесовершенный дух и, в чистейшем смысле слова, Лицо. Как верховному существу и верховной причине мира, ему свойственно всемогущество. Как художнику целесообразного устройства мира ему свойственна премудрость. как верховному законодателю нравственного мира, ему свойственны: правосудие, благость, святость и проч., и проч. Так как в Б. заключаются идеалы всех для нас мыслимых совершенств, то Б. есть существо всереальное, идеал истины, добра и красоты.
Главным спорным пунктом в философских определениях Божества является вопрос о личном Боге. Вера в личного Б. присуща всем религиям (кроме буддизма) и составляет, как мы прежде сказали, существенный элемент религии вообще. Но некоторые философские школы совершенно отрицают ее. Теистическое направление в согласии с откровенным христианским учением признает Б. живым личным существом, деятельность которого и после творения мира проявляется в промышлении о мире и в любвеобильной заботливости о человеке. Но пантеистическая философия отрицает личность в Боге и совсем иначе представляет отношение Бога к миру. Она определяет Бога, как внутреннюю причину вещей (Deus est causa rerum immanens), чем выражает ту мысль, что причина эта не есть что нибудь внешнее по отношению к миру, но внутренне присуще ему, все явления мира физического и духовного относятся к ней, как акциденции к своей субстанции. как бываемое к сущему. На языке этой системы Б. большею частью обозначается не существительным именем, а отвлеченно, прилагательным: безконечное, абсолютное, бессознательное, целое все и т. д. Если употребляются более конкретные названия. мировой дух, душа мира, абсолютная субстанция — то с ними все таки не соединяется понятие о личном существе. Безличность Божества, по этой системе. такое же его существенное свойство, как и неотдельность от мира. Мыслители этой школы видят взаимное противоречие в самых понятиях: — личность и бесконечное — и говорят, что эти понятия отрицают одно другое: бесконечное не может быть личностью. Но теистическая философия под бытием бесконечным разумеет бытие отрешенное от условий пространства и времени — этих необходимых форм всего конечного, ограниченного и несовершенного и потому не видит противоречия между понятием личность и бесконечное. Она замечает противоречия в пантеистических определениях, по которым с одной стороны утверждается, что абсолютное должно совмещать в себе все, с другой отказывает ему во всяком положительном качестве в совершенстве, и в том числе в сознательном свободном личном бытии, так что в конце концов оказывается, что вместо него Божеству не принадлежит ничего, и оно превращается в ничто. Пантеисты думают. что для бесконечного, всеобъемлющего начала личная форма бытия тесна и узка; личная форма — несовершенство, ограничение и лишение бесконечности. Б., по Гегелю, мировой дух, вечно раскрывающийся в разнообразных формах конечного бытия и сознающий себя только в ограниченных разумных существах. Против такого понимания Божественного самосознания справедливо возражают противники пантеизма и защитники понятия о личности Божества. Человеческое в всякое вообще ограниченное сознание не может быть одно с бесконечным: оно никогда не может освободиться от несовершенства и потому в нем никогда не может вполне отразиться сознание Богом Себя, как бесконечного Духа. Если Б. в конечных и ограниченных существах доходит до Сознания Себя, а сам в Себе не имеет Самосознания, то необходимо допустить, что Сознание его не отвечает Существу Его: Сам по Себе, по Существу своему, он неограничен и всесовершен, а сознание имеет ограниченное и несовершенное. Здесь нельзя не видеть противоречия. Против понятия о личном Боге ратуют Шлейермахер и Штраус. Всю эту контроверсию можно читать в книге Н. П. Рождественского, «Христианская Апологетика».
П. Васильев

Богара

Богара, богарой или богарными полями (иначе ляльми) называются в Туркестане и вообще в Средней Азии поля, засеваемые под дождь, т. е. без искусственного орошения и, главным образом яровой пшеницей. Богарные посевы вследствие недостатка воды играют чрезвычайно важную роль в хозяйстве среднеазиатского жителя и неурожай богары влечет часто за собой голод. В ходжентском у. около трети всех посевов производятся под дождь, а в остальных местностях Самаркандской области от 1/4 до 1/2. Урожай хлеба на богарных полях зависит от количества влаги в почве весной (снежная зима) и от весенних дождей, а следовательно чаще всего дают урожай богарные поля, расположенные в подгорной полосе (около 4000 ф. над ур. моря). Площадь богарных полей постоянно изменяется в зависимости от видов на более или менее обильную влагой весну.

Богданова 

Богданова (Надежда Константиновна) — знаменитая балерина, род. в 1836 г. в бедной артистической семье. Ее отец был первым танцовщиком московского балета, а впоследствии и режиссером (умер 1877). Будучи воспитан в строгой школе Дидло, он с большим тщанием обучал Н. К., которая 12 лет впервые появилась на сцене в Ярославле. Объехав с успехом почти все главные города Европейской России, Б. в марте 1850 года вернулась в Москву и, по совету Фанни Эльслер, отправилась в Париж, где, благодаря участию принцессы Мюрат, была принята в танцевальную школу при оперном театре. Знаменитый Сен-Леон, впоследствии балетмейстер в Спб. (1859 — 69), усердно занялся ею и 20 окт. 1851 г. Б. дебютировала в балете «Маркитантка», в заглавной роли, смело выступив в балете вместо Карлотты Гризи. Успех превзошел ожидания, пресса признала в ней крупный талант. С той поры Б. стала любимицей парижан. На представлении «Juif Errant» ее забросали цветами, Мейербер переделал для нее сцену в «Роберте». 4 года танцевала Богданова в Париже с большим успехом вплоть до Крымской войны, когда патриотизм и сознание личного достоинства не позволили артистке оставаться в враждебном городе. По дороге в Петербург она посетила Берлин и Варшаву, где ей был оказан восторженный прием. 2 февраля 1856 г. Б. дебютировала с громадным успехом в Петербурге в балете «Жизель». Танцевала Б. очень изящно, с грациозною живостью, необыкновенно ловко, с выразительною мимикою. На сцене пробыла до 1863 г. Ныне живет в Петербурге. Об успехах Б. см. в кн. «Артистическое семейство Богдановых» (Спб., 1856) и «Хронику» Вольфа (Спб. 1884, III).
А. Ум.

Богданович 

Богданович (Ипполит Федорович) — поэт екатерининских времен, род. 23 декабря 1743 г. в Переволочне; десяти лет был записан в военную службу, но по окончании московского университета в 1761 году определен был надзирателем за классами в университет, а в 1762 г. в комиссию о строении триумфальных ворот, для которых сочинял надписи. В 1763 г. был прикомандирован в штат гр. П. И. Панина, а с 1764 начал службу в иностранной коллегии; с 1766 по 1769 г. был секретарем русского посольства при саксонском дворе. В 1799 г. переведен в департамент герольдии, а в 1780 г. членом в государственный архив, где с 1788 г. был председателем. 1 мая 1795 г. уволен от службы и в следующем году оставил Петербург. Умер в Курске 6 января 1802 года. Писать стихи начал в детстве и уже 14 лет печатал их, благодаря Хераскову и Meлиссино. В 1763 г. он познакомился с гр. Дашковой и принимал участие в журналах, выходивших при ее участии. Около 1775 г. сочинил вольную повесть в стихах — «Душеньку», подражая Лафонтену, заимствовавшему свой сюжет из Апулея; напечатана в первый раз была она в 1783 в Спб. и до 1841 г. выдержала 15 изд.; последнее в 1887 г. А. Суворина в «Дешевой библиотеке». Сочинение это доставило Б. известность и обратило на него внимание Екатерины II. По ее поручению он написал для эрмитажного театра: «Радость Душеньки» (1786 г.), «Славяне» (1787 год) — пьесы, не имевшие успеха. С сентября 1775 года он издавал «С. Петербургский Вестник», а с 1775 — 1782 гг. редактировал «Спб. Ведомости». Кроме того он написал: «Сугубое блаженство» (поэма Спб., 1765); «Добромысл», (др. пов. в стихах. М., 1805); «Блаженство народов» (поэма, М. 1810); «Берег» (Спб., 1812); «Русские пословицы» (3 ч. Спб., 1785; здесь народные пословицы переделаны в двустишия); "Лира, или собрание разн. соч. " (Спб., 1773). Плодом его исторических занятий осталось: «Историческое изображение России» (Спб., 1777) и переводы: «Малая война, описанная майором в службе короля Прусского» (с фр., Спб., 1768); «Сокращение из проекта о вечном мире Руссо(из Сен-Пьера)» (Спб., 1771) и «Вертота, история о бывших переменах в Римской республике» (с фр. 3 ч. Спб., 1771 — 75). Б. оставил автобиографию (напечатана в "Отеч. Зап. ", 1853, № 4). Собрание его сочинений вышло в Москве в 1809 — 1810 гг., 6 ч.; 2е изд. — М. 1818 — 19 гг., 4 ч.; З-е — Смирдинское, в 2 ч.. в 1848 г.
Из всего написанного Б. историко-литературное значение имеет только «Душенька». Она явилась довольно смелым диссонансом в поэзии XVIII в., занимавшейся производством торжественных надутых од. Современники были поражены новизною ее содержания и формы и произвели Б. в «гении». «Душенька» породила массу подражаний и переделок, как какое-нибудь «классическое» произведение. Смерть Б. вызвала массу эпитафий, в которых Б. превозносится, именно за написание «Душеньки»: 
Зачем нам надписьми могилу ту чернить.
Где Душенька одна все может заменить
говорится в одной из них. В наше время в «Душеньке» можно отметить легкость стиха и желание, насколько позволяет официальная и нравственная цензура, побеседовать о «клубничке», благодаря которой поэма, главным образом, и имела успех у современников.
М.M.

Богема 

Богема (франц. Boheme, т. е. цыганщина) — так французский писатель Мюрже (Неnri Murger) назвал студентов Латинского квартала и с тех пор богемой называют всякую интеллигентную бедноту, которая артистически весело и беззаботно переносит лишения и даже с некоторым презрением относится к благам земным. Боголюбово (Боголюбимое, Боголюбое, Боголюбый, Боголюб) — теперь село в 11 в. к СВ. от г. Владимира, при впадении р. Нерли в Клязьму, близ МосковскоНижегородской железной дор., с мужским второклассным монастырем, который ныне предполагают возвести на степень первоклассного. Построение здесь церкви Рождества Пр. Богородицы, потом основание монастыря, около которого, затем, образовалось селение, летописные сказания приписывают следующему случаю. В 1155 г. Андрей Юрьевич, впоследствии великий князь суздальский, тайно от отца уехал из киевского Вышгорода в Суздальскую землю, захватив с собой греческий Чудотворный образ Богоматери (Владимирская икона Богоматери, писанная, по преданию, евангелистом Лукой и находится теперь в московском Успенском соборе); на месте Боголюбова монастыря лошади, на которых везли икону, остановились и не могли ехать далее; впряжены были новые, но и эти не могли тронуться с места. После такого знамения князь счел эту местность за излюбленную Богоматерью, за «место Боголюбимое», и основал тут церковь, а потом монастырь, около которого образовалось селение Боголюбово — любимое местопребывание его, от которого он получил и прозвание «Боголюбского». В монастыре, в 1174 году, князь-основатель и погиб от руки убийц, причем в последовавшем возмущении много пострадал и Боголюбов. Года через три, во время распри в. кн. Всеволода III с рязанскими князьями, Б. сильно пострадал от Глеба Ростиславича Рязанского и приведенных им половцев: тогда уцелели только церковь, кельи и молельня князя, но первая была ограблена. Монастырь до учреждения духовных штатов имел с лишком 700 душ крестьян. С 1846 г. в Б. открыта выставка сельских произведений для Владимирской, Ярославской, Костромской и Вологодской губ. Теперь в селе более 1000 д. об. пола; жители, кроме земледелия, занимаются иконописанием и др. промыслами; в сентябре бывает ярмарка.
А. Э.

Богомол 

Богомол (Mantis religiosa) — насекомое, принадлежащее к отряду Прямокрылых (Orthoptera), достигает 42 — 52 (самец) или 48 — 75 мм. (самка) длины. Окраска его очень изменчива и бывает то зеленою, то буросерою; внутренний край надкрылий и крылья, за исключением верхушки; обыкновенно прозрачные. Это насекомое отличается тем, что его треугольная, весьма подвижная голова сидит на длинном, почти палочкообразном переднегрудии, а передние ноги хватательные. Брюшко яйцевидное, довольно длинное и Богомол двигается с места на место посредством четырех шественных ног, бедра которых не утолщены и которые вследствие этого не приспособлены к прыганию. Надкрылия почти такой же длины, как и туловище и часто пергаментообразны; крылья складываются веерообразно, как у прочих прямокрылых. Передние хватательные ноги имеют сильные лапки, которые переходят в кривой острый крючок. Голень и лапка вкладывается в борозду бедра, как лезвие перочинного ножика в черенок; внутренняя сторона лапки и голень по краям борозды усажены острыми шипами. Б. водится в Алжире, на Кавказе, в Крыму, вообще Южной, а отчасти и Средней Европе, в южной Сибири и в некоторых провинциях Китая. Он встречается с авг. до окт. в траве, в садах и виноградниках. Это чрезвычайно прожорливое насекомое обыкновенно сидит в траве с приподнятою переднегрудью и с направленными кверху передними ногами, которые в таком положении напоминают руки, воздетые к небу во время молитвы; отсюда произошло и название этого насекомого. В таком положении Б. подстерегает добычу, состоящую из насекомых (а у близких к Б. крупных экзотических видов также и из мелких ящериц и маленьких птиц); попавшуюся добычу он схватывает передними ногами и съедает. Самки откладывают яички кучками, кот. окружают пенистою отвердевающею оболочкою и прикрепляют к камням или к стеблям растений. Б. полезен тем, что истребляет много вредных насекомых.
Э. Б.

Богоматерь-Богородица

Богоматерь-Богородица (Qeomhtwr, QeotokoV, MaterDei, dei para, Unsere Liebe Frau, Heilige Jungfrau, Notre Dame, Madonna), Пресвятая Дева Мария (друг. форм. Мариам), Матерь Господа Бога Нашего Иисуса Христа. Имя Ее несколько раз упоминается в Свящ. Писании (Матф. 1, 16, 18 — 25, XIII, 55. Марка III, 31 — 32. Луки I, 26 — 56, II, 1 — 40, 48. Иоан. XIX, 25-27. Деян. I, 12 — 14), но мы имеем из этого источника лишь весьма немногие сведения о жизни Б., так-так евангелисты имели первою и главною задачею повествовать о земной жизни и делах Иисуса Христа. Недостаток сведений о жизни Богородицы, получаемых нами из Священного Писания, обильно восполняется многими преданиями, из которых некоторые имеют несомненную печать глубокой древности и во всяком случае отражают веру христианского общества с древних времен. Предание называет нам родителей Пресвятой Девы: Иоакима из Назарета, от колена Иудина, племени царского, и Анну из Вифлеема, колена Левиина, племени Ааронова. Эта благочестивая чета, прожившая до старости в горести безчадия, была утешена, по усердной молитве, предвозвещением архангельским, что от них родится благодатная дщерь. Далее, тоже благочестивое предание повествует, что св. Дева с четвертого года своей жизни, по обету родителей. отдана была во храм на воспитание, как посвященная Богу. На четырнадцатом году своей жизни она была обручена старцу Иосифу, из племени Давидова, и жили они в неизвестности в Назарете. Здесь Архангел Гавриил благовестил Святой Деве рождение от Нее Спасителя мира, как изложено евангелистом Лукою (I. 26 — 38), после чего Она три месяца пробыла у родственницы своей Елисаветы, уже зачавшей Предтечу Христова (Лук. I, 39 — 56). Между тем и Иосифу, обручнику Mapии, смущавшемуся о Ней, последовало откровение от ангела тайны воплощения, рассеявшее его сомнения относительно Mapии (Матф. I, 18 — 25). Далее, евангелисты упоминают о Пресвятой Деве при повествованиях о Рождестве Христа, обрезании Его по закону в восьмой день, бегстве в Египет и возвращении в Назарет, и еще при повествовании о беседе отрока Иисуса с мудрецами в храме. Повествуя о делах Христа со времени Его общественного служения, евангелисты упоминают немного раз о Богоматери. В Кане Галилейской она ходатайствует пред Сыном за новобрачных, не имевших вина, и Он, исполняя Ее просьбу, положил здесь начало своим чудесам. В Капернауме, во время сильного спора Христа с фарисеями в синагоге, 0на хочет видеть Его, чтобы охранить от опасности. На конец, мы видим Ее при кресте, когда Христос поручил Ее попечению своего любимого ученика. Не много событий рассказали евангелисты из жизни Богоматери, но вполне достаточно, чтобы ясно очертить идеальный нравственный образ Пречистой и Пресвятой Девы, смиренной в величии, и во всем покорной воле Всевышнего. Благочестивое предание говорит, что Богоматерь жила до 48 г., и в этом году почила при многих чудесных событиях, была погребена в веси Гефсиманской, но потом чудесно взята на небо. Предание приписывает ей и проповедническую деятельность. О фактических подробностях в этом случае затруднительно судить с несомненностью. Но мы имеем право утверждать, что Богоматерь была в тесном союзе с первою христианскою церковью, собранной в Горнице Сионской в ожидании Духа Утешителя, и, конечно, имела великое значение в первой христианской общине. Высокое почтение к Матери Божией в христианском обществе восходит к глубокой древности и несомненно, по свидетельству древних преданий. Но догматическое учение о почитании Богородицы вырабатывалось и определялось частнейшими чертами постепенно, как это было и с другими догматами. Неправые мнения, лжеучения и ереси заставляли церковных учителей точнее и определеннее изложить общецерковное учение о почитании Богоматери в тоже время, как шли споры о лице Иисуса Христа. В IV веке было неправильное мнение, основанное на произвольном толковании Матф. I, 25, что Пресвятая Дева, после бессемянного зачатия и рождения Спасителя, находилась в браке с своим обручником Иосифом, от которого были дети. Такого мнения держались, между прочим, строгие ариане: Евдоксий и Евномий. Православные считали такое мнение противным истинному христианскому чувству. Но уже св. Епифаний Кипрский людей, державшихся такого мнения в Аравии, так называемых антидикомарианитов (противников Марии), прямо зачисляет в разряд грубых еретиков. Блаж. Иероним также сурово порицает за такое мнение некоего Гельвадия. Собор иллирийских епископов за это же лишил сана Боноза, епископа сардийского. Монашество, развившееся в церкви с IV в., сильно ратовало за приснодевство Богоматери и это учение сделалось общим церковным учением. Великие отцы и учители церковные: Ефрем Сир., Григорий Наз., Амвросий Мил. и друг. превозносят Ее как чистейшую и святейшую всех, очищенную св. Духом от греховной скверны. Даже блаж. Августин свое основное убеждение, что никакой человек не может быть свободен от греха, не хочет прилагать к Mapии и из благоговения пред Нею отказывается рассуждать об этом вопросе. Но при этом нужно заметить, что церковь не признавала Ее свободною от первородного греха, как свободен от него безсеменно рожденный от Ее Иисус Христос. Высоко чествуя Богородицу, церковь осуждала и порицала суеверное чествование и языческое обожание Ее. Тот же св. Епифаний, осудивший антидикомарианитов, порицает и так называемых коллиридиан, простиравших свое почтение к Богородице, как Царице Небесной, до обожания, в роде служения Астарте, и выразительно говорит, что Богородицу надо чтить, но не боготворить. Решительное влияние на определение учения о почитании Богоматери имел исход несторианского спора, после которого название QeotokoV — Богородица, встречающееся еще у св. Афанасия Великого, было признано всеми и сделалось общеупотребительным. Православная церковь в согласии со всею древнею Вселенскою церковью чтит Богородицу святою и пренепорочною приснодевою; как к скорой помощнице и заступнице прибегает к Ней в молитвах; славит Ее за оказанные благодеяния; в честь Ее установила многие праздники и освятила многие храмы, имеет и чтит Ее чудотворные иконы. Церковь католическая в почитании Богородицы пошла дальше и установила новый догмат, которого церковь древняя не знала, а церковь православная отвергает. Еще в XII в. стало на Западе распространяться мнение о непорочном зачатии и рождении Богородицы, и лионские каноники в 140 г. установили праздник в честь непорочного зачатия. Доминиканцы порицали праздник и отрицали справедливость такого мнения. Но тем не менее уже в XIV в. как праздник, так и учение, благодаря главным образом францисканцам, были признаны в католической церкви повсеместно. Папы этому благоприятствовали и, наконец, Пий IX, при усердной помощи иезуитов, торжественно провозгласил непорочное зачатие Богородицы в Риме, 8 декабря 1854 г., в качестве обязательного для всех католиков догмата. И в практике католической относительно почитания Богоматери, особенно в средние века, было немало излишнего, иногда странного и даже просто нелепого с церковной точки зрения и дурно влиявшего на нравственность. Эта практика нашла для себя осуждение иногда справедливое по содержанию, но очень резкое и глумительное по форме у Лютера и других реформатов XVI в. Вместе с нелепыми легендами и подложными святынями, реформаты отвергли благоговейное чествование икон и молитвенное призывание Богородицы, основав, впрочем, некоторые праздники в честь ее.
П.Васильев.

Богослужебные книги

Богослужебные книги содержат в себе службы и священнодействия церковные по которым совершается богослужение. Одни из них относятся к частному богослужению (требам), т. е. к такому, которое совершается по нужде, требованию одного или нескольких лиц, напр. Kpeщениe, брак, погребение и т. под. Другие относятся к общественному богослужению, которое совершается повседневно в храмах, как: вечерня, утреня, часы, литургия и проч. Все необходимое для частного богослужения находится в одной книге — Требнике. Для совершения общественного богослужения необходимы многие книги, как то: Служебник, Чиновник, Часослов, Октоих, Минея Месячная, Минея Праздничная. Минея Общая, Триодь Цветная, Ирмологион, Типикон. Некоторые книги употребляются как в частном, так и в общественном богослужении, как то: Евангелие, Апостол и Псалтирь — Б. книги, приспособленные для богослужебных. целей, с разделением для чтения в известные дни и при известных случаях. Не касаясь каждой книги в частности по ее составу и содержанию, ограничимся здесь общим замечанием о богослужебных книгах. Богослужение частное совершается по одной книге — Требнику. Но для богослужения общественного, как мы видели, существует обширный круг богослужебных книг. Многочисленность книг для общественного богослужения обусловливается изменчивостью состава одних и тех же служб, в частных молитвословиях, от дней недели и дней года (чисел). В одних и тех же книгах, в Служебнике, Часослове, Октоихе, мы встречаем одни и те же службы: утреню, вечерню, литургию; и ни в одной книге не находим всех молитвословий для этих служб, не находим полной вечерни, утрени и литургии. Таким образом, частные молитвословия для этих служб должно искать во многих книгах. Это зависит от того, что в составе каждой службы есть нечто непременное, что постоянно читается и поется на этой службе, когда бы она ни совершалась, и нечто изменчивое, зависящее от дня недели и дня года, в которые совершается эта служба. Каждая служба изменяется семь раз в неделю и триста шестьдесят пять раз в году. Таким образом, если бы изложить одну какуюнибудь службу целиком для целого года, потребовалась бы громадная книга или даже несколько томов книг для одной только службы. Но и этим не устранились бы все затруднения. Изменчивость службы зависит, мы сказали, от дней года, чисел. А числа, как известно, в продолжение семи лет подряд падают на разные дни недели. Вследствие этого одна и та же служба в течение семи лет может являться с многочисленными частными изменениями (365 ? 7=2555). Невозможность изложить в одной книге, хотя бы и многотомной, одну какую-нибудь службу для всех дней одного года, а тем более для всех годов, навсегда, и принуждает размещать частные молитвословия, относящиеся к одной и той же службе, по многим книгам: в одних из них излагают молитвословия неизменные и постоянные, или по крайней мере чаще других встречающиеся в известной службе, а в других изменяемые по зависимости от подвижных и неподвижных праздников. Кроме исчисленных простых книг, в круге Б. книг есть еще и нотные, как то: Обиход, Октоих, Праздники, Ирмологион.
П. В.

Богота 

Богота (под испанским владычеством Sante-Fe-de-Bogota) — главный город южноамериканских соединенных штатов Колумбии, в департаменте того же имени, в штате Кундинамарке, налево от речки Pиo де Б., на западном склоне Андов. Город лежит на плоскогории, высотою в 2700 м., а потому, не смотря на близость экватора, пользуется очень здоровым климатом, с средней годовой температурой в 12,3° P. Большая дорога проведена от него к гавани Буэнавентура, откуда на протяжении 20 км. идет железная дорога к Кордобе. Жит. 100 тыс., главное занятие которых — торговля и горный промысел, а также фабрикация золотых и серебряных изделий. Б. резиденция правительства, конгресса, центральных управлений, католического архиепископа и, бесспорно, один из красивейших городов Южной Америки, с множеством садов и площадей, правильными, пересекающимися под прямым углом улицами. Самая лучшая из них Калле-Реаль или Калле-дела Республика, выходящая на великолепную Торговую площадь, на которой красуются правительственные здания, таможня и выстроенный в коринеском стиле кафедральный собор с статуей Божией Матери, славящейся своим убором из драгоценных камней. По средине площади возвышается с 1846 бронзовая статуя Боливара, отлитая в Мюнхене. Кроме собора, Б. имеет 29 церквей, теперь более или менее запущенных, 12 монастырей, отчасти служащих для иных целей, отчасти покинутых, университет, Colegio Nacional de S. Bartolemo, военные и другие школы, высшее учебное заведение для девиц, библиотеку в 33000 томов, естественнонаучный музей, ботанический сад, театр, 4 госпиталя и общество естествоиспытателей. Вследствие частых землетрясений, дома все одноэтажные, отчего город раскинут на большом пространстве. Окрестности его украшены великолепными дачами. Город Б. построен в 1538 испанцем Гонзало Хименес де Квезадой, на месте древнего Тенсаквилло, в 1598, сделался резиденцией испанского вице-короля Новой Гранады, а в 1811 г. местом заседаний конгресса, который, по примеру Венесуэлы, провозгласил 12 нояб. республику. В 1816 испанцы снова завладели Б., но в 1819г., после победы при Бойаке, он был освобожден Боливаром и в скором времени сделался столицей Колумбии.

Богочеловек 

Богочеловек (QeandrwpoV) — слово не библейское, но очень древнее; кажется, прежде других им пользовался Ориген для обозначения единения во Христе Божества и человечества. Вопрос о взаимном отношении во Христе Божества и человечества с особенною ревностью был обсуждаем в Церкви в V и VI вв. После победы над Несторианством было ясно определено единство лица, а после опровержения монофизитства установилось в точности учение о целости естеств — Божеского и Человеческого в лице Христа. Таким образом был вполне уяснен догмат о Богочеловеке и теперь слово QeandrwpoV стало выражать выработанное Церковью учение о Лице Христа и взаимноотношении в Нем двух естеств.
П.В.

Богоявление 

Богоявление (epijaneia, epijania, ta Jeojania) — великий дванадесятый праздник, 6-го января, иначе называется праздником Крещения Господня; так как в этот день Церковь воспоминает Крещение Спасителя от Иоанна в Иордане (Матф. 3, 13 — 17. Марк 1, 9 — 11. Лук. 3, 21 — 22). Первое же название усвояется этому празднику потому, что при крещении Спасителя было особое явление всех трех лиц Божества: Отец из отверстых небес гласом свидетельствовал о крещаемом Сыне и Св. Дух в виде голубя сошел на Иисуса, подтверждая таким образом Слово Отца. В древности в навечерие этого праздника, как и в самый день праздника, обыкновенно крестили оглашенных и поэтому праздник называли праздником светов, праздником просвещения. В службе праздника Церковь воспоминает событие Крещения Спасителя и вместе откровение всех лиц Св. Троицы, как и гласит тропарь Крещения: "Во Иордане крещающуся Тебе, Господи, Тройческое явися поклонение.. ". Церковное празднование Богоявления, как праздника великого, продолжается двенадцать дней, 2 — 14 января. Ближайший пред праздником воскресный день называется неделею пред Просвещением. В праздновании Б. есть большое сходство с празднованием Рождества: в навечерие обоих праздников совершаются царские часы, в навечерие того и другого праздника Церковь одинаково держит пост, называемый Сочевник или Сочельник. В навечерие Б. и в самый день Б. бывает великое освящение воды (в отличие от малого, совершаемого в другие дни): в навечерие в церкви, и в самый праздник вне церкви, на реках, прудах и колодезях. Этот обряд происходит из глубокой христианской древности; водоосвящение в этот день на древнем русском языке называлось водокрещением. Богоявленская или Крещенская вода издревле считалась великою святынею (агиасма). Ее хранили, как и теперь хранят, в продолжение целого года, ею окропляют вещи, принимают ее с верою в болезни в дают пить тем, кто по каким бы то ни было причинам не может быть допущен к причащению.
С праздником Б. в различные времена в разных церквах соединялись представления о нескольких священных событиях. На Востоке он праздновался по свидетельству Климента Александрийского, с II века в воспоминание Крещения Иисуса Христа; к этому событию приурочивали его даже гностики, последователи Василида, понимая самое событиe, конечно, в духе своей еретической системы. В смысле воспоминания о Крещении, Б. праздновали в III веке в церкви египетской, палестинской и друг. восточных, 6-го января. Так как день этого праздника сделался днем торжественного крещения оглашенных, то и стали называть его: «Ta fvta, hmera tvn jwtwn, jvta tou Crisou»; потому что этими словами обозначалось Крещение. С временем Крещения совпадает время вступления Христа на общественное служение; поэтому с праздником стали соединять представлениe о Мессианстве Христа, засвидетельствованном Отцем и Св. Духом при Крещении. Чудо в Кане Галлилейской было первым откровением Мессии в Чудесах. То и другое представление было соединено с праздником, и название: Епифания стало указывать собственно на крещение, а Феофания — указывало собственно на Чудо. Далее: 6-ое января в Египте считали днем Рождения Христа, и таким образом вместе с явлением Meccии воспоминали и вообще явление Бога во плоти. Из Египта такое представление распространилось на Востоке тем удобнее, что до конца IV века не было определено время празднования Рождества Христова. Таким образом с одним днем соединялось троякое воспомивание: О вступлении Meccии на общественное служение, Откровение его достоинства в первом Чуде и, наконец, О рождении и вочеловечении. Но названия праздника остались те же и потому многие восточные отцы словами епифания и феофания обозначают и Рождество Христово. Но на Западе блаж. Иepoним выразительно говорит, что эти слова должны обозначать Крещение, а не Рождение Христа. Может быть, не без влияния Запада впоследствии воспоминание Рождения Христа и на Востоке перенесли на 25-ое декабря, а 6 января воспоминали Крещение Христа и явление при крещении всех лиц Св. Троицы. Первое известие о праздновании Б. на Западе мы имеем от 360 г. В этом году кесарь Юлиан, впоследствии император, богоотступник, праздновал Б. вместе с другими христианами в Галлии, в Вьене. Западные называли этот праздник — Dies epiphaniorum, Dies apparationis или apparationum — и праздновали 6-го янв., соединяя с этим днем все упомянутые представления, но главное. внимание при этом обращалось на явление звезды, поклонение волхвов, т. е. на откровение Сына Божия в мире языческом, представителями которого являются здесь волхвы. Так как волхвы, по преданию, были цари, то и праздник получил на Западе название — праздник царей (festum regum) или праздник трех царей (f. trium regum). Крещение Иисуса Христа и Чудо в Кане не были совершенно забыты при этом празднике, но им уделялось мало внимания, они пред поклонением волхвов отступили на задний план.
П. В.

Бодлэр 

Бодлэр (Шарль Baudelaire) — знаменитый французский поэт, род. в Париже 9 апр. 1821 г., умер там же 31 авг. 1867 г. С детства страдал припадками тяжелой меланхолии, учился плохо. С трудом выдержав экзамен на бакалавра, он хотел посвятить себя литературе, но родители, чтобы удержать его от этого, по их мнению, пагубного пути, убедили его совершить путешествие в Индию. Чрез 10 месяцев Б. вернулся во Францию, вынеся из путешествия живые впечатления красот Востока и мечтая воплотить их в художественные образы. Сделавшись совершеннолетним, Б. получил 75000 фр. наследства от отца и начал вести самостоятельную жизнь среди литературной и артистической богемы. В 1845 и 46 гг. Б., известный до тех пор лишь в тесных кружках Латинского квартала, выступает в печати блестящими статьями об искусстве в журнале «Salon». Мнения, высказанные им здесь о современных художниках, подтвердились суждениями потомства, а самые статьи его принадлежат к блестящим страницам когда либо написанным об искусстве. В 1846 году Б. попадаются в руки рассказы Эдгара По. Они увлекают его настолько, что он всецело посвящает себя изучению американского писателя и переводу его причудливых произведений на французский язык. Б. почувствовал в По родственную душу.
Во время революции 1848 г. Б. сражался на баррикадах и редактировал, очень недолго впрочем, радикальную газету «Salut Public». Но политические увлечения, основанные, главным образом, на широко понятом гуманизме, очень скоро проходят у Б. и он впоследствии не раз презрительно отзывался о революционерах, осуждая их как верный адепт католичества. Поэтическая деятельность Б. достигает апогея в 50-х годах. Один из его близких приятелей, Евгения Магасси, тонкий ценитель литературы, взял на себя собрать отдельно печатавшиеся стихотворения Бодлэра и издал их в 1857 г. Под заглавием:"Цветы зла" («Fleurs du mal»). В этой замечательной книге отразилась с демонической силой исстрадавшаяся душа поэта, ненавидевшего прежде всего пошлость людей. Яркими красками рисует Б. разврат цивилизации, останавливается на самых болезненных явлениях современной жизни; на высоте, с которой он смотрит на людей, нет различия добра и зла: «Я знаю», пишет он Готье, «что в воздушных сферах истинной поэзии нет зла, равно как и добра, и что этот пошлый словарь меланхолии и преступления может оправдать реакцию морали, все равно как святотатствующий доказывает религию». В «Fleurs du mal» Б.
— певец растления человеческой души; мрачными красками изображает он поэтому тоску, снедающую души, пресыщенные удовольствием и стремящиеся к идеалу; любовь
— не здоровое чувство молодой души, а болезненное любопытство пресыщенного воображения, искупление пороков отдельных людей и разврата всего общества; он рисует победу пошлости, не знающей подвигов самопожертвования, над душой, живущей созерцанием Божественного: наконец, гордыни, восстающей против Бога.
Неудовлетворенная жажда идеала заставляет Бодлэра искать искусственных наслаждений, забвения в неестественных ощущениях. Отсюда в его «Цветах зла» культ черной Венеры, восторги пред безобразием и затем поэзия вина и гашиша. «Цветы Зла» встречены были взрывом негодования; поэта обвиняли самого в разврате, который он описывал, не понимая, что за страстным презрением, с которым Б. рисует падение человека, таится глубокая любовь к идеалу добра и истины, и что в гордом певце «Дон Жуана в аду» скрывается нежная меланхолическая душа, способная понимать и глубоко чувствовать малейшие оттенки чувств. Книга была признана безнравственной на суде и ряд стихотворений исключен из ее. Лучшие умы Франции протестовали против такого близорукого решения и сохранились письма Бальзака, Флобера, Ж. Занд и В. Гюго, высказывающих Б. свое сочувствие и приветствующих в лице его одного из величайших поэтов Франции. Лучшими пьесами сборника можно считать: «Альбатрос», «Человек и море», «Поэт», «Маленькие старушки» и др. Названные стихотворения вместе с несколькими другими переведены П. Ф. Рамшевым в «Северн. Вестнике» за декабрь 1890 г. и январь 1891 г. Особенности Бодлэра, выразившиеся так ярко в «Fleurs du Mal», отражаются и в его прозаических произведениях, собранных в сборники под названием: «Petits роеmеs en Prose» и «Paradis artificiels». В «Petits poemes» сказывается та же болезненная, истеричная натура поэта, который бежит от толпы, борется с неумолимым врагом — тоской (l'Ennui) и проповедует опьянение, как средство борьбы против ига времени. «Enivrez vous», говорит он в одной из лучших пьес сборника, «pour n'etre pas les esclaves martyrises du temps. De vin, de poesie ou de vertu, a votre guise». Из других пьес особенно хороши и характеристичны для настроения автора: «Bien faits de la lune», «L'etranger», «A une heure du matin» и др. В «Paradis Artificiels» описывается до малейших подробностей действие гашиша. Б. принадлежал к клубу гашишеров, мастерски описанному Готье в статье о Бодлэре, и сам на себе испытал действие яда, о котором писал. Злоупотребление гашишем и пошатнуло его нервы и довело Б. до роковой болезни, от которой он преждевременно умер. Б. объясняет стремление людей к опьянению «жаждой бесконечного» (le gout de l'infini), а в самом опьянении видит не извращенную, а лишь сведенную к своей квинтэссенции душу, но предостерегает от гашиша, полагая что в душе человека есть достаточно естественных средств возвыситься над пошлостью, чтобы не прибегать к яду, разрушающему организм. Последние дни свои Бодлэр провел в Бельгии, где началась у него нервная болезнь, перешедшая в острый психоз, от которого он и умер в Париже, в доме умалишенных.
Б. оставил по себе глубокий след в современной литературе. Оригинальность его таланта, стоившая ему многих страданий, увеличивается истеричностью, которую он по своим же словам «развивал в себе с восторгом и ужасом». Эксцентричность оттолкнула от него толпу, но болезненное напряжение духовных сил вдвойне послужило поэту, который, по словам В. Гюго, завещал искусству новое «трепетание» («il a dote l'art d'un frisson nouveau»). Значительную роль в поэтической личности Б. играет его дэндизм, заимствованный у героев английских романов — Ловеласа и других. Б. нравится в дэндизме подчинение природы искусственности, так как его собственной природе ближе была всякая болезненно извращенная вещь, чем простая, не замысловатая истина. Как истый дэнди он презирает женщин: «Женщина естественна, говорит он, и потому отвратительна, она всегда вульгарна» и т. д. Б. усвоил себе даже внешность дэнди: невозмутимость, ироническую вежливость и изысканность в туалете. 
Ср. A. de Fizeliere et G. Decaux, «Essais de bibliografie contempor. Charles Baudelaire» (1868); Sainte-Beuve, «Causeries de Lundi», т. IX; «Nouveaux Lundis», т. I; Th. Gautier, «Notice en tete du I vol. de l'edition definitive»; Charles Baudelaire, «Souvenirs correspondence bibliographie», 1872 (avec notice d'Eug. Crepet); Champflery, «Souvenirs et portraits de la jeunesse», 1872; Theodor de Banville, «Mes souvenirs», 1882; Max. du Camp, «Souvenirs litteraires» (т. II); Scherer, «Etudes critiques sur la litterature contemporaine» (т. IV); G. Brandes, «Hauptstrom. der Litteratur des XIX Jahrhunderts».
3 В.

Бодуэн де Куртенэ 

Бодуэн де Куртенэ Иван Игнатий Нецислав Андреевич — один из выдающихся современных лингвистов, профессор дерптского университета (с 1883 года) и действительный член краковской академии (с 1887 года). Бодуэн-де Куртенэ род. в 1845 г. В Радзымине, в Царстве Польском, образование получил в Варшаве, сперва в реальном училище, а потом (с 1862 — 1866 г.) в Главной школе, которую кончил со степенью магистра. Вслед затем он изучал сравнительную грамматику индоевропейских языков в немецких университетах, после чего приехал в Петербург, где изучал славянские языки до 1870 г.; в этом году он получил степень доктора философии Лейпцигского университета и магистра сравнительного языкознания петербургского университета, при котором был назначен приват-доцентом в 1871 г. Следующие два года Б. провел в путешествиях по югославянским областям Австрии и Италии, изучая практически славянские наречия, и вместе с тем тщательно записывая все фонетические оттенки этих говоров, для чего употреблял необыкновенно богатую знаками собственную систему транскрипции. Возвратившись из путешествия с богатыми записками и наблюдениями, он провел два года в Лейпциге и в 1875 году был назначен профессором сравнительной грамматики в казанском университете, где оставался до 1883 г. Здесь он издал небольшие по объему, но важные по содержанию труды, и успел привлечь к изучению сравнительной грамматики нескольких молодых людей, между которыми особенно выдавался умерший недавно Н. Крушевский. Сочинения Б. были замечены в ученом мире: немецкие ученые, дающие тон науке, тогда еще мало склонялись к экспериментальному изучению предмета, предаваясь охотно метафизическим увлечениям и изучая прежде всего древне письменные памятники индоевропейских языков. Б. был одним из первых, который резко выдвинул на первый план принцип изучения живого человеческого языка, доказывая, что только такое непосредственное наблюдение заслуживает действительно названия научного, что только оно дает нам возможность изучать язык вообще, его жизнь и законы развития, бросает яркий свет на его прошедшее, о котором мы не можем иметь ни малейшего понятия, если имеем дело не с живыми звуками, а с мертвыми буквами, которые неизвестно как звучали в эпоху своего начертания. Поэтому Бодуэн начал весьма тщательно рассматривать язык с его психологической и физиологической сторон, употребляя при этом сокращенные формулы, которые многим показались неудобопонятными; притом им рассматривались не только нормальный, но и патологические явления языка, что тоже многими не одобряется. Одним словом, можно сказать, что Б. вводит в сравнительную грамматику метод индуктивных наук и в этом отношении он близок к так называемым юнгграмматикам; разница между ними, главным образом, заключается в том, что в то время когда юнгграмматики еще почти исключительно занимаются изучением языков по памятникам, Б. прежде всего обращает внимание на современные наречия и говоры. Из сочинений Б. наиболее важны следующие: «О древнепольском языке до XIV столетия» (Лейпц., 1870) — сочинение, в котором собраны автором все древнейшие польские слова, разбросанные в многочисленных латинских актах, и из них путем научного анализа сделаны выводы относительно тогдашней грамматики, в особенности же фонетики; «Опыт фонетики резьянских говоров» (Варшава и Спб., 1875), где рассматривается славянский диалект в северной Италии; «Резьянский катехизис» (1875); «Резья и резьяне» («Славянский сборник» III, Спб., 1876): «Отчеты о занятиях по языковедению в течение 1872 и 1873 г.» (1877); «Подробная программа лекций 1876 — 77 г.» (1878)и «1877 — 78»г. (1881), где находятся богатые библиографические указания по различным отделам языкознания; «Некоторые отделы сравнительной грамматики славянских языков»(«Рус. Фил. Вестн.», Варшава, 1881); «Отрывки из лекций по фонетике и морфологии русского языка» ("Филолог. Записки Воронеж, 1882); «Из лекций по латинской фонетике» («Филол. Записки» 1884 г.); «Nekolik poznamenani о polskem pravopisu» («Sbornik vedecky», Прага, 1868); «Einige Faelle der Wirkung der Analogie in der polnischen Declination» («Beitrage zur vergl. Sprachforschung» (VI, Берлин, 1868); «Глоттологоческие заметки» («Филол. Записки», 1876, 1877); «Der dialect von Cirkno» («Arch. fuer Slavische Philologie» VII, VIII, Берлин, 1884 — 1885); «Z patologji i embrjologji jezyka»(«Prace Filologiczne», Варшава, 1885) и много других специальных и популярно-научных статей, разбросанных по разным русским, польским, чешским, немецким и др. журналам.
И. Лось.

Божьи коровки

Божьи коровки (Coccioellidae) — семейство жуков или жесткокрылых (Cole optera), отличающееся тем, что лапки их кажутся трехчленистыми, так как третий, очень маленький членик, вместе с половиною четвертого, скрыт в борозде двулопастного второго членика. Тело Б. к. полушарообразное или яйцевидное, более или менее выпуклое. Голова короткая с 11, реже 10 членистыми сяжками, прикрепляющимися по бокам переднего края головы и могущими подгибаться под голову. Брюшко состоит из 5 свободных члеников. Известно более 1000 видов Б. к., которые распространены во всех частях света. Одни из них встречаются на всех растениях: деревьях, кустарниках или травах, на которых только есть тли; другие, напротив того, держатся только на полевых травах; третьи — на лугах, прилегающих к ручьям; четвертые — только на деревьях; наконец, некоторые виды живут на тростнике и на других водяных растениях; последние отличаются более длинными ногами, которые помогают им держаться на растениях, легко гнущихся от ветра. Как взрослые Б. к., так и их личинки питаются тлями; некоторые Б. к. равно как их личинки питаются растениями. В случае опасности, жуки поджимают сяжки под голову, а ноги под туловище, притворяются мертвыми и выпускают желтоватый острый сок, прежде употреблявшийся против зубной боли. Виды, имеющие более длинные ноги, в таких случаях стараются спастись бегством. Жуки зимуют под корою деревьев, под корнями и т.п. Весной самки откладывают желтоватые яички на листьях; из яичек вылупляются удлиненные, назади заостренные личинки. Личинки Б. к. часто имеют яркую окраску, бывают усажены бородавками и шипами; сяжки их 3-членистые, на каждой стороне головы находится по 3 — 4 простых глазка; ноги их довольно длинны. Куколки прикрепляются к листьям задним концом тела. Большая часть Б. к. весьма полезна тем, что потребляет множество тлей, вредящих растениям, только очень немногие из них (напр. Epilachna), питаясь растительною пищею, бывают вредны. Самый обыкновенный вид — семиточечная Б. к. (Сосcinella septempunctata). Она имеет 7 — 8 мм. длины. Грудной щит ее черный с беловатым пятном в переднем углу; красные надкрылья с 7 черными точками. Очень обыкновенна в Европе, Северной Африке и в Азии. Этот вид питается тлями и потому полезен.
Э. Б.

Бойль 

Бойль Роберт Boyle — физик, химик и богослов, 1627 — 91 г., седьмой сын Ричарда Бойля, графа коркского, вельможи времен Елисаветы Английской. Первоначальное воспитание и обучение получил дома и в коллегии в Итоне, а на двенадцатом году был послан отцом в Женеву, где учился несколько лет под руководством одного француза, а потом завершил свое образование путешествием в Италию и Францию. Возвратившись в Ирландию, Б. после смерти отца получил значительное состояние и поселился в своем поместье Сталльбридже, занимаясь сначала преимущественно философией и религией. В 1654 г. переселился в Оксфорд, где стал более предаваться занятиям физикой и химией, и участвовал в основании Общества Наук, которое потом в 1668 г. переместилось в Лондон, а впоследствии под названием Лондонского Королевского общества получило большую известность. Б. не был женат; из должностей исправлял обязанности президента лондонского Королевского общества и много лет был одним из директоров Ост-индской компании. Все свое состояние и все свои силы он употребил на изучение природы и на распространение религиозных христианских понятий. В изучении природы он был последователем Бэкона Веруламского, противником схоластической философии и давал предпочтение опыту перед умозрением; иногда это направление мешало ему делать обобщения смысла замеченных им явлений. Весьма важный физически закон сжатия газов, который носит теперь его имя (Бойля-Мариотта закон), остался бы может быть незамеченным Бойлем, если б не первоначальное указание его ученика Richard'a Townley на правильность сжатая газов с увеличением давления в опытах Бойля. В Б. олицетворяется реакция прежнему схоластическому направлению, так долго господствовавшему в науке и служившему тормозом в исследовании природы: все его экспериментальные работы и сочинения выставляют на вид могущественное значение опыта в физике и химии. Кроме открытия закона сжатия газов, а именно зависимости упругости газа от занимаемого им объема, Бойль показал, что теплая вода закипает при разрежении окружающего ее воздуха, но не обобщил значения этого важного опыта, т. е. не показал, что температура кипения воды, вообще, зависит от давления воздуха и паров воды на ее поверхность. Он доказал, что явления волосности, а именно поднятие жидкостей в узких трубках, происходит в разреженном пространстве, чем и опровергнул существовавшее тогда мнение, что в этом явлении участвует атмосферное давление. Опыт ему показал также, что сифон не может в разреженном воздухе служить для переливания жидкостей, что дым, как и всякое другое тело, падает, следовательно подвержен действию тяжести, что трение тел и гашение извести отделяют теплоту и в разреженном воздушном пространстве. Эти и многие другие опыты Б. производил при помощи воздушного насоса, незадолго перед тем изобретенного Отто фон Герике, но получившего различные усовершенствования в руках Б. После появления сочинения Герике, в котором описаны его опыты над электричеством и магнетизмом, Б. занялся воспроизведением этих опытов и внес в них, как всегда, нечто новое; однако он иногда ошибался, как например в том случае, когда полагал, что железо отпадает от магнита под колоколом воздушного насоса, вследствие разрежения воздуха. Б. производил и оптические исследования, и заключил из них, что цвета не составляют собственно принадлежности вещества, а происходят от некоторых изменений, производимых светом на поверхности тел, вследствие чего они различно действуют на зрение; вообще он полагал, что все цвета суть видоизменения белого. Было бы долго перечислять все опыты Б., из которых многие устанавливали тот или другой новый факт; но упомянем еще, что громадную силу расширения, обнаруживающуюся при замерзании воды, он испытывал и доказал, заморозив воду, наполнявшую железный ствол; при образовании льда железная трубка была разорвана с одного конца. Б. убедился, что лед испаряется даже при значительно низких температурах, что соли в смешении со льдом или снегом производят охлаждение, и при этом обращаются в жидкость — важное замечание.
В одном отделе физики Б. был не только экспериментатором, но и теоретиком, — а именно, он подробно развил свои взгляды на строение вещества в нескольких сочинениях: «Sceptical Chemist» (1662 и 1669); «The origin of forms and qualities according to the corpuscular Philosophy» (1666 и 1667); «Physiological Essays and other Tracts» (1661), второе издание в 1669 с присоединением «A Discours about the absolute rest of bodiess». Б. принимает, подобно своим предшественникам, существование в природе абсолютно пустого пространства, в котором находятся материальные частицы определенной величины и формы; атомы жидкостей находятся в постоянном движении, а твердых тел — в покое, промежутки же между частицами наполнены некоторым очень тонким веществом. Для объяснения сцепления твердых тел он ошибочно принимает давление на них воздуха — общераспространенное тогда мнение. Физические и химические изменения вещества Б. объяснял соединением и разъединением атомов, отрицал существование четырех элементов (Аристотель) или трех алхимических, и высказал проницательную догадку, что истинные элементы будут найдены при последовательном разложении тел. Последняя часть его теоретических взглядов получила подтверждение в новейшей химии; что же касается его экспериментальных химических работ, то, хотя он и показал, что воздух изменяется от горения в нем тел, и что некоторые металлы увеличиваются в весе при накаливании, и что действием уксуса на мел, или соляной кислотой на железо получаются газы, но не извлек из своих работ никаких теоретических заключений. Повторяем, что его время было эпохой протеста против схоластики, явления природы были весьма мало известны и потому опыты Б., описанные им с чрезвычайной точностью и подробностью, имели большую важность, даже будучи не всегда верно истолкованы и обобщены. Главной его заслугой остается все-таки формулирование закона относительно упругости и соответственного объема воздуха.
Другая сторона деятельности Б. была религиозная и богословская. В юности пылкое воображение увлекало его в сторону крайних идей. Находясь под влиянием сильных впечатлений, он выражался следующим образом о своем настроении: «Демон воспользовался моей меланхолией, наполнил душу ужасом и внушил сомнения в основных истинах религии». В таком состоянии он додумался до самоубийства, от которого его удержала только мысль, что душа его попадет в ад. Он решился рассеять свои сомнения чтением Библии в подлиннике и потому занялся изучением еврейского и греческого языков. Впоследствии его убежденность выразилась учреждением духовных миссий в Индии, переводом и напечатанием Библии на ирландском и гаэльском наречиях. Он по завещанию (1661) оставил капитал для основания ежегодных чтений о главнейших истинах откровения и естественной религии. Это было причиною появления впоследствии богословских трактатов Клерка, Бентлея, Дергема и др. Сам Б. написал о согласовании разума с религией, о натуралисте христианине и т.п. Из научных его сочинений, кроме уже упомянутых выше, приводим названия следующих: «New experiments, physico-mechanical, touching the spring of tne Air and its effects, made in the most part in a new pneumatical engine» (Оксф., 1660, 1662 и 1682); «Considerations touching the usefulness of experimental Natural Philosophy» (1663); «Experiments and considerations upon Colours, with a letter containing observations on a diamond that shines in the dark» (1663 и 1670); «Continuation of new experiments touching the spring and weight of the air» (1669); «Considerations on the usefulness of experimental and natural philosophy, second part» (1671 ); «A continuation of new. experiments, physico mechanical, touching the spring and weight of the Air and their effects» (1682); «Experiments and observations about the porosity of bodies» (1684); «An experimental History of Cold» (Philosoph. Transact., 1665); «A new frigorific experiment, showing bow a considerable degree of cold may be suddenly produced, without the help of snow, ice, hail, wind or nitre» (там же); «A new casy Instrument (Araometer)» (там же, 1675). После смерти Б. напечатано: «The general history of the Air designed and begun» (Лонд., 1692). Полное собрание сочинений издал Th. Birch в 5 томах, Лонд., 1744. Англичане ценят чрезвычайно высоко, но несколько пристрастно, ученую деятельность своего знаменитого соотечественника. Более строгую критическую оценку Б. можно найти у F. Rosenberger, «Die Geschichte der Physik» (Брауншвейг, 1884, 2 ч.). Бойль погребен в Лондоне, в Вестминстерском аббатстве.
Ф. Петрушевский.

Бойто 

Бойто (Арриго Boito) — итальянский композитор и поэт, р. 24 февр. 1842 г., первоначальное музыкальное образование получил в миланской консерватории. В продолжение многократных заграничных путешествий, он хорошо ознакомился с музыкой Рих. Вагнера и сделался его приверженцем, что отразилось на его операх и либретто. Из его произведений наиболее известна опера «Мефистофель»; кроме того, следует еще упомянуть «Nero» и «Неrо е Leander» и кантаты «4 июня» и «Le Sorelle d'Italia» (1862). Как поэт, Б. разнообразен, но не особенно замечателен. Кроме некоторых оперных текстов, он издал еще сборник стихотворений: «Libro dei Versi», эпос «Re Orso» и несколько новелл. Между прочим, Б. перевел прекрасными стихами либретто оперы «Руслан и Людмила» Глинки. Обладая замечательным пониманием условий и требований сцены и поэтическим даром, Б. написал либретто для опер: «Джиоконда» Понкиэлли и «Отелло» Верди. Для своих двух опер «Мефистофель» и «Нерон» Бойто сам сочинил либретто. «Мефистофель» поставлен в Петербурге в первый раз в 1881 году и с тех пор не сходит с репертуара. За границей, кроме Италии, эта опера обошла много выдающихся сцен.

Боккаччио 

Боккаччио (Джовани Boccaccio) — знаменитый итальянский поэт и гуманист, незаконный сын флорентийского купца и француженки, р. в 1313 г., по всей вероятности, в Париже. Семейство его происходило из Чертальдо, почему он сам называл себя Б. да-Чертальдо, Уже в младенчестве от выказал решительную наклонность к поэзии, но на десятом году отец отдал его в ученье к купцу, который провозился с ним целых 6 лет и все таки принужден был отослать его обратно к отцу, в виду неискоренимого отвращения молодого Б. к купеческому занятию. Тем не менее Б. пришлось еще 8 лет томиться над купеческими книгами в Неаполе, пока отец окончательно не потерял терпения и позволил ему изучать каноническое право. Только после смерти отца (1348) Б. по лучил возможность вполне отдаться своей склонности к литературе. Во время своего пребывания при дворе неаполитанского короля Роберта, он подружился со многими учеными того времени и снискал расположение молодой королевы Иоанны и молодой принцессы Mapии, его вдохновительницы, описанной им потом под именем Фиаметты. Дружба его с Петраркой началась еще в 1341 г. (в Риме) и продолжалась до самой смерти последнего. Петрарке он обязан тем, что расстался с своей прежней разгульной и не совсем целомудренной жизнью и стал вообще требовательнее к самому себе. В 1349 г. Б. окончательно поселился во Флоренции и неоднократно был избираем своими согражданами для дипломатических поручений. Так, в 1350 г. он был посланником при Астарро ди-Поленто, в Равенне; в 1351 г. его отправили в Падую, чтобы возвестить Петрарке об отмене приговора об его изгнании и уговорить его занять кафедру в флорентинском университете. В декабре того же года он получил поручение к Людовику Бранденбургскому, сыну Людовика Баварского, испросить у него помощи против Висконти. В 1353 г. он был послан к Иннокентию VI в Авиньон для переговоров о предстоящем свидании последнего с Карлом IV и позже к Урбану V. С 1363 г. он поселился в маленьком имении в Чертальдо, живя на скудные средства и совершенно зарывшись в своих книгах. Там же он схватил долговременную болезнь, от которой медленно оправлялся. Его стараниями флорентийцы, некогда изгнавшие своего великого гражданина Данте, учредили особую кафедру для объяснения поэмы последнего и эта кафедра была поручена в 1373 г. Б. Смерть Петрарки причинила ему такое сильное огорчение, что он заболел и 17 месяцев спустя, 21 дек. 1375 г. умер. Памятник ему, поставленный на Сольферинской площади в Чертальдо, открыт 22 июня 1879 г.
Б. был первым гуманистом и одним из ученейших людей Италии. У Андалонэ дель Неро он изучал астрономию и целых три года содержал в своем доме калабрийца Леонция Пигата, большого знатока греческой литературы, чтобы читать с ним Гомера. Подобно своему другу Петрарке, он собирал книги и собственноручно переписал очень многие редкие рукописи, которые почти все погибли во время пожара в монастыре Санто Спирито 1471. Он воспользовался своим влиянием на современников, чтобы возбудить в них любовь к изучению и знакомству с древними. Его стараниями во Флоренции была основана кафедра греческого языка и его литературы. Один из первых он обратил внимание общества на жалкое состояние наук в монастырях, которые считались их хранителями. В монастыре Монте Казино, самом знаменитом и ученом во всей тогдашней Европе, Б. нашел библиотеку запущенной до такой степени, что книги на полках были покрыты слоями пыли, у одних рукописей были выдраны листы, другие были изрезаны и исковерканы, а например чудные рукописи Гомера и Платона были исчерчены надписями и богословской полемикой. Там он узнал, между прочим, что братья делают из этих рукописей свистульки детям и талисманы бабам. Б. сам написал на латинском языке многие исторические и мифологические сочинения; 15 книг «De genealogia deorum», «De montibus, silvis, fontibus, lacubus, fluminibus etc.» в алфавитном порядке; 9 книг «De casibus virorum et femi narum illustrium», «De Claris mulieribus»; 16 эклог, письма и т.д. См. Hortis, «Studii sulle opere latine del B.» (Триест, 1879).
Своему любимцу Данте Б. посвятил два сочинения на итальянском языке — «Origine vita е costumi di Dante Alighieri» и «Commento sopra la commedia di Dante». Первое заключает в себе биографию великого поэта, правда, более похожую на роман и апологию, чем на историю; второе заключает в себе комментарий на «Божественную комедию», доведенный только до начала 17-ой песни ада (лучшее издание Милянези в 2 т., Флоренция, 1863). На итальянском языке им написаны «La Teseide» (перв. изд., Феррара, 1475), первая попытка романтического эпоса в октавах, изобретателем которых он и считался; «Amorosa visione» (не напечатана); «Filoсоро», большой, но неудачный роман, в котором самые смешные похождения переданы тяжелой прозой древних исторических писателей и содержание отчасти заимствовано из древне-французской повести о Флоре и Бланшфлоре; «L'amorosa Fiammetta» (Падуа, 1472; нем. пер. Дицеля и Курца, 1855), трогательная история душевных страданий покинутой Фиаметты, вроде Гетевского «Вертера»; «Ameto» (Венеция, 1477) — пастушеский роман в прозе и стихах; «Il Filostrato» (1480), поэма в октавах, изображающая историю любви Троила и Крессиды; «Il ciorbacco о labirinto d'amore» (Флоренция, 1487) едкий памфлет на женщин. Большую часть своих стихотворений Б. предал огню, после того, как познакомился с поэзией Петрарки.
Но главным произведением Б., обессмертившем его имя, был его прославленный и ославленный «Декамерон» (10-ти дневные рассказы) — собрание 100 повестей, рассказанных обществом из 7 дам и 3 мужчин, которые во время чумы переселились в деревню и там коротали время этими рассказами. «Декамерон» написан частью в Неаполе, частью во Флоренции и содержание его Б. черпал или из древнефранцузских «Fabliaux» или из «Cento novelle antiche» (Bologna, nelle case di Gerolamo Benedetti, 1525), а также из современных поэту событий. Рассказы изложены изящным, легким языком, поражающим богатством слов и выражений, и дышат жизненной правдой и разнообразием. В них изображены люди всяких состояний, всякого возраста и характера, приключения самые разнообразные, начиная с самых веселых и смешных и кончая самыми трагическими и трогательными. «Декамерон» переведен почти на все яз. (русск. перев. Александра Н. Веселовского, М. 1891), из него черпали многие писатели и больше всех Шекспир. Первое издание его, так наз. «Deo gratias» вышло без обозначения года и места, второе в Венеции в 1471 г., оба in folio и теперь крайне редки. Между новейшими изданиями самые лучшие: Поджиали (Ливорно, 1789 — 90, 4 т.) «Ventisettana» (Флоренция, 1827); критическое издание Биаджоли, с историко-литературным комментарием (Париж, 1823, 5 т.); Уго Фосколо (Лондон, 1825, 3 т., с историческим введением); в особенности же Фанфани, вместе с знаменитым «Annotazioni dei Deputati» (3 т., Флоренция, 1857); хорошее карманное издание напечатано в «Biblioteka d'autori italiani» (т. 3 и 4, Лейпциг). «Opere complete» Б. изданы (Флоренция, 17 т. 1827). Обозрение изданий Б. находится у Пассано в «I novellieri italiani in prcrsa» (Турин, 1878).
Боккаччио в русской литературе. — Материал для своих новелл Боккаччио черпал в общечеловеческом фонде повестей и сказаний, начало которого приводит исследователя в глубь Азии. Этим объясняется, что некоторые его новеллы напоминают мотивы русских сказок. Так, русские сказки типа «Семилетка» очень часто повторяются, конечно с своеобразными наростами, остов знаменитой новеллы о верной жене Гризельде (10-я Новелла 10-го дня). Но и самые Новеллы Б. были не безызвестны древнерусской письменности — явление во всяком случае неожиданное. Действительно, трудно представить себе игривую, остроумную и не весьма скромную новеллу Б. под пером старинного грамотея, подьячего или посадского человека, привыкшего списывать и наслаждаться словами о злых женах, сказаниями о царе Агее и другими «вельми дивными» и «зело душеполезными» повестями. Новелла Б. в старинной русской одежде принадлежит к числу тех ненормальных явлений, которыми всегда сопровождаются первые шаги начинающей литературы, действующей еще бессознательно. Новеллы Б. проникли к нам через польскую литературу и обыкновенно попадаются в рукописных сборниках, носящих заглавие: «смехотворные повести» или «фацеции или жарты польски, или издевки смехотворны московски». В одном из таких сборников А. Н. Пыпин (см. статью его в «Отечественных Записках» 1857 г., №2) нашел следующие новеллы Б.: «О друзех, о Марке и Шпинелете», это восьмая новелла восьмого дня в Декамероне; «О господине Петре и о прекрасной Кассандре, и о слуге Николае» — седьмая новелла седьмого дня; «О жене обольстившей мужа, якобы ввержеся в кладезь», четвертая новелла того же дня. Далее, А. Н. Пыпин указывает, что была переведена «Повесть утешная о купце, который заложился с другим о добродетели жены своей» — девятая Новелла второго дня. Но число перешедших к нам новелл было больше. Так, в сборнике «Смехотворные повести», напечатанном в «Памятниках древней письменности» (Спб., 1878 — 79), находим несколько рассказов, напоминающих новеллы Б. и в том числе повесть «О жене, всадивше гостя в полбочки». Наконец, в «Киевской Старине» 1885 г., №6 напечатан южнорусский пересказ новеллы о Сигизмунде и Гвискарде, сделанный силлабическими стихами и относящийся к концу XVII или началу XVIII в. Это одна из прекраснейших новелл четвертого дня, предназначенного у Б. для рассказов о любовных приключениях с трагической развязкою. 
Литература: Manni в «Storia del Decamerone» (Флоренция, 1742); Бальделли (Флоренция, 1806); Diesdin, «Biographical Decameron» (Лондон, 1817); Чампи, "Manuscritto autografo di В. " (Флоренция, 1827), Бартоли, "I precursori del B. " (1878); Ландау, «B-s Leben und Werke» (Штутгарт, 1877); Korting, «B-s Leben u. Werke» (Лейпциг, 1880); Ландау, «Die Quellen des Decameron» (2 изд., 1884). А. Н. Веселовский, «Три письма Джиованни Боккаччио к Майнардо де Кавальканти» (Спб., 1876 — издано к 500-летпему юбилею Б.); В. Лесевич, «Классики XIV в.» («Отеч. Записки» 1874 г., №12); А. Авой «Итальянская Новелла и Декамерон» («Вестник Европы» 1880 г., №2-4).

Боккерини 

Боккерини (Boccherini) — известный композитор инструментальной музыки, род. 19 февраля 1743 г. в Лукке; первоначальное музыкальное образование получил у аббата Вануччи; под руководством же отца из него выработался хороший виолончелист; для усовершенствования в теории композиции, Б. уехал в Рим. Возвратившись на родину, он подружился со скрипачом Филиппе Манфреди, и вместе с ним предпринял концертное путешествие по северной Италии и Франции, и в 1768 г. прибыл в Париж, где издал свое первое сочинение: «Шесть струнных квартетов», к которым публика отнеслась с большим сочувствием. В Париже были напечатаны еще многие из его сочинений, сделавшие имя Б. всемирно известным. Позже, в 1769, он со скрипачом Манфреди поехал в Мадрид; где и поселился на продолжительное время, занимая сначала должность камерного виртуоза, а затем придворного капельмейстера. Ум. Б. в Мадриде, при неблагоприятно сложившихся для него материальных обстоятельствах, 28 мая 1805. В течение десяти лет, с 1787 — 1797 г., он писал исключительно для короля Фридриха Вильгельма II, от которого получал пенсию. Плодовитость Б. в области инструментальной и, в особенности, камерной музыки была из ряда выходящая. Между 366 сочинениями этого рода, находятся 125 струнных квинтетов, 91 квартет, 42 струнных трио, много дуэтов, 16 секстетов, 20 симфоний и проч. Многие из них напечатаны и выдержали несколько новых изданий. Из вокальных сочинений Б. наибольшею известностью пользуется его «Stabat Mater». Подробную биографию Б. издал в 1851 г. Л. Пико (Picquot).

Бокс 

Бокс — род кулачной борьбы, составляющий одну из национальных особенностей Англии и состоящий в искусстве наносить противнику удары от головы до живота включительно. Одной рукой, согнутой, наносят удары, другая, вытянутая вперед, служит для собственного ограждения. Боксированию обучают по выработанным правилам и эти правила, равно как и некоторые установившиеся обычаи, считаются для всех обязательными. Пока, напр., один из боксеров лежит на земле, другой не смеет наносить ударов. Кто первый выказывает желание перестать, или кто не может подняться на ноги, тот признается побежденным. Во многих местах существуют клубы боксеров, в которых усердно занимаются боксом, как наилучшим средством для развития физической силы и ловкости. В больших городах существуют так называемые Sporting-Houses, в которых устраиваются помещения, приспособленные к преподаванию боксерского искусства. Опытные боксеры, делающие из своего искусства промысел, нередко устраивают публичные состязания, на которых раздаются премии и держатся пари. Такие состязания часто кончаются кровью и увечьями, так как они прекращаются лишь тогда, когда один из соперников отделает другого так, что последний становится неспособным к продолжению борьбы, или же признает себя побежденным. С начала XIX века такие гладиаторские представления уже не встречают прежнего сочувствия в публике, да и запрещено давать их за деньги и для премий; но все же не совсем исчезли они из общественных нравов и нередко посещаются даже лицами так называемого хорошего общества. В последнее время боксерство, преподаваемое по всем правилам искусства, введено в курс многих гимнастических школ в Германии, но большинство гимнастов не одобрительно отнеслось к этому нововведению. Ср. Egan, «Boxiana, or Sketches of ancient and modern Pugilism» (4 т., Лонд., 1824, с гравюрами на меди); Hoppel, «Die Boxkunst. Anleitung zur selbststendigen Erlernung des Hand-und Fussboxens» (Лейпциг, 1863); Kluge, «Ueber Boxen» (Берл., 1863); Коpell, «Das Boxen» (Лейпциг, 1882).

Болдино 

Болдино — ст. Московско-Нижегородской жел. дор., в 45 в. к западу от Владимира, в промышленной местности, значительное движение грузов.

Болеро 

Болеро — национальные испанские танцы, введенные в балет. Танцоров (мужчин и женщин) Б. называют boleros или boleras. Наиболее любимые и известные Б. суть: качуча, аррагонская хота, мадрилена, оле, халео де херес и проч. Эти танцы исполняются двумя или несколькими танцующими; некоторые же, как напр., оле, исполняются одной балериной. Танцующие болеро одеваются обыкновенно в андалузские костюмы. Шумная музыка к большинству танцев болеро исполняется оркестром и имеет быстрый темп. Во время пляски танцоры бьют в такт кастаньетами. По своей выразительности, болеро напоминает пантомиму. При исполнении болеро в народе поют как танцоры, так и зрители; в таком случае эти танцы сопровождаются игрою на гитарах, тамбуринах, причем танцоры пользуются также и кастаньетами. Танец, которому присвоено название именно Б., введен в употребление Сересо в 1780 г. Темп его медленный. Форма Б. перешла в вокальную музыку, напр., болеро Глинки.

Болеслав I Храбрый

Болеслав I Храбрый, сын Мечислава I-го, 992 — 1025, основатель Польского государства, пределы которого простирались при нем от Эльбы и Балтийского м. до Карпатов и Венгрии и от Чехии до Волыни. Он соединил под своей властью все северо-западные славянские страны, завоевал Данциг, Краков. Силезию и Моравию, затем, призванный своим зятем Ярополком Окаянным, двинулся на Волынь, разбил Ярослава на берегах Буга, овладел Киевом и, вместо того, что бы передать его Ярополку, сам засел в нем с своими поляками. Но киевляне, возмущенные неистовствами его дружины, начали избивать поляков, и Б. должен был бежать. За всем тем он удержал за собою червенские города (Галицию). В 1000 г. он торжественно принимал императора Оттона III в Гнезне, где по этому поводу было основано архиепископство. После смерти Оттона III Б. вторгся в восточные марки Германии и с трудом был вытеснен оттуда императором Генрихом III. По Бауценскому миру в 1018 г. Генрих должен был признать за ним ленные права на Лузацию. Б. очень много содействовал насаждению христианства в Польше, за что, незадолго до его смерти, духовенство поднесло ему в 1025 г. королевский титул.

Болеслав III, Кривоустый

Болеслав III, Кривоустый, 1102 — 39. Сын короля Владислава Германа, разделившего польские владения между ним и братом его, Сбигневом. Это повело к долголетним усобицам между обоими братьями, окончившимся победой Б. При помощи бамбергского епископа Оттона он обратил в христианство померанских язычников и с успехом боролся против немецкого императора Генриха V в Силезии. Последний вздумал воспользоваться смутами в Чехии для расширения своей власти, но был разбит Б. при Гундфельде, близ Бреславля. Тем не менее в 1184 г. мы встречаем Б. в Мерзебурге приносящим присягу императору Лотарю в качестве вассала за уступленную Померанию. Пред смертью он разделил государство между своими четырьмя сыновьями и тем положил начало удельным усобицам в Польше, продолжавшимся целых 150 лет.

Боливар 

Боливар (Симон Bolivar) — освободитель южно-американских колоний из под владычества Испании (род. в Каракасе 24 июля 178З., ум. в Санта-Марта 17 дек. 1830 г.), происходил из древнего испанского рода. В 1789 году в Мадриде изучал право, затем путешествовал по Италии, Швейцарии, Германии, Англии и Франции. Живя в Париже, посещал некоторое время Нормальную и Политехническую школы. В 1805 году Б. посетил Соединенные Штаты и здесь задумал свой план освобождения родины от испанского владычества. Начало 1810 года застает его в Венесуэле, в эпоху, когда ясно обнаружилось инсуррекционное движение против Испании, в особенности в Каракасской области. В 1810 г. Б. был послан революционной юнтой в Лондон искать поддержки у английского правительства, которое, однако, пожелало сохранить нейтралитет. Б. оставил в Лондоне агента Луи-Лопес Мендеса для заключения от имени Венесуэлы займа и вербования солдат, и вернулся обратно, с транспортом оружия.
Б. назначен бы полковником и губернатором в Пуэрто-Кабелло. Революция распространялась все более, когда вдруг последовало сильное землетрясение 26 марта 1812 г., которое духовенство, преданное метрополии, старалось истолковать обезумевшему народу, как небесную кару, за которой должны последовать новые бедствия. Не смотря на все старания Б. разубедить народ, огромные массы его вновь признали над собою власть Испании. Б. удалился на остров Кюрасо, откуда, под влиянием ужасных репрессалий, принятых Монтеверде, он отправился в Картагену, где находилось много венесуэльских патриотов, и здесь обнародовал новый призыв к революции; затем при содействии Торреса, президента Новой Гренады, составил небольшую армию. Монтеверде был разбит у Матюрина (25 мая 1813 года). Боливар прогнал испанцев из долин Кукутты, поднял восстание в Мериде, захватил Трухильо, овладел всей провинцией, Бариньяс (в июне 1813 г.) и, преследуя по пятам Монтеверде, разбил его при Тинакетто. Эти бдестящие победы устрашили сторонников Испании и заставили Каракас открыть ворота инсургентам (4 авг. 1813 г.). Б. вошел туда с триумфом; прозванный освободителем , он сделался диктатором и был утвержден в этом звании 2 янв. 1814 г. конгрессом союзных провинций. Доведенные до крайности, испанцы обратились за содействием к Ilaneros Венесуэлы, полудиким обитателям колумбийских степей, и те разбили Б. у Баркисемето, после чего война приняла жестокий характер; льянеросы истребляли патриотов, не щадя ни женщин, ни детей, а Б., решившись навсегда разделить «кровавой рекой» обе партии, велел умертвить всех пленников. После нескольких удач, Б. был окончательно разбит при Ла-Пуерте (15 июня 1814 г.) и едва спасшись от плена, бежал в Картагену. Конгресс Новой Гренады предоставил в его распоряжение небольшое войско, с помощью которого он атаковал Санта-Марту, но был разбит подоспевшими на помощь испанскими отрядами, под начальством генерала Морилльо (в марте 1815 г.) и должен был бежать сначала в Ямайку, а затем в Гаити.
Со свойственным ему умением находить средства в самые критические минуты и благодаря своему организаторскому таланту, Б. быстро составил новую армию и даже собрал флот, под начальством богатого голландского негоцианта Брюна, снабдившего его деньгами и своими кораблями. 2 марта 1816 г. Брион разбил испанский флот и 3-го Б. высадился на остров Маргариту. Национальное собрание провозгласило Венесуэлу республикой «единой и нераздельной» и избрало Б. президентом (7 марта 1816 г.), после чего он должен был снова отправится на Гаити за новой поддержкой и к концу года добрался до провинции Барселоны. После неудачной попытки — собрать вокруг себя всех предводителей революции: Пиара, Арисменди, Марино, Бермудеса, чтобы действовать по общему плану, Б. при помощи Бриона овладел Ангостурой (в мае 1817 г.) и поднял против Испании всю Гвиану. Затем он велел арестовать Пиара и Марино. Пиар был казнен 16 окт. 1817 года. Столь энергический образ действий остановил дальнейшее развитие анархии. В феврале 1818 г., благодаря присылке из Лондона солдат, Б. составил новую армию, но был разбит несколько раз Морилльо. Тогда он решился вступить в окончательную борьбу с испанцами, атаковал их на самой территории Новой Южной Гренады, где они сильно укрепились. Прежде чем предпринять этот поход, он созвал новый конгресс в Ангостуре (15 февр. 1819 г.), на котором был утвержден президентом республики. После долгого и изнурительного перехода через Кордильеры, 10 июля 1819 г. Б. вошел в Санта-Фэ и провозгласил соединение Новой-Гранады с Венесуэлой в одно государство, под именем «Республики единой и нераздельной Колумбии», после чего возвратился в Ангостуру и добился от конгресса признания союза обоих государств (17 декабря 1819 г.). Благодаря вспыхнувшей в 1820 г. революции в Испании, дело освобождения испанских колоний пошло очень быстро. Испанцы терпели одно поражение за другим. Б. постепенно овладел Меридой, Трухильо, Санта-Мартой, и нанес решительное поражение испанцам при Карабобо (24 авг. 1821 г.). Квито вошел в республиканский союз колумбийских провинций (22 мая 1822 г.). В ноябре 1823 г. Паес овладел Пуэрто-Кабелло, и испанцы были изгнаны из территории Колумбии. В тоже время Б., уполномоченный национальным конгрессом, вступил в Перу, овладел Лимой (1 сент. 1823 г.) и сделался диктатором. В 1824 г. он разбил испанцев, успевших захватить вновь Лиму, и заставил их сдаться на капитуляцию после побед генерала Сюкра при Аякучо (8 дек. 1824 г.) и Тумурле (1 апр. 1825 г.).
Вся страна объявлена была независимой и получила название Боливии, в честь освободителя. Капитуляция 11 авг. 1826 г. отняла у испанцев их последнее владение — Каллао. По окончании войны за независимость, Б. стал заботиться об устройстве внутреннего управления. 25 мая 1826 г. он представил конгрессу в Лиме свой знаменитый Боливийский кодекс. Б. задумал грандиозный проект: он хотел образовать под именем Южных Соединенных Штатов — единую огромную республику, в которую бы вошли Колумбия, Перу, Боливия, Ла-Плата и Чили. 22 июня он созвал в Панаме конгресс из представителей всех этих государств, который вскоре распался, вследствие губительного действия лихорадки. Вскоре после того, как проект Б. стал известен, его начали обвинять в желании создать империю под своей властью в играть роль Наполеона. Колумбия начала страдать от партийных раздоров: одни, с генералом Паэсом во главе, провозглашали автономию, другие хотели принять Боливийский кодекс. Б. быстро прибыл сюда, принял на себя диктаторство и созвал на 2 марта 1828 г., в Оканье, национальное собрание с целью обсудить: «должна ли быть преобразована конституция государства»? Конгресс не мог прийти к окончательным результатам, и после нескольких шумных заседаний закрылся. Б. составил записку, в которой он косвенно обвинял национальное собрание и заявлял, что все неурядицы в республике происходят, вследствие слабости исполнительной власти. Посещая затем департаменты, он собирал народные собранья в Боготе, в Картагене, Каракасе, на которых его убедительно просили взять в свои руки высшую власть. Тем временем перуанцы отвергли Боливийский кодекс и отняли у Б. его титул пожизненного президента. Лишившись власти в Перу и Боливии, Б. 20 июня 1828 года вступил в Боготу, где учредил свою резиденцию: в качестве главы правительства Колумбии; 25 сент. федералисты ворвались в его дворец и умертвили часовых. Б. едва спасся. Народ стал на его сторону, и вице-президент Сантандер, глава заговорщиков, приговоренный сначала к смертной казни, был изгнан затем с 70 своими приверженцами. Но в следующем году анархия усилилась; 25 ноября в самом Каракасе 486 знатных граждан провозгласили отделение Венесуэлы от Колумбии. Б., дело которого начало окончательно рушиться, постепенно терял всякое влияние и власть. В своей записке, поданной им конгрессу, собравшемуся в Боготе в январе 1830 г. для реформы государственного устройства Колумбии, он горько жаловался на несправедливые обвинения против него, которые слышались ото всюду из Европы и Америки. Он отклонял от себя всякие монархические стремления, какие хотели навязать ему, и предлагал несколько раз свою отставку, но ее не принимали. Тогда он решил сделать последнее усилие и начал борьбу с Паэсом, который укрепился на столько сильно в провинции Маракаибо, что Б. не решался атаковать его. Б. вновь подал просьбу об отставке (27 апр.). 4 мая президентом был избран X. Москера. Б. удалился в Картагену, где вскоре умер, восклицая перед смертью: «единение, единение!». В 1832 году прах Б. был перенесен с большим торжеством в Каракас, где была сооружена триумфальная арка в память освободителя. Богота поставила его статую в 1846 г. Город Лима воздвиг ему конную статую в 1858 г. В 1866 г. была обнародована его переписка: «Correspondencia general de Libertador Simon Bolivar» (2 т., Нью-Йорк, 1856 — 71). Cp. «Colleccion de documentos relatives a la vida publica del libertador de Columbia у de Peru Simon B.» (22 т., Каракас, 1826); Larrazabel, «Life of Simon В.» (Нью-Йорк); Kojas, «Simon В.» (Мадр., 1883).

Болонка 

Болонка — мелкая порода собак; она имеет от 15 до 30 см. длины и от 15 до 30 см. вышины и отличается густой, длинной шелковистой шерстью, почти всегда белого цвета. Б. не отличаются умом и их держат исключительно только для забавы, как комнатных собачек. Уже с древних времен болонки были любимицами дам.

Болонская школа Карраччи

Болонская школа Карраччи. — Обыкновенно принято относить название болонской школы всецело к академии, основанной в конце XVI столетия братьями Каррачи. Это не совсем правильно. Уже в XIV в. Franco Bolognese и Jacopo Avanzi, а в XV — Lorenzo Costa и Francia подарили миру замечательные произведения, находящиеся в церквах Болоньи и ее многочисленных дворцах. Не останавливаясь, однако, здесь на характерных особенностях этих художников, о которых будет сказано в своем месте, сделаем здесь исключительно обзор школы Каррачи.
Школа эта эклектическая: в конце XVI стол. все роды живописи достигли в Италии наивысшего совершенства. Каррачи не искали новых путей; они желала лишь путем глубокого изучения шедевров прежних мастеров усвоить себе все их лучшие качества. На произведениях болонских художников не лежал какой-либо особенный отпечаток. Но они успешно изучали и прогрессировали в искусстве, в их работах сказывается известная манера и последовательность. Образовавшаяся после Франчья школы Фонтаны и Кальварта характеризуют собою период упадка в истории живописи; в школе Каррачи наоборот начинается возрождение. Лодовико Каррачи получил свое художественное образование путем долгого и терпеливого изучения старых мастеров: в Венеции он изучал колорит в картинах Тициана и Тинторетто, во Флоренции он проникся изяществом письма Андреа дель-Сарто. Копируя и сличая копии с оригиналами, он пришел к мысли, что единственный путь к возрождению искусства — это брать от каждого из старых мастеров лучшие отличительные особенности его письма: «если бы возможно было сочетать в одном произведении живописи чарующую прелесть Корреджио с энергией Микель-Анджело, строгость линии в картинах Веронэзе с идеальной нежностью Рафаэля, разве не значило бы этим приблизиться к совершенству». Таково было основное положение новой школы.
Лодовико Карраччи, открывая школу, пригласил в сотоварищи двух своих двоюродных братьев Аннибале и Агостино Карраччи. Он оставил за собою высшее заведование школой. Аннибале преподавал искусство письма, которое он знал в совершенстве. Агостино, получивший хорошее литературное и научное образование, взял на себя более сложные занятия. Он преподавал правила перспективы, строительное искусство, читал анатомию, прибегая иногда для наглядного обучения к вскрытию трупов. Он беседовал с учениками о мифологии, истории и религии, словом касался всего того, в чем художник может черпать сюжеты для своего вдохновения. Ученики, в доказательство правильно понятых уроков учителя, воспроизводили в рисунках те факты из истории, о которых он им говорил; они часто отправлялись за город писать с натуры пейзажи и памятники старины. Их приучали к взаимной оценке друг друга, и те из них, которые не умели в таких случаях объяснить и отстоять свою работу, должны были ее уничтожить. Для распределения наград между лучшими учениками устраивались конкурсы, на которые в качестве судей Карраччи приглашали наиболее известных живописцев Италии и Болоньи. Так было поставлено образование в школе Карраччи. Их школа называлась сначала академией Desiderosi, чем означалось их стремление достичь совершенства старых мастеров; впоследствии они получили название Incamminati, т.е. идущих по пути к достижению этого совершенства. Несомненно, что болонский эклектизм, сам по себе, не подарил миру ни одного настоящего гения. Но в его питомцах никогда не исчезало то знание искусства старых мастеров, которое они выносили из школы; нельзя не согласиться с тем, что благодаря своей методе художественного образования, школа Каррачи в совершенстве научила технике искусства. Тот, кто выходил из нее, умел обращаться с карандашом и кистью, понимал значение тонов, знал законы перспективы и умел ценить произведения искусства. «Вот почему», говорит Lanzi, «болонская школа, позже других явившаяся на свет, может быть поставлена первой в деле художественного образования, вот почему она, изучив предварительно все другие, могла в свою очередь реформировать их».
Сделаем теперь беглый обзор произведений братьев Карраччи и их учеников. Лодовико Карраччи (1555 — 1619) известен картинами, которыми он украсил паллацо Фавы, Маньяни, Грасси, Марескальки и множество церквей. Его «Св. Франциск», «Преображенье Господне», его последующие произведения: «Поход аргонавтов», «Путешествие Энея» и др. обличают в художнике, если не истинный гений, то по крайней мере благородство стиля и редкий навык в исполнении. Известные его произведения: «Св. Семейство под пальмою», ошибочно считавшееся прежде работой Аннибале Карраччи, «Св. Семейство со св. Варварой и св. Лаврентием», «Положение во гроб», «Св. Севастиан», «Несение креста» находятся в настоящее время в петербургском Эрмитаже. Что же касается находящейся там же картины, изображающей св. мученика Севастьяна привязанным к дереву и пронзенным стрелами палачей, то она, вероятно, представляет эскиз картины, которая находится в палаццо Дориа в Риме.
Агостино Карраччи (1557 — 1602), двоюродный брат Лодовико Карраччи, вначале своей деятельности был гравером; его гравюры, все больше непристойного содержания, пользовались огромной популярностью. Как живописец, он не шел дальние посредственности. Тем не менее его «Исповедь св. Иеронима» и «Купанье Дианы», находящиеся в Болонье, «Св. Дева, кормящая грудью младенца Иисуса» (в Парме) указывают на то, что Аг. Карраччи присущи были тонкое и правильное понимание экспрессии; мы уже знаем, что как учитель он оказал крупные услуги своим ученикам.
Аннибале Карраччи (1160 — 1609), брат и ученик предыдущего, считается одним из очень выдающихся художников. Без сомнения, его первые произведения не все одинакового достоинства, вследствие его заведомого подражанья различным мастерам прежнего времени. Но в последующие годы творчества он успел освободиться от такого рабского подражания; тут он вполне самостоятелен и достигает верности и силы выражения в своих картинах. Как и его знаменитый брат Аннибале Карраччи, оставил после себя память в многочисленных произведениях искусства. Его живопись во дворце Фарнэзе считается одной из капитальнейших его работ «Св. Екатерина и св. Клара» (в Болонье), «Св. Дева в молчании» (в Неаполе) дышат необыкновенной силой. Целый ряд картин Аннибале Карраччи находится в петербургском Эрмитаже. Здесь имеются его: «Св. Семейство», «Отдых Св. Семейства на пути в Египет» — копия с нее находится в Бернском музее и выдается там за оригинал, «Христос почивший, оплакиваемый ангелами», «Жены-мироносицы у гроба Спасителя», «Явление воскресшего Христа Мироносицам», «Спящая молодая девушка» (Венера изображенная в совершенной наготе, спит на ложе, под навесом малиновой драпировки), «Мрачный пейзаж», портрет самого художника, «Св. Иоанн Креститель», «Св. Семейство» (повторение этой картины, относимое лишь к школе Аннибале Карраччи находится во Флоренции в музее Уффициев, «Св. Карл Борромей» (знаменитый миланский архиепископ), «Снятый со креста Спаситель, оплакиваемый св. Марией Магдалиною и ангелами».
Некоторые из учеников школы Incamminati превзошли своих учителей. Наиболее замечательным из них был Гвидо Рени (1575 — 1642) — живописец и гравер, ученик Дениса Кальварта и Лодовико Карраччи; картины его, написанные на сюжеты, взятые из св. истории и мифологии, обличают в нем больше совершенства техники, чем настоящий творческий гений. Гвидо Рени был одним из самых известных художников своего времени, но к концу жизни утратил в значительной степени свое обаянье. Пользуются известностью его: «Самаритянка», «Распятый Христос», «Св. семейство», «Аврора и Фортуна», находящиеся за границей, а у нас в Эрмитаже — «Давид с головою Голиафа» (картина эта находилась некогда в галерее Цампьери, в Болонье, и была куплена для Эрмитажа в 1839 г. Точно такая же картина Гвидо Рени находится в Лувре; третий экземпляр ее — в галерее Спадо Колонна, в Риме. Копия же, в уменьшенном виде — в Венской галерее); «Поклонение Пастырей» (наход. некогда в галерее де-ла-Врильера; повторение этой композиции — в церкви картезианского монастыря в Неаполе); «Поклонение волхвов», «Св. семейство на пути в Египет» (картина эта, пользующаяся особенным вниманием посетителей Эрмитажа, куплена была из галереи нидерландского короля Вильгельма II в 1850 г.); «Св. Петр» — этюд с головы ап. Петра для мастерской картины художника, находящейся в палаццо Цампьери, в Болонье; в 1650 г. этюд принадлежал кардиналу Савелли в Риме; другой подобный этюд имеется в венском Бельведере; «Отцы церкви, рассуждающие о бессемянном зачатии» (картина эта находилась, во времена Пассери, в одной из церквей Перуджии; затем она перешла в Рим, в галерею маркиза дельиАнджели, продавшего ее лорду Вальполю, но она была задержана папским правительством в Чивита-Векии, и только из уваженья к покупщику папа Иннокентий XIII разрешил отправку ее в Англию); «Св. Иероним»; «Юность Богоматери» (картина изображает Пресвятую Деву, в возрасте лет 16 или 17, сидящую в кругу восьми молодых девушек, занятых шитьем, на полу — несколько корзин с работою; слева — маленькая собачка, болонка); «Спящий младенец Христос» (копия с оригинала, находящегося в венском Бельведере, по мнению Вагена принадлежит кисти Карло Маратти; подобные же копии, неправильно считаемые подлинными произведениями Гвидо Рени, имеются в галерее Дориа, в Риме, и в коллекции гр. Шпека Штернбурга, с Лучене; есть еще копия в венской академии художеств). Из картин не религиозного содержания, принадлежащих кисти Г. Рени или его учеников, следующие находятся в Эрмитаже: «Похищение Европы» — картина, изображающая дочь Агенора, которая сидит на Юпитере, принявшем образ быка, по мнению Вагена представляет только часть большой картины, композицию которой Гвидо Рени повторял несколько раз; картины того же сюжета находятся в Дульвиче, в палаццо дел-Консерватори, в Риме и в музее гор. Тура, во Франции (очевидно представляющие собою копии); «Клеопатра» — написана была художником, вдохновившимся, по мнению Вагена, бюстом одной из дочерей Ниобеи; картина находилась некогда в галерее Кувеа, португальского посланника при дворе французского короля Людовика XV; во Флоренции, в галерее Питти имеется картина Гв. Рени того же содержания, но она представляет, в отношении композиции, значительное отличие от эрмитажной. «Беатриче Ченчи» (по всем вероятиям исполнена одним из учеников Гв. Рени с знаменитого портрета его работы, находящегося в палаццо Барберини, в Риме. Куплена была картина для Эрмитажа в 1784 г., вместе с другими картинами, из собраний Бодуэна. Картина эта, считавшаяся сначала произведением Тициана, а затем П. Бордоне, художника Венецианской школы, по преданию написана была Гв. Рени с наброска, сделанного им в то время, когда несчастную Беатриче вели на казнь; по другому преданию, портрет этот написан художником в тюрьме Беатриче, накануне ее казни; однако, эти рассказы не подтверждаются никакими положительными историческими данными, и даже подлежит сомнению: точно ли Беатриче изображена в портрете галереи Барберини.
Другим представителем Болонской школы является Франческо Альбани (1578 — 1660 г.), бывший сначала учеником Дениса Кальварта, а потом академии Карраччи. В своих произведениях он изображал преимущественно красоту, грацию и любовь. Его картины, написанные на сюжеты, взятые из мифологии, как «Аполлон и Дафна», «Богиня Земли», и находящаяся в Эрмитаже «Похищение Европы» (повторение этой картины с некоторыми изменениями имеется в Петербурге же, в Лейхтенбергской галерее) и др. пользуются большой популярностью, нежели его работы на религиозные темы. Из этих последних в петербургском Эрмитаже находятся две его картины: «Благовещенье», перешедшее сюда в 1779 г. из галереи Вальполя (повторение этой картины, с значительной разницей в колерах, находится в Парижской галерее) и «Крещенье Господне» (принадлежала знаменитому Дж. Ло, и была куплена для Эрмитажа из галереи Вальполя). Живопись Альбани отличается нежностью и красотой, но уже слишком приторной. В Альбани еще ярче обнаружились недостатки его учителей.
Несомненно, к сонму великих итальянских мастеров, мог бы приобщиться другой художник из школы Карраччи, если бы он не жил в эпоху упадка искусства, когда вкусы в Италии, к концу XVII века, в значительной степени были извращены. Мы говорим о Доменикино Цампьери, прозванном Доменикино (1581 — 1441), сначала ученик Кальварта, затем академии дельи-инкамминати, он одно время был в большой моде в Италии и, к сожалению, старался подладиться под испорченные вкусы публики. Шедевром его считается «Исповедь св. Иеронима», о которой Пуссэн говорил, что она принадлежит к числу трех наилучших картин Рима. В ней много простоты, величия, она вся проникнута чувством благоговения. Нигде в других произведениях художник не выразил более сильно этого чувства. Его «Св. Иероним в пустыне», «Св. Цецилия», «Торжество любви»; находящиеся в Лувре, прекрасные фрески в церкви Сан-Луиджи де Франчези в Риме, в аббатстве Гротта-Феррата в вилле Альдобрандини во Фраскатти, отличаются свежестью, возвышенностью стиля и силою выраженья. Обращают на себя внимание его картины, находящиеся в Эрмитаже: «Св. евангелист Иоанн», причисляемый к замечательнейшим произведениям Доменикино. Картина эта в течение долгого времени принадлежала д-ру Фроману в Штутгарте, а в начале нынешнего столетия была куплена от него Д. А. Нарышкиным, от которого приобретена была императором Николаем I для императрицы Александры Федоровны. При жизни этой государыни она висела в ее кабинете в Зимнем дворце; по ее кончине перешла в наследство к императрице Марии Александровне, после которой, согласно ее духовному завещанию, сделалась собственностью Эрмитажа в 1881 г. Точно такая же картина Доменикино, бывшая прежде в галерее герцога Орлеанского, находится у графа Карлейля, в замке Гоуард, в Йоркшайре, в Англии. Превосходная копия с эрмитажной картины, сделанная Брюловым, имеется в музее Императорской академии художеств в Спб.; «Взятиe Св. Mapии Магдалины на небо», «Ликование израильтянок по переходе Моисея через Чермное море» — картина, перешедшая в Эрмитаж из бывшей Голицынской галереи, где она значилась произведением школы Доменикино. К произведениям школы Доменикино относится находящаяся в Эрмитаже картина, «Персидская Сивилла», прежде считавшаяся работой самого художника, между прочим потому, что в лице Сивиллы узнавали портрет его дочери.
Различием в манерах письма, которых насчитывают целых три, отличался один из последних представителей Болонской школы — Джованни-Франческо Барбьери (1591 — 1666), прозванный Гверчино, т.е. косоглазый, сначала ученик Барт. Бертоцци, Дж. Б. Кремонини и Паоло Дзаньони, впоследствии подражатель Лодовико Карраччи и Микеланджело. Хорошим образцом первой манеры художника служит его картина, находящаяся ныне в Эрмитаже; она изображает «Св. Анну, обучающую Младенца Христа чтению». К первым же работам Барбьери относится его « Взятие Богородицы на небо» — картина эта, находящаяся также в Эрмитаже, в числе других была исполнена художником, по возвращению в Рим, в 1623 г., для Александра Танари, в семействе которого она хранилась до 1844 г., когда была приобретена для Эрмитажа. В галерее Дориа, в Риме, имеется картина Гверчино, изображающая св. Иоанна и представляющая почти точное повторение фигуры этого апостола на эрмитажном «Взятии Богородицы на небо», для которого она, быть может, служила эскизом, сделанным, в таком случае, до 1623 г., во время первого пребывания художника в Риме. Другой манерой письма отличается так же находящаяся в Эрмитаже картина Гверчино, изображающая «Видение св. Клары» и находившаяся сначала в галереях Тюньи, а потом герцога Талара. Старинная копия с нее, выдаваемая за оригинал, находится в Венеции, в Пинакотеке Манфредини (Seminare particolare). К произведениям второго рода причисляют еще одну эрмитажную картину, принадлежащую кисти Гверчино и изображающую: «Поклонение св. Лаврентия Богоматери и Младенцу Христу» — картина эта находилась прежде в галерее Лебрена, в Париже, откуда была куплена для Эрмитажа в 1810 г. Образцами третьей, последней манеры художника, служит: во 1-х его превосходнейшее произведение «Мучение св. Екатерины», написанное художником для его родины, Чентской общины, и находившееся прежде в галерее нидерландского короля Вильгельма II, откуда она была приобретена для Эрмитажа при распродаже галереи, в 1850 году, во 2-х «Св. Иероним в пустыне», работа представляющая вероятно тот образ святого, который был написан художником, по свидетельству Беллори («Vita di Fr. Barbieri») в 1641 г. для Ридольфо Струми, в Римини, и ныне находящаяся в Эрмитаже. Небольшая копия с нее, также выдаваемая за оригинальное произведете Гверчино, имеется в Венеции, в Пинакотеке Манфредини. Картины Гверчино славятся своим ярким, выразительным колоритом.
Последним из непосредственных учеников академии Карраччи является Джованни Ланфранко, называвшийся также кавалером Джованни да-Стефано (1580 — 1647), гравер и живописец, ученик Агостино и Аннибале Карраччи. Образцами его произведений, отличающихся мужественной силою кисти, служат две картины, находящиеся в Эрмитаже: 1) «Благовещение», написанное для одной из мальтийских церквей и приобретенное для Эрмитажа из коллекции Троншена около 1780 года и 2) «Предвечный отец» — картина эта поступила в Эрмитаж в 1832 г. из коллекции кн. Евгения Сапеги, в Гродно, и одно время ошибочно приписывалась кисти Гверчино. С Ланфранко завершается блестящая эпоха Болонской школы, которая во 2-й половине XVII столетия начинает приходить в безнадежный упадок.
Тщетно стараются в конце этого столетия Лоренцо Пазинелли и Карло Чиньяни воскресить искусство болонских художников. Чиньяни (1628 — 1719) ученик Дж. Б. Капри и Альбани, подражал Корреджио и Карраччи. Его «Материнская любовь» находится в Эрмитаже. Чиньяни удалось добиться того, что в Б. учреждена была на средства города академия художеств. Он был назначен ее пожизненным директором. Чиньяни успел заручиться для академии покровительством папы Климента XI, утвердившего ее уставы, и согласившегося дать свое имя новому учреждению, которое с тех пор (1708) получило название: «Климентинской академии». Но поздно было уже в эпоху полного падения искусства вдохнуть в него новую жизнь. Италия истощенная, словно почва, подвергшаяся усиленному возделыванию, перестала производить великих живописцев, и болонская школа впала в тот же напыщенный тон, в ту же изнеженную вычурность, которые характеризуют собою все итальянские школы XVIII столетия.
Всего лучше определяет роль болонской школы итальянской живописи Ш. Блан следующими немногими словами: «болонские художники, взятые вместе, образуют некоторый род буржуазии в искусстве. В крови у них нет благородства истых аристократов, нет с другой стороны крепкой и смелой энергии простого парода. Их главное качество заключалось в отсутствии слишком заметных недостатков. Подобно среднему классу общества, они занимали середину в искусстве, при том на одинаковом расстоянии от крайних точек и на этой средней высоте они поддерживали искусство, не давая ему опуститься низко, но зато и не подымая его на более высокую ступень». Литература: Malvasia, «Felsina pittriсе» (Болонья, 1678 г., 2 тома in 4); Filippo Baldinucci, «Notizie dei protessori del disegno de Cimabue in qua» (Флоренция, 1681 — 1688); Luigi Lanzi, «Histoire de la peinture italienne» (франц. перевод Париж, 1825 г., 5 т.); Ch. Blanc., «Histoire des peintres. Ecole Bolonaise» (Пар., 1874. in f.); G. Lafenestre «La Peinture italienne» (Париж, 1870); P. Mantz, «Les Chefs-d'oeuvre de la peinture italienne» (Париж, 1870, in fol.); W. Lebke, «Geschichte der Italienischen Malerei» (Штутгардт, 1878 г., 2 т.).

Болонья 

Болонья (Bologna, Bononia) — главный город итальянской провинции того же имени, древняя столица Романии, местонахождение главного военного управления, апелляционного суда, епископии и университета. Население ее простирается до 103998 жит. Город расположен в месте пересечения большой Эмилиевой дороги древнего Рима, идущей по северному склону Аппенин, от Анконы до Пиаченцы, рекой Рено, правым притоком По. Столь выгодному положены Б. обязана своим важным стратегическим и торговым значением. Отрезанная некогда от Альп рекою По и обширными болотами, она в настоящее время соединена рельсовыми путями со всеми большими дорогами, окружающими долину По. В ней сходятся линии железных дорог, идущих из Неаполя, Марселя, Парижа и Вены. Если бы при выборе столицы руководились исключительно экономическими соображениями, столицей Италии по праву могла бы стать Б. как наиболее оживленный торговый пункт на Аппенинском полуострове. К несчастью, частые разливы Рено губительно действуют на окружающую равнину и Б. в настоящее время не заслуживает данного ей в древности прозвища «тучной». Климат — неровный и для итальянского города неприятный. Ученая и свободная Б. (на старых ее монетах существуют надписи Воlоnia docet libertas) и теперь еще представляется оригинальным и любопытным городом. Она окружена стеною, сложенною из кирпича, имеющей 6 км. в окружности; из нее ведут 12 выходов. Город разделен на три квартала: восточный, южный и западный. В центре города расположена площадь Виктора Эмануила (Piazza Vittorio Emanuele). Улицы большей частью тесные и кривые, вдоль многих из них тянутся портики и аркады. Несмотря на действительное развитие в ней торговли и промышленности, несомненно, что этот город некогда был и более населен и более благоденствовал. О том свидетельствуют его многочисленные памятники старины: церкви, дворцы и палаццо почти все относятся к XIII и XIV ст., с их неизбежными башнями, зубчатыми стенами и пр., все это окрашено в серый или красноватый цвет, покрыто трещинами и расселинами, но по-прежнему прочно, и обходится без ремонта. Огромное и суровое укрепление, каким выглядит Palazzo del governo, резиденция префекта, палаццо Подесты, в котором сосредоточены архивы города, восходят к XIII в. Базилика San Petronio, начатая постройкой в 1390 году, должна была быть одной из величайших церквей, когда либо известных, имея в длину 208 мет. И в поперечнике 142 м., но постройка ее была прервана в 1759 г. Всеобщее внимание привлекают наружные барельефы работы Jacopo della Guercia, изображающие историю сотворения мира. К XII веку относится постройка церкви San Domenico, в которой находится могила этого святого, умершего в Б. в 1221 г., знаменитая своими скульптурными украшениями работы Nicolo Pisano, Nicolo delI'Arca и Микель Анджело. Кафедральный собор св. Петра построен в стиле Рококо. Интересно здание церкви San Stefano, выстроенной на месте древнего храма Изиды и состоящей из 7 отдельных церквей. Рядом высятся две знаменитые «падающие» башни из простого кирпича. Более высокая башня (97 метр.), продолжающая наклоняться и ныне — torre degli Asinelli, с вершины которой видны Эвганейские горы, расположенные к северу от реки По. La torre Garisenda достигает половины высоты своей соседки и наклонена еще сильнее, так как по плану была выстроена наклонной. Без сомнения башня в один прекрасный день обрушится на болонских торговцев, приютившихся со своими медными изделиями у ее основания.
Знаменитый Болонский университет за время своего существования менявший несколько раз свое помещение, ныне помещается в палаццо Челлези. Б. академия художеств обладает одним из лучших собраний предметов искусства, и в особенности галереей картин всех итальянских мастеров. Особенное внимание знатоков обращает на себя святая Цецилия Рафаэля. Академия богата преимущественно полотнами старых мастеров, стоявших во главе Болонской школы живописи: Франчья, Карраччи, Гвидо Рени, Доменикино и Гверчино. Вне города, на маленьком возвышении, находится женский монастырь с Мадонною св. Луки, куда стекаются пилигримы. К церкви ведет галерея, состоящая из 635 арок. В окрестностях Б. находится монастырь и кладбище de la-Certosa, одно из самых красивых.
Б. издавна славится своими шелковыми тканями и крепом. Производство бархата, тюля, сукна, соломенных шляп, веревочных снастей и химических продуктов, приготовление консервов и колбасы составляют главные занятия жителей.
Болонья была основана этрусками под именем Фельзины и получила свое названиe Bononia от бойев, галльского племени в Италии, завладевшего городом. В 189 году до Р. X. она сделалась римской колонией и украсилась множеством памятников, из которых ни один почти не уцелел. В средние века Б. входила в состав Равенского греческого экзархата, а за тем, в VIII столетии, отдалась под власть ломбардского короля Луитпранда. Карл Великий даровал Б. права свободного города, в гербе которого отныне помещено слово «свобода» (libertas). В спорах, происходивших между старыми итальянскими городами, Б. всегда отличалась своей ревностной преданностью папскому престолу; она сражалась ожесточенно с гибелинами. Энцио, любимый сын Фридриха II, находился здесь в плену в течение 22-х лет, до самой своей смерти. Дворянство в Б. не несло общественной службы; в ней отдавалось предпочтение демократическому строю городов Тосканы перед аристократическим режимом городов Ломбардии. Втечение всего ХV столетия в Б. происходила борьба за власть между двумя могущественными фамилиями Бентивольи и Ченедули. В 1512 г. Юлий II овладел Б. и присоединил ее вновь к римским владениям. В ней произошло по случаю заключения Конкордата в 1515 г. свидание между Львом Х и Франциском I, а Карл V торжественно был коронован здесь в 1530 году папой Климентом VII после того, как роздал своим союзникам различные провинции Италии. В 1796 г. Б. была занята французами и вошла сначала в состав Цизальпинской республики, а затем сделалась главн. гор. департамента Рено, вновь образованного Итальянского королевства. Будучи возвращена в 1815 г. папскому престолу, она служила очагом революционной борьбы против Григория XVI. В ней провозглашено было временное правительство и конституция. Но австрийцы заняли город, изгнали мятежников и закрыли университет (1831 — 1832). Другое революционное движение, нашедшее поддержку в Пие IX, вспыхнуло в 1846 г.; патриоты еще раз потерпели поражение после трехлетней борьбы (1849 г.). Б. стала опять столицей одного из четырех папских владений. В 1860 г. она, вместе со всей Романьей, присоединилась к Итальянскому королевству.
Болонья — родина многих великих людей; в ней родились художники Франчья, Приматичче, трое Карраччи, Доминикино, Гвидо Рени, Альбани, кардинал Альбертини, ставший впоследствии папой под именем Бенедикта XIV (? 1758 года), кардинал Меццофанти, много лет заведовавший болонской библиотекой и будто бы говоривший на 42-х языках (умер в 1849 г.), и многих ученых, с знаменитым Гальвани во главе, производившим здесь в 1789 г. свои опыты над электричеством. Ср. Guidicini, «Cose notabili della citta di Bologna» (Болонья,. 1869 — 1874 г., 5 т); Mazzi, «Compendio della gloria di Bologna» (Болонья, 1875 г.).

Болотников

Болотников Иван Исаевич — мятежник времен Шуйского. Он был холопом князя Телятевского, маленьким попал в плен татарам, был продан туркам, работал в оковах на турецких галерах и был освобожден в числе других пленников, по одним известиям, — венецианцами, по другим — немцами, а по освобождении привезен в Венецию. Здесь он пробыл не сколько времени и решился возвратиться в отечество через Польшу. Проезжая через нее, он услышал о пребывании в Самборе царевича Димитрия (Молчанова), явился к нему и, как человек сметливый и предприимчивый, был отправлен последним с письмом к путивльскому воеводе, кн. Шаховскому. Видя его желание постоять за Димитрия и убедившись в его знании военного дела, Шаховской поручает ему отряд в 12000 человек. С ними Б. отправился в Комарницкую волость и возвещал всем: что он сам видел Димитрия, и Димитрий нарек его главным воеводой. Против него Василий Шуйский выслал отряд под начальством кн. Юрия Трубецкого, но последний, встретясь под Кромами с Б-м, отступил. Это послужило сигналом к восстанию городов, холопов и инородцев. Город за городом провозглашали царем Димитрия и высылали к Б. вспомогательные отряды; холопы и крестьяне, услышав призыв Б., почти всюду поднимались на своих господ и примыкали к отряду его. Возмутилась и мордва, в надежде освободиться от московской власти, и вместе с холопами и крестьянами принудила некоторые города отпасть от Шуйского. Кроме того, к Б. примкнуло ополчение Истомы Пашкова, к нему пристали в Ляпуновы — Захар и Прокопий и отряд вольницы, пришедший из Литвы. Со столь грозными и многочисленными силами Б. направился к столице. Стоявшие на пути города все признали власть главного воеводы Димитрия; только в Коломне отважились сопротивляться, и это повлекло полное разграбление города. В 50-ти верстах от Москвы, близ села Троицкого, Б. встретила московская рать под начальством Мстиславского, который, не вступив в бой, едва спасся от преследований Б. 22 октября 1606 года Б. остановился в селе Коломенском, в семи верстах от Москвы, Здесь он построил острог, укрепив его деревом и валом, и стал рассылать по Москве и разным городам грамоты, возбуждая бедных и меньших против богатых и знатных и призывая всех целовать крест законному государю Димитрию Ивановичу. Ополчение Б. увеличилось здесь еще более; из него выделялись отдельные шайки, по преимуществу холопов, кот. своими набегами и разбоями держали столицу в осадном положении. Москвичи уже готовы были подчиниться Б., прося его только показать им Димитрия, и начали даже по этому поводу с ним переговоры. Но Димитрий не являлся. Б. несколько раз обращался к Шаховскому с просьбой прислать его к войску, как можно скорее, указывая ему на всю важность его присутствия, но тот медлил. Некоторые города уже начали выражать свое сомнение в существовании Димитрия и пере ходили на сторону Шуйского. К тому же и в самом войске Б. произошло раздвоение: на одной стороне стояли дворяне и дети боярские, на другой холопы, казаки и вообще мелкие безъименные люди. У последних главой был Б., а начальниками первых — Истома Пашков и братья Ляпуновы. Между вождями возникли несогласия и результатом их был переход на сторону Шуйского сначала Ляпуновых, а затем Истомы Пашкова. Шуйский между тем деятельно принявшийся за укрепление Москвы с самого появления Б., теперь стал получать подкрепления от переходивших на его сторону городов, которые высылали к нему ополчения дворян и детей боярских. Видя, что ратные силы Шуйского все более и более увеличиваются, Б. решился действовать энергичнее: был сделан приступ на Симонов монастырь, но с уроном отбит. Но ни потеря войска (от приступа и постоянного ухода его людей), ни увещания Шуйского сдаться и обещания дать ему важный чин, не сломили верности Б. Димитрию и принятой им ранее решимости бороться за его дело до последней возможности. Шуйскому он отвечал: «Я целовал крест своему государю Димитрию Ивановичу — положить за него живот. И не нарушу целования. Верно буду служить государю моему и скоро вас проведаю». Получив такой ответ, Шуйский решил из войны оборонительной перейти в наступательную; ряд удачных приступов на острог Б. заставляет последнего бежать из под Москвы. Московские ратные люди преследуют его до дер. Заборья, где снова успел укрепиться верный Димитрию воевода; но пало и заборское укрепление; часть казаков, с атаманом Беззубцевым во главе, передалась Скопину-Шуйскому, начальнику московского войска. Б. же бежал далее и засел, наконец, в Калуге; укрепил ее, собрал до 10000 беглецов и приготовился к обороне. Высланные сюда Шуйским отряды (наибольший под начальством Мстиславского) обложили город со всех сторон, производили частые приступы, разбили подходившее на помощь Б-ву ополчение под начальством кн. Масальского, но мужество и энергия его оставались непоколебимы. Он с успехом отбивал их приступы и сам делал удачные вылазки; ни потеря военных людей, ни недостаток в съестных припасах, особенно сильный к концу зимы, не заставили его склониться на сдачу, хотя ему и было обещано полное прощение; одно только его смущало: названный Димитрий еще не являлся, а вскоре и совсем скрылся. Тогда среди терских и волжских казаков появился новый самозванец, принявший на себя имя царевича Петра, будто бы сына Федора Иоановича, подмененного дочерью, вскоре умершею; он уже подступал к Путивлю, и им то тогда кн. Шаховской решил воспользоваться для поддержания восстания. Он отправил его в Тулу, а затем двинулся и сам. На выручку Б. он отправил отряд под начальством кн. Телятевского. Последний разбил царских воевод, князей Татева и Черкасского, под Калугою, на Пчелве (2 мая). Тогда Б. сделал вылазку и навел такой страх на осаждавших, что они в смущении все разбежались, оставив неприятелю пушки, обоз и запасы. После этого он выступил из Калуги и направился в Тулу, где уже были Шаховской и Петр. 30 июня подступил к Туле с большим войском (около 100 т. ч.) и сам царь Василий Иванович Шуйский. Началась осада Тулы, продолжавшаяся немного более 3-х месяцев. Ни приступы осаждающих, ни истощение запасов и здесь не ослабили энергии и твердости Б. и его воинов. И неизвестно, сколько еще времени продолжилась бы эта осада и чем бы она окончилась, особенно в виду возникших несогласий между полководцами царского войска, если бы не явился к Шуйскому «большой хитроделец» Мешок Кравков, запрудою Упы затопивший Тулу. С наводнением в Туле увеличился и голод; многие мятежники толпами являлись к Шуйскому с повинной, но главные злодеи продолжали еще сопротивляться и соглашались сдаться только тогда, когда им будет даровано прощение. «А если нет», говорили они, «будем держаться, хотя бы пришлось нам друг друга съесть». Царь обещал им милость, и 10 октября 1607 г. боярин Колычев занял Тулу. Б. явился пред Шуйским во всем вооружении, снял с себя саблю, положил пред царем, ударил ему челом до земли и произнес свое клятвенное обещание служить царю верно до гроба, если тот, согласно своему целованию, не прикажет его умертвить. 18 октября царь прибыл в Москву. Сюда же перевезли и Б. и других начальников мятежа и после допроса засадили в тюрьму, в Каргополе. Здесь сначала. Б. выкололи глаза, а затем и утопили.
В. Р.

Болотов

Болотов Андрей Тимофеевич — писатель второй половины прошлого столетия, род. в Тульской губ., в родовом сельце Дворенинове (Алексинского у.), 7 октября 1738 г. Первые годы своей жизни провел с родителями в Лифляндии и Финляндии, где служил его отец. 10-и лет был зачислен каптенармусом в армейский полк, находившийся под командой отца его. На 12 году В. лишился последнего, а через два года умерла и мать. Пробыв некоторое время на родине, Б. вступил 17-ти лет, в 1755 г., на действительную службу сержантом в архангелогородский полк и в 1757 г. отправлен офицером в Прусский поход, где принимал участие во всех важных битвах. В 1758 — 61 гг. он служил в канцелярии русского военного губернатора Восточной Пруссии, а в начале 1762 г. из полка переведен адъютантом к Спб. генерал-полициймейстеру бар. Корфу, но скоро вышел в от ставку и еще до воцарения Екатерины II уехал в свою деревню, Здесь он женился и провел всю остальную часть жизни, деятельно занимаясь сельским хозяйством в своем имении и управляя также имениями графа Бобринского. Умер 96 лет, 7-го октября 1833 года. К концу жизни он совершенно ослеп. Жена пережила мужа на один год и скончалась 85 лет, проведя в замужестве 70 лет. Ко времени пребывания его в деревне относятся следующие литературные труды: «Детская философия, или нравоучительные разговоры между одною госпожою и ее детьми»(2 ч., М., 1776 — 79); «Чувствования христианина при начале и конце каждого дня в неделе» (М., 1781); «Несчастные сироты» (др. в 3 д., М., 1781); «Генриетта или гусарское похищение» (с нем., 3 ч., М., 1782); И. М. Гецена «Рассуждение о начале и конце нынешнего и о состоянии будущего мира» (с немец., М., 1783); «Путеводитель к истинному человеческому счастию» (3 ч., М., 1784); «Жизнь и странные приключения умершего в 1788 г. Карла Эдуарда» (пер. с нем., М., 1794). Плодом его ученых занятий остались: «Краткие и на опытности основанные замечания о електризме и о способности електрических махин к помоганию от разных болезней». (Спб., 1803). Но главным его занятием, как уже сказано, было сельское хозяйство, и, принимая во внимание его труды на этом поприще, его следует считать лучшим русским агрономом XVIII ст. Б. издавал чрезвычайно солидные для своего времени сельскохозяйственные журналы: «Сельской житель», в 1778 — 79 и «Экономический магазин», в 1780 — 89: оба выходили в Москве. Кроме того, после него осталась большая рукопись, 7 т. в осьмушку, писанная замечательно красиво, как и все его рукописи, под заглавием: «Изображения и описания разных пород яблоков и груш, родящихся в Дворенинских, а отчасти и в других садах; рисованы Андреем Болотовым 1797 — 1800». Это замечательный труд по русской помологии, значение которого настолько велико, что он был напечатан в извлечении даже в 1861 г. в «Журнале садоводства». Наконец, Б. оставил «Записки», на которых собственно и зиждется его известность. Они изданы редакцией «Русской Старины» в 1871 — 73 гг. под заглавием: «Жизнь и приключения Андрея Болотова». Кроме того, он составил: «Памятник протекших времен или краткие исторические записки о бывших происшествиях и носившихся в народе слухах» (М., 1875). Свои «Записки» Болотов составил в 1789 — 1816 гг., в 29 частях; они занимают исключительное место в русской мемуарной литературе, как по своему интересу, так и вследствие правдивости и объективности их изложения. Автор подчас наивно, но беспристрастно, излагает историю своих предков, свою собственную жизнь и жизнь окружавшего его общества, злоупотребления и неурядицы современного социального строя и пр. «Записки» дают богатый материал для изучения быта провинциального дворянства XVIII века и дают возможность определить степени культурности русского общества в ту эпоху. С этою целью ими воспользовалась Е. Щепкина в своем труде: «Старинные помещики на службе и дома, 1578 — 1762» (Спб., 1890 года). М. М.

Боль 

Боль (dolor), болевые ощущения крайне разнообразны: то они производят ощущения колотья, то жжения, сильного давления и т.д. Происхождение всех болей находится несомненно в зависимости от повышенной раздражительности приводящих чувствительных нервов. Патология различает органические боли, происходящие вследствие какого либо органического страдания, и нервные боли, где органический субстрат не может быть доказан. По физиологическому значению своему боли делятся на местные боли (периферические), когда раздражение чувствительных нервов имеет место там, где имеется заболевшая ткань; эксцентрические боли, когда возбуждение имеется или в центральном нервном аппарате (головной и спинной мозг) или на протяжении нервного ствола, но ощущается где либо на периферии, и наконец иррадиирующие боли, когда возбуждение какого либо чувствительного нервного ствола, при помощи головного или спинного мозга, передается другому, отдаленному нервному стволу. Такие боли являются, напр. в коленном сочленении при коксите, в плечах при болезнях брюшной полости и т.д. Во время каких-либо органических страданий, болевые ощущения могут доходить до весьма высоких степеней: и обратно — болевые ощущения иногда резко понижаются при каком-либо душевном заболевании. Кроме физической, существует еще, так называемая психическая боль, являющаяся, напр., при некоторых душевных волнениях: при раскаянии, во время траура и т.д. По существу психическая боль несомненно равна физической, и иногда даже вызывается последней.
Л. Ф.

Большой Петровский театр в Москве

Большой Петровский театр в Москве. — Основание его относится к 1776 г. В этом году Гроти уступил свои права и обязанности кн. Урусову, обязавшемуся построить каменный публичный театр в Москве. При содействии известного М. Е. Медокса было выбрано место в Петровской ул., в приходе церкви Спаса, что в Копье. Неусыпными трудами Медокса в 5-ть месяцев, по плану архитектора Розберга, был построен Б. П. т., стоивший 130000 руб. Спектакли начались в 1780 г. под дирекциею того же Медокса, которому дана была привилегия представлений до 1796 г. Внутреннее устройство было таким, каким оно сохранилось до пожара 1853 г., потерпев в новейшее время лишь небольшие изменения. Сильным пожаром в 1805 г. здание театра было до тла уничтожено; представления были перенесены в деревянный театр у Арбатских ворот, сделавшийся одною из первых жертв пожара 1812 года. Блестящею эпохою театра в Москве должно считать ту пору, когда он состоял под непосредственным ведением просвещенного кн. Д. В. Голицына. При нем сгоревший театр был возобновлен (увеличен) по плану архитектора Бове. 6-го января 1825 г. состоялось открытие Б. т. два дня продолжавшимся прологом: «Торжество муз» М. А. Дмитриева и великолепным балетом «Сандрильона». В 1843 г. театр значительно изменен и улучшен. 17-го марта 1853 г. театр сгорел до тла. Убытки оценены в 10 милл. руб. (см. ст. П. Басистова в "Спб. Вед. " 1856 г., №220). Через 16 месяцев, к 20-му августу 1856 г., театр был заново перестроен (стоимость — 900000 руб.) по плану архитект. Кавоса. Театр представляет два фронтона, один над колоннадой, другой над верхним ярусом. Над колоннадой 4-е бронзовых коня, запряженных в колесницу Аполлона; модели коней работы барона Клодта. По бокам театра — чугунные подъезды, состоящие из изящных чугунных колонн, поддерживающих навесы. Каждая пара колонн опирается на общий четвероугольный пьедестал. При освещении колоннада весьма красива, особенно издали. Главный подъезд и парадная лестница устроены со стороны Театральной площади. Сени имеют почти 18 саж. длины и 4 1/2 саж. ширины. Направо и налево широкие мраморные ступени ведут на первую площадку, пол которой выложен венецианской мозаикой. Отсюда направо налево две лестницы ведут в фойе с зеркальными стенами в золоченых рамах, лепными карнизами и расписанными простенками. Из фойе ведет вход в Императорскую ложу. Потолок залы театра имеет 14 саж. в поперечнике, следовательно зала Б. т. превосходит своей величиной залы театров: Сан-Карло (в Неаполе), дела-Скала (в Милане) и др. Сцена имеет более 10 саж. протяжения. В партере 17 рядов кресел (470), позади кресел амфитеатр (150) мест, лож в пяти ярусах — 136, 6-й ярус — дешевые места; вмещает до 2300 человек (считая на ложу 5 чел. ); кресла сделаны из некрашеного дуба. Ложи внутри роскошно драпированы, а снаружи убраны резьбой. На плафоне залы изображены музы, предводимые Аполлоном; скульптурные работы исполнены Шварцем, резьба и лепка — Ахтом; стенная живопись — Титовым.
А. Ум.

Бомаршэ 

Бомаршэ Пьер Огюстен Карон Beaumarchais — знаменитый французский драматург и публицист, род. 24 янв. 1732 в Париже. Сын часовых дел мастера, он первоначально занялся ремеслом отца, но в тоже время ревностно изучал музыку. Его музыкальные таланты и разговорный дар доставили ему доступ в высшее общество, где он успел завязать пригодившиеся ему впоследствии большие связи. Он ухитрился также попасть ко двору Людовика XV, дочерей которого обучал игре на арфе и, благодаря женитьбе на двух богатых вдовушках (Франк и Левек), которые обе умерли очень скоро, а также сотовариществу с банкиром Дювернэ, сделался обладателем значительного состояния. В 1764 он отправился по денежным делам в Мадрид и здесь убил на дуэли испанского писателя Клавиго, обольстившего его сестру, что послужило сюжетом трагедии Гёте: «Клавиго». Но посреди своих торговых спекулящй, Б. выступил перед публикой с двумя пьесами: «Eugenie» (1767) и «Les deux amis» (1770), из которых на сцене удержалась только первая. После смерти своего компаньона Дювернэ Б. начал тяжбу с его наследником, графом Блака, и тут то ему представился случай выказать в полном блеске свою изумительную изворотливость и талант. Тяжба разбиралась в парламенте, и предметом ее было требование неуплаченного долга, заявленное наследником Дювернэ. Чтобы добиться доступа к докладчику Гёцману, Б. поднес жене его богатый подарок. Когда процесс был проигран, ему возвратили подарок, кроме 15 луидоров, которые пошли секретарю Гёцмана. Отсюда возник новый процесс (1773) по обвинению в клевете и покушении на подкуп. Б. был признан судом первой инстанции граждански нечестным и приговорен к клеймению. Тогда он написал в свою защиту знаменитые «Memoires» (1774); затем «Suite de memoires» (1778), в которых сумел придать своему личному делу характер защиты общих прав человека и гражданина. В тоже время он беспощадно разоблачил злоупотребления тогдашнего правосудия и тем расположил в свою пользу общественное мнение. Эти мемуары — образец подобного рода произведений по мастерству изложения, силе, наивности и оригинальности слога, по тонкости и язвительности сатиры, остроумнейшей диалектике и огню, который еще и теперь захватывает и увлекает читателя. Парламент увидел себя вынужденным отменить приговор первой инстанции и как-нибудь замять это дело посредством соглашения. Симпатии публики к Б. выросли еще больше после представления классических театральных комедий его: «Севильский цирюльник» (1775) и «Свадьба Фигаро» (1784), которые сделали его самым любимым писателем Франции того времени. В обеих пьесах Бомаршэ является провозвестником революции и овации, которые устраивались ему после представлений, доказывали, что народ это очень хорошо сознавал. «Свадьба Фигаро» выдержала 100 представлений подряд, и не даром Наполеон отзывался о ней, что с этой пьесой взвилась занавесь революционной драмы. Когда началось восстание сев. американских колонии, Б. с большим уменьем принял на себя заботу о доставлении им военных припасов, нажив на этом миллионы. Замешанный в новом процессе (1781) за пособничество в уводе жены Корнманна, Б. нашел себе превосходного противника в Баргассе. Он снова выпустил «Мемуары», но уже без прежнего успеха. Процесс он выиграл, но на этот раз публика была не на его стороне. Вдобавок опера «Tarare» (1787) пошатнула его славу, как писателя, а комедия «La mere coupable» (1792), стоявшая в тесной связи с «Фигаро», встретила очень холодный прием. Роскошное издание сочинений Вольтера, очень плохо исполненное, не смотря на потраченные на него громадные издержки (Б. завел для этого издания даже особую типографы в Кэле) принесло Б. почти около миллиона убытку. Значительные суммы он потерял также в 1792, взяв на себя поставку 60000 ружей республиканскому войску. От наказания он избавился только бегством в Лондон, а второй раз в Гамбург, откуда вернулся лишь в 1796 г. Свое поведение в этом деле Б. пытался обелить в «Mes six epoques», предсмертном сочинении, которое, однако, не вернуло ему симпатий народа. Умер 19 мая 1799 года. Собрания его сочинении изданы: Бокьё, «Theatre de В.», с примечаниями (Пар., 1872, 2 т.), Моланом (Пар., 1874), Фурнье («Oeuvres completes», Пар., 1875). Мемуары его изданы С. Бёфом (Пар., 1858, 5 т.). См. L. de Lomenie, «В. et son temps» (Пар., 1856, 2 ч.); Huot, «В. en Allemagne» (1869); Bettelheim, «В.» (Франкф., 1886); русский перевод трилогии А. Чудинова (Спб., 1890).

Бонавентура

Бонавентура, собственно Иоанн Фиденца — один из знаменитейших схоластиков, прозванный «doctor seraphicus», род. в 1221г. в Боньярее (в Тоскане), вступил в францисканский орден, был учителем теологии в Париже, в 1256 г. генералом своего ордена, 1278 кардиналом и епископом албанским, наконец, папским легатом на церковном соборе в Лионе, где он 15 июля 1274 г. умер от последствий своего аскетизма. По своей безупречной жизни, громадной учености и необыкновенной доброте, он пользовался всеобщей любовью и смерть его искренно оплакивалась всеми. Сикст IV при числил его в 1482 году к лику святых, а Сикст V в 1687 году к пяти величайшим учителям церкви. Как мистика, его высоко ценил даже Лютер. Францисканцы противопоставляли его, как своего величайшего ученого, столпу схоластики, доминиканскому монаху Фоме Аквинату. Лион, где покоятся останки Б., избрал его своим патроном. Теология является для Б. владычицей всех светских наук, которые он обнимает под общим понятием философии, а единение с Богом, к которому любовь ведет человека шестью ступенями познания — величайшим благом. Это подробно доказывается им в схоластическом сочинении; «Itinerarium mentis in Deum» и в мистическом сочинении: «Reductio artium in theologiam». По его учению у человека три ока: телесное, мысленное и созерцательное; последнее вырабатывается самоуглублением в душу, как отражение Бога, самоуничижением, самоотречением и искренней молитвой. Как было 6 дней творения, так есть 6 степеней созерцания, за которыми следует высшее благо, слияние с божеством. Для обоснования мистической теологии, как науки, Б. сделал больше других своих предшественников. Из сочин. его надо также отметить: «Breviloquium» и «Centiloquim» (руков. догматики), а также комментарий к «Sententiae» Петра Ломбарда. Его «Biblia pauperum»представляет искаженное аллегорическимистическими толкованиями изложение священной истории для мирян. Самое полное издание его сочинений вышло в Риме (1588 — 96, 8 т.), но между ними много и подложных. См. Hollenberg, «Studien zu В.» (Берлин, 1862); Richard, «Etude sur le misticisme speculatif de Saint В.» (Пар., 1873); Borgognoni, «Le dottrine filosofiche di В.» (Рим, 1874); Da-Vicenza, «Des heiligen B. Leben und Wirken» (с итальянск., Падер., 1874).

Бональд 

Бональд (Луи-Габриэль-Амбруаз de Bonald) — французский публицист и философ, род. 2 окт. 1753 г. в Муна, близ Мильгау (Авейронский департамент). Во время Революции он открыто выступил защитником старой монархии, вследствие чего должен был бежать из Франции и сражался в армии Кондэ. При империи вернулся и скоро вошел в милость у семейства Бонапарта и в 1808 г. получил назначение при министерстве народн. просвещения. По восстановлении Бурбонов, он попал в палату депутатов, в которой принадлежал к ультрамонтанской парии, став, по своему выдающемуся уму и познаниям, одним из ее главарей. В 1816 году был избран в члены академии, а в 1823 году назначен пэром. После июльской революции Б. отказался присягнуть новой династии, удалился в свой замок в Муна и там ум. 23 ноября 1840 г По своим философским и политическим воззрениям, Б. принадлежал феодальному средневековому строю. К главным его сочинениям кот., однако, нельзя отказать в уме, принадлежат: «Theorie du pouvoir politique et religieux» (Констанц, 1796; Париж, 1854, 2 т.); «Legislation primitive» (5 изд., 1857); «Recherches philosophiques» (новое издание 1853) и т.д. Полное собрание вышло в Париже, 1859, 3 т. См. Victor de В. (сын Б., 1780 — 1871), «Dе la vie et des ecrits du vicomte de B.» (2 изд., Париж, 1853).

Бор 

Бор (borum, стар. назв. boracium и boron, последнее принято еще и теперь у англичан; хим. форм. В; атомный вес 11) — не металлический элемент, в свободном состоянии известный в двух аллотропических видоизменениях: аморфном и кристаллическом. В аморфном виде бор был получен в 1808 г. Гэй-Люссаком и Тенаром и ближе изучен в 1857 г. Вёлером и Сен-Клер-Девиллем, давшими способы приготовления кристаллического бора. В природе это тело никогда не встречается в свободном состоянии, но лишь в соединении с кислородом, в виде борной кислоты и некоторых ее солей. По свойствам своим бор близко стоит к углероду: обыкновенному углю соответствует аморфный бор, представляющий порошок бурого цвета, без вкуса и запаха; кристаллический (или алмазный) бор, по блеску и твердости, весьма сходен с алмазом.
Для получения аморфного бора (по Вёлеру и Девиллю) в раскаленный чугунный тигель всыпают смесь 100 ч. борного ангидрида с 60 ч. металлического натрия и покрывают все слоем прокаленной поваренной соли (от 40 до 50 ч.); наступает бурная реакция, причем часть борного ангидрида отдает свой кислород натрию; бор выделяется в свободном состоянии, и вместе с тем образуется бура; сплав перемешивают железным прутом, выливают в воду, подкисленную соляной кислотой, и собирают остающийся нерастворенным бор на фильтре; в виде аморфного порошка он легко проходить через поры бумаги, висит в воде и сообщает ей бурую окраску, так что его считают в воде растворимым; сушить порошок следует на пористых фарфоровых пластинках, при обыкновенной температуре, так как при более сильном подогревании бор легко загорается. Берцелиус приготовлял его, нагревая борофтористый калий KBF4 с металлическим калием. Магний, а также уголь и фосфор восстановляют бор из его окиси. Аморфный бор легко реагирует со многими веществами: загораясь, при накаливании, на воздухе, он соединяется не только с кислородом, но и с азотом; кислоты, особенно при нагревании, окисляют его в борную кислоту; щелочи действуют подобным же образом, с выделением водорода; при высокой температуре металлы, сера, хлор, бром, прямо соединяются с бором.
Для получения кристаллического видоизменения, плотно набивают небольшой тигель аморфным бором, просверливают в массе небольшое отверстие, достаточное для того, чтобы вставить палочку металлического алюминия, и помещают плотно закрытый тигель в другой, больших размеров, а промежуточное пространство засыпают углем; наружный тигель закрывают крышкой, замазывают и накаливают 11/2 — 2 часа при температуре около 1500°. По охлаждении растворяют алюминий в едком натре и обрабатывают остаток соляной кислотой. Полученный таким образом бор представляет просвечивающие красновато-желтые квадратные кристаллы, уд. веса 2, 68, по свойствам напоминающие алмаз; они обладают большой способностью лучепреломления и твердостью: чертят, подобно алмазу, корунд и сапфир. Известно несколько разновидностей кристаллического бора, получающихся различными способами, но все они не представляют химически чистого вещества, а содержат углерод и алюминий, другие же только углерод. По исследованиям Гампе здесь имеются определенные химические соединения, состава B48 Аl3 C2 и В12 Аl. Кристаллический бор несравненно более постоянен относительно химических деятелей, чем аморфный: он весьма трудно окисляется при накаливании в чистом кислороде; точно также он хорошо сопротивляется действию кислот, за исключением царской водки. Весьма интересны определения теплоемкости кристаллического бора (Вебер): оказывается, что она быстро возрастает с повышением температуры, подобно тому, как это наблюдается и для угля. Такого рода факт весьма важен для убеждения в общности закона Дюлонга и Пти, так как определения, сделанные при низких, сравнительно, температурах, дают для атомной теплоемкости числа. которые значительно менее требуемых законом; напр., при — 40° теплоемкость равна 0,1915, а при +233° она уже доходит до 0,3663.
В своих соединениях бор функционирует, как трехатомный элемент, на что указывает и место его в периодической системе: он помещается в третьей группе вместе с алюминием и в одном ряду с углеродом (В=11; С=12). Непосредственным соседством с этим последним элементом объясняется до известной степени существование аллотропических видоизменений бора. Таким образом, общая формула борных соединений будет ВХ3 (где Х==Сl, Вr, ОН и т.п. ). Из них, как уже упомянуто, наиболее важными, и между прочим единственными источниками для получения всех других соединений, являются борная кислота и ее соли.
Борная кислота Н3ВО3 или В(ОН)3, Acidum boricum, получена впервые в 1802 г. из буры Гомбергом, откуда ее название «Sal sedativum Hombergii»; в 1808 г. ГэйЛюссак и Тенар (и почти одновременно с ними Деви) разложили ее на бор и кислород; химический состав установлен Берцелиусом в 1824 г. В природе вещество встречается в вулканических местностях (в Тоскане, в Калифорнии), по краям небольших озер или бассейнов, образовавшихся через сгущение водяных паров, вырывающихся из трещин в земле (фумаролы или suffioni). Борная кислота летуча с парами воды, а потому увлекается ими из глубины земли и мало помалу выкристаллизовывается, по мере испарения воды из упомянутых бассейнов. Такая природная борная кислота носит у минералогов название «сассолин». Соли борной кислоты встречаются в природе в виде минералов, каковы боронатрокальцит, борнокислый кальций — натрий, борацит — борнокислый магний и др. Кроме того, борная кислота найдена в морской воде и во многих минеральных источниках. Главная масса ее добывается в Тоскане, из фумарол; здесь, как уже указано, во многих местах из трещин в земле или нарочно устроенных буровых скважин вырываются горячие водяные пары, смешанные с азотом, сернистым водородом, небольшим количеством борной кислоты (около 1/10 %), аммиаком и др. веществами Для эксплуатации этого естественного источника борной кислоты пользуются следующим способом, хорошо сообразующимся с местными условиями: над трещинами, выделяющими пары, устраивают вместилища для воды из плитняка и цемента и в такие бассейны напускают воду (высотою до 2 метр.) из близлежащих источников. Пар, с силой вырывающийся из земли, проходит через воду и отдает ей часть содержащейся в нем борной кислоты.
Через 24 часа содержание борной кислоты в воде достигает известного максимума — 1/2 процента; эту воду спускают в особую цистерну для отстаивания и вновь наполняют бассейн свежей водой: отстоявшийся слабый раствор борной кислоты выпаривают до кристаллизации, причем необходимое тепло доставляется теми же фумаролами. С этой целью над ними помещают свинцовые чрены в 125 метр. длины, 2,5 метра ширины и 20 сантиметров глубины, так чтобы действию горячих паров было подвержено все дно сосуда, поддерживаемого железными брусьями. Прозрачный раствор постоянно притекает с одного конца чрена, поставленного несколько наклонно и этот приток посредством особого приспособления регулируется таким образом, что с другого конца постоянно оттекает более концентрированный раствор, способный кристаллизоваться. Этот раствор поступает в бассейн, подогреваемый парами фумарол и после осветления охлаждается в деревянных сосудах, выложенных свинцовыми листами, где и кристаллизуется; маточный раствор отделяют и вновь сгущают, что дает новую порцию борной кислоты, уже менее чистой; различные порции смешивают и таким образом получают препарат среднего достоинства, который и составляет продажную борную кислоту. Эта последняя содержать до 25% подмесей, именно аммиачных и сернокислых солей и употребляется для приготовления буры. В Тоскане таким путем добывается свыше 2,5 миллионов килогр. борной кислоты. Причина образования внутри земли паров, содержащих борную кислоту, в настоящее время с достоверностью не известна. Дюма объясняет это нахождением на некоторой глубине в земле залежей сернистого бора B2S3, разлагающегося при действии воды на борную кислоту и сернистый водород. Варингтон, Вёлер, Девилль и Попп приписывают это разложению не сернистого, а азотистого бора, BN; Баллей и Бишоф — действию растворов нашатыря на минералы, содержащие борную кислоту. Для получения химически чистой борной кислоты к раствору 1 ч. буры в 4 ч. горячей воды прибавляют столько соляной кислоты, чтобы жидкость сильно окрашивала лакмус в красный цвет; по охлаждении почти вся борная кислота выделяется в виде тонких чешуек, которые отделяют от маточного раствора отжиманием и окончательно очищают перекристаллизацией.
Na2B4O7 + 2НСl+5Н2O=4В(ОН)3+2NаСl. Борная кислота кристаллизуется из воды в перламутровых просвечивающих листочках, жирных на ощупь, уд. веса 1,434 (при 15° Ц.); 1 ч. кислоты растворяется в 25,6 ч. воды при 15° и в 2,9 ч. кипящей воды; вещество растворимо также в летучих эфирных маслах и в алкоголе, с парами которого летит при нагревании, образуя сложные эфиры; алкогольный раствор свободной кислоты (или солей ее в присутствии серной кислоты) горит зеленым пламенем, что служит для открытия борных соединений (при этом опыте следует избегать медных солей и солей хлористоводородной кислоты, также окрашивающих пламя спирта в зеленый цвет). Кислотные свойства борной кислоты весьма слабы: водный раствор ее окрашивает синюю лакмусовую бумажку в слабо-красный цвет, а куркумовую в бурый, подобно щелочам; на слабый кислотный характер вещества указывает также способность его соединяться в довольно прочные сочетания с кислотами серной (Шульц Селлак) и фосфорной (Г. Г. Густавсон, А. Фогель). Но если борная кислота в водяных растворах мало энергична и вытесняется из солей другими кислотами, даже угольной, то в безводном состоянии, в виде ангидрида, она является энергическим кислотным окислом, вытесняющим ангидриды многих сильных кислот, что зависит от сравнительно малой летучести борного ангидрида. В технике борная кислота имеет не мало применений: громадные количества ее идут на приготовление буры; в Швеции ее употребляют, под именем асептина для консервирования мяса, молока, пива и т.п. : далее, борной кислотой пропитывают светильни стеариновых свеч, (для того, чтобы сделать золу светильни легко плавкой); она же идет для приготовления гюинетовой зелени и входит в состав различных эмалей и глазурей; борнокислая закись марганца употребляется при изготовлении скоровысыхающих масляных красок и т.п.
Борный ангидрид или безводная борная кислота, В2О3, получается прямо при сожигании бора в кислороде или, проще, сильным прокаливанием (580° Ц.) борной кислоты: 2H3ВО3 = В2О3 + 3Н2О.
Он имеет вид прозрачной стекловидной массы, быстро мутнеющей на воздухе, вследствие поглощения влажности; в воде растворяется с разогреванием и дает при этом описанный выше нормальный гидрат Н3ВО3. Окиси различных металлов растворяются в расплавленном борном ангидриде и дают бесцветные или окрашенные стекла; при этом могут образоваться средние соли борной кислоты, отвечающие нормальному гидрату Н3ВО3, напр. Na3 ВО3 и Mg3В2 О6; в водных растворах всегда получаются соли с меньшим количеством оснований. Если из сплава окиси с борным ангидридом удалить действием сильного жара избыток ангидрида, то некоторые окислы выделяются в кристаллическом виде. На этом основаны замечательные опыты Эбельмена над получением искусственных драгоценных камней; он получал напр. кристаллический глинозем, шпинель — соединение MgО с АlО3, встречающееся в природе и др.
Соли борной кислоты, борнокислые соли. Борная кислота трехосновна, но средние соли, отвечающие нормальному гидрату Н3ВО3, мало известны; они образуются при действии высокой температуры, какова напр. указанная выше соль Na3BO3; в природе встречаются и искусственным путем получены производные других гидратов борной кислоты, существование которых частью доказано фактически. Так, при нагревании до 100° нормального гидрата выделяется вода и образуется стекловидная метаборная кислота НВО2=Н3ВО3 — Н2О; ей соответствуют кристаллические растворимые соли КВО2 и NaBO2 +4Н2О; при продолжительном нагревании того же гидрата до 140° подучена стекловидная борная кислота состава Н2 В4 О7 (тетра или пироборная): 4Н3 ВО3 — 5Н 2О = Н2 В4 О7, производным ее является столь важная в практике бура. Другие соли соответствуют еще более сложным гидратам, которые все могут быть произведены от нормального гидрата через отнятие некоторого числа частиц воды от нескольких частиц Н3ВО3.
Борнонатровая соль или бура, Na2B4O7+10H2O представляет наиболее важное соединение в практическом отношении; в Европу издавна привозится под именем тинкала из Азии, где она встречается в некоторых озерах Индии, Тибета (до 1000 тонн ежегодно); громадный запас этого соединения находится в озерах Калифорнии и Невады (добывается до 2000 тонн ежегодно). Привозной продукт имеет вид небольших бесцветных или желтоватых кристаллов, жирных на ощупь, которые подвергают очищению или рафинированию посредством перекристаллизации. С давних пор буру готовят в Европе искусственно, насыщая раствор соды неочищенной тосканской борной кислотой (до 2000 тонн) или, для той же цели, нагревают с содой минерал боронатрокальцит (Tiza), который в больших количествах привозится в Европу из южной Америки (около 1000 тонн кислоты ежегодно). Бура, по опытам Жернеза, легко дает, в известных условиях, пересыщенные растворы и кристаллизуется при этом в октаэдрах уд. веса 1,8 с 5 частицами воды. При кристаллизации растворов без особенных предосторожностей, в обыкновенных условиях, получаются одноклиномерные призмы, с 10 частицами воды, уд. веса 1,7. 100 частей воды растворяют при 0° около 3 ч., а при 100° 201 вес. часть призматической (обыкновенной) буры. Раствор имеет слабую щелочную реакцию, вследствие разложения водою, выделяет аммиак из аммиачных солей, поглощает угольную кислоту, растворяет йод и вообще действует как щелочь. На воздухе кристаллы буры выветриваются, при нагревании сначала плавятся в своей кристаллизационной воде, затем пучатся, сильно увеличиваются в объеме и наконец дают прозрачный бесцветный сплав безводной соли. В расплавленном состоянии бура растворяет окиси многих металлов, причем получаются бесцветные или окрашенные стекла; этим свойством буры часто пользуются при качественном химическом анализе, сплавляя испытуемое вещество с бурой в ушке платиновой проволоки; окись кобальта, напр., дает темно-синее стекло, окись хрома зеленое и т.п. Помимо употребления в медицине, бура имеет обширное применение в технике: она входит в состав эмалей, страз и других легкоплавких стекол; далее, ею пользуются при спаивании металлов, благодаря ее способности растворять окислы; с шеллаком бура дает растворимый в воде лак, а с водой и казеином клейкую жидкость, заменяющую гуммиарабик и т.п.
Водородистый бор. При сплавлении борной кислоты с избытком порошкообразного магния или аморфного бора с 3 ч. магния получается соединение, которое при действии соляной кислоты дает бесцветную газообразную смесь водорода с водородистым бором; она обладает неприятным запахом, горит ярким зеленым пламенем и дает при этом, как продукты горения, борную кислоту и воду. Если ввести в пламя холодный фарфоровый предмет, то на нем осаждается аморфный бор. В чистом виде вещество не получено; анализ его дает числа, указывающие на формулу ВН3 (Jones и Taylor «Chem. Soc.» 1881, 293)
Азотистый бор, BN, образуется, как уже указано, прямым соединением азота с бором при накаливании; получен Бальменом в 1842 г. при нагревании борного ангидрида с цианистым калием. По Вёлеру, вещество готовят, накаливая в платиновом тигле тесную смесь 1 ч. сплавленной буры с 2 ч. нашатыря; образующуюся пористую массу обрабатывают водой и соляной кислотой. Азотистый бор представляет белый аморфный, мягкий на ощупь, легкий порошок, не плавящийся в сильном жару, отличающийся замечательным постоянством по отношению к химическим деятелям; азотная и соляная кислоты, щелочные растворы, водород и хлор при накаливании на него не действуют; при сплавлении с едким кали и при накаливании с парами воды вещество дает аммиак.
Хлористый бор, ВСl3, получен Берцелиусом при накаливании бора в струе хлора. По Густавсону, его весьма удобно готовить нагреванием смеси хорошо измельченного борного ангидрида (вес. 1 ч.) и пятихлористого фосфора (2 ч.), в запаянных трубках до 150° впродолжение 3 — 4 суток «Журн. Р. Х. О», т. II, стр. 178). Хлористый бор представляет газообразное вещество, сгущающееся в жидкость, кипящую при + 17°, уд. веса 1,35; натрий при обыкновенной температуре на него не действует; вещество легко реагирует с водой и соединениями, содержащими водный или аммиачный остатки; на воздухе оно дымит, разлагаясь действием влажности на соляную и борную кислоты. Известен также бромистый, а в самое последнее время Муассаном приготовлен йодистый бор («Comptes rendus», т. СХII, стр. 717).
Фтористый бор, BF3, получен Гэй-Люссаком и Тенаром при накаливании фтористого кальция с борным ангидридом; удобнее готовить его нагреванием упомянутых веществ с крепкой серной кислотой: 3СаF2 + В2O3 + 3H2SO4=3CaSO4+ 2BF3 + 3Н2O.
Фтористый Б. представляет бесцветный газ, сгущающийся при — 110° в прозрачную, бесцветную жидкость, дымящий на воздухе, Вследствие соединения с водой; 1 объем воды растворяет до 1050 объемов газа (Базаров); весьма прочен; обугливает органические вещества, подобно серной кислоте, отнимая от них воду; не разъедает стекла. При избытке фтористого бора образуется водный раствор газа, способный перегоняться, состава BF32Н2О, называемый фтороборной кислотой, которой соответствуют свои соли. При действии воды, эта система изменяется с выделением плавиковой кислоты и образованием борофтористоводородной кислоты, раствор которой разлагается при выпаривании; известны ее соли, напр. KBF4. Существуют по-видимому и другие определенные соединения фтористого бора с водой и плавиковой кислотой.
Органическия соединения бора. С алкоголями борная кислота дает жидкие сложные эфиры, горящие зеленым пламенем, водою разлагающиеся обратно на борную кислоту и взятый алкоголь. Соединения эти получаются прямо нагреванием борного ангидрида с алкоголями в дигесторе. Борнометиловый эфир, В (ОСН3) 3, кипит при 65°, этиловый, В (ОС2Н5)3 — при 120° При действии борного ангидрида эфиры переходят в эфирные кислоты, а с цинкоорганическими соединениями образуют соответствующие металлоорганические производные бора, представляющие легко летучие жидкости, в воде почти нерастворимые, воспламеняются на воздухе. Бортриметил В(СН3) 3 — легко сжижаемый газ, с невыносимо острым за пахом, уд. веса 1,9108; бортриэтил В (C2H5)3 получен при действии цинкэтила на хлористый бор и представляет жидкость с острым запахом, кипящую при 95°, уд. веса 0,6961.
М. Л.

Бора

Бора, вероятно от имени Борея, бога ветра у древних греков — очень сильный, порывистый, холодный ветер, часто дующий у вост. берегов морей Черного и Адриатического. Сильная, характерная Б. бывает лишь с октября по апрель. Моряки сравнивают Б. с воздушным водопадом. Она бывает при нарушении равновесия воздуха в вертикальном направлении, т.е. когда воздух гораздо теплее на берегах морей, чем на высоте около 1000 — 2000 метров над ур. моря внутри страны. Горные склоны, с которых низвергается сильная Б., лишены древесной растительности. У обоих берегов, где бывает Б., она становится слабее на юго-востоке, где горы поднимаются выше, а далее и совсем не наблюдается, напр. на Адриатическом море к юго-востоку от Котора (Каттаро), на Черном, к юго-востоку от Туапсе. Б. Черного моря налетает неожиданно в виде вихря, ниспадающего с гор, иногда при сильных морозах; ветер вспенивает море, срывает верхушки волн, обдает брызгами предметы и людей; зимою, когда мороз доходит до 16° P., брызги в несколько минут обледеняют платье, которое примерзает к телу; на кораблях волны, обдавая корпус судна и замерзая, образуют ледяную кору, под тяжестью которой корабль идет ко дну. Сила Б. не уступает ураганам. Люди во время Б. на открытом месте не могут держаться на ногах; железные крыши домов свертываются в тонкие трубки; суда не в состоянии удержаться на якорях. Б. продолжается иногда более трех дней кряду. Б. получает свой характер, вероятно от местных условий. Она особенно часто посещает Новороссийск — город, расположенный в углублении залива, направляющегося к северо-западу; на северо-вост. и вост. берегу залива находится отрог хребта в 2000 ф. высоты, город же расположен на западном берегу. Перед началом Б. небо обыкновенно бывает чисто, дует умеренный северо-восточный, иногда в заливе ветер переменчивый; небольшие облака показываются на вершине хребта, они уносятся ветром и заменяются новыми, так продолжается и во время Б.; вдруг образуется вихрь, который устремляется с гор к морю и производит при этом описанные явления; иногда в заливе кроме того образуются смерчи и густой туман, как напр. во время страшной Б. в Новороссийске 13 января 1848 г. Во время этой Б., из 7 судов эскадры адмирала Юрьева — четыре были выброшены на берег; тендер «Струя», покрытый ледяною корою, потонул со всем экипажем, не смотря на все усилия команды очищать лед от корпуса судна; шхуна «Смелая» едва не подверглась той же участи, в течение 47 часов команда находилась в беспрерывной работе при морозе в 16°, обивая лед с корпуса судна и снастей, обрубая и сбрасывая с судна все, что было возможно для облегчения носа, который под тяжестью льда уже начал погружаться; обрубленный утлегарь и такелаж несколько облегчили шхуну, и ей удалось продержаться до конца Б. С такою же энергиею действовали и на фрегате «Мидия», которому удалось вынести Б. без особенно важных повреждений.
Бора Адриатического моря дует тоже преимущественно зимою, но не сопровождается таким сильным понижением температуры, как в Черном море. Местоположение Кварнерского залива в главных чертах сходно с Новороссийским; залив направляется на северо-запад, на восточном и северо-восточном берегу тянется хребет Кастнерских гор, высотою от 2 до 3 тысяч фут. При ясном небе на вершине гор появляются облака и оттуда устремляется сильный северо-восточный, с порывами еще большей силы. Во время Б. в облаках заметно постоянное движение, так что нижняя часть их исчезает, а в верхней образуются новые, которые постепенно понижаются и в свою очередь исчезают. Северо-восточное направление ветра замечается в той части залива, где хребет идет от юго-востока к северо-западу: в другой части залива, где хребет и берег направляется к западу, Б. дует от востока, т.е. в обоих случаях ее направление перпендикулярно к направлению хребта. Б. продолжается от трех до пятнадцати дней. Лоренц объясняет Б. Адриатического моря присутствием в верхних слоях юго-восточного воздушного течения, которое то приподнимается, то опускается, таким образом изменяет размеры русла северовосточного течения, по временам прижимает его к горной возвышенности и в долинах между горными вершинами, через что скорость северо-восточного течения то вдруг возрастает и производит ужасные порывы Б., то снова ослабевает. После Б. обыкновенно задувает юго-восточный ветер. Здесь нет таких морозов во время Б., как в Черном море, потому что восточные берега Черного моря обладают более суровым климатом. 
Литература. Лоренц, «Physicalische Verhdltnisse im Quarnerischen Golfe» (Вена); Beселовский, «О климате Poccии» (т. II, 224). «Морской Сборник» (т. I, 1848 и 1849), М. Рыкачева, «О ветрах»; Врангель, «Новороссийская бора»; Воейков, «Климаты земного шара».

Бордо 

Бордо (Bordeaux) — главн. город франц. департамента Жиронды, один из красивейших и богатейших городов Франции, лежит на левом берегу Гаронны, в 100 км. от ее устья, в старинной области Гиень или Аквитании, на месте соединения 4 линий железных дорог; во время прилива к городу могут подходить большие трансатлантические пароходы. С лежащим на противоположном берегу предместьем Ла Бастид Б. соединяется одним из грандиознейших франц. мостов, длиною в 500 м., на 17 арках, сооруженных в 1811 — 21 и новым железнодорожным мостом. Бордо считается 3-м портовым городом Франции после Марсели и Гавра. Гаронна, омывая город, образует полулунной формы бассейн (port de la lune), вмещающий до 1200 судов, и окруженный великолепными набережными. С 1879 у предместья Бакалан устроен другой бассейн в 10 кв. гект. величины. Ядро города составляет старинный средневековый город с узкими, кривыми и темными улицами; вокруг него расположились новейшие части города. Большая часть великолепных домов, с роскошными лестницами, колоннадами, скульптурными украшениями, построены в век Людовика XV. Из площадей выдается, расположенная в центре города на набережной и украшенная статуями Монтескье и Монтеня и двумя ростральными колоннами — маяками, площадь Quinconces (на том месте, где при Людовике ХIV была цитадель); недалеко расположены великолепный общественный сад (jardin public) и красивая аллея Tourny, с монументальным фонтаном (на том месте, где стояла конная статуя Наполеона, свергнутая и брошенная народом в Гаронну в 1870). В Б. 50 католических и 3 протестантских церкви. В архитектурном отношении обращают на себя внимание собор св. Андрея, в готическом стиле (XI — XlV вв.), с великолепным порталом, двумя 50 м. высоты красивыми башнями и отдельно выстроенной позже колокольней Peyberland; церковь св. Михаила (XV в.), также с отдельной колокольней 107 м. высоты. Из других зданий выдаются ратуша с галереей картин старинных мастеров, большой красивой архитектуры театр (1775 — 1480), здание суда, биржа и др. Единственным остатком от римских времен являются развалины амфитеатра, вмещавшего 1500 чел. (palais gallien). Б. насчитывает 240582 жит. и есть местопребывание департаментских властей, управления 18 армейского и 35-ой дивизии морского округа, архиепископа, апелляционного суда и отделения франц. банка. Кроме университета, основанного папою Евгением IV ( 1441), с 3 факультетами (до 1000 студ. и до 100 учащего персонала), в Б. находятся «Academie de Sciences» (с 1712), публичная библиотека (160000 том.), ботанический сад, естественно-научный кабинет и музей древностей, обсерватория, картинная галерея, несколько ученых обществ, 4 театра, нормальная школа для учителей и учительниц, строительное, ремесленное, коммерческое, морское подготовит, училище, медицинская и фармацевтическая школы и школа живописи и музыки, институт для глухонемых; дома для умалишенных, несколько госпиталей, больниц, богаделен и друг. благотворительных учреждений. В. обязан своим значением и богатством, главным образом, торговле винами, которую он с XIII в. стал вести с Англией в значительных размерах. Несмотря на опустошения, сделанные в последнее время филоксерой в окружающих Б. виноградниках, — вывоз вина еще очень значителен, так как бордосские торговцы покупают дешевые сорта испанских и сицилийских вин, обрабатывают под бордосские и сбывают в громадных количествах. В 1882 г. привоз вина в Б. равнялся 44 милл. фр., а заграничный вывоз 194 милл. фр., главным образом, в Англию и Южную Америку. Кроме этой главной отрасли — другими предметами торговли — привоза — служат: хлеб, спирт, кожи, лес, железо и колониальные товары; — вывоза: шерстяные изделия, химические произведения, ликеры, сахар и пр. В 1885 г. вывоз равнялся 308 милл. фр., а привоз 295, 8 милл. фр. Промышленность Б., также очень значительна: особенно развиты кораблестроение, все вспомогательные для виноторговли отрасли, как напр. бочарное, пробочное, капсюльное дело, производство бутылок и др. посуды; весьма значительно производство ликеров, уксуса, шипучих напитков; кроме того, имеются машиностроительные, сахаро-рафинадные и фарфоровый заводы, хлопчато-шерстепрядильни и ткацкие фабрики, фабрики мыла, шоколада и пр.
История. Б. под именем Бурдигала был главным гор. племени битуригов (Biturigi vivisci) и с времен Августа главным городом римской провинции Аквитании. По описанию родившегося здесь поэта Авзония: это был красивый, людный город с дворцами, водопроводом, термами и амфитеатром, служивший резиденцией многим императорам. В 282 г. после Р. X. здесь положено основание христиан. епископии. В Б. имели место 4 церковн. собора (concilia Burdigalensia) — в 384, 678, 1080 и 1155 гг. В 407 Б, сожжен вандалами, в 412 завоеван готами, в 507 франкским королем Хлодвигом: в 732 взят приступом арабами, но в 735 отвоеван назад Карлом Мартеллом; в 845 и 848 разграблен норманнами. Только после того, как вместе с наследницею последнего герцога аквитанского Вильгельма IX — Элеонорою, Б. перешел к Генриху Анжуйскому, и таким образом с 1154 к Англии, город стал оправляться от постигших его бедствий. Уже Генрих II расширил город и дал ему большие привилегиии, утвержденные (1236) Генрихом III. При сыне Эдуарда III, Черном принце, получившем во владение Гиень, Б. сделался резиденцией блестящего двора. В 1379 Б. отразил нападение французов, а в 1451 году сдался Карлу VII. В 1548 в Б. вспыхнуло восстание, вследствие введения налога на соль, причем за убийство губернатора де-Морана учинил жестокую расправу коннетабль Монморанси. В 1572 губернатор Монферран устроил здесь местную Варфоломеевскую ночь, при которой погибло несколько тысяч протестантов. Во время Фронды (1650) вспыхнувшее здесь восстание было с трудом подавлено. В великую Франц. революцию Б. прославился; как главный центр жирондистов и сильно пострадал при смене державших власть партий. Потерпев сильно от континентальной системы Наполеона I, Б. один из первых городов признал Бурбонов и потому Людовик XVIII даровал сыну герцога Беррийского, впоследствии графу Шамбору, титул герц. Бордосского. В дек. 1870 г. Б. сделался местопребыванием делегации правительства национальной обороны (Гамбетта, Кремье, Глэ-Бизуан и Фуришон) и 15 фев. 1871 здесь открылось национальное собрание, утвердившее мирный договор с Германией, и после избрания Тьера президентом (17 февр. ) переместившееся в Версаль. Ср. O'Nelly, «Histoire complete de В.» (6 т. Бордо, 1863); Michel, «Histoire du commerce et de la navigation en В.» (Париж, 1874).

Боржом 

Боржом — местечко Тифлисской губ. Горийского уезда, расположено в Боржомском ущелье, под 41° 5' сев. ш. и 43° 24' в. д. (от Гринвича), на высоте 2636 ф. (по другим данным 3048 ф.) н. ур. м., в 271/2 вер. от ст. Михайлово, Закавказской жел. дороги, и в 140 в. от г. Тифлиса. Б. с окружающими великолепными, главным образом хвойными лесами принадлежал прежде роду князей Аваловых, после чего поступил в казну, а в 1871 году был Высочайше пожалован тогдашнему наместнику Кавказа великому князю Михаилу Николаевичу. Боржомское имение занимает 69881 дес., из коих 50008 дес. занято лесом. Живописное местоположение среди глубокого лесистого ущелья на берегу р. Куры, удобство сообщения, здоровый климат и минеральные источники сделали Б. любимым и наиболее известным дачным местом в Закавказье, куда на летнее жаркое время стекаются дачники и больные из Тифлиса, Кутаиси, Эривани и Баку. У самого Б. в р. Куру справа впадают две речки: Боржомка и Черная речка (Шави-цхали); в низовьях этих речек и по берегу р. Куры расположены четыре больших парка. Самый популярный из них — «парк минеральных вод» начинается недалеко от устья Боржомки и тянется в узком ущелье вверх по ее течению; первые три версты шоссированы, далее же начинается дремучий лес, которым поросли отроги гор. Могучая лесная растительность, причудливые скалы, изящные мостики через быструю, бурливую Боржомку делают этот парк одним из наиболее живописных уголков Б. При входе в парк находится здание минеральных ванн Екатерининского источника, заканчивающееся длинной галереей, где помещается и сам источник. С правой стороны от входа в парк на острове, образовавшемся в русле Боржомки, находится второй Евгениевский минеральный источник, возле которого помещается ванное здание в русском стиле. На колоссальной каменной глыбе, омываемой Боржомкой, Курой и Черной речкой расположен другой парк футов на 500 выше первого — Воронцовский. Воронцовский парк порос очень старым хвойным лесом и представляет любимое место прогулок слабогрудых, благодаря ароматному, смолистому горному воздуху; из этого парка открывается великолепная панорама на Боржом. Третий парк Ремертовский, расположен на берегу Куры, распланирован сравнительно недавно и напоминает европейские парки по обилию разнообразных древесных пород. По ту сторону р. Куры на левом ее берегу находится парк и дворец велик, кн. Михаила Николаевича. Парк не представляет ничего особенного, но двух этажный деревянный дворец в мавританском стиле очень красив. Кроме этих ближайших мест прогулки, в окрестностях Б. есть много живописных и интересным. мест, куда совершаются поездки в экипажах, арбах и верхом. Из таких мест можно упомянуть местечко Цагверо, в 15 вер. от Б., с знаменитым железным источником, Тимотисубани с развалинами церкви в 18 вер. от Б., Табицхурское озеро и т.п. Климат Б. мягкий и представляет все данные для климатолечебной станции. Средняя температура года по Ц. +10,4, зима +0,2, весна +9,8, лето +20,4 и осень +11,3. Minimum наблюдавшейся темп. — 19,2, maximum в июле+37, 4. Осадков выпадает 579,1 милл. в год, из них на зиму приходится 99 милл., на весну — 204, лето — 128 и осень — 139. Наибольшее количество дождей приходится на май — 118,2 милл. Средняя облачность — 5,8, в июле она падает до 4,5. В мае погода совсем летняя; цветение фруктовых деревьев оканчивается, созревают ягоды; июнь, июль и август погода стоит теплая, в течение дня жаркая. Лучшее время в Б. — с начала сентября до конца октября; теплый, но не жаркий воздух, довольно постоянная погода и очаровательный вид на склоны гор, покрытые растительностью всех цветов — от красного до ярко-зеленого — делают пребывание в это время в Б. очень приятным. Б. минеральные воды получаются из двух соляно-щелочных источников: Екатерининского и Евгениевского; первый дает 2435 в. в сутки, а второй — 1036 в. Температура первого — 30,2° Ц., а второго — 22,6°. В 1 литре воды содержится грам. углекислого натрия — 3,0126 (Екатер. ист.) и 3,1305 (Евген. ист.); углек. жел. — 0,0075 и 0,0098; углек. стронция — 0,0126 и 0,0115; углек. кальция — 0,3014 и 0,2551; углек. магния — 0,0821 и 0,1533; борно-магнезиальных солей и в том и в другом следы; хлорист, натрия — 0,6411 и 0,5640; хлорист. калия — 0,0701 и 0,1262; йодистого натрия — 0,0004 и 0,0003; бромистого натрия 0,0003 и 0,0007; кремнезема — 0,0268 и 0,0196; органич. вещест — 0,0005 и 0,0009. Всего тверд. сост. ч. — 4,1554 я 4.2719. Углекислоты полусвободной — 2,0188 и 2,1121; углек. свободн. — 0,6891 и 0,7971. По составу Екатерининский источник имеет сходство с источником Виши-Grande-Grille, а Евгениевский с Силезским источн. Obersalzbrunnen. Екатерининский источник применяется с большим успехом при спазмах в желудке, расширении желудка, хронических страданиях почек, при геморрое, мочевом песке и нервной слабости, а также оказывает благотворное влияние на всасывание экссудатов вообще и экссудатов женской половой сферы в особенности. Евгениевский источник применяется во всех видах малокровия истощенных острыми инфекционными заболеваниями, при катарах легких и при явлении нервной апатии и слабости. Воды употребляются как внутрь, так и в виде ванн. Воды устроены хорошо; имеются электрические ванны и хвойно-минеральные. Лечебный сезон с 1 июня по 10 сентября. Дачи устроены хорошо, но довольно дороги; гостиниц две: «Кавалерская» и «Марсель». Сообщение с ст. Михайлово очень удобно; срочные омнибусы ходят с 1 мая по 1 октября ежедневно, за место в срочном омнибусе внутри платится от ст. Михайлово до Б. — 1 р. 38 коп., на козлах — половину. Имеются также различные экипажи и коляски. В Б. же находит себе применение вода Цагверского источника, находящегося в 15 в. от Б. в сел. Цагвери; она доставляется в Б. в бутылках и употребляется для питья. Цагверский железисто-щелочной источник дает одно ведро воды в 5 минут, вода чистая, пенящаяся с темп. 9,6° Ц. В 1 литре воды содержится граммов: углекислого натрия — 0,7206, углек. жел. — 0, 0700, углек. марганца — следы, углекислого кальция — 1,1733, углек. магния — 0,7248, сернокисл. кальция — 0,0479, борнокисл. магния — следы, хлорист, натрия — 0,4918, йодист. натрия — 0,0004, бромист, натрия — следы и кремнезема — 0,0532, органич. вещ. — 0,0008. Всего тверд. вещ. — 3,2829. Углекисл. полусвязанной — 1,7210, а свободной — 0,7215. Источник не обделан, вода для питья отправляется кроме Б. и в Тифлис. Применяется с успехом при золотушном худосочии, хлорозе, рахитическом страдании костей и их размягчении. Ср. «Кавказ. Справочная книга составлен. старожилом» вып. I.; д-р Выходцев, «Боржом, его минеральные источники и климат»; Гр. Джаншиев, «Перл Кавказа» (Москва, 1890); «Кавказский календарь на 1891 г.»; Бертенсон и Воронихин, «Минеральные воды»; Вейденбаум, «Путеводитель по Кавказу»; Д-р Иоаннисиани. «Боржом и его минеральные источники» (Тифлис, 1878); «Статистич. описание лесов боржомского имения» (Тифлис, 1879); «Медицинский сборник», издаваем. кавказ. медип,. общ., №35; «Сборн. Имп. кавк. мед. общ.» (1887, №45); М. Орлов, «Лесное хозяйство в Боржомском имении» ("Сельск. Хоз. и Лесов. ", 1890, 4).
В. М.

Борис 

Борис (в крещении Роман) Владимирович — любимый сын великого князя Владимира Святославича, Равноапостольного. По начальной Киевской летописи, он рожден от болгарыни и при втором разделе земель получил в удел Ростов, которым до того владел Ярослав. Раньше, как видно из прибавлений к некоторым спискам летописей, бывших в руках у В. Н. Татищева, Б. был дан Муром. Второй раздел произошел около 994 — 6 гг. С этого времени до 1015 г. в летописях о Б. нет никаких упоминаний. В 1015 г. заболел Владимир, и Б. был призван в Киев. Вскоре по его прибытии стало известно о вторжении печенегов, и Владимир посылает его с дружиною для отражения их. Борис нигде не встретил печенегов и возвращаясь обратно остановился на реке Альте. Здесь он узнал о смерти Владимира и о занятии великокняжеского стола Святополком. Дружина предложила ему идти на Киев и овладеть престолом. Но Борис не хотел нарушать святости родовых отношений и с негодованием отверг это предложение, вследствие чего дружина Владимира покидает его и он остается с одними своими отроками. Между тем Святополк, который извещая Б. о смерти отца, предлагал быть с ним в любви и увеличить его удел, отправил Путшу и вышегородских бояр для yбиения брата: симпатии к Борису народа и дружины делали его опасным соперником Святополка. Путша с товарищами пришел на Альту, к шатру Борисову, ночью на 24 июля; услыхав пение псалмов, доносившееся из шатра, Путша решился обождать отправления Б. ко сну. Едва только последний, вдвойне опечаленный и смертью отца и слухами о злодейском намерении брата, окончил молитву и лег на свой одр, как ворвались убийцы и копьями пронзили Б. и его слугу, родом венгра, именем Георгия, пытавшегося защитить господина собственным телом. Еще дышавшего Б. убийцы завернули в шатерное полотно и повезли. Святополк, узнав что он еще жив, послал двух варягов прикончить его, что те и сделали, пронзив его мечем в сердце. Тело Б. тайно было привезено в Вышгород и там погребено в церкви св. Василия. Так погиб Б., любимый сын Владимира и известный своею любовью к церковному пению и молитве, жертвою уважения к родовым понятиям, еще в цветущей юности (около 25 л.). Вскоре же пал от рук убийц, подосланных тем же Святополком, и брат Бориса — Глеб. Его тело также было погребено Ярославом (уже в 1019 г.) в церкви св. Василия. Память обоих страдальцев осталась для России священною. Русские люди и преимущественно княжеский род видели в них своих заступников и молитвенников. Летописи полны рассказами о чудесах исцеления, происходивших у их гроба, о победах, одержанных их именем и помощью (напр. о победе Рюрика Ростиславича над Кончаком, Александра Невского над немцами), о паломничестве князей к их гробу (напр. Владимира Владимировича, кн. галицкого, Святослава Всеволодовича — кн. суздальского) и т.д. В 1071 году церковь включила их в число святых и с того времени утвердился праздник Бориса и Глеба 2 мая, день перенесения их мощей в новую церковь, выстроенную кн. Изяславом Ярославичем в Вышгороде. В 1115 г. их мощи вновь торжественно перенесены русскими князьями в построенную во имя Бориса и Глеба каменную церковь, в Вышгороде. Впоследствии в честь них возникло много церквей и обителей в разных городах России. До половины XVI ст. летописец приводит более 20 случаев построения церквей в честь их. Самый факт убиения служит для древних летописцев любимою темою для отдельных сказаний, из которых наидревнейшие и наиболее полные приписываются преп. Нестору и черноризцу Иакову. «Сказание о св. Борисе и Глебе», по сильвестровскому списку издано И. И. Срезненским, с предисловием издателя, в 1860 году. В летописи под 1175 г. упоминается еще о мече Бориса, принадлежавшем в то время Андрею Боголюбскому.
В. Р.

Борис I

Борис I, также Богорис или Михаил Борис — сын Пресьяма, болгарский царь с 852 по 890 г. Он сперва боролся с сербами и франками, по большей части неуспешно, и рано пришел к убеждению о необходимости принять христианство и только некоторое время не решался — в которую сторону обратиться: к Цареграду или к Риму. Наконец, вопрос был решен в пользу Цареграда и в 800 г. Б. вместе со всем своим семейством, вельможами и народом был крещен епископом, присланным от патриарха Фотия. Потом, вследствие притязаний Константинопольской церкви на главенство в Болгарии, Б. снова обратился к папе с просьбой назначить самостоятельного болгарского патриарха, но и эти переговоры не привели ни к каким результатам. Тогда болгарское духовенство обратилось в Цареград и в 870 г. в Константинополе был назначен для Болгарии первый архиепископ Иосиф и 10 епископов. После смерти Мефодия (885 г.), его ученики, прогнанные из Моравии, пришли в Болгарию и окончательно утвердили здесь христианство. Около 890 г. Б. отрекся от престола и постригся в монахи, оставив Болгарию сыну Владимиру, который очень недолго был царем, уступив царство знаменитому брату своему — Симеону.
И. Л.

Борис Федорович Годунов

Борис Федорович Годунов, царь и великий князь всея Руси, родился около 1551 г., венчался на царство 1 сентября 1598 г., умер 13 апреля 1605 г. Род Годуновых вместе с Сабуровыми и Вельяминовыми-Зерновыми происходит от татарского мурзы Чета, в крещении Захарии, который в 1329 г. выехал из Орды к великому князю московскому Ивану Даниловичу Калите и построил Костромской Ипатьевский монастырь. Старшая линия потомков Чета — Сабуровы, в конце XV столетия уже заняла место среди знатнейших родов московского боярства, тогда как младшая — Годуновы, выдвинулась столетием позже при Грозном, во время Опричнины. Борис начал службу при дворе Грозного: в 1570 г. он упоминается в Серпуховском походе, состоящим при царском саадоке (лук со стрелами), т.е. одним из оруженосцев царя. В 1571 г. Борис был дружкой на свадьбе царя с Марфой Васильевной Собакиной. Около 1571 года Б. упрочил свое положение при дворе женитьбой на дочери царского любимца известного опричника Малюты Скуратова-Бельского Марье Григорьевне. С 1576 по 1579 г. Б. занимал должность кравчего. В 1580 году Грозный выбрал сестру Бориса Ирину в супруги царевичу Феодору; тогда же Б. был пожалован в бояре. В 1581 г. царь в порыве гнева поразил смертельным ударом своего старшего сына Ивана и Федор сделался наследником престола. Благодаря своему уму, Б. умел не только сохранить свое положение, но и приобрести доверие Грозного царя, который, умирая (умер 17 марта 1584), назначил Б. одним из опекунов к Федору, так как он, хотя и вступал на престол возрастным (27 лет), был младенец по способностям. Этими опекунами, или членами верховной думы, долженствовавшей помогать Федору в управлении государством были кроме Б.: Никита Романович Юрьев, родной дядя Федора по матери, кн. Ив. Феод. Мстиславский, кн. Ив. Петрович Шуйский, прославившийся обороной Пскова от Батория и Богдан Яковлевич Бельский. Последнему, как говорят, Иоанн поручил в опеку своего младшего сына Димитрия, родившегося от пятой венчанной жены его Марии Нагой. Царствование Федора началось смутой в пользу царевича Димитрия, последствием которой была ссылка малолетнего царевича с матерью и ее родственниками в Углич, удел назначенный Димитрию отцом. Бельский, считавшийся негласным виновником этой смуты, был удален в Нижний Новгород. При царском венчании 31 мая 1584 г. Б., как шурин нового царя, был осыпан милостями: он получил знатный чин конюшего, звание ближнего великого боярина и наместника царств Казанского и Астраханского. Сверх этих чинов Б. были пожалованы земли по р. Ваге, луга на берегах реки Москвы, а также разные казенные сборы. Первое время значение Б. среди советников Федора ослаблялось влиянием на дела боярина Никиты Романовича, но вскоре (в августе 1584 г.) Никита Романович опасно заболел, а в следующем году скончался. Смерть царского дяди дала Б. возможность выдвинуться на первый план. Властолюбивые замыслы Б. встретили противодействие со стороны тех людей, которые по знатности происхождения признавали за собой большие права стоять у кормила правления.
Князья Ив. Фед. Мстиславский, Шуйские, Воротынские, боярские фамилии Колычевы, Головины и др. составили враждебную Б. партию. Против Б. были также митрополит Дионисий, тщетно старавшийся примирить Б. с его соперниками и считавший своим долгом печаловаться пред царем за гонимых Б. людей. Чтоб подрезать в корне могущество Б., враждебная ему партия, имея на своей стороне многих московских купцов, собралась подать царю челобитную о разводе с бездетной Ириной и вступлении в новый брак «царского ради чадородия». Но Б. при своем влиянии на царя и при любви последнего к Ирине, а также, благодаря своей ловкости, осилил своих противников, и дело кончилось пострижением кн. И. Ф. Мстиславского, ссылкой Шуйских, в том числе Ивана Петровича, свержением митрополита Дионисия, и вообще опалой их сторонников. На место Дионисия был посвящен в митрополиты ростовский архиепископ Иов, вполне преданный Б. человек. Теперь у Б. не было более соперников: он достиг такой власти, какой не имел ни один из подданных. Все, что делалось московским правительством, делалось по воле Б., он принимал иностранных послов, переписывался и передаривался с иностранными государями: цесарем (императором австрийским), королевой английской, ханом крымским (разрешение сноситься с иностранными государями было дано Б. официально в 1587 г.). Внешняя политика за время правления Б. отличалась осторожностью и преимущественно мирным направлением, так как Б. сам был неискусен в ратном деле и по характеру своему не любил рискованных предприятий. С Польшей, от которой в предыдущее царствование понесли тяжелые поражения, старались поддерживать мир, хотя и путем перемирий, а в 1586 г., когда скончался король Стефан Баторий, сделана была попытка, впрочем неудавшаяся, устроить избрание в польские короли царя Федора Иоанновича или Максимилиана, эрцерцога австрийского. С Швецией в 1590 году, когда убедились, что Польша не окажет ей помощи, начали войну, причем сам царь выступал в поход в сопровождении Б. и Федора Никитича Романова. Благодаря этой войне, возвращены были отнятые шведами при Иоанне Грозном города: Ям, Иван-город, Копорье и Корелла(последний по миру 1595).
Отношения к крымским татарам были натянутые, вследствие их частых набегов на южную окраину. Летом 1591 года крымский хан Казы-Гирей с полуторастотысячной ордой подошел к самой Москве, но, потерпев неудачу в мелких стычках с московскими войсками, отступил, причем бросил весь обоз; дорогой хан понес большие потери от преследовавших его русских отрядов. За отражение хана Б. получил три города в Важской земле и звание слуги, которое считалось почетнее боярского. За этот неудачный поход татары отплатили в следующем 1592 г. нападением на Каширские, Рязанские и Тульские земли, причем увели много пленных.
С Турцией московское правительство старалось сохранить по возможности добрые отношения, хотя действовало вопреки турецким интересам: поддерживало в Крыму враждебную Турции партию, старалось возбудить персидского шаха против Турции, посылало цесарскому двору субсидии деньгами и мехами на войну с турками. В 1586 году кахетинский царь Александр, теснимый, с одной стороны, турками, с другой персиянами, отдался под покровительство России. Ему послали священников, иконописцев, огнестрельные снаряды и возобновили крепость на Тереке, построенную при Грозном; оказали помощь против враждебного Александру тарковского владетеля, но защищать против турок не решались. Англичанам, которые пользовались особенным расположением Б., в 1587 г. позволено было торговать в России беспошлинно вольной торговлей, но в то же время отказано в их просьбе воспретить другим иноземцам торговлю в России. В высшей степени замечательна деятельность Б. по отношению к окраинам Московского государства, как колонизатора и строителя городов. В Земле черемисов, усмиренных в начале царствования Федора, для избежания восстаний на будущее время, был построен ряд городов, населенных русскими людьми: Цивильск, Уржум, Царев, город на Кокшаге, Санчурск и др. Нижняя Волга, где опасность представляли ногаи, была обеспечена постройкой Самары, Саратова и Царицына, а также постройкой в Астрахани в 1589 г. каменной крепости. Построен был город и на отдаленном Яике (Урале). Для защиты от опустошительных набегов крымцев, Б. воздвиг крепости на южной степной окраине: Курск (возобновлен), Ливны, Кромы, Воронеж, Белгород, Оскол, Валуйки, под прикрытием которых только могла идти на юг русская колонизация. Насколько эти укрепления были неприятны татарам, видно из грамоты крымского хана Казы-Гирея, в которой хан, притворяясь доброжелателем московского правительства, убеждает не строить городов в степи, так как они, находясь близко от турецкой и татарской границы, могут тем легче подвергнуться нападению, как со стороны турок, так и татар. В Сибири, где по смерти Ермака (убитого в ночь с 5 на 6 августа 1584 г. и по уходе обратно за Урал казацкой дружины) русское дело казалось проигранным, правительство Федора Ивановича восстановило русское господство. И здесь русская колонизация была упрочена постройкой городов: Тюмени, Тобольска, Пелыма, Березова, Сургута, Тары, Нарыма, Кетского острога и переводом поселенцев из России, преимущественно северо-восточной. Во время управления Б. также усилено укрепление Москвы постройкой Белого города (в 1586 г.) и воздвигнуты каменные стены Смоленска, сослужившие великую службу в смутное время.
Ко времени правления Б. относится учреждение патриаршества (1589 г.), которое сравняло первосвятителя русской церкви со вселенскими восточными патриархами и дало ему первенство пред митрополитом киевским. Вместе с тем 4 архиепископии были возведены в достоинство митрополий: Новгородская, Казанская, Ростовская и Крутицкая: 6 епископов сделались архиепископами и вновь явилось 8 епископств. Другим важным событием внутренней истории России была отмена Б. Юрьева дня, т.е. права свободного перехода крестьян от одного владельца к другому.
Из указа царя Василия Ивановича Шуйскаго узнаем, что «царь Федор по наговору Б. Годунова, не слушая совета старейших бояр, выход крестьян заказал». Указа о прикреплении не сохранилось, но он должен был относиться к первым годам царствования Федора, как видно из царского указа 1597 года. Целью прикрепления было обеспечить государственную службу помещиков и платеж повинностей, а это требовало необходимо твердой оседлости земледельческого класса. Прикрепление совершилось в интересах мелких служилых людей, которые при праве свободного перехода не могли выдерживать конкуренции с крупными светскими землевладельцами, а также с духовными (митрополит, архиереи, монастыри), которые привлекали крестьян на свои земли более льготными условиями. Указ о воспрещении перехода не позволяет, однако, считать Б. основателем крепостного права, так как оно было создано жизнью, а не законодательным актом. В 1591 г. совершилось событие, имевшее огромное влияние на судьбу Б.: 15 мая в Угличе погиб царевич Димитрий, причем жители Углича, перебили людей, заподозренных ими в убийстве царевича. Следствие произведенное на месте особой комиссией, присланной из Москвы, выяснило, что царевич, страдавший падучей болезнью, был не убит, но, играя в тычку ножом, в припадке упал на нож и зарезался. Народная молва обвинила в убийстве Б. Насколько, действительно, Б. виноват в преждевременной смерти царевича, остается до сих пор темным. Обвинение же Б. в убийстве основывается, главным образом, на соображении, что смерть Димитрия была в интересах Б.: она не только спасала его от опалы в будущем, но и очищала дорогу к престолу. После углицкого происшествия клевета не раз чернила В., обвиняя его в различных злодеяниях, и нередко истолковывая лучшие действия его в дурную сторону. Вскоре после смерти Димитрия (в июне того же 1591 года) в Москве вспыхнул сильный пожар, истребивший весь Белый город. Б. старался оказать всевозможную помощь погорельцам и вот про несся слух, что он нарочно велел зажечь Москву, чтобы милостями привлечь ее жителей. Нашествие крымского хана Казы-Гирея под Москву летом 1591 г. приписывалось также Б., который будто бы желал тем отвлечь внимание народа от смерти Димитрия. Не пощадили Б. даже от обвинения в смерти царя Федора, беспотомственная кончина которого ставила Б., имевшего много врагов, в трагическое положение. Б. оставалось одно из двух: или достижение престола, или падение, которое в лучшем случае привело бы его в монастырь. Не только ради честолюбия, но и ради самосохранения он избрал первое. По смерти Федора (умер 7 января 1598 г.), последнего паря из династии Рюриковичей, все присягнули царице Ирине, чтоб избежать междуцарствия, но она, чуждая властолюбия, в 9-ый день по кончине супруга удалилась в московский Новодевичий монастырь, где и постриглась под именем Александры. За Ириной последовал в монастырь и брат. Управление государством переходит в руки патриарха и боярской думы, а правительственные грамоты издаются по указу царицы Ирины. Во главе правительства стал патриарх Иов, действиями которого руководила не просто преданность Б., но глубокое убеждение, что Б. — человек наиболее достойный занять престол и что избрание его в цари обеспечит порядок и спокойствие в государстве. В пользу избрания Б., кроме свойства с покойным царем, всего более говорило долголетнее пользование царской властью при Федоре, а царствование Федора рассматривалось современниками, как царствование счастливое. Сверх того, долголетнее пользование верховной властью дало Б. и его родственникам громадные средства и связало с его интересами интересы всей тогдашней администрации Московского государства. С самого начала патриарх предлагает Б. в цари и, сопровождаемый боярами, духовенством и народом, просит Б. принять царство, но получает от него решительный отказ. Что бы сломить упорство Б. созывается земский собор. 17 февраля выборные собрались к патриарху в числе свыше 450; большинство из них состояло из духовенства, покорного патриарху, и служилых людей, сторонников Б. После речи Иова, прославлявшей Б., земский собор единогласно постановил «бить челом Б. Федоровичу и кроме него никого на государство не искать». 21 февраля, после многих упрашиваний, угрожаемый отлучением от церкви, Борис согласился исполнить просьбу земских людей. Эти неоднократные отказы со стороны Бориса объясняются сначала ожиданием избрания от земского собора, а затем русским обычаем, который требовал всякую почесть, даже простое угощение, не принимать по первому приглашению. 30 апреля Борис переехал из Новодевичьего монастыря в Кремль и поселился с семьей в царском дворце. Слухи о нашествии крымцев заставили Бориса вскоре (2 мая) выступить из Москвы во главе огромного войска и остановиться в Серпухове, но вместо орды явились послы от хана с мирными предложениями. В стане под Серпуховом Борис угощал служилых людей пирами, одарял их и они остались очень довольны новым царем; «чаяху и впредь себе от него такого жалованья». Из этого похода царь с торжеством вернулся в Москву, как бы после великой победы. 1 сентября, в день нового года, Борис венчался на царство. Во время венчания, под влиянием радостного чувства, у осторожного. сдержанного Бориса вырвались слова, поразившие современников; «отче великий патриарх Иов! Бог свидетель сему, никто же убо будет в моем царствии нищ, или беден»! Тряся за ворот сорочки, царь прибавил: «и cию последнюю разделю со всеми». Царское венчание, кроме пиров во дворце, угощений народа, пожалований в чины, сопровождалось необыкновенными милостями: служилым людям выдано двойное годовое жалованье, купцам дано право беспошлинной торговли на два года; земледельцы освобождены на год от податей; есть известие, что было определено, сколько крестьяне должны были работать на помещиков и платить им; вдовам и сиротам розданы деньги и съестные припасы; освобождены заключенные в темницах и получили вспоможение; иногородцы также были освобождены на год от податей. Первые годы царствования Бориса были как бы продолжением царствования Федора Ивановича, что очень естественно; так как власть оставалась в тех же руках. Современники хвалят Бориса, говоря, что «он цвел благолепием, видом и умом всех людей превзошел; муж чудный и сладкоречивый, много устроил он в Русском государстве достохвальных вещей, ненавидел мздоимство, старался искоренять разбои, воровство, корчемство, но не мог искоренить; был светлодушен и милостив и пищелюбив!»
В 1601 г. Борис снова разрешил переход крестьян во всей России, кроме московского уезда, но лишь от мелких владельцев к мелким. Как человек умный, Борис сознавал отсталость русского народа в образовании сравнительно с народами Западной Европы, понимал пользу науки для государства. Есть известие, что Борис хотел завести в Москве высшую школу, где бы учили иностранцы, но встретил препятствие со стороны духовенства. Борис первый решился послать нескольких юношей учиться в Западную Европу: в Любек, Англию, Францию и Австрию. Эта первая отправка русских учеников заграницу была не удачна: все они там и остались. Борись посылал в Любек приглашать в царскую службу врачей, рудознатцев, суконников и разных мастеров. Приезжавших в Москву немцев из Ливонии и Германии царь принимал весьма ласково, назначал им хорошее жалованье и награждал поместьями с крестьянами. Иностранные купцы пользовались покровительством Бориса. Из иноземцев, преимущественно из ливонских немцев, составился особый отряд царской гвардии. При Борисе состояло 6 иностранных медиков, получавших огромное вознаграждение. Немцам разрешено было по строить в Москве лютеранскую церковь. Есть известие, что некоторые из русских, желая подражать по внешности иностранцам, стали брить бороды. Пристрастие Бориса к иностранцам возбуждало даже неудовольствие в русских людях.
Внешняя политика была еще более мирной, чем при Федоре, так как Борис страшился какой-нибудь военной неудачей омрачить свое царствование, но эта самая робость мешала ему приобрести военную славу, которая бывает так полезна для основателей новых династий. От Грозного Борис наследовал мысль о необходимости присоединить Ливонию, чтобы, имея в руках гавани при Балтийском море, вступить в общение с народами Западной Европы. Открытая вражда между Польшей и Швецией давала возможность осуществить эту мечту, если б только действовать решительно, приняв сторону одного из враждующих государств. Но Борис хлопотал о присоединении Ливонии дипломатическими средствами и, конечно, ничего не достиг. Подражая Грозному, Борис думал сделать из Ливонии вассальное королевство и с этой целью (в 1599 г.) вызвал в Москву шведского принца Густава, сына сверженного шведского короля Эрика XIV, который изгнанником скитался по Европе. Вместе с тем царь думал женить Густава на своей дочери Ксении, но Густав своим легкомысленным поведением навлек на себя гнев Бориса, был лишен Калуги, назначенной ему в удел до приобретения Ливонии, и был сослан в Углич. У Бориса было сильное желание породниться с европейскими царствующими домами в видах возвышения собственного рода. Во время переговоров с Данией из за руссконорвежской границы в Лапландии, было заявлено желание царя иметь своим зятем датского королевича. В Дании это предложение было охотно принято и принц Иоанн, брат короля Христиана IV, приехал в Москву, но вскоре по приезде опасно заболел и скончался (в окт. 1602 г.) к великому горю Бориса и Ксении. В 1604 начались переговоры о браке Ксении с одним из герцогов шлезвигских, но были прерваны смертью Бориса. Царь искал жениха для дочери и невесты для сына также между единоверными владельцами Грузии. — Отношения к Крыму были благоприятные; так как хан принужден был участвовать в войнах султана, а кроме того был стеснен постройкой крепостей в степи. В Закавказье русская политика потерпела неудачу при столкновении с могущественными турками и персиянами. Хотя шах Аббас был в дружественных сношениях с Борисом, однако он сверг кахетинского царя Александра, будто бы за сношения с турками, а на самом деле за сношения с Москвой. В Дагестане русские были вытеснены турками из Тарок и при отступлении перерезаны кумыками; владычество Москвы исчезло в этой стране. По делам торговым были сношения с ганзейскими городами: Борис исполнил просьбу 59 городов и дал им жалованную грамоту для торговли; при этом жителям Любека сбавлена была пошлина до половины. В Сибири по смерти Кучума продолжалась русская колонизация и строились города: Верхотурье (598 г.), Мангазея (1601 г.), Туринск (1601), Томск (1601). У Бориса хватило ума достигнуть престола, но не меньше ума, а может быть и счастья нужно было, чтоб удержаться на престоле. Знатное боярство считало себя униженным, вследствие его воцарения. При несомненном уме, ловкости, Борис имел один недостаток сильно ему вредивший, унаследованный от времен Грозного, страшную подозрительность. Борис не мог возвысится до сознания, что он земский выборный царь, которого воля народа, не обращая на происхождение, возвела на престол, должен стать выше всяких счетов с боярами, тем более, что по своим личным достоинствам он был выше их.
Вот что говорят современники о главном недостатки Бориса, как царя: «цвел он, как финик, листвием добродетели и, если бы терн завистной злобы не помрачал цвета его добродетели, то мог бы древним царям уподобиться. От клеветников изветы на не винных в ярости суетно принимал, и по этому навел на себя негодование чиноначальников всей Русской земли: отсюда много ненасытных зол на него восстали и доброцветущую царства его красоту внезапно низложили». Подозрительность эта на первых порах уже проявилась в клятвенной записи, но впоследствии дело дошло до опал и доносов. Князьям Мстиславскому и В. И. Шуйскому, которые по знатности рода могли иметь притязания на престол, Борис не позволял жениться. С 1800 г. подозрительность царя заметно возрастает. Быть может не лишено вероятности известие Маржерета, что в то время начались темные слухи, что Димитрий жив. Первой жертвой подозрительности Бориса был Богдан Бельский, которому царь поручил строить Борисов город. По доносу о щедрости Бельского к ратным людям и не осторожных словах: «Борис царь на Москве, а я в Борисове» Бельский был вызван в Москву, подвергся различным оскорблениям и сослан в один из отдаленных городов. Холоп князя Шестунова сделал донос на своего господина. Донос оказался не заслуживающем внимания. Тем не менее доносчику сказали царское жалованное слово на площади и объявили, что царь за его службу и раденье жалует ему поместье и велит служить в детях боярских. Страшное действие имело это поощрение доносов: доносчики явились во множестве. В 1601 г. по ложному доносу пострадали Романовы и их родственники. Старший из братьев Романовых Федор Никитич был сослан в Сийский монастырь и пострижен под именем Филарета; жену его, постригли под именем Марфы, сослали в Толвуйский Заонежский погост, а малолетнего сына их Михаила (будущего царя) на Белоозеро. К унынию, произведенному опалами, пыткам и козням присоединились физические бедствия. С 1601 года три года подряд были не урожайными и начался страшный голод, так что ели, как говорят, даже человеческое мясо. Чтобы помочь голодающим, Борис начал постройки в Москве и раздавал деньги. Эта мера вызвала еще большее зло, так как народ большими массами устремился в Москву и умирал во множестве от голода и моровой язвы на улицах и на дорогах. Только урожай 1604 г. прекратил голод. За голодом и мором следовали разбои. Разбойничьи шайки составлялись главным образом из холопов, отпущенных господами во время голода, а также из холопов опальных бояр. Смелый атаман Хлопка Косолап явился под Москвой, но после упорного боя был разбит царскими войсками (в 1604 г.). В начале 1604 года стало в Москве достоверно известно, что в Литве появился человек, называющий себя царевичем Димитрием, а в октябре того же года Самозванец вступил в пределы Московского государства, находя себе повсюду приверженцев. Хотя 21 янв. 1605 г. Самозванец потерпел поражение при Добрыницах, однако снова собрал войско. Дело находилось в нерешительном положении, когда 13 апреля 1605 г. Борись скончался скоропостижно, приняв схиму. Москва присягнула сыну Бориса — Федору, которому отец постарался дать возможно лучшее воспитание, и которого все современные свидетельства осыпают большими похвалами. Но Федору Борисовичу после самого кратковременного царствования вместе с матерью пришлось погибнуть насильственной смертью. Царевна Ксения, отличавшаяся красотой, была пощажена для потехи самозванца, впоследствии она постриглась и умерла в 1622 году. Прах царя Бориса, удаленный при Самозванце из Архангельского собора, при Михаиле Федоровиче был перевезен в Троицко-Сергиевскую лавру, где покоится и ныне; там же покоится и прах семьи Бориса. Кроме общих источников Карамзина, Арцыбашева, Соловьева, Костомарова: «Русская история в жизнеописаниях» (т. 1), ср. БестужевРюмин, «Обзор событий от смерти царя Иоанна Вас. до избрания на престол Мих. Фед. Романова» («Ж. М. Н. Пр.» 1887, июль); Павлов, «Об историч. значении царствования Бориса Годунова» (2 изд. 1863); Белов, «О смерти царевича Димитрия» («Ж. М. Н. Пр.», 1873, т. 168); Платонов, «Повести и сказания о смутном времени» (Спб., 1888 г.); Сергеевич, «Юридич. Древности» (I. Спб., 1890).
А. Воронов.

Боро-Будор

Боро-Будор или Боро-Бодо — пирамидальный, еще вполне хорошо сохранившийся буддийский храм на о-ве Яве, одна из наиболее замечательных и великолепных индусских построек, находится в резидентстве Каду, на правом берегу реки Прого, у впадения в нее Элло. На площадке, каждая сторона которой равна 153 мет., возвышается, одна над другой, пять 20-угольных террас, каждая из кот. окружена каменной стеной вышиною в 1,5 мет. Самая верхняя терраса, имеет стороны длиною в 123 мет. Все они снабжены посередине богато украшенными воротами, в которых высечено несколько ступеней, ведущих на следующую террасу. Последние снабжены тоже массой архитектурных украшений и почти сплошь покрыты рисунками, вырезанными на камне, между которыми, однако ж, нет ни одной надписи. На внутренней террасе расположены в три концентрических круга 72 дагопы, со столькими же изображениями Будды. Середину и вместе с тем верхушку всего здания образует дагоп в 6 мет. высотою с статуей бога (4 м.). Общая высота здания равна 37,18 мет.; постройка его кончена 1430 г.; материал из которого сделано как все здание, так и скульптурные работы — трахит. — Название может быть произведено или от Bara-Budha, т.е. по-санскритски великий Будда или от Boro-Bodo, старое Боро — название этой местности. — Срв. Crawfurd, «On the ruins of В. in Java», помещенное в «Transactions of the Literary Society of Bombey» (т. 2, Лондон, 1823), Raffles, «The history of Java» (т. 2, Лондон, 1830 г.); Mieling, «Prachtuitgave von Javasche Ondheden» (Гага, 1852); Leemans, «Boro-Boedore op het eiland Java» (Лейден, 1873).

Боровиковский 

Боровиковский Владимир Лукич — художник исторической, церковной и портретной живописи, род. в 1758 г. в Миргороде, умер в 1826 г. Сын дворянина, он в молодых летах состоял в военной службе, которую оставил в чине поручика и затем поселился в Миргороде, где и занимался живописью; неизвестно, кто был его первым наставником в этом искусстве. В путешествии Императрицы Екатерины II на юг России, предпринятом ею в 1787 году, путь ее лежал чрез Миргород (Полтавской губ.), где предполагалось сделать остановку. Миргородское дворянство заказало по этому случаю молодому Б. несколько картин, которые и были развешены к комнатах дома, назначенного для приема государыни. В числе этих картин две обратили на себя особенное внимание императрицы: одна из них аллегорически изображала Екатерину II, объясняющую свой Наказ греческим мудрецам, другая — Петра I, как пахаря и Екатерину II, как сеятельницу. Императрица пожелала видеть автора картин, говорила с ним и советовала ему ехать в Петербург, в академию художеств, где в то время славился нежностью кисти портретист Лампи. Боровиковский стал учиться у Лампи, пользовался также советами Д. Г. Левицкого, портретного художника весьма большого таланта. Через немного лет сам Б. приобрел большую известность своими портретами; в 1795 году он получил степень академика, а в 1802 году звание советника академии. Он написал множество портретов, из которых весьма замечателен портр. Екатерины II, прогуливающейся в Царскосельском саду, воспроизведенный впоследствии в превосходной гравюре резцом Уткина; известны также его портреты Державина, митрополита Михаила, кн. Куракина, кн. ЛопухинаТрощинского и большой портрет во весь рост Феть-Али Мурзы Кули-Хана, брата персидского шаха, писанный по заказу императрицы в бытность принца посланником в Петербурге. Этого портрета имеется два экземпляра: большой находится в картинной галерее Эрмитажа, другой, меньший, — в академии художеств. Занимался Б. и религиозной живописью; в Казанском соборе имеются хорошие образцы искусства Б. в этом роде: «Благовещение» (в царских дверях главного иконостаса) «Константин и Елена», «Великомученица Екатерина», «Антоний и Феодосий». По технике живописи Б. имеет общее со своим учителем Лампи и отчасти с Левицким — это необыкновенно сохранившуюся свежесть красок, в чем можно убедиться, сравнивая его картины с современною ему живописью, напр. Шебуева в Казанском соборе. Правда что некоторые его картины сильно растрепались, но многие сохранились вполне, а сохранность собственно колорита замечается почти во всех его произведениях. К сожалению ни Лампи, ни Боровиковский не оставили описания своих технических приемов живописи. Боровиковский был левша. т.е. писал левой рукою. Число произведений Б. должно быть довольно значительно, но точных сведений о них не имеется.
Ф. Петрушевский.

Бородин Александр Порфирьевич 

Бородин Александр Порфирьевич — профессор химии и академик военно-медицинской академии, доктор медицины и композитор; род. 31 окт. 1834 г. в Петербурге, умер в феврале 1887 года; из рода князей Имеретинских. Мать Б., рожденная Антонова, была умная, энергичная, хотя и малообразованная женщина; она не чаяла души в своем сыне, которого, в виду болезненной хилости, отличавшей годы раннего детства Б., воспитывали дома, под руководством опытных и сведущих преподавателей. В деятельности Бородина могут быть отмечены 3 параллельных направления: научное, общественно-педагогическое и музыкальное. Если на первые два направления взгляд может быть точно установлен, то об последнем этого еще нельзя сказать. По мнению одних, в числе которых находится Лист, Б. нужно считать одним из наиболее выдающихся европейских композиторов; по мнению других — он человек большого таланта, принявший «худое» направление. Что касается его научной и общественно-педагогической деятельности, то в первой ему, как иногда выражаются, «не везло». Работая под руководством знаменитого Н. Н. Зинина, Б. хотел всецело отдаться занятиям химией, но не мог, потому что состоял ассистентом при кафедре общей патологии и терапии, что отрывало его от занятий химией. Несмотря на это, он с 1856 до 1869 г. напечатал в бюллетенях петербургской Академии наук два исследования: 1) «О действии йодистого этила на гидробензамид и амарин и о конституции этих соединений» и 2) «О действии йодистого этила на бензоиланилид». Посланный в 1859 году заграницу, он работал в Гейдельберге, Париже и Италии. В Гейдельберге он продолжал работать в том направлении, в котором работал в Петербурге и напечатал 3) «Исследование некоторых производных бензидина». Затем появляется интересная работа Б. 4) «Исследование о действии брома на серебряные соли уксусной, масляной и валериановой кислот»; ему удается таким образом получить бромокислоты и еще другие в высшей степени интересные вещества — именно смешанные ангидриды бромноватистой и жирных кислот. Как только он начал уже разбираться в этом вопросе, появилась подробная работа Шютценбергера о подобных же соединениях хлорноватистой кислоты, вследствие чего Б. оставил свою работу, предоставив дальнейшее расследование этого вопроса Шютценбергеру. А вопрос этот потому был интересен, что тут как бы получались кислоты, в которых гидроксильный водород был замещен галлоидом, т.е. соли, в которых вместо металла стоит галлоид. Затем Б. уже в Италии работает над фтористыми соединениями и ему первому удалось получить фтористый бензоил, который по своим свойствам оказался вполне аналогичным с хлористым бензоилом. Эта работа представляла во 1-х один из первых примеров фтористых органических соединений, а во 2-х показала, что и в сложных углеродистых соединениях фтор является вполне соответствующим другим галлоидам. Затем Б. изучал действие натрия на валерьяновый альдегид. Тут ему удалось получить вещество, которое в свое время вызвало весьма большой интерес у химиков, именно так наз. альдол, открытый и описанный Wurtz'oм, но когда Б. явился в заседание с целью сделать свое сообщение, то увидел только что вышедшую работу Wurtz'a, подробно рассматривавшую вещество, о котором Б. хотел сделать предварительное сообщение. Кроме этого, Б. были исследованы продукты уплотнения альдегидов, представившие такие непреодолимые трудности, благодаря которым эти продукты и теперь, т.е. почти 20 лет спустя, остаются мало исследованными. Об остальных работах Б. см. «Жур. русс. физ. хим. общ.» (1888 г. вып. 4). Б. напечатал 21 химическое исследование.
Как общественный деятель, Б. прежде всего выдвигается в так назыв. «женском вопросе». Более горячего и деятельного поборника женского образования трудно было найти. Для него это было «sancta sanctorum», ради защиты которого он готов был жертвовать всем. В истории развития высшего женского образования в России имя Б. должно бесспорно занимать одно из первых мест. Недаром же на могилу его был возложен серебряный венок с надписью: «Основателю, охранителю, поборнику женских врачебных курсов, опоре и другу учащихся — от женщин врачей десяти курсов 1872 — 1887». Эта надпись стоит памятника. Подводя итоги всему вышеприведенному не трудно видеть, что репутация одного из самых крупных ученых была вырвана у Б., можно сказать, из рук; если бы остались за ним альдол Wurtz'a, ангидриды Шютценбергера, прибавься они к его исследованиям над фтористыми соединениями и продуктами уплотнения альдегидов, имя Б. в химии стояло бы наряду с именами наиболее крупных первоклассных ученых Зап. Европы. Когда Б. спросили отчего он уступил Wurtz'y исследование альдолов, он вздохнул и сказал: — «моя лаборатория еле существует на те средства, который имеются в ее распоряжении, у меня нет ни одного помощника, между тем как Wurtz имеет огромные средства и работает в 20 рук, благодаря тому, что не стесняется заваливать своих лаборантов черной работою». Каждый русский ученый поймет глубокую правду и гуманность этих слов.
М. Гольдштейн. 
Бородин А. П. как композитор. Музыкальные способности Бородина обнаружились очень рано; девятилетним ребенком он по слуху играл на фортепиано всевозможные пьесы, слышанные им в исполнении военных оркестров, а 13 лет написал первое сочинение: концерт для флейты, на которой довольно бойко играл; следующим его сочинением было небольшое трио (G-dur) для струнных инструментов, на темы из оп. «Роберт Дьявол»Мейербера. В 1850 г. шестнадцати лет Б. поступил вольнослушателем в Медико-хирургическую академию, в которой считался одним из блестящих учеников. Ко времени пребывания Б. в академии относятся следующие сочинения: «Tpиo» на известную песню «Чем тебя я огорчила» и «скерцо» (B-moll) для фортепиано, в котором впервые встречается у Б. русский пошиб. В музыкальном развитии Б., в разные поры его жизни, играли большую роль две личности: это были: М. Р. Щиглев, известный впоследствии в музыкальном мире пианист педагог и автор многих изящных вещиц, и М. А. Балакирев. Влияние Щиглева связано с детским и юношеским возрастом Б., когда оба мальчика, будучи товарищами однолетками, совместно занимались музыкою. В первый же год своего знакомства, юные друзья успели переиграть в четыре руки все симфонии Бетховена, Гайдна, и знали их чуть ли не наизусть, но в особенности увлекались они Мендельсоном, ярым поклонником которого был Б. в годы своей молодости. В тоже время они усердно посещали павловские концерты Гунгля, университетские симфонические концерты, дававшиеся под управлением известного виолончелиста Карла Шуберта, знакомились с камерной музыкой, для чего оба они выучились, без посторонней помощи, играть на инструментах: Щиглев на скрипке, Б. на виолончели.
По окончании академического курса, Б. был неоднократно посылаем заграницу для усовершенствования в избранной им специальности. Эти поездки принесли Б. огромную пользу и в музыкальном отношении, знакомя его с заграничной музыкальной деятельностью, вводя его в кружки тамошнего артистического мира, объединяющим центром которого служил знаменитый Ф. Лист. Отношения последнего к Б. нашли себе характеристику в письмах, помещенных в книге В. В. Стасова: «А. П. Бородин, его жизнь, переписка и музыкальные статьи». Лист, путем своего личного, авторитетного влияния способствовал к непосредственному ознакомлению иностранной публики с оригинальным и живым дарованием русского композитора. Во время первого пребывания Б. заграницей (1859 — 62 года), его научные занятия перемешивались с музыкальными. Там он написал:"квинтет", «секстет» (для струнных) и «скерцо» для фортепиано в 4 руки. По возвращении в 1862 г. в Россию, в его музыкальной жизни произошла очень крупная перемена, которой он был обязан своим знакомством с М. А. Балакиревым. Как даровитый и знающий музыкант, Балакирев имел сильное на него влияние, вследствие которого Б. из области дилетантизма перешел на почву серьезного композиторства. У Балакирева Б. усовершенствовал технику письма, изучил оркестровку, формы сочинений; благодаря этим занятиям, у Б. развился критический взгляд на музыку, более широкое и разностороннее понимание ее задач и требований. Около Балакирева в то время группировались молодые русские композиторы: П. А. Кюи, М. П. Мусоргский, Н. А. Римский-Корсаков; к их кружку присоединился и Б. Тесный кружок названных музыкантов имел весьма благотворное влияние на Б., так как они, страстно любя искусство, постоянно сходились для обмена мыслей, изучения различных музыкальных сочинений и для взаимного ознакомления со своими произведениями. Благодаря соревнованию, чуждому всякой зависти, Б., скоро по вступлении в кружок, начал писать свою первую симфонию (Esdur), которая, однако, была окончена только в 1867 г., а исполнена в первый раз 4 янв. 1869г. в симфоническом собрании русск. музык. общества под управлением Балакирева. Позднее, Б. перешел к сочинению романсов и опер. Так, им написаны романсы: «Спящая княжна» (1867); «Старая песня» (песнь о темном лесе); «Фальшивая нота», «Морская царевна», «Отравой полны мои песни» (1868); баллада «Море» (1870); «Из слез моих». К более позднему периоду относятся романсы: «У людей то в дому» (на слова Некрасова, 1884); «Для берегов отчизны дальней», написанный на смерть Мусоргского (1881); «Чудный сад», «Арабская мелодия» (1885); «Спесь» (на слова гр. А. К. Толстого). Все эти романсы изданы музыкальными фирмами П. Юргенсона (Москва), В. Бесселя и К°" (Спб.) и М. Беляева (Лейпциг). По совету Балакирева, Б. принялся за сочинение оперы на сюжет драмы «Царская невеста» Мея; после нескольких номеров, предпринятый труд был, однако, оставлен и Б. принялся в начале 1869 г. за сочинение своей второй симфонии (Hmoll), которую он писал семь лет; эта симфония впервые была исполнена 2 февр. 1877 г. в симфоническом собрании И. Р. М. О. под управлением Э. Ф. Направника. Рядом с симфонией, Б. был занять сочинением оперы «Князь Игорь», сюжет и сценарий которой были предложены автору В. В. Стасовым; в апреле 1869 г. сценарий был существенно видоизменен самим композитором, который в начале очень живо заинтересовался сюжетом своей оперы, и принялся за ревностное изучение относящихся до него литературных памятников нашей старины; так, в него введены весь пролог, комические сцены гудочников Скулы и Ерошки; многие же из первоначально вошедших в либретто сцен, были вовсе исключены из него автором.
Оперу «Князь Игорь» Б. писал не по порядку сцен, предложенных либреттистом, а в разбивку; раньше всех был сочинен «Сон Ярославны»; в 1874 г. «Половецкий марш» и «Плач Ярославны»; в 1875 г. «Половецкие пляски с хором», «песнь Владимира Галицкого»; в 1876 г. ариозо Ярославны — «Как уныло все кругом»; около 1877 г. «каватина» Владимира Игоревича; в 1878 году хоровая сцена и песня Скулы и Ерошки в 1 дейст., в 1879 г. почти все сцены 1-й картины 1-го действ. и финал 2 карт.; в 1880 г. женский хорик в 3/4 и т.д. Многое из первоначального материала для «Князя Игоря» вошло во 2 симфонию, так как Б. отказался было от намерения продолжать свою оперу. Только в начале 70-х годов, Б. вновь принялся за «Игоря», неожиданным толчком к чему послужила «Млада». Эту оперу-балет тогдашний директор театров Гедеонов предложил написать коллективно четырем русским композиторам: Кюи, Мусоргскому, Римскому-Корсакову и Б. Хотя заданная работа была окончена вовремя, но постановка нового произведения на Императорской сцене не состоялась. Б. написал к «Младе» весь 4-й акт, куда входили сцены между князем Яромиром и верховным жрецом, явление теней древних славянских князей, сцены страсти и ревности между Яромиром и Войславой, подъем вод моря от прилива, затопление Храма и общая гибель. Этим материалом Б. воспользовался для своего «Князя Игоря». Почти все, как говорит В. В. Стасов в своей книге о Б., предназначенное для «Млады»", вошло теперь в состав оперы «Князь Игорь»: «идоложертвенный хор» жрецов и народа в храме Радегаста послужил основой началу пролога в «Игоре»; сцена «Яромира и жреца» вошла в состав некоторых сцен самого Игоря; дуэт «Яромира и Войславы» лег в основание сцены Игоря, князя Владимира и Кончаковны (терцет) в 3 д. «Игоря» и т.д.
Такого же точно приема держался и Мусоргский, который, начав сперва писать оперу «Саламбо», воспользовался ее материалом для оперы «Борис Годунов». Сочинение «Игоря» затянулось на долгие годы, в продолжение которых Б. написал два квартета (A-moll и A-dur), одну часть (andante) квартета под названием B-LaF (Bilaeff) в 1886 г., фортепианную сюиту, состоящую из семи пьес, названных «petit рокmе d'amour d'une jeune fille» (1885г.); романс «septain» (семистишие) на слова одного бельгийского поэта (1886 г.); последние два сочинения Б. посвятил покойной графине де Мерси-Аржанто, проявлявшей большие симпатии к молодой русской школе, произведения которой она ревностно распространяла на своей родине (Бельгии). Ею же, между прочим, переведены на французский язык все романсы Б. и три отрывка из «Игоря». В промежутке этих лет Б. написал, кроме того, фортепианное скерцо Esdur (1885 года), посвященное бельгийскому капельмейстеру Жадуль и, наконец, начал свою третью симфонию (A-moll), сочинив две первые части, законченные и инструментованные А. К. Глазуновым. Симфонии Б. изданы фирмою В. Бессель и К° (Спб.). Что касается «Князя Игоря», то Б. писал его с большими промежутками времени, в продолжение 18 лет. Начатая в апреле 1869 г. опера уже значительно подвинулась вперед в 1887 г., когда неожиданная кончина Б., последовавшая 15 февр. 1887 г., прервала его обширный труд. Последними страницами «Игоря», написанными Б. в феврале 1887 г., были: хор половецкого дозора и речитатив Игоря с Кончаком. Насколько в опере Б. постороннего элемента, не принадлежащего перу автора, мы не беремся судить, а ограничиваемся помещением примечания, приложенного к клавираусцугу «Князя Игоря», изданному М. П. Беляевым в Лейпциге, на русском, французском а немецком языках. Вот что в нем напечатано: "оставшаяся неоконченной, по смерти автора, опера «Князь Игорь» закончена Н. А. Римским-Корсаковым и А. К. Глазуновым. Первым наоркестрованы оставшиеся неинструментованными №№ пролога, 1-го, 2-го и 4-го действий, а также половецкий марш (№18) из 3-го действия; вторым докончены, по оставшимся материалам, и инструментованы остальные №№ 3-го действия и увертюра. В начале каждого № партитуры означено, кому принадлежит инструментовка или окончание его. Первое представление «Князя Игоря» на сцене Мариинского театра состоялось 23-го октября 1890 г. под управлением капельмейстера К. А. Кучера. В первый же сезон, опера Б. выдержала 13 представлений, и как на первом, так и на последующих спектаклях имела большой успех. В области русской музыки, Б. является композитором с редким дарованием к национальному колориту; обладая самобытным талантом, Б. не был чужд влиянию некоторых композиторов. В симфонической музыке наибольшее влияние оказали на Б. сочинения Шумана, которого, впрочем, не заметно в камерной музыке. В опере Б. заметно влияние Глинки (ему он посвятил своего «Игоря»), отчасти Серова и Мусоргского. Как колорист, в смысле национального элемента в симфонической музыке, Б. высказался в «Средней Азии» (восточный и русский элементы); те же два элемента широко разработаны в его опере «Князь Игорь». Гармония Б. отличается большой своеобразностью, красотою, хотя автор порою и страдает изысканностью.
Большое внимание обращал Б. на ритмическую сторону, всегда интересную и оживленную, а главное на мелодию, которая у него имеет ясные очертания и несомненную красоту. Разумеется, во многих случаях достоинство мелодии может быть отнесено не к изобретательности композитора, а к его тонкому вкусу, с которыми он выбирал для своей оперы народные мотивы, как на это указывает его биограф В. В. Стасов. По своему музыкальному темпераменту, Б. лирик и эпик: эти черты составляют главные элементы его оперной музыки. В опере Б. не держался исключительного направления и, вопреки современным взглядам в пользу речитативно-ариозного пения, выказал большую склонность к формам округленным. Кроме лирического таланта, Б. выказал несомненное дарование и в области комической; к сожалению, оно проявилось в ограниченных размерах, в лице гудочников в опере «Князь Игорь». Б. похоронен на кладбище Александро-Невской лавры, рядом с Мусоргским, и неподалеку от могил Серова, Даргомыжского и Лишина. Друзья и почитатели Б. воздвигли на его могиле прекрасный памятник в древнерусском стиле, с бронзовым бюстом композитора. Ср. В. В. Стасова: «А. П. Бородин, его жизнь, переписка и музыкальные статьи, 1634 — 1887 г.» (Спб., 1889 г., издание А. С. Суворина), заключает в себе, кроме подробной биографии покойного и его обширной и полной интереса переписки с друзьями (более 100 писем), также и литературные труды покойного: «Лист у себя дома в Веймаре» (из личных воспоминаний автора, 1883) и музыкальные заметки (фельетоны), писанные Б. в 1868 и 1869 гг., помещенные, в виде отдельных приложений, в конце книги. Сочин. Б. были неоднократно исполняемы заграницей: во Франции, Бельгии, Германии, Голландии и в Соединенных Штатах Сев. Америки.
Н. Соловьев.

Бородино 

Бородино — село Московской губ., Можайского уезда, приобрело громкую известность вследствие сражения 26 авг. 1812 г., между русскими, под начальством кн. Кутузова, и французами, под предводительством Наполеона I. Сражение это принято было Кутузовым не в силу каких-либо стратегических соображений, а вследствие общего желания русских дать, наконец, решительный отпор врагу, проникшему уже в сердце отечества. Поседелый в боях Кутузов понимал, что невыгодно давать сражение, пока силы французов, уменьшаясь по мере их наступления, не сравняются с русскими, отходившими к своей базе, ко внутренним губерниям — источникам всех средств и подкреплений; но, в виду близости Москвы и уступая требованиям армии, общества и государя, решился принять бой. Позиция, им избранная у села Б. тянулась между Москвою рекою и дер. Утицею (ок. 5 в.) и не представляла никаких особенных выгод в тактическом отношении; местами ее усилили полевыми укреплениями, которые однако, вследствие разных причин, не успели быть приведены в удовлетворительное состояние к началу боя. Расположение армии на этой позиции тоже нельзя было назвать удачным и целесообразным. Численностью русские уступали французам: у них было всего 103 т. регулярного войска с 640 орудиями, 7 т. казаков и 10 т. ратников ополчения; между тем, как силы Наполеона доходили до 130 т., при 587 орудиях. Бородинское сражение, продолжавшееся около 12-ти часов сряду, отличалось необыкновенным ожесточением; с обеих сторон оказаны были чудеса храбрости и много высших начальников выбыло из строя, тем не менее, битва эта решительных результатов не имела; русские оттеснены были лишь на расстояние 1/2 — 1 версты от линии своего первоначального расположения; но потери были громадны; всего убыло: русских — до 40 т. убитыми и ранеными, французов — от 35 до 40 т. Обе стороны отбили по несколько орудий; пленных почти не было. Наполеон в этом сражении был далеко от боевых линий и не выказал свойственной ему кипучей деятельности. Положение его вследствие Бородинского боя сделалось скорее хуже, чем лучше; русских ему не удалось разбить, а продолжая наступление на Москву, он еще более удалялся от базы, и опасность его положения увеличивалась. Русские же войска, хотя страшно пострадали, но, отступая, приближались к источникам своего комплектования и продовольствия.

Борромини 

Борромини (Франческо) — итальянский архитектор и скульптор, род. в 1599, учился у Мадерна и Бернини и участвовал в их работах по постройке храма св. Петра в Риме. Б. пользовался большой известностью среди современников. Папа Урбан VIII поручил ему много больших работ и Б. построил церкви — dе la Sapienza, Пропаганды, св. Агнессы на площади Навона (самая характерная его работа), палаццо Барберини, монастырь св. Филиппа Нерийского и мн. др. Мучимый завистью к славе Бернини, Б., в припадке ипохондрии, лишил себя жизни (1667). Стиль его, получивший название борроминеско, характеризует глубокий упадок итальянского Ренессанса XVII в. и отличается пристрастием к кривым и ломанным линиям. диспропорцией частей и необыкновенной вычурностью орнаментировки. Из соч. его можно отметить: «Opus architectonicum» (латин. и итальянский текст, Рим, 1720 — 25).

Бортнянский 

Бортнянский (Дмитрий Степанович) — знаменитый русский композитор церковной музыки, с деятельностью которого тесно связаны судьбы православного духовного пения первой четверти этого столетия и придворной певческой капеллы. Б. родился в 1751 году в городе Глухове, Черниговской губернии. В царствование императрицы Елисаветы Петровны он поступил малолетним певчим в придворный хор. Императрица Екатерина II обратила внимание на дарование молодого Б., занимавшегося у известного итальянского композитора Галуппи, и послала его в 1768 году заграницу, для усовершенствования в изучении теории композиции. Б. продолжал в Венеции свои занятия у Галуппи, затем, по совету своего профессора, с научной целью ездил в Болонью, Рим, Неаполь. Ко времени пребывания Б. в Италии относятся его сонаты для клавесина, отдельные хоровые сочинения, две оперы и несколько ораторий. В 1779 г. Б. 28-ми лет возвратился в Россию Его сочинения, поднесенные императрице Екатерине II, произвели сенсацию. Вскоре Б. был удостоен звания композитора придворного певческого хора и денежной награды. В царствование императора Павла Петровича, в 1796 г., Б. был сделан директором придворной певческой капеллы, преобразованной в том же году из придворного певческого хора, на место Полторацкого, умершего годом раньше. Заведуя капеллой, Б., помимо своих композиторских дарований, выказал еще организаторский талант. Он обратил внимание на комплектование хора лучшими голосами России, довел хор до высокого совершенства исполнения, а главное — энергично противодействовал той распущенности пения, которая царила в православных церквах, в которых, между прочим, исполнялись произведения и невежественных композиторов, носившие названия, напр. херувимских, в самом деле рядом с мелодиями умилительного распева, выводившими разные веселые напевы. В церковное пение вводились арии из итальянских опер. Кроме того, и хорошие сочинения писались так неудобно для голосов, что в разных церковных хорах они подвергались изменениям и искажениям. Все это побудило св. Синод, разумеется, при содействии Б. сделать следующее постановление: 1) петь в церквах партесное пение только по печатным нотам; 2) печатать партесные сочинены Б., а также и других известных сочинителей, но только с одобрения Б. Этим был водворен в церковном пении желаемый порядок. Б. обратил внимание на церковную мелодию; по его ходатайству были напечатаны распевы, написанные крюками. Б. сделал попытку разработать древние напевы нашего церковного песнопения, но нельзя сказать, чтобы труды его вполне достигли цели. Под влиянием духа времени, Б. желая придать старинным мелодиям вполне определенную ритмическую стройность, нередко видоизменял эти мелодии, удаляясь от их истинного духа. Переиначивая мелодии, Б. часто давал словам не вполне верную декламацию. Одним словом, из стариной церковной мелодии, служившей ему как бы канвою, Б. создавал нередко почти новую мелодию. На недостатки в переложениях Б. указывает Львов в своем сочинении «Ритм». Несмотря на то, что Б. был родом из Украины, он сильно поддался влиянию итальянской школы, тяготение к которой весьма ощутительно в духовной концертной музыке Б. Но тем не менее в его произведениях видно крупное дарование; в них автор стремился выразить мысль текста священных песнопений, стараясь передать общее молитвенное настроение, и не особенно вдаваясь в частности.
Гармония в сочинениях Б. сравнительно проста и вообще в его музыке нет тех эффектных и искусственных приемов, которые могли бы развлекать молящегося; кроме того, в сочинениях Б. видно глубокое знание голосов. Многие биографы и историки называют время деятельности Б. «эпохою»в области православной церковной музыки; отчасти они правы, так как Б. первый оказал влияние на установление порядка в церковном пении по всей России, и первый стал разрабатывать древние церковные напевы. Более верного и точного переложения церковных мелодий стал придерживаться Турчанинов. Бортнянский умер 28 сентября 1825 года в Петербурге. Лучшими концертами Б. считаются: «Гласом моим ко Господу воззвах», «Скажи ми, Господи, кончину мою», «Вскую прискорбна, еси, душе моя», «Да воскреснет Бог и расточатся врази его», «Коль возлюблена селениe твоя, Господи». Из многочисленных сочинений Б. изданы придворною певческою капеллою 35 концертов, 8 духовных трио с хором, трехголосная литургия, 7 херувимских, 21 мелких духовных песнопений, собрание духовных псалмов и других песнопений, в двух томах (26 номеров), собрание четырехголосных и двуххорных хвалебных песней, в двух томах (14 номеров), собрание гимнов для одного и четырех голосов, и проч. Ср. «Церковное пение в России», протоиерея о. Д. Разумовского (Москва, 1867), «Березовский и Бортнянский, как композиторы церковного пения» Н. А. Лебедева (Спб, 1882).
Н. Соловьев.

Борьба за существование

Борьба за существование или Б. за жизнь (struggle for existence, struggle for life) — термин, введенный в биологию Дарвином и Уоллесом для обозначения тех усилий, которые должны производить организмы, чтобы обеспечить свое существование, и конкуренции, возникающей при этом между ними, которая является одним из основных факторов развития органического мира. Каждый организм, в течение всей своей жизни, должен непрерывно затрачивать энергию 1) на сопротивление физическим силам природы (почва, климат и т.д.), 2) на приискание пищи, 3) на охранение себя от врагов (хищников и паразитов). При этом возникает столкновение интересов и конкуренция между организмами, результатом которых является состязание между соперниками — «Б. за существование»; эта борьба и есть неизбежное следствие основного закона размножения организмов — стремления размножаться в геометрической прогресии. «Б. за существование» Дарвина есть приложение к всему органическому миру закона Мальтуса. В сочинениях Дарвина и Уоллеса приведены многочисленные примеры, поясняющие характер и размеры борьбы за существование в природе. Размножение организмов — всех без исключения — так значительно, что потомство любой пары, если бы не было подвержено истреблению, в короткое время заселило бы всю землю. Еще Линней высчитал, что если бы однолетние растения приносили только два семени — а на самом деле нет растений настолько непроизводительных — и эти два дали б начало на будущий год каждый двум, то в двадцать лет от одного предка произошло бы миллионное потомство. Таким образом нарождается на свет больше особей, чем может прожить, и необходимо возникает борьба за существование, как особей одного вида между собой, так и между особями разных видов. Способность организмов к необычайно быстрому размножению подтверждается многочисленными примерами. Когда Колумб открыл Америку, там не было туземных видов рогатого скота и лошадей; во время своего второго путешествия он оставил несколько голов скота па о-ве С. Доминго, которые, одичавши, размножились так сильно, что через двадцать семь лет на острове находились стада от 4 до 8 тысяч голов; отсюда скот был перевезен в Мексику, а через 65 лет после завоевания этой страны испанцы вывезли в один год 64350 шкур из Мексики и 35444 из С. Доминго. Еще несравненно больших размеров достигло размножение привезенного скота в пампасах Аргентинской республики, где огромное количество одичавшего скота и лошадей составляет главное богатство страны. Кролики, привезенные из Европы в Австралию и Новую Зеландию, размножились до того, что местами составили настоящее бедствие, истребляя пастбища. Тоже самое наблюдается и между растениями; в равнинах Ла-Платы два или три европейских вида чертополоха размножились до такой степени, что покрывают сотни квадратных миль, вытесняя почти всю остальную растительность. Обратно, небольшое водяное растение Elodea, завезенное в конце прошлого столетия из Америки, размножилось в некоторых реках Европы (Темза) массами. При этом многочисленность животных не зависит от их плодовитости; странствующие голуби Сев. Америки (Ectopistes migratorlus), водившиеся в старину миллионными стаями, несут только по два яйца; дикие кошки очень плодовиты и имеют мало врагов, однако они не так многочисленны, как кролики; очевидно предел их размножения кладется трудностью добывания пищи.
Среди туземных организмов каждой страны количество особей данного вида, хотя и может колебаться между сравнительно тесными пределами, но вообще говоря не увеличивается в силу уже установившегося равновесия; но раз это равновесие каким либо образом нарушено, способность всякого организма к быстрому размножению сказывается с полною силою. Пример неимоверно сильного размножения при благоприятных условиях представляют различные вредные насекомые: саранча, короеды и др. Хлебный жук, кузька (Anisoplia austriaca) издавна жил в степях Южной России, лишь изредка причиняя вред земледелию; в некоторых местностях он был даже редким насекомым; но в семидесятых годах он в течение целого ряда лет, размножаясь в неимоверном количестве, причинял огромные опустошения хлебов; затем, мало помалу, количество его опять вошло в прежние пределы. Если же, как это обыкновенно и имеет место в действительности, количество особей каждого вида, несмотря на его быстрое размножение, не увеличивается заметно, то следовательно существуют постоянно действующие силы, препятствующие его чрезмерному возрастанию и истребляющие большую часть его потомства; при постоянстве количества особей данного вида, ежегодно их должно погибать столько, сколько народилось. Лишь в самом ограниченном числе случаев такими препятствующими силами являются прямо силы неодушевленной природы: это имеет место на границах органической жизни, на крайнем севере, на высоких горах, у границы вечного снега, в северных бесплодных пустынях. Главными же регуляторами размножения организмов в природе являются состязание между ними, вытеснение и истребление одних существ другими; предел численности особей каждого вида кладется прежде всего количеством пищи, которое находится в его распоряжении. Дарвин наблюдал, что на пространстве земли длиною в три и шириною в два фута проросло 357 ростков разных растении, и из них 295 были истреблены, главным образом, улитками и насекомыми. Растения оспаривают друг у друга почву; на любом участке почвы вырастает ежегодно множество ростков; лишь немногие из них, заглушая остальных, достигают полного развития. На месте вырубленного леса появляется совершенно другая растительность, чем была раньше, и другие древесные породы; когда почва была покрыта одной господствующей породой, попадающие в нее семена других растений, прорастая, погибают; как только для них очищено место, ростки новых видов появляются массами. Один этот факт уже показывает, какая масса организмов погибает еще в состоянии зародышей или в самом начале развития. В лесах Дании бук вытесняет постепенно березу; на о-ве Зеландии в новейшие геологические эпохи последовательно сменяли друг друга, как господствующие породы леса: осина, сосна, дуб, ольха; теперь и там одерживает верх бук. Одни виды одерживают верх над другими. Европейские виды чертополоха, размножившиеся в пампасах Ла-Платы, местами почти совсем вытеснили туземную флору. Наоборот: в наших садах отлично растут многие чужеземные растения, которые однако, не дичают и не размножаются сами собой; свободно перенося наш климат, они не выдерживают борьбу за существование с туземною растительностью; картофель, разводимый в таком огромном количестве и так сильно размножающийся клубнями, не одичал нигде в Европе. Животные имеют огромное влияние на размножение тех или других видов растении; появление коз на о-ве св. Елены повело за собой полное истребление туземных лесов, состоявших из сотни видов деревьев и кустарников, так как козы поедали все новые ростки. Такое же значение имеет скотоводство в степях южной и юго-восточной России; небольшие рощи и заросли кустарников, растущие по степным балкам, по мере колонизации степей погибают, главным образом, от вытравливания скотом; достаточно было бы защитить такие балки от доступа скота, чтобы в них вновь появилась древесная растительность. Еще очевиднее Б. за существование в животном царстве. Растительность каждой данной области может прокормить только определенное число травоядных животных, и это одно кладет уже предел их размножению и вызывает конкуренцию; с крупными травоядными соперничают насекомые; птицы, истребляя последних, оказывают этим помощь млекопитающим. Хищники истребляют разных животных, вызывая в них состязание в искусстве укрывания и защиты от врагов; в свою очередь, между хищниками существует конкуренция из за добычи. Все это влечет за собой самую интенсивную борьбу за существование и ставить все организмы в теснейшую связь между собою. Исключительное увеличение числа особей какого бы то ни было вида неминуемо отражается на существовании и благосостоянии других видов, часто стоящих на весьма отдаленной ступени органического развития. Истребление какого-нибудь растения отражается на существовании насекомых, им питающихся, и насекомоядных птиц и наоборот: искусственные лесные насаждения, напр. в степях Южной России, сопровождаемые появлением новых травянистых растений, привлекают массу насекомых до того не существовавших в данной местности, а за ними и насекомоядных птиц. При этом условия борьбы за существование вновь переселившихся видов нередко сильно отличаются от обычных, и это резко отражается на численности особей данного вида.

Бабочка древесница 

Бабочка древесница (Zeuzera руrinа), въедливая гусеница которой живет в древесине ясеня и других деревьев, повсюду в средней полосе Европы принадлежит к числу редких насекомых. В роскошных природных лиственных лесах Харьковской губернии (Змиевского уезда) она не попадается, или представляет крайнюю редкость: около Харькова усердным собирателям случалось находить два экземпляра в лето. Между тем в южных степях, в лесах, искусственно разведенных (Бердянское и Велико-Анадольское лесничества), бабочка эта размножилась до того, что от ее гусениц засохли десятки тысяч деревьев. Так как плодовитость бабочки очевидно остается одна и та же, и леса Харьковской губернии представляют те же породы деревьев, необходимые для ее питания, то очевидно многочисленность бабочки в одном случае, и редкость в другом зависит не от плодовитости и не от количества пищи, а от изменения числа ее врагов в составе местной фауны (в данном случае насекомоядных птиц, вероятно, именно дятлов), кладущих предел ее быстрому размножению(Шевырев). В данном случае мы видим пример того, как численность особого вида определяется численностью его врагов; в другом случае количество хищников определяется численностью животных, служащих их главной добычей; в русской Лапландии значительное уменьшение числа оленей, диких и домашних, повело за собою почти полное исчезновение, или крайнюю редкость волков, усиленно их истреблявших (Плеске); очевидно, что увеличение числа оленей вновь привлечет волков.
Дарвин приводит любопытные примеры взаимной связи между различными организмами, обусловливающей возможность их большего или меньшего размножения. В Парагвае ни рогатый скот, ни лошади никогда не могли одичать, тогда как и к северу и к югу от этой страны они встречаются в диком состоянии во множестве; Азара и Ренггер показали, что причиною этого является существование в Парагвае в большем, чем в иных местах, количестве, одного вида мух, кладущих яички в пупок новорожденных животных. Подобную же роль играет муха цеце (Glossina morsitans) в Африке (может быть путем переноса заразных болезней). Очевидно, что уменьшение числа мух (напр. от паразитов) повело бы за собой появление скота. Во многих местностях земного шара насекомые крайне затрудняют скотоводство; таковы комары, мошки, москиты(напр. крошечные мошки Simulia columbaczensis по нижнему течению Дуная, в Венгрии и Сербии). Весьма сложны взаимные отношения между растениями и насекомыми; некоторые виды клевера, именно красный клевер (Trifolium pratense), оплодотворяются исключительно шмелями; без участия последних принесение семян невозможно; в Новой Зеландии клевер стал давать семена только тогда, когда были перевезены шмели. Гнезда шмелей истребляются мышами; кошки истребляют мышей. Борьба между двумя видами животных неминуемо отражается на существовании растений; истребление шмелей повело бы за собой истребление красного клевера (Дарвин).
Описанные случаи касаются борьбы между животными или растениями и их непосредственными врагами. Но энергичная Б. за существование имеет место и между самыми близкими друг к другу видами. Серая крыса, пасюк (Mus decumanus), переселившаяся в Европу из Азии в прошлом столетии, мало по малу размножилась по всему материку и повсюду вытеснила или даже почти истребила первоначальную ее обитательницу, черную крысу (Mus rattus). Развезенная на кораблях, серая крыса распространилась по всему свету и в Новой Зеландии совершенно истребила туземную крысу; в той же стране туземная муха вытеснена европейской домашней мухой. У нас рыжий таракан, пруссак (Phyllodromis germanica) вытесняет черного (Periplaneta orientalis). Это явление объясняется тем, что родственные виды занимают почти одинаковое место в экономии природы; они нуждаются почти в одинаковой пище, имеют общих врагов, подвергаются одинаковым опасностям. Следовательно, тот вид, который имеет какие либо преимущества в добывании пищи, избегании опасности, быстроте размножения или живучести, очевидно, будет размножаться сильнее, и уже этим одним заставит другой вид уменьшаться в числе. То же самое рассуждение приложимо к особям одного и того же вида; между ними происходит непрерывное состязание из за пищи и из за опасности от врагов. Малейшее преимущество в способах добывания пищи и укрывания от опасностей увеличивает шансы данной особи на большую продолжительность жизни и на оставление после себя большего потомства. Так возникает в природе «переживание наиболее приспособленного — „Survival of the fittess (Спенсер) или“естественный подбор»Дарвина (natural selection), основной фактор совершенствования и развития организмов. Литература: Darwin, «The origin of species» (с изд. 1882); Wallace, «Darwinism» (1890); Дарвин, «О происхождении видов путем естественного подбора» (перев. Рачинского, М., 1865); Уоллес, «Естественный подбор» (перев. Вагнера, 1878).
В. Фаусек.

Бостон 

Бостон — столица штата Массачусетса и второй город по торговле и богатству Соединенных Штатов Северной Америки. Он лежит в углублении Массачусетской бухты, на полуострове, 5 кил. длины и 1,6 кил. ширины; на северо-западе полуострова протекает река Чарльсривер, отделяющая Б. от Чарльстоуна и Кембриджа; на юговостоке врезывается Южная бухта (Soutbay). Кроме того с 1875 городская община Б. обнимает на юго-западе. Предместье Роксбюри, на юге — Дорчестер, по ту сторону Южной бухты Южный Б. (South В.); на севере — Чарльстоун и Восточный Б. на о-ве Нодль (Noddies Island). Все эти части соединены прекрасными мостами, так же как находящийся в тесной связи с Б. гор. Кембридж (2 моста в 850 метр. дл.). Жителей 362839 (1881).
Индейцы звали полуостров, на котором расположен Б. — Шаумут, что в перев. означает «живые ключи». Когда английский губернатор Джон Винтроп приехал сюда в 1630, индейский Шаумут представлял собою три отдельных холма, из которых в настоящую минуту сохранился только Маячный холм (Beaconhill), названный так, потому что на нем был устроен маяк. 17-го сентября 1630 г. был основан город тогда зван Бостоном. Полуостров привлекал колонистов своим удобным для торговли положением. Если бы поселенцы могли бы предвидеть каких трудов и денег потомству их будет стоить устройство основанного ими города, они наверное выбрали бы другое место. На полуострове не было ни леса, ни лугов, но его можно было защитить от индейцев и волков. Поверхность полуострова была в высшей степени неровна и покрыта холмами, очень глубокими впадинами и окружена болотами, отделявшими реку от морского берега. В полуострове было всего 1000 акров и узенький перешеек, соединявший его с материком, зачастую сплошь бывал покрыт водою. Воды Чарльсривера около устья глубоко врезались в северную часть полуострова. Они были отведены для мельницы и в 1807 году снятым холмом засыпали это место и тем прибавили к площади города лишних 50 акров. В 1837 была засыпана еще другая впадина, прибавившая к площади Б. еще 77 акров. Впоследствии берега узкого перешейка стали покрываться публичными садами, бульварами, широкими улицами, скверами, театрами, церквями и друг. роскошными зданиями. Полуострова, конечно, стало не доставать, и к городу пришлось присоединять соседние земли. В 1786 году был перекинут первый мост в Чарльстоун, а в настоящее время Бостону приходиться содержать до 20 мостов, кроме тех, что принадлежат железнодорожному ведомству. Городу принадлежат шесть о-вов в Бостонской гавани, а на трех остальных возведены укрепления. Чтобы дойти до гавани Б. надо миновать множество островов и утесов, но в гавани (площадь 190 кв. км.) суда находятся в полной безопасности. Первоначально острова были покрыты лесом, но лес был вырублен, и потом не засажен. В 1716 в 131/2 км. от города был выстроен на Маячном остров первый маяк. Во время войны за освобождение он был уничтожен, затем восстановлен, а в 1860 г. снабжен башней в 98 фут. вышины.
Прежде здания в Б. большею частью были деревянные, но теперь возведение некаменных построек строго воспрещено, в виду того, что старый город очень много страдал от пожаров. В 1872 г., сотни складов, наполненных дорогими товарами, банки, конторы и церкви, все выстроенные из кирпича и гранита, были уничтожены, и принесли убытку 80000000 ф. ст. Пожар этот показал как богат Б., потому что не прошло и двух лет, как все пепелище уже вновь было застроено, со всеми новейшими приспособлениями против пожара. Хотя первые поселенцы и выбрали место для Б., потому что на нем было много ключей, но в городе давно стал ощущаться недостаток в воде, и ему пришлось провести воду из озера Кочитуате из за 30 — 46 км.; водопровод стоил 10786739 ф. ст.
Общественных зданий в Б. весьма много. Большинство их строились в последние года. Самым большим зданием считается адмиралтейство с доками, заводами, машинными складами, канатными фабриками, лесными дворами, корабельными спусками и т. д. Здание правительственных мест было выстроено еще в 1798, и недавно значительно увеличено. Оно стоит на самом высоком месте, на одном из первоначальных трех холмов города, и украшается вызолоченным куполом. Кругом него расположен парк с фонтанами, прудами, статуями и монументами. Из памятников обращает на себя внимание конная бронзовая статуя Вашингтона, бронзовая статуя Франклина, Вебстера, Гамильтона и др.
Ко всем верфям проведены из окраин города конно-железные дороги, а линии железных дорог соединяют Б. со всем материком. Кругом города одиннадцать кладбищ. Из высших учебных заведений в Б. — медицинский факультет Гарвардского университета, который находится в близлежащем г. Кембридже, медицин. женская школа (с 1848). методистский университет, технологический институт, далее 4 колледжа, иезуитский коллеж и много частных учебных заведений. Городская публичная библиотека, основанием которой послужили книги, полученные в дар от города Парижа, имеет теперь 400000 томов. Церквей в городе 165 протестантских, 26 римско-католических и 3 еврейские синагоги. Различные общества, художественные и ученые, имеют свои здания и помещения. Нельзя не упомянуть также об американской академии наук и художеств, о Массачусетском историческом обществе, о Бостонском Атенеуме с большой библиотекой, множеством картин и статуй, о масонской ложе, о разных религиозным мужских и женских обществах, о ботаническом обществе, о музыкальном зале, с громадным органом, о четырех театрах и т.д. Из больниц следует отметить Массачусетский главный госпиталь с отделением для умалишенных, сиротский приют, приют слепых, приют чахоточных, гомеопатический госпиталь, приют для идиотов и слабоумных. В южной части города и на острове Дир устроены дома для нищих, умалишенных и преступников. Торговля Бостона почти удвоилось за последнее 25-тилетие; ввоз в 1883 — 84 году равнялся 65865551 дол., а вывоз — 63497829 дол. Заграничных судов в прибытии было 3018 вместимостью 1416251 тонн, в отбытии 2850 кораблей вместимостью в 1305172 тонн. Предметами вывоза, главным образом, являются: рыба, мясо, мука, скот и мануфактурные произведения. В Б. насчитывается до 3521 фабрик и мастерских с 113626 рабочими (1880); чугунолитейные, машиностроительные, сахарные заводы, кожевенные, ковровые, фортепианные фабрики, громадные мастерские платья, обуви и др. Все промышленное производство исчисляется ежегодно в 123,4 м. долл. Ср. Winsor, «History of В.» (Бостон, 1881).

Босфор 

Босфор (турец. Истамбул-Богази) — или Константинопольский пролив, соединяющий Черное море с Мраморным или Понт Евксинский с Пропонтидой — древних греков. Название свое, которое значит собственно «бычачий брод», получил от того, что в этом месте, по греческому мифу Ио переплыла море, приняв вид коровы. Когда впоследствии многие проливы получили то же название, этот был назван Фракийским Б. Весь канал имеет в длину 30 км., в самом широком месте 1950 км., а в самом узком только 1170 метр. Б. представляет собою образование позднейшее и произошел, как об этом гласить древнее предание, и свидетельствует устройство обоих берегов, от разрыва полосы земли, отделяющей Черное море от Средиземного. Средняя глубина его на всем почти протяжении — 60 метр., а потому Б. судоходен для самых больших военных кораблей. На поверхности преобладает течение из Черного моря в Мраморное, и даже весною, когда здесь господствуют южные ветры, задерживающие течение, скорость его ровна 9,5 км. в час. В противоположность этому, на известной глубине, имеется течение в сторону обратную. Неизменное процентное содержание соли в таком закрытом море как Черное, несмотря на впадения таких громадных рек, доставляющих массу пресной воды, как Дунай, Днепр, Днестр, Дон и т.д., обусловливается именно этим постоянным обменом вод. Северный вход в Б. представляет осенью и зимой, вследствие частых туманов и бурных ветров, большую опасность для кораблей, несмотря на Румелийский и Анатолийский маяки; в 1870 г. поэтому здесь устроена на мысе Кара-Бурну спасательная станция, со многими пунктами на европейском и азиатском берегах. На всем остальном протяжении Б. представляет зато безопасность гавани. Он чрезвычайно оживлен, как значительным движением кораблей между обоими морями, так и постоянным сообщением Константинополя с многочисленными предместьями, расположенными на обоих берегах. Около 60 небольших пароходов и бесчисленное множество лодок, продолговатых и как стрела быстрых турецких каюков, поддерживают это сообщение. Мало населенные берега верхнего Б. представляют более суровый, хотя и живописный вид, начиная же с Ени-Магалле они получают особую прелесть, вследствие замечательного разнообразия и оживления. Горы, достигающие 240 метр., отвесными скалами опускаясь в море, перемежаются с живописными заливами и долинами, обрамленными кипарисами, лаврами и столетними чинарами. Деревни, виллы и сады, летние дворцы и киоски, старинные замки и развалины времен византийцев и генуэзцев тянутся по обоим берегам, особенно румелийскому-европейскому. Для защиты Константинополя с севера расположены также на обоих берегах многочисленные укрепления, крепостцы (гиссар) и батареи. Замечательнейшие места, начиная от Топханэ при входе в Константинопольскую гавань к северу, на левом берегу, суть: султанские увеселительные дворцы Дольмабагче и Бешикташ, деревня Ортакиой, против дворца Беглербег, далее великолепный дворец Чираган, обыкновенное местопребывание султана, в самом узком месте Б. (где Дарий построил мост, во время Скифского похода), два замка Румели-Гиссар, на левом бер. и Анадули-Гиссар на правом, оба построенные Магометом II и теперь обращенные в места заключения государственных преступников; затем бухта Балта-Лиман; несколько влево Тарапия,где живут французский и английский посланники и где находятся так называемые «семь братьев», семь огромнейших платанов (чинаров), выросших из одного корня, под которым, говорят, еще Готфрид Бульонский разбил свой шатер. Дальше следует, Буюкдерэ, в самом широком месте Б., затем, уже на азиатском берегу, два форта, снабженные тяжелыми орудиями Круппа, Маджиер и Анадули-Кавак, защищающие вход в Б.; немного далее, более старые укрепления, возведенные в XVIII ст. Генералом Тотом (Tott): Буюк-Лиман и Гарибже на румелийской стороне и Филь Бурну и Пойрас на анатолийской. Наконец, у самого входа в Черное Море — Румели-Фенер. На азиатском берегу невдалеке от начала пролива находится также Юта-Даг с гробницей, по преданию, Геркулеса. — До половины XIX стол. турецкие султаны жили исключительно в деревянных дворцах на берегу Б., но в 1855 г. Абд-ул-Меджид построил в Дальмабагче большой каменный дворец в греко-арабском стиле и перенес туда свою резиденцию. Султан Абд-ул-Азис в 1863 г. построил на противоположном берегу другой поменьше, Беглербег, а еще 10 лет спустя на месте прежнего Чираганского деревянного дворца возникло огромное, прекрасное, здание в восточном вкусе — теперешняя султанская резиденция. Ср. Dethier, «Der. В. und Кonstantinopel» (Вена, 1873). Чихачев «Le Bosphore» (1864).

Ботанический Императорский сад

Ботанический Императорский сад (в Спб.) расположен в юго-восточн. части Аптекарского острова и занимает пространство около 20 десят., приобретенное мало помалу посредством покупки отдельных участков, присоединенных к прежнему Аптекарскому саду, от которого И. Б. Сад ведет свое происхождение. По примеру аптекарских садов, учрежденных в некоторых городах России, император Петр Великий указом 11 февраля 1714 г. повелел учредить подобный сад на одном из островов, лежащих близ Петербурга. Главная цель этого сада состояла в разведении лекарственных трав. В 1823 году Апт. сад, вследствие скудости средств (12000 р. асс. в год), находился в очень плачевном состоянии. Он имел два отдела: медицинский и ботанический, но число растений последнего было крайне невелико — не более 1500 видов, и при этом никаких научных коллекций и пособий. В это то время обратил внимание на него управляющий министерством внутренних дел граф Виктор Павлович Кочубей и задумал преобразовать сад, сделав его не только местом разведения лекарственных трав, но главным образом местом и науки. Разработка плана переустройства Аптек. сада была поручена профессору Ф. Б. Фишеру, который и представил этот проект императору Александру Павловичу. 22 марта 1823 года вышло Высочайшее повеление изменить устройство Аптек. сада согласно представленному плану, а именно: соединить оба отдела — медицинский и ботанический в один сад, перестроить и улучшить здания, приобретать отныне покупкою живые и сухие растения и семена, и, наконец, переименовать Апт. Сад в Императорский Ботанич. сад. Управление новым садом было поручено профессору Фишеру. Вскоре после этого для занятия должности старшего садовника прибыл из Лондона Ф. Г. Фальдерман. Продолжая заниматься разведением аптекарских трав, Б. сад имел с тех пор главною целью научную деятельность, для чего он приобретал на ассигнованные ему деньги растения живые и в сухом виде, семена, заводил мало помалу библиотеку, музей. Кроме того, Б. сад служил местом обучения садоводству и огородничеству садовых учеников, а так же имел отделение для практических занятий студентов. Первая денежная помощь была Высочайше пожалована в день открытия Сада в размере 100000 руб. асс.; на эти деньги были приобретены живые растения из коллекций, находившихся в С.-Петербурге и его окрестностях. В это же время прибывший из Лондона старший садовник Ф. Г, Фальдерман привез оттуда значительную коллекцию живых растении. При учреждении Сада никакого гербария в нем не было и первым приобретением по этой части был сибирский гербарий ветеринарного врача В. В. Гаупта, заключавший в себе до 1000 видов; в следующие годы покупкою было приобретено много других гербариев из разных стран, между которыми особенное внимание заслуживала коллекция сухих растении профессора Эшшольтца, собранная во время кругосветного его плавания. Ежегодно гербарий Сада был пополняем новыми коллекциями, присылаемыми сюда путешественниками, отправлявшимися с научными целями в разные страны, для чего давались средства из сумм, получаемых Садом. Кроме того, Сад получил два очень ценных гербария: один из них поднесен императору Александру II в 1855 вдовой покойного директора Сада Ф. Б. Фишера; другой гербарий пожертвован вдовой бывшего профессора дерптского университета Ледебура; последний гербарий важен, как комментарий известного сочинения Ледебура: «Flora Rossica» и послужил основанием одной из самых важных в настоящее время в научном отношении коллекций Сада — Русского Гербария. Масса других богатых гербариев приобреталась постоянно, пока в 1856 г., согласно распоряжению графа Л. А Перовского, а по смерти его барона П. К. Мейендорфа, покупка гербариев не была запрещена. Они держались того мнения, что Б. сад главное внимание должен обращать на культуру декоративных растений, требование которых было очень велико, на устройство для этой цели особых оранжерей, а сообразно с этим требовалось увеличить число садовников. Несмотря на такие нововведения. гербарий продолжал увеличиваться, но главным образом растения добывались меною на дублеты, имевшиеся в Саду. Затем, в 1864 г. министр государственных имуществ А. А. Зеленый вновь разрешил покупку сухих растений. Таким образом гербарий Сада быстро увеличивался не только количественно, но и качественно, и в настоящее время можно сказать, что гербарий Ботанич. сада — один из обширнейших и ценнейших во всем свете. Большое количество получаемых ежегодно гербариев, множество других дел по Саду и небольшое число ученых ботаников, могущих разрабатывать гербарий, все это мешало точному ведению этого дела, так что до 1857 г. гербарий был разрознен, и только с этого года началась усиленная работа по сортировке сухих растении. Самые большие коллекции Сада: травники Фишера, Ледебура, Мертенса, Стефана, Шумахера и другие коллекции меньшего объема были соединены в один главный или общий гербарий (herbarium generale) по системе Эндлихера. Для удобства пользования гербарием от общего были отделены следующие 3 гербария: 1) Садовый гербарий (herbarium hortense), заключающий в себе растения, разведенные в Б. саду. 2) Русский гербарий (herbarium rossicum), в основании которого положен гербарий Ледебура и 3) гербарий растений одной С.-Петербургской губернии (herbarium Petropolitanum). Кроме этих 4 гербариев в 1865 г. К. И. Максимович приступил к разработке флоры Японии, составившей 5-ый гербарий — Японский (herbarium japonicum).
Одновременно с расширением гербария увеличивался и музей Сада, в котором хранятся предметы растительного царства, которые не могут содержаться в бумаге. Все предметы музея распределены на 5 коллекций: карпологическую, ксилологическую или дендрологическую, анатомическую, ископаемых растений, и, наконец, предметов по прикладной ботанике. Особенно интересна коллекция Амурского края, состоящая из 700 ископаемых растений, приобретенная в 1864 г. от Ф. Б. Шмидта; также немаловажное значение имеет собрание древних свайных построек в Швейцарии, полученное от Мессикомера в 1865 г. Музей находился сначала под ведением Ф. Б. Фишера, затем переходил к другим лицам и наконец в 1870 году был назначен консерватором музея А. Ф. Баталин, которому принадлежит бесспорная заслуга теперешнего благоустройства музея.
При основании Ботан. сада в нем не было и одной книги, и только в 1824 г. сделано первое и очень ценное приобретение, а именно: библиотека, оставшаяся после смерти профессора Стефана; заключала она в себе 637 сочинений в 1185 томах. Вслед затем стали выписывать книги из заграницы и приобретались сразу целые библиотеки, как напр. библиотека проф. Мертенса, затем 900 томов ботанических сочинений из бывшего Горенкского сада, множество книг, купленных в Англии, Германии и Франции директором Сада Ф. Б. Фишером во время его командировки в 1824 г. заграницу. В настоящее время, можно смело сказать, что едва ли существует другая столь обширная ботаническая библиотека, как библиотека Императорского Ботанического сада.
Надо еще упомянуть о Семинарии сада, занятия которой состоят в собирании и сортировке семян, отправлении их заграницу, выписывании по каталогам семян из других садовых заведений и в составлении каталога семян сада. Первый каталог семян вышел в 1835 г.
Биологическая лаборатория Сада учреждена в 1868 г. с введением должности главного ботаника по части растительной биологии. Заведование лабораторией было поручено сначала С. М. Розанову, потом перешло в ведение К. И. Максимовича, а с 70-го года она находится под непосредственным наблюдением А. Ф. Баталина.
30 марта 1830 г. вышло Высочайшее повеление передать Ботан. сад из министерства внутренних дел в ведение министерства Императорского двора. С этим переходом ежегодно выдаваемая сумма увеличилась почти вдвое (123000 рублей ассигнациями), личный состав Сада был увеличен еще в 1829 г. С увеличением средств главное внимание Сада было направлено на преследование научных целей, которым в предыдущий период Сада приходилось уделять так мало времени. С этих пор отменено было обязательство удовлетворять специальным надобностям медицинской академии, как то: лекции директора Сада для студентов медикохирургической академии были упразднены, а также разведение аптекарских трав сначала уменьшено, а затем и совсем прекращено. Но в то же время оставлено право пользоваться коллекциями сада различным учебным заведениям столицы, в том числе петербургским университетом.
Во второй период своей деятельности Бот. сад достиг такого развития во всех своих частях, что в 1843 г. явилась потребность в изменении штата, причем личный состав Сада увеличился введением двух новых научных должностей: физиолога и консерватора, и кроме того прибавлено несколько садовников. При таком изменении и денежные средства потребовалось увеличить; с 1-го января 1843 г. Высочайше положено было на ежегодный расход Сада 54045 руб. сер.
5 апреля 1850 г. Ф. Б. Фишер, был уволен от должности директора Сада, которую с февраля 1851 г. занял Карл Андр. Мейер, стоявший во главе Сада до своей смерти 13 февраля 1855 года. В то же время со смертью князя П. М. Волконского в 1852 г., Ботанический сад, оставаясь по-прежнему в ведомстве министерства Императорского двора, был поручен министру уделов и управляющему кабинетом Его Величества, графу Льву Алексеевичу Перовскому, а по кончине его в 1855 году заведование Садом было возложено на обер-гофмейстера барона Мейендорфа. В том же году, после смерти К. А. Мейера, обязанности директора Сада были разделены между двумя лицами: административная, хозяйственная и счетоводная части вверены особому чиновнику, не зависящему от директора, с званием товарища директора; эту должность занял 28 апреля 1855 г. барон Карл Карлович Кистер, а с 20 сентября того же года обязанности директора были возложены на Эдуарда Людвиговича Регеля, который оставался в этом звании до упразднения должности директора в декабре 1866 г.
Литературная деятельность Бот. сада началась только в 1835 году, когда стал выходить ежегодно каталог семян под заглавием: «Index seminum, quae Hortus botanicus Imperialis Petropolitanus pro mutua commutatione offert». Результаты же наблюдений отдельных лиц, работавших в Бот. саду, печатались по большей части на счет авторов или в записках других ученых заведений, и только очень ограниченное число работ было издано Бот. сад. в виде отдельных брошюр. Сделанный в 1853 г. опыт первого ботанического журнала Сада, под заглавием: «Schriften aus dem ganzen Gebiete der Botanik», ограничился одним выпуском. Штатные живописцы, работавшие с 1824 — 1852 г., заготовили богатое собрание превосходно раскрашенных изображений растений, из числа которых только небольшое количество было напечатано в сочинении: «Sertum Petropolitanum», изданном в 1846, 1852 и 1869 годах, остальные же лежат в библиотеке Сада и до настоящего времени. Только в 1871 году, с разрешения министра государственных имуществ А. А. Зеленого, был издан первый сборник научных трудов, служащих при Ботаническом саде; издание это продолжает выходить отдельными тетрадями различного объема и до настоящего времени, заключая в себе статьи по всем отраслям чистой и прикладной ботаники разных лиц, работавших по этой части науки, а также извлечения из годичных отчетов сада. Сборник называется: «Труды Императорского Ботанического Сада» (Acta Horti Petropolitani).
За все время существования Ботанического сада, он постоянно был в сношениях с другими ботаническими садами, разными садовыми учреждениями и отдельными лицами, занимающимися ботаникой. Между прочим, в последующие года происходил постоянный обмен растений и семян с Ботаническими садами в Калькутте, Перадении на острове Цейлоне, с двумя садами на острове Яве, с садами в Новой Голландии, в Америке и т.д.
В первые годы существования Ботанического сада живые растения приобретались только покупкою и преимущественно в больших садовых заведениях. Англии, Германии, Бельгии и Голландии; в последующие же годы, когда Ботанич. сад был в состоянии сам культивировать растения, происходил обмен их на растения других стран. Кроме того, несколько раз устраивалась в Саду распродажа живых растении, оставшихся после мены. Особенное внимание Б. Сада во второй период его деятельности было обращено на изучение флоры отдельных стран, для чего поручалось местным жителям, за вознаграждение, собирать семена, живые растения, составлять гербарии, или же чаще всего отправлялись туда путешественники на счет Сада с обязательством доставить все собранные коллекции в Сад. В начале своей деятельности, за неимением средств, Б. Сад редко командировал путешественников, и только в 1830 году начинается ряд длинных и важных в научном отношении путешествий. В 1825 году профессор Эдуард Иванович Эйхвальд для собственных целей предпринял путешествие по Каспийскому морю и Закавказью; не желая пропустить столь удобный случай, Ботанический сад командировал на свой счет П. Г. Поморцева, определенного по этому случаю в Сад. Соединившись с Э. И. Эйхвальдом в Астрахани и проехав вместе до Баку, Поморцев отделился здесь от своего спутника и исследовал в продолжение осени Грузию. В Петербург он возвратился 30 ноября 1825 г.
Другое путешествие в этом году было совершено вокруг света садовым учеником Иваном Стюартом. Из этого путешествия было доставлено в Сад 8 ящиков с живыми, сухими растениями и семенами из Pиo Жанейро, Вальпарайзо, с Сандвичевых островов, с острова Нукагива, из Камчатки, Ситхи, Манильи и острова св. Елены. В 1827 году, с занятием нашими войсками Тавриса, император Николай повелел одесскому аптекарю Сцовицу, причисленному к Ботаническому саду, присоединиться к отряду генерал-мaйopa Панкратьева и исследовать в ботаническом отношении западную часть Адербейджанской области. Взяв с собой двух живописцев А. Д. Судакова и К. Г. Трусова, И. О. Сцовиц посетил в 1829 г. Армению, в 1830 г. дошел до Мингрелии и скончался 30 августа 1830 года в Кутаиси. Коллекции, собранные им в больших размерах, очень интересны и важны, так как дублеты послужили хорошим материалом для мены с другими ботаническими заведениями. В 1830 г. была приобретена за 12000 р. богатая коллекция живых растений Бразилии от ботаника Людвига Риделя, путешествовавшего с 1821 г. в тех странах вместе с российским генеральным консулом в Бразилии и членом Императорской академии наук Григорием Ивановичем Лангсдорфом. Богатый гербарий, собранный Риделем с 1821 — 1828 гг., был привезен в Петербург и достался в собственность Императорской академии наук; живые же растения приобретены Императорским Б. садом. В 1831 г. Ридель был причислен к Ботаническому саду и получил командировку снова ехать в Бразилию для собирания семян, растений и составления травника для Б. сада.. На севере экскурсировали два путешественника: Николай Степанович Турчанинов, исследовавший юго-восточную Сибирь, и Александр Иванович Шренк, причисленный к Б. саду с званием ботаника для путешествий в исследовавший тундры самоедов до Уральского хребта и острова Вайгача. Путешествие это, начавшись 6 апреля, было окончено 8 декабря 1837. Затем летом 1839 г. А. И. Шренк в сопровождении Карла Ивановича Мейнсгаузена посетил русскую Лапландию, дошел до полуострова Колы и, переправившись по морю. в Архангельск, вернулся в Петербург. Наконец, 27 февраля 1840 г. оба путешественника предприняли длинную экскурсию в страны, лежания к югу от Алтайских гор, и вернулись из нее только в ноябре 1844 г. доставив Б. саду богатый материал растении из Джунгарии. По высочайшему повелению в 1843 г. был отправлен в Закавказские губернии, причисленный к Б. саду в качестве путешественника, Фридрих Коленати. Поездка его длилась около двух лет.
После указанных путешествий был большой перерыв, в продолжение которого Ботанический сад не снаряжал ни одной экспедиции. Причина заключалась в том, что все средства, положенные по штату на путешествия, выдавались А. И. Шренку, оставленному при Б. саде для приведения в порядок собранных им коллекций, а также печатались отчеты, путевые записки и разные наблюдения, произведенные им во время его путешествий. только в 1853 г. сад был в состоянии дать средства для продолжительной поездки консерватора Карла Ивановича Максимовича вокруг света. Отправившись 18 сентября 1853 г. из С.-Петербурга на фрегате"Диана", К. И. Максимович посетил Pиo Жанейро, Вальпарайзо, Гонолулу и в июле 1854 прибыл в губу Де-Кастри; отсюда он предпринимал большие экскурсии в бассейне р. Амура и, совершив обратный путь через Сибирь, 17 марта 1857 г. вернулся в Петербург. Собранные коллекции немедленно были обработаны и издано известное сочинение Максимовича: «Primitiae Florae Amurensis», составившее ему имя. Окончив работы по первой своей поездке, К. И. Максимович получил новую командировку — в Японию, продлившуюся более первой, а именно с марта 1859 г. по июнь 1864 г. Огромное количество собранных материалов разработано самим экскурсантом и дало блестящие результаты. Кроме указанных более выдающихся экскурсий, Б. Сад не раз отправлял садовников в разные страны, а также не пропускал случая участвовать в снаряженных другими учреждениями экспедициях или же обращался к ботаникам тех стран, растения которых были интересны для Сада. Между экспедициями, доставлявшими по просьбе Б. Сада ботанические коллекции, укажем на снаряженную в 1855 г. Имп. русск. Геогр. общ. ученую экспедицию в Восточную Сибирь, член которой Густав Иванович Радде привез Импер. Б. Саду до 1000 видов растений, около 8000 сухих экземпляров и множество семян. Гербарий этот обработан Э. Л. Регелем и Ф. Е. фон Гердером. Поселившись с 1863 г. в Тифлисе, Г. И. Радде предпринимал ежегодно поездки по Кавказу, откуда присылал Б. Саду богатые коллекции живых и сухих растении и семян. Наконец, много русских путешественников, не пользовавшихся никакими пособиями со стороны Б. Сада, приносили свои коллекции в дар Саду. Из этих. коллекции особенно ценны: коллекции доктора Ф. А. Бузе из Закавказья и Персии, подпоручика Дмитрия Кузнецова из Японии, П. П. Семенова с хребта Тянь-Шань и окрестностей озера Иссык-Куля, Р. К. Маака из Уссурийского края и много других коллекции; все они приведены уже в порядок.
Из всего сказанного видно, какими богатыми коллекциями обладал Бот. Сад к концу своего второго периода, т.е. в 1863 г., когда явилась потребность в совершенном преобразовании Сада. Число лиц, занимавшихся научной ботаникой, не соответствовало размеру занятий и объему коллекции, а так же в хозяйственном отношении Сад пришел в ветхость; явилась необходимость в постройке и обновлении оранжерей, жилых и хозяйственных строений, в приведении в порядок парка, огорода и т.д.
24 поля 1863 г. высочайшим указом повелено было передать Императорский Ботанический сад из ведомства министерства двора в ведение министерства государственных имуществ; далее, продолжая наименоваться Императорским, состоят под покровительством и попечением его Императорского высочества великого князя Николая Николаевича и иметь постоянные сношения с Императорской академией наук и научно-практическими ботаническими заведениями Империи для достижения существенной цели Бот. сада — развития его сообразно требованиям науки и в применении ее к практическому садоводству. Поступив в министерство государственных имуществ, Сад еще некоторое время удерживал прежний штат; только 8 ноября 1866 года был утвержден в виде опыта на три года новый штат, и вместе с тем пожалованы Саду особые «Правила для действий Императорского С.Петербургского Бот. Сада и управления им». По новому штату, окончательно утвержденному 17 марта 1870 г., число научных деятелей Сада было увеличено, но при этом общая штатная сумма осталась та же, что в 1843 г., с прибавлением к ней только дополнительных сумм, выданных до 1863 г., и состояла из 60903 р. сер.
Вскоре после поступления Сада в ведение министерства государственных имуществ управление им было временно поручено Рудольфу Эрнестовичу Траутфеттеру, утвержденному в 1864 г. в звании заведующего Садом, а в 1866 г., согласно положению нового штата, директором.
Научные занятия, принявшие большие размеры, требовали специалистов, для чего вместо прежнего директора по научной и садовой части, были основаны три должности главных ботаников, занятые: Эдуардом Людвиговичем Регелем, Сергеем Матвеевичем Розановым, скончавшимся в 1870 г., и Карлом Ивановичем Максимовичем. В 1870 г. утвержден в должности младшего консерватора при музее и лаборатории Александр Федорович Баталин. Далее, был учрежден при саде особый совет для обсуждения дел по ученой и технической части. Членами совета, кроме директора и главных ботаников, были назначены: попечителем и покровителем Сада — Николай Антонович Скалон, а от Императорской академии наук — Франп. Иванович Рупрехт и Карл Иванович Максимович.
Еще одно из важных преобразований в управлении Сада состояло в том, что с этого времени стали нанимать только вольных садовников, а не принадлежащих к придворно-служительскому званию, как то было раньше. С увеличением и развитием пособий возрастала также и научная деятельность Сада. Хотя, как мы знаем, с 1864 г. Сад не был в состоянии отправлять на свои средства путешественников, тем не менее коллекции живых растении, а главное гербарии доставлялись лицами, путешествовавшими по поручению других ученых обществ и бравшими на себя труд собирать коллекции и для Ботанического сада.
Так, А. К. Беккер, проживая в Сарепте, ежегодно предпринимал путешествия в Приволжские степи, Дагестан, Туркмению и др. страны. С 1869 г. Бот. сад начал получать коллекции от известного путешественника по Америке — Венедикта Рецля. Николай Алексеевич Северцов — начальник Туркестанской экспедиции, доставил Саду значительное количество растений и семян. Также Николай Михайлович Пржевальский, отправившись в 1871 г. в Монголию, предложил Бот. Саду свои услуги для собирания ему семян и растений. Много еще и других лиц работало на пользу Б. Сада. В 1873 г. Б. Сад семейным образом отпраздновал 50-летнюю годовщину своего существования. Научные коллекции Б. Сада находились в то время в столь хорошем состоянии, что он мог принять участие в Венской всемирной выставке, куда в качестве эксперта по садоводству был послан главный ботаник Э. Л. Регель. В следующие годы Бот. Сад участвовал во всех выставках садоводства, на которых получал неоднократно похвальные листы и медали.
В 1875 г. произошла важная перемена в личном составе Сада: директор Сада, тайный советник Е. Р. Траутфеттер, по расстроенному здоровью и согласно прошению, был уволен от службы; место его занял главный ботаник Сада Э. Л. Регель. В следующем году в апреле месяце скончался старший консерватор П. П. Глен, должность которого в 1877 г. была занята младшим консерватором И. Ф. Шмальгаузеном; а младший консерватор А. Ф. Баталин перемещен на должность главного ботаника Сада.
Для испытания всхода семян и определения годности их, 15 декабря 1877 г., по почину А. Ф. Баталина, при биологической лаборатории была открыта станция, куда всякий желающий за определенную плату мог приносить семена дли исследования их.
Из путешественников, работавших для Бот. сада в 1877 г., надо отметить А. Регеля, отправившегося в Семиреченский край, и натуралиста Валлиса, собравшего коллекции в различных местах тропической Америки.
В 1879 г. в личном составе Сада произошло следующее изменение: старший консерватор Сада И. Ф. Шмальгаузен оставил эту должность, будучи выбран экстраординарным профессором ботаники в киевский университет; место старшего консерватора занял помощник директора дерптского бот. сада — К. Ю. Винклер.
Продолжая ежегодно выдавать средства на научные путешествия, Бот. сад обогащался все новыми коллекциями отдаленных стран. Из числа приобретений надо указать на богатую коллекцию монгольских и китайских растений (из провинции Канзу), собранную почетным членом Сада Н. М. Пржевальским во внутренних областях Китая.
В октябре 1888 г. Бот. сад лишился одного из усерднейших своих деятелей Н. М. Пржевальского, скончавшегося 20 октября в г. Караколе, во время своего 5-го путешествия по Центральной Азии. Вскоре после того (12 января 1889 г.) скончался почетный член Сада Е. Р. фон Траутфеттер, а в начале 1891 г. Бот. сад лишился одного из самых крупных своих сотрудников К. И. Максимовича, который своими долголетними путешествиями и обработкой гербариев Восточной и Центральной Азии сослужил Саду огромную службу.
Н. К.

Боткин Сергей Петрович

Боткин (Сергей Петрович) — знаменитый клиницист и общественный деятель, родился в 1832 в Москве. Отец и дед его — известные чайные торговцы. Первоначальное образование получал в пансионе Эннеса. Благодаря влиянию людей, принадлежащих к известному кружку Станкевича, С. П. решился поступить в московский университет, но тут оказалось препятствие — прием на все факультеты в конце 40-х гг. был крайне ограничен; неограниченный прием оказался на одном медицинском факультете и С. П., против воли, должен был туда поступить в 1850 году. В 1855 г., в самый разгар Севастопольской кампании, С. П. окончил курс и немедленно был послан на счет великой княгини Елены Павловны на театр военных действий, где работал в Бахчисарайском лазарете великой княгини, под руководством Н. И. Пирогова. По окончании войны, заслужив весьма лестный отзыв от Пирогова, С. П. отправился за границу для усовершенствования. Он работал за границей во всех лучших клиниках и лабораториях: в Париже — у Клод-Бернара, в Берлине в клиниках у знаменитого проф. Траубе, в патологоанатомическом институте Вирхова и в лаборатории HoppeSeyler'a. Вернувшись, Б. был приглашен президентом медико-хирургической академии, Дубовицким, в качестве адъюнкта к проф. Шипулинскому. В следующем году С. П. заместил проф. Шипулинского, будучи назначен ординарным профессором терапевтической клиники баронета Вилье. Как ученый, С. П. приобрел себе почетное и выдающееся имя в литературе, не только русской, но и заграничной. С. П. выпало редкое счастье выступить на поприще общественной деятельности в один из лучших моментов исторической жизни России, после Крымской кампании, когда все сферы общественной жизни были охвачены лихорадочною деятельностью, когда новые веяния внесли стремление к переустройству всего общественного и государственного быта. Тоже веяние, тоже обновление коснулось тогда и медико-хирургической академии. С. П. первый создал клинику на европейских началах. Он ввел в нее новейшие методы исследования, так называемый клинически разбор больных. Кроме клиники, С. П. считал весьма важным для успехов преподавания посмертное подтверждение диагнозов; с этой целью ни один случай не проходил без вскрытия и слушатели имели возможность убеждаться, насколько патологоанатомические изменения соответствовали прижизненному распознаванию. В то же время в лаборатории клиники, под руководством С. П. работала всегда масса молодых людей по различным вопросам научной и практической медицины. С. П. Создал целую школу учеников, из которых более 20 человек занимали и занимают по настоящее время кафедры по частной патологии и терапии в различных университетах России. Из них многие приобрели известность, как напр. покойный проф. Кошлаков, проф. В. А. Манассеин, Полотебнов, Стольников и многие другие.
В начале 60-х годов С. П. был назначен совещательным членом медицинского совета министерства внутренних дел и военно-медицинского ученого комитета, с 1873 г. почетным лейб-медиком. Тогда же он был избран председателем общества русских врачей в С.-Петербурге. Чрезвычайно плодотворна была деятельность С. П. В общественных учреждениях, в качестве гласного городской думы. Со времени перехода больниц в ведение города, С. П. постоянно работал во вновь учрежденных санитарной и больничной комиссиях. По его инициативе и указаниям, город энергично взялся за улучшение содержания больниц, и приступил к устройству новых — общины св. Георгия и Александровской барачной больницы. Кроме того, им же было обращено внимание на недостаточность врачебной помощи среди неимущего класса столичного населения; городская дума, по его предложению, устроила институт думских врачей, так успешно функционирующий и по настоящее время: по его же инициативе было преступлено к разработке данных о призреваемых городскими богадельнями. Исследование это было предпринято частью с практическою целью определения числа лиц, составляющих население богаделен, нуждающихся во врачебной помощи, частью с научной — собрания материала для изучения недостаточно разработанного вопроса о старости. Исследование это, сделанное дром А. А. Кадьяном, вышло уже после смерти С. П. Боткина («Население С. Петербургских градских богаделен» А. А. Кадьяна).
В 1886 г. С. П. был назначен председателем комиссии по вопросу об оздоровлении России. Комиссия эта собрала драгоценный материал по вопросу о санитарном состоянии нашего обширного отечества; но к сожалению работа комиссии, за смертью председателя, временно прекращена. С. П. весьма сочувственно относился и к вопросу о женских врачебных курсах; хотя он на них лично не преподавал, но принимал близко к сердцу судьбу преждевременно окончивших свое существовало курсов и энергично хлопотал об учреждении их вновь при одной из городских больниц. В пользу женских врачебных курсов С. П. оставил капитал покойного Кондратьева, передавшего С. П. 20 тысяч рублей для какой-либо благотворительной цели. С. П. Боткин скончался 12 декабря 1889 года в Ментоне от болезни печени, осложнившейся болезнью сердца. Все сословия и учреждения, среди которых работал знаменитый клиницист, постарались увековечить память о почившем. Так, городская дума назвала Александровскую барачную больницу именем Боткина, выставила портрет Б. во всех городских больницах и богадельнях, и учреждает несколько начальных школ его имени. Общество русских врачей открыло подписку для устройства «Боткинского дома призрения для неимущих врачей, их вдов и сирот». Кроме того, учрежден капитал имени Боткина на премию за лучшие сочинения по терапии. «Еженедельная клиническая газета», издававшаяся знаменитым клиницистом, превращена в «Больничную газету Боткина». Кроме того, обществом русских врачей образован фонд для выдачи премии в память 25-тилетного юбилея Боткина и многими бывшими пациентками собран капитал на стипендию имени С. П. в одном из женских учебных заведений. С. П. Боткин состоял членом венской академии наук, многих заграничных ученых обществ, членом-корреспондентом общества внутренней медицины в Берлине и почетным членом почти всех университетов и ученых обществ России. 
Печатные труды Боткина: «Застой, образовавшийся в кровеносных сосудах брыжжейки лягушки, от действия средних солей»(«Военно-медиц. журн.» 1853); «Количественное определение белка и сахара в моче посредством поляризационного аппарата» («Московск. медиц. газ.», 1858, №13); тоже «Определение молочного сахара» («Моск. мед. газ.», 1882, №19); «О всасывании жира в кишках»(«Воен. мед. жур.», 1860); «О физиологическом действии сернокислого атропина» («Мед. Вестн.», 1861 г., №29); «Ueber die Wirkung der Salze auf die circulirenden rothen Blutkorperchen»(«Архив Вирхова», XV, 173, 1858); «Zur Frage von dem Stofwechsel der Fette in thierischen Organismen» («Архив Вирхова», XV, 380);" «Untersuchungen uber die Diffusion organischer Stoffe: 1) Diffusionsverhaltnisse der rothen Blutkorperchen ausserhalb des Organismus» («Архив Вирхова», XX, 26); 2) «Ueber die Eigenthumlichkeiten des Gallenpigment hinsichtlich der Diffusion» («Архив Вирхова», XX, 37) и 3) «Zur Frage des endosmotischen Verhalten des Eiweis» (там же, XX, 39); «Случай тромбоза воротной вены» («Мед. вестн.», 1863 г. 37 и 38); «Предварительное сообщение об эпидемии возвратной горячки в Петербурге» («Мед. Вест.», 1864, №46); «К этиологии возвратной горячки в Петербурге» («Мед. В.», 1865, №1); «Курс клиники внутренних болезней» (вып. 1 — 1867 г.; вып. 2-й — 1868 г. и вып. 3-й — 1875 г.); «Предварительное сообщение по поводу эпидемии холеры» (приложение к №3 «Эпидемиологич. листка» за 1871 г.); «Архив клиники внутренних болезней» (7 том. с 1869 по 1881 г.); «Клинические лекции», 3 выпуска; с 1881 г. издавалась под его редакцией «Еженедельная клиническая газета».

Ботнический залив

Ботнический залив (фин. Tohjanlahti) — занимает самую северную часть Балтийского моря, под 60° — 66° сев. ш., от юго-юго-запада к северо-северо-востоку, между Швецией и Финляндией, 668 км. длины и 180 — 240 км. ширины и 40 — 90 метр. глубины. В прибрежных частях, а также и внутри рассеяны многие небольшие острова, мели, скалы, рифы и шкеры, так что судоходство по нему, особенно при входе в Балтийское море, требует большой осторожности и очень опытных лоцманов, Кваркенским проливом, самою узкой частью Б. зал. (75 км.), соединяется северная, меньшая и более узкая часть залива с южною, более широкою его частью. Вход в Б. залив из Балтийского моря между Швецией и Аландскими о-вами называется Аландсгаф или Эрегрундзунд, а между Финляндией и Аландскими о-вами Эстер (восточный) Шён (Sjon). Многие реки, изливающиеся в Б. залив, до такой степени уменьшают солоноватость его воды, что нередко зимою по льду возможен проезд из Финляндии в Швецию. В течение последних столетий заметно поднятие берегов как со стороны Швеции, так и Финляндии и вследствие этого уменьшение водной площади Балтийского моря.

Боттичелли 

Боттичелли или Ботичелли (Sandro Botticelli), собственно Алессандро Филипепи, живописец Тосканской школы, род. в 1447, умер 17 мая 1515. Сначала его отдали в ученье к некоему Боттичелли, отличному золотых дел мастеру; от него он и получил свою фамилию. Но скоро обнаружилось в нем неодолимое влечение к живописи, и он стал учиться ей у монаха Филиппо Липпи. У него перенял Б. ту страстность в изображении трогательных мотивов, которою отличаются исторические картины Липпи. Оригинальная же черта собственного таланта его состоит в наклонности к фантастическому. Он один из первых внес в искусство своего времени античный миф и аллегорию и с особенной любовью работал над мифологическими сюжетами. Особенно эффектна его Венера, которая нагая плывет по морю в раковине; боги ветров осыпают ее дождем роз и гонят к берегу (во Флоренции). Лучшим творением Боттичелли считают начатую им в 1474 г. стенную живопись в Сикстинской капелле Ватикана. Боттичелли, говорят, был приверженцем Савонаролы и усердно изучал Данта; плодом этого изучения явились гравюры на меди, приложенные к вышедшему в свет во Флоренции в 1481 г. изданию Дантова «Ада» (издание Магны).

Боэтий 

Боэтий (Аниций Манлий Торкват Северин) — римский государственный человек и философ, род. около 470 — 75 по P. X. в Риме, где семейство Анициев пользовалось большим уважением; учился в Афинах, рано достиг высших государственных должностей, был в 508 или 510 консулом и приобрел полное доверие остготского короля Теодориха. Но за защиту обвиненного в государственной измене сенатора Альбина навлек на себя подозрение короля, был им приговорен к смерти, ввергнут в темницу в Павии и казнен вместе с своим тестем сенатором Симмахом (525) — Один из последних неоплатоников, Б. своими переводами, переделками и толкованиями логических сочинений Аристотеля оказал громадное влияние на все умственное развитие средних веков и более чем кто-либо способствовал знакомству с греческой философией, пока на смену не явились мавры и евреи, познакомившие Европу с другими сочинениями великого философа. Его учебники по логике(«De syllogismo categorico», «De syllogismo hypothetico», «De definitione», «De diiferentiis topicis») легли в основу преподавания этого предмета в средневековых школах, так что Б. по справедливости может быть назван отцом средневековой философии или так называемой схоластики. Он перевел и переделал также математические сочинения Никомаха, Архимеда, Эвклида и Птоломея и написал пять книг о музыке («De musica»). Но ни одно из его произведений не имело такого благодетельного влияния на средневековое человечество, как сочинение о «Философском утешении» («De consolatione philosophiae»), написанное им в темнице перед казнью. Эта книга в течение многих столетий была лучшим и любимейшим чтением после Библии. Она написана в виде диалога между заключенным в темнице Б. и философией, частью стихами, частью чистой, благородной прозой, и по своему содержанию довольно тесно примыкает к античным образцам. В ней нет и следов христианского элемента и речь идет только о том утешении, какое может доставить человеку научная философия, независимо от религии. Говоря о переменчивости земного счастья и о единственном вечном и прочном благе, доставляемом человеку добродетельной жизнью, он высказывает мысль, что злой человек всегда несчастлив, что зло само по себе уже есть наказание, а добродетель — благо, и старается доказать, что счастье и награда добродетели заключаются в ней самой. Все эти мысли изложены просто, задушевно, без всякой искусственности и риторических прикрас, и потому понятно. как успокоительно они должны были действовать на лучшие и благороднейшие умы в мрачный период средних веков. То обстоятельство, что в своем «утешении» Б. не приводит ни одной мысли из Библии, не ставит в пример истинной твердости ни Иисуса Христа, ни кого бы то ни было из христианских мучеников, заставило многих сомневаться в том, что приписываемые Б. христианскотеологические сочинения (напечатаны в издании «Consolatio» Пейнера, Лейпц., 1871) действительно принадлежали ему (см. в особенности Нич, «Das System des В. und die ihm zugeschriebenen theologischen Schriften»), хотя найденные недавно отрывки из Кассиодора подтвердили их подлинность. «Consolatio philosophiae» перепечатывалась много раз. Кроме самого древнего издания (Нюренб., 1473), существуют издания Bepтиyca (Лейд., 1622), Пультуса (Падуя, 1721и 1744), Гельфрехта (Гоф., 1797), Фрейтага (Рига, 1794, с примечаниями и немецким переводом), Оббариуса (Иена, 1845) и упомянутое уже издание Пейпера (1871). Кроме того, имеются англо-саксонский перевод, приписываемый Альфреду В. (лучшее изд. Фома, Лонд., 1864) и перевод на древ. верхненемецк. наречие начала XI ст. (изд. Граффом, Берл., 1833 и Гаттемером в «Denkmаler des Mittelalters», т. 3). Из новейших немецк. переводов надо упомянуть, кроме Фрейтага, переводы Вортберга(Грейфсв., 1826) и Вейнгэртнера (Лейпц., 1827), русск. пер. иеромон. Феофилакта: «Утешение философское»(Спб., 1794). Собрания сочинений Боэтия появились в Венеции 1491 — 92, 2 т.; Базеле 1546 — 47, 1570; наконец, в «Patrologia» Минье, т. 63 — 64 (Париж, 1847). См. Bergstedt; «De vita et scriptis Boethii»(Упсала 1842); Sutterer, «B. der lezte Romer» (Эйхштедт 1862); Baur, «В. u. Dante»(Лейпц. 1873); Usener, «Anecdoton Holderi»(там же 1877).

Бояре

Бояре. — Уже в древнейших памятниках нашей истории мы встречаем свидетельство о существовании особого правительственного класса или круга людей, которые были ближайшими правительственными сотрудниками князя. Эти люди наз. боярами, а иногда дружиной князя и составляли его обычный совет, с которым он думает об устроении земли. Вместе с княжескою властью, имеющею государственный характер, является и специальный военный класс — княжеская дружина, княжеские мужи. Это был класс населения более близкий к князю, что доказывается и большею, положенною в Русской Правде за убийство княжа-мужа, т.е. дружинника, вирою. Такое положение дружинника было и источником его богатства и дружинники были вообще богаче остального населения за исключением немногих особенно богатых гостей. Дружина в свою очередь делилась на старшую и младшую, которые имели и свои подразделения. Старшая была близка к князю, но из этой старшей дружины выделялось нисколько человек, особенно важных, близких к князю. Старшая дружина известна под именем бояр. Общим названием их первоначально было огнищане, впоследствии за ними утвердилось название княжих мужей и наконец просто бояр. Слово боярин обозначало вообще влиятельного в земле человека, нарочитого мужа; лучшего в том смысле, как это слово употребляет летопись, говоря о древлянских послах к кн. Ольге:"лучшие мужи (их выбрано было 20), иже держаху Деревскую землю". Боярином был не только старший дружинник, но, вероятно, и богатый человек, преимущественно землевладелец, крупный хозяин. Между боярами была разница, по лишь бытовая, сходная с делением людей вообще на лучших, средних и худших. В летописях иные бояре называются лепшими, великими и т.п.; иных бояр летопись презрительно называет боярцами, хотя здесь презрение может относиться не к их положению, а к их поступкам. Могли быть бояре и подчиненные один другому; так, в Патерике печерском рассказывается, что Шимон Африканович отправил своего боярина Василия, и видно, что этот боярин был лицом подчиненным Шимону, а следовательно и низшим, чем он. Происхождение лиц, составлявших княжескую дружину, не имело существенного значения; более важны были личные качества. В понятиях народа, даже в позднейшие времена, когда сословный строй более окреп в Русском государстве, мыслим был дружинник и попович, и гостинный сын; известны примеры бояр и поповых внуков и от племени смердья. Могли быть в дружине и чужеземцы, даже из такого народа, с которым Русь была всегда в войне, например печенеги: печенежин Илдея был на службе у князя Ярополка и в великой чести. Князь хлопотал лишь о числе подходящих ему дружинников, так как силою дружины всегда и везде определялось значение, «честь» государей. Но в X — XII в. княжеская дружина главным образом все же должна была набираться из детей самих дружинников. Сын заслуженного дружинника заранее располагал в свою пользу князя, который мог дать ему место в своей дружине по отечеству, т.е. сообразно с значением отца. Пожалование по отечеству, как известная формула, проходит через всю древнюю историю. Предполагалось, что сын достоин своего отца.
Из лучших людей среди жителей каждой земли и из высших членов княжеского двора дружинников и образовывался класс бояр. Лучшие люди наз. земскими боярами в противоположность боярам княжеским, княжим мужам. Лучших людей летопись иногда наз. «старейшины градские» или"людские". При Владимире св. «старцами» или «старейшинами» наз. лучшие земские люди(бояре), так как летописец словом «старцы» переводить латинский термин — «senatores»; иногда летописец означает словом «старцы» всех членов княжеской думы (т.е. бояр, по преимуществу). Можно утверждать, что восточные славяне издревле имели среди себя такой же класс лучших людей, который у западных славян именуется majores natu, seniores, кметы и др. терминами. Этот класс везде образуется из людей высших по родовому старшинству (происхождению, отчего члены его и наз. старейшинами), по власти в своем обществе (члены его «держать землю»), и наконец по высшей экономической состоятельности (термин «лучшие люди» в последующей истории означает людей более богатых).
Пока новое правительство, князь с дружиной, не укрепилось и нуждалось в помощи городской знати (старейшин, княжих мужей), из которой оно само вышло, обе общественные силы стояли очень близко друг к другу. Весь Х в. они действуют дружно и очень похожи одна на другую, вместе воюют и торгуют, вместе обсуждают в думе князя важнейшие вопросы законодательства. Но потом обе эти силы, столь родственные по происхождению, расходятся все больше и больше. Это взаимное удаление обнаруживается с половины XI в. при детях Ярослава; оно было подготовлено разными обстоятельствами. Княжеское правительство устраивалось и укрепившись в административном и военном отношении, стало меньше нуждаться в содействии городового управления и городовых полков. Княжение Владимира, когда городские старейшины так часто появлялись в княжеском дворце рядом с боярами, было временем самой напряженной борьбы с степью. Тогда киевское правительство всюду усиленно искало ратных людей. Но страшное поражение, нанесенное Ярославом печенегам в 1036 г. под стенами Киева, на некоторое время развязало руки правительству с этой стороны. В то же время стало заметно расширяться политическое и экономическое расстояние между княжеской дружиной и городской аристократией. Служебные преимущества все более и более сообщали первой значение дворянства, низводя последних в положение простых мещан. Торговые успехи распространили в стране значительный оборотный капитал, подняли денежные доходы правительственного класса насчет дохода натурой и ослабили его непосредственное участие в торговых операциях городов. Появление у бояр привилегированной земельной собственности, признаки которой становятся заметны с XI в., еще более удалило этот класс от городского общества, владевшего торговым капиталом. Благодаря разным преимуществам, служебным, личным и хозяйственным, принадлежавшим не всем членам дружины в одинаковой мере, слово боярин с течением времени перестало быть синонимом княжа мужа и получило различные специальные значения в разных сферах жизни. Получив более тесное значение при княжем дворе, звание боярина расширилось вне правительственной сферы: на языке частных гражданских отношений боярами независимо от придворной иерархии назывались все служилые привилегированные землевладельцы и рабовладельцы по тесной связи тогдашнего землевладения с рабовладением. Таким является боярин в Русской Правде и с таким же значением проходит это слово по памятникам нашего права до самого XVIII века. Рабовладение было юридической и экономической основой боярской вотчины. Частное привилегированное землевладение в древней Руси развилось из рабовладения. Вотчина частного владельца юридически и экономически зарождалась из того, что рабовладелец сажал на землю для ее хозяйственной эксплуатации своих холопов; земля прикреплялась к лицу, становилась его собственностью посредством того, что к ней прикреплялись люди, лично ему крепкие, составляющие его собственность; холоп становился юридическим проводником права владения на землю и экономическим орудием хозяйственной эксплуатации последней. На языке древнерусского гражданского права боярин от времен Русской Правды и вплоть до указов Петра Великого значил не то, что при дворе древнерусского князя и московского князя: здесь он был высшим служилым чином, получив специальное значение советника, постоянного княжого «думца» или «думника», а там служилым привилегированным землевладельцем и рабовладельцем. Холоп назывался боярским, село боярским селом, работа на пашне землевладельца боярским делом, боярщиной, независимо от того, носил ли землевладелец при дворе звание боярина или нет.
Высший правительственный класс в княжестве удельного времени обозначается в княжеских грамотах XIV и XV в. Названием бояр введенных и путных или путников. Бояре введенные были управителями отдельных ведомств дворцовой администрации или дворцового хозяйства, дворецкий, казначей, сокольничий, стольник, чашник и пр. Путными назывались все дворцовые чиновники, высшие и низшие, получавшие за службу дворцовые земли и доходы в путь или в кормление. Боярин введенный был вместе и путным, потому что обыкновенно пользовался таким жалованьем; но как большой боярин, он возвышался над простыми путниками, которые не были главными управителями отдельных ведомств дворцового хозяйства. Князь, назначая бояр главными распорядителями своего дворцового хозяйства, поручая им своих домовых слуг в свои домашние дела, как бы вводил этих бояр в свой дворец, так что они считались как бы живущими во дворце. В таких случаях звание: «введенный боярин» соответствовало по значению позднейшему званию бояр комнатных или ближних.
Итак из двух элементов — дружинного (служилого) и земского составляется (с XI в.) один боярский класс, когда дружинники, осевшись, сделались местными землевладельцами, а земские бояре чрез дворцовые службы перешли в класс княжих мужей. Княжие дворы, продолжая существовать, приготовляли новые служилые элементы, постепенно вливавшиеся опять в земское боярство. Слово: «дворяне» (в замен «дружина» или «грид») появляется уже в XII в.: «Горожане же Боголюбстии и дворяне разграбили дом княж» (Ипат. лет. 1175). Но у нас не установилось немецкого различия Dienst-Adel и просто Adel. Боярство древней Руси не имело ни сословной корпоративности, ни сословных привилегий. Образованию корпоративности мешал земский характер древних русских государств. Каждая община (город, волость и даже село) имели своих бояр (равно как средних и меньших людей). Главным образом земское распределение классов препятствовало образованию корпоративности. Этому не противоречило то, что боярами собственно (т.е. такими, достоинство которых было признаваемо в целом тогдашнем государстве — земле) были лишь бояре старшего города. Сословное значение бояр определяется значением общины; все же население старшей общины признается боярским (высшим) в отношении к населению младших городов, хотя эти последние имеют своих бояр. Образованию сословной корпоративности препятствовали также и способы вступления в класс бояр, практиковавшиеся тогда. Боярином становился тот, кто занимал высшее место на службе (княжеской или земской) и приобретал более или менее богатое имущество. Личные качества (при возвышении в обществе) преобладали в древних славянских обществах над рождением и наследственностью. Рождение влияло на усвоение боярства лишь фактически, т.е. сыну боярина было легче достигнуть боярства. От этого фамильных прозваний древняя Русь не знала; летопись сообщает нам лишь имена, иногда отчества бояр.
При отсутствии корпоративности, класс бояр не мог пользоваться какими либо привилегиями (исключительными правами). В сфере личных прав, хотя огнищане (или княжие мужи) ограждаются двойною вирою при убийстве (Рус. Пр. Ак. 18, 21, Кар. 1 и 3) и двойною продажею «за муку», но это относятся только к княжим мужам и объясняется их личными отношениями к князю, причем князь взыскивает, под общим названием виры, не только уголовный штраф, но и частное вознаграждение. В сфере прав имущественных памятники приписывают боярам право владения селами (земельными имуществами), как бы принадлежащее им по преимуществу. Во всяком случай фактически землевладение принадлежало боярам более, чем лицам прочих классов. В сфере прав наследования боярам приписывают привилегии передавать наследство дочерям, при неимении сыновей; но такое право простирается не только на бояр, но и на всех свободных «людей», кроме смердов.
При Петре В. начинается образование из прежних служилых и тяглых классов нескольких сословий или состояний. При первоначальном образовании дворянского сословия Петром, оно получило наименование царедворцев, потом шляхетства, по примеру Польши и Литвы. Наименовать его дворянством в то время нельзя было потому, что в Московском государстве дворянами именовался низший чин служилых людей и такое название для боярина было оскорблением. Прежние московские чины были отменены Петром указами 1695 — 1703 г., но имевшие донашивали их в первой четверти XVIII в. Положительной мерой к образованию шляхетства, заменившего боярство, нужно считать указ о единонаследии 1714 г., которым поместья присвоены шляхетству на праве собственности, т.е. положено основание 1-ой и важнейшей привилегии дворян — владеть населенными имуществами не зависимо от службы. Вторым актом образования дворянского сословия был манифест Петра III 18 февр. 1762 об освобождении дворян от обязательной службы, после чего все, чем они вознаграждались за службу, обратилось в их привилегии. Окончательная организация сословий дана жалованною грамотою Екатерины II 1785 г., содержание которой основано на петициях самих дворян, заявленных ими при воцарении имп. Анны и в законодательных комиссиях Елисаветинской и Екатерининской. 
Ср. Ал. И. Маркевич, «История Местничества в Московском государстве в XV — XVIIвв.» (Одесса, 1888); В. Ключевский, «Боярская дума древней Руси» (Москва, 1888).
Д. Б.

Боярская дума.

Боярская дума. — Наименование: «боярская дума» не встречается в древних памятниках и образовано искусственно на основании сходных терминов («бояре думающие»). Боярскою думою назывался постоянный совет лучших людей (бояр) каждой земли, решавший (вместе с князем) высшие земские вопросы. Такой совет мог быть только в одном старшем городе земли. Советы старейших были и в пригородах, во они пользовалась не политическою, но лишь судебною и административною властью. Совокупность лиц, составлявших совет, называется нередко в летописях дружиною (по отношению к князю). При киевском князе в конце Х в. встречаем правительственный класс или круг людей, которые служат ближайшими правительственными сотрудниками князя. Эти люди наз. то боярами, то дружиной князя и составляют его обычный совет, с которым он думает о разных делах, об устроении земли. Владимир Мономах поучает детей каждый день ходить утром в церковь, затем «седше думати с дружиною, или люди оправливати» (судить). Эта боярская или дружинная дума была обычным, постоянным советом князя по делам военного и земского управления. Со времени принятия христианства подле князя являются новые советники, епископы. Рядом с боярами и епископами в составе думы Владимира замечается еще третий элемент. Он появляется в рассказе начальной летописи раньше принятия христианства князем. Когда возникал вопрос, выходивший из ряда обычных дел княжеского управления, советниками князя вместе с боярами являлись еще старцы градские. Так, в 987 г, Владимир созвал «бояры своя и старцы градские», чтобы посоветоваться о мерах, которые предлагали ему разные иноземные миссионеры. До Владимира летопись не говорит и о совете бояр, как о постоянном правительственном учреждении, каким она изображает совещания этого князя со своей дружиной. Однако, в этой же летописи остались следы, указывающие на то, что совет бояр был таким учреждением и до Владимира: начальная летопись не помнила отчетливо событий того далекого времени. Другое значение имеет ее молчание об участи городских старцев в совете бояр после Владимира, во времена к ней близкие и ей хорошо известные: это значит, что тогда старцев уже не призывали в думу киевского князя, или иначе — присутствие старцев в боярской думе не началось, а кончилось при Владимире.
Состав думы был очень определенный; именно, первоначальный состав думы (X в.) двойственный. В нее входят: бояре — высшие служилые люди. Всякий боярин был непременным членом думы, и именно в этом состояло его боярское отличие; летопись, рассказывая о потерях, понесенных русскими в войне Половецкой, восклицает: «где бояре думающие? где мужи храборствующие?». Князь не мог, в замен бояр, пригласить других лиц — не бояр. Старцы или старейшины составляют вторую половину древнейшей думы — это земские бояре; по поводу вопроса о принятии новой веры Владимир «созва бояры своя и старцы градские... И решили бояре и старцы: веси, княже, яко своего никто же не хулит, но хвалит...». Кроме этого постоянного состава думы, в ней участвовали (не всегда) высшие духовные сановники: епископы и игумены (главнейших монастырей): епископы советуют Владимиру Св. казнить разбойников; они же вместе с боярами дают потом противоположный совет. Особенно важное значение в совете киевского князя занимал митрополит (по тому влиянию, какое он мог проявить на други русские земли). При общем решении какого либо вопроса князьями двух или нескольких земель, происходили соединенные заседания и советов их. С высшим земским советом нельзя смешивать фактов совещаний князя временных и случайных, напр. военных советов во время похода, не только со своими военачальниками, но с союзниками и даже варварами. Число имеющих право участвовать в думе равняется числу бояр известной земли;. обыкновенный же состав думы равняется числу бояр, находящихся в данную минуту в месте совещания и нарочно вызванных из пригородов. При издании законов Русской Правды Ярославичами участвовали 5 советников (см. ак. сп. Р. Пр., ст. 18); при дополнении ее Владимиром Мономахом — 6 (см. Р. Пр. Кар. 66). С течением времени во многих землях число думцев возрастало (в В. Новгороде дошло до 300 — приблизительно).
Из поучения Мономаха видно, что заседание совета происходило постоянно (каждодневно). Но обыкновенно решения высших земских дел совершались не каждодневно, а по мере возникновения их. Обыкновенные заседания происходили во дворце князя. Дума составляет необходимый составной элемент власти в каждой земле. Боярская дума была не личным советом князя, который мог обратиться к нему или нет по произволу, — напротив, факты указывают на обязательность для князя совещаний с боярами, — обязательность, утвердившуюся обычаем (который тогда заменял закон). Тесная связь боярской думы с князем сохранилась лишь до тех пор, пока дума состояла главным образом из дружинников (дворян) князя, переезжавших с ним из одной земли в другую. С усилением в думе земского элемента, совет бояр получает все большую самостоятельность и становится ближе к вечу, чем к князю.
Права думы уясняются фактами участия думы в решении государственных дел. А именно: дума участвует в решении религиозных вопросов (ею при Владимире решено введение человеческих жертв, вопрос о посылки для исследования веры, вопрос о принятии христианства греческого исповедания). Она участвует в решении законодательных вопросов; Владимир рассуждал с дружиною о «строе и уставе земленем»; восстановление вир и отмена казни при Владимире совершены по совету бояр. Дума участвует в решении вопросов внутреннего государственного устройства, бояре участвуют в решении вопросов о распределении столов между князьями. Боярской думе принадлежит (вместе с вечем) право приглашать князя и рядиться с ним. Дума по преимуществу участвует в решении вопросов внешней политики, войны и мира: договоры заключаются от имени князя и его «светлых бояр». Думе (иногда вместе с вечем) предоставляется высший суд над князьями и членами их семейств, образцом чего может служить суд над Рогнедою, женою Владимира Св. за покушение на убийство мужа.
Под влиянием перемен, испытанных обоими господствующими классами в XI и XII вв. (старейшинами и княжими мужами-боярами) отношения между ними облеклись в своеобразные политические формы, которые существенно изменили состав правительственной думы при князе и самое ее значение. В Киеве, стольном городе великого князя, и в областных городах, где сидели его младшие родичи, при преемниках Ярослава, как и при его предках, князь с советом своих бояр стоял во главе управления. Но прежде этот совет был единственным высшим правительственным учреждением; теперь он должен был считаться с вечем, сходкой стольного города, деятельность которой до XI в. не оставила заметных следов в уцелевших памятниках нашей истории.
Дума и вече представляли собою не параллельные государственные институты и не разные правительственные инстанции, а два общественных класса, две различные политические силы, друг с другом соперничавшие. Эти учреждения различались между собою не столько правительственными функциями, сколько социально-политическими интересами. Отношения между обоими классами, интересы которых находили себе выражение в думе и на вече, в ХII в. основывались на взаимном соглашении, на договоре или «ряде». Князь, садясь на какой-либо стол, должен был прежде всего «утверждаться с людьми» обоюдным крестоцелованием. По понятиям веча, все отношения князя должны были держаться на крестном целовании, на договоре с политическими силами времени, среди которых он вращался. К числу этих сил принадлежали и старшие стольные города: князь должен был «взять ряд» с горожанами, чтобы укрепить свой стол за собою. Необходимость этого вытекала из положения, какое занимали тогда обе стороны, старшие города и князья со своими дружинами. Первый опыт политического объединения русской земли был делом дружных усилий торгового населения больших городов и военного класса, созданного в его среде внешними опасностями русской торговле IX в. Но это объединение разъединило прежних союзников и поставило их друг против друга. Указанная перемена тотчас отразилась на составе правительственного совета при князе; представителей торговой знати, в Х в. сидевших в думе рядом с боярами, не видим там в XI и XII в. Но политическая роль этой знати не пала, а только переместилась на другую сцену: перестав давать князю советников из своей среды, она стала заправительницей городского веча. При таком положении обеих соперничавших сил договор, «ряд» оставался единственным средством поддержания разрушившихся земских связей. Так, правительственный совет при князе стал чисто боярским, служилым. Общественное мнение тогдашней Руси давало большую политическую цену боярскому совету и считало его необходимым условием хорошего княжеского управления. Если князь не советовался с своими боярами, если он «думы не любяшет с мужми своими», летописец XII в. отмечал это, как признак недоброго князя. Советоваться с боярами было для князя не столько формальной обязанностью сколько практической необходимостью. Боярин был не столько слуга, сколько правительственный сотрудник князя, ответственный свидетель и участник его политических дум и предприятий. Князь должен был «являть» ему свою думу; в каждом важном деле предварительное соглашение князя с боярами предполагалось само собою. Бояре считали себя в праве отказать князю в своем содействии, если дело задумано без их ведома, а князя, действовавшего без бояр, общество встречало с недоверием. Князю принадлежал выбор советников; он мог изменять состав своего совета, но не считал возможным остаться совсем без советников, он мог разойтись с лицами, но не мог обойтись без учреждения. Трудно сказать, каково было административное положение членов думы, занимали ли все они какие либо должности вне думы или правительственное значение некоторых ограничивалось званием княжих советников. В думе князя XII и XIII вв. занимали важнейшие места должностные лица, служившие органами княжеского центрального и дворцового управления, а именно: дворецкий, печатник, стольник, меченоша, главный мечник и казначей.
По актам XIV и XV в. легко заметить сходство галицкой думы с польско-литовской радой и боярским советом господарства молдавского, куда из Галиции проникало русское влияние, не прекратившееся и после падения княжества Даниила Романовича. Там и здесь в госуд. совете присутствуют должностные лица, напоминающие советников древних киевских и галицких князей значением и даже иногда названиями своих должностей. Но в польско-литовской раде, как обозначается ее обычный состав в актах XV в., преобладали областные управители, воеводы, наместники и старосты, иногда соединявшие с этими должностями и придворные звания. Среди «жупанов», составлявших совет молдавского господаря XV в., самым значительным элементом был сложный штат собственно дворцовых сановников. Тот же элемент получает решительное преобладание в боярской думе Северной Руси XIV и XV в. Следовательно не столько иноземное влияние, сколько постепенное изменение княжеского хозяйства и связанного с ним управления действовало на состав боярской думы в старых княжествах Юго-Западной Руси. На верхней Волге XIV и XV вв. как и на Пруте и нижнем Дунае тех же веков, склад боярского совета был развитием того, что завязывалось в области среднего Днепра и верхнего Днестра XII вв. Уже при дворе Владимира Мономаха, как видим из его Поучения, существовали эти «наряды»: ловчий, сокольничий и др., из которых состоял дворцовый штат московского князя удельного времени.
Б. думу в Киевской Руси XI — XIII вв. надо отличать от двух других правительственных форм, в которых проявлялась политическая деятельность разных классов общества, от совещания князя со всей дружиной и от городового веча, на котором иногда также появлялся князь со своей дружиной. Б. дума была третьей формой, отличавшейся от двух других тем, что она была учреждением постоянным, действовавшим ежедневно. В обычном своем составе она была односословным советом, состоявшим из людей верхнего дружинного слоя, из бояр. Но в особых случаях в нее приглашались представители духовенства. Совещание с боярами были не политическим правом бояр или обязанностью князя, а практическим удобством для обеих сторон, не условием взаимного уговора, а средством его исполнения.
Наши привычные понятия о центральном и местном управлении мало приложимы к административному устройству удела. В нем действовали рядом два порядка учреждений, между которыми существовало отношение, совсем непохожее на то, какое мы привыкли представлять между органами центрального и местного управления. Один из этих порядков, который можно назвать центральным управлением, составляло дворцовое ведомство; другим была администрация наместников и волостелей, которая по своему отношению к правительственному центру далеко не походила на нынешнее областное управление. Но между этими обоими порядками существовал еще третий, посредствующий и смешанный, который не имеет ничего себе подобного в нынешнем управлении: это администрация частных привилегированных вотчинников. Указанные три ряда учреждений соответствовали трем разрядам, на которые делились земли в удельном княжестве по своему отношению к владельцу удела: первый ряд ведал земли дворцовые, второй черные, третий — земли служилые.
Средоточием первого порядка удельных учреждений был дворец князя в широком смысле этого слова: это было обширное хозяйственное ведомство, в котором предметами управления были, во первых, дворцовые земли, села, деревни и различные угодья с предметами дворцового потребления, потом дворцовые слуги и деловые люди с их разнообразными службами и изделиями на дворец. В этом ведомстве надо различать два главные отделения, между которыми довольно своеобразно распределялись обозначенные сейчас статьи княжеского дворцового хозяйства: одним был дворец в тесном смысле, состоявший под управлением дворецкого; другое отделение составляли дворцовые пути, т.е. были дворцовые ведомства, между которыми была разделена эксплуатация принадлежавших княжескому двору хозяйственных угодий. Управители дворцовых путей вместе с дворецким всего чаще являются при князе как его правительственные сотрудники; почти только из них и состояло высшее центральное управление в Северном удельном княжестве. К ним можно разве присоединить еще казначея с печатником, да тысяцкого с наместником, где они были. В этом поглощении центрального управления княжеским дворцом всего явственнее сказался политически характер северного удельного князя, хозяина землевладельца, для которого дворцовое хозяйство стало главным предметом правительственных заботь. Согласно со всем строем управления в княжестве удельного времени и Б. дума при тогдашнем князе является с такими особенностями, которые во многом отличают ее от позднейшего боярского совета московских государей, хотя последний развился прямо из первой. О княжеской думе удельного периода мы знаем больше всего по частным актам ХIV и ХV вв., в которых отражается ежедневный будничный ход высшего управления.
Высший правительственный класс или, точнее, личный состав высшего управления в княжестве удельного времени обозначается в княжеских грамотах XIV и XV вв. названием бояр введенных и путных или путников, т.е. начальников отдельных ведомств дворцовой администрации; из этих бояр введенных собственно и состояла боярская дума удельного времени. По актам XVI в. название «введенного» было уже устарелым словом, под которым разумели думного человека.
Правительственный совет князя удельного времени состоял из главных дворцовых приказчиков: так можно назвать бояр введенных, и такое название поддерживается языком актов древней Руси. В жалованных грамотах привилегированным лицам обычное выражение удельного времени: «сужу их яз, великий князь, или мой боярин введенный». Боярский совет при князе удельного времени не имел постоянного состава. Советниками князя были все его бояре введенные. Обычные заседания совета составлялись далеко не из всех бояр и трудно отгадать, чем определялся этот состав. Иные дела князь решал, «сгадав» с довольно значительным числом советников, даже иногда при участии высшего местного предводителя церковной иерархии, при решении других по-видимому столь же важных или столь же неважных дел присутствовало всего два три боярина.
По частным актам, уцелевшим от удельного времени, мы застаем боярскую думу в ее первоначальном, еще неотвержденном состоянии и можем следить, как из княжеского совета, случайного в изменчивого по составу в кругу дел, она превращается в учреждение с твердыми формами и определенною компетенциею. Главнейшие моменты в истории боярской думы Московского государства определяются отношениями ее к верховной власти. В XIV и XV вв. замечается бытовое совпадение деятельности думы с действиями княжеской власти, основанное на единстве интересов. Возвышение Московского княжества было вместе с тем возвышением могущества и богатства московских бояр. Отсюда успехи московского единодержавия, помимо поддержки духовенства, главнейшим образом объясняются содействием бояр. Князь Димитрий, умирая, дал такое завещание детям:"бояре своя любите, честь им достойную воздавайте противу служений их, без воли их ничтоже не творите" (Воскр. лет. 1389 г.). При Иоанне III все важнейшие акты государственной деятельности совершались по соглашению с боярами: женитьбу на Софье Палеолог Иоанн III предпринял так: «подумав о семь с митрополитом, матерью своею и бояры..... послал к папе» (Воскр. лет. Под 1469 г.). В XVI в. происходит борьба между самодержавною властью и боярами, начатая со стороны великого князя и продолженная со стороны бояр. Установившееся единодержавие собрало из всех княжеств местные боярские силы в одну Москву; кроме того, здешнее боярство усилилось огромною массою служилых князей, лишенных уделов, которые хотели вознаградить потерянную первую роль в деревне второю в Риме. С другой стороны, уничтожив уделы, лишив бояр права перехода и обратив их в служилых людей, великий князь не нуждался более в их содействии для укрепления своей власти. В малолетство Грозного (1533 — 1546) обстоятельства склонили весы в пользу бояр и в результате получились крайние злоупотребления власти боярами. Со времени воцарения Иоанна(1547), этот царь открыл сознательную борьбу с боярской парией, сначала мерами разумными, приблизив к себе людей худородных, обратившись к совету всей земли (зем. собору)и предприняв несколько здравых законодательных мер, ограничивающих значение удельных князей и бояр; позднее он пустил в ход жестокие казни и гонения (1560 — 1584), вызванные б. ч. не мнимою изменою бояр, а сознательною целью «не держать при себе советников умнее себя». Одною из мер борьбы было разделение государства на опричину и земщину. Земские дела были оставлены в руках бояр; даже ратные должны были решаться «государем, поговоря с бояры». В опричине Иоанн надеялся осуществить вполне свой новый идеал. Но именно здесь обнаружилась неосуществимость и непрактичность его идей; в учреждении земщины он сам признал себя побежденным, отделил верховную власть от государства и предоставил последнее боярам. В полемике Грозного с кн. Курбским сказались воззрения двух борющихся сил. Курбский, не посягая на верховную власть, стоит за старину в доказывает только необходимость для царя «совета сигклитского», т.е. совещаний с боярскою думою. Идеал Грозного: «жаловати сами своих холопей вольны, а и казнити вольны есмы». Ничто не препятствовало Грозному обходиться без боярской думы, не прибегая к казням: но он сам нашел это неосуществимым. Деятельность Грозного, не достигши цели, принесла лишь тот результат, что отделила интересы бояр от царской власти и заставила их в свою очередь уже сознательно обеспечить власть за собою на счет власти монархической. Конец ХV в. (с 1584 г.) и нач. XVII в. (1612 г.) — время таких попыток боярства и боярской думы. По смерти Феодора Иоанновича бояре требовали присяги на имя думы боярской.
В XVII в. господствует нормальное отношение боярской думы к власти царя, т.е. нераздельность действий той и другой, без взаимных посягательств на верховное значение последней и вспомогательную роль первой; государь без думы и дума без государя были одинаково явлениями ненормальными.
В состав думы Московского государства входили только бояре в древнем значении этого слова, т.е. свободные землевладельцы. Затем с превращением их в служилых людей возникло разделение на бояр вообще и бояр служилых в точном смысле. Высший класс служилых именуется"боярами введенными", т.е. введенными во дворец для постоянной помощи великому князю в делах управления. Другой низший разряд таких же дворовых слуг именуется путными боярами или путниками, получившими «путь» — доход в заведывание. Советниками князя, членами боярской думы могли быть только первые, т.е. бояре введенные, именуемые иногда «большими». Это и было переходом к образованию из боярства чина (дававшего потом право на заседание в думе).
Второй элемент, вошедший в состав боярской думы по мере уничтожения уделов, это — князья, делавшиеся советниками великого князя по своему званию князей, не нуждаясь вначале в особом назначении в чин боярина, так как считали свое звание выше боярского. Этот элемент преобладал в думе до конца XVI в., а с этого времени уже далеко не всякий князь попадал в думу; многочисленность служилых князей принудила сделать между ними выбор и проводить в думу лишь некоторых чрез чин боярина.
Кроме этих двух элементов в состав думы входили и некоторые должностные лица; так, присутствовать в думе мог окольничий, звание которое затем было обращено в чин. При Иоанне III право суда в управления принадлежало боярам и окольничим («Судити суд боярам и окольничим», Суд. 1497 г., ст. I).
В начале XVI в. великий князь начал вводить в думу людей худородных, простых дворян, которые и получили титул думных дворян, что опять превратилось в чин. Этот элемент особенно усилился вовремя борьбы Грозного с родовитым боярством. К атому же времени относится появление в думе и думных дьяков. При усилении письменного делопроизводства явилась и канцелярия при думе. Те дела, которые дума in corpore не могла вести, поручались думным дьякам, а именно: посольские, разрядные, наместные и быв. Казанского царства. Эти отрасли вверены дьякам, но как делегатам думы. Поэтому думных дьяков в XVI в. Было обыкновенно четыре. Такое положение выводило их из разряда секретарей; они становились министрами и, каждый по своему ведомству, имели право голоса в заседаниях думы, хотя членами думы не считались. При Алек. Мих. число думных дьяков увеличилось, при Феодоре Алексеевиче их было 14. Такой, исторически сложившийся, состав думы оставался неизменным и в XVII в.
Число членов думы только с XVI в. становится определеннее; со времен вел. кн. Василия Иоанновича ведутся уже списки членов думы; от Иоанна III к сыну его перешло 3 бояр, 6 окольничих, и дворецкий и 1 казначей. При Грозном число бояр понизилось вдвое, зато увеличилась неродовитая часть в состав думы: он оставил 10 бояр, 1 окольн, 1 крайчого, 1 казначея и 8 думных бояр. После Феодора Иоанновича число думных людей возрастает с каждым царствованием (за исключением Мих. Феодоровича). Так, при Борисе Годунове было их 30,в смутное время 47; при Мих. Феодор. — 19, при Алек. Мих. — 59, при Фед. Алек. — 167. Не всегда все члены думы собирались в заседания. Возможно — полные заседания думы происходили в особо важных случаях, в частности при созыве земских соборов (которых непременную часть составляла дума).Заседания думы происходили в царском дворце — «На Верху» и в Золотой Палате. По свидетельству Маржерета времен заседаний думы было от 1 часа до 6 часов дня (4 — 9 ч. утра). Бояре делили с царем все обыденные акты жизни: ходили в церковь, обедали и проч. По свидетельству Флетчера, собственно для обсуждения дел назначены были понедельник, среда и пятница, но в случае надобности бояре заседали и в другие дни.
Председательство в думе принадлежало царю, но он не всегда присутствовал; бояре решали дела и без него либо окончательно или же их решения были утверждаемы государем. Члены распределялись в думе по порядку чинов, а каждый чин — по местнической лестнице породы. Уложение ц. Ал. Мих. предписывает думе «всякия дела делати вместе». Этим косвенно утверждается начало единогласия при решениях. В конце XVII в. возникает особое отделение думы для судных дел: «расправная палата»,. состоявшая из делегатов думы (по несколько членов от каждого чина). Во время выезда бояр с царем из Москвы в поход, на месте оставляется несколько членов ее «для ведания Москвы». В эту комиссию думы шли все доклады из приказов, но окончательно решались ею только дела. меньшей важности; прочие отсылались к царю и находившимся при нем боярам.
Права думы не были определяемы законом, а держались, как факт бытовой, на обычном праве. Боярская дума была учреждением, которое не отделялось от царской власти. В области законодательной значение думы было указано в Цар. Судебнике «а которые будут дела новые, а в сем судебнике не написаны, и как те дела с государева докладу и со всех бояр приговору вершатся, — и те дела в сем судебник приписывати» (ст. 98, Уложение царя Алек. Мих., 1649 г.). Законодательными источниками были признаны: государевы указы и боярские приговоры. Общая законодательная формула была такова: «государь указал и бояре приговорили». Это понятие о законе, как результате нераздельной деятельности царя и думы, доказывается всею историею законодательства в Москов. государстве. Но из этого общего правила были и исключения. Так, упоминаются в качестве законов царские указы без боярских приговоров; с другой стороны есть ряд законов, данных в форме боярского приговора без царского указа:"все бояре на Верху приговорили". Царские указы без боярских приговоров объясняются или случайностью борьбы с боярством (при Грозном), или незначительностью разрешаемых вопросов, не требовавших коллегиального решения, или поспешностью дела. Боярские же приговоры без цар. указов объясняются или полномочием, данным на этот случай боярам, или отсутствием царя, и междуцарствием. Таким образом из этих случаев отнюдь нельзя заключать о раздельности законодательных прав царя и думы.
По вопросам внешней политики замечается такая же совместная деятельность царя и думы с конца XVI в., которая дополнялась еще участием земских соборов. Участие думы в делах внешней политики выражалось в постоянном учреждении т. н. «ответной палаты» при думе; дельцы посольского приказа не могли сами вести переговоры с иностранными послами; с послом «в ответах (говорит Котошихин) бывают бояре» — два, окольничий один или два, да думный посольский дьяк; в 1586 г. война со шведами решена царем «со всеми бояры». Только во времена междуцарствия и при самом начале правления Мих. Федоровича дума сносится с иностранными государствами от своего имени. Относительно суда и администрации дума является не одною из инстанций, а органом верховной власти, указывающей закон подчиненным органам. Судебные дела восходили в думу по докладу и по апелляции (ук. 1694 в II Собр. Законов №1491). Дума являлась собственно судебным органом только тогда, когда судила в качестве первой инстанции, а именно — своих собственных членов по действиям их, как судей и правителей в приказах, и по местническим счетам. В сфере администрации думе (вместе с царем) принадлежало право назначения центральных и местных правителей. Ведение текущих дел управления военного и поместного находилось под постоянным контролем думы, также как и самые приказы.
Около 1700 г. Петр В. уничтожил боярскую думу, как учреждение; но совещания с боярами продолжались в так наз. Ближней канцелярии (упом. с 1704 г.), которая сама по себе была не более, как личною канцеляриею царя и учреждением постоянным; но съезды бояр в канцелярии — уже не учреждение, постоянно действующее. В последующие годы, до учреждения сената, Петр, во время отъездов своих из столицы, поручал ведение дел нескольким лицам, но не доверял им и не полагался на них. В 1711 г. 22. февр., объявляя о войне с Турциею и собираясь уехать на театр войны, он поручил ведение дел тоже нескольким лицам, назвав совокупность их сенатом, который отнюдь не имел прежнего значения боярской думы и не был учреждением политическим.
Таким образом, боярская дума была учреждением, тесно связанным с судьбою известного класса Московского общества; она была политическим учреждением, которое создавало московский государственный и общественный порядок и им руководило. По своему специальному составу это было аристократическое учреждение. Такой его характер обнаруживался в том, что большинство его членов почти до конца XVII в. выходило из известного круга знатных фамилий и назначалось в думу государем по известной очереди местнического старшинства. Единственной постоянной опорой устройства и значения боярской думы был обычай, в силу которого государь призывал в управление людей боярского класса в известном иерархическом порядке. Крепость этого обычая создана была историей самого Московского государства. 
Ср. В. Ключевский, «Боярская дума древней Руси» (издание второе, Москва, 1883); проф. М. Ф. Владимирский-Буданов, «Обзор истории русского права» (изд. второе с дополнениями, 1888 г.); Ал. И. Маркевич, «История местничества в Московском государстве в XV — XVII. век.» (Одесса, 1888 г.); Забелин, «История русской жизни»; Чичерин, «Опыты по истории русского права».
Д. Б.

Боярышник

Боярышник, Кратегус (Crataegus L.) — родовое название весьма известных и распространенных кустарников из семейства розоцветных (Rosaceae и подсем. яблочных, Pomaceae). Род этот обильно распространен по всей умеренной полосе старого света; листья всегда разрезные, лопастные, перисто-надрезные, при основании клиновидные. Ветви у некоторых видов с шипами. Цветки, около полудюйма в поперечнике, по типу всех розоцветных, белые, с 5 частями чашечки и венчика, многими тычинками и 2 — 5 гнездной (почти нижней притом) завязью; собраны в мутовчатые соцветия, как и у рябины. Плоды — костянки, подобные рябине, но лишенный ее аромата и вкуса. Дико встречается во всей средней Европе Б. обыкновенный, Crataegus охуаcantha L., и часто разводится в садах, с другими видами (Crat. monogyna Jacq., Sanguinea Pall.), как весьма прочная и непроницаемая живая изгородь, быстро разрастающаяся.
А. А.

Браге 

Браге (Tycho Brahe, а не Тихо де Б.) — знаменитый астроном, род. в Кнудструпе 14 декабря 1546 г.; с 13 года стал изучать науки в копенгагенском университете. Здесь предсказания астрономов, относительно солнечного затмения 21 августа 1560 г., возбудили в нем такой интерес, что он решился всецело посвятить себя астрономии. Но это не согласовалось с видами его родителей, и, когда, спустя два года, он отправился в заграничное путешествие, вместе с своим учителем, то последнему было строго наказано наблюдать за тем, чтобы молодой Б. исключительно занимался науками юридическими и государственными; таким образом, только по ночам, тайком от всех, мог он предаваться своим любимым занятиям. Купив себе небольшой небесный глобус, он стал отыскивать звёзды на небе и с помощью деревянного циркуля вычислять расстояние между ними. Единственным руководством служили ему книги, которые он покупал на свои карманные деньги и которые мог читать только украдкой. Несмотря на такие неблагоприятные условия, он в 1563 году наблюдал прохождение Сатурна через Юпитер и открыл ошибки в вычислениях Коперника. По возвращении в Данию в 1565 г., Б. получил значительное наследство и мог с тех пор беспрепятственно отдаться своей любимой науке. В 1572 г. он открыл новую звезду в созвездии Кассиопеи, звезду, которая через два года опять скрылась. В 1573 году, по предложению датского короля Фридриха II, Б. читал некоторое время лекции математики в Копенгагене, а потом предпринял новое путешествие в Германию, Швейцарию и Италию, Б. думал прочно водвориться в Базеле, но датский король пожаловал ему принадлежащий теперь Швеции остров Гвеен в Зундском проливе; затем, назначив знаменитому астроному постоянное годовое содержание, король вызвался построить ему здания и доставить инструменты для его математич. и химич. занятий. Таким образом на острове Гвеен в 1580 возник великолепный Ураниенбург, на сооружение которого и сам Б. издержал крупную сумму из собственных денег. Описание инструментов, служивших Б. для его занятой в Ураниенбурге, по большей части медных, можно найти в его сочинении: «Astronomiae instauratae mechanica» (Вандсб., 1598). Ученые из дальних стран и даже многие государи (в числе их был и король английский Иаков I), посещали Б. на его острове. Тут же постоянно окружали его студенты, приходившие учиться под его руководством. Тут же изобрел он названную по его имени планетную систему, ничего впрочем не прибавившую к его славе и скоро забытую, а также определил меридиан своей обсерватории и составил каталог неподвижных звезд. Во многих этих трудах помогала ему сестра его Софья. При преемнике Фридриха II, Христиане IV, благодаря проискам врагов Тихо Б., пребывание на острове Гвеене и потом в Копенгагене стало для него до того тягостно, что в 1597 году он вместе с семейством навсегда оставил отечество. Спустя два года, он поступил на службу к императору Рудольфу II, и вблизи Праги, тогдашней резиденции двора, ему отвели сперва императорский замок Бенак, а потом другой дом, из которого Рудольф предполагал создать новый Ураниенбург. Но 24 октября 1601 г. Б. умер. Тихо Б. принадлежит к выдающимся ученым своего века, и сам Кеплер многим обязан ему. Он может считаться основателем практической астрономии и точностью своих наблюдений и превзошел всех своих предшественников. Из его астрономических сочинений, которые все написаны на латинском языке, кроме уже названных выше, следует отметить: «Astronomiae instauratae progymnasmata» (2 т. Прага, 1602; Франкф., 1610); «Opera omnia» (Прага, 1711, Франкф., 1648). Драгоценное собрание его астрономических и других инструментов, купленное императором Рудольфом II, пропало после сражения при Белой горе; уцелел только один секстант, до сих пор сохраняющийся в Праге. Громадный небесный глобус, из меди, который, говорят, стоил 5000 талеров, после многих приключений попал в Копенгаген и там погиб при пожаре замка в 1720 г. В 1876 г. Б. поставили в Копенгагене статую по модели Биссена. Жизнь Б. описали Гассенди (Пар., 1655), Гальфрехт (Гоф, 1798), Педерсен (Копенг., 1838) и Фриис (Копенг., 1878); последний начал также издание переписки Б. (Копенг., 1876 и след.). Ср. также сочинение Гасснера: «Tycho В. und J. Kepler in Prag» (Прага, 1872).

Брадикардия

Брадикардия. — Замедление сердечных сокращений, имеет весьма важное значение в патологии человеческого организма, так как вызывает целый ряд тяжких расстройств в отправлении органов, обязанных исключительно недостаточной доставке артериальной крови. Замедление сердцебиения, доходящее в некоторых случаях до 20 и менее ударов в минуту, находится в зависимости от 2 причин: или от раздражения сердечных ветвей блуждающего нерва, или от переутомления и понижения возбудимости двигательных нервов и узлов сердца. Как одно, так и другое, может быть периферического или центрального происхождения. Все случаи брадикардии могут быть подразделены на 3 группы: 1) токсическая брадикардия, 2) брадикардия центрального происхождения и 3) брадикардия механического и дегенеративного происхождения. Токсическая Б. обязана угнетающему действию, которое производят на сердечные узлы так называемые сердечные яды, как напр. дигиталис, пилокарпин, морфий, мускарин, никотин, хлороформ, хлоралгидрат и др. Б. центрального происхождения сводится к раздражающему действию различных ненормальных условий на центр задерживающих нервов в продолговатом мозгу, что имеет место наприм. при воспалении мозговых оболочек, при опухолях и кровоизлияниях в области продолговатого мозга или по соседству с ним, усиление внутри черепного давления и т.д. Рефлекторно появляется замедление сердцебиения при многих заболеваниях брюшной полости и при раздражении чувствительных концевых аппаратов в коже. Самую обширную группу замедленных сердцебиений составляют брадикардии механического и дегенеративного происхождения. Сюда относятся случаи брадикардии при заболеваниях сердечной мышцы, при жировом перерождении сердца, при склерозе венечных артерий, при экссудативном перикардите, при выздоровлении от истощающих болезней, особенно после тяжелых форм крупозной пневмонии и рожи и, наконец, при душевных болезнях.
Наиболее резкое замедление сердечных сокращений наблюдалось при артериосклерозе и атероматозе сердечных сосудов, причем пульс доходил до 7 ударов в минуту. Причина замедления сердечных сокращений при этих заболеваниях сердечных сосудов сводится к атрофии отдельных частей мышечного аппарата сердца. Высокие степени брадикардии сопровождаются обыкновенно отдельными приступами одышки, болей в области сердца и вообще комплексом явлений, характеризующих грудную жабу (angina ресtoris).

Брайтон 

Брайтон (Brighton) — город и одно из любимейших мест морских купаний в Англии в графстве Суссекс, у Ла-Манша, лежит под 50°50' сев. шир. и 0°8' зап. долг. (Гр.), в 50 милях по железной дороге от Лондона. Жителей считается 118 тысяч, занимающихся ловлей макрелей и сельдей. Как морское купанье Б. занимает одно из первых мест в Европе. С конца сентября по январь здесь пребывает родовая и денежная аристократия Англии. Для купающихся имеется множество колесных кабин (будочек) и превосходные, роскошно устроенные заведения для всякого рода ванн. Климат здоровый, южный, равномерно теплый, воздух сухой, туманов нет. Берег хорош и прибой волн умеренный. Температура моря в купальный сезон колеблется в среднем между 15° и 16,25° Ц. Вдоль морского берега имеется обширная набережная, с целой шеренгой великолепных дворцов. Жизнь в Б. очень дорога, развлечения крайне разнообразны. Главный сезон в сентябре и октябре, но купаются и до декабря.

Браконьерство 

Браконьерство — самовольная охота на чужих землях. В первобытном обществе все естественные произведения и плоды, появляющиеся на свет без приложения труда человеческого, считались даром Божиим и общим достоянием, а право завладения ими принадлежало всем и каждому. Только значительно позже, с дальнейшим развитием цивилизации, это право ограничивается в интересах собственника земли, на которой такие произведения произрастают, частью также в интересах государства, как верховного собственника всех земель. Со времени признания права охоты принадлежностью землевладения, самовольная охота стала вызывать против себя меры уголовные. Но так как народные воззрения продолжают еще признавать запрет охоты посягательством на естественное право, принадлежащее каждому человеку по отношению к дарам природы, то законодательства всех стран, сообразуясь со степенью развития означенных воззрений, устанавливают за самовольную охоту, наказания значительно меньшие, чем за посягательства против таких имуществ, к созданию которых приложен труд человеческий. Меры наказания за самовольную охоту колеблются между легким денежным штрафом (у нас в России) с лишением свободы и некоторых гражданских прав (в Пруссии), но Б. не только не искореняется, а с каждым годом постоянно увеличивается. Во Франции, например, в 1844 г. было совершено 6231 охотничье преступление, а в 1878 году — 24445. Отношения между сторожами и браконьерами до того. обострились, что, в последнее время, все иностранные охотничьи журналы, особенно немецкие, только и наполнены, что сведениями о столкновениях между оберегателями охотничьих угодий и дичекрадам. Ежегодно десятки сторожей делаются жертвами своего долга. В одной Бельгии, например, за 11 последних лет было убито браконьерами 135 сторожей. Последние, в свою очередь, на законном основании, оберегая свою жизнь, безнаказанно стреляют чуть не в каждого встреченного ими вооруженного человека. Вследствие обширности охотничьих угодий и, сравнительно с другими государствами, редкому населению, в России понятие о браконьерстве, до последнего времени, настолько было чуждо народным взглядам, что русский язык не выработал даже своего коренного выражения для обозначения этого понятия, хотя законы, карающие самовольную охоту, начали издаваться у нас еще с царствования Алексея Михайловича. Почти до самого освобождения крестьян от крепостной зависимости, охота в России, можно сказать, была свободна и только в последнее двадцатипятилетие, замечательное оживлением охотничьего дела, собственники земель стали принимать более решительные меры для ограждения прав своих на живущую в их владениях дичь. Действующая, по русскому охотничьему законодательству, ст. 146 Мир. Уст., подвергает виновных в самовольной охоте денежному взысканию не свыше 25 рублей. но в настоящее время в государственный совет внесен проект новых охотничьих законов, значительно строже относящихся к самовольной охоте.
С. Б.

Браманте 

Браманте (собственно Довато Лаццари) — известный итальянский архитектор и превосходный художник живописец, род. 1444 г. в Монте-Асдроальдо в герцогстве Урбино. Свою художественную деятельность Б. начал в Милане, где жил в 1486 — 99 гг.; он был учеником фра Карнавале. Б. следует признать одним из самых выдающихся художников Ломбарды до появления школы Леонарда да Винчи. Но вскоре успехи Б. в области архитектуры затмили его славу живописца. С 1476 г. он построил в Милане хоры церкви С-та-Мария делла Грацие, церковь С-та-Мария прессо Сан-Сатиро и др. здания; во всех этих постройках заметно возвращение к античной архитектуре, но без рабского подражания ей; напротив, все постройки Б. проникнуты живым, свободным духом художника, сумевшего сочетать античные формы в архитектуре с замечательным изяществом. После падения Людовика Сфорцы, Б. отправился в Рим, где ему оказывали покровительство папы Адександр VI и Юлий II. В Рим Б. вращался в кружке знаменитейших художников того времени, между прочим Микель Анджедо и Рафаэля, из которых первый относился к нему враждебно, а второму Б. оказывал особенное покровительство. Первым большим архитектурным предприятием Б. было порученное ему папой Юлием II соединение ватиканского дворца с садами Бельведера и образование из них одного грандиозного целого; но сооружения, возведенные с этой целью Б., впоследствии подверглись многочисленным перестройкам. Вторым предприятием Б. было сооружение храма св. Петра, основание которому было положено в 1506 г. Этой грандиозной постройки Б. кончить не удалось; он умер в 1614 г., когда только начаты были постройкой отдельные части собора, а его преемники многократно отступали впоследствии от первоначальной идеи, которая руководила Б. при составлении плана величественного храма св. Петра. Из других построек Б. в Риме наиболее замечательны: здание папской канцелярии и дворец Жиро (ныне Торлониа). Б. был величайшим архитектором своего времени, в постройках которого стиль Возрождения достиг высшей степени своего совершенства. Ср. Пунджильоне, «Memorie intorno alla vita ed alle opere di В.» (Рим, 1836); «I capi d'arte di В.» (Милан, 1870).

Брамс 

Брамс (Иоган) — один из наиболее крупных современных немецких композиторов, род. 7 мая 1833 года в Гамбурге. Сын бедных родителей (его отец занимал место контрабасиста в городском театре), он не имел возможности получить блестящего музыкального образования, и изучал игру на фортепиано и теорию композиции у Эд. Маркзена, в Альтоне. Дальнейшему усовершенствованию обязан самому себе. В 1847 году Б. впервые выступил публично, как пианист. Позднее, в 1853 г., он познакомился с Роб. Шуманом, к высокому дарованию которого питал особенное благоговение, Шуман отнесся к таланту Б. с большим вниманием, о чем и высказался весьма лестно в критической статье, в специальном музыкальном органе: «Neue Zeitschrift fur Musik». Первое произведение Б. — фортепианные пьесы и песни, изданы в Лейпциге, в 1854 г. Постоянно переменяя свое местопребывание в Германии и Швейцарии, Б. написал целый ряд произведений в области фортепианной и камерной музыки. С 1862 г. он поселился в Вене, где был капельмейстером в «Singakademie», а с 1872 — 74 дирижировал известными концертами общества «Musikfreunde». Позднее, большую часть своей деятельности Б посвятил композиции. Им написано более 80-ти произведений, как то: одноголосные и многоголосные песни, серенада для оркестра, вариации на Гайдновскую тему, для оркестра, два секстета для струнных инструментов, два фортепианных концерта, несколько сонат для одного фортепиано, для фортепиано со скрипкой, с виолончелью, фортепианные трио, квартеты и квинтеты, вариации и разные пьесы для фортепиано, кантата «Rinaldo» для соло тенора, мужского хора и оркестра, рапсодия (на отрывок из Гётевского «Harzreise im Winter») для соло-альта, мужского хора и оркестра, «Немецкий реквием» для соло, хора и оркестра, «Triumphlied» (по поводу Франко-Прусской войны), для хора и оркестра; «Schicksalslied», для хора и оркестра; скрипичный концерта, две увертюры: трагическая и академическая. Но особенную славу доставили Б. его симфонии. Уже в ранних своих произведениях Б. выказал самобытность и самостоятельность. Благодаря упорному труду, Б. выработал себе стиль. О его произведениях, по общему их впечатлению, нельзя сказать, чтобы Б. находился под влиянием кого либо из предшествовавших ему композиторов. Но при этом надо заметить, что стремясь к самостоятельности и оригинальности, Б. нередко впадает в деланность и сухость. Самым выдающимся произведением, в котором творческая сила Б. сказалась особенно ярко, оригинально, является его «Немецкий реквием». Среди массы публики имя Б. весьма популярно, но ошибутся те, которые подумают, что эта популярность есть следствие его собственных сочинений. Б. переложил венгерские мелодии на скрипку и фортепиано, и эти мелодии, под названием «венгерских танцев», вошли в репертуар целого ряда самых выдающихся скрипачей виртуозов, и послужили, главным образом, к популяризации в массе имени Б.

Брандмауер 

Брандмауер — стена, выводимая поперек дома и выше крыши из камня или кирпича, предназначаемая для предупреждения распространения пожара, как в каменных, так и деревянных домах. Если эта стена есть продолжение капитальной стены каменного дома, то толщина ее сверх потолка должна быть не менее одного кирпича. В случае значительной ширины дома ее усиливают пилястрами в 11/2 кирпича. Если же Б. ставится на меже отдельно, то толщину ему дают как свободно стоящим стенам, от 1/12 до 1/8 их высоты, а именно: брандмауерам, сложенным из булыжного камня, дают 1/8 , а при тщательной работе, из кирпича в 1/12. Если бы высота Б. вышла очень большой, а вследствие этого и его толщина, то для избежания бесполезной траты материала — достаточно вывести отдельные столбы требуемой толщины, а промежутки заполнить тонкими стенками. Расстояние между столбами зависит от толщины стенок заключенных между ними, чем эти стенки тоньше, тем расстояние между столбами меньше и наоборот. Высота Б. на меже не должна быть менее высоты отделяемого строения с крышей, сложенной с одним аршином. Брандмауеры в строениях должны возвышаться поверх крыши не менее 1 аршина и не иметь никаких отверстий. Верх Б. покрывается листовым железом или цинком. У нас в законах имеются особые положения о возведении Б. и разъяснения сената, а именно: по Уст. Строит., том ХII, ч. I., ст. 352 — каменное строение дозволяется возводить сплошное без разрывов, с наблюдением только, чтобы на чердаках в крыше были Б., отделяющие дом от соседнего, и чтобы на больших домах, длиною более двенадцати сажень, было, смотря по пространству, по несколько Б. на капитальных стенах. По ст. 445 хозяин дома может требовать: чтобы сосед 4) не делал окон и дверей в брандмауере, отделяющем кровлю смежных зданий.
Разъяснение Прав. Сента: 1) При отсутствии в законе точного определения того, какой толщины каменная стена должна быть признаваема Б., этот вопрос, требующий специальных знаний, должен быть разрешаем судом, не иначе, как при участии экспертов (1874, 572). 2) В каменном, нежилом, т.е. холостом строении. нет надобности устраивать особый Б., для предохранения построек соседа от пожара. Ст. 353 применяется исключительно к жилым строениям и не распространяется на строения нежилые, каково бы ни было их назначение (1882, 53). 3) Возведение в городах деревянных построек прежде устройства Б., в тех случаях когда в них настоит надобность, не соответствует точному разуму прим. к 361 ст. Уст. Стр. (по прод. 1863), ни цели, с которою издано это законоположение. 4) Приговаривая к ответственности по ст. 66, суд должен присудить обвиняемого как к денежному штрафу, так и к обязанности снести неправильно построенное или возвести В., ибо правило, изложенное в ст. 361 Уст. Стр. безусловно обязательно при возведении новых деревянных зданий, независимо от того, возводятся ли таковые в старых или новых кварталах, с тою лишь разницею, что в первых, в замен разрывов, допускается устройство Б. (1872, 143).
Э. Ф.

Бранль 

Бранль (Branle, Bransle) — старо-французский круговой танец (хоровод) с быстрыми движениями, с пением и припевом, повторяющимся после каждой строфы.

Брант 

Брант (Севастьян Brant) — известный немецкий сатирик XV в., род. 1458 г. в Страсбурге, изучал юриспруденцию и классическую литературу в Базеле, в 1484 получил право преподавания и в 1489 — звание доктора обоих прав. Император Максимилиан даровал ему титул пфальцграфа и звание советника. Спор Б. с францисканским монахом Вигандом Виртом о догмате бессемянного зачатия окончился (1513) в его пользу. Б. умер 10 мая 1521 г. в Страсбурге. Своею известностью Б. менее обязан многочисленным латинским стихотворениям, чем большой сатирической поэме: «Narrenschif oder das Schiff von Narragonia» (Баз. 1494), в которой очень зло и метко бичует пороки и глупость своих современников. Книга эта долгое время пользовалась огромной популярностью среди народа, благодаря здравому смыслу, прямоте и остроумию, а также знанию жизни и людей, которыми она проникнута. Она многократно издавалась впоследствии и переделывалась, и переведена не только на латинский (пер. Якова Лохера, Базель, 1497), но и на большинство европейских языков. Новейшие издания выпустили Штробель (Кведлинбург, 1838), Царнке (Лейпциг 1854, с комментариями) и Гедеке (в «Deutsche Dichter des 16 Jahrbundert», т. 7, Лейпц., 1873). Собрание латинских стихотворений Б., имеющих исключительно историко-литературный интерес, появилось в Базеле(1498). Кроме того, Б. обработал: «Freidank»(изд. в Страсб., 1508). Ср. Царнке, «Zur Vorgeschichte des Narrenschiffs» (2 отд. Лейпц., 1868 — 71).

Брашов 

Брашов или Коруна (нем. Krohnen, лат. Corona Stephanopolis, мадьярское Brassо) — самый большой город Седмиградии, с 37000 жит.

Брентано 

Брентано (Людвиг-Иосиф, обыкновенно наз. Lujo Brentano) — политико-эконом, род. 18 дек. 1844 г. в Ашафенбурге, гимназию посещал в Аугсбурге и Ашафенбурге и в 1861 г. отправился в Дублин, где в течение года слушал лекции при университете; затем посвятил себя изучению политической экономии, юриспруденции и истории в Гейдельберге, Мюнхене, Вюрцбурге и Геттингене и в течение года состоял членом статистической семинарии в Берлине, директором которой был Энгель. Последнего Б. сопровождал в его научном путешествии в Англии, где имел случай познакомиться с положением английских рабочих и особенно с рабочими союзами. Плодом этой поездки было его сочинение: «Diе Arbeitergilden der Gegenwart» (2 т. Лейпциг, 1871 — 72 г.). Сделавшись в 1871 г. приват-доцентом в берлинском университете, Б. в 1872 г. отправился опять в Англию. В том же году он получил приглашение занять в качестве экстраординарного профессора кафедру политических наук в Бреславле, где в 1873 г. был выбран ординарным профессором. Когда поднялся спор между школой немецких фритредеров и катедер-социалистами, Брентано примкнул к последним (ср. его полемические статьи: «Ueber Einigongsдmter. Eine Polernik mit Dr. Alex Meyer», Лейпциг 1873 года и «Die wissenschaftliche Leistung des Herrn L. Bamberger», Лейпциг, 1873 г.). Но с самого начала его воззрения сильно расходились с воззрениями склонных к государственному социализму таких катедерсоциалистов, как напр. А. Вагнер, Г. фон Шеель и др.; и когда в 1875 г. на Эйзенахском конгрессе Рудольф Мейер пытался склонить «Общество социальной политики» к государственному социализму, то попытка эта не удалась, благодаря, главным образом, стараниям Брентано и Шмолера. Из сочинений Б. важнейшие, кроме вышеупомянутых: «Das Агbeitsverhaltniss gemass dem heutigen Recht»(Лейпциг, 1877 г.), «Die Arbeiterversicherung gemass der heutigen Wirtschaftsordnung» (Лейпциг, 1879 г.), «Der Arbeiter-Versicherungszwang, seine Voraussetzungen und seine Folgen» (Берлин, 1881 г.), «Die christlich-sociale Bewegung in England» (Лейпииг, 1883).
Кроме того, он писал статьи исторического и политико-экономического содержания в «Preussische Jahrbucher» и в «Jahrbucher fur Nationalokonomie und Statistik» Гильдебранда. Между этими статьями особенно замечательна статья о чартистском движении в Англии. Им же обработан отдел: «Die gewerbliche Arbeiterfrage» в издаваемом Шенбергом: «Lehrbuch der роlit. Oekonomie» (Тюбинген, 1882).

Брест-Литовск

Брест-Литовск (древнее Брестье или позже Берестов, по-польски Brzesc) лежит на правом берегу р. Западного Буга, при слиянии с ним pp. Муховца и Шлеерки, под 52°05 сев. шир., 22°40 вост. долг. от Гринвича, на высоте 135 метр., при пересечении железн. дорог:Московско-Брестской, Киево-Бресто-Граевской, БрестоБрянской, Варшаво-Тереспольской, Жабинко-Пинской и Бресто-Холмской; Б. Л. вместе с тем пристань на Западном Буге, здесь же и начало Днепровско-Бугской водной системы. Сюда сходятся шоссейные дороги: из Москвы и Киева, которые после Б. Л, сливаются в одно Бресто-Варшавское шоссе. Б. принадлежит к числу древнейших славянских поселений и основание его относят ко времени Ярослава, который два раза осаждал Б., принадлежавший полякам. В истории Карамзина о Б. упоминается в 1099 г., во время борьбы Давида Игоревича с великим князем Святополком Изяславичем. По другим источникам, основание Б. положили православные монахи, поселившиеся в этой местности в первые времена введения христианства в России и основавшие общежительный монастырь во имя преподобного Симеона Столпника; этот монастырь дал начало городу, в котором процветало православие до соединения Литвы с Польшею. Находясь на рубеже России, Литвы и Польши, Б. был ядром частых споров и неоднократно переходил из рук в руки: то к князьям галицким, волынским, то к полякам или литовцам. В 1241 г. татары, а в конце XV века крымский хан Менгли-Гирей сожгли и разорили город; кроме того, город пострадал: в 1379 г. от Тевтонских рыцарей, сжегших и разграбивших его предместья; в 1657 г. от семиградского князя Ракочи, а в 1706 г. от шведов. С 1340 г. город сделался достоянием Литвы и стал известен под названием Б. Литовского; для города настала лучшая пора — он стал развиваться и приобрел политическое значение. После формального соединения Литвы с Польшею, последовавшего в 1509 г. на Люблинском сейме, Б. назначен был главным городом воеводства и имел: православные храмы, костелы, синод кальвинистов и знаменитую еврейскую синагогу. В 1583 г. в нем открыта первая аптека, а с 1588 г. в нем начали устраивать мостовые. Особенную историческую известность Б. приобрел бывшими в нем в 1590, 1594 и 1596 гг. церковными соборами, провозгласившими, несмотря на протест большинства представителей Православной церкви и земских послов, соединение, унию церквей Восточной и Западной, под главенством римского первосвященника, с сохранением обрядов и богослужения на славянском языке. С этого времени начинается падение православия в городе, так как некоторые из православных церквей обращены были в униатские, другие, в том числе рождественский монастырь, разрушены или сожжены; в 1819 г. сгорела последняя православная Симеоновская церковь, а в 1823 упразднен Симеоновсюй монастырь и только в столовой монастыря устроена приходская церковь для небольшого числа православных горожан, которая, при постройке крепости, была снесена в 1834 г., и город остался без православной церкви. С падением Польско-литовского государства начинается упадок Б.: частые пожары, грабежи польских войск, войны совершенно разорили город. При втором разделе Польши Б. отошел к России и в 1796 г. назначен уездным городом Слонимской губернии, в 1797 г. вошел в состав Литовской, а с 1801 г. — Гродненской губернии. В XVII столетии укрепления Б. состояли из пятиугольного замка с бастионами; но по присоединении Б. (от Польши) к России (1796 г.) признано было нужным сильнее укрепить его. Однако, осуществление этого намерения оттянулось до 1833 г., когда открыты были крепостные работы; через 5 лет Б. представлял собою уже сильный опорный пункт для полевой армии. С тех пор укрепления его постепенно расширялись и усиливались. В настоящее время Б. — крепость 1-го класса, состоящая из цитадели (оборонительная казарма на острове), главной ограды (преимущественно бастионного начертания), передового форта «Граф Берг» и еще 7 отдельных передовых укреплений. В новой воен. истории Б. памятен по сражению, происходившему около него 7 сент. 1794 г., между русскими, под начальством гр. Суворова, и польским отрядом Сераковского, причем поляки были разбиты на голову и рассеяны. В 1851 г. заложена в крести церковь во имя св. Николая Чудотворца, которая после неоднократных перестроек окончена только в 1876 г. В 1845 г. утвержден городской герб. Старый город находится за чертою крепости в 600 саж. От нее. Новый город расположен к северо-востоку, в 11/2 версты от крепости, на правом берегу р. Муховца, на ровной, песчаной, отчасти болотистой местности. Б. имеет важное торговое значение, находясь на большом водном пути из Черного моря в Балтийское и на пересечении железных дорог, соединяющих Москву с Варшавою и Одессу с Кенигсбергом. Развитие города в последние годы идет быстро вперед: так, в 1860 г. в нем было жилых домов 812 и жителей 19342 д. об. п., а в 1889 г. в нем числилось — 2663 здания и 41615 д. об. п. (21508 м. п. и 20107 ж. п.), в том числе дворян потомственных и личных 206, духовенства православного белого 25, католического 2, иудейского 2, граждан потомственных и личных 19, купцов 400, мещан 82588, цеховых 906, крестьян всех наименований 925, колонистов 12, регулярных войск 5011, бессрочно-отпускных 811, отставных нижних чинов 280 (с их семьями), солдатских детей 277 и иностранных подданных 161 д. об. п. По вероисповеданиям: православного 7357, римскокатолического 5888, протестантского 223, иудейского 27005, магометанского 1142 об. п. Число браков 337, родилось 1259, умерло 1009, прирост от перевеса рождений над смертными случаями 250 д. об. п. В городе числится 248 каменных зданий и 2415 деревянных, в том числе каменных лавок 170, деревянных 111, театр 1. Православных церквей две, из коих собор во имя преподобного Симеона Столпника заложен был в 1862 г.; 1 костел и 1 каплица; 1 евангелическо-лютеранский молитвенный дом, 2 еврейские синагоги и 32 молитвенных дома; городская больница, еврейский богадельный дом, гостиный двор, таможня, значительные провиантские магазины, пристань; замечателен по обширности и красоте новый железнодорожный вокзал. Из учебных заведений имеется мужская прогимназия с приготовительным классом, с 148 учащимися, уездное училище, брестское городское приходское училище, брестское крепостное приходское училище, с женскими сменами, начальное еврейское училище. Фабричная и заводская промышленность не особенно значительно развиты, как видно из следующих числовых данных: в городе 10 фабрик и 60 заводов, при 1102 рабочих, в том числе малолетних 220; производят всего на сумму 238842 р. с. В течение года в Б. бывают две ярмарки. В Б. кроме крепостных войск имеют штаб квартиры: 2-я пехотная дивизия, 6-й пехотный либавский полк, 7-й пехотный ревельский полк, 8-й пехотный эстляндский полк. Ср. «Полное собрание летописей», ч. l, V и VII; Balinski, «Starozytna Polska», ч. III; «Гродненские губернские ведомости»,. 1846 г., № 40; «Военно-стат. обозрение: Гродненская губерния» 1849 г., т. IX. ч. 3; «Журн. Мин. Внутр. дел» 1843 г., кн. 1; «Современник», 1853 г., т. XXXIX; «Городские поселения Российской империи», 1861 г., т. II; П. Бобровский, «Материалы для географии и статистики России» 1863 г., ч. II; «Православное обозрение»1866 г., т. XIX, март; «Нива», 1877 г., №5; Памятные, книжки Гродненской губернии с 1880 по 1891 г.

Брилиант 

Брилиант — особый вид шлифовки драгоценных камней; применяется преимущественно для алмазов, почему. Б. и является почти синонимом шлифованного алмаза.

Британские острова

Британские острова — архипелаг у западных берегов Европы; он состоит из двух больших островов: Великобритании и Ирландии, и множества малых (Мен, Силли, о-ва Шэтландские, Оркадские, Гебридские и мн. др.); расположен между 60° 52' и 49° 53' сев. шир. и между 1° 45' вост. и 10°40' запад долг.; обнимает площадь в 314170 кв. км. (5705 квадр. миль), с населением 34938406 жителей (1881). На долю Великобритании приходится 217841 квадр. км. (3956 квадр. миль), Ирландии — 83614 квадр. км. (1518 кв. миль), а из остальных 1127 островов и утесов только 10 имеют свыше 400 кв. км. Великобритания в месте с Ирландией образуют «Соединенное королевство»; остров же Мен и острова, расположенные в канале Ла-Манш, не причисляются к Б. островам.

Британский музей в Лондоне

Британский музей в Лондоне — замечательнейшее в свете собрание книг, рукописей, монет, произведений древнего искусства и др. редкостей. Возникновением и быстрым ростом своим обязан главным образом щедрости частных лиц. Происхождение сокровищ его связано прежде всего с именем Роберта Коттона, внук которого в 1700 г. подарил стране «на общее пользование» библиотеку и коллекцию монет, медалей и других редкостей, собранную его дедом; парламентским актом управление этими коллекциями поручено было особым попечителям (trustees), причем с 1730 г. они помещены были в Ashburnham-House (Westminster). Следующее имя, с которым связана история Б. музея, — имя Ганса Слона: в 1702 году богатый лондонский судохозяин Куртон завещал свои драгоценные коллекции (минералогическую, ботаническую, картинную, гравюрную и скульптурную) Слону, лейб-медику короля и второму (после Ньютона) президенту Royal Society, который и сам был обладателем богатого музея. Последний, соединив все эти коллекции со своим музеем, поместил их в принадлежащем ему замке Чельси. В завещании своем (умер в 1753 г.) он укрепил за своими согражданами право вечного пользования его замком и музеем, под условием уплаты наследникам его 20000 ф. ст. Как раз в то же время герцогиня Портлендская, последняя владетельница рукописей Роберта Гарлея, предложила парламенту купить их за 10000 ф. ст. Парламент актом 1753 г. постановил приобрести музей Слона, рукописи Гарлея и, соединив их с упомянутой уже библиотекой Коттона в одно целое, открыть к ним доступ публике. Этим положено было основание Б. музею. За недостатком средств оказалось необходимым прибегнуть к лотерее, которая и дала 100000 ф. ст. Помещение в замке Чельси оказалось недостаточным, вследствие чего и приобретено было в Great-Russel-Streat громадное здание Montagu-House, окруженное парком в 7 акров (покупка стоила 10000 ф. ст., переделка 12000 ф. ст.). В 1759 г. музей был открыт. Парламентским актом 1853 г., положившим основание музею, управление им поручалось 41 попечителю; 6 из них должны были быть представителями семейств Коттона, Слона и Гарлея (family-trustees), 20 должны были быть замещены известными должностными лицами (к ним принадлежали архиепископ кентерберрийский, лорд-канцлер, спикер палаты общин и другие);эти 26 человек избирали затем 15 остальных членов из известных ученых и лиц, содействие которых так или иначе могло быть полезным для музея. Директор учреждения назначался правительством и назывался principal librarian, так как библиотека (library) была важнейшею частью учреждения с самого его основания; у него были три помощника (keepers): для печатных книг, для рукописей и для естественно-исторических коллекций, к которым позже присоединены были древности. По уставу 1759 г. музей должен был быть открыт для публики ежедневно, за исключением субботы и воскресенья; но публичным, в обширном смысле этого слова, он сделался только в начале следующего столетия, так как до этого времени для получения входного билета приходилось очень долго ждать очереди. Бюджет музея был в первое время очень не велик; чиновники получали ничтожное содержание и относились к делу очень небрежно; коллекции не умножались и находились в беспорядке. Только в начале текущего столетия, по вступлении в должность 4-го директора музея, сэра Иосифа Планта (1799 — 1827), музей начал быстро развиваться. 4 отделения его (печатные книги, рукописи, древности, естественно-исторические коллекции) были приведены в порядок и открыты 3 раза в неделю в течение 40 недель в году. Интерес публики к учреждению быстро возрастал: так, в 1807 г. выставки музея осматривали 13000 чел., в 1827 г. — 80000; читателей было в 1800 г. — 200, в 1825 г. — 22000. В 1812 г. парламент вотировал добавочный кредит по 1000 ф. стерл. на 4 года для пополнения важнейших пробелов. Кредит этот сделался вскоре постоянным и стал в то же время быстро увеличиваться. Еще при жизни Планта решена была перестройка MontaguHouse, которая закончена была только в 1852 г., и производилась по планам архитекторов, братьев Роберта и Сиднея Смирке. В это то время воздвигнут был и знаменитый, лучший в мире читальный зал Б. музея: круглая, с куполом, зала (43 метра в диаметре и 32 метра вышиной), в которой легко могут работать 300 чел.; места для читателей расходятся радиусами, в центре же устроено возвышение для дежурных чиновников. Постройка зала стоила более 150000 ф. стерл. (подробности о нем см. в книге Собольщикова: «Обзор больших библиотек Европы» (Спб., 1859 г.). Быстрым последующим развитием своим музей обязан исключительно двум непосредственным преемникам Планта — Henry Эллису (до 1856) и Антонио Паницци (до 1866 г.), в особенности же последнему, который поставил себе целью жизни поставить Б. музей выше парижской Национальной библиотеки (его доклады попечителям представляют замечательные проекты систематизации покупок книг и ряд остроумных соображений по вопросу о составлении каталогов печатных книг). Особенно важны были для развития музея ревизии, которые парламент через нескольких своих членов производил почти каждые десять лет. Результаты парламентских ревизий (1835, 49, 50, 60, 75 и т.д.) изложены в громадных томах, составляющих часть Parliamentary Papers; каждая из них влекла за собой какую либо реформу в организации управления музея, или же расширение его бюджета. В особенности замечательны в этом отношении ревизии 1849 — 50 гг., после которых преобразован был совет попечителей. Он должен был состоять отныне из 50-ти членов: 25 мест в совете принадлежат по прежнему известным должностным высокопоставленным лицам, 9 — представителям семейств, оказавших особые услуги музею своими пожертвованиями; остальные 15 членов избираются пожизненно, и 1 назначается правительством. Эти 50 членов собираются каждые две недели во время парламентских сессий и один раз в месяц во время вакаций. С 1850 же года, на основании заключения ревизионной комиссии, эти 50 членов стали выбирать из своей среды постоянный комитет (standing-committee), который, состоя из 18 членов, должен вести текущие дела, директор музея исполняет обязанности секретаря комитета. Вторая крупная реформа произошла в 1875, когда Б. музей разделен был на 12 следующих отделов, и каждый под управлением особого хранителя: 1) печатные книги, 2) рукописи, 3) древности восточные, 4) древности средневековые и этнография, 5) древности греческие и римские, 6) монеты и медали, 7) карты и топографические рисунки, 8) эстампы, 9) ботаника, 10) зоология, 11) палеонтология, 12) минералогия. Этот чересчур смешанный характер коллекции музея, который, как говорили, грозил превратить его в базар, изменился коренным образом, когда в 1881 г. 4 последние отдела его перенесены были в знаменитый, воздвигнутый между 1873 — 80 г. Кенсингтонский естественно-исторический музей. В настоящее время Б. музей имеет громадный штат служащих (число их превышает 300): в каждом отделе, кроме главного хранителя (Keepers Departments) имеется несколько помощников (assistant keepers) и прикомандированных (assistants), которые опять таки подразделяются на старших и младших.
Бюджет музея в 1873 г. был определен в 100000 ф. стерл., потом он еще увеличивался до 1883 г., но затем был уменьшен в видах экономии. Бюджет этот распределяется следующим образом: на жалованье служащим 55000 ф. стерл. (из них Principal Liorarian получает 1200ф.). Интерес публики к учреждению продолжает быстро возрастать. Число читателей, которых в 1881 г. было 123000, в 1887 г. возросло до 180000, число ежедневно требуемых книг равнялось в 1887 г. 1200. К занятиям в читальном зале и рукописном отделении допускаются лишь лица, имеющие специальное разрешение директора музея, для получения же такого разрешения необходима рекомендация более или менее известного лица или ручательство какогонибудь домовладельца; вторым принципом является запрещение выдавать книги на дом. Число посетителей музея в год доходит до 800000. Музей открыт по понедельникам, средам и пятницам с 10 ч утра до 4, 5 и 6 ч. вечера (смотря по времени года). Читальный зал открыт ежедневно (кроме праздников) до 7 часов вечера. С 1881 г. в нем введено электрическое освещение. Первую неделю месяцев февраля, мая и октября музей закрыт совершенно.
Рассмотрим сначала библиотеку печатных книг и рукописное отделение, а затем скажем несколько слов и о других коллекциях музея.

I. Библиотека Британского музея

I. Библиотека Британского музея считается, после парижской Национальной, самой богатой в мире, но по порядку и по совершенству каталогов может быть поставлена на первое место. И тем, и другим она обязана главным образом упомянутому уже Павицци, который первый обратил внимание на то, чтобы соблюдалось давнишнее парламентское постановление, предписывающее безвозмездную доставку библиотеке каждой книги, выходящей в Великобритании.
В общем библиотека имеет в настоящее время почти 2000000 т., в числе которых имеются лучшие, чем где бы то ни было в мире, коллекции; так, литература СевероАмериканских Штатов представлена в библиотеке лучше, чем в самом Нью-Йорке; замечательны коллекции книг на еврейском (12000 т.), китайском (27000 т. ) и различных восточных языках (13000); довольно богато собрание сочинений, написанных на славянских наречиях (10000). Едва ли не самое замечательное в библиотеке — это ее каталоги. Каталог, расположенный по именам авторов и занимающий 2000 томов, устроен так, что печатное заглавие вновь поступившей книги может быть вставлено на подлежащее место. Затем, в 1882 г. преступлено было к составлению алфавитного каталога заглавий; в каталог этот внесено было уже около миллиона заглавий, когда составление его было приостановлено в виду возбужденных сомнений в возможности довести это предприятие до конца. Некоторые слова этого каталога напечатаны отдельными оттисками и являются таким образом прекрасными специальными библиографиями. Кроме того, отдельно напечатаны каталоги периодических (6 частей и указат.) и академических изданий (5 ч. и указ.). Далее отметим: «List of books of reference in the readingroom of the British-Museum» (1871), «List of bibliographies, classified catalogues and indexesin the readingroom of the British-Museum» (1881) — каталоги справочных книг и библиографических изданий, которые, в количестве 20000 томов, находятся в читальном зале библиотеки и предоставлены в распоряжение читателей. В 1867 г. вышел каталог еврейских книг, за ним последовали в 1876 г. каталог книг на санскритском, в 1877 г. на китайском, и в 1886 — на бенгальском языках.

II. Рукописное отделение

II. Рукописное отделение составилось из целого ряда коллекций, купленных у разных частных лиц или завещанных этими последними. При этом некоторые коллекции сохранены в том виде, в котором они поступали в библиотеку, остальные же рукописи (сюда вошли между прочим такие коллекции, которые по незначительности своей не заслуживают быть выделенными особо) соединены в одно целое. Все рукописи каталогизированы, причем мы имеем каталоги двух родов: инвентарные каталоги коллекций и других рукописей и специальные описи рукописей известного рода, выделенных из коллекции рукописного отделения (о каталогах этих см. статью Meyer'a в «Revue critique», 22 сент. 1884). Из вошедших в состав рукописного отделения коллекции особенно замечательны: 1) Рукописи Слона, числом 4100. 2) Рукописи Коттона, числом 900, относятся все к истории Англии и составляют во многих отношениях как бы дополнение рукописей Record office. 3) Рукописи Гарлея, числом 7539; для грамот и документов, находящихся в коллекции Гарлея (числом 14236), имеется особый литографированный инвентарь. Для истории образования библиотеки Harley'a важен, сохранившийся дневник его библиотекаря Ванлея. 4) Библиотека древних королей английских (Old royal), подаренная Георгом II, заключает. в себе замечательные собрания рукописей архиепископа Кранмера, Генриха, принца Уэльского и др. К старому каталогу ее имеется рукописное дополнение, составленное в 1832 г. 5) Коллекция юридических рукописей (числом 499), купленная у юриста Фрэнсиса Гаргрева, в 1813 году за 8000 ф. стерл.: 6) Так наз. Lansdowne collection(1245 рук.), приобретенная в 1807 году, заключает в себе бумаги лорда Burleigh, первого министра Елисаветы и многих друг. государственных деятелей. 7) Библиотека Th. Burney'a (524 рукописи), состоящая по большей части из рукописей классиков, была приобретена в 1818 г.; указатель к ней был написан вместе с указателем Arundel collection (см. №10), 8) King's collection (не следует смешивать с вышеупомянутой Oldroyal coll.), состоящая из 446 томов рукописей; каталог ее, составленный в 1841 г., еще не напечатан: 9) Коллекция так называемых «mss. Еggеrton», число которых в настоящее время превышает 3000. Начало этой коллекции положено было в 1825 году, когда лорд Эджертон завещал Б. музею коллекцию из 607 разных рукописей и 906 грамот и ежегодную ренту в 12000 франков для приобретения новых рукописей. 10) Так называемая «Arundel collection» — часть коллекции, принадлежавших Говарду, графу Арондельскому, который всю свою жизнь (1593 — 1646) посвятил собиранию рукописей; к сожалению коллекции его по смерти собирателя их рассеяны были по разным местам; часть рукописей разделена была в 1681 г. между Royal Society и College of arms. И только в 1834 г. первое из этих учреждений передало Британскому музею те 550 рук., которые достались на его долю. 11) Рукописи лорда Асбернгама, который в 1863 г. продал музею одну из четырех принадлежавших ему коллекций, а именно — Stowe-collection, самого разнообразного содержания; они частью уже описаны.
Что касается остальных, не вошедших в упомянутые коллекции рукописей, грамот и документов (additional collection, additional charters), то им ведется особый тщательный инвентарь: «Catalogues of additions to the mss. in British Museum» (число внесенных сюда рукописей доходит до 35000; тут же описываются и те, которые приобретаются на средства, завещанные лордом Эджертоном); кроме того, в читальной зале имеется литографированный инвентарь грамотам и документам (additional charters) в 10 томах, — число их также доходит до 35000. Рукописи, за исключением особенно ценных и грамот, предоставляются в распоряжение занимающимся в общем читальном заде. Для занятий же особенно ценными рукописями и актами имеется специальный зал, где находится замечательный систематический каталог рукописям. Он состоит из 110 томов, на листы которых наклеиваются заглавия взятые из всех других, как печатных, так и рукописных каталогов Британского музея; каждый том этого каталога посвящен какому либо отдельному предмету, так напр. т. 15 посвящен государственным бумагам, тома 109 и 110 — печатям (Index of seals). Некоторые из томов этого каталога уже начали появляться в печать. Кроме коллекций каталогов имеются еще следующие, которые обнимают однородные рукописи во всех коллекциях рукописного отделения: каталог восточных рукописей сирийских, эфиопских, персидских и испанских. Сюда же можно отнести: «Index to the pedigrees (родословным) and arms (гербам) contained., in the genealogical mss. in the Brit. Mus.» И «Catalogue of romances in the dep. of mss. inthe British Museum»; см. заметки Омона о греческих рукописях Британского музея в «Bibl. de l'Ecole des Chartes» (1884).

III. Музей.

Переходя к музею, укажем прежде всего на коллекцию египетских древностей, которая занимает большую галерею в 92 м. длины и несколько небольших зал. Основанием ей послужила коллекция египетских редкостей, собранная французским ученым Деви и попавшая в 1801, после капитуляции Александрии, в руки англичан; она подарена была музею Георгом Ш; кроме него, коллекцию эту обогатил своими приношениями герцог Нортумберландсий. Общее число №№ ее превосходит 10000. Далее, следует коллекция ассирийских древностей, без сомнения богатейшая в Европе. Она составилась, главным образом, из статуй и барельефов, которые в 1847 — 56 гг. Лейард, Рассам и Лофтус добыли во время своих раскопок (из дворца Сеннахериба и Ассурбанапала в Куюнджике и др.); новое обогащение ее последовало после раскопок, произведенных ассирологом Смитом в 1873 — 1875 гг. Коллекция греческо-римских древностей занимает 12 зал. В нее вошли так наз. «Phigalion marbles» (из храма Аполлона в Фигалии), «Elgin marbles» (главн. образом из афинского Парфенона; эти шедевры греческого искусства вывезены были из Греции английским послом в Константинополе лордом Эльджином и проданы им в 1816 Музею), «Xanthian» или «Lycian marbles» (произведения ликийской скульптуры, которые в 1845 г. подарил музею Ч. Феллоуз), найденные Ч. Ньютоном на развалинах древнего мавзолея в Галикарнассе: «Halicarnassian marbles»; далее, необходимо отметить остатки знаменитого храма Дианы в Эфесе, которые в 1869 — 71 гг. нашел один из чиновников музея Вуд, и коллекцию классических древностей времен римских императоров, которая главным образом составилась из коллекции, купленной в 1806 году у наследников знаменитого собирателя Тоунле. В 1864 году куплена была часть древностей, находившихся в палаццо Фарнезе в Риме и принадлежавших бывшему королю неаполитанскому. В 1872 г. куплена была так наз. «Castellani-Collection», коллекция античных камней, благодаря которой этот отдел Британского музея считается богатейшим в своем роде. Из других коллекций богатейшей в Европе считается коллекция ваз; основанием ей послужила, купленная еще в 1782 году у английского посланника в Неаполе Вильяма Гамильтона коллекция этрусских ваз, которая особенно увеличилась в 1856 г. приобретением коллекций сэра В. Тэмпльса. В 1880 г. куплена была коллекция ваз, найденных на острове Кипре. Один из богатейших в Европе, нумизматический кабинет (число монет и медалей превышает 200000) Британского музея особенно обогатился после того, как в 1825 г. один из наиболее деятельных попечителей музея, Ричард Найт (Knight), подарил ему свою драгоценную нумизматическую коллекцию. Особенно богаты коллекции греческих, римских и в особенности английских монет. Отметим, наконец, коллекцию гравюр, стекла, майолики и т.п. Коллекции средневековых древностей не представляют ничего особенного, уступая далеко коллекции Кенсингтонского музея; коллекция же английских древностей могла быть прямо названа, бедной и только в последнее десятилетие на нее обратили внимание. Ср. G. Perrot, «Le Musee Britanniqae» («Revue des deux Mondes», 1875 — 76); «Br. Museum acounts of the income and expenditure» (печатаемые с 1813 г. ежегодно); Condan, «Memories of the British Museum» (Лондон, 1871); Edwards, «Lives of the fonnders of the British Museum» (Лонд., 1870).
А. Б — о.

Брожение 

Брожение представляет особый химический процесс, вызываемый так наз. ферментами. При процессе брожения сложная частица органического вещества распадается на более простые, т.е. заключающие меньшее число атомов. Среди громадного числа брожений, как самопроизвольно протекающих в природе, так и искусственно вызываемых человеком, то брожение, которое возникает в содержащих сахар жидкостях и носит название алкогольного, спиртового или винного, было раньше других замечено и изучено с наибольшей тщательностью. Наблюдая предоставленный самому себе сок винограда, человек уже в глубокой, почти доисторической древности заметил, что в течение известного промежутка времени с соком совершается и притом без всякой видимой причины удивительная метаморфоза. Он теряет свой сладковатый вкус и приобретает способность опьянять; в тоже время выделяются пузырьки газа, приводящие жидкость, как бы в слабое кипение (от лат. fervere — кипеть некоторые производят и самое слово «ферментация», синоним брожения); наконец в самой жидкости появляются муть и осадок, состоящие из особого вещества, так наз. дрожжей. Какова внутренняя связь только что поименованных явлений — долгое время оставалось полнейшей тайной. Лишь в нынешнем столетии работами Шванна, Гей-Люссака, Каньяра-де-Латура, Мейена, Митчерлиха, Пастера, Рееса, Брефельда, Ад. Майера, Ганзена и др. был разъяснен механизм спиртового брожения. Оказалось, что спиртовое брожение может происходить в самых разнообразных сахаристых жидкостях, как искусственно приготовляемых, так и естественно встречающихся в природе. Виновником, основной причиной брожения нужно считать тот осадок, те дрожжи, которые появляются в бродящей жидкости. Исследуя дрожжевой осадок под микроскопом, заметили, что он весь состоит из мельчайших одноклеточных грибков. Грибок этот был назван Saccharomyces cerevisiae: по своему циклу развития, исследованному Реесом, он принадлежит к так назыв. аскомицетным грибам. Под влиянием жизнедеятельности только что названного грибка сахар бродящей жидкости распадается на алкоголь (опьяняющее вещество) и на углекислоту (выделяющиеся пузырьки газа). Кроме этих двух главнейших продуктов распада, существуют еще и второстепенные: глицерин и янтарная кислота.
Каким именно образом грибок разлагает сахар, в чем состоит внутренний механизм брожения, это до сих пор совершенно неизвестно. Служит ли ему сахар непосредственно пищею, а алкоголь и угольная кислота являются продуктами отброса (экскретами), или же гриб является производителем специфического, разлагающего сахар аморфного фермента, это должны решить будущие исследования (о молекулярнофизической теории Негели, химические и физиологические подробности). Одно только несомненно: Б. наступает лишь тогда, когда присутствуют живые дрожжевые клетки. Если жидкость, находящуюся в оживленном Б., нагреть до 60 — 70° Ц., то Б. сейчас же прекращается, так как при этой температуре дрожжевые грибки уже умирают. Разрушая дрожжевые клетки механическим путем, напр. растирая их в ступке с битым стеклом, мы тем самым уничтожаем навсегда их способность производить брожение. Много есть и химических деятелей, которые, действуя на Saccharomyces ядовито, останавливают тем самым и брожение. Итак, процесс брожения стоит в самой тесной интимной связи с жизненными процессами дрожжевого грибка; мертвая субстанция дрожжей никогда не в силах его вызвать. Благодаря чрезвычайно широкому, почти повсеместному, распространению дрожжевых клеток в природе, брожение легко наступает везде, где только имеются предоставленные самим себе сахаристые жидкости. В эти жидкости сахаромицеты обыкновенно падают прямо из воздуха; в виноградный сок они попадают с поверхности ягод винограда при раздавливания последних. Само собой понятно, что при таких условиях жидкость может заселиться различными породами дрожжей и брожение будет носить не чистый, а смешанный характер. Там, где Б. должно идти быстро и интенсивно и вместе с тем с строго определенным химическим характером, а это все именно и требуется при фабрикации пива и водки, там прибегают к особым разводкам или культурам дрожжевого грибка. Получив путем культуры чистый дрожжевой материал (определенный вид и порода), им засевают подлежащие брожению жидкости (сусло).
После того как природа дрожжей, как определенного грибного организма, выяснилась, естественно должен был возникнуть вопрос: принадлежит ли способность производить спиртовое брожение одному только Saccharomyces (S. cerevisiae и близкие к нему виды), или же этою способностью обладают и другие грибы. Произведенные в этом направлении исследования показали, что хотя ни один растительный организм не в состоянии производить такое интенсивное брожение, как Saccharomyces, но что существуют все таки некоторые грибы, которые, при особых и притом ненормальных для их жизни условиях, в состоянии вызвать слабое брожение. К таким грибам относится, наприм., Saccharomyces mycoderma, затем разные плесени: Mucor racemosus, М. circinelloides и М. mucedo. Нормально эти грибы вегетируют на поверхности жидкости и никакого брожения не вызывают. Если же их погрузить в жидкость и заставить таким образом вести иной образ жизни, они приобретают способность производить спиртовое брожение.
Что касается до материала подлежащего ферментативному изменению под влиянием дрожжей, то таковым является, как уже сказано, сахар. Однако не всякий сахар одинаково легко подвергается процессу спиртового брожения. Наприм., обыкновенный, тростниковый сахар, как таковой, не бродит, тогда как виноградный и плодовый сахар (декстроза и левулёза) и мальтоза бродят легко. Впрочем, если мы жидкость, заключающую тростниковый сахар, приведем в соприкосновение с дрожжами, то через известный промежуток времени брожение все таки наступит. Объясняется это тем, что дрожжи выделяют особый, растворимый в воде фермент, так наз. инвертин, под влиянием которого тростниковый сахар распадается на виноградный и плодовый, а эти уже подвергаются процессу спиртового брожения. Кроме описанного спиртового брожения, существует много других брожений, вызываемых, главным образом, бактериями и рассмотренных поэтому в главе о бактериях. Развиваясь в среде, предназначенной для спиртового брожения, напр. в пивном сусле, эти ферментативные бактериальные процессы причиняют подчас много хлопот и убытков (молочнокислое, слизевое и др. брожения), так как под влиянием жизнедеятельности бактерий сахар распадается не на алкоголь и угольную кислоту, а на совершено иные продукты. К процессам брожения относят также и те своеобразные процессы распада, которые называются тлением и гниением, равно как и те изменения органической субстанции, которые происходят под влиянием неорганизованных аморфных ферментов и играют столь выдающуюся роль при питании как животных, так и растений. Подробнее о брожении см.: Де-Бари, «Ueber Schimmel und Hefе» (Берлин, 1873); Визнер, «Einleitung in die technische Microskopie» (Вена, 1867); Пастер, «Etudes sur le vin» (2 изд., Париж, 1873); Пастер, «Etudes sur la biere» (Париж, 1876); Шютценбергер, «Les fermentations» (Париж, 1879); Ад. Майер. «Lehrbuch der Garungschemie» (Гейдельберг, 1879); Буркело, «Les Fermentations»(Париж, 1889); A. Jorgensen, «Die Mikroorganismen der Garungsindustrie» (2 изд., Берлин, 1890).
Г. Н.

Бром 

Бром (Bromum; химич. форм. Br, атомный вес 80) — неметаллический элемент, из группы галоидов, открытый в 1826 г. французским химиком Баларом в маточных растворах солей морской воды; название свое Б. получил от греческого слова BrwmoV— зловоние. Одновременно с Баларом, по словам Ландольта, Б. был получен Лёвигом из маточных растворов солей крейцнахских источников; но в то время, когда Лёвиг занялся приготовлением вещества в больших количествах, появилась работа Балара. Б. никогда не встречается в природе в свободном состоянии, а лишь в соединении с различными металлами. Вместе с хлором (и йодом) он содержится в морской воде (в виде бромистого натрия и магния);но количество его здесь незначительно: на 1 литр приходится около 0,06 гр. Б. (однако в Мертвом море, на глубине 300 метров, содержание его доходит до 7 гр. на литр). Гораздо богаче бромом маточные растворы, получающиеся при добыче поваренной соли в некоторых местностях (Шёнебек, близ Магдебурга, соляные заводы Пенсильвании и др.) или при добыче солей калия, в Стассфурте и Леопольдсгалле. Стассфуртские копи, вместе с некоторыми американскими источниками, доставляют главную массу брома. Б. затем найден во многих минеральных водах (крейцнахских, старорусских и др.): в Чили и Мексике он встречается в виде бромистого серебра; чилийская селитра также содержит небольшие количества Б.; наконец, в золе морских водорослей присутствуют между прочим и бромистые металлы. Добычу Б. в заводских размерах производят следующим образом: маточные растворы, содержащие бромистые металлы, обрабатывают в каменных сосудах перекисью марганца и серной кислотой, в струе водяного пара; пары Б. и воды идут по свинцовой трубке в змеевик со стеклянным форштосом, а оттуда в трехгорлую вульфову склянку, служащую приемником; в начале операции гонится почти чистый Б., затем начинает выделяться хлористый Б., а под конец разложения появляется свободный хлор. По цвету газов в стеклянном форштосе легко различить эти три фазы операции; гонку следует прекращать, лишь только начнут выделяться желтые пары хлористого Б. Не успевший сгуститься Б. отводят в особый сосуд с водой и железными стружками, где и происходит окончательное поглощение. Чтобы по возможности избежать примеси хлора, маточные растворы обрабатывают предварительно слабой серной кислотой, причем выделяются соляная и бромистоводородная кислоты; смесь нагревают при 120°; соляная кислота удаляется в виде газа, а бромистый водород остается в растворе; кислую жидкость отделяют от осевших сернокислых солей и обрабатывают серной кислотой и перекисью марганца; пары Б. отводят сначала в пустую вульфову склянку, а затем в сосуд с раствором едкого натра, где они и поглощаются, образуя бромистый натрий и бромноватонатриеву соль; раствор выпаривают досуха, остаток прокаливают и получают из него обычным путем чистый Б. Для добычи Б. устраивают также сложные аппараты, действующие непрерывно; такого рода приспособление имеется, напр., на заводах в Леопольдсгалле; сущность его заключается в том, что навстречу маточному раствору, падающему в виде мелкого дождя сверху, в особой башне, направляется с известной силой струя водяных паров и хлора; этот последний вытесняет Б., который отводится по особой трубке, помещенной в верхней части башни, в приемник, а обработанный раствор стекает вниз, где в особо приспособленной камере, лишается при помощи струи водяного пара небольших количеств свободного Б. и хлора и затем отводится наружу; остатки Б., хлор и водяной пар своим чередом непрерывно идут опять в башню, действуют на новое количество раствора, и таким путем процесс идет непрерывно. Полученный на заводах Б. не представляет чистого вещества, а содержит главным образом в виде примеси хлор (собственно хлористый Б.), а также йод; этого последнего нет в продажном стассфуртском Б. Хлор удаляют, промывая Б. водою, затем сушат промытое вещество серной кислотой и перегоняют с термометром, собирая порцию, кипящую при 58°; для удаления йода, полученный этим путем Б. переводят в бромистый калий, растворяют его и обрабатывают раствор бромом, причем выделяется йод, который извлекают взбалтыванием с сернистым углеродом. Из очищенного таким образом бромистого калия уже легко приготовить чистый Б., не содержащий йода. Если растворить Б. в крепком растворе бромистого кальция и обработать все водой, то осаждается Б., не содержащий хлора. Чистый Б. представляет темно-бурую жидкость, почти черную в толстом слое, выделяющую красно-бурые пары; запах его удушливый, едкий, сходный с запахом хлора; пары сильно разъедают слизистые оболочки носа и дыхательных органов. Уд. вес Б. при 0° — 3,1872 (Пьерр), при 15° — почти 3,0; температура кипения 58,7°; замерзает при охлаждении в буроватую кристаллическую массу, плавящуюся при — 7° (Рамзай и Юнг); в воде растворим; на 1 часть Б. при 5° требуется 27 ч. воды, при 15° — 29 ч. Водный раствор Б. имеет оранжевый цвет и носит название бромной воды; при охлаждении, из раствора выделяются красные кристаллы соединения, содержащего 10 частиц воды на частицу брома: Br2+10H2O. Температура полного распадения этого гидрата +6,2° (В. Розебом).
Б. хорошо растворим в эфире, хлороформе, сероуглероде и может быть извлечен этими жидкостями из водных растворов; растворы бромистого калия, бромистоводородной и соляной кислоты также растворяют значительные количества Б. Вместе с хлором, йодом и фтором Б. составляет естественную группу галоидов и занимает по химическим свойствам средину между хлором и йодом: подобно прочим своим аналогам, Б. прямо соединяется с металлами, образуя соли; с водородом дает одноосновную бромистоводородную кислоту; способен замещать водород и с кислородом образует окислы кислотного характера. Если водный раствор Б. выставить на солнечный свет, то бурая окраска жидкости постепенно пропадает; появляется кислая реакция и весь Б. вступает в соединение с водородом воды, а кислород становится свободным:
H2О+Br2=2HBr+О.
Этой реакцией обусловливаются окислительные свойства Б. в присутствии воды. В тех или других условиях Б. способен прямо вступать в соединение со многими элементами (но не с углеродом и кислородом), иногда с выделением большого количества тепла. С хлором Б. дает жидкий, летучий хлористый Б.; при действии Б. на крепкие растворы щелочей образуются бромистые металлы и бромноватокислые соли; водный раствор аммиака разлагается с выделением свободного азота и бромистого аммония; с органическими веществами Б. или прямо соединяется, или же дает продукты замещения с образованием бромистого водорода; обесцвечивает красящие вещества, напр. индиго, лакмус и т.п. Б. легко отличить от других веществ по буро-красному цвету паров, характерному запаху и по растворимости в сероуглероде и хлороформе с бурой (или желтой) окраской; поэтому при качественном анализе Б. обыкновенно выделяют из соединений в свободном состоянии перекисью марганца и серной кислотой или, лучше, хлорной водой. Количественно свободный Б. определяется при помощи титрования: испытуемую жидкость смешивают с определенным объемом титрованного раствора йодистого калия и затем определяют титрованием количество вытесненного йода. В бромистоводородной кислоте и ее солях Б. определяется, в виде бромистого серебра, осаждением раствора азотносеребряной солью (ляписом); в органических соединениях определение совершается, в сущности, тем же путем; только здесь необходимо разложить вещество, в присутствии ляписа, нагреванием (выше 100° Ц.) с крепкой азотной кислотой в запаянных трубках; весь Б. получается при этом в виде бромистого серебра (способ Kapиyca). Помимо общеизвестного употребления в медицине и фотографии (в виде различных препаратов, преимущественно бромистого калия), Б. имеет широкое применение в лабораторной практике; он во многих случаях с выгодой может заменять хлор, и притом обращаться с жидким бромом гораздо удобнее, чем с газообразным хлором. В заводской практике бромистый этил, бромистый амил в бромистый метил служат для получения некоторых органических красок; с 1874 г. Б. идет на приготовление эозина (тетрабромфлюоресцеина); по Рейхардту, для приготовления соли Гмелина K3FeCy6, вместо хлора, с выгодой можно пользоваться бромом и т.п. Добыча Б., производившаяся ранее в Европе в небольших, сравнительно, размерах, получила сильное развитие с тех пор, как А. Франк в 1865 г. стал получать Б. из маточных растворов стассфуртских содей. Стассфурт и Леопольдсгалль доставляют ежегодно около 300 тонн, Северная Америка до 200 тонн брома.
Бромистоводородная кислота, бромистый водород , НВr. Бром соединяется с водородом только при высокой температуре или при действии электрических искр; при обыкновенной температуре, даже на солнечном свету. соединения не происходит. Бромистый водород был получен впервые Баларом, открывшим и Б.; он весьма сходен с хлористым водородом, однако не может быть приготовлен в чистом виде, подобно этому последнему, при действии серной кислоты на бромистый калий, так как часть бромистого водорода разлагается серной кислотой с выделением Б., а серная кислота, в свою очередь, восстанавливается до сернистого газа. Впрочем, употребляя кислоту определенной концентрации этим путем можно с удобством готовить водную 48-процентную бромистоводородную кислоту, очищаемую перегонкой («Chemiker-Zeit», 1891 г., №26, стр. 444). Если серную кислоту заменить фосфорной, которую бромистый водород не способен восстанавливать, то выделяющийся газ не содержит примеси Б. Обыкновенно бромистый водород готовят, приливая 10 частей Б. к смеси 1 ч. аморфного фосфора с 2 частями воды. При этом образуется бромистый фосфор, который водою разлагается с выделением бромистого водорода.
Колба, содержащая фосфор и воду, закупорена пробкой с двумя отверстиями; в одно из них плотно вставлена делительная воронка с краном, через которую, по каплям, приливают Б., а в другое — газоотводная трубочка, соединенная с так называемой U-образной трубкой, наполненной кусками обыкновенного фосфора и стекла, смоченного водой. Желтый фосфор предназначается для поглощения паров Б., увлекаемых током бромистого водорода. В начале каждая капля Б. вызывает бурную реакцию, даже с выделением света, но затем газ идет равномерно и спокойно; его собирают над ртутью или же, для получения водного раствора кислоты, пропускают в воду. При обработке бромом парафина, нагретого до 185°, выделяются значительные количества бромистого водорода. Г. Г. Густавсон, в своей докторской диссертации, дает следующий способ получения сухого газа: на продажный антрацен действуют бромом, приливая его понемногу из воронки с краном. Нагревания не требуется. Для устранения паров Б., бромистый водород пропускают через трубку, наполненную чистым антраценом, а для окончательного высушивания — через трубку, наполненную смесью фосфорного ангидрида и асбеста. Чистый бромистый водород представляет бесцветный газ, кислого вкуса, по запаху напоминающий соляную кислоту, во влажном воздухе распространяющий тяжелый белый дым, вследствие образования паров водной кислоты; при 73° Б. сгущается в бесцветную жидкость, которая, при испарении, отчасти затвердевает в кристаллы (Фарадэй). Уд. вес газа 2,797; вода жадно поглощает его с выделением большого количества тепла. Помимо насыщения воды газообразным бромистым водородом, раствор можно также готовить, приливая 10 ч. Б. к смеси 1 ч. красного фосфора с 15 ч. воды и перегоняя затем полученную водную кислоту. При перегонке, сначала идет очень слабая бромистоводородная кислота, но когда содержание газа в растворе достигнет почти 48%, то гонится постоянно кипящий раствор (126° Ц.) указанной концентрации; он отвечает формуле HВr+5Н2O. Более крепкие растворы выделяют, при нагревании, избыток газа и опять дают тот же раствор с t. к. 126°. Крепкая водная кислота дымит на воздухе; уд. вес 82-процентной кислоты, отвечающей по составу формуле HBr+Н2О, равен 1,78; уд. вес 47, 87-процентной (HBr+5H2О) при 14° — 1,485. (Топсое). При пропускании через раскаленную трубку (700°) бромистый водород не разлагается; хлор легко вытесняет из него Б.; некоторые металлы, многие окиси, гидраты окисей и углекислые соли растворяются в водной кислоте с образованием бромистых металлов; бромноватая кислота дает с ней Б. и воду; в смеси с азотной кислотой бромистоводородная способна растворять платину и золото.
Бромистые соединения. Как уже было указано выше, Б. прямо соединяется со многими элементами, образуя более или менее прочные бромистые соединения, которые могут быть также получены косвенными путями, при действии Б. или бромистого водорода на различный вещества. Так напр., углекислые и едкие щелочи, а также окиси щелочноземельных металлов, при накаливании, разлагаются бромом с выделением бромистых металлов; в водных растворах реакция идет иначе: кислород не выделяется, а получаются бромноватокислые (и бромноватистокислые) соли; калий, натрий, олово разлагают бромистоводородный газ, а железо, цинк и т.п., а также окиси многих металлов легко растворяются в водной кислоте, с образованием бромистых металлов. Подробнее образование и свойства важнейших бромистых соединений будут изложены при описании соответственных элементов. В органической химии бромистыми соединениями называются вещества, образующиеся присоединением Б. к непредельным соединениям или атомным группам известного строения; таковы, например, будут: бромистый этилен, С2 Н4 Вr, бромистый стильбен, С14 H12 Br2, бромистый метил, СН3 Вr (болотный газ), бромистый бензилиден. С6 H5. СНВr2 и т. п.
Бромосоединениями называются продукты замещения галоидом; напр., бромбензол, С6Н5Вr, бромэтилен, С2 Н3 Вr, пербромэтан, С2Вr6 и т.п.
Бромноватистая кислота. ВrОН. При действии Б. на слабые водные растворы щелочей, образуются, наряду с бромистыми металлами, соли бромноватистой кислоты, которые, однако, невозможно выделить из раствора вследствие их чрезвычайной непрочности. При обработки окиси ртути бромной водой получается светло-желтый раствор бромноватистой кислоты, также весьма легко разлагающийся (Балар). Кислота и ее соли обладают белящими свойствами. В аналитической химии щелочной раствор брома употребляют для определения азота в мочевине и тому подобных соединениях, выделяющих при действии этого реактива весь азот в виде газа.
Бромноватая кислота — НВrО3. При действии брома на крепкие растворы щелочей образуется смесь солей бромистоводородной и бромноватой кислоты, по уравнению: 6Вr + 6КОН = 5КВr + КВrО3 + 3Н2О;
Калийная и бариевая соли ее трудно растворимы в воде и выпадают при вышеприведенной реакции в виде кристаллического порошка; кристаллизацией из горячей воды они окончательно очищаются от примесей. Если на бромноватосеребряную соль, получающуюся в виде белого осадка при двойном разложении раствора соли калия с азотнокислым серебром, действовать бромом и водой, то получается бесцветный водный раствор бромноватой кислоты, который может быть сгущен в пустоте до содержания 50,59% HBrO3;по составу такая кислота отвечает гидрату НВrО3+7Н2O. (Кеммерер). Бромноватая кислота образуется также и другими путями, напр. при разложении (нагреванием) бромноватистой кислоты с выделением брома, при действии электрического тока на бромную воду и т.д. Вещество разлагается, при нагревании, на бром, кислород и воду и действует: сильно окисляющим образом на различные соединения: сернистый газ окисляется до серной кислоты, из сернистого водорода выделяется сера и т.п.; хлор на вещество не действует; йод разлагает его с выделением йодноватой кислоты. Бромноватая кислота одноосновна и дает только один ряд солей, которые при нагревании разлагаются, частью с выделением кислорода и бромистых металлов, а частью сверх того еще с выделением брома и образованием окисей: при нагревании, на угле происходит вспышка. По этим реакциям, а также по окислительным свойствам, легко открыть присутствие бромноватой кислоты и ее солей. Ср. Balard, «Mem. Sur une substance particuliere contenue dans l'eau de la mer» («Ann. de Chim. et de Phys», 32, стр. 337); Lowig, «Das Brom und seine chemische Verhаltnisse» (Гейдельберг); 1829; A. W. Hofmann, «Bericht uber die Entwickelung d. Chem. Industrie etc.» (стр. 127, Брауншвейг, 1875); Keri und Stohmann (Muspratt), «Handouch d. Techn. Chemie», 4-е изд.
В. P. и М. Л. 

Бром 

Бром (фальс.). В продажном Б. встречаются след. примеси: хлор, йод, бромоформ, четырехбромистый углерод и бромистый циан. Примесь хлора определяется следующим образом: Б. взбалтывают с водой, образовавшийся водный раствор Б. сливают и насыщают баритовой водой, избыток барита удаляют током углекислого газа; потом выпаривают до суха, остаток прокаливают и по охлаждении обрабатывают безводным алкоголем, который растворяет только бромистый барий, фильтруют и на фильтре будет хлористый барий, если в Б. была примесь хлора. На фильтр наливают горячей воды, хлористый барий растворится и к фильтрату прибавляют раствора азотнокислого серебра; образовавшийся белый осадок хлористого серебра укажет на присутствие хлора в Б. Примесь йода в Б. легко узнается таким способом: в стаканчик наливают дистиллированной воды, кладут туда несколько кусочков железной чистой проволоки и прибавляют несколько капель испытуемого Б. Образуется йодистое железо и прибавка в стаканчик раствора крахмала вызовет синее окрашивание всей жидкости. Поссельже (Posselger) находил в продажном Б. до 8% бромоформа; эта примесь изменяет точку кипения Б., а именно он кипит тогда при 120°, и после испарения Б. на стеклышке остается твердый углистый остаток. Вода растворяет такой нечистый Б. в гораздо меньшем количестве, чем чистый. Примесь четырехбромистого углерода нашел Гамильтон (Hamilton), который рекомендует открывать ее перегонкой маленькой порции Б.; такой Б. закипает при 80° и после удаления его в колбочках остается белый кристаллический осадок, плавящийся при 90°. Фипсон (Phipson) определяет присутствие циана в Б. таким способом: в стаканчик кладут несколько кусочков железной проволоки и наливают в пять раз больше (по весу) дистиллированной воды, прибавляют немного Б., размешивают и быстро фильтруют; через несколько минут из фильтрата начинает выделяться берлинская лазурь.
А. А — н.

Броненосцы 

Броненосцы (Dasypoda s. Cingulata) — семейство неполнозубых млекопитающих (Edentata). Они имеют тело, покрытое твердым щитом; голова их удлиненная, уши большие, прямостоячие, морда заостренная, язык короткий. Весь покров твердый вследствие окостенения собственной кожи, которая покрывается весьма твердою роговою кожицею; весь щит состоит из многочисленных пластиночек, расположенных поясками, и между ними находится мягкая кожа с волосами. Ноги сильные, копательные; на передних — 4 или 5, а на задних 5 пальцев, вооруженных большими когтями. На груди 2 сосца. Зубная система состоит только из коренных зубов, имеющих вид простых цилиндров. Подчелюстные слюнные железы сильно развиты и достигают до грудной кости. Желудок и слепая кишка двойные; кишечный канал в 9 — 11 раз длиннее тела. Все Б. водятся в Южной Америке. Их умственные способности малоразвиты. Они питаются червями, насекомыми и плодами. Туземцы едят их мясо. При преследовании Б. очень быстро зарываются в землю. Известны также и некоторые ископаемые виды, которые теперь уже более не существуют; ископаемые виды достигали исполинской величины, как, напр., глиптодонт (Glyptodon). В настоящее время известны из этого семейства два рода: броненосец или армадил (Dasypus) и плащеносец (Chlamydophorus).
Э. Б.

Бронза 

Бронза (химич.). — Так называются сплавы меди с оловом в различных пропорциях (медь в избытке), затем сплавы меди с оловом и цинком, а также некоторыми другими металлами или металлоидами (свинцом, марганцем, фосфором, кремнием и др., в небольших количествах). Присутствие посторонних металлов в настоящей бронзе (сплавах меди с оловом) носит иногда случайный характер и обусловливается неполной чистотой исходного материала (некоторые образчики античной бронзы), но обыкновенно прибавка известного количества тех или других веществ производится заведомо, с определенными целями, и тогда такая бронза получает особые названия (марганцовая бронза, фосфорная бронза и т.д.). От прибавки олова медь становится более легкоплавкой, твердой, упругой, а следовательно звучной, способной к полировке, но менее тягучей, а потому бронза, главным образом, идет на отливку различных предметов. Качества бронзы зависят от состава, способов приготовления и последующей обработки. Если сплавы меди с оловом, содержащие от 7% до 15% этого последнего и наиболее употребительные в практике, подвергнуть медленному охлаждению, то происходит разделение сплава и часть более богатая медью застывает ранее; такое явление, называемое ликвацией бронзы, служит большой помехой при отливке больших бронзовых предметов; его до известной степени можно устранить прибавкой некоторых веществ (напр., фосфористой меди, цинка) или быстро охлаждая отлитые предметы (обратно, примесь свинца обусловливает более легкое разделение сплава, так что следует избегать прибавки этого последнего свыше 3%). При закалке бронзы происходит явление совершенно обратное тому, которое наблюдается для стали: бронза становится мягкой и до известной степени ковкой.
Цвет бронзы, с увеличением процентного содержания олова, переходит из красного (90% — 99% меди) в желтый (85% меди), белый (50%) и стально-серый (до 35% меди). Что касается тягучести, то при 1% — 2% олова сплавы ковки на холоду, но менее нежели чистая медь; при 5% олова бронзу можно ковать только при температуре красного каления, а при содержании свыше 15% олова ковкость совершенно пропадает; сплавы с очень большим процентом олова опять становятся несколько мягкими и вязкими. Сопротивление разрыву зависит частью от состава, частью от агрегатного состояния, обусловливаемого способом охлаждения; при полной однородности и одинаковом составе, бронза с мелко кристаллическим строением обладает большею способностью сопротивления. Удельный вес бронзы обыкновенно больше, чем среднее из удельного веса составных частей, и меняется от проковки и более или менее быстрого охлаждения. По исследованиям Риша (Riche), сплав, отвечающий формуле SnСu3, имеет наибольший уд. вес 8,91 (следовательно, при его образовании происходит наибольшее сжатие); строение его кристаллическое, цвет синеватый; при медленном охлаждении он остается совершенно однородным; по всей видимости, здесь имеется определенное химическое соединение. Подобными же свойствами обладает сплав SnCu4. Под влиянием влажности и углекислоты воздуха и тому подобных причин, на бронзе, с течением времени, появляется иногда превосходный голубовато-зеленый налет, или слой основных медных солей, столь ценимый в бронзовых предметах знатоками и носящий название Aerugo nobilis, Patina, Verde antico. Patina предохраняет бронзу от дальнейшего изменения; имеет ли влияние на быстроту появления ее состав бронзы — вопрос спорный; известно, что образование patina можно ускорить искусственным образом, но только в ущерб красоте. Не так давно был поднят вопрос по поводу того, что бронзовые статуи в больших городах (Лондоне, Берлине) или прямо чернеют, или же образовавшаяся на них зеленая patina постепенно приобретает более темный, почти черный цвет. Комиссия, собранная по этому поводу в Берлине, решила, что такое явление зависит от дымной и пыльной атмосферы больших городов, где здания отапливаются по преимуществу каменным углем, содержащим сернистые соединения. Для сохранения статуй рекомендуют чистить их раствором спермацета в бензине.
Античная бронза была известна людям гораздо раньше латуни; в очень отдаленные времена ею, как известно, пользовались для выделки оружия, монет, различных украшений и т.п. (бронзовый век). Бронзу получали тогда выплавкой медных и оловянных руд, а потому в античной бронзе нередко содержатся, в виде примеси, железо, кобальт, никель, свинец, цинк, серебро и др. Наиболее старинная бронза, золотистого цвета, содержит приблизительно 88% меди и 12% олова (F. Wibel, «Die Cultur der Bronzezeit Nord— und Mittel-europas», Киль, 1865).
Пушечный или артиллерийский металл состоит (в круглых цифрах) из 90 — 91 ч. меди и 9 — 10 ч. олова (содержит также иногда небольшие количества цинка и свинца). Сплавы с таким составом весьма склонны к ликвации. Уд. вес артиллерийского металла, содержащего 10% олова, равен 8,87. Бронза для орудий должна отличаться твердостью, вязкостью, упругостью, обладать большим сопротивлением разрыву и возможной индифферентностью по отношению к химическим агентам; этим требованиям удовлетворяют сплавы указанного состава, но только до известной степени. Так называемая стальная бронза Ухациуса (Stahlbronze) содержит 8% олова. Для увеличения сопротивления разрыву такую бронзу подвергают сильному давлению, загоняя при помощи гидравлического пресса в высверленное жерло пушки стальной конус большего диаметра.
Колокольный металл отличается от предыдущего большим содержанием олова; средний состав его: 78% меди и 22% олова; уд. вес 8,368. Содержание серебра в некоторых колоколах составляет случайную или излишнюю примесь: ошибочно думают, что серебро увеличивает звучность колоколов. Сплав меди с оловом указанного состава обладает всеми теми свойствами, которые можно требовать от хорошего колокола, т.е. звучностью, достаточной твердостью и прочностью (противодействием разрыву). В изломе он мелкозернист, желтовато-серого цвета) легкоплавок, хрупок. Известный тон колокола зависит от его формы, отливки и состава. Сплавы, идущие на изготовление музыкальных ударных инструментов и для китайских там-там или гонг-гонг, имеют состав подобный колокольному металлу. Особенная звучность китайских инструментов достигается быстрым охлаждением сплава (закалкой) и продолжительной проковкой.
Новая статуйная бронза. Употребление для литейных работ бронзы, состоящей только из меди и олова, кроме сравнительной дороговизны, представляет не мало и других неудобств: такая бронза довольно трудноплавка, не так хорошо отливается в форму, при затвердевании легко подвергается ликвации, что невыгодно отражается на наружном виде отлитых предметов и на образовании равномерного слоя медных солей (patina); притом она трудно поддается обработке резцом. Эти неудобства могут быть устранены известным изменением состава бронзы, а потому в настоящее время при отливке статуй часть олова в бронзе заменяют цинком. Сплавы с 10% — 18% цинка и 2% — 4% олова отличаются красивым красновато-желтым цветом, хорошо выполняют малейшие углубления формы, достаточно вязки для обработки и приобретают от действия атмосферных влияний красивый зеленый налет (patina). Большее содержание олова делает бронзу слишком хрупкой, а от излишней прибавки цинка она теряет свой цвет и покрывается некрасивым темным налетом металлических соединений. От примеси свинца бронза становится более способной к обработке, но уже при количествах свыше 3% сплавы весьма легко подвергаются ликвации. По Д'Арсе, наиболее пригодна для отливки статуй бронза, состоящая из 82% меди, 18% цинка, 3% олова и 1,5% свинца. Нормальная бронза Эльстера содержит 862/3 % меди, 62/3 % олова, 31/3 % свинца и 31/3 % цинка.
Фосфорная бронза, предложенная Кюнцелем в 1871 г., состоит из 90% меди, 9% олова и 0,5% — 0,5% фосфора; употребляется для отливки пушек, колоколов, статуй, подшипников, различных частей машин и т.п. Прибавка фосфора (в виде фосфорной меди или олова) увеличивает упругость бронзы, сопротивление разрыву и твердость; расплавленный металл легко отливается и хорошо выполняет углубления формы. Изменяя весовые отношения составных частей, можно придать сплавам желаемые свойства: сделать их мягкими как медь или вязкими как железо, и твердыми как сталь; от ударов и толчков строение фосфористой бронзы не меняется; при содержании фосфора свыше 0,5% цвет ее золотистый.
Алюминиевая бронза — сплавы меди с алюминием, содержащие от 5% до 10% этого последнего и 90% — 95% меди. Цвет бронзы, при содержании 5% алюминия, весьма похож на золото; кроме красоты, она отличается многими другими превосходными качествами (между прочим сплавы с 8% — 5% алюминия весьма тягучи). В торговле имеется алюминиевая бронза пяти сортов, с различной степенью тягучести и противодействия разрыву; она хорошо сопротивляется окислению и действию морской воды, гораздо лучше, чем другие сплавы. Примесь кремния меняет цвет и свойства алюминиевой бронзы. Как материал для изготовления различных частей машин, она вытесняет на бумажных фабриках и пороховых заводах фосфорную бронзу («Jahresber. ub. d. Leist. d. chem. Technol.», 1890, 359).
Кремневая бронза обладает таким же сопротивлением разрыву, как фосфористая бронза и отличается большой электропроводностью, употребляется для телефонных проволок. Вейлеровская кремневая бронза (для телефонных проволок) содержит, по анализу Гампе, 97,12% меди, 1,62% цинка, 1,14% олова и 0,05 кремния.
Марганцовая бронза получается сплавлением марганцовистого чугуна (ферромангана) с медью, затем с медью и цинком или же с медью, цинком и оловом. Вronce Сompany в Англии изготовляет пять сортов ее, которые отличаются друг от друга по своим свойствам (твердости, вязкости, сопротивлению разрыву) и применяются для различных целей (Heinzerling, «Abriss d. Chem. Technologie», 1888).
Кроме этих сортов бронзы, существуют еще многие другие сплавы, имеющие различные применения; такова, напр., бронза для зеркал, медалей, монет, подшипников и различных частей машин и т.д.
Подробная статья о бронзе, с указанием литературы предмета, имеется в руководстве: Keri и Stohmann (Maspratt), «Handbuch d. technisch. Chemie» (3 изд., см. отд. Kupfer, 4-е изд. еще не доведено до конца).
В. Р-о.

Бронте 

Бронте (Шарлотта Bronte) — английская писательница, более известная под своим псевдонимом Коррер-Бэль (Currer-Bell), родилась 21 апреля 1816 года в семье сельского священника в Йоркшире. Шарлотте Б. едва минуло пять лет, когда умерла ее мать, оставив бедному священнику семью из 5 дочерей и сына. Слабый здоровьем и любивший уединение, Патрик Б. мало обращал внимания на воспитание детей, которые редко и видали его. Заключенные в изолированно стоявшем у кладбища мрачном церковном доме, дети были предоставлены самим себе и заботам 8-летней старшей сестры Марии, на которую пала обязанность вести скудное хозяйство. Болезненные дети не знали ни веселого детского общества, ни свойственных их возрасту игр и занятий: душевные и умственные их силы развивались и крепли с ненормально ускоренной быстротой в особом замкнутом мире, сотканном из образов и их грез не по-детски настроенной фантазии. Суровая, лишенная разнообразия и теплых красок окружавшая их болотистая местность, невеселая картина кладбища, неприветливость и грубость немногих обывателей, с которыми детям приходилось сталкиваться — такова была безотрадная действительность, побуждавшая детей еще глубже уйти в свой внутренний идеальный мир, в котором ничего не было похоже на окружающее. С самого раннего детства одно из любимых занятий Шарлотты было выдумывать фантастические сказки и облекать свои мысли и чувства в сказочную форму. В этих занятиях принимала участие и остальная семья, вплетая причудливые узоры в канву рассказа, задуманного Шарлоттой. Событие, оставившее глубокий след в замкнутой жизни этой странной семьи — было вступление старших сестер, Марии и Елисаветы в школу в Ковэн-Брилже (1824), недалеко от их селения Гаворт. Неприветливая школа, не давшая никакой пищи для их умственного развития и подорвавшая их без того слабое здоровье — была яркими красками описана Шарлоттой в романе «Jane Eyre». Не долго, впрочем, оставались сестры в школе. Через год старшая, Мария, больная возвратилась домой и умерла, а чрез несколько месяцев за ней последовала в могилу и вторая сестра, Елисавета. Оставшись старшей в доме, 9-летняя Шарлотта вынуждена была взять на себя обязанности хозяйки и продолжать дома свое образование, в тиши и уединении отдаваясь своей склонности к писательству. В 1835. г. Шарлотта поступила на место гувернантки, но слабое здоровье и непривлекательность жизни в чужом доме вынудили ее отказаться от этих занятий. Шарлотта задумала вместе с младшими сестрами открыть школу, и, чтобы подготовиться к этому делу, она с сестрой Эмилией решилась пополнить свои знания по французскому языку и литературе на континенте. При материальной поддержке старой тетки, они провели два года в Брюсселе (1842 — 44), и перед нервной, впечатлительной Шарлоттой открылся новый мир, обогативший и расширивший ее кругозор запасом наблюдений другой природы, незнакомых типов и характеров людей, чуждой ей частной и общественной жизни. Возвратившись на родину, сестры наконец решились выступить с первыми плодами своей литературной деятельности. Весной 1846 появился небольшой томик их стихотворений под псевдонимом Koppep (Шарлотта), Эллис (Эмилия) и Актон (Анна) Белль, оставшийся незамеченным публикой. Неудача эта не обескуражила сестер-писательниц и они с тем же увлечением взялись за писание рассказов в прозе: Шарлотта написала повесть «The professor», Эмилия — «Wuthering Heights», а Анна — «Agnes Grey». Последние две повести нашли себе издателя, a «The professor» был отвергнут всеми. Несмотря на это, Шарлотта с свойственным ей пылом и страстью продолжала свою литературную деятельность. В октябре 1849 года появился ее новый роман «Jane Eyre» сразу завоевавший себе решительный успех и переведенный на многие европейские языки, в том числе и на русский (Спб., 1857). Немного книг с неизвестным именем автора на заголовке было встречено с таким общим и бесспорным одобрением. Полное пренебрежение ко всякой условности, яркость и сила в обрисовке характеров, неприкрашенный, жизненной правдой дышащий реализм — все это увлекательно действовало на читателя и предвещало появление крупного, оригинального таланта на литературном горизонте. Картина суровой северной природы с ее грубоватыми, но мужественными типами обывателей, казалось, открывал новый неизвестный литературе мир и вызывал общий интерес к автору, скрывавшемуся под псевдонимом. Но секрет строго сохранялся скромной писательницей. «Shirley», второй роман Ш. Б., вызвавший к себе особый интерес мастерски нарисованной картиной жизни рабочих в провинции, — был написан при крайне грустных обстоятельствах жизни писательницы; в сент. 1848 г. умер ее брат Патрик Б., многообещавший талантливый юноша, после нескольких лет рассеянной жизни, сведшей его в могилу. В декабре 1848 г. умерла Эмилия и в мае 1849 — Анна. Когда после появления второго ее романа (1849) псевдоним Ш. Б. был раскрыт, перед Шарлоттой открылись двери лучших литературных кружков Лондона, но для болезненной и привыкшей к уединению девушки было тягостно общественное внимание, и она большую часть времени проводила в старом церковном доме в Гаворте. В 1853 появился ее последний роман «Villette», который по живому и правдивому описанию жизни в пансионе не уступает первым, но слаб в отношении стройности самой фабулы.
В 1854 г., несмотря на приступы недуга, сведшего в могилу ее сестер, Шарлота вышла замуж за священника в приходе своего отца Никольса Белля, но уже 31 марта 1855 она умерла. После ее смерти был издан ее первый литературный опыт, повесть «The Professor». Шарлотта Б. считается одной из талантливейших представительниц школы Теккерея, ее любимого писателя. Обладая крайне нервным и впечатлительным темпераментом, она в высокой степени владела тем, что Гёте называет секретом гения — способностью проникнуться индивидуальностью и субъективным настроением постороннего лица. При ограниченном кругозоре наблюдений, она с поразительной яркостью и правдой изображала все, что ей приходилось видеть и чувствовать. Если иногда чрезмерная яркость образов переходит в некоторую грубость красок, а излишний мелодраматизм в положениях и сантиментальное заключение ослабляют художественное впечатление, то полный жизненной правды реализм делает незаметными эти недостатки. Произведения ее сестер Эмилии и Анны хотя и отличаются богатой фантазией, но литературное их значение незначительно. Полное собрание сочин. Шарлотты и ее сестер издано в 1875 с биографиею Шарлотты. Gaskell, «Life of Charlotte В.» (отд. в 2 т., изд. 1857); G. Lewes, «Life of Charlotte В.» (1850). Cp. Bayne, «Two great Englishwomen M-rs Browning and MrsB.» (1880).

Бронхи 

Бронхи (Bronchi) — ветви дыхательного горла (trachea), на которые оно разделяется у третьего (у женщин четвертого) грудного позвонка. Сохраняя строение дыхательного горла, бронхи заключают и хрящи, а именно правый Б. 6 — 8, левый 9 — 12. Каждый Б. делится на столько ветвей, сколько долей в соответствующем легком, т. е. правый на три, левый на две, которые затем делятся далее. Слизистая оболочка Б. представляет, как и в дыхательном горле, цилиндрический мерцательный эпителий. По мере разделения на ветви бронхи теряют хрящевые кольца и эпителий их становится ниже. Как у человека, так и у большинства млекопитающих дыхательное горло разделяется на две ветви. У некоторых, например у жвачных и у дельфина, Pontoporia Blaivillei, оно делится на три ветви. Разветвление бронхов в легких свойственно не всем позвоночным: у амфибий и низших пресмыкающихся бронхи идут только до легкого, лишь у крокодилов, черепах, птиц и млекопитающих бронхи ветвятся внутри легких.
Н. К.

Бронхит

Бронхит. — А) Острый бронхиальный катар, Bronchitis acuta. — Название «катар» явилось вследствие господствовавшего в средние века предположения, будто в черепе накопляется слизь, которая может стекать в бронхи. В начале текущего столетия слово катар бронхов заменили во Франции словом «bronchitis», бронхит, но прежнее название продолжает существовать и до сих пор. Причины Б. составляют: 1) климатические условия, быстрые переходы температуры, сухие холодные ветры и т.п. атмосферные влияния; 2) вдыхание пыльного и раздражающего воздуха, едких газов и т.п, 3) охлаждение отдельных частей тела, в особенности ног, при предрасположении к бронхиту; 4) разные инфекционные заболевания, каковы: оспа, тиф; корь, скарлатина. и т.д. не протекают обыкновенно без бронхита; 5) пороки сердца, эмфизема и т.д.
Острый катар бронхов может поразить крупные, средние и мелкие бронхи и характеризуется набуханием слизистой оболочки, которая становится красной и сначала выделяет скудный секрет, но затем секрет увеличивается и становится вязкой, прозрачной, трудно отделяемой слизью. Если в этих случаях разрывается сосуд, то выделяемое окрашено кровью. Особенно опасным надо считать воспаление мелких бронхов (Bronchitis capillaris), вследствие того, что секрет, закупоривающий просвет мелких бронхов, не дает возможности пройти до альвеол вдыхаемому воздуху, отчего затрудняется газообмен в легких. Припадки острого бронхита следующие: у детей появляется лихорадочное состояние, озноб, обыкновенно исчезающие через несколько дней, В начале болезни замечается одышка, более или менее упорный кашель, причем количество мокроты крайне незначительно. При перкуссии не определяется ничего особенного, При выслушивании (аускультации) определяется более жесткое и грубое дыхание и сухие, то крупные, то мелкие хрипы. Острый бронхит протекает обыкновенно в 6 — 12 дней без следа или переходит в хроническое состояние. Наилучшее предупреждающее средство против острого бронхита — это приучить себя к холоду (в комнате должно быть не выше 14° Ц., холодные обтирания всего тела и т.д.). При развившемся бронхите, против него лучше всего действует русская народная баня. Кроме того, если есть кашель, то его нужно успокоить наркотическими средствами, или горчичниками на грудь, икры и т.д. При сухом кашле, надо дышать над самоваром или посредством пульверизатора.
В) Хронический бронхиальный катар. Bronchitis chronica. Хронический катар обыкновенно распространяется на бронхи обоих легких, причем слизистая оболочка представляет следы хронического воспаления, т.е. слизистая оболочка утолщена, набухла, и покрыта слизисто-гнойным секретом, соединительная ткань бронхов гипертрофированна (утолщена); просвет бронхов сужен. Хронический бронхит имеет следующие формы: а) сухой бронхит (Laennec'a); b) бpонхобленоррея — характеризующаяся отделением большого количества слизисто-гнойного секрета; с) гнилостный бронхит, когда застоявшаяся мокрота разлагается в бронхах и приобретает сильный запах гнили; иногда же гной прорывается в бронхи из гангренозных фокусов легкого, тогда слизистая оболочка бронхов омертвевает и выбрасывается в виде черных вонючих хлопьев. d) бронхоррея, — при которой выделяется много водянистой жидкости, и е)круп бронх, когда по временам выделяются древовидно-разветвленные свертки фибрина. Хронический бронхит развивается или из острого или является сразу, без острого периода. Кроме того, Б. может развиться на почве истощения, при золотухе, рахите и т.д. Б. сопровождает многие болезни легких, сердца и т.д. Припадки Б. очень тягостны: помимо хронического кашля и отхаркивания мокроты, по временам является отдышка, потливость и т.д. При выслушивали имеются только крупно— или мелкопузырчатые хрипы. При лечении хронического Б., нужно прежде всего устранить причины его поддерживающие. С этой целью рекомендуются — поездка на щелочные воды (Эссентуки, Карлсбад и т.д.) и гигиеническая обстановка. При большом количестве мокроты хороши вдыхания паров скипидара; при зловонной мокроте — вдыхание 1% раствора карболовой кислоты. При сухом и мучительном кашле — показано употребление наркотических: как опий, морфий и т.д. Кроме того, нужно обратить внимание на общее состояние больного: при золотухе, английской болезни и т. д. Показано лечение, соответствующее основному заболеванию.
Л. Ф.

Брукнер 

Брукнер (Антон Bruckner) — композитор, родился 4 сент. 1824 г. в Ансфельдене (Верхняя Австрия); самоучкою достиг в музыке таких результатов, что в 1855 г. мог принять место органиста собора в Линце. Отсюда предпринимал неоднократные поездки в Вену, где ему представилась возможность основательнее изучить контрапункт под руководством Симона Сехтера. Впоследствии Брукнер получил еще место преподавателя органной игры и композиции в венской консерватории, а в 1875 г. назначен был лектором по музыке в университете, который в 1891 г. даровал ему степень доктора философии. Из музыкальных произведений Б. должно отметить его духовные хоровые пьесы (несколько месс, один Те Deum и проч.), но в особенности его семь симфоний, из которых иные имели в 80-х годах большой успех. Его инструментальная музыка отличается большим гармоническим разнообразием, в чем проявляется влияние Рихарда Вагнера.

Брунеллески 

Брунеллески (Filippo Brunelleschi) — один из лучших итальянских архитекторов, родился во Флоренции в 1377 году. Отец его, нотариус по профессии, хотел было, чтобы и сын избрал себе туже профессию, но, заметив наклонность мальчика к механике, отдал его в ученье к золотых дел мастеру. Б. с жаром занимался всем тем, что нужно для архитектора и в 1401 г. выступил на конкурс по постройке баптистерии при церкви San Giovanni. Вскоре он уехал в Рим и принялся там за изучение римского или классического стиля, который около этого времени был совсем заброшен в Италии. По возвращении во Флоренцию, в 1407 г., Б. получил заказ на купол кафедральной церкви Santa Maria del Fiore. Начавши свою работу, вследствие разных интриг, только в 1419 г., Б. не успел окончить ее и умер в 1446 г. Купол этот, превосходящий по своим размерам знаменитый купол собора св. Петра в Риме, до ныне считается чудом строительного искусства. Из других работ Б. упомянем: дворец во Флоренции, церкви св. Лаврентия и Свят. Духа и изящную Сареllа del Pazzi.

Бруно 

Бруно (Джордано Bruno) — итальян. философ. род. в Ноле в 1543, в 1563 вступил в Доминиканский орден, но вскоре за свои сомнения относительно пресуществления и непорочного зачатия Девы Марии навлек на себя подозрения в еретичестве, принужден был бежать и в 1576 г. покинул Италию. С этих пор он скитался по Европе: в 1577 был в Женеве, оттуда отправился в Тулузу, где читал публичные лекции о книге Аристотеля «De anima», а в 1579 г. посетил Париж, где читал лекции о книге Раймунда Люлля «Великое искусство»; этим двум предметам посвящено и значительное число его сочинений. Его споры со сторонниками Аристотеля принудили его покинуть Париж и он в 1583 г. отправился в Лондон, где оставался в продолжение двух лет. Здесь он жил под покровительством французского посланника Мишеля де-Шатонеф-де-ла-Мовисьера и написал свои главнейшие произведения; в 1585 г. снова отправился в Париж, а в следующем году в Марбург, где ему запрещено было читать лекции, вследствие чего он переехал в Виттенберг, где в 1586 — 88 гг. читал лекции и при своем отъезде произнес горячую похвальную речь Лютеру. В следующие годы Б. жил в Праге, Гельмштедте, Франкфурте-на-Майне и Цюрихе и в 1592 г. возвратился в Италию. Несколько месяцев он прожил в Венеции и Падуе, никем не беспокоимый. Но 22 мая 1592 г. он был схвачен инквизицией в Венеции и в январе 1593 г. отправлен в Рим, где после семилетнего тюремного заключения и тщетных попыток склонить его к отречению от своих учений, 17 февраля 1600 г., был сожжен на Кампо деи Фиори, как еретик и нарушитель монашеского обета. Мужественно заявил Б. своим судьям, подобно Сократу, что им приходится с большим страхом встретить свой приговор, чем самому осужденному. Освобожденная Италия (1865) поспешила воздвигнуть в Неаполе памятник знаменитому мученику за свободу мысли и исследования, а 9 июня 1889 был торжественно открыт ему памятник на той самой площади Кампо деи Фиори, на которой инквизиция около 300 лет тому назад позорно предала его казни. 
Сочинения Д. Б., из которых главнейшие написаны на его родном языке, обнаруживают ум твердый, смелый, впечатлительный, способный к сильному одушевлению, но тщетно стремящийся достигнуть ясности. Его «Cena delle ceneri» (речи в среду на первой неделе Великого поста) являются апологией Коперниковской астрономии; «Spaccio della bestia trionfante» (Париж, 1584) представляет собою написанную в духе того времени довольно тяжелую аллегорию, в которой он вместо звериных образов переносит на небо добродетели и делает сатирические замечания насчет современников. В «Cabala del cavallo Pegaseo coll'aggiunta dell'asino Cillenico» (Пар., 1585) он иронически восхваляет счастье невежества. Стихотворение, изданное им под заглавием «Degli eroici furori» (Париж, 1585), прославляет божественную любовь к истине. Несколько ранее (1582) он написал сатирическую комедию «Il candelajo». Главнейшие произведения Б. относятся к метафизике и из них особенно замечательны: «Della causa, principio ed uno» (Венеция, 1584); «Del infinito universo e mondi» (Венеция, 1584) и стихотворение «De innumerabilibus, immenso et infigurabili, s. do universo et mundis» (вместе с сочинением «De monade, numero et figura», Франкф., 1591). Заслуга Б. состоит в том, что он впервые стал защищать философские выводы из системы Коперника, беспощадно полемизируя против учения схоластической метафизики о центральном положении земли. Наряду с мыслью о бесконечности мироздания, он защищал идею единства, и внутренней связи всех вещей, как против эмпирического ограничения познавательной способности человека, так и против догматики схоластиков Аристотелевой системы. Его учение оставалось почти незамеченным, пока не обратили на него внимания Ф. Г. Якоби в своих «Briefen uber die Lehre des Spinoza», в которых он сделал извлечения из главнейших сочинений Б., а за ним Шеллинг в своем диалоге о мировой душе, озаглавленном «Bruno». Оригинальные издания сочинений Б. вообще редки; на итальянском языке они напечатаны Вагнером в «Opere di Giordaпо В.» (2 т., Лейпциг, 1830), с биографическим введением, и П. де-Логардом (Геттинген, 1888 — 89): на латинском языке их собрал отчасти Гефрёрер (т. 1 и 2, Штутг., 1834 — 36); сочинение «De umbris idearum» издал Туджини (Берлин, 1868). 
Ср. Bartolomes «Jordano В. de Nola» (2 т., Париж, 1846); Clemens, «Giordano В. und Nicol. von Cusa» (Бонн, 1847); Carriere,"Die philos. Weltanschauung der Reformationszeit" (Штутг., 1847) Scartazzini, «Giordano В.» (Биль, 1867); Верти, «Vita di Giordano B. da Nola» (Флор., 1868); Wernekke, «Giordano B.-s Polemik gegen die Aristotelische Kosmologie» (Дрезден, 1871); A. Colocci, «Giordano B. Cenni biografici con documenti» (Рим, 1876); Hartung, «Grundlinieu einer Ethik bei Giordano В.» (Лейпц., 1879);Sigwart, «Die Lebensgeschichte Giordano B.» (Тюб., 1880); Barti, «Documenti intorno a G. В.» (Флор., 1880); Brunnhofer, «G. B. Weltanschaung und Verhangniss» (Лейпц., 1883): Plumptree, «Life and Works of Giordano B.» (Лонд., 3 т., 1884). Н. Я. Грот, «Джордано Бруно и пантеизм» (Одесса, 1885); Э. Л. Радлов в «Русск. Обозр.» 1890.

Брус 

Брус — это кусок камня, дерева или металла произвольной длины, имеющий в поперечном сечении четырехугольник или квадрат, а при изготовлении его из железа или другого металла, более сложное поперечное сечение. Из камня и дерева — поперечное сечение бруса представляет обыкновенно прямоугольник, реже квадрат, а формы сечения железных брусьев — круг, которое имеет круглое железо; квадрат — квадратное железо; прямоугольник — полосовое железо; полуцилиндрическое — имеет выпуклое или полукруглое железо; формы латинской буквы L — угловое железо; формы латинской буквы Т — тавровое железо; двойной буквы Т — двутавровое железо; прямоугольного желоба — желобчатое железо, и разнообразных форм желоба — желобчато-рельсовое железо. Все вышесказанные сорта имеются в продаже; в случае же проектирования новых, не следует давать железу такие формы, для выделки коих понадобилось бы перекашивать его волокна. Угловое и вообще всякое фигурное железо, при толщине, превосходящей один дюйм, менее доброкачественно, чем то, которое тоньше. Если бы понадобилось иметь железные брусья большей толщины, то выгоднее составлять их из тонких брусьев. Вес одного куб. Фута железа=13,60; стали=13,84; чугуна серого=12,45 и чугуна белого=12,96. Вес сосновых брусьев определяется по формуле: р=0,166dl, в которой d обозначает площадь поперечного сечения в вершках, а l — длина его в саженях. Вес брусьев других древесных пород определяется по отношению их удельного веса к весу соснового дерева. 
Литература. О. Зефков, «Таблицы для измерения дерева в брусьях и досках»(1884, с. 54 таблицами); М. Купце, «Учебник древоизмерения» (1878) Э. Ф.

Брусника

Брусника, Брусница (Vaccinium vitis idaea L.) — весьма хорошо известное и распространенное в северной и средней России небольшое полукустарниковое растение из семейства того же имени. Короткие, пригнутые к земле деревянистые стебельки этого растения несут кожистые, толстые, овальные зимующие листья, и на верхушке короткую кисть мелких бело-розовых цветов, устроенных по типу всех брусничных. Плод — ягода с водянистою мякотью, в которую погружены семена, созревает от конца июля до конца августа; плоды сидят весьма плотно вместе, от 2 — 3 до 7 — 9 штук, отличаясь как этим самым расположением, так и внутренним устройством своим, а также и иным характером листьев и ветвей от весьма сходного по общему наружному облику растения — Толокнянки или ложной брусники (Arctostaphylos). Плоды Б. очень любимы и имеют обширное применение в домашнем хозяйстве, как варенье и моченые с яблоками или без них. Б. обильно растет в хвойных сухих лесах и реже по болотистым местам северной России (и Сев. Европы), не идя на юг в ее лесостепную и степную области.
А. А.

Брут (Децим-Юний Brutus)

Брут (Децим-Юний Brutus) — другой из главных участников в умерщвлении Цезаря, род. около 84 г. до Р. Х.. отличился в галльской и гражданской войнах и, как особенный любимец и друг Цезаря, был осыпан им милостями и почестями. Несмотря на это, он принял на себя при заговоре обязанность уговорить колебавшегося Цезаря идти в сенат. По смерти Цезаря, он защищал против Антония Цизальпинскую Галлию, но был оставлен своим войском и умерщвлен, по приказанию Антония. В цицероновских «Epistolae ad familiares» заключается часть переписки между Б. и Цицероном.

Брут (Марк-Юний Brutus) 

Брут (Марк-Юний Brutus) — известнейший между убийцами Цезаря, происходил из плебейского рода, родился, вероятно, в 79 г. до Р. Х. и был сыном Марка-Юния Б. и сводной сестры Катона Утического, Сервилии, находившейся в близких отношениях к Цезарю. Б. был усыновлен братом своей матери, Кв. Сервилием Цепионом. и получил, поэтому, его имя. Во второй раз он был женат на Порции, дочери Катона Утического. Б. был сперва противником Помпея, умертвившего в Галлии его отца, но потом примкнул к нему, когда Помпей выступил защитником дела оптиматов. Однако, после битвы при Фарсале (48 г. до Р. Х.), он перешел на сторону Цезаря, который дружески принял его и дал ему в 46 г. в управление Цизальпинскую Галлию, а в 44 г. преторство, после чего он должен был получить в управление Македонию. И все таки Б. стал главою заговора против Цезаря. Он получал с разных сторон анонимные требования, напоминавшие ему о происхождении от Брута, освободителя Рима от царской власти, и побуждавшие его к отпадению от Цезаря. Наконец, Kaccий привлек его на свою сторону. Пример Б. побудил затем и многих знатных римлян примкнуть к заговору против Цезаря. Но когда последний был убит, Б. и заговорщикам не удалось увлечь за собою народ Антоний, умерщвлению которого за одно с Цезарем воспрепятствовал сам Брут, сумел, путем прочтения народу завещания Цезаря, которым предоставлялись народу весьма значительные суммы, возбудить в толпе ярость и жажду мести его убийцам. Тогда Б. направился в Афины и захватил Македонию. Гортензий, управлявший до тех пор Македониею, присоединился к нему. Владея всей Грецией и Македонией, Б. стал во главе сильного войска, с которым разбил, в 43 г. до Р. Х., Гая Антония, брата триумвира, и взял его в плен. Затем он двинулся в Азию и соединился с победоносным Кассием, вместе с которым получил от сената верховную власть над всеми провинциями на Востоке. В Риме, однако, скоро восторжествовали триумвиры, Антоний, Октавиан и Лепид. Все заговорщики были осуждены, и против Б. с Kaccием было снаряжено войско. Последние двинулись назад в Европу, чтобы дать отпор триумвирам. Они переправились через Геллеспонт и стянули свое войско, 19 легионов и 20000 конницы, на равнинах при Филиппах в Македонии, где триумвиры Антоний и Октавиан столкнулись с ними осенью 42 г. до Р. Х. В первой битве, которую вел Октавиан, Б. взял верх над его войсками; но Kaccий был разбит Антонием и умертвил сам себя. Спустя около 20 дней, Б. вынужден был требованиями своего войска дать второе сражение, в котором и потерпел полное поражение. С немногими друзьями он успел избежать гибели. Видя, однако, что его дело погибло бесповоротно, он бросился на свой меч. Из речей Б. сохранились лишь немногие отрывки; напротив того, его переписка с Цицероном сохранилась вся и составляет два тома. Подлинность отдельных писем, однако, оспаривалась, и именно Тэнстолем (Кэмбр., 1741 и Лонд., 1744), Цумптом (Берлин, 1845) и Мейером (Штуттг., 1881); защитниками же подлинности их выступали: Мидльтон (Лондон, 1743), Герман (Гётт., 1844 — 45), Кобэ (в «Mnemosyne», 1879), Гастон Буассье («Ciceron et ses amis», Париж, 1865; 7-е изд. 1884).

Брутто

Брутто, т.е. не чистый, выражение заимствованное из итальянского языка (brutto) и соответствует русскому понятию валовой; напр. вес брутто означает вес товара вместе с его упаковкой. Доход брутто, в противоположность доходу нетто. означает такой доход, из которого следует еще вычесть издержки и проч. для получения чистого дохода.

Брюква 

Брюква (Brassica Napus L. esculenta), бушма (Каз.), бручка (Белор.), грухва груша (Нижег., Симб.), галанка (Арх., Волог.), желтуха, землянуха(Арх.), калива (Новг.), каливка (Псковск., Тверск.), калика (Пск.), калига (Пермск.), немка (Смол.); по нем. Kohlrьbe, Steckrьbe, Bodenkohlrabi, Unterkohlrabi, Krautrьbe, Dorsche, Rutabaga, Wrucke; по фр.: chourutabaga, navet de Suede; по англ.: Swedish turnip, Underground kohlrabi. — Один из видов семейства крестоцветных, рода капусты, принадлежит к числу весьма распространенных у нас корнеплодов, возделываемых как на полях, так и на огородах. Листья у брюквы голубоватозеленые, нижние лировидно-раздельные, Верхние продолговатые, с расширенным сердцевидным основанием, полустеблеобъемлющие; цветочная кисть редкая, раскрытые цветки не превышают нераскрытых; они золотисто-желтые с сильным медовым запахом; чашечка к концу времени цветения полуоткрытая; короткие тычинки косо вверх стоящие; корень, употребляемый в пищу, мясистый, толстый, несколько выдается из земли. Родиной Б. считается восточная половина Европы.
Г. Т. 
Брюква двухлетнее растение: обыкновенно в первом году после посева образуется малоразветвленный, более или менее длинный и толстый, главный корень, сравнительно бедный мелкими отростками (волосками) и довольно богатый ботвою, состоящею исключительно из корневых листьев, развивающихся на головке корня, т.е. самой верхней его части. Цветение и созревание семян происходит на втором году и только лишь в исключительных случаях могут быть собраны семена в год посева.
На полях большею частью разводятся кормовые сорта, идущие на корм скоту, в огородах же — столовые, т.е. употребляемые в пищу человеком. Все кормовые сорта профессор И. А. Стебут (см. «Основы полевой культуры», том 1, стр. 81) подразделяет, по цвету мяса корней, на две группы: белые и желтые; к первым относятся: обыкновенная белая Б. с яйцевидным, иногда удлиненным корнем; круглая, шарообразная, но нередко переходящая в первую, и красношейная или красноголовая, тоже круглая (Суттона Чампьен); ко вторым принадлежат: английская, или английская рутабага, с фиолетовою шейкой; шведская или шведская рутабага, с зеленою шейкой, красноголовая Лэньи, бронзоголовая Дэрби и другие. Между огородными или столовыми сортами одним из лучших считается красносельская желтая Б., шаровидно-сплюснутой формы, созревающая раньше других сортов. Затем следует шведская желтая, средней величины с желтою кожицей и ароматическим, нежным на вкус, желтым мясом, масляная и яблочная. Один из желтых сортов, красноголовая Б., достигающая больших размеров, употребляется также и в корм скота. Из белых особенно замечательны: круглая, средней величины, красноголовая — более крупная и масляная коротколистная. Брюква успешно произрастает в более влажном, сыром климате, даже на крайнем севере — в повенецком (Олонецкой губ.), онежском (Архангельской губ.) и вельском (Вологодск. губ.) уездах и в Сибири (Тобольской, Томской и Иркутской губ.), хотя в первое время своего развития значительно страдает от холода. Довольствуясь, сравнительно, неглубокой почвой, средней плотности, преимущественно свежей суглинистой, супесчаной и даже песчаной, но богатой содержанием извести. Б. может возделываться, хотя и с значительно меньшим успехом, на плотных и осушенных болотно-черноземных почвах. Но известковые почвы не пригодны для Б., как и вообще для всех корнеплодов.
Будучи паровым растением, разводимым в паровом клине, Б. сносит сильное удобрение хлевным навозом и потому может следовать в поле за растениями истощающими почву, например, после яровых хлебов и часто высаживается после люцерны и клевера, но как корнеплод особенно чувствительный к скорому возвращению на прежнее место, она не может быть разводима на одном и том же поле раньше как чрез восемь лет. В местностях, где климат удлиняет продолжительность периода благоприятного для произрастания растений, Б., разводимая высадкой, может следовать в паровом поле за рано оставляющими его озимыми или же яровыми растениями, высеваемыми там до занятия поля, в конце мая, под Б., как это бывает, например, с озимою рожью и белою горчицей весеннего посева, скашиваемыми на зеленый корм, мясокрасным клевером, высеянным в предыдущую осень и друг., причем требуется менее тщательная разработка почвы, чем у прочих корнеплодов — разрыхление ее на глубину не более 5 — 6 вершков. Семена Б. чрезвычайно мелки: по показанию Р. И. Шредера в лоте заключается их около 4000, четверик же весит 43 — 47 фунтов; всхожесть их колеблется между 54 и 98%, или в среднем 75%, и сохраняется до 5 лет, уменьшаясь почти прогрессивно. Высевают семена рядами с покрышкой землею в 1/2 — 3/4 дюйма. Для надлежащего развития Б. расстояние между рядами должно быть в 11/2 — 2 фута, а в ряду 1 — 11/2 ф., отчего необходимо высеять на одну десятину 25 — 35 фунтов семян, смотря по их всхожести. Но гораздо чаще посев Б. заменяется. высадкой рассады, т. е. готовых молодых растений, взятых из предварительно произведенного посева в рассаднике или на семенных грядах, заложенных в защищенном месте, где посев может быть произведен на месяц раньше, чем в поле — уже в конце апреля. При огородной культуре рассадник заменяется иногда полутеплым или холодным парником. Для засадки одной десятины поля, или для получения 40000 саженцев брюквенной рассады, достаточно иметь 40 — 60 квадр. сажен, семенных гряд и на них высеять 2 — 3 фунта семян.
Дальнейший уход за посевом и высадкой Б. заключается в мотыжении почвы на междурядиях, с целью разрыхления ее и уничтожения появившихся там сорных трав, с воспособлением полотьем, что повторяется в течение лета несколько раз и соединяется обыкновенно с продергиванием, или прореживанием растений в густых местах, и окучиванием их.
Болезни Б. немногочисленны: чаще всего на ней появляется мучная роса, происходящая от грибка Erisipe communis Wallr, а также плесень, образуемая тоже грибком Perenospora parasitica Tul. Из насекомых особенно опасны земляные блохи (Haltica nеmorum и Н. oleracea), для устранения вреда от которых следует позаботиться об одновременном дружном появлении семенных всходов и скором и сильном развитии последних, что достигается своевременным производством полного, но не густого посева, надлежащей последовательностью в смене растений на поле, соответственною обработкой и удобрением почвы и т.п. В рассадниках можно уничтожать этих насекомых, вспрыскивая растения навозной жижей, посыпая их по росе золой, смешанной с известью, оттеняя гряды накладкой и т.п. Затем следует еще упомянуть: а) о трех видах боярышницы — капустной (Pieris brassiсае L. ), репной (P. rapae) и брюквенной (P. napi), из которых первые два уничтожаются еженедельным собиранием молодых гусениц и раздавливанием яичек на нижней поверхности листьев, вред же от третьего вида предупреждается надлежащим выбором времени для посева, чтобы время лета бабочек не могло совпасть с первым развитием появляющихся всходов; б) о репном пилильщике (Athalia spinarum Fabr.), для истребления которого рекомендуется только одно проборонование поля, пока растения еще не велики, и наконец в) о полевом слизне (Limax agrestis), для уничтожения коего можно выносить на поле по утрам и вечерам уток, собирать его под разложенными на поле гончарными черепками, кусками тыквы или моркови, посыпать поле после сильной росы или дождя негашеною известью, или порошком железного купороса, смешанным с песком, поливать его известковой водой, соляным раствором, навозной жижей и т.п.
Приспевание Б. обозначается завяданием листьев и наступает чрез 22 — 26 недель после посева (на севере, напр., в Вологодской губ., несколько раньше — уже в половине августа); но в суровом климате уборка, в ущерб количеству урожая, производится раньше завядания ботвы, чтобы не заморозить корней во время уборки и выбирать их из земли в хорошую погоду возможно чистыми и сухими для более надежного сохранения зимою. У вынутых из почвы корней кормовой Б. срезываются головки (верхняя часть с ботвою) и тонкие части главного корня и мелких его разветвлений. Сохраняется Б. в лабазах, погребах и кучах (ометах, бунтах и компостах) труднее других корнеплодов, а потому в Германии предпочитают им неглубокие (в 1 — 11/2 фута глубины) ямы, размещая в последних корни Б. один возле другого, в один или два ряда, обрезанными головками или хвостами вверх, и наполняя промежутки между ними землею. Ямы окружаются небольшими валиками, сделанными из вынутой земли. При наступлении сильных морозов Б. прикрывается слоем древесных листьев или соломы, поверх которого насыпается слой земли.
Урожайность корней Б., завися от погоды, почвы, культуры и разводимого сорта, колеблется между 400 и 85 берковцами с десятины, или в среднем 200 берковцев, что составляет 1616 четвериков, хотя в единичных случаях получалось с десятины до 540 берковцев.
О достоинстве Б., как кормового вещества, можно судить по следующим данным: в корнях ее содержится белковых веществ — 9,7%, безазотистых и экстрактивных — 72,6% и жира — 0,8%, т.е. белковые вещества относятся к безазотистым, как 1:7,5.
С.

Брюллов 

Брюллов (Карл Павлович), род. в Петербурге 12 дек. 1799 г. Отдаленные его предки были французы, но отец — немец с французской фамилией Brulleau; который был скульптор резчик и живописец миниатюр. Сын уже с малых лет выказывал особенные способности к рисованию и получил первые уроки в этом искусстве от отца. Десяти лет, Карл был отдан в Академию художеств и скоро стал удивлять всех своими успехами в рисовании; но был слаб в науках, которых преподавание в то время велось в академии. Что же касается искусств, то в этом отношении Б. во все время пребывания в академии считался первым между сверстниками; его наставниками были А. Иванов (Старший), А. Егоров и В. Шебуев. В 1821 г. молодой Б. получил золотую медаль за картину: «Явление Аврааму трех ангелов у дуба Мамврийского», и вместе с тем право на отправку заграницу на казенный счет. Но в том же году состоялось постановление, чтобы молодые художники были отправляемы заграницу лишь спустя три года по окончании ими курса в академии. Общество поощрения художников пришло на помощь молодому Б., постановив, не ожидая истечения трехлетнего срока, послать его на свой счет заграницу, что и было сделано в 1822 г. По высочайшему повелению он должен был изменить свою фамилию Брюлло в Брюллова. В то время русские художники проводили значительную часть своей жизни заграницей, обыкновенно в Риме, где и писали свои лучшие картины. Бруни и Басин уже три года работали в Риме, когда прибыл туда Б. Басин всего прожил заграницею 11 лет, Б. — 13, а Бруни и гораздо более. Первое время пребывания своего в Италии Б. писал картины из римской жизни; между прочим, он написал две женские поясные фигуры, известные под названием: «Утро и Полдень», и скопировал для петербургской академии художеств «Афинскую школу» Рафаэля. Лучшее и колоссальное его произведение: «Последний день Помпеи» было написано в промежуток времени 1830 — 33 года по заказу А. Демидова. В Италии эта картина произвела фурор и в честь ее был устроен настоящий триумф. Потом она была выставлена в Париже, где ее приняли, хотя и с меньшим восторгом, но все же с большим одобрением. Гравер Жирар исполнил в Париже с картины Б. большую гравюру черной манерой с подправкою резцом. В Россию эта картина прибыла в 1834 г. и была вознесена художниками и публикой на такую высоту, какой достигали лишь лучшие произведения лучших художников прежнего и нового времени. Когда в 1836 г. Б. возвратился в Петербург, совершив из Италии путешествие чрез Грецию, Турцию и Малую Азию на юг России и оттуда в Москву, то его ожидала чрезвычайно почетная встреча в недрах академии, члены которой устроили ему торжественный обед в той самой зале, где была выставлена его знаменитая картина. Впоследствии, когда наступила пора преобладания реализма в живописи, критика старалась унизить произведение Б., не находя в нем ни исторических, ни даже характерных черт человеческих страстей, которые бы соответствовали событию; но пора этой второй крайности тоже миновала. «Последний день Помпеи» (в русской школе Эрмитажа), как и «Медный змий» Бруни, составили эпоху в русской живописи. Картина Б. получила широкую известность и в тех местах, где она никогда не была видана, благодаря прекрасной большой гравюре, о которой было упомянуто выше. Один петербургский художник писал масляными красками с «Посл. дня Помпеи»в уменьшенном виде много раз и тем существовал несколько лет. Из других больших произведений Б.: «Распятие», находится в Петропавловской лютеранской церкви в Петербурге. Торс распятого Христа был почти окончен в один день; присутствовавший при этом бывший учитель Б., профессор А. Егоров, в удивлении от искусства своего ученика, воскликнул: «Карл, ты кистью Бога хвалишь!» В Казанском соборе находится большой запрестольный образ работы Б.: «Взятие Божией Матери на небо», рядом с нею «Покров Божией Матери» — Бруни и «Введение Богородицы во храм» — Васина. В Сергиевской пустыни (близ Петербурга) «Св. Троица» — Б. Кроме того, он написал несколько образов для церкви на Аптекарском острове, «Спаситель во гробе» (в домовой церкви гр. Адлерберга). Большие работы религиозной живописи в Исаакиевском соборе, порученные Б. в 1842, а именно — плафон, двенадцать фигур апостолов в подкупольной башне и еще четыре картины, были сочинены и нарисованы Б. в виде картонов, но по причине его болезни были написаны Басиным. Только живопись плафона была начата Б.; эта огромная картина в 1600 кв. аршин (около 800 кв. м.), тоже оконченная Басиным, изображает молящуюся Богоматерь, окруженную св. Иоанном Крестителем и св. Иоанном Богословом и сонмом святых, соименных членам Императорской фамилии. По исторической живописи Б., кроме «Последнего дня Помпеи», написал еще «Смерть Инесы де Кастро», и «Осаду Пскова» (оставшуюся только начатою); обе картины находятся в Академии художеств. Он сделал также эскиз картины: «Нашествие Гензериха на Рим». Большая часть фигур его исторических картин изображены им в сильном движении и в техническом исполнении видны скорость и решительность. Б. был сильный колорист и превосходный рисовальщик; в последнем отношении — благодаря своим учителям, профессорам академии, и требовательности отца, заставлявшего его многократно рисовать с античных статуй. В картинах неисторического содержания отчасти продолжается та же особенность, как напр. в Эндимионе и Диане, также в бытовых итальянских, но в других — покой. Б. был также замечательным портретистом; из произведений этого рода упомянем про портреты: кн. А. Голицына во весь рост (гравирован на стали Ройтом), герцога М. Лейхтенбергского и собственный портрет художника, писанный им во время болезни, — в особенности последний. Этот портрет был литографирован Тиммом в его русском «Художественном Листке»; но более замечательна гравюра, исполненная резчиком по меди Пожалостиным. Б. писал не только масляными красками, но был и отличным акварелистом. Сюжеты акварели были жанровые, но Б. иногда унижался и до грубо эротических произведений. Болезнь заставила Б. в 1849 г. отправиться для лечения на остров Мадеру, где он был одновременно с герц. М. Лейхтенбергским. Пребывание на этом острове восстановило было его силы, но с приездом в Италию, он опять почувствовал себя худо и 12 июня 1852 умер в местечке Марчиано, близ Рима. Он похоронен на кладбище МонтеТестаччио в Риме. Б. при жизни имел, конечно, обширнейшие знакомства, особенно в обществе служителей искусства, но особенно близок он был к писателю Н. Кукольнику, композитору М. Глинке и актеру В. Самойлову. В числе учеников Б. некоторые получили впоследствии большую или меньшую известность. Федотов — жанрист-сатирик, ничем не похожий на своего учителя; Петровский, умерший почти в начале своего художественного поприща; Моллер — автор картин «Поцелуй» и «Проповедь Иоанна на острове Патмосе»; Михайлов («Девушка ставит свечу перед образом»); Капков («Вдовушка» и «Татьяна, читающая свое письмо к Онегину»), известный выразительностью своих головок, и Шевченко. Но Б., несмотря на силу своего таланта, не создал школы. Было упомянуто о портрете Б., писанном им самим; в «Последнем дне Помпеи» он изобразил себя на втором плане в виде художника; в Академии художеств в Петербурге находится гипсовый снимок с бюста Б., работы И. Витали. Несмотря на крупную художественную личность Б., его полная биография не написана и точная оценка его значения для русского искусства еще не сделана. Критич. этюд Стасова о Б. («Рус. Вест.», 1861), во многих отношениях для него неблагоприятный, недостаточно определяет его значение. Однако, надо признать, что результаты художественной деятельности Б. не находятся в соответствии с его большим талантом.
Ф. Петрушевский.

Брюссель 

Брюссель (Bruxelles) — столица Бельгии королевская резиденция, вместе с тем главный город провинции Брабант, перерезан несколькими каналами и рукавами реки Сенне и Шельдским каналом, посредством которого Б. соединяется с Антверпеном и Северным морем. Б. лежит, частью на возвышении, частью в равнине и, несмотря на неровность почвы, прекрасно отстроен. Он разделяется на верхний город, к которому присоединен новый так назыв. квартал Леопольда, и на нижний город, лежащий на Сенне и на канале. В верхнем городе живут богачи и знать, и французский язык господствует здесь почти безраздельно; в нижнем городе, большая часть которого состоит из узких и кривых улиц, но который в новейшее время украсился широкими, прямыми улицами и великолепными бульварами, население состоит из торговцев и ремесленников. По мере удаления от верхнего города, усиливается преобладание фламандского языка над французским. Крепостные валы, некогда окружавшие город, давно уже срыты и заменены аллеями и тенистыми бульварами, длина которых простирается до 6 км. Прекрасное место для гулянья представляет Зеленая аллея, состоящая из двойного ряда деревьев, который тянется вдоль Шельдского канала и почти на половине своей длины поворачивает к лежащему в 4 км. от Б. загородному дворцу Лекену, где живет королевская фамилия. Столь же великолепная аллея Луизы ведет к лежащему в 2 км. от Б. лесу Камбре, превращенному в место общественного гулянья. В верхнем городе, кроме парка, снабженного водоемом и множеством мраморных статуй, есть не мало красивых площадей, украшенных отчасти фонтанами, как то: Королевская площадь с колоссальным памятником Готфриду Бульонскому, работы Симониса, поставленным в 1848 г.; площадь Городской ратуши, с ее живописными постройками, возведенными большею частью еще во времена испанского господства; Монетная площадь с королевским оперным театром; площадь Мучеников, на которой похоронены павпле в сентябре 1830 г. борцы за свободу отечества; площадь Пти Саблон, куда перенесен стоявший прежде на площади городской ратуши памятник графов Эгмонта и Горна, работы Фрайкина; площадь Баррикад. со статуей знаменитого анатома Везалиуса; наконец, площадь Конгресса, на Королевской улице, с прелестным видом на нижний город и ближайшие окрестности и с великолепною колонною в честь Конституции, украшенною наверху статуей короля Леопольда I.
Между церквами самая большая и красивая — приходская церковь св. Гудулы и св. Михаила, постройка которой, в готическом стиле, продолжалась с XII ст. по 1653 г., с двумя неоконченными колокольнями, с богато расписанными окнами и гробницами герцогов Брабантских. Замечательна еще построенная в греческом стиле господствующая над Королевскою площадью церковь св. Иакова (во времена конвента храм разума). Много небольших протестантских часовен, синагога. К лучшим зданиям города принадлежат: знаменитая, построенная в готическом стиле в 1401 — 54 гг. городская ратуша, с башней высотою в 118 м., которая возвышается над всем нижним городом и на своей верхушке украшена имеющею 5,5 м. в вышину статуей покровителя Брюсселя, архангела Михаила; напротив ее старинное, недавно подновленное здание, в котором до 1794 г. помещались разные суды и в котором содержались в заключении графы Эгмонт и Горн, теперь занимаемое городским управлением; королевский оперный театр; выстроенный в 1887 г. фламандский театр; товарные магазины на канале; крытый рынок на улице Магдалины; больница св. Иоанна с 600 кроватями, напротив ботанического сада: большая богадельня, в которой содержатся 600 престарелых граждан; основанная Кетле и находившаяся до его смерти под управлением своего основателя обсерватория, одна из красивейших в Европе; дворец промышленности, обращенный теперь в государственную библиотеку (перед ним памятник австрийского генерал-губернатора Карла Лотарингского) и бывший дворец генерал-губернатора (Ancienne cour), теперь здание музея; национальный дворец, в котором происходят заседания обеих палат; дворец короля, с богатым собранием картин; бывший дворец принца Оранского, в котором теперь помещаются академии (перед ним с 1880 г. статуя Кетле); старинные ворота с музеем древностей и военных снарядов; замок герцога Арембериа с дорогою картинною галереей; оконченный в 1880 году дворец изящных искусств для художественных выставок; музыкальная консерватория; национальный банк; новая биржа, построенная в стиле Людовика XIV; центральный рынок, крытое здание для торговли съестными припасами всякого рода; здание университета со статуей главного основателя этого учреждения Верхегена (работы В. Гефса)"; колоссальное и своим куполом возвышающееся над всем городом здание судебных мест (Palais dejustice), в стиле греко-римской архитектуры, представляющее собою четырехугольник в 180 м. длиною и 170 м. шириною (стоимость постройки слишком 50 милд. фр.). Оконченный в 1847 г., длиною в 213 м. и шириною в 8 м., трехэтажный стеклянный пассаж Сен-Гюбера с магазинами, кофейнями и проч. не уступает красотою лучшим этого рода зданиям Лондона и Парижа. Из публичных работ, начатых в новейшее время, следует упомянуть о превращении Камбрского леса в публичный парк, о возвышении русла Сенны и об устройстве над ней бульвара, пересекающего нижний город во всю его ширину; наконец, о совершенной перестройке находящегося в верхнем городе квартала Божией Матери aux Neiges.
Город служит местопребыванием высших государственных властей, сената, палаты представителей и провинциального управления, имеет университет, военную академию, королевский атеней (гимназия и высшее реальное училище), королевскую академию наук и искусств, медицинскую академию, училище скульптуры, живописи и строительного искусства, музыкальную консерваторию, ветеринарную школу, национальную библиотеку, содержащую в себе более 400000 томов и слишком 20000 рукописей, картинную галерею старинных и новейших мастеров, физический, механический и естественноисторический кабинеты, музей древностей, ботанический сад, шесть театров, многие музыкальные и ученые общества, содержащиеся городом, а также частными обществами, религиозными корпорациями и частными лицами, учебные и воспитательные заведения для лиц обоего пола, 18 элементарных школ с 10000 учащимися. Одно филантропическое общество и множество благотворительных заведений. Население, простиравшееся в 1825 г. только до 84000 чел., к 1 января 1888 г. возросло до 181 тыс. человек и к нему следует присоединить население предместий, числом до 280 тыс. человек, так что все население Брюсселя с его предместьями простирается до 460 тыс. чел. Торговля производится галантерейными и мануфактурными товарами, преимущественно продуктами брюссельской промышленности, Здесь процветают разнообразные ремесленные производства, фабрики: кружевные, мебельные, каретные, писчебумажные, перчаточные и кожевенные. Процветанию торговли и ремесел содействуют биржа, разные акционерные банки (с 1851 года национальный банк) большие рынки, каналы, прекрасные пути сообщения и в особенности железные дороги, соединяющие Б. с Антверпеном, Гентом, Люттихом, Монсом и Намюром.
История. Еще в VIII стол. хроники упоминают о местечке Брусцелле, бывшем, повидимому, сначала виллою франкских монархов. В дипломе Отгона I от 966 г. говорится о существовании здесь церкви, в которой новейшие исследователи усматривают церковь св. Михаила и на месте которой была впоследствии построена церковь св. Гудулы. Герберга, сестра Отгона Великого, принесла с собою это местечко в приданое при выходе замуж за Гизельберта Лотарингского. Дочь ее сына Карла, Герберга, вышла замуж за Ламберта, графа Лувенского, и вместе с этим родом округ Б. поступил во владение герцогов нижнелотарингских и брабантских, благодаря влиянию которых город получил важное значение. Начиная с Иоанна I (1251 — 59), Б., по-видимому, сделался резиденцией государей, хотя Лувен еще носил название столицы. После неоднократных вооруженных столкновений граждан, ревниво защищавших свои привилегии, с патрициями или князьями, после страшных междоусобных войн, которые навлекла на город смерть Иоанна III (1355), Б. перешел к графине Фландрской, супруге бургундского герцога Филиппа Смелого, которая вверила управление Брабантом и Лимбургом своему сыну Антону. По смерти его сыновей (1430), герцог бургундский Филипп Добрый вступил во владение Брабантом, а при его внучке Марии, супруге императора Максимилиана, сильно укрепленный и уже значительный город перешел во владение Габсбургского дома. Беспрестанные нарушения последним скрепленных присягою прав и привилегий весьма часто подавали повод к восстаниям, которые, однако, всегда оканчивались удовлетворявшим обе стороны примирением. Карл V фактически сделал Б. столицею Нидерландов и внес сюда блеск и шум придворной жизни. При его сыне Филиппе II, перенесшем сюда местопребывание генерального штатгальтерства, с Маргаритою Пармскою во главе, Б. сделался главною ареною нидерландской революции. После того, как в 1566 году Бредероде, во главе соединенного дворянства, подал правительнице прошение с изложением жалоб, здесь в тот же вечер был заключен союз гезов. Б. особенно сильно пострадал от свирепостей герцога Альбы и испанской инквизиции, стремившихся к беспощадному уничтожению нидерландских вольностей.
Во время продолжительных войн, которые велись в Нидерландах, Б. попеременно был главным опорным пунктом то нидерландцев, то испанцев. В Б. были заключены в 1576 Гентское перемирие и 9 янв. 1577 г. Брюссельский союз, условиям которого временно подчинился генеральный штаттгалтер Дон Жуан Австрийский. После его удаления принц Оранский, в качестве правителя Брабанта, вступил в Б. (23 сент. 1577), но должен был, вследствие победы одержанной Дон Жуаном при Тамблу (31 января 1578), покинуть город. Несмотря на господствовавшую внутри его страшную анархию, город умел в продолжение многих лет защищать свою независимость, пока наконец, после смерти принца Оранского от руки убийцы, он не сдался на капитуляцию преемнику Дон Жуана, Александру Фарнезе Пармскому (10 марта 1585). Духовенство, в особенности иезуиты, употребило тогда все старания, чтобы искоренить протестантизм, который, между тем, несмотря на все окружавшие его ужасы, успел пустить глубокие корни. Правление Изабеллы, дочери Филиппа и супруги эрцгерцога Альберта, которой в 1598 были переданы оставшиеся верными Габсбургскому дому южные провинции, было благоприятно для восстановления порядка, хотя в тоже время оно вызвало к жизни бесчисленное множество монашеских орденов и не в состоянии было противодействовать процветанию системе подкупов. Город много пострадал во время войн Испании с Людовиком XIV (он был в 1695 г. обстреливаем маршалом Вилльруа) и Австрии с Людовиком XV (осада и взятие его в 1746 маршалом Саксонским), но еще более от постоянного духа оппозиции, поддерживаемой в нем габсбургскою политикою (обезглавливание цехового синдика Агнессенса в 1719), пока, наконец, по заключении Аахенского мира, не наступило более кроткое правление Марии Терезии. Б. обогатился в этот период времени многими важными учреждениями и постройками и благословляет память генералгубернатора Карла Лотарингского, которому с 1848 была поставлена статуя. Со вступлением на престол Иосифа II снова настал период горьких испытаний, известный в истории под названием Брабантской революции (1789). Едва после кратковременной независимости в 1790 было восстановлено австрийское господство, как, вследствие битвы при Жемаппе, Бельгия подпала под власть французов. 14 ноября 1792 Дюмурье имел въезд в Б., служивший для австрийцев с самого начала войны главным сборным пунктом, а для эмигрантов местом убежища. Победа, одержанная австрийцами при Неервиндене (в марте 1793), принудила французов оставить город, и брат императора Франца, эрцгерцог Карл, снова поселился во дворце генерал-штаттгальтерства. Сам император Франц II явился 9 апреля 1794 и торжественно принес присягу на верность так называемой Joyeuse Entree или Брабантской конституции. Но спустя несколько месяцев, победа, одержанная Журданом при Флёрюсе, снова привела французов в Б. (10 июля 1794), который был низведен на степень главного города Дильского департамента. Даже покровительство Наполеона, неоднократно посещавшего Б., не могло возвратить ему прежнего блеска. Освобожденный в феврале 1814 союзниками от французского господства, Б. 21 сентября 1815 г. был, вместе со всею Бельгией, присоединен к основанному тогда королевству Нидерландскому. С этих пор Б. был, попеременно с Гагой, местопребыванием генеральных штатов и королевского двора.
После французской Июльской революции давно накоплявшееся неудовольствие против Голландии вспыхнуло, и прежде всего в Брюсселе, где 25 авг. 1830 начался открытый бунт, причем произошла четырехдневная уличная битва между голландскими войсками и народом. Благополучный исход этой революции сделал Б. столицею независимого королевства Бельгии. 21 июля 1831 вступил на престол новый государь, принц Леопольд Саксен-Кобурский. Без всяких значительных потрясений пронеслась над Б. гроза 1848 г., равно как другие катастрофы, посещавшие с этого времени соседние государства, и в 1880 г. сотни тысяч бельгийских граждан радостно праздновали в Б. 50-летний юбилей бельгийской независимости. Ср. Неnnе und Wauters, «Histoire etc. de la ville B.» (3 т. 1843 — 45 и 3 т. в 1857 об окрестностях Б.); Hymans, «В. a travers les ages» (1883).

Брянск 

Брянск — уездный город Орловской губернии, на правом берегу Десны, на крутом нагорье, возвышающемся над рекой на 25 — 30 саж. Положение очень живописное; роскошные виды открываются на север и восток. Город прорезан несколькими ручьями, образующими крупные овраги; замечателен руч. Судок. Залежи фосфоритов и железной руды. В самом городе арсенал, основ. ген. майор. Ивановым в 1783 г. В нем находятся: 1) литейный корпус, 2) слесарно-механич. мастерская, 3) арсенальн. кладовая и мелкие мастерские, 4) управление и еще 7 других более мелких каменных домов с кузницами и проч. Арсенал страдает недостатком воды, питающей паровики. Прекрасное положение города Брянска, при такой большой реке как Десна и при слиянии ее с Болвой, послужило причиной сильного развития и роста города. Хотя земли уезда далеко непроизводительны и считаются хуже соседних рославских, но богатство минеральными произведениями, лесом, водными путями дало предприимчивому население возможность развить значительную заводскую промышленность и торговлю. Река Десна дает быстрое сообщение с Киевом и со всем Югом, куда и направляется лесной материал, чугунное литье, железо и стекло, фаянсовая посуда и пряжа пеньковая, канаты и смола. Болва доставляет сообщение городу с заводским Мальцовским округом. Отсюда гонят плоты с углем, который изобильно выжигается в сев. половине уезда; с тем вместе идет береста, лыко и проч.
После постройки Орловско-Витебской железной дороги город стал развиваться ещё быстрые, так как явилась возможность доступа к морю; торговля с Ригою. Нет надобности в ожидании ярмарок, как это было прежде, ускорился сбыт; главный предмет его пенька, которая ценится по 35 — 36 р. за берковец. К Петербургскому порту отправляется 1000 берковцев пеньки молочанки, 800 бочек конопляного масла. К Рижскому порту — 7 тыс. берковцев молочанки, 2 тыс. берк. сечки. Всего около 14 — 15 тыс. берк. Конопляного масла на 97 тыс. р.

Фабрики и заводы.

Пенькопрядения на 142 тыс. р., пушечный завод на 311 тыс. р., лесопильни — 69650 руб., 6 канатных заводов с производством в 34 т. и др. По данным о торговле Брянской пристани на Десне, отпускается хлеба, спирта и овощей — на 47 тыс.; лен, пенька, семя, масло — 189 тыс.; лес и лесн. матер. — 572 тыс.; смола, деготь — 48 тыс.; металлические изделия — 288 тыс., строительных материал. — 160 тысяч. Всего на 1170 тысяч рублей.
В настоящее время Брянск соединен еще железной дорогой с Гомелем, что связало его с сетью Юго-Западных и Полеских дорог. Прежде пушки отправлялись на плотах по Десне в половодье. В другое время представлялась опасность сесть на перекатах. В 1888 в Б. числилось 20064 жит. в том числе мужского п. 11780, жен. — 8284 (с 1842 население увеличилось более чем вдвое); по сословиям: духовного — 112, дворян — 802, почетн. граждан — 224, купцов — 303, мещан 11724, крестьян — 4292. нижних воинских чинов — 2600; церквей — 17; домов каменных — 90, деревянных — 2012. В г. Брянске: уездное училище, 3 больницы, женская богад., городской общественный банк. Замечательны: Спасо-Поликарповскй монаст., ныне Покровский собор, построенный князем Дан. Барятинским в 1694 году, и Свенский Успенский монастырь, основанный в 1288 году, при князе Романе Михайловиче В 1745 году граф Растрелли построил здесь замечательной красоты храм.

Брянский уезд

— самый большой уезд во всей губернии, величиною в 6242,5 кв. версты, по Швейцеру, и 5970,9 кв. версты, по измерению Генерального штаба. Уезд занимает северо-западн. угол губернии, обнимая почти все верхнее течение реки Десны; он граничит с Смоленской губернией на запад, с Калужской на северовосток, с Черниговской на юге (в западной половине). К югу лежит трубчевский уезд, к юго-востоку — карачевский.
Значительная часть уезда отличается разнообразием устройства поверхности. Весь уезд вообще холмистый, неровный, покрыт большими лесами, озерами, болотами, крупными и мелкими реками и прорезан глубокими оврагами. Главная река Десна делит Бр. уезд на две части: северную и южную. Мощные ледниковые отложения с крупными валунами покрывают северную пограничную часть уезда и делают ее холодною, малоплодородною. Южнее г. Брянска таких наносов нет. Уровень реки Десны на севере, за Рославским шоссе, 90 саж., у Копаля 80 саж., у Дядькова 75, при впадении Болвы 70 (Брянск), у Утов 65.
Река Десна обусловливает склон северной половины, т.е. ее левого берега, к югу; но в южной половине такого падения к реке нет. Наибольшие высоты находятся около города Бр., а именно у Свенского монастыря (122 саж.); с другой стороны — на границе с рославским уездом Смоленской губ., а именно между реками Сещей и Белизной, тянутся высоты около 130 — 135 сажень (Алешня, Жаброво, Прилепы, Кочева). Поверхность левого берега к востоку и северу от Десны (в северной половине) представляет широкую долину, покрытую сплошными лесами, часто болотистую, с средней высотой в 95 саж. Берега реки Десны, вследствие разности высот в 25 — 50 саж., большей частью круты и даже обрывисты. Река Ветьма только сплавная; но р. Болва, имеющая также высокие берега, судоходна; здесь сплавляется много байдаков. Сама Десна судоходна от устья р. Болвы. Выше, вследствие царящего здесь беспорядочного гона леса розвязью, вся река бывает заперта бревнами — невозможно ехать даже на лодке. Такие заторы занимают сплошь 4 — 5 верст. Течение р. Десны вообще очень быстро. Скорость весеннего течения р. Десны 17 — 21 саж. в минуту. Северная половина уезда более низменная и более ровная. Южная половина овражистая. Озера: Дровянское, Прости, Ореховое, Усох. Пруды значительной величины: Быташевский, Радицкий, Знеберский.
Леса (292 тыс. дес.) преимущественно сосновые; как напр., в пограничных лесах (северо-восток) у Савинской дачи иногда очень разнообразно смешанные. Из лесных дач замечательны: Акулицкая 77 тыс. дес., по р. Надое; Полбинская роща 31 тыс. дес.; Супоневская, по р. Десне, 17т. дес.; Журчесникская, 15 т. дес. В смешанных лесах по границе жиздринского у. растут: дуб, клен, береза; в юго-западной части — ольха, ель, сосна, рябина. Почва преобладает суглинистая, но в северной и особенно в северо-западной части уезда встречаются значительные площади сыпучего песка; то же самое находим и в низинах, к востоку от города Брянска, вдоль железной дороги к станции Белые Берега.

Геологическое строение.

Наибольшая часть площади Б. уезда занята отложениями меловой системы, пласты которой довольно круто падают на юг. Из под них выказываются местами в северной половине пласты каменноугольной системы, которые выходят вне уезда, к северу, даже в берегах рек. Но между этими двумя системами южнее вклинивается еще юрская система, составленная черно-синими глинами с аммонитами и грифеями. В этих черно-синих глинах залегают пласты железной руды — сферосидерита. Кроме того, часто встречается серный колчедан. Точно также и черные и серые глины каменноугольной системы несут часто железные руды и колчеданы; эти то руды и дали начало заводской деятельности, которая развилась на границе Б. и Жиздринского уездов (Мальцовcкие заводы). Слои меловой системы доставляют много полезных ископаемых. Мергели дают тонкую белую глину; мел чистый, добываемый у Доманова, идет на стекловарение. В песках, ниже мела, лежит коричневый и черный камень фосфорит , представляющий прекрасное удобрение. Залежи его известны в Шибенце (особ. богат.), в Брянске (р. Судок), в Чайковичах, Дарковичах, Соколове, Липовой, Сельце, Баукине, Касилове, Любежище, Фошне, Месковичах; выше по Десне — в Троицком, Покровском, Воронове, Жукове, Копале, Молотькове и Пятницком, и по течению р. Габьи, в селе Любахне на Болве. Черные каменные глины огнеупорны и идут на дойницы (стекловаpeниe). Так как надмеловые мергели очень плодородны, то и почва, ими составленная, в южной половине уезда более плодородна, чем в северной, где они покрыты толстым ледниковым наносом. Там же, где выходят наружу пески с фосфоритом, почва очень плодородна, напр., низины по течению Ветьмы, Габьи.
Заводская промышленность. Благодаря разнообразию коренных геологических пород, составляющих площадь брянского уезда, и богатству их различными полезными ископаемыми, в уезде могла развиться уже издавна заводская промышленность. Добавочными благоприятными факторами к тому было богатство уезда лесами, сплавными реками и особенно двумя такими, как Десна и Болва. С одной стороны, масса годного для производства материла, лежащего прямо в земле, с другой — прекрасные природные пути сообщения породили еще 100 лет назад эту заводскую промышленность.
Бытошевский чугуноплавильный завод (г. Мельникова) владеет местом в 16 тыс. дес., пруд 7 верст, рабочих 400, домна и вагранка. Количество выплавляемого чугуна 70 тыс. пуд., употреблено в 1890 г. 113 тыс. пуд. руды бурого железняка, выплавлено чугуна в 1890 г. 44830 пуд., за три года 1886 — 88 всего чугуна 110041 пуд, чугунных изделий 88586 пуд. Петровский железоделательный завод. Радицкий завод, вагранка. Любохонский, вагранка. Общая производительность их 118750 руб., из которых Петровский на 15 тыс. руб. Хрусталь и стекло: Дятьковский, Ивотской, Знеберский, Шушнинский, Чернятинский, Радицкий — всего 6 заводов, вырабатывающих на сумму 700 тыс. руб.; все принадлежат Мальцовскому промышленному товариществу. Прежде было еще 3 сахарных завода: Овстуг, Любахна и Морочева, на 140 тыс. руб. Кожевенный завод в Быковичах на 2000 руб.; в Карачиже сально-свечной завод на 5 тыс. руб. Брянско-Бежицкий завод.
Бумажный завод в Любахне и пивоваренный там же. По сведениям за 1888 год в брянском уезде мыловар, на 4500 р., кожев. 2 т. р., маслобойни 16730 р.. крупоруш. 2570 р., пивовар. 23550 р., бумажн. 11 т. р., мукомольн. 25400 р., чугуннолит. 62685 р., кирпич. 2 т. р., рельсопрокат. 5 милл. р., хрустальн. и стеклян. 1434000 р., лесопильни 147500р. А вся сумма производства = 7145000р. По реке Десне прошло товаров за 1886 г.: с Брянской пристани судов 373, на сумму 959 т. р., весом 1539000 пуд., и плотов на 480 т. р. По р. Болве за 1886 год Бежицкая пристань 175 судов на 278 т. р., весом 604 тыс. пуд., и плотов на 46 тыс. руб. По сведениям собранным Тарачковским на месте, в былые годы обороты Свенской ярмарки простирались до 2000000 руб., а в 1863 г. едва до 700 т. р. Лен и конопля производятся в брянском у. в значительном количестве. В Брянске строят суда: байдаки и берлины.
Всей земли в Б. уезде 631268 десятин, из них удобной 612 т. Всего жителей в Б. уезде 68536 мужчин и 67201 женщин, итого 135737 человек. Следовательно, приходится на каждого жителя по 4,74 десят. Пахотной земли всего 190 т. десятин. Сеется, главным образом, рожь и овес. Пшеницы совсем нет. Лошадей 41 т., рогатого скота 23580, овец 33400 г., свиней 18500 г., коз 695. Всего 117175 голов. Пчеловодство развито довольно слабо.
Всего в уезде 321 поселение. По величине отличаются: село Дятьково, где помещается главное управление Мальцовским заводом — 3000 ч. об. п.; Супонево — 2300 ч. об. п.; Акуличи — 1500 чел. Монастыри в уезде: Полбинско-Предтеченский, Белобережский и Свенский. Последний расположен на крутом обрыве, над рекой Десной, на высоте над водой 50 саж. Село Вщиж, или прежде Вжище, упомин. под 1143 г. (Изяслав), лежит при р. Десне, близ Дядьковичей, в 40 вер. от Брянска. Прежде это было большое и богатое село; в нем старые развалины церкви со множеством мраморных плит. Здесь в курганах сделаны интересные археологические находки.
Распределение земельных угодий: общее колич. крестьянской земли — 173820 дес. владельческой земли — 304112 дес.; пахотной земли крестьянской — 105865 дес., владельческой — 45650 дес.; лугов кр. — 26160 дес., владельч. — 22980 д.; выгонов и пастбищ кр. — 6030 дес., влад. — 5816 дес.; леса кр. 22376 д. влад. — 193771 дес. Всего удобн. земли крестьянской 165094 дес., владельческой 274931 д., неудобной земли крестьянской — 8717, влад. — 29181. Крестьяне Б. уезда занимаются также гонкою плотов с лесом и камнем (валунами). От Брянска в 8 недель спускаются до Херсона; до Киева 5 недель. Всего бурлачествует 700 чел.
Н. Кудрявцев. 

Брянск (история).

Время основания Брянска с точностью неизвестно; вероятно, оно относится к концу Х века, когда Владимир Святославич построил ряд городковкрепостей по pp. Днепру, Десне, Бугу, Оке и другие. До исхода XII века, как утверждает В. Н. Татищев в своем Лексиконе, Б. носил назв. «Брынь». Затем именовался «Дебрянском», «Добрянском» и"Дьбрянском" (что едва ли не указывает на присутствие около него дебрей, дремучих лесов, от которых, вероятно, и получил свое название), и только впоследствии стал называться теперешним именем. В летописи (Ипат.) первое достоверное известие о Б. сохранилось под 1146 г., в рассказе о междоусобной войне Давидовичей и Святослава Ольговича, князя северского и владетеля Брянска. Давидовичи отняли его у Святослава и поставили в нем своих посадников; но в следующем году Б. снова перешел в руки Святослава, который и владел им более 10 лет. С 1159 по 1167 г. Б. входил в состав Вщижского княжества, при князе Святославе Владимировиче, племяннике Изяслава Давидовича; Святослав Владим. сохранил его в своих руках до конца жизни, несмотря на двукратную попытку прежнего владельца отнять его. В 1167 г. Б. снова перешел к северским князьям, которые и владели им около 100 лет безо всякого соперничества. За все это время в летописи о нем не сохранилось ни одного упоминания до 1246 г., до времен княжения Романа Михайловича, известного в истории под именем брянского князя. После нашествия Батыя, когда Чернигов представлял из себя груду развалин, Роман Михайлович, ставший князем черниговским, по смерти своего отца Михаила Всеволодовича, замученного в Орде, перешел на княжение в Брянск. Вместе с ним переехал в Б. и черниговский епископ, и таким образом с этого времени Б. становится и самостоятельным удельным княжением, имевшим значение едва ли не больше всех городов Черниговского удела, и главным городом в церковном управлении, служа как бы продолжением древней епископии черниговской, Значение его, как самостоятельной епископии, сохранилось даже долее, нежели его политическая самостоятельность: последнее известие в летописях о пребывании в Б. епископской кафедры встречается под 1499 г. В течение долговременного правления своего Роман Михайлович (год смерти его с точностью неизвестен, известно только, что он умер в Орде), ознаменовавший себя многими ратными подвигами, сумел поставить Б. на ту степень силы и значения, на которой он служил некоторое время и оплотом против зарождавшегося могущества Литвы, и убежищем для угнетавшихся ею русских князей. Литовцы не раз делали нападения на Б., но всякий раз были с уроном отражаемы Ром. Мих., который даже предпринимал походы на самую Литву. Но эта борьба была разорительна для Брянской земли, которая должна была еще выплачивать дань татарам; князь ее уже в 1275 г. жаловался в Орде, что Брянская страна «оскудела всячески». Для ограждения от литовцев хан в том же году послал татарское войско, но оно нанесло гораздо больший ущерб союзникам, чем врагам. Помимо войн с литовцами, Ром. Мих. вел еще борьбу со смоленским князем Александром Глебовичем (1285), которая только способствовала разорению Б. К войнам, которые не прекращались и по смерти Ром. Мих., присоединились и внутренние усобицы: особенно упорна была борьба князей Василия и Святослава (ок. 1309 г.), в которой, при помощи татар, взял верх кн. Василий, умерший в 1314 г., и кн. Глеба Святославича с брянцами (1340), окончившаяся смертью первого. Благодаря этому, Б. княжество пришло в крайнее разорение и в 1356 г. легко было занято войсками литовского князя Ольгерда, после непродолжительной борьбы его со смоленским князем Василием Александровичем, который в этом (1356) году получил ярлык от хана на Б. и считается последним брянским князем.
С 1356 г. в истории Б. следует период литовского владычества, продолжавшийся около 11/2 веков. В первое время здесь княжили потомки Ольгерда, а затем управляли их наместники. Так, первым литовским князем в Б. был сын Ольгерда — Димитрий, при котором московский князь Димитрий Иоаннович посылал своих воевод для взятия Б., но безуспешно, и который, несмотря на это, через 10 лет (в 1380 году) был деятельным помощником его в Куликовской битве. По смерти Димитрия Ольгердовича (1399) Брянском завладел Витовт и посадил там брата Ягайла, Свидригайла Ольгердовича, воевавшего с Олегом, князем рязанским. С половины XV столетия начинаются частые нападения на Б. московских князей, которым наконец в 1499 г. удалось овладеть Б. По перемириям 1503 и 1508 гг. с литов. вел. князьями последние навсегда отказались от него в пользу московских государей. Таким образом Брянск вошел в состав Московского княжества и назначен, по духовному завещанию Иоанна III, в удел второму сыну его Юрию. Но и присоединенный к московским владениям, он еще долгое время составлял границу этих владений на юго-западе и потому довольно часто подвергался опустошительным нападениям со стороны литовцев и поляков, особенно в смутное время. Занимаемый и Лжедмитрием, и поляками, он тем не менее более других городов Орловского округа оставался верен Москве, участвовал в 1612 г. в ополчении, а в следующем году — и на соборе, избравшем Михаила Федоровича на царство. Со времени вступления на престол Михаила Федоровича для Брянска начинается новая эпоха: он получает новое внешнее и внутреннее устройство, с наименованием уезда Московского государства. Петр Великий заложил в Брянске верфь для гребной флотилии, которая называлась адмиралтейским правлением и довольно долгое время снабжала Черное море военными судами. Особенную услугу в этом отношении оказала брянская верфь постройкою разного рода судов, числом до 1000, в 1737 г., для казенных транспортов во время войны с турками. В 1778 г. с учреждением губерний, Брянск вошел в число уездных городов Орловской губернии; тогда же ему был пожалован герб, представляющий изображение золотой мортиры с двумя, по сторонам ее, пирамидами бомб, в красном поле.
В. Р.

Буало Депрео

Буало Депрео (Николай Boileau-Despreaux) — французский поэт и критик, род. 1 ноября 1636 г. в Париже, получил основательное научное образование, изучал сначала правоведение и богословие, но потом исключительно предался изящной словесности. На этом поприще он уже рано приобрел известность своими «Сатирами» (Пар., 1660). В 1677 году Людовик XIV назначил его своим придворным историографом, вместе с Расином, сохранив свое расположение к Б., несмотря на смелость его сатир. Лучшими сатирами Б. считаются 8-я («Sur I'homme») и 9-я («А son esprit»). Кроме того, он написал множество посланий, од, эпиграмм и т.д., отличающихся изяществом стиха; им не достает, однако, истинного поэтического порыва. Но выдающимся значением в истории французской литературы Б. обязан своей дидактической поэме в 4-х песнях: «L'art poetique», которая является наиболее полным выражением положений ложной или новоклассической школы. Б. исходит из убеждения, что в поэзии как и в других сферах жизни выше всего должен быть поставлен bon sens, разум, которому должны подчиниться фантазия и чувство. Как по форме, так и по содержанию поэзия должна быть общепонятна, но легкость и доступность не должны переходить в пошлость и вульгарность, стиль должен быть изящен, высок, но в тоже время прост и свободен от вычурности и трескучих выражений. Как критик, Б. пользовался недосягаемым авторитетом и оказал громадное влияние на свой век и на всю поэзию XVIII ст., пока на смену ей не явился романтизм. Он с успехом низвергал раздутые знаменитости того времени, осмеивал их жеманство, сентиментальность и вычурность, проповедовал подражание древним, указывая на лучшие образцы тогдашней французской поэзии (на Расина и Мольера), и в своем «Art poetique» создал кодекс изящного вкуса, который долгое время считался обязательным в французской литературе («Законодатель Парнасса»). Таким же бесспорным авторитетом Б. являлся и в русской литературе конца XVIII ст. Наши представители псевдокласизма, не только слепо следовали правилам литературного кодекса Б., но и подражали его произведениям (напр. сатира Кантемира «К уму моему» есть сколок «A son esprit» Б.).
Своей комической поэмой «Le Lutrin» Б., хотел показать в чем должен заключаться истинный комизм и выразить протест против полной грубых фарсов комической литературы того времени, угождавшей невежественному вкусу значительной части читателей; но заключая в себе некоторые забавные эпизоды, поэма лишена живой струи истинного юмора и отличается скучными длиннотами. В старости Б. вмешался в очень важный для того времени спор о сравнительном достоинстве древних и новых авторов. Сущность спора заключалась в том, что одни доказывали превосходство новых французских поэтов над древними греческими и римскими, так как они сумели соединить красоту античной формы с разнообразием и высокой нравственностью содержания. Другие же были убеждены, что никогда франц. писатели не превзойдут своих великих учителей. Б. вначале долго воздерживался сказать свое веское слово, но наконец выпустил в свет комментарий к сочинениям Лонгина, в котором является горячим поклонником древних классиков. Однако, защита его не имела ожидаемого результата и франц. общество продолжало предпочитать самого Б. Горацию. Имя Б. обыкновенно ставится рядом с именами Расина и Мольера, с которыми его связывала тесная дружба. И надо отдать справедливость нравственному характеру Б., в котором не замечается мелкая зависть к его знаменитым современникам. Наоборот, Б. первый защищал Расина, когда все напали на. него за «Федру»; такую же поддержку он оказал Мольеру, угадав своим тонким критическим чутьем превосходство последних над популярной в то время, теперь забытой плеяде писателей в роде Шапелена и др. Нельзя не отметить в характере Б. еще одну черту — то, что вследствие увечья, случившегося еще в детстве, Б. никогда не знал женщин. Этим объясняется ставившаяся ему часто в упрек сухость, отсутствие теплых тонов в его поэзии, нападки на любовь и женщин и общий сдержанный, холодный характер стиля. Б. умер в Париже 13 марта 1711 г. Сочинения его издавались очень часто; из полных собраний самые лучшие: выпущенное им самим (Пар., 1701), затем издания Броссетта (Женева, 1716, 2 т.), Дону (Париж, 1809, 3 т. и перепечатка 1825, 4 т.), Сен-Сюрена (Пар., 1821, 4 т.), Beppиa С.-При (1830 — 34, 4 т.), Жиделя (1869) и Пужула (Тур, 1870). Собрание его писем выпущено в свет Лавердэ под заглавием: «Boaleana» (Париж, 1858, 2 т.). См. D'Alembert, «Eloge de Despreaux»(1773); Brunetiere, «Etudes critiques» (1880); Кирпичников, «История всеобщей литературы» (вып. 18).

Буальдьё 

Буальдьё (Франсуа Адриен Boieldieu) — один из любимейших французских оперных композиторов, род. в 1775 г. в Руане, где его отец был секретарем канцелярии архиепископа. Он начал свое музыкальное образование певчим Руанского собора, и продолжал свои музыкальные занятия у органиста Броха. В 1793 году Б. написал, на изготовленный его отцом текст, маленькую оперу «La fille coupable», имевшую успех; за ней следовала «Rosalie et Mirza» (1795). Девятнадцати лет от роду, не имея никаких средств, он отправился в Париж, где своей одноактной оперой «La dot de Suzette» (1795) произвел большое впечатление. Затем следовали оперы: «La famille suisse»(1796), «Mombreuille et Merville» (1797), «L'heureuse nouvelle» (1797), «Zoraime et Zulnare»(1798), «Les meprises espagnoles» (1798), «Beniowski» (1800). В этот промежуток времени Б. состоял профессором фортепианной игры в консерватории. Выдающийся успех имела его опера: «Le Calife de Bagdad», выдержавшая более 700 представлений в Париже, и сделавшая его имя, как композитора, известным и заграницей. В 1802 г. появилась опера «Ма tante Aurore».
В 1803 г. Б., вместе с своим другом Роде, отправился в Россию. Император Александр I для первого приветствия славного композитора выслал ему в Мемель патент на место придворного капельмейстера; Б. обязался писать по 3 оперы в год, на готовые либретто из французской жизни. Б., обласканный императором, был хорошо принят в петербургском обществе; из написанных им в Петербурге для французской труппы комических опер назовем: «Rien de trop», «Amour et mystere». «La jeune femme coleree», «Aline», «Reine de Golconde», «Telemaque», «Les voitures versees» и др. В 1811 г. Б. получил отпуск и отправился в Париж, но по политическим обстоятельствам не мог вернуться. Из опер Б. в России наибольшим успехом пользовались: «Калиф Багдадский», «Красная шапочка» и «Жан Парижский», весьма часто повторявшиеся в оперных репертуарах 30-х и 40-х годов нынешнего столетия. Нередко шла и «Белая дама». Немецкая опера, бывшая в Спб. от 1834 — 1844, также часто ставила упомянутые оперы. В Париже Б. написал оперу «Jean de Paris», которая была представлена в 1812 г. и, благодаря своей прелестной и до ныне свежей музыке, имела громадный успех. В 1813 году Буальдье написал оперу: «La fкte du village voisin», а в 1818 году вновь появилась весьма удачная опера: «Le chaperon rouge» (Красная шапочка).
Следующие годы Б., вследствие расстроенного здоровья, жил в своем имении Жарси и мало занимался музыкой, продолжая, однако, исполнять обязанности по должности профессора композиции в консерватории. Только в 1825 г. Б. снова появился перед публикой с оперой «Dame blanche», одним из лучших и популярнейших его произведений. Она шла впервые в 1835 г. на сцене Opera Comique, после значительной обработки и нескольких переделок. Интересный сюжет, прекрасная оркестровка, полные поэтической прелести мотивы были восторженно оценены публикой. «Ah quel plaisir d'etre soldat» — сделалась народною оперою. Герольд в «Pre aux clerces»и много др. композиторов заимствовали методу этой оперы. Одной из последних его опер была: «Les deux Nuits» (1829), шедшая и в России. Непомерные занятия в консерватории, авторство, значительно утомлявшее его в силу привычки петь при сочинениях и т.п. значительно ослабили его здоровье. Вдобавок революция 1830 г. лишила его пенсии и дела его значительно ухудшились. Не помогла и поездка в Пизу и он скончался 8-го октября 1834 года в Жарси, по дороге на юг Франции. Б. вместе с Мегюлем считается одним из замечательнейших композиторов комической музыки первой четверти XIX в. Слава его опер дала ему массу почетных званий. В 1817 г. он был избран вместо Мегюля членом института. В 1839 г. Б. поставлен в Руане памятник. В 1875 торжественно праздновалось в Руане 100-летие со дня рождения Б. Ср. Arthur Pougin, «В. sa vie, ses oeuvres, son caractere, sa correspondance» (Пар., 1875); E. Neukomme, «Trois jours а Rоuen, souvenirs du centenaire de B.» (Пар., 1875); E. Duval, «B. notes et fragments inйdits» (Женева, 1883); «Компонист Андр. Боэльдье» («Пантеон», 1840, XI). — Его сын Adrien, также французский композитор, род. 1815 г., умер в 1883, известен своими романсами и комическими операми. Успехом пользовалась его опера: «Le bouquet de l'infante»(1847).

Будапешт 

Будапешт (Budapest) — главный город Венгерского королевства и одна из столиц Австро-Венгерской империи. Город образован в 1872 г. из Буды (Офена), старинной укрепленной столицы Венгрии, со старой Будой (O'Buda), на правом, высоком берегу Дуная, и Пешта, с островом Маргариты, на левом берегу. Город лежит на одном из главнейших международных путей Европы — из Вены через Белград в Константинополь и Салоники; кроме того, связан несколькими железными дорогами с разными частями Венгрии и двумя с Галицией. В Б. имеют местопребывание министерства и другие центральные учреждения, парламент (сейм) и высший суд Венгрии, а также власти округа (комитата) Пешт-Пилис. Город избирает обер-бургомистра, бургомистра, магистрат (управу) и совет (думу) из 400 членов. Местоположение города замечательно красиво, здесь соединяется много условий для большого городского поселения, как то: положение почти в центре обширной страны, большая судоходная река, безопасность от наводнений на правом берегу (в Буде), между тем как ниже Б. в Венгрии оба берега Дуная низки. Поэтому здесь или вблизи уже давно были значительные города, как Старая Буда во времена римлян, Вышеград (Vysegrad) немного повыше по Дунаю в XV и XVI столетии, а в царствование Матвея Корвина Буда стала столицей Венгрии. После покорения турками большей части Венгрии здесь жил паша, управлявший страной.
Пешт возник, вероятно, в XII в., получил первую грамоту в 1244. Имя Пешта, вероятно, происходит от славянского печь, а немецкое имя Буды (Ofen) перевод этого слова. По изгнании турок в Пеште были построены большие казармы и водворены высшие суды Венгрии (1723), а в 1784 г. сюда переведен университет. Местность Пешта низменна и пришлось истратить много денег для ее ограждения от разливов Дуная. В настоящее время пештские набережные уступают лишь петербургским. В XIX ст. развитие пароходства и постройка железных дорог много способствовали увеличению Пешта; но город особенно развился с 1867 г., т.е. со времени соглашения (Ausgleich) с Австрией, когда Венгрия получила самостоятельное правительство. Возникло множество центральных учреждений: на постройку домов давались ссуды; правительство делало огромные расходы на благоустройство города и постройку роскошных общественных зданий; казенные заказы доставались главным образом здешним фабрикам и заводам; казенные железные дороги, а под давлением правительства и частные, установили для провоза в столицу и из столицы более дешевые тарифы, чем для других городов. Таким образом Б. получает по дешевым ценам нужное ему сырье и продовольственные припасы и отправляет дешево свои изделия. Так напр., в Реку (Фиуме) втрое ближе из Загреба (Аграма), чем из Будапешта, но провоз изделий из последнего дешевле. Государственные люди Венгрии всеми средствами добивались того, чтобы создать великолепную столицу, и достигли своей цели в ущерб стране и особенно ее немадьярским областям. Б. имеет вполне вид столицы большого государства. Множество больших, прекрасных зданий; широкие, хорошо мощеные улицы и набережные, большое торговое движение, великолепные гостиницы и кофейни, полные народом целый день; роскошь, какой не видать, напр., в Вене. Рядом с этим нищета и разврат в низших классах, благодаря чему, а также отсутствию действительных санитарных мер, болезненность и смертность чрезвычайно велики.
На правом берегу реки местность возвышенная и более удобная для крепости, чем для большого города; здесь королевский дворец и министерства. С высот великолепный вид на город, Дунай и окрестности. У подошвы горы две группы горячих серных вод, которые привлекают множество посетителей; особенно хорошо устроены императорские воды (Kaiserbad). В старой Буде также горячие воды, устроенные еще римлянами. Левый берег реки соединен с правым двумя мостами, большим цепным для пешеходов и экипажей, построенным знаменитым Стефаном Сечони, и железнодорожным. Вблизи моста в Пеште, на набережной и соседних улицах и площадях — центральная и прекрасно обстроенная часть города. Одно из лучших зданий — мадьярская академия наук; вблизи памятники Сечени, Деаку и Этвешу; коронационный холм, на который въезжает верхом венгерский король в короне и порфире и обнаженным мечом ударяет по воздуху на все четыре страны света. В 1836 г. Буда имела 34893, Пешт 70278, итого 105171, в 1886 г. в Б. 422657 жит. Около 70% населения католики, 20% евреи, почти 10% протестанты, православных менее 1%. По языкам статистика насчитывает 65% говорящих на мадьярском, 30% — на немецком, 5% — на славянских наречиях.
В здании академии большая, но не особенно ценная картинная галерея, большая библиотека, естественно-исторический и археологический музеи, замечательно геологическое учреждение с прекрасным музеем; особенно хороша коллекция всяких полезных ископаемых Венгрии. Университет имеет превосходные лаборатории и кабинеты, 170 преподавателей и до 5000 слушателей. Есть еще политехническая школа, военная академия, 6 гимназий, коммерческая академия, 4 реальных училища, несколько прогимназий, учительских институтов и т. д.; католическая и лютеранская духовные семинарии, 173 элементарных школы; 4 театра (3 мадьярских, 1 немецкий), музыкальная академия, консерватория и т.д. Промышленность значительна. Особенно важны мукомольные мельницы, мука которых имеет всемирную известность; их 11 (все паровые), затем по три больших чугуно-литейных и машинных, химических и винокуренных завода, 7 больших кирпичных и т.д. Обработка волокнистых веществ не процветает; ими Венгрию снабжает Цислейтания. В Будапеште 6 банков, 4 сберегат. кассы, 4 земельных банка и 9 страховых обществ. Уже в 1881 торговое движение по железным дорогам, по Дунаю и на колесах выразилось ввозом 20 милл. метрическ. центнеров, главным образом зерновых хлебов и других питательных продуктов, каменного угля, леса и строительных материалов, и вывозом 18 милл. центн., главным образом муки, вина, плодов и скота. В настоящее время оно значительно увеличилось. Будапештское городское статистическое бюро, под руководством Иос. Керози, издает обстоятельные статистические сведения о городе.

Буддизм 

Буддизм — название религии, которая прежде господствовала в большей части Индии, а теперь исповедуется жителями Цейлона, Бирмы и Сиама (южные буддисты) и Непала, Тибета, Китая и Японии (северные буддисты). Общее число буддистов определяется различно; оно составляет, вероятно, около 400 миллионов, близко подходя к числу христиан. Б. развился из философского и нравственного учения Сидгарты Гаутaмы (Siddharta Gautama), старшего сына Судгоданы (Soddhodana), бывшего правителем в Капилавасту и вождем арийского племени сакиев, жившего в VI или V ст. до Р. X. на берегах Коганы (Kohana), между Бенаресом и подошвой Гималаев.
Исторические сведения об основателе той или другой религии обыкновенно до такой степени затемняются разными легендарными и апокрифическими рассказами, что добраться в них до истины бывает очень трудно. Этой судьбы не избег и Будда: достоверность имеющихся об нем сведений многими оспаривалась и не дальше, как в 1854 г., оксфордский профессор Вильсон прочел лекцию, в которой доказывал, что все рассказы о жизни Будды, равно как и самая личность Будды представляются вымышленными.
Главнейшие источники, откуда можно почерпнуть известия о жизни Будды, следующие: 1) «The Manual of Buddhism» изданный в 1860 г. по разным сингалезским источникам Р. Спенси Гарди 2) «Mallalingara Wouttoo», писанный на языке пали; время составления и автор неизвестны; английский перевод этого сочинения, озаглавленный: «Legend of the Burmese Buddah», сделан в 1858 г. епископом Биджендетом (Bigandet); 3) Подлинный текст комментарий Jataka на языке пали, написанный на Цейлоне в V ст. По Р. X., изданный в 1875 г. Фаусбеллем в Копенгагене. 4) Перевод на англ. яз. Под заглавием: «The Romantic Legenda of Sakya Buddha», сделанный Билем с китайского перевода санскритского произведения, называющегося «Abhinishkramana Sutra». 5) Санскритское произведение «Lalita Vistara» несомненно очень старинное, неизвестного автора и неизвестного времени, текст которого появился в Калькуте в «Bibliotheca Indica» и был переведен с тибетского языка на французский Фуко (Париж, 1848). В первых трех сочинениях изложены верования южных буддистов, священные книги которых писаны языком пали, а в двух последних содержится учение северных буддистов, написанное посанскритски. Первые отличаются большой полнотой и ясностью, вторые очень растянуты и полны фантастических легенд; фактическая сторона как в тех, так и в других одна и та же. Если эти книги и не могут служить полными источниками биографии Будды, то во всяком случае они содержат в себе мнения о Б. тогдашних буддистов и доказывают существование буддистов в далекие времена. Южный сборник сказаний о Б. и о его учении, именуемый Трипитакой, был окончательно установлен за 250 лет до Р. X. на совете в Паталипутре, на Ганге, собранном царем Асокой Великим; а северный сборник был утвержден в начале нашей эры, на совете в Яландаре, в Кашемире, собранном Канишкою, могущественным индо-скифским государем. Из первого мы можем почерпнуть биографические сведения о Будде. Статью нашу мы разделим на три части.

Часть I. Жизнь Гаутамы Будды.

В конце VI ст. до Р. X. арийские племена, вышедшие из Пенджаба, давно уже жили на берегах Ганга. Национальная гордость не позволяла им сходиться с побежденными туземцами, точно также, как родовая гордость не позволяла предводителям или знати сходиться с чернью. Духовенство, искусно эксплуатируя народное суеверие, не замедлило занять первенствующее положение. Все это вместе взятое положило начало делению на касты. Наивная жизнерадостность, столь рельефно проглядывающая в книгах Веды, и поклонение природе сменилось поклонением новым, уже не столь чистым божествам. Страна распалась на маленькие княжества, управляемые эгоистичными деспотами, интересы которых зачастую не сходились с интересами их подданных. Учение о переселении душ заставляло людей думать, что они терпят несчастья за грехи своих предков, души которых в них переселились, и что избавиться от чужих грехов можно только щедрыми подарками духовенству. Чтобы обеспечить лучшую жизнь своим потомкам, угнетенный народ обращался к совету и помощи астрологов и кудесников. Философия того времени не допускала мысли о будущей жизни и учила, что человек может освободиться от неразлучных с жизнью бедствий только путем уничтожения существования своего, как личности. Служившие источником одушевления войны с врагами арийского народа и арийских божеств сменились рядом междоусобных войн между соседними племенами. В литературе век поэтов уступил место веку комментаторов, думавших, что старые поэмы были творением богов. Но вот наступил рассвет реформации; странствующие мыслители устраивали публичные прения; появились аскеты, мечтавшие стать выше богов, и отшельники усердно трудились над разрешением различных вопросов жизни. Эти провозвестники новых начал быстро приобрели симпатии народа, и хотя жреческая каста по прежнему строго ограждалась от постороннего вторжения, человеку одной из низших каст, возмутившемуся против господствующего учения, удалось сделаться религиозным учителем и реформатором.
Вокруг Бенареса население было чрезвычайно густо, а самый город считался рассадником благочестия и учености. В нескольких днях пути к северу от Бенареса, в Капилавасту, над племенем сакиев царствовал Судгодана (по мнению одних — в половине VI века, по мнению других — в начале V века до Р. X.). Сакии, жившие на рисовых полях, в виду величественного Гималая, брали воду из реки Рохини, нынешней Коханы, которой пользовалось тоже соседнее племя колианов. Соседи жили в мире и согласии, и две дочери правителя колианов вышли замуж за Судгодану. Обе эти жены были бездетны, и велика была радость всего народа, когда старшая жена, Магамайя, имея 45 лет от роду, объявила мужу, что готовится сделаться матерью. Она отправилась к своим родителям и по дороге родила сына, будущего Будду. Рассказы о непорочном зачатии ребенка, о том, как святой старик явился к его отцу и предсказал ему рождение сына, о поклонении мудрецов и т.д., мы приведем ниже, в изложении позднейшего буддизма. В последующее время ребенок был более известен под фамильным именем Гаутамы, но собственно его имя было Сидхарта. Девятнадцатилетним юношей он женился на своей двоюродной сестре Язодгаре (Jasodhara) и предался всей роскоши и неге восточной жизни. По южно-буддийскому преданию, его родственники открыто обратились с жалобой к его отцу, говоря, что сын его живет только в свое удовольствие, ровно ничему не учится, и они боятся, что он не сумеет управлять государством. Гаутама, узнав об этом, просил назначить день испытания и поразил всех своими познаниями. Это единственное предание об его юности. Будучи двадцати девяти лет, Гаутама поехал, однажды, к себе на дачу и дорогою был поражен видом человека, совершенно расслабленного от старости; в другой раз ему встретился человек, страдавший отвратительной болезнью, а в третий раз он наткнулся на разлагавшийся труп. Всякий раз возница его, по имени Чанна, говорил ему, что такова судьба всех людей. Вскоре после этого он встретил аскета, и тот же возница, объяснил ему характер и стремления аскетов. Все эти встречи заставили ум Гаутамы сильно работать: он стал смотреть на все земные радости и надежды, как на суетные вещи, мечтал о тихой монастырской жизни и искал случая отдаться всецело воздержанию и размышлению. После встречи с аскетом к нему явился гонец с известием о рождении сына. — «Это новые крепкие оковы», спокойно сказал Гаутама, «которые мне придется разбивать». Население Капилавасту было в восторге от рождения наследника, единственного внука царя. Вернувшийся Гаутама был встречен музыкантами, окружившими его колесницу, и народом, кричавшим от восторга. Среди всеобщих криков его внимание было привлечено голосом его двоюродной сестры, воспевавшей его таким образом: «Спасен отец, спасена мать, спасена жена такого сына и мужа». Слово «спасен» он понял так, что может спастись от цепей жизни. В благодарность за то, что в такую минуту торжества ему напомнили о цели его жизни, Гаутама снял с себя драгоценное жемчужное ожерелье и послал его девушке. В этот же вечер он не обратил никакого внимания на танцовщиц и во время танцев даже заснул. Проснувшись, он вскочил «готовый к работе», по словам сингалезской хроники — «как человек, узнавший, что дом его горит». Спросив, кто стоит на страже, и узнав, что стоит его возница, он велел ему оседлать себе лошадь. В то время как Чанна пошел исполнять его приказание, Гаутама открыл потихоньку дверь в ту комнату, где спала его жена Язодгара, окруженная цветами, положив руку на голову своего младенца. Ему хотелось взять ребенка на руки, чтобы проститься с ним, но боясь разбудить жену, он решил уйти не простившись в вернуться, когда ум его просветится и он сделается Буддой, т.е. «просвещенным». Гаутама ушел в полнолуние в июле месяце, в сопровождении одного Чанны, и отправился по белу свету бедным, бесприютным учеником и странником. Эти то события и послужили темою для санскритского сочинения, переведенного Билем. Далее рассказывается, что Мара, великий искуситель, появился в небесах и остановил Гаутаму, обещая ему через семь дней владычество над всеми четырьмя материками, если только он не пойдет далее и откажется от своего намерения. Слова эти не подействовали на Гаутаму, но искуситель утешился надеждой, что возьмет верх, когда грешная мысль западет в душу Гаутамы. — «И с этой минуты», говорится в Бирманской летописи, «он как тень следовал за Гаутамой, стараясь постоянно ставить ему препятствия к осуществлению его мысли о том, чтобы стать Буддой». В тексте рукописи на яз. пади слово Будда употребляется в виде титула, а не как собственное имя. Гаутама проповедовал, что он — один из Будд, являвшихся в разное время на землю. После смерти каждого Будды его религия процветала в продолжение некоторого времени, и затем забывалась до прихода нового Будды, который снова начинал проповедовать туже истину. Отчет о двадцати четырех Буддах, предшествовавших Гаутаме, находится в Ятаке.
После встречи с искусителем, Гаутама ехал в продолжение целого дня до берегов реки Анома, где остановился, мечем срезал себе длинные кудри, снял богатые одежды и послал их обратно в Капидавасту. Следующие семь дней Гаутама оставался один в роще из манговых деревьев и затем пошел в город Магадху, место пребывания Бимбизары, одного из могущественных государей того времени в долине Ганга. Он был милостиво принят государем, другом его отца; но несмотря на просьбы сделаться вероучителем, он не решился взяться за дело проповедника. Он примкнул сначала к брамину, по имени Алора, а потом к другому, по имени Удрака, от которого выучился всему, чему учила в то время индийская философия. Не удовлетворившись этим учением, он удалился в дремучие леса Урувелы, и прожил там шесть лет с пятью верными учениками, в суровом посте и самоистязаниях, до тех пор, пока слава об нем, как об аскете, разнеслась по всему свету: «как звон колокола, повешенного на своде небесном», говорит Бирманская летопись. Наконец он довел себя до такого истощения, что с ним сделался однажды глубоки обморок. Окружающие думали, что он умер, но он оправился и с этих пор прекратил свои истязания и начал вести правильную жизнь. После этого в душе Гаутамы произошла новая борьба, о которой говорится, как в южно-буддийских, так и в севернобуддийских сказаниях в такой поэтической и фантастической форме, какую могло создать только пламенное воображение индийцев. Разочарованный и недовольный Гаутама отказался от всего, что вообще дорого людям, и искал успокоения в науке в самоотречении. Видя, что усвоением чужой мудрости и простою жизнью он не достигнет того, чего ему хотелось, он предался размышлению и покаянию, посредством которых, по мнению тогдашних философов, люди могут стать выше богов. В этом направлении он дошел до того, что его стали считать святым, но в тоже самое время он утратил и силы, и даже веру. В таком положении привязанность и расположение людей могли бы поддержать его, но друзья и ученики изменили ему, и перешли к другим учителям. Вскоре после этого, если только не в тот же день, когда ученики покинули его, он направился к берегам Наиранджара и сел под тенью громадного дерева, известного с этого времени под названием дерева Бо или священного дерева (Ficus religiosa). Тут он просидел весь день, борясь с собой и раздумывая, что ему делать. Все прежние искушения с новою силою вернулись к нему. Много лет он философски смотрел на все земные блага, понимая, что нет счастья без горечи; но теперь, при его поколебавшейся вере, сладость домашнего очага и любви, прелести богатства и власти показались ему совсем в другом, крайне привлекательном виде. Он сомневался и терзался своими сомнениями; но к закату солнца вера одержала верх и вышла из этой борьбы как бы очищенной. В голове у него все стало ясно, и он сделался Буддой, т.е. просвещенным. С этой ночи он не считал самоумерщвление необходимым для веры, и открыто говорил об этом. Всю ночь провел он в размышлении под деревом, и правоверные буддисты веруют, что он постился в этом месте семь раз по семи суток, и каждый раз архангел Брама являлся к нему для беседы и наставлений. Всей своей последующей жизнью Гаутама доказал, что, проповедуя миру свою религию, он руководится чувством любви и сострадания к ближним. Гаутама прежде всего захотел возвестить свое новое учение своим старшим учителям Аларе и Удраке; но не застав их в живых, решил отправиться к прежним пяти ученикам своим, жившим в то время в лесу около Бенареса. Увидав его, бывшие ученики решили не признавать над собою превосходство человека, не сумевшего сдержать свой обет, и называть его только по имени, а не учителем. Он понял причину их обращены к нему со словами: «Почтенный Гаутама», и просил их не называть его так, говоря, что они люди смертные, а что он нашел путь к бессмертию и может указать им его. Они, возражали ему, указывали на его прежнее падение. Тогда он в следующих словах объяснил им свое новое учение: все телесное есть материальное и, следовательно, временное, так как оно само в себе носит зачатки разложения. Пока человек связан с материальным миром телесным существованием, до тех пор он подвержен печали, разрушению и смерти. Пока человек будет дозволять дурным желаниям царить у него в душе, он будет чувствовать неудовлетворенность, бесполезное утомление и заботы. Бесполезно стремиться очистить себя порабощением своей плоти: нравственная порча в душе человека связывает его со всем материальным миром. Только безусловное искоренение всего дурного разорвет цепи его существования и перенесет его «на другую сторону, откуда душа его уже не переселится в другое тело». Не следует, однако, приравнивать эти идеи к христианскому учению о загробной жизни. Б. не знает ничего о духовном бытии. Основные положения буддизма выражаются в очень старинной формуле, составленной вероятно его основателем и называющейся «четырьмя великими истинами». Вот они: 1) несчастия всегда сопутствуют жизни; 2) источник всего бытия лежит в страстях или похоти; 3) избавиться от бытия можно только, уничтожив похоть; 4) достигнуть этого можно поднимаясь по следующим четырем ступеням в Нирвану. Первая ступень состоит в пробуждении сердца. Когда чешуя спадает с глаз верующего, когда он познает великую тайну скорби, неразлучной с жизнью и со всеми земными интересами, когда он обращается к Будде — он становится на первую ступень по пути к спасению. Вторая ступень состоит в освобождении от нечистых помыслов и мстительности. Чтобы достигнуть третьей ступени, верующий должен отделаться от всех злых желаний, от незнания, сомнения, ереси, недоброжелательства и раздражительности. Умерщвлять свою плоть различными лишениями представляется, по учению Будды, вполне излишним; главное внимание должно быть обращено на очищение души от дурных помыслов, ибо чистому сердцу открыт весь мир и все добрые дела. Венцом всего здания жизни, по мнению Будды, должно быть всеобщее милосердие. Истинное просвещение, истинная свобода заключается только в любви. Верующий, проникнутый любовью, достиг последней ступени; он порвал цепи незнания, страсти и греха, и тем самым избавил свою душу от переселения, приблизился к Нирване и стал вне законов материального бытия, тайны будущей и прошлой жизни открыты ему, и он навеки освобождается от рождения с его последствиями — разрушением и смертью. Никакой буддист не надеется достигнуть этой ступени на земле; но кто раз вступил на эту стезю, тот уже не может покинуть ее, рано или поздно добьется своего, и, войдя в Нирвану, успокоится навеки.
Но вернемся теперь к истории Гаутамы. Можно считать достоверным, что Будда обладал внушительною наружностью и замечательно сильным и приятным голосом. Если прибавить к этому его страстную и глубокую веру в свое учение, то нечего удивляться тому, что пять бывших учеников его очень скоро примкнули к новому учению Будды. Гаутама пробыл около Бенареса до тех пор, пока число его последователей не достигло шестидесяти человек. Главным его учеником был очень богатый молодой человек Яза, который пришел к нему в первый раз ночью из страха перед своими родными, а потом обрил себе голову, надел желтую одежду и привлек к учению Будды многих из своих родных. Его мать и жена были первыми женщинами, последовавшими за Буддой. Отшельническая жизнь, говорит Будда, способствует к достижению высшего блаженства, но и светская, семейная жизнь, не лишает человека возможности достигнуть той же цели. Когда миновало дождливое время года, Гаутама собрал тех из своих учеников, которые посвятили себя высшей жизни, и обратился к ним с такой речью: — «я освободился от пяти смертных грехов, опутывающих людей и ангелов гигантскими сетями, и вы тоже, благодаря моему ученью, достигли этого. Нам предстоит теперь великая задача: помочь людям и ангелам добиться спасения. Разделимтесь, и пойдемте в разные стороны по одиночке. Идите и проповедуйте..... Я, с своей стороны, пойду в деревню Сена, около пустыни Урувелы». В последующие годы своей деятельности Гаутама ежегодно рассылал таким образом своих учеников, оставляя при себе только некоторых из наиболее близких. В пустынях Урувелы в это время жили три брата философа — отшельники и огнепоклонники, собравшие около себя довольно много учеников. Гаутама остановился у них, и вскоре все они сделались его последователями. Здесь же Гаутама сказал первую проповедь, предметом для которой послужил лесной пожар, вспыхнувший на склоне соседней горы. В этой проповеди он предостерегал своих слушателей от пожара дурных страстей и сравнивал последние с огнем, который в одно и то же время причиняет и боль, и удовольствие, и быстро ведет к разрушению. В сопровождении своих учеников, Будда отправился в Раджагриху, где обратился с речью к царю, говоря ему, что все земные несчастия происходят от страстей. Царь пригласил его с учениками отобедать у него и потом подарил ему бамбуковую рощу, известную впоследствии тем, что Гаутама провел там несколько дождливых времен года и произнес там большую часть своих лучших проповедей. Там он приобрел очень много последователей. Между тем старый царь Судгодана, тревожно следивший за жизнью своего сына, узнал, что последний перестал быть аскетом и сделался простым странствующим проповедником и учителем. Тогда он послал просить сына вернуться домой, чтобы перед смертью повидаться с ним. Будда тот час же отправился в Капилавасту, и по своему обыкновению остановился в загородной роще. Отец его, и дядя и другие родственники пришли к нему, но Гаутама встретил их холодно и не выказал им должного почтения. Обыкновенно таких учителей приглашали на следующий день к обеду, но Гаутаму никто не пригласил; поэтому на следующий день он пошел в город с чашкой, собирать подаяние. Отец, услыхав, что сын его ходил по улицам и просил милостыню, пришел в ужас и, выйдя к нему, вскричал: «Знаменитый Будда! зачем ты подвергаешь всех нас такому позору? К чему ты просишь милостыню? Неужели ты думаешь, что я не в состоянии накормить всю твою нищенствующую братию»! «Благородный отец мой, отвечал Будда, — таков уж обычай нашего рода». «Как так? вскричал отец, — разве ты не потомок царского рода? Никто из нашего рода не унижал себя таким образом». — «Благородный отец мой, сказал Гаутама, — и ты, и семья твоя можете требовать себе царских прав, но я происхожу от древних пророков, которые всегда поступали так, и обычаи их хороши, как для этого мира, так и для того, который ждет нас. Если кто-нибудь находит клад, то он обязан прежде всего поделиться им со своим отцом, отдав ему лучшую часть. Позволь мне поделиться с тобой найденным мною сокровищем». Смущенный царь, приняв от сына чашу, повез его к себе в дом. Дворцовые женщины вышли приветствовать его; но между ними не было Язодгары, которую он не видел с тех пор, как оставил ее спящей с младенцем семь лет тому назад. — «Я подожду и посмотрю, говорила она: — может быть я еще значу для него что-нибудь, и тогда он сам придет ко мне или спросит обо мне». Гаутама заметил ее отсутствие и, вероятно, помня, что отшельник не может прикасаться к женщине, сказал: — «Царевна еще не освободилась от желаний, как освободился я, и не видя меня столько времени, она может еще сердится на меня? Если гнев ее не успокоится, то сердце ее может разбиться. Она может поздороваться со мной». Он пошел к ней, и она, увидав не мужа, которого ждала, а монаха, в желтой рясе, с бритой головой и бритым лицом. Упала на пол, и обняв его ноги заплакала, Затем однако Язодгара мало помалу успокоилась, и вскоре сделалась ревностною последовательницею учения своего мужа. Будде против воли пришлось устроить орден монахинь, в который прежде всех вступила его бывшая жена. На следующий день была назначена свадьба сводного брата Гаутамы Нанды, но вместо свадьбы Нанда последовал за Буддой в рощу. Через несколько дней Язодгара одела своего сына Рахулу и приказала ему пойти и просить отца передать ему наследство. — «Я не знаю своего отца, сказал мальчик, — кто он такой». Мать взяла его на руки и показала ему на отца, обедавшего в это время во дворце. «Вот этот монах, с таким светлым лицом, сказала мать, — и есть твой отец. У него четыре источника богатств, пойди к нему и попроси ввести тебя во владение твоим наследством». Рахула пошел к отцу и без страха почтительно сказал: — «Отец мой! как я рад, что я с тобой». Гаутама молча благословил его, и встал, чтобы уйти; тогда Рахула пошел за ним, прося его оставить ему наследство. Никто из окружающих не остановил его, и они ушли в рощу, где ребенок был принят в число учеников. Узнав об этом, царь рассердился, и чтобы спасти других родителей от риска потерять таким образом своих детей, он просил Будду не брать к себе детей без разрешения родителей. Гаутама исполнил просьбу и вскоре вернулся в бамбуковую рощу. С этого времени рассказы о жизни Гаутамы не имеют хронологической последовательности, и потому мы приводим из них только некоторые. Однажды Будда подошел к богатому земледельцу, пахавшему свое поле и просил подаяния. Земледелец богатый брамин сказал Будде: «Если бы ты пахал и сеял как я, то тебе не пришлось бы просить милостыни». — «Я тоже, брамин, отвечал Будда, — сею, пашу и пожинаю». — «Только никто не видит, как ты пашешь», заметил брамин. «Вера есть мое семя, отвечал нищий; — борьба с самим собой есть благодатный дождь; мудрость есть мой плуг, которым управляет. скромность. Настойчивость везет мой плуг и я направляю его своею мыслью; закон есть то поле, которое я обрабатываю, а жатва, собираемая мною, есть бессмертный нектар Нирваны. Кто собирает эту жатву, тот уничтожает все плевелы печали».
Один купец из Сунапаранты примкнул к учению Будды, хотел проповедовать его своим родственникам, и спросил на это разрешение у Гаутамы. «Народ в Сунапаранте, отвечал ему учитель, — очень дерзок. Если люди обругают тебя, что ты будешь делать»? — «Я не стану отвечать им», сказал купец. — «А если они ударят тебя, что ты будешь делать»? — «Я не стану бить их» — отвечал он. — «А если они захотят убить тебя»? — «Смерть сама по себе не есть зло; многие из нас желают смерти, чтобы избавиться от мирской суеты, но я шагу не сделаю, чтобы отдалить или приблизить ее». Эти ответы показались Будде удовлетворительными, и он отпустил этого купца на проповедь. В другой раз Гаутама, исцелил молодую женщину, по имени Казаготами, лишившуюся от горя рассудка. Казаготами рано вышла замуж и родила ребенка, будучи сама еще девочкой. Ребенок вскоре умер. Несчастная мать, прижимая мертвого ребенка к груди, бегала из дома в дом и просила дать ей для него какого-нибудь лекарства. Один из приверженцев Будды сказал ей, что сам лекарства дать ей не может, но знает такого человека, который может помочь ей. Ее привели в Гаутаме. «Учитель, сказала она, кланяясь, — не знаешь ли ты такого средства, которое помогло бы моему ребенку»? — Знаю, отвечал он. — Достань мне горсть горчичного семени из такого дома, в котором никогда не умирал бы ни сын, ни родитель, и никто из родных или из рабов". Женщина ушла и везде куда она ни входила, она получала на вопрос: «не умирал ли кто-нибудь в семье», один и тот же ответ, что живых мало, а умерших много. Наконец, она стала успокаиваться, и пошла обратно к Гаутаме, оставив ребенка своего в лесу. — «Принесла ли ты горчичного семени»? спросил ее учитель — «Не принесла, отвечала она, — потому что живых мало, а мертвых много». Он стал излагать ей свое учение о непрочности всего земного, так что сомнения ее разъяснились, и она, помирившись со своим несчастьем, стала его ученицей. Будда проповедовал в продолжение сорока пяти лет, не отходя далеко от Бенареса и проводя дождливое время года в домах, принадлежавших обществу буддистов. С Гаутамой ходили его родственники. Один из его двоюродных братьев стал завидовать успехам Гаутамы и побуждал царя Аджатасатру возбудить преследование против Гаутамы и его приверженцев. Рассказы о том как Гаутама избавлялся от грозивших ему опасностей, носят совершенно легендарный характер. Достоверно только одно, что новое вероучение должно было выдержать сильные преследования со стороны озлобленных браминов. Сведения о последних днях Гаутамы довольно подробны. Восьмидесятилетний учитель остановился отдохнуть в роще Пава. Некий Чунда, подаривший эту рощу нищенствующей братии, приготовил им обед. После обеда старец отправился в Кузи-Нагару, но, пройдя немного, должен был остановиться и сказал: «меня томит жажда». Его напоили и он пошел дальше, но около реки Кукушта принужден был снова остановиться. Будда с учениками продолжал понемногу подвигаться вперед и наконец они добрались до реки Хиранаваты; там Будда в последний раз отдохнул и долго говорил с Анандой о своем погребении и о тех правилах, которые последователи его не должны забывать после его смерти. Ананда, слушая его, не мог сдержать себя, и, отойдя в сторону, заплакал; но Гаутама тотчас же послал за ним и стал утешать его, говоря, что он пойдет в Нирвану, и повторял: — «Полно, Ананда! Не плачь, не тревожься. Ведь рано или поздно мы должны расстаться со всем, что нам дорого. Разве на этом свете есть что-нибудь вечное? Дорогие мои, прибавил он, обращаясь к другим ученикам, — Ананда знает все, что следует сделать после моей смерти. Слушайтесь его». После полуночи Субгадра, философ-брамин, пришел спросить о чем-то Будду; но Ананда, боясь, что разговор может взволновать больного учителя, не допустил его. Гаутама, услыхав голоса, приказал пустить в себе Субгадру. Отвечая на вопросы последнего, Гаутама высказал, между прочим, следующее: «Мою религию, знают только мои двенадцать учеников, которые пробудят мир от равнодушия. С двадцатидевятилетнего возраста до сегодняшнего дня я стремился к чистой и совершенной мудрости и, идя верной стезей, я дошел теперь до Нирваны». Будда постановил за правило, чтобы последователи его не принимали в свое общество людей других верований, не подвергнув их предварительно четырехмесячному искусу. Последними словами его была просьба любить друг друга. К утру он скончался.

Часть II. Древний буддизм.

Рассказы о погребении Гаутамы и о раздаче его мощей полны самых легендарных подробностей. По-видимому, тело его было сожжено с большими церемониями. Но не успел он закрыть глаз, как среди его последователей уже возник раскол. Субгадра открыто радовался, что наконец не стало человека, который постоянно говорил: — не делай того, не делай другого. Это так поразило учеников, что старшие из них, как например, Kacиапа и любимый ученик Будды Ананда, решили для устранения возникших разногласий собрать совет. Первый совет собрался под председательством Kacиапы. На нем присутствовало пятьсот человек верующих, и о нем сохранилось только предание, что он длился семь месяцев. Второй совет был собран через сто лет, а третий за 250 лет до Р. Х., при буддийском царе Асоке, в его столице Пашалипутре, нынешней Патне. Есть основание думать, что священные книги, сохранившиеся до настоящего времени в Цейлоне, совпадают, во всем существенном с составленными на этом третьем совете. Правоверные буддисты считают, что учение установленное на первом соборе совершенно тождественно с учением, принятым на третьем соборе; но известные нам теперь буддийские каноны едва ли могли быть написаны тотчас же после смерти Будды. Время смерти Будды в точности не определено; вообще принято думать, что он умер в пятом веке до Р. Х. Время третьего собора нам известно в точности, так как он состоялся при царе Асоке за 250 лет до Р. Х. или около того; следовательно первый собор собрался по крайней мере лет за 150 ранее, и в эти 150 лет суеверия могли значительно развиться.
II. Абхидхарма или философская часть буддизма. Б. не пытается разрешить проблему первоначального происхождения космоса. Когда, однажды, спросили Будду: — бесконечно или нет существование мира, то Будда ничего не ответил ему, может быть потому, что считал этот вопрос праздным. Существование материального мира и населяющих его сознательных существ буддизм принимает как факт, и полагает, что всему есть причина и следствие, и что все постоянно, хотя, может быть, и незаметно меняется. Хотя в принципе буддизм признавал многое, подтвержденное впоследствии наукой, но в подробностях держался суеверий того времени. Будда говорит, что в пространстве рассеяно бесконечное количество шарообразных миров, соединенных по три. Все эти миры совершенно похожи на наш мир, в средине которого возвышается громаднейшая гора, Мага Меру. Она окружена семью концентрическими кругами утесов страшной высоты; самый наружный круг разделен на четыре части или четыре материка; часть одного из них составляет Ямбудвипа, обитаемая нами. На высотах Мага Меру, над ними и над кругами утесов находятся двадцать четыре неба, а под ними и под землей находятся восемь больших адов. Эти небеса и ады составляют часть материального мира, подчиняющегося, как и все остальное, закону причины и следствия. Между Мага Меру и наружным кругом утесов ходят звезды, солнце и месяц. Существа, населяющие вселенную, проходят свой круг жизни и уступают свое место другому поколению. Сам мир периодически разрушается и вновь возрождается. Число людей и живых существ всегда остается одним и тем же. Надо думать, что верования эти заимствованы буддистами из более ранних религий. Мысль о тщете всего мирского и об общем для всего живого законе постепенного увядания и смерти, должна была привести к вере в Нирвану. Если жизнь есть бедствие, от которого не избавляет человека даже смерть, то, конечно, надо было прежде всего открыть корень этого бедствия и, уничтожив его, положить конец тому длинному ряду несчастий, который нам предназначено переносить бесконечное количество раз. Корень или семя жизни буддисты находят в «карме», сумме достоинств и недостатков, а так как у всякого человека недостатков всегда больше, чем достоинств, то практически понятие о «карме» приближается к понятию о грехе; причиной греха считается неведение. Уничтожив неведение и проистекающий от него грех, человек может добиться вечного покоя в Нирване, идя к этому четырьмя стезями, о которых уже было сказано выше. Каждый человек при рождении получает все пороки и добродетели своих предшественников и продолжает начатую ими борьбу на пути к просвещению. Буддисты не признавали ничего вечного, кроме закона причины и последствий; поэтому и космос, и карма могли быть уничтожены. Нирвана описывается самыми яркими красками: чудным, бесконечным, благословенным местом, где нет ни смерти, ни увядания. Нирвана — это конец страданиям, другой берег океана жизни, гавань спасения, истина, вечность. Некоторые из европейских ученых думали, что под Нирваною разумеется блаженное состояние души после смерти; но буддизм не признает существования души, как чего то отдельного, независимого от тела.
Многим покажется странным, что такая религия, как буддизм, не имеющая понятия об Едином Боге и не признающая существования души, могла занять первенствующее по числу своих последователей место среди остальных религий. Можно утверждать, что, если бы учение Будды было только философским учением, или если бы он жил позже, он имел бы очень немного последователей. Громадную роль в распространении буддизма играла обширная филантропическая деятельность Гаутамы, приходившаяся как нельзя более кстати в те времена угнетения слабых сильными. Есть даже основание предполагать, что Гаутама и в мыслях не имел создать новую религию: он думал, что его учение, как новое вино, будет разлито в старые меха и что все люди, не исключая даже браминов, примут это учение как наиболее полное выражение старой религии. Гаутама прежде всего требовал от своих учеников полнейшего воздержания. Для достижения духовной свободы, он считал необходимым отречение от всех мирских интересов. Постепенно устанавливая различные правила, он кончил тем, что учредил нечто вроде монашеского ордена — Сангасов. Нужно оговориться, впрочем, что члены этого ордена никогда не пользовались правами и преимуществами жреческого сословия. Последующие цари и предводители племен дарили ордену богатые поместья и он мало помалу обратился в скопище тунеядцев и лентяев, тем более, что для поступления в него требовалось только свидетельство, что данное лицо не страдает какой-нибудь заразной болезнью, что оно не принадлежит к числу рабов или солдат, я что родители согласны отпустить его. Впоследствии обряд присоединения к ордену сопровождался различными церемониями; устав ордена подвергся значительным изменениям. В Тибете мы встречаем уже полную церковную иерархию. Правила ордена находятся в книге «Патимокка», написанной во времена Асоки; и книгу эту монахи обязательно должны были читать два раза в месяц. Монахи обязаны быть очень воздержанными в пище и вовсе не употреблять спиртных напитков. Нищенствующий монах должен был молча протягивать свою глиняную чашку для сбора подаяния и есть то, что ему дадут. Старшие монахи не могли есть мясной пищи. Гаутама считал отшельническую жизнь наиболее верно ведущей к спасению; сохранилось много пещер с различными надписями на древнем языке пали, в которых, очевидно, жили отшельники, одеваться монахи должны были в желтую рясу, покрывавшую все тело, за исключением правой руки и плеча. Рясу эту монах никогда не мог снимать: снять ее значило выйти из ордена. Нечего и говорить, что прелюбодеяние, воровство и убийство принадлежали к числу проступков, за которые виновный тотчас же исключался из ордена. Первоначальный обет нищенства, даваемый при поступлении в орден, впоследствии утратил свой смысл, так как монастыри, получавшие массу приношений, делались очень богатыми. Дары начал принимать уже сам Гаутама. Обета послушания у буддистов никогда не существовало. Каждый член общества должен был повиноваться своей совести и закону. Старший в монастыре мог, однако, наказывать меньшую братию, изгоняя из монастыря. Каждый монах, нарушивший правила Будды, должен был приносить публичное и добровольное покаяние в своих грехах; вопросов ему при этом не предлагалось. На обязанности послушников, только что вступивших в общину, лежала уборка двора и все работы по хозяйству. Между работами каждый послушник должен был предаваться размышлению или молитве. Гаутама первоначально предполагал, что все вступят рано или поздно в его общину, и мир горя и греха таким образом сам собою разрушится. Для мирян Будда оставил десять заповедей, а именно: не убивай, не воруй, не лги, не прелюбодействуй, не клевещи, не клянись, не болтай лишнего, не скаредничай, не сердись, не уклоняйся от истинной веры. Победа над самим собою и полнейшее милосердие являются основными принципами буддизма, и потому он не мог остаться достоянием одних монастырей. Он являлся религией, одинаково доступной для всех. Гаутама не признавал кастовых религий и преимуществ: по его понятиям, привилегия каждого человека заключается в его личных достоинствах и добродетелях. Правда, он не дерзал восставать открыто против народных бичей того времени — против рабства, деспотизма и обогащения на чужой счет; но вскоре принципы нового учения взяли верх над деспотизмом правителей, и правление буддийского царя Асоки было уже самым человеколюбивым, какое только могло быть в Индии.

Часть III. Позднейший буддизм.

Нет ничего удивительного, что такое гуманное учение пустило глубокие корни среди индийцев, находившихся под гнетом касты жрецов. К сожалению, ход распространения буддизма мало известен. Через 150 лет после смерти Гаутамы буддизм был объявлен государственной религией. Китайский пилигрим Фа-Хиан был в Индии в 400 году после Р. X., и нашел буддизм в цветущем состоянии. В VIII и IX столетиях началось страшное преследование буддизма, так что в Индии не осталось ни одного буддиста. На Цейлоне буддизм введен, в сравнительно чистом виде, сыном и дочерью Асоки, и сохранился до новейших времен. В V столетии буддизм занесен в Бирму, откуда распространился по соседним областям, но уже в искаженном виде, о чем можно судить хотя бы по сказаниям, которые описывают обстоятельства, сопровождавшие рождение Гаутамы: родившись, он тот час же прошел три шага и громовым голосом подал весть о своем величии. Один святой старец, упав перед ним ниц, предсказал ему, что он сделается Буддой, и поведет свой народ ко спасению. Пятимесячным ребенком, он, лежа под деревом, так глубоко задумался, что впал в забытье, и пять мудрецов, проходивших мимо, так были поражены этим, что поклонились ему и спели ему гимн, которым предвещали, что младенец этот будет проповедником такого учения, которое, как волна, зальет всякое пламя и горе жизни, и, как огонь, очистит весь мир. Легенды о дальнейшей жизни Будды наглядно доказывают нам, что к буддизму примешивались различные суеверия. Среди северных буддистов легенды искажены гораздо более, чем среди южных. Северный буддизм назван Великой колесницей в отличие от южного буддизма, который не без насмешки называется Малой колесницей. Великая колесница развилась в новую религию, основанную на поклонении Майтреи (Maitreja), Дианни-Будде (Dyanni-buddhas), Манджусри (Manjusri) и Авалокитесваре (Avalokiteswara), олицетворяющим собою милосердие, молитву, чистоту и мудрость. Развитие буддийского учения в Тибете завершилось образованием там целого сословия духовенства, устройство которого очень напоминает католическую иерархию. На сколько буддизм утратил в Тибете свою первоначальную чистоту, превратившись в ламаизм, можно видеть уже из того, что двое лам вели борьбу из за права быть официальным воплощением апостолов Будды. Вообще говоря, ламаизм, с своими колокольчиками, четками и бритыми монахами, с своими процессиями и чистилищем, очень походит на римский католицизм, со всеми недостатками и темными сторонами последнего.
Главным источником для изучения Б. является многочисленные священные книги буддистов, которые в значительной степени еще неизвестны европейцам. Число их особенно велико в Тибете. Как на древнейший сборник буддийской морали, можно указать на «Dhammapadam» (изд. Фаусбелля, Копенгаген, 1855), переведено на немецкий яз. А. Вебером в его «Indische Skizzen» (Берлин, 1862). 
Литература: La Loubere. «Descript, de Siam»(Амстердам, 1714, 2 т.); P. Georgi, «Alphabetum tibetanum» (Рим, 1762); Grosier, «Descript. de la Chine» (Париж, 1787, 2 т.); S. Pallas, «Voyages» (фр. изд. 1788; 7 т., in 4°); Thunberg, «Voyage au Japon» (пер. Landresse, Париж, 1799, 5 т.); Upham, «The history and doctrine of bouddhism» (Лондон, 1829, in 4°);Turnour, «Epitome of history of Ceylon» (1836); его же, «The Mahawanso translated» (Коломбо, 1836); Abel Remusat, «Foe Koue Ki» (пер., Париж, 1836, in 4°); Huc и Gabet, «Voyage au Thibet et en Tartarie» (Париж, 1846, 2 т.); М. Foncaux, «Le Lalita vistara» (Пар., 1847); Schiefner, «Eine tibet. Lebensbeschreibung Sдtjamunis» (Cпб., 1849); Burnouf, «Le lotus dela bonne loi» (Париж, 1553); Stan. Julien, «Voyages des pelerins bouddhistes» (Париж, 1853 и cл., 3 т.); Pallegoix, «Descrip. du Roy. Thai ou Siam» (Париж, 1854, 4 т.); Koppen, «Die Religion des Buddha» (Берл., 1857); Bouillevaux, «Voy. dans l'Indo-Chine» (Париж, 1858); M. Koeppen, «Religion des Buddha»(Берлин, 1859); Wassilljew, «Der Buddhismus etc.» (Спб., 1860); Spence Hardy, «Eastern monachism» (Лондон, 1860); E. Schlagintweit, «Buddhism in Tibet» (Лейпц., 1862; на фр. «Le Bouddhisme au Tibet», в «Annales du musee Guimet», III, перев. с английского Milloue); M. Obry, «Du Nirvana bouddhistique» (Париж, 1863); «Doctrines des bouddhistes sur le Nirvana» (Париж, 1864); Vasillef, «Le Bouddhisme, ses dogmes, son histoire et sa litterature» (пер. с русского La Comme, Париж, 1865); Barthelemy Saint-Hilaire, «Le Bouddha et sa religion» (Пap., 1862; 3 изд. 1866); Burnouf, «Introduction а l'histoire du Bouddisme indien» (2 изд., Париж, 1866); Mouhot, «Voyages» (Пар., 1868); Ad. Bastian, «Die Volker des Oestlichen Asien» (Иена, 1868 и след.); Taranatha, «Geschichte des В. in Indien», на тибетскoм яз. издано Шифнером в Спб., 1868, под заглавием: «История Буддизма в Индии, соч. Таранаты, по тибетским рукописям». на немецк. Спб., 1869);Beal, «Travel of Fahian and Sung-yun» (Лонд., 1869); Kistner. «Buddha and his doctrines»(Лонд., 1869); S. Beal, «Outline of Buddhism from Chinese sources» (Лонд., 1870); Alabaster, «The modern Bouddhist» (Лонд, 1870); «A Catena of Buddhist scriptures» (Лондон, 1871);Shutte, «Zur Geschichte des chinesischen B.» (Берлин, 1874); Senart, «Essai sur la lйgende de Bouddha, son caractere et ses origines»(Париж, 1875); Al. Cunningham, «Inscription of Asoka» (Лонд., 1877); H. Oldenberg, «The Dipavamsa edited and translated» (Лонд., 1878); Spence Hardy, «A manual of Buddhism» (2 изд., Лондон, 1880) Edkins, «Chinese Buddhism»(Лонд., 1880); Wurm, «Der В.» (Гютерло, 1880); H. Oldenberg, «Buddha» (Берл., 1881); «Аnесdota Oxoniensia Aryan series» (т. I, части I, 2 и 5, Оксфорд, 1881 — 1885); Seydel, «Das Evangelium f. Jesu in seinen Verhaitnissen zur Buddhasage u. Buddhalehre» (Лондон, 18. 82); Bastian, «Der B. in Seiner Psychologie» (Берл., 1882); Kern, «Der B. und seine Geschichte» (2 т., Лейпциг, 1882 — 1884): Charleroix, «Histoire du Japon»; «Avadвna Cataka. Cent legendes bouddhistiques» (пер. c санскритскoго Leo Feer'a в «Annales du Musee Guimet», т. XVIII); Max Freiherr von Wimpffen, «Kritische Worte ьber den Buddhismus» (Вена, 1891); K. Neumann, «Die innere Verwaldschaft budhistischer und christlicher Lehren» (Лейпциг, 1891). — На русском языке: «Буддизм в науке» ("Отеч. Зап. ", 1843, 31);В. Васильев, «О некоторых книгах, относящихся к истории буддизма в библиотеке казанского унив.» («Учен. Зап. Имп. Акад. Наук», том III, Спб., 1855); его же, «Буддизм, его догматы, история и литература» (Спб., 1857 — 69: часть I-я — Общее обозрение, часть II-я не вышла в свет, часть III-я — История буддизма в Индии, соч. Даранаты, перев. с тибетского); aрхиеп. Нил, «Буддизм, рассматриваемый в отношении к последователям его, обитающим в Сибири»(Спб., 1858); В. Лядов, «Буддизм» («Рассвет», 1860, 6); И. Минаев, «Пратимокша-Сутра, буддийский служебник» (Прилож. К XVI тому «Зап. Имп. Акад. Н.» №1, 1869); его же, «Несколько слов о буддийских жатаках» («Журн. Мин. Нар. Просв.», 1872, №6); Васильев, «Религии Востока» («Журн. Мин. Нар. Пр.», 1873, №4); В. С. Соловьев, «Искушение Будды» (из Лали тавистаты, «Вестн. Европы», 1874, №12, стихотворение); А. Гусев, «Нравственный идеал буддизма в отношении к христианству» («Правосл. Собеседн.», 1875, I); П. А. Каленов, «Будда»(поэма, Москва, 1885); В. Лессевич, «Буддийский нравственный тип» («Сев. Вестник», 1886, №5); его же в «Этюдах и Очерках» (Спб., 1886); его же, «Новейшие движения в буддизме, поддерживаемые и распространяемые европейцами» («Русская Мысль» 1887, 8); «Буддийский катехизис» (ibid.); «Цейлон и буддисты» (ibid.); И. Минаев, «Буддизм. Материалы и исследования» (Спб., 1887); А. Позднеев, «Очерки быта буддийских монастырей и буддийского духовенства в Монголии в связи с отношениями сего последнего к народу» (Спб., 1877); «Буддийский катехизис» (пер. с нем. Т. Будкевича, Харьков, 1888); Н. Леопардов, «Краткое изложение учения Будды, составляющего индийскую религию» (Киев, 1889); В. В. Лесевич, «Религиозная свобода по эдиктам царя Асоки Великого» (в I т. «Вопросы философии и психологии»); И. Минаев; «Спасение по учению позднейших буддистов» (Спб., 1890); Г. Ольденберг, «Будда, его жизнь, учение и община»(пер. П. Николаева, 2-е изд., Москва, 1891).

Бузина 

Бузина (Sambucus L.) — род травянистых растений и кустарников из семейства жимолостных (Caprifoliaceae Juss.), с супротивными перистыми листьями и белыми цветками в ветвистых метелках. Чашечка и венчик у Б. 5-ти раздельные, тычинок 5; рыльца сидячие, в числе 3; завязь полунижняя, 3-х гнездная; плод ягодообразный, с 3 косточками. У нас известно 3 вида. S. Ebulus L. S. nigra L. и S. racemosa L. S. Ebulus, травянистое растение, с красноватыми пыльниками и черными плодами, растет на влажных местах и среди кустарников, отличается неприятным запахом и горьким, противным вкусом; цветы, впрочем, пахнут миндалем (ими обсыпают яблоки при хранении), а ягоды на вкус кисловаты. Все части растения действуют как слабительное, ягоды же и как мочегонное и потогонное. Растение употребляется от мышей и клопов, ягоды дают голубую краску, а цветки охотно посещаются пчелами. На полях является сорной травой. S. nigra L. — Б. обыкновенная, бузок, кустарник с плоским соцветием о пяти главных веточках с желтыми пыльниками и чернофиолетовыми ягодами. Встречается между кустарниками и разводится в садах. Цветки и плоды употребляются в медицине (Flores et Baccae Sambuci). Все части растения отличаются, в свежем виде, особенно если их растереть, сильным, почти одуряющим запахом и слизисто-горьким вкусом. Содержат эфирное масло, экстрактивное вещество, соли, немного смолы, дубильного вещества, клейковины и белка; действуют слегка раздражающим образом и употребляются как домашнее средство от катаров, ревматизма, сыпи и пр. Из ягод делают кисель. Древесина идет на выделку коробочек, гребней и пр. S. racemosa L., красная или червоная бузина, цевочник, кустарник с зеленоватыми цветками и красными плодами. Встречается в лесах между кустарниками, разводится в садах. Употребляется как и S. nigra. Из зерен можно получать масло.
Г. Т.

Буйволы 

Буйволы (Bubalus) — виды быков (Bovidae), отличающиеся большою, короткою и толстою головою, далеко расходящимися, несколько сжатыми с боков и согнутыми кзади рогами, всегда висящими ушами, редкою шерстью, а также дикостью, силою и злым, непокорным нравом. Однако, виды эти не образуют систематически замкнутой группы. Настоящий или индийский Б. (Bos bubalus или Bubalus vulgaris) достигает 2,25 м. длины и 1,4 м. вышины в плечах; длина хвоста 50 — 60 сант. Тело его покрыто тонкою и редкою шерстью, так что видна морщинистая кожа. Цвет его обыкновенно темно-бурый или черноватый, реже беловатый. Голова толстая и широкая, с короткою мордою и большим выпуклым лбом. Нос широкий и голый, черного цвета; на верхней губе находятся длинные и жесткие волоса. Рога у основания сплющенные и морщинистые; затем они округленно-треугольны и загнуты назад, с середины же поворачивают вверх; вершины их направлены вперед и наружу. Уши длинные и широкие; снаружи покрыты короткими, изнутри длинными волосами; расположены по бокам головы горизонтально. Глаза маленькие. Шея короткая и широкая. Спина покатая спереди кзади. Хвост довольно длинный, почти голый, на конце с длинною кисточкою. Ноги средней длины, сильные. Б. индийский в диком состоянии водится в низменностях Ост-Индии и соседних островов, а как домашнее животное он живет в Средней и Западной Азии, Северной Африке (особенно в Египте), в Италии, Греции, Венгрии и в странах по нижнему течению Дуная. По свидетельству Павла Варнфрида, в Италию этот Б. завезен в 596 г. по P. X., и в настоящее время очень обыкновенен в болотистых и мало возделанных местностях этой страны, особенно в Калабрии, в Понтийских болотах и Мареммах. Индийский Б. любит жаркие болотистые или богатые водою местности. Питается он травою, болотными растениями, камышом и тростником. Движения его медленны и неуклюжи, но неутомимы; только быстрый бег скоро утомляет его. Б. отлично плавает, так что им пользуются при переправах через реки. Б. не особенно общежительные животные, легко раздражаются и в ярости очень опасны; даже прирученным Б. нельзя доверять в этом отношении. Слух и обоняние этого животного хороши, но зрение слабое. Б. очень любят воду, и часто целые часы проводят в ней, причем часто сплошь выпачкиваются в грязи и иле. Самка мечет одного детеныша, очень некрасивого на вид. Мать очень любит и защищает его. Б. вырастает на пятом году жизни. Голос его — грозный рев, похожий то на мычание быка, то на хрюканье свиньи. Так как Б. переносит сырость, как ни одно другое жвачное, то он особенно полезен при обработке илистых рисовых полей и, кроме того, незаменимое животное для перевозки тяжестей по болотистым местностям: пара Б. тащит столько же, сколько четыре лошади, и притом по такой почве, по какой лошадь даже не может пройти. Теперь буйволы с пользою употребляются в таких местностях, где преобладает тяжелая глинистая почва и где распахивание требует очень больших усилий. Мясо Б. твердо, безвкусно и пахнет мускусом, но бедняки употребляют его в пищу. Молоко дает очень жирные сливки, но масло не ценится. Из шкур выделывают лучшие подошвы. Рога идут на различные изделия. Враги Б. не многочисленны; дикие Б. с успехом отбиваются даже от тигров, которые могут одолевать только телят. Живет Б. до 20 лет. Турки считают Б. не чистым, а индийское племя тудасов боготворит это животное и держит большие стада для жертвоприношений. В Ост-Индии же живет малоизвестный еще арни или исполинский Б. (Bubalus Auni), имеющий более 3 м. длины и 2 м. вышины в плечах. Рога его расходятся почти на 2 м. Арни также может быть приручен и употребляется для перевозки тяжестей и для обработки полей; некоторые полагают, что это — родоначальник индийского Б. Керабу (Bubalus Kerabau) — меньше индийского Б., голубовато-пепельно-серого цвета, с бурым брюхом, тельно-красными пахами и белыми ногами. Рога очень длинные, далеко расходящиеся. Водится на Ост-Индских, Зондских, Молуккских, Филиппинских и Марианских островах. Охота за керабу очень трудна и опасна, так как это самое свирепое животное своей страны. Прирученные керабу употребляются для верховой езды и перевозки грузов. Все свободное время эти животные проводят в воде. Кафрский Б. (Bubalus саffer) имеет 2 м. длины и 1,25 м. вышины в плечах. Он характеризуется сильным, неуклюжим телосложением, большими рогами, сильно расширенными и утолщенными при основании, большими висячими ушами, большим войлом и длинною шерстью. Расширение рогов у основания их так велико, что они почти соприкасаются посредине лба. Ноги коротки и сильны; хвост голый и только на конце его находится несколько редких волосков. Цвет шерсти по большей части темно-бурый; кожа синевато-пурпурно-черная. Кафрский Б. водится в южной Африке до Гвинеи и Абиссинии, и живет большими стадами, штук по 80, в густых кустарниках, которые легко раздвигает своими сильными рогами. Он также любит воду и ил, как и обыкновенный Б. Кафрский Б. еще более силен, неукротим, дик и более опасен, чем индийский. Поэтому охота за ним очень опасна, тем более, что кроме силы это животное отличается еще и быстротою и даже смертельно раненый — все еще остается опасным врагом. На бегу он пробивается силою через самый густой кустарник и, обратившись уже в бегство, не раз вдруг поворачивается и снова бросается на своего преследователя, которому в таких случаях трудно уцелеть, если только он пеший, или если не найдет себе какого-нибудь убежища. Польза, приносимая кафрским Б., сравнительно не велика. Грубое, худое мясо его употребляется в пищу только готентотами, а из шкур приготовляют очень хорошие ремни и подошвы. Американский Б. есть не что иное, как бизон. Буйволовые шкуры толще и крепче самых лучших бычачьих и потому особенно ценятся для приготовления подошв. Посредством дубления с помощью масла из них приготовляют крепкую желтую кожу, из которой потом выделывают пояса, патронташи и проч. Одна буйволовая шкура весит иногда до 50 кг. В торговлю эти шкуры поступают главным образом из Европейской Турции и Южной Африки. Буйволовые рога идут на приготовление гребней, табакерок, рукояток для ножей и токарных изделий предпочтительно перед бычачьими рогами, потому что они больше и при этом вещество их плотнее и тверже; темно-бурый или черный цвет буйволового рога также иногда дает ему преимущество. Э. Брандт.

Бук 

Бук (лесов.) — принадлежит к числу древесных пород, наиболее распространенных в европейских лесах, но в России произрастает только на зап. и южных окраинах: в Привислянских губерниях, кроме Сувалкской, Седлецкой, Ломжинской и Варшавской, в Бессарабской, возле г. Хотина на Днестре, и в знаменитых Оргеевских лесах около Кишинева, в Крыму, где в горах, на южном склоне лесной полосы пояс бука расположен на высоте 1500 — 3500 фут., а наивысший предел буковых лесов близ Чатырдага — 4340 ф., и, наконец, на Кавказе. Здесь, за исключением южной стороны Малого Кавказа, в пределах Эриванской губ. и Зангезурского у. Елисаветпольской, бук встречается повсюду, доходя на север до г. Ставрополя. На главном хребте, по обе его стороны, он является преобладающею древесною породою и, доживая до 300 — 400 лет, достигает громадных размеров — до 150 фут. высоты, при толщине по диаметру на высоте груди человека до 7 — 9 фут. Бук исключительно дерево горных местностей, где, в полосе от 3500 до 6000 ф. над уровнем моря, произрастает иногда почти совершенно чистыми насаждениями, но, как подчиненная порода, встречается и ниже, доходя местами. напр. в Гурии, почти до берега моря. Лучший рост его на почвах умеренно влажных, содержащих в значительном количестве известь и богатых перегноем, причем в горах (на Кавказе) он предпочитает северные, северо-восточные и северо-западные склоны. Хотя глубина почвы не имеет для роста бука особенного значения, однако на мелких почвах он часто подвергается ветровалам. Будучи весьма чувствителен к крайностям температуры, он сильно страдает от весенних и осенних утренников и не переносит средней температуры зимы ниже 5° Ц., но растет успешно при летней максимальной + 41° Ц. Размножаясь как семенами, которые в сомкнутых насаждениях начинает производить с 60 — 80 летнего возраста, так и порослью от пня, появляющеюся, после срубки деревьев не старше 40 — 50 лет, чрез 2 — 3 года из придаточных почек между древесиной и корой, бук принадлежит к тенелюбивым древесным породам и переносит в молодости сильное затенение старыми деревьями, хотя это и задерживает, отчасти, его развитие. Оттого он успешнее всего возобновляется после срубки путем естественного обсеменения почвы, при помощи последовательных, постепенных вырубок, или посредством так называемых семенных лесосек, наиболее применимых в его насаждениях.
Искусственное возобновление довольно затруднительно. Рост деревьев, происшедших из семян, в первые годы очень медленен, но с 15 — 20 лет становится быстрее и, достигнув между 50 и 80 годами своей наибольшей величины, довольно долго, до 120 — 180 лет, сохраняется равномерным. Произрастая на свободе бук сильно разрастается в ветви и древесина его теряет в своих качествах, но значительное при этом увеличение прироста делает выгодным, в хозяйственном отношении, просторное стояние стволов, начиная с известного возраста, что достигается ведением световых рубок (Lichtungsbetrieb Буркгардта) в чистых насаждениях. В смешанных насаждениях, где бук произрастает со светолюбивыми породами, как напр., с дубом и сосною, он является незаменимым для образования там почвозащитного подлеска; но при росте его в смеси с тенелюбивыми (пихтой, елью, а иногда и грабом) требуется большая осторожность, чтобы эти породы не заглушили бука и не вытеснили его из насаждения.
Буковая древесина беловатая с красным оттенком (отсюда название красный Б. в отличие от белого бука — граба), легко колется и растрескивается, довольно тверда, но хрупка, не отличается особенною прочностью на воздухе в часто подвергается порче насекомыми. Она употребляется в экипажном, столярном и токарном производствах, идет на приготовление гнутой, так называемой венской мебели (идея братьев Тонет), на разного рода поделки, как напр. сапожные колодки, деревянные башмаки (французские sabots), сапожные гвоздики или шпильки, ружейные ложи и т. п., а также на железнодорожные шпалы (впрочем, большею частью после пропитывания антисептическими веществами) и считается лучшим древесным топливом — горит хорошо, равномерно и мало дымит; уголь долго держит жар. Сообразно с целью возращения тех или других материалов, буковые насаждения срубаются в различном возрасте: на дрова в 60 — 80 лет, а для поделочного леса в 100 — 120 лет. В. Собичевский.
Буколики или буколическая поэзия — пастушья поэзия, возникшая из сицилийскогреческих пастушьих песен. Занимает средину между драмой и эпосом и посвящена поэтическому изображению пастушеского образа жизни (иногда — в противоположность роскошной, утонченной, но безнравственной жизни более культурных слоев общества в больших городах). Наиболее древним, и притом образцовым представителем этого вида поэзии является сиракузкий поэт Феокрит (живший в III в. до Р. X.); простота и безыскуственность характеризуют его Б. Тоже можно сказать о его современниках Бионе Смирнском и Мосхе Сиракузском. Но уже при первом подражателе этих поэтов, Виргилии, Б. (называемые у него также эклогами) теряют свою первоначальную простоту и естественность: речи пастухов слишком вычурны, слишком много разбросано намеков на современную политическую жизнь, хотя в общем Б. Виргилия не лишена прелести, особенно по живому изображению картин природы. — Еще сильнее сказалась эта замена естественной простоты изысканностью и приторною чувствительностью у позднейших подражателей Феокрита и Виргилия, напр. у французской писательницы XVII-го века М-mе Дезульер (названной десятой музой), у Делилья (фр. пис. XVIII-го века), у немецкого поэта прошлого века — Соломона Гесснера. Под влиянием последних Б. поэзия была занесена и к нам в Россию во 2ой половине прошлого столетия; так мы находим Б. среди произведений Сумарокова, Княжнина, позднее Владимира Панаев.

Буксир 

Буксир (Remorque, Tow-rope) — веревка, посредством которой буксируют судно. «Подать Б.» значит передать конец Б. на другое судно; «отдать Б.» — обратное значение, «травить буксир» — удлинять Б., «выбирать Б.» — укорачивать, «принять Б.» — взять на судно конец Б., «закрепить Б.» — значит завернуть на кнехты. Б. называется также пароход, специально служащий для буксировки судов. Они, при небольшой своей величине, обладают сильными машинами; кормой сидят очень глубоко для того, чтобы во время буксировки высокобортных судов в узких местах, где приходится иметь короткие Б., не оголять свои винты. На Б. пароходах имеется особая буксирная дуга, над которою проходит Б.; эта дуга служит для того, чтобы Б. не задевал за какие-нибудь предметы на пароходе.

Букстегуде 

Букстегуде (Дитрих Buxtehude) — немецкий органист (род. 1635, умер в 1707 г. ); учился у своего отца, также органиста; с 1669 г. состоял органистом при Мариинской церкви в Любеке; своей игрой и преподаванием оказал значительное влияние на развитие музыки своего времени вообще и органной музыки в частности. Известно, что сам Себ. Бах, уже будучи вполне определившимся художником, ездил в Любек, чтобы лично познакомиться с Б. В новейшее время, когда стали более интересоваться Бахом, из архива библиотек были извлечены также произведения Б. и опубликованы Коммером (в «Musica sacra», т. I) и Шпиттой (Лейпц., 1876 — 78, 2 тома); в последнем издании помещены биографические сведения о Б.

Булавин 

Булавин (Кондрат) — походный атаман донских казаков, сообщник гетмана Ив. Мазепы. В надежде сделаться независимым владетелем, Мазепа изыскивал средства к привлечению на свою сторону донских казаков. Не смея еще действовать открыто, он тайно избрал в сообщники Кондрата Б., кот. В то время охранял границы близ р. Донца и г. Бахмута, где Донское войско имело соляные варницы. Удобный случай к возмущению представился скоро. Полковник кн. Юр. Долгоруков, по Царскому указу, в восьми верховых станичных юртах схватил и выслал на прежние жилища до 3000 разного звания беглых из России людей; мера эта встретила в некоторых станицах сопротивление; оказалось много недовольных, чем и воспользовался Булавин. С толпою бродяг, собравшихся в Бахмуте, он выступил в поле, быстро достиг р. Хопра и близ Урюпинской станицы, ночью, напал на кн. Долгорукова, не подозревавшего измены, умертвил его и всех бывших при нем офицеров и солдат, около 1000 человек. затем Б. разослал по всем станицам «возмутительное» письмо, ложно уверявшее, что"бояре и немцы вводят казаков в эллинскую веру, жгут и казнят напрасно". Царь, получив известие о неожиданном возмущении на Дону, приказал идти туда значительному отряду регулярных войск, а войсковой атаман Лукьян Максимов, при первом слухе о бунте, отдал приказ по всем станицам не слушать Б. и сам, собрав донские полки, выступил к Хопру. Б., надеясь собрать на Хопре многочисленную толпу, намеревался идти в Москву «губить» бояр, мундирных солдат и немцев, но надежда его не сбылась, передовые его отряды, при наступлении Максимова, рассеялись и он, боясь неудачи, уклонился (в ноябре 1707 г.)с Хопра к Бахмуту, где удобнее мог получить обещанную помощь от татар, запорожцев и Мазепы. Там приказал он своим соумышленникам Хохлу, Некрасову, Драному, Голому и др. перейти Донец и, став за Mиусом, стараться усилить отряды свои беглецами из Малороссии и вольницею с Дона, сам же отправился в Запорожскую Сечь, Бунт, повидимому, прекратился и в продолжение зимы на Дону все было покойно; но Б., под тайным покровительством Мазепы, набирал в Малороссии и Запорожье всякий сброд, отсылал их в свои отряды, скрывавшиеся в степях за Mиусом и заключил с запорожцами тайный союз — друг за друга стоят твердо и радеть единодушно. Государь, предвидя опасность, решился утушить бунт при самом начале: 20000 чел. регулярных войск двинулись от Тулы под начальством кн. Дм. Мих. Голицына, но вскоре корпус этот вместе с верными донскими казаками был отдан под начальство кн. Вас. Влад. Долгорукова, брата убитого полковника, удачно действовавшего на Битюге против мятежников. Перезимовав на Днепре, Б. ранней весною 1708 г. сосредоточил у р. Mиуса все свои отряды; но атаман Максимов на походе из Черкасска разбил на р. Голубой отряд его и вскоре явился перед главными его силами, собранными на р. Крынке; тут, не смотря на превосходство сил Б., он напал на него, но после упорного и кровопролитного боя, был разбит, потерял пушки и весь свой стан, после чего отступил в Черкасск. Б., по одержании победы, отпустил несколько легких отрядов к станицам Донецким, Хоперским, Бузулукским и Медведицким, откуда они распространились до Козлова и Тамбова, сам же с главными силами направился к Черкасску. До Кобылинской станицы он встречал сильное сопротивление со стороны верных станиц, которые защищались от него, как от врага, но здесь, усилившись изгнанными из России раскольниками, он беспрепятственно дошел до Черкасска, которым и завладел хитростью. Мятежники, отрубив головы атаману Лукьяну Максимову с четырьмя старшинами, удушив пятого старшину Ефрема Петрова, разграбив и умертвив жителей оставшихся верными своему долгу, провозгласили Б. войсковым атаманом. Новый начальник войска, чтобы ослабить на время впечатление совершенного им злодеяния, послал в Азов и в Москву отписки, в которых старался оправдать себя тем, что кн. Долгоруков был убит за свою жестокость, не по совету одного его Б., а всего войска Донского и в заключение уверял в своей покорности.
Торжествующий изменник немедленно отправил значительную часть войска с Некрасовым водою в верховые не сдавшиеся ему станицы; другой, более многочисленный корпус с Драновым послал против гвардии майора кн. Юр. Долгорукова, третий с Лучкою Хохлачем поставил при Куртлаке; сам же остался для охранения Черкасска. Между тем государь, по получении известия о поражении атамана Максимова, дал повеление генералу Бахметеву с его бригадою поспешить к Черкасску. Бахметев не успел предупредить Б. в Черкасске и потому присоединился к главному начальнику корпуса, кн. Долгорукову. Путь к Черкасску приходилось открывать силою оружия. На р. Куртлаке Долгоруков напал (28 апреля) на 15000 бунтовщиков, предводимых Хохлачем, и рассеял их; ожесточение войска было так велико, что в плен взято было только 143 чел., а остальные были побиты, кроме немногих спасшихся бегством. Почти в тоже время другой отряд, под начальством полковника Кропотова и Гулица, разбил на голову атамана Драного с толпою мятежников. Не смотря на все это, мятежники отважились действовать наступательно. Хохлач, Казанкин и Ганкин. с 5000 казаков и разного сброда появились под Азовом и осадили его, но встретили столь сильный отпор, что принуждены были бежать. Весть о претерпленных неудачах быстро достигла до Черкасска и минутное торжество Б. кончилось. Верные царю казаки вышли из скрытых мест и под предводительством избранного ими старшины, Ильи Зерщикова, ворвавшись с помощью жителей в Черкасск, напали на атаманский дом Б., оставленный всеми, кроме 11 преданных ему человек, защищался отчаянно и убил из своих рук двух казаков, но увидев, что дом начали обкладывать камышом, с целью поджечь его, застрелился из пистолета (7 июля 1708 г.). Все советники его и главные соумышленники отправлены были в Москву, а труп отвезен в Азов и там, по отсечении головы, был повешен на месте, где били разбиты мятежники.
Разорения, причиненные Б. и его соумышленниками в одном только Придонском крае, были громадны. Здесь сотни тысяч десятин засеянных полей, вместе с селами преданных правительству крестьян, были превращены в пустыри, церкви разорены и святыни нагло поруганы. Те немногие, которые успели спастись бегством, в паническом ужасе скрывались в лесах, откуда их долго не удавалось вызвать. Самую государеву десятинную пашню немногие смельчаки обрабатывали по ночам, с рассветом прячась в лесах; знаменитые битюцкие конюшни породистых лошадей, заведенных царем, были разграблены. Булавинские эмиссары, без всякого страха явившись в Борисоглебск, выбрали из горожан полковника, атаманов и привели население к присяге. Вслед затем воровской атаман Хохлач письменно обратился в Борисоглебск с требованием прислать к нему «в поход против государевых полков» половину городских и уездных жителей. Так открыто, нагло распоряжаясь, Б., однако, опасался воевод, любимых населением и щадил их. Насколько Булавинский бунт казался серьезным, легко видно из того, что Осередская (Павловская на Дону) крепость была поспешно построена, чтобы остановить движение вора на Русь.
Л. В.

Булат

Булат, в техническом смысле — особая разновидность твердой стали, обладающая большою упругостью и вязкостью. Булатный клинок способен получать при отточке наивысшую степень острия; так напр., хороший булат легко перерезывает брошенный на воздух газовый платок, тогда как клинок из самой лучшей инструментальной стали в состоянии перерезать только плотные виды шелковой материи. У азиатов булат передается как родовая драгоценность. Главный признак, которым отличается булат от обыкновенной стали, есть узор, получаемый металлом во время ковки. Азиаты при оценке булата принимают во внимание: 1) форму узора; 2) крупность его и 3) цвет металла, т.е. грунта узора. По форме, узор различается на: а) полосатый, когда он состоит из прямых линии, почти параллельных между собою; это есть признак низшего качества; b) при повышении качества в булате между прямыми линиями попадаются кривые и тогда Б. называется струйчатым; с) ежели кривые линии являются господствующими, то такой Б. зовется волнистым; d) когда прямые линии очень коротки и пряди, извиваясь между ними, идут по всем направлениям, то Б. получает название сетчатого и, наконец, е) когда рисунок, проходя во всю ширину клинка, повторяется по длине его, такой Б. по узору считается наиболее совершенным и называется коленчатым. По крупности узора азиаты различают три вида: 1) когда узор имеет крупность нотных знаков — это признак высшего достоинства; 2) средним называется узор, когда он не превосходит величину малого письма, и 3) мелкий узор служит указанием на низшие качества; величина его, однако, такова, что он легко может быть замечен невооруженным глазом. По грунту, т.е. по цвету металла между узорами, различают три рода булатов: серые, бурые и черные. Чем грунт темнее, а узор на нем белее и выпуклее, тем и достоинство Б. выше. Но кроме этих родовых признаков специалисты подмечают еще индивидуальные качества клинка, различая их по отливу поверхности при косвенном падении лучей света и по звону. Иные Б. не имеют отлива вовсе, иные отливают красноватым цветом, а иные золотистым. В Азии лучшими Б. считают табан и хорасан, средними — гынды (куш гынды), а худшими — нейрис и шам. Лучили булатный клинок должен обладать следующими качествами: узор его должен быть крупный, сетчатый или коленчатый, белый, отчетливо выделяющийся на черном фоне, с золотистым отливом, и должен иметь чистый и долгий звук. Об изготовлении булатов в Индии упоминает еще Аристотель. Индийскую разновидность, обыкновенно называют вуц, для отличия от др. булатов: персидских, малайских, японских и др. В Европе старинные испанские клинки (толедо) довольно близко подходили к древне сирийскому дамасскому Б.; нынешние же, германские (Солинген, Клингенталь), — только дамасцированная сталь; узор ее получается вытравлением и исчезает при перековке. В России изготовлением булатов занимался (с 1828 — 37) на Златоустовском заводе горный инженер полковник Аносов, которому, после 9-летнего настойчивого труда, удалось достигнуть получения настоящих булатов; доказательством чему служит приготовленный им клинок каратабан для Е. И. В. великого князя Михаила Павловича. Клинок этот сделан из следующих материалов: тагильского железа 12 ф., графита английского 1 ф., окалины 24 з., доломита 24 з.; плавка велась в тигле и продолжалась 5 ч. 30 м. Из той же массы г. Аносов получил Б., по узору хорасан, с темным грунтом и золотистым отливом. Металл в ковке был мягок. тянулся холодный в полосу без плен, причем от ударов молота нагревался. Все опыты г. Аносова над сплавами железа с алюминием, марганцем, хромом, вольфрамом, серебром, золотом и платиною Б. не давали вовсе.
А Я. Скиндер.

Булгарин 

Булгарин (Фаддей Венедиктович) — русский журналист, поляк по происхождению, род. в 1789 г., в Минской губ. Отец его, товарищ Костюшки, за убийство русского генерала Воронова был сослан в 1794 г. в Сибирь, а мать привезла малолетнего сына в Петербург и потом поместила в сухопутный кадетский корпус. Окончив курс учения, Б. поступил в л.-гв. уланский полк, с которым участвовал в походах 1805 — 1807 гг. и в сражении под Фридландом; по возвращении в Россию был за что то арестован, затем переведен в армейский драгунский полк, стоявший в Финляндии; отсюда бежал в Варшаву и поступил в польский легион, входивший в состав армии Наполеона. С этим легионом Б. участвовал в походах 1809 — 11 гг. в Италии и Испании, а в 1812 г. находился в корпусе маршала Удино, действовавшего в Литве и Белоруссии против графа Витгенштейна. В 1814 г. во Франции был взят в плен и отправлен в Пруссию, откуда, после размена пленных, вернулся в Варшаву. В 1820 г. Б. является в Петербурге уже как литератор; печатает «Краткое обозрение польской словесности» и «Избранные оды Горация», а в 1822 — 28 гг. издает журнал «Северный Архив», посвященный исключительно России и соединившийся потом с «Сыном Отечества», который Б. издавал до 1835 г. вместе с Н. И. Гречем; с ним же он издавал, начиная с 1825 г., газету «Северная Пчела», в которой писал более 30-ти лет критические статьи и фельетон, посвященный полемике, рекламам и обличениям литературных противников газеты в неблагонамеренности. Эти предметы составляли главнейший мотив всей литературной деятельности Б. и придали ей своеобразный характер, обративший его имя в нарицательное. Кроме того, он издавал «Литературные Листки» (1823 — 24); «Детский Собеседник» (1826 — 27); «Эконом»(1841) и альманах «Русская Талия» (1825). Наряду с газетными и журнальными статьями, Б. написал нисколько имевших в свое время успех романов, которые называл «нравоописательными»: «Иван Выжигин»(4 ч., Спб., 1829); «Петр Иванович Выжигин» (4 ч., Спб., 1831); «Памятные записки Чухина» (1835) и исторические повести: «Дмитрий Самозванец» (1830) и «Мазепа» (1834); издал под своим именем сочинение дерптского профессора Н. А. Иванова: «Россия в историческом, статистическом, географическом и литературном отношениях» (6 ч., Спб., 1837), несколько мелких брошюр и"Воспоминания" (1846 — 49). Одновременно с литературными занятиями, Б. служил сначала в министерстве народного просвещения, потом — в государственном коннозаводстве, и пользовался особенным: хотя и презрительным покровительством начальника III отделения Соб. Е. И. В. Канцелярии, генерала Дубельта. Литературная его деятельность прекратилась в начале 1857 г., а умер он 1 сентября 1859 г. на своей даче «Карлово», близ Дерпта. Полное собрание его сочинений вышло в 7 частях в Спб., 1839 — 44. Биография, написанная его многолетним сотрудником Н. Гречем — в «Русской Старине»1871 г. Ср. также «Записки» Греча, изданные в 1884 г. и «Сочинения» Белинского т. IV и др.

Булгары 

Булгары (или обыкн. болгаре) волжские — народ тюркского происхождения, к которому впоследствии примкнули еще элементы финский и даже славянский. Из этих то трех элементов довольно рано по Волге и Каме образовалось могущественное и культурное государство, которое в последующей своей истории приходило в частые столкновения с русскими, вело с ними торговлю и даже имело на них некоторое влияние, но потом, слившись с татарами, вошло в состав Русского государства, исчезнув с исторической арены навсегда. Когда и откуда появились Б. на Волге, трудно определить. Сами булгары не оставили о своем существовании никаких письменных памятников. Хотя, по уверению некоторых арабских писателей; кади г. Булгара, Якуб-ибн-Номан, живший во второй половине XII в., написал «Историю Булгар»(«Тарих Булгар»), но это сочинение до нас не дошло. Остается, стало быть, пользоваться для их истории известиями иностранцев; и самыми ранними и довольно обстоятельными из них мы обязаны арабским географам и путешественникам, из которых очень многие, как Ибн-Фосдан, Ибн-Хаукаль, Абуль-Гамид-Андалуси, АбуАбдалдах-Гарнати и др., лично посещали землю Б. Затем, следуют наши летописи, и, наконец, историки разных наций, писавшие о подвигах монголов. Что же касается вещественных памятников, то из древнейшей эпохи истории Б. их сохранилось очень немного: всего несколько монет, да и те Х в.; от последующего же времени имеются довольно богатые развалины бывшей их столицы, несколько надгробных камней с надписями и, наконец, монеты, выбитые в той же столице.
Можно предполагать, что первоначальное поселение Б. на Волге относится к очень давнему времени: отделившаяся от них орда, как известно, еще в V в. теснила славян в степях черноморских и гнала их на территорию Византийской империи; в конце же V в. они и сами стали делать нападения на греков. В тоже время, с которого начинаются достоверные сведения о Б., они жили вполне государственною жизнью, занимая обширную территорию, приблизительно следующих приволжских губерний: Самарской, Симбирской, Саратовской и часть Астраханской (по некоторым арабским известиям границы Булгарии захватывали и значительную часть Пермской губ.).
По образу жизни этот народ, как говорит Ибн-Фослан — первый из арабских писателей, посетивший Б. в 922 г. по Р. X. и доставивший о них самые точные и подробные сведения, может быть назван более оседлым, чем кочевым, хотя и жил летом в юртах или шатрах; он имел города, первоначально с деревянными постройками; но потом, начиная с половины Х века, в них появились и каменные здания, построенные большею частью арабскими архитекторами. По словам другого арабского писателя того же века, сообщающего также много верных сведений о Б. — Ибн-Дасты, Б. — народ земледельческий; они возделывают, говорит он, всякого рода зерновой хлеб, как то: пшеницу, ячмень, просо и др. Главным же занятием их была торговля, которую они первоначально (как сообщают Идризи, Ибн-эль-Варди, Абдульфеда и др., что вполне подтверждается и последующими находками кладов на месте древнего Булгара) вели с Персией и Индией, после принятия ислама — с аравитянами и, наконец — с хазарами и русскими. Предметом торговли служили по преимуществу меха собольи, горностаевые, беличьи и др.; но главное богатство Б. составлял, по словам Ибн-Дасты, куний мех, заменявший им, до половины Х века, звонкую монету и по цене равнявшийся двум с половиною диргемам, т.е. около 45 — 50 коп. на наши деньги, затем кожи (юфть), шерсть, орехи, мед, воск, курительные вещества и даже мамонтовая кость. Несомненно также, что Б. вели торговые сношения и с нашим севером, где в древности находилась богатая Биармия, и стоя, таким образом, в центре торговых сношений между биармийцами, хазарами, аравитянами и друг., очень рано достигли могущества, богатств и развили до известной степени свою культуру, выразившуюся в целом ряде промыслов и ремесел. Наравне с земледелием, свидетельствуют те же арабские писатели, они занимались скотоводством; знакомо им было рыболовство. Они же были хорошими плотниками, а если дать полную веру археологическим находкам, то их следует признать и кузнецами, ювелирами и ткачами. По своему характеру Б. были народом скорее мирным , чем воинственным: они чаще терпели нападения, чем сами нападали, и обнаруживали к мирным занятиям — торговле и ремеслам, сильнейшую склонность; в торговле были честны; воровство и распутство наказывали жестоко.
До Х века господствующей религией у Б. была языческая; с начала же этого столетия ее заменил ислам (мусульманство). Принятие ислама совершилось, по словам Ибн-Фослана, в 922 г., при царе Алмасе или Алмусе, сыне Силки. От Алмуса, говорит арабский путешественник, еще в 921 г. прибыло в Багдад посольство к калифу Муктадиру, с просьбою прислать ему людей; сведущих в мусульманском законе, и художников для сооружения мечети и кафедры; с которой можно было бы призывать к обращению в ислам народы земли его, а также людей, знакомых с постройкою крепостей, где бы он мог быть в безопасности от нападения враждебных царей. Муктадир тотчас же отправил в Б. желаемое посольство, в котором и принял участие Ибн-Фослан. Как об обстоятельствах, предшествовавших и содействовавших принятию ислама Алмусом, Казвини рассказывает о следующих двух чудесах: исцелении от болезни царя и царицы Булгарии после обещания принять ислам, данного одному благочестивому мусульманину, и затем о победе, одержанной именем Аллаха над хазарами. — Новая вера, конечно, не сейчас стала исповедываться большинством: есть несомненные свидетельства, что простой народ Б. долго и после Х в. оставался в язычестве: ислам же твердо с самого начала укрепился только в городах. Несколько времени спустя, говорит Массуди, сын Алмуса отправился на поклонение в Мекку, и по пути заехал в Багдад. С этого времени сношения Б. с Южной Азией сделались гораздо деятельнее, и имя их, вплоть до нашествия монголов, стало встречаться очень часто не только у мусульманских писателей, но и в русских летописях. Об образе правления Б. известно только то, что они находились под верховным главенством «владовца», царя или хана, которому платили подать лошадьми, кожами и др. В пользу же царя поступала и пошлина (десятая часть товаров) с мусульманских купеческих судов. Царю Б. были подвластны и все мелкие владыки отдельных племен, из которых одно (Хвалисы) обитало даже по берегам Каспийского моря и сообщило ему свое имя «Хвалисского» моря. Из имен царей Ибн-Фослан сохранил нам только два: Силка и Алмус (Алмс — у Фослана); на монетах Френу удалось прочесть еще три имени: Ахмед, Талеб и Мумен, с которыми, вероятно, прекратилась и самая чеканка монет, по крайней мере в Х в. и начале XI в., так как до сих пор, кроме этих трех монет: Ахмеда, Талеба и Мумена, от указанного времени не найдено ни одной. Самая древняя из них, с именем царя Талеба, по объяснению Френа, относится к 338 г. геждры (949 — 950 г. по Р. X.), а позднейшая Мумена — к 366 г. геждры или 976 г. по Р. X. Татарские предания и рассказы сохранили еще несколько имен царей Б., числом до 7, начиная с первого — Туки или Туфы, умершего в 630 г. по Р. X.; но за достоверность их трудно ручаться.
Центрами управления и торговли служили города, которые Б. после знакомства с арабами стали укреплять, а также сооружать, по мере надобности, и небольшие отдельные крепости. Ибн-Хаукаль (писатель Х в.) сохранил имена следующих двух городов: Сивара и Исбиля, или Исболя, признаваемых обыкновенно за древнейшие болгарские города. Имя Сивара встречается и на одной болгарской монете, и он некогда принадлежал южным соседям Б. — буртасам. Ахмед-Туси называет еще несколько крепостей Б.: Басов, Марха, Арнас. Наши же летописи, не называя этих имен, упоминают о других Б. городах, именно Великом городе (Булгаре), о Бряхимове, прозванном славным, о Биляре, Ашли или Ошеле на Волге, Тухчине, Собекуле, Челмате, Жукотине и Керменчуке. Более или менее точно не определено ни местоположение их, и ни об одном из них не имеется хотя бы кратких исторических сведений, за исключением столицы, которою был г. Булгар. Первые упоминания о нем, как и о самих Б., находим у арабских писателей Х века: Ибн-Фослана, ИбнДасты, Масуди и др. После них сообщали о Б. и последующие арабские писатели, посещавшие Восток в XI, XII и сл. веках, но все их сообщения, помимо краткости, весьма разноречивы. Даже у важнейшего и вместе с тем древнейшего источника для истории Б., Ибн-Фослана, трудно найти хотя бы одно место, указывающее точно на город Б. Тем не менее некоторые ученые (Френ и др.) говорят, что, на основании показаний Ибн-Фослана, можно принимать нынешнее село Успенское (Болгары), отстоящее от Волги в 6 верстах, за место, где стоял древний Булгар. Другие арабские источники говорят, что этот город находился при самой Волге; таковы, напр., Якут, утверждавший, что Б. лежит на севере, в очень холодной стране, и отстоит от г. Итиля на два месяца пути, если подниматься к нему вверх по Волге, и только на 20 дней, если спускаться из Булгар к Итилю вниз по этой реке, и Абульфеда, который говорит, что Булгар лежал на северо-восточной стороне Волги, на расстоянии 20 дней пути от Сарая. Так же не определенны показания и монгольско-татарских историков. И из них одни помещали Б. при самой Волге, а другие в некотором расстоянии от нее. Что касается времени основания Б., то названные источники содержат еще менее точных показаний об этом: некоторые татарские рукописи относят основание его ко времени Александра В. (IV в. до Р. X.); но из совокупных свидетельств, преимущественно арабских писателей, и нумизматических данных можно заключить, что Б. был основан между 922 — 976 гг. (И. Н. Березин относит основание его к XIII в.). Наши же летописцы стали упоминать имя г. Б. довольно поздно, в первый раз — в 1360 г., по случаю взятия Б. ордынским князем, Булат-Темиром; но по мнению Карамзина, г. Булгар нужно разуметь и под «Великим городом» летописцев, упоминания о котором находим и в первой половине XII в. Г. Шпилевский старался доказать, что под «Великим городом» следует разуметь не Булгар, а Биляр (нынешний Билярск).
Писатели Х и XI вв. почти единогласно свидетельствуют, что в то время Б. был весьма незначительным городом, служа складочным местом торговли болгар, часто подвергался нападению и разрушению со стороны князей руссов, но, под влиянием развивавшейся торговли, вновь отстраивался и расширялся. Характер торгового городка оставался за Б. и в последующие века; но в половине XIII в., с разрушением татарами Биляра, к нему перешло от последнего и политическое значение; от имени ханов в нем стали чеканиться монеты, во время кочевок ханов Золотой орды на север он служил их местопребыванием, и к концу XIV ст. настолько усилился, что везде в наших летописях стал именоваться «Великими Болгарами». В половине XV в. город, едва не ставший владением московского государя, после похода кн. Федора Давидовича Пестрого в 1431 г., вошел в состав вновь образовавшегося Казанского царства. Политическое значение его, конечно, тотчас же исчезло; вскоре перестал он быть и торговым городом, и, обратившись впоследствии в небольшое татарское поселение, стал лишь привлекать внимание своими развалинами, свидетельствующими о минувшей его славе и которыми особенно богато и теперь вышеназванное село Болгары.
Сделав краткий очерк устройства и внутреннего быта Болгарского государства на основании, главным образом, свидетельств арабских писателей, перейдем теперь к показаниям наших летописей о тех отношениях, какие у них существовали с русскими (об отношениях к другим их соседям, Юга и Востока, ничего не известно).
Наши летописи начинают говорить о Б. со второй половины Х века и различают булгар: волжских, серебреных или нукратских (по Каме), тимтюзей, черемшанских и хвалисских, которые, по объяснению В. В. Григорьева: суть отдельные племена, находившиеся под главным управлением царя болгарского. В 969 г. они впервые подверглись нападению русских, предводимых Святославом, который разорил их земли, по сказанию Ибн Хаукаля, вероятно, в отмщение за то, что они в 913 году, как сообщает Массуди, помогали хазарам разбить русских, предпринявших поход на южные берега Каспийского моря. Военные столкновения происходили у них с русскими и в 985, 1088. 1120, 1164, 1172, 1184, 1186, 1218, 1220, 1229 и 1236 гг.; при этом надо заметить, что Б. гораздо чаще должны были выдерживать нападения, чем сами нападали, хотя они во время своих вторжений доходили до Мурома (1088 и 1184)и Устюга (1218) и овладевали этими городами. Их столица не раз была разоряема русскими войсками, и не раз вожди последних, после нерешительной битвы, заключали с ними мир. Причину таких частых вторжений со стороны русских в землю Б. историки обыкновенно усматривают в желании овладеть богатствами последней. Между этими известиями наш летописец сохранил под 1024 годом известие о том, что в этом году в Суздале свирепствовал голод и что Б. снабдили русских большим количеством хлеба. Этим сообщением летописца, кажется, вполне оправдывается утверждение арабских писателей, что Б. — народ земледельческий, и в тоже время им можно воспользоваться для предположения о торговле Б. с русскими зерновым хлебом, а не пушными зверями, которыми они и сами были богаты. Общий же характер сношений Б. с русскими склоняется более в пользу войны, чем мира до самого нашествия монголов. Последние, в первое свое нападете на Россию, оставили, кажется, Б. в покое; но когда потомки Чингисхана отправились покорять земли, лежащие к западу, Булгария первая пала жертвою их кровожадности. Весною 1236 г. вождь Субутай вступил в пределы ее и взял столицу Булгар. Не имея возможности сопротивляться несметным полчищам монголов, Б. сначала им покорились без сопротивления; но как только те удалились, они свергли их зависимость. Тогда Субутай вторично вторгнулся в их землю и поработил ее совершенно, сопровождая свое порабощение кровопролитием и разорением, чем и нанес решительный удар самостоятельности Б. С этого времени они перестали существовать в виде отдельной нации, составили часть Кипчацкой орды и до самого падения разделяли судьбу ее, сливаясь более и более с победителями, так что утратили наконец и свое народное имя.
Что же касается отношений Б. к русским после 1236 г., то о них долгое время наши летописи ничего не сообщали, и упоминают впервые едва ли не около 1359 г., когда вольница новгородская овладела Б. городом Жукотиным; после этого летописец начинает уже довольно часто упоминать о Б., и из этих упоминаний видно, что старинная вражда их с русскими не прекращалась, а иногда принимала еще более острый характер. Главными врагами их в это время были: новгородская вольница и великий князь московский. Особенно много пострадала Булгария от Дмитрия Иоанновича и Василия Дмитриевича, которые овладевали Б. городами и ставили в них своих «таможенников». Вскоре Б. и окончательно подпала под власть русских царей, но когда именно — положительно сказать нельзя; по всей вероятности, это произошло при Иоанне Васильевиче Грозном, одновременно с падением Казани в 1552 г. Однако титул «государя Болгарии» носил еще дед его, Иоанн Ш. В нынешнем Императорском титуле государь император называется также «князем Болгарским». 
Литература. Френ, «Aelteste Nachrichten ueber die Wolga Bulgaren» (в «Memoir. de l'Acad.», VI s.; его же, «De nummorum Bulgaricorum forte antiquissimo, libri duo»; Кеппен, «О волжских Булгарах» (в «Жур. Мин. Нар. Пр.» за 1836 г., ч. XII); Эрдман, «Die Ruinen Bulghars» (в «Beitrдge zur Kentniss der Innern von Russland» (т. I); Charmoy, «Relation de Mas'oudy et d'autres auteurs» (в «Mem. de l'Acad.», 1834); Григорьев, «Булгары Волжские» (в «Библиотеке для Чтения», 1836 г., 11 кн. ) и его же статья в «Энцикл. Лексиконе Плюшара», т. VII, под словом «Булгары Волжские»; Березин, «Булгар на Волге» (в «Ученых Записках Казанского Унив.» за 1852 г., т. III); Хвольсон, «Известия Ибн Дасты» (Спб., 1869); Гаркави, «Сказания мусульманских писателей»; Лихачев, «Бытовые памятники великой Булгарии» (в «Трудах 2-го археологического съезда»); Невоструев, «О городищах древнего Волжско-Болгарского и Казанского царств» (в «Трудах 1-го археологического съезда»); Ритних, «Материалы для этнографии Poccии» (Казанская губ., Казань, 1870 г., т. I); Шпилевский, «Древние города и другие булгарскотатарские памятники в Казанской губернии» (Казань, 1877).
В. Р.

Бульдог 

Бульдог — не особенно крупная, но очень сильная порода собак, отличающаяся толстою и короткою мордою, плоским, раздвоенным носом и широкою раздвоенною верхнею губою, вследствие чего видны снаружи верхние резцы. Шерсть короткая, прямая, плотно прилегающая к телу. Б. очень злы и в ярости весьма опасны: впившись зубами, эта собака не может уже выпустить своей жертвы, так как у нее делается временный столбняк мускулов, сжимающих челюсти. Для своего хозяина Б. есть лучший и надежнейший сторож. Б. употребляют для охоты на сильных и опасных зверей, например: на кабанов и медведей. Прежде в Северной и Южной Америке бульдогов дрессировали для охоты за беглыми невольниками, но с уничтожением невольничества обычай этот исчез сам собою.
Э. Б.
В настоящее время имеется много разновидностей этой породы, но все они происходят от существовавших еще в XV столетии огромных бульдогов, и теперь еще встречающихся в Испании. По силе, крепости челюстей и злобе, Б. очень пригодны для всевозможной травли, а потому их кровь примешивают ко многим собакам: борзым, гончим, терьерам и даже пойнтерам. Между прочим, Б., вместе с меделянами, употреблялись для травли медведей, производившейся в семидесятых годах в Москве, за Рогожскою заставою.
С. Б.

Бумага писчая

Бумага писчая — собственно войлок из размельченных растительных волокон, имеющий вид листов, толщиною от 0,02 до 0,3 мм., разных размеров и цветов. Употребляется бумага для писания, черчения, рисования, печатания, завертывания и для выделки разных предметов; более толстые листы этого рода называются картоном или папкою. Изобретение бумаги относятся к II веку до Р. X. и приписывается китайцам, употреблявшим для ее выделки луб разных растений и теперь еще приготовляющие ее довольно первобытными способами. В VII и VIII веках приготовлять бумагу научились японцы и другие соседние народы. Умение это затем перешло от татар к арабам, устраивавшим заведения для выделки бумаги в Сирии, Палестине, Северной Африке, Сицилии и Испании. Мавританские производители бумаги были по преимуществу ученые, работавшие прежде всего для своего употребления. Крестовые походы распространили содержавшееся в секрете искусство приготовления бумаги по Западной Европе. В Германии появилось оно в 1190, во Франции в 1250, в Италии в 1275 годах. До конца XIII века употреблялись самые простые приспособления. Существует мнение, что первоначальным сырым материалом служила повсеместно хлопчатая бумага, и что только по изгнании арабов, державших в своих руках всю хлопчатобумажную торговлю, обратились к употреблены льна и конопли. При этом прежние ступы оказывались неудовлетворительными, и были изобретены механические толчеи. Первая писчебумажная фабрика (Papiermьhle) была основана в Равенсбурге в 1290 году. Впоследствии они стали быстро распространяться по Германии, Австрии, Италии, Испании, Англии и Швейцарии, в особенности около университетских городов. Изобретение книгопечатания и Реформация дали сильный толчок бумажному делу. В Бельгию и Голландию искусство приготовления бумаги было занесено в 1686 г. французскими эмигрантами, в остальных странах Европы оно появилось только в начале XVIII века. В XVIII же веке появился в Голландии так называемый голландр (или роль).
На Руси писчая бумага вошла в употребление еще в первой половине XIV стол.; наиболее вероятно, что ее впервые занесли ганзейцы через Новгород. В XIV веке Б. была у нас большею частью итальянского происхождения, и только к концу столетия все чаще и чаще стала появляться французская бумага. В XV и XVI столетиях господствовала французская бумага. С конца XV стол. замечается сильная примесь немецкой, а со второй половины XVI стол. — незначительная примесь бумаги польской выделки. XVII столетие представляет время борьбы французской бумаги с голландской; продукты голл. производства уже во второй половине этого века берут верх и особенно господствуют при Петре Великом и его преемниках. Употребление английской бумаги в до Петровской Руси сводится почти что к нулю. В самом Московском государстве с половины XVI стол. происходит ряд попыток делать свою бумагу. Первая русская фабрика бумаги была устроена в селе Каннино, Вантеевка тоже, расположенном при реке Уче, в 30 верстах от Москвы, но в 1576 г. фабрики этой уже не существовало. Затем патриарх Никон сделал замечательную попытку завести при московском печатном дворе собственную бумажную мельницу. Эта бумажная мельница устроена была в 1655 г. на реке Пехре в государевой Зеленой слободе (ныне село того же имени в бронницком уезде Московской губ.); но трехлетний опыт доказал, что мельница была построена на неудобном месте: вода беспрестанно прорывала плотину. Вероятно, вместо этой то мельницы и была построена на реке Яузе другая, относительно которой сохранилось в Актах указание, что она с 1676 по 1681 г. находилась в откупу за иноземцем Еремеем Левкиным. Но правильное писчебумажное производство завелось у нас лишь со времени Петра Великого, который устройство бумажных мельниц в России заимствовал из Голландии. В 1716 г. была основана обширная бумажная фабрика близ новой столицы, около Дудергофа, управлять ею был приглашен немец мастер, получавший значительное по тому времени содержание. В 1720 г. в самом уже Петербурге «за Галерным двором» была выстроена новая бумажная мельница. Писчебумажное производство при Петре быстро приняло довольно широкие размеры. В ноябре 1719 г. Адмиралтейств-Коллегия по именному указу распубликовала реестр продающимся сортам бумаги. В этом реестре перечислено множество сортов, начиная с толстых больших листов для рисования и кончая картузной и аптечной бумагой. Весьма скоро оказалось, что указанных. мельниц недостаточно. Появляется целый ряд частных заводов. В 1727 г. граф Сиверс воздвиг вблизи Петербурга огромную фабрику, устройство которой обошлось в 195875 рублей. В 1743 г. разрешено было воронежскому купцу Феодосью Пустовалову завести бумажную фабрику в Воронеже. Во второй половине XVII стол. выделкою бумаги славились, кроме Москвы и Петербурга, города Ярославль и Калуга.
История бумаги еще недостаточно разработана, хотя и имеется несколько капитальных исследований. Весьма спорным пунктом является вопрос о том: действительно ли употреблялся первоначально для производства бумаги хлопок. Между тем знание происхождения бумаги и тщательное изучение бумажных водяных знаков (filigrane) может оказать большую услугу библиографу при определении места напечатания инкунабул. Еще большее значение имеет исследование бумаги для археографа и палеографа. В вопросах о подложности документа или о времени написания недатированных документов данные, получаемые путем изучения бумаги, должны придти на помощь данным палеографическим. Ср. С. М. Briquet, «Recherches sur les premiers papiers en Occident et en Orient du X au XIV siecle» (Пар., 1885, в 46-м томе «Memoires de la Societe nationale des antiquaires de France»); H. П. Лихачев, «Бумага и древнейшие бумажные мельницы в Московском государстве»(М., 1891).
Техника писчебумажного производства сделала большие успехи в конце XVIII века, когда увеличившийся спрос на большие форматы вызвал в свет изобретение, вопервых, цилиндрической машины для бесконечной бумаги, т. е. машины, в которой рабочим органом является цилиндр (барабан), обтянутый металлической тканью, изобретателем которой был Лейстеншнейдер, в Понсэ; а во вторых, машины с бесконечным горизонтальным сетчатым холстом, изобретенной Робертсом, в Эзонне. Машина первого типа, после усовершенствований, внесенных в нее Дикенсоном, Брамой и Денисоном, употребляется в настоящее время преимущественно для выделки папки. Робертсова машина, усовершенствованная Леже-Дидо(1819), Фурдринье (1830), Донкином (1835), употребляется и поныне, в разных видоизменениях, для выделки собственно бумаги. Важнейшими нововведениями последних времен являются: древесная масса, получаемая механ. путем, которая изобретена Келлер-Фельтером (1847), химическая и натровая целлюлоза (лигнин), метода Хаутона (Houghton, 1857), сульфитцеллюлоза Тильгмана (1869) и Митчерлиха ( 1873), альфа или эспарто, метода Раутледжа и метода Бувере с соломой. Тогда как старые машины производили в 12 раб. часов 8 стоп всего пуда на 3, современные машины вырабатывают в 24 часа до 300 пудов, т. е. до 1000 стоп той же бумаги. В настоящее время в Европе насчитывают 3040 бумагодельных машин, производящих в год до 90 миллионов пудов бумаги. Из этого количества 48 милл. пуд. идут на печать, 18 милл. на письмо, около 20 милл. на обои и на обертку, 10 милл. на папку. Типографии потребляют 50 — 55%, присутственные места 10 — 12%, преподавание 12 — 14%, торговля 10 — 12%, промышленность 6 — 8%, обмен письмами 4 — 6%. Годовое потребление на человека составляет: в Греции, Турции и Дунайских странах 0,25 кг.; в России и Испании 0,5; в Австрии, Скандинавии и Португалии 1,75; в Дании и Италии 2; в Нидерландах 3: в Бельгии и Франции 3,5; в Германии и Швейцарии 4; в Северо-Амер. Соед. Штатах 5; в Великобритании 5,5.
Бумагоделание (вкратце) состоит в следующем: волокнистый материал, очищенный механически и химически и измельченный, размешивается с водою и кладется ровным слоем на сетку, причем вода удаляется, а остающийся войлок и образует бумагу. Лучший материал доставляют тряпки изношенных хлопчатобумажных и льняных тканей. Но так как их не хватает, то берутся суррогаты, как то: дерево, солома злаков и бобовых, тростники, сено, черемица, крапива, репейник, шильник, волчье лыко, кора акации, липы и ольхи, стебли конопли и мака, древесные листья, муравьиная трава, папоротник. луб папируса, бамбука и шелковицы, сырой хлопок, сахарный тростник, пальмы, алое, альфа, пизанг, джут, юкка, шерсть, шелк, кожа, асбест и торф. Перерабатывается тряпье резанием, выколачиванием, вывариванием, бучением и измельчением. Перед разрезанием тряпье сортируется по материалу, цвету и толщине (10 — 30 сортов), причем швы распарываются, пуговицы; крючки и петли удаляются; делается это ручным способом. Разрезание производится либо ручным, либо машинным способом. В первом случае употребляются столы с воткнутыми посредине ножами. Во втором случае употребляются тряпкорубки, в которых тряпье, подаваемое в машину желобом, разрезается ножами, сидящими на окружности колеса. После того тряпье поступает на выколачивающую волк-машину, или пылеотбиватель, в которой тряпье разбивается зубчатым цилиндром, причем пыль и сор удаляются, Затем тряпье моется. В последнее время тряпье моется в голландрах или ролах. После этого тряпье варится отчасти для окончательного удаления грязи, отчасти для обесцвечивания разных красок, отчасти и для размягчения грубого тряпья. Тонкое, белое тряпье зачастую промывается только в полумассовом роле. Прежде для получения полумассы применялось брожение (гниение) тряпья; теперь же оно заменяется двумя приемами: измельчением и бучением. Последнее уничтожает те вещества (смолы, камедь, сахар, масло, дубильную и другие кислоты), который склеивают между собою волокна.
Измельчение производится в «массовом» роле. Бучение производится чаще всего в тряповарном котле, который разделен на две половины двумя дырчатыми стенками, отстающими одна от другой на 10 сантиметров; с промежутком между ними сообщается пустостенная ось, вокруг которой котел вертится, в один конец которой вводится пар, а через другой конец выводится грязная вода. Заполняется котел тряпьем через два лаза, закрываемые затем плотно, причем каждая половина может быть заполнена особым сортом тряпья. Вместимость котла около 60 пуд. тряпья. Туда же кладется едкая известь, или сода, или поташ, и пускается пар под давлением нескольких атмосфер. При грубом — тряпье бучение приходится повторить и даже обрабатывать хлорной известью.
Наиболее распространенные суррогаты — дерево и солома. Солома разрезается на соломорезках, на кусочки длиною 4 — 6 мм., которые освобождаются на особой машине от узлов и сора. Затем солома мелется на жерновах. Бучение производится или холодным или горячим путем. В первом случае соломенная сечка складывается в ямы, где и оставляется до размягчения; во втором случае употребляется описанный аппарат. Чаще всего употребляется солома ржаная. В соломе бобовых растений узлы не тверже остальных частей, поэтому очистка легче. Особенно пригодна солома гороха, в которой содержание клейковины полезно. Нарезанная солома варится, отжимается и бучится. Удаляемая темно-коричневая щелочная жидкость упаривается и потом прокаливается для обратного получения соды. Солома же промывается на ролах так, чтобы не осталось и следа соды и полуразложившихся органических веществ. Промытая солома поступает в резервуар, откуда проводится к измельчателю — раффинеру, после чего идет в отбельный рол. Беление производится хлорною известью, которая предварительно разводится водою в цементных бассейнах. После отбелки солома отжимается и поступает для выделки полумассы, или на немецкие толчеи, с пестами или молотами, дающие толстые сорта, или же на ролы, которых производительность больше, но которые зато требуют большей движущей силы и легко оставляют в массе узлы, удаляемые, впрочем, потом на особой машине.
Рол, иначе голлендер почти всегда делается из чугуна овальной формы. Вдоль длинных сторон находятся рычаги, на которых укреплены подшипники, поддерживающие железную вращающуюся ось, а на ней насажен дубовый вал, скрепленный железными обручами. По окружности вала сидят ножи (от 48 до 72 штук). Вал может быть установлен выше или ниже при помощи вышеозначенных рычагов с установочными винтами. Вдоль средины рола идет продольная стенка такой длины, что по концам остается свободное сообщение вокруг. Деревянное дно имеет такую форму, что масса, поступая к валу, постепенно поднимается, затем проходит по концентрическому подъему с валом, а потом снова опускается. Непосредственно под валом укреплена так называемая планка, составленная из вертикальных ножей, в количестве 12 — 20 штук. Вал накрыт деревянным кожухом. В начале работы вал держат высоко; при этом тряпье только промывается. Позже вал опускается почти до прикосновения с нижними ножами (планкой). Когда рол употребляется только как промывная машина, то, кроме ножевого вала, помещают еще и промывной вал, снабженный прямыми или кривыми лопатками. Во время обработки на роле в массу прибавляют хлор для беления, после чего вода отжимается на гидравлических прессах или центрифугах, остающийся затем хлор удаляется или продолжительной промывкой, или промывкой с сернистокислым натром, так называемым антихлором.
Для переработки полумассы в массу, теперь употребляют исключительно массовый рол, который отличается от полумассового рола большим числом ножей на валу и большею скоростью вращения вала. В нем всегда имеется и промывной вал и еще углубление в дне для скопления песка. Хорошо приготовленная масса, разведенная водой, должна представляться в виде ровной молочной жидкости без комочков. Для придания бумаге более ровного цвета, а также и большего веса (для продажи), в рол прибавляют отмоченного мела, гипса, глины (в особенности так называемой трубочной), или каолина. Сюда же прибавляют синьки. Чтобы на бумаге чернила не растекались, ее проклеивают, для чего употребляется клей, животный или растительный, или смесь обоих в соединении с квасцами. Для получения растительного клея берут гарпиус или канифоль, соду и крахмал.
По способу производства различают бумагу ручную, или черпальную, и машинную. Ручное производство ведется таким образом: масса наливается в чан, где разводится, насколько нужно, водою, прибавляется в нее краска и клей, постоянно размешивается и, кроме того, подогревается, для чего с боку чана вделано полушаровидное медное углубление, в котором поддерживается огонь. При нагретой массе она не оседает в чане и, кроме того, вода легче стекает с формы. Поперек чана положена доска, на которую кладут форму, после того как ею зачерпнута масса. Форма состоит из медной сетки и деревянных рам с особой крышкой. Так называемые водяные знаки на бумаге; видные светлыми линиями насквозь, получаются так, что на сетку прикрепляют контуры, сделанные из медной, более толстой, проволоки, и в этих местах масса будет тоньше.
Когда вода стекла, форму откладывают так, что сырой рыхлый лист бумаги ложится на сукно, к которому пристает лучше, нежели к сетчатой форме и потому на нем и остается. Сверх него кладется другое сукно, на которое складывается новый лист и т.д. до 150 — 200 слоев, причем образуется так называемый столбок. Если нужно получить рыхлую пропускную бумагу, то все это прямо сушится без давления; если же требуется получить плотную бумагу, то столбок кладется под пресс, после прессования сукно вынимается, а все бумажные листы снова прессуются, после чего вешаются для просушки. После просушки бумага снова прессуется для выравнивания листов и наконец сатинируется, т.е. сильно прессуется с прокладкой глянцевитого картона (так называемой политуры) или пропускаются листы бумаги с двумя цинковыми листами по бокам между валами. Затем листы сортируются и считаются.
Машинное производство бумаги в сущности основано на том же, что и ручное, только отдельные манипуляции производятся машинами, вследствие чего весь процесс обходится гораздо дешевле и делается гораздо быстрее. Машины, называемые вообще самочерпками, бывают с цилиндрами и плоскими сетками. Первые употребляются для приготовления папки, оберточной, обойной и толстой писчей бумаги; вторые употребляются для тонких сортов. Чаны с массой делаются из дерева, металла или камня и вмещают в себя содержимое нескольких ролов. Чаны снабжены мешалками, а сверху находится трубочка, поливающая внутренние края чанов для того, чтобы масса к ним не присыхала. Выпускные краны для массы находятся под самым дном. Масса перед поступлением в машину проходит регулятор, который доставляет на машины строго определенное количество массы, смотря по заданному весу и толщине бумаги, Затем масса проходит сосуд, для задержки песка, который садится между набитыми на дно планками, а также чиститель, состоящий из двух помещенных один за другим ящиков, имеющих дно с продольными прорезами и приводимых в сотрясение особой осью с кулачками. Задерживающаяся грязь и узлы отводятся в сторону, а чистая масса поступает по резиновой пластинке на сетку. Бесконечная сетка, изображенная на фиг. 6 пунктиром, состоящим из черточки и точки, сделана из разной проволоки, смотря по надобности; она сверху образует горизонтальную плоскость и держится в натянутом состоянии при помощи особых валиков снизу, которых подшипники устанавливаются по надобности винтами. Поддерживающие валики (30 штук) поставлены настолько близко друг от друга, что сетка образует вполне ровную горизонтальную плоскость. Накладки же суть не что иное, как две бесконечные резиновые ленты, ограничивающие по краям ширину бумаги. Вода, высасывается из бумаги при проходе сетки над двумя ящиками, из которых воздух выкачивается. Мокрый пресс, состоящий из двух латунных валов, сообщает бумаге крепость, достаточную для дальнейших операций. Валдэнди выдавливает фабричные клейма, как выше было объяснено относительно водяных знаков. Наконец сухие прессы, между которыми находится аппарат для натяжения суконного бесконечного холста, здесь кончается мокрая часть самочерпки, и бумага непосредственно переходит на сухую часть и обходит прежде всего три сушильные барабана, нагреваемые паром. Между ними находятся два меньшие вала, назначенные для того, чтобы сушить сукно. Для тонких бумаг, напр. почтовых, этих трех барабанов довольно; для более толстых число их, смотря по надобности, увеличивается. За ними следует первый сатинировальный пресс с валами из твердого чугуна, затем помещен еще сушильный барабан, далее еще сатинер, за ним увлажнитель и наконец режущий аппарат, где валы с острыми краями обрезают у бумаги края и разрезают ее на несколько лент, наматывающихся затем на мотовила.
Для последующего разделения бумаги вдоль и поперек придуманы разные специальные машины. Кроме того, существуют специальные сатинировальные машины, в которых бумага лощится, как выше сказано, между валами, причем лист бумаги пускается между двумя цинковыми листами; при этом тоже можно выдавливать водяные знаки. Успешнее всего идет сатинировка на каландрах, которые входят в употребление лишь с 1850 г., хотя уже давно употребляются при аппретуре тканей. Валы каландра поочередно бумажные и чугунные, их число и расположение различно (от 2 до 12), с паровым нагреванием и без него. Для выдавливания на бумаге бугорков, рубчиков, бородавок и пр. употребляются и гравированные валы.
Цветная бумага готовится или прибавлением краски в чан, или наведением краски механическими кистями.
Папка или картон отличается от бумаги только большею толщиною листов (от 0,5 до 10 мм.) и выделывается или прямо черпанием толстых листов, что дает картон неровный и рыхлый, или соединением нескольких тонких листов, что дает лучшие сорта папки. Соединение листов производится различно: или прямым наложением и сдавливанием только что отформированных мокрых листов (папка неклееная, натуральная), или склеиванием листов каким-нибудь клеем. Последний способ дает высшие сорта картона, идущие для живописи, для приготовления игральных, карт и т.п. Из чана масса прежде всего поступает на чиститель, в котором верхний мелкий ящик с колосничковым дном приводятся в сотрясения. Чистая масса проходит вниз и затем в ящик, в котором ее постоянно размешивают крылья. Здесь она проникает сквозь сетчатый барабан и отводится через отверстие, находящееся в лобовой плоскости цилиндра и закрытое кожею, в сосуд. Комочки, не прошедшие через сетку цилиндра, пристают к его поверхности и снимаются валиком, находящимся сверху, после чего по желобу поступают в корыто, откуда удаляются. В ящике масса тоже постоянно перемешивается мешалками. Барабан составлен из сетки, настолько частой, что волокно задерживается на его поверхности и только вода проходит, а затем удаляется через боковое отверстие. Приставшая масса переходит на бесконечное сукно, где совершает несколько кругов, смотря по требуемой толщине папки. Цилиндрический пресс так устроен, что он не только производит давление, но еще через несколько оборотов, смотря по установке, он обрезает папку и снимает ее с сукна.
Разбор бумаги в России следующий: 24 листа составляют десть, 20 дестей составляют стопу, 10 — 12 стоп составляют кипу. В Германии же 10 листов составляют тетрадь, 10 тетрадей — десть; 10 дестей стопу. Бумаги вообще разделяются на следующие сорта: почтовые, продающиеся обрезными и флатом, т.е. не сложенными листами; печатные, иногда называемые роялью; пакетные для изготовления мешков; товарные, плотные сорта оберточной бумаги, употребляемые для обертки разных товаров, преимущественно мануфактурных; оберточные магазинные; обертки чайные и бутылочные — тонкие; цветные и так называемые альбомные и пр.
П. Энгельмейер.

Бунзен 

Бунзен (Роберт Вильгельм) — знаменитый немецкий химик-экспериментатор. род. 31 марта 1811 года в Гёттингене, где его отец был профессором литературы. Первоначальное образование Б. получил в гимназиях гёттингенской и гольцмюнденской, а в 1828 г. поступил в университет своего родного города, где изучал физику, химию и геологию. Завершив свое образование в Париже, Берлине и Вене, он защитил в 1833 г. диссертацию по химии, в геттингенском университете, а в 1836 г. занял кафедру химии в кассельском политехническом институте, освободившуюся по уходе оттуда Вёлера; в Касселе он пробыл до 1838 г., пока не был приглашен в качестве экстраординарного профессора химии в марбургский университет, где в 1841 г. был избран ординарным профессором и директором химического института. В 1851 г. Б. переселился в Бреславль по приглашению университета и предпринял там постройку химической лаборатории; но вскоре (в 1852 г.) покинул Бреславль и занял кафедру химии в гейдельбергском университете; здесь на своем 50-тилетнем докторском юбилее (17 окт. 1881 г.) Б. получил чин тайного советника первого класса и только в 1889 г. передал кафедру Виктору Мейеру.
Наука обязана Б. весьма важными исследованиями: его имя занимает одно из самых почетных мест на страницах истории химии. Первые работы Б. касаются различных вопросов неорганической химии, но вскоре его внимание было привлечено арсеноорганическими соединениями; результатом этих исследований было, между прочим, получение какодила (арсендиметила), с таким восторгом встреченное сторонниками теории сложных радикалов. Работы с газообразными веществами привели Б. к открытию новых методов, совокупность которых создала нынешний «анализ газов». Но наиболее важное и замечательное открытие Бунзена, давшее для науки столько богатых результатов и сделанное им в сообществе с его другом Кирхгофом (в 1860 г.), составляет спектральный анализ, с помощью которого, как самим Бунзеном, так и другими химиками, было открыто не мало новых редких элементов, встречающихся в природе лишь в очень малых количествах (рубидий, цезий и др.). Вообще своими исследованиями в области органической, физической, аналитической, и минеральной химии Бунзен много содействовал развитию химических знаний и всюду умел приложить новые, оригинальные методы; его профессорская и педагогическая деятельность. обнимающая более половины столетия, была весьма плодотворна: у Бунзена в Гейдельберге учились точным приемам анализа и минеральной химии значительное большинство современных учителей химии не только из немцев, но из англичан и русских. Кроме упомянутых работ в области химии, особенного внимания заслуживают: открытие рубидия и цезия и изучение этих редких элементов, исследование двойных цианистых солей, работы относительно химического сродства, определение атомного веса индия, анализы пороховых газов (совместно с Л. Н. Шишковым) и газов доменных печей, систематическое изложение реакций окрашивания в пламени бунзеновской горелки. Человечество обязано Бунзену открытием противоядия (водной окиси железа) при отравлении мышьяком (мышьяковистой кислотой). Во время своей летней поездки в Исландию, в 1846 г., Б. произвел целый ряд геолого-химических исследований, весьма важных для уяснения вулканических явлений. К области физики и физической химии относятся исследования относительно удельных весов, о влиянии давления на температуру, затвердевания расплавленных веществ; исследования, иллюстрирующие справедливость закона Генри Дальтона о зависимости растворимости газов от давления, работы относительно явлений горения газов и о сгущении сухой угольной кислоты на поверхности стекла, калориметрические исследования и др.; сюда же примыкают: получение электролитическим путем щелочных и щелочноземельных металлов и фотохимические исследования; магнезиальный свет, нашедший себе применение в фотографии и для других целей, также открыт (в 1860 г.) Бунзеном, получившим впервые магний в больших количествах. В химической и физической практике в большом ходу многие приборы, изобретенные Бунзеном и носящие его имя, напр. : Бунзевовская горелка, Бунзеновский водяной насос и регулятор, Бунзеновская батарея, Бунзеновский абсорбциометр и др. 
Большинство работ Б. напечатано в специальных химических журналах (гл. обр. «Liebig's Annalen der Chemie und Pharmacie»и «Poggendorff's Annalen der Physik und Chemie»); в отдельном издании имеются следующие сочинения: «Enumeratio ас descriptio Нуgrometrorum» (Геттинг., 1830); «Das Eisenoxyd, ein Gegengift der arsenigen Sдure»(вместе с Бертольдом, Геттинген, 1834; 2 изд., 1837); «Schreiben an Berzelius ьber die Reise nach Island» (Марб., 1846); «Ueber eine volumetrische Methode von sehr allgemeiner Anwendbarkeit» (Гейдельб., 1854); «Gasometrische Methoden» (Брауншвейг, 1857; 2 изд., 1877; перевед. Роско на английский и Шнейдером на французский яз.); «Anleitung zur Analyse der Aschen und Mineralwasser» (Гейдельб., 1874). Важнейшие работы, помещенные в Poggendorff's Annalen: «Eigenthumliche Verbindungen d. Doppelcyanure mil Ammoniak», 34, 131; «Untersuchung d. Doppelcyanure», 36, 404; «Organische Verbindungen mit Arsen als Bestandtheil» 40, 219 и 42, 145; «Untersuchung d. Hochofengase und deren Benutz. als Brennmaterial», 45, 339 und 46. 193; «Spannkraft einig. condensirt. Gase», 46, 97; «Untersuchung d. Gichtgase d. Kupferschieferofens zu Friedrichshutte», 50, 81 и 637; «Anwendung der Kohle z. Voltasch. Batterien», 54, 417; «Bereit. ein. Kohle als Ersatz d. Platins in d. Grove'schen Kette», 55, 265; «Verbesserte Kohlenbatterie», 60, 402; «Physikalische Beobachtungen uber die Geisire Islands», 72, 159; «Einfluss d. Drucks auf die chem. Natur d. pluton. Gesteine», 81, 562; «Ueber die Processe vulcan. Gesteinsbildung in Island», 83, 197; «Darstellung d. metall Chroms auf galvan. Wege», 91, 619; «Ueber electrolytische Gewinnung d. Erd— u. Alkalimetalle», 92, 648; «Zur Kenntnis d. Cдsiums», 119, 1; «Thermoketten von grosser Wirksamkeit», 123, 505; «Ueber die Erscheinungen beim Absorptionsspectrum des Didyms», 128, 100; «Ueber die Temperatur der Flammen des Kohlenoxyds und Wasserstoffs», 131, 161; «Calorimetrische Untersuchungen», 141, 1; «Spectralanalytische Untersuchungen», 155, 230 и 366: «Verdichtung v. trockner Kohlensuare an blanken Glasflachen» 20, 545 (1883) и 22, 145 (1884); «Ueber Kapillare. Gasabsorption», 24, 321 (1885); «Zersetzung des Glases durch Kohlensдure enthaltende Capillare Wasserschicht», 29, 161 (1886);"Ueber die Dampfcalorimeter", 31, 1 (1887). Совместно с Л. Н. Шишковым: «Chemische Theorie des Schisspulvers», 102, 321. Вместе с Роско (Roscoe): «Photochemische Untersuchungen», 96, 373; 100, 43; 100, 481;101, 235; 108, 193; 117, 529. С Кирхгофом: «Chemische Analyse durch Spectralbeobachtungen», 110. 161; 113, 337. В Liebig's Annalen: «Untersuchungen uber die Kakodylreihe», 37, 1; 42, 14; 46, 1; «Beitrag zur Kenntniss d. island. Tulfgebierges», 61, 265;"Ueber d. innern Zusammenhang d. pseudovulcan. Erschein. Islands", 62, 1 и 65, 70 (Bemerkungen); «Ueber quantitative Bestimmung d. Harnstoffs», 65, 375; «Darstellung des Magnesiums auf electrolyt. Wege», 82, 137; «Zusammensetzung d. Jodstickstoffs», 84, 1; «Untersuch. uber d. chem. Verwandschaft», 85, 137; «Ueber Sartorius v. Waltershausen's Theorie d. Gesteinsbild», 89, 90; «Darstellung d. Lithiums», 94, 107; «Darstellung reiner Cerverbindungen; Ceroxyde», 105, 40 и 45; «Unterscheidung und Trennung d. Arseniks von Antimon und Zinn», 106, 1; «Lothrohrversuche», 111, 257; «Flammenreactionen», 138, 257; «Verfahren zur Bestimmung des specif. Gewichts von Dдmpfen und Gasen», 141, 273; «Ueber das Rhodium», 146, 265; «Ueber das Auswaschen der Niederschlage», 148, 269; «Trennung d. Antimons vom Arsenik», 192, 305. Вместе с Баром: «Ueber Erbinerde uud Yttererde», 137, 1.
Этот длинный (но все-таки не полный) список работ всего красноречивее свидетельствует о разностороннем и необыкновенном даровании Бунзена, как химикаэкспериментатора, и о тех важных заслугах, которыми ему обязана наука.

Бура 

Бура (тинкал) кристаллизуется в моносимметрической системе и по внешнему виду кристаллов, обусловленному преобладанием клинопинакоида и призмы, напоминает столбчатые авгитовые кристаллы. Кристаллы Б. прозрачны, бесцветны или сероваты, обладают жирным блеском, растворимы в воде (1 ч. в 14 ч. воды); вкус сладковатощелочной. Перед паяльной трубкой сильно пучится и сплавляется в прозрачное стекло, окрашивая пламя в желтый цвет. Химически состав — Na2B4O7+10H2O соответствует 16 % натра, 37 % борной кислоты и 47 % воды. Б. встречается готовой в природе или получается искусственным путем из борной кислоты, напр. в Тоскане. Б. в большом количестве отлагается по краям тибетских самосадочных соляных озер, откуда впервые Б. и была ввезена в Европу под местным названием тинкала. Из других месторождений следует еще указать некоторые мелкие озера Калифорнии, в особенности мелководное озеро «Cleare», в илу которого находят крупные кристаллы Б. Интересно, что искусственные ромбоэдрические кристаллы Б. содержат меньше воды, а именно 5Н2О. Техническое применение Б. довольно разнообразно, так как она употребляется при лужении, глазировании, лакировании, в медицине и т. д.
Ф. Л.

Бурбоны 

Бурбоны (Bourbon) — старый французский род, который, благодаря своему родству с королевским домом Капетингов, занимал долгое время французский и другие престолы. Название свое ведет от замка Б. в прежней провинции Бурбоннэ. Первый сеньор этого рода, упоминаемый в истории, был Адемар, основавший 921 г. приорство Сувиньи, в Бурбоннэ. Его четвертый преемник, Аршамбо I, изменил название родового замка, присвокупив к нему свое имя, вследствие чего получилось Bourbon l'Archambault. При его наследниках владения Б. значительно увеличилисьтак что уже Аршамбо VII мог получить руку Агнесы Савойской, что сделало его шурином Людовика Толстого. Его сын Аршамбо VIII имел лишь одну дочь Маго, и владения его, поэтому, перешли после долгого спора в 1197 г. к Гюи де Дампиeppy, ее второму мужу. Сын их, Аршамбо IX, был настолько могуществен, что графиня Бланка Шампанская сделала его пожизненным протектором своего графства, а король Филипп Август возвел его в коннетабли Оверни. — Аршамбо Х оставил двух дочерей, Маго и Агнесу, которые обе вышли замуж за членов Бургундского дома. Только вторая из них оставила наследницу в лице Беатрисы, вышедшей в 1272 году замуж за Роберта, шестого сына Людовика Святого, короля французского. Соединившись таким образом узами родства с королевским домом Капетингов, Бурбоны, как побочная ветвь этого рода, приобрели, после смерти последнего мужского потомка другой ветви, Валуа, законные права на французский престол. Сын Беатрисы и Роберта, Людовик I Хромой, наследовал от отца графство Клермон. Карл Красивый в 1327 г. сделал его герцогом. Старший сын его, Петр I, второй герцог Бурбон, был убит в битве при Пуатье, где он собственным телом прикрыл и этим спас короля Иоанна. Его сын и наследник, Людовик II, называемый Добрым, должен был в качестве заложника последовать вместе с пленным королем в Англию и вернулся во Францию только после мира, заключенного в Бретиньи в 1360 году. После смерти Карла V (1380) Людовик,. вместе с 3 другими королевскими принцами, избран был в опекуны юного Карла VI. В 1391 г. он предпринял на 80 судах морскую экспедицию против разбойничьих государств на североафриканском берегу, Иоанн I, четвертый герцог Б., отличавшийся рыцарски изысканным обращением, в битве при Азенкуре был взят в плен и увезен в Англию, где и умер. Карл I, герцог Б., принимал деятельное участие в заключении Аррасского мира, затем несколько раз восставал против Карла VII. Иоанн II, герцог Б., по прозванию Добрый, сражавшийся с англичанами в 1450 году при Форминьи и в 1453 г. при Кастильоне, умер бездетным; ему наследовал брат Карл II, кардинал и архиепископ лионский, который умер спустя год, после чего все имущества и владения главной ветви Б. перешли к боковой линии Бурбон-Божё (B. — Beaujeu), а именно к Петру, графу Божё. Последний, любимец и личный друг Людовика XI, женился на его дочери Анне, и был во время малолетства Карла VIII одним из регентов Франции. Он был восьмым герцогом Бурбонов, хотя более известен под именем sire de Beaujeu. Права его дочери Сюзанны на наследство стали однако оспариваться Шарлем Бурбоном, знаменитым коннетаблем. Желая помирить обе стороны, Людовик XII соединил их браком, после чего Шарль сделался девятым герцогом Б. За то, что он вступил в союз с императором Карлом V против Франции, самостоятельность герцогства Б. была в 1523 году уничтожена, и оно было включено в состав государства.

Из различных боковых линий этого же рода, после изгнания коннетабля, особое значение приобрела линия Вандом (Vendome). Она ведет начало от Якова Б., графа де ла Марш, второго сына Людовика Хромого, и при посредстве брака Антона Б., герцога Вандом, с Жанной д'Альбрэ достигла сперва наваррского престола, а затем, после смерти последнего представителя дома Валуа, заняла французский престол, в лице Генриха IV, и наконец чрез брак и счастливые войны — престол испанский и неаполитанский. Из других боковых линий можно назвать еще Монпансье, Конде, Конти и Суассон. Только отдельные члены этих линий носили фамилию Б.; таков, напр., кардинал Шарль де Б., который, под именем Шарль X, был выставлен католической лигой, как кандидат на французский престол. Династия Б. на французском престоле начинается с Генриха IV сына Антона, герцога Вандом и короля наваррского, который после умерщвления в 1589 г. Генриха III, последнего Капетинга из дома Валуа, сделался согласно Салийскому закону о престолонаследии прямым наследником французского престола. От своей второй жены, Марии Медичи, Генрих IV имел пятерых детей в том числе Людовика XIII наследовавшего ему в 1610 году Гастона, герцога Орлеанского, умершего без мужского потомства; из числа трех дочерей Генриха — Генриетта Мария вышла замуж за Карла I Английского. Людовик XIII, женатый на Анне Австрийской, дочери Филиппа III Испанского, оставил двух сыновей: Людовика XIV, и Филиппа, который получил титул герцога Орлеанского и сделался родоначальником младшей Бурбонской династии. Сын Людовика XIV от брака с Марией-Терезией Австрийской, дочерью Филиппа IV, дофин Луи, по прозванию Monsieur, умер уже в 1711 году, оставив от брака с Марией-Анной Баварской трех сыновей: 1) Людовика, герцога Бургундского; 2) Филиппа, герцога Анжуйского, впосдедствии (с 1700 г. ) короля Испании, и 3) Шарля, герцога Беррийского. Герцог Людовик Бургундский умер уже в 1712 г.; жена его, МарияАделаида Савойская, родила 3-х сыновей, из которых двое умерли в раннем детстве, а оставшийся в живых сделался в 1715 г. наследником Людовика XIV, под именем Людовика XV . Последний имел от Марии Лещинской, дочери низложенного польского короля Станислава, сына дофина Луи, женившегося на Марии-Жозефине Саксонской и умершего в 1765 году, оставив 3-х сыновей: 1) Людовика XVI наследовавшего в 1774 году своему деду, Людовику XV; 2) Луи-Станислава-Ксавье, графа Прованского, который в 1814 году занял французский престол под именем Людовика XVIII ШарляФилиппа, графа Артуа, наследовавшего только что названному брату под именем Карла Х. От жены Людовика XVI, Марии Антуанетты Австрийской, родились: 1) дофин Луи, умерший в 1789 г.; 2) Луи, называемый Людовиком XVII и умерший в 1795 году, в 3) Мария — Терезия-Шарлотта, называемая Madame royale, впоследствии герцогиня Ангулемская умершая в 1851 году. Людовик XVIII не имел детей, Карл же Х оставил двух сыновей: 1) Луи-Антуана, герцога Ангулемского считавшегося дофином до революции 1830 г. и умершего без потомства в 1844 г., и 2) Шарля Фердинанда, герцога Беррийского убитого 1820 года. От последнего осталось двое детей: 1) Мария-Луиза-Терезия, называемая Mademoiselle d'Artois, вышедшая замуж за герцога Пармского и умершая в 1864 году; 2) Анри-Шарль-Фердинанд-Мария Диедоннэ, герцог Бордосский, впоследствии граф Шамбор сделавшийся представителем старшей ветви Б. Приверженцы называли его Генрихом V, с тех пор как дядя ему уступил свои права на престол. Со смертью его в 1883 году угасла старшая линия Бурбонов.
Орлеанская линия, вступившая на французский престол в 1830 г. и низложенная в 1848 г., ведет свое начало от второго сына Людовика XIII и брата Людовика XIV, герцога Филиппа I Орлеанского ум. в 1701 г. Он оставил от второго брака с Елизаветой-Шарлоттой Пфальцской, Филиппа II герцога Орлеанского, регента Франции во время несовершеннолетия Людовика XV. Сын последнего Луи-Филипп, герцог Орлеанский, ? 1752 г., оставил сына. тоже Луи Филиппа, герцога Орлеанского, умершего в 1785 г. Его сын Луи-Жозеф-Филипп, герцог Орлеанский прозванный Эгалите, погиб в 1793 г. на эшафоте. Старший сын его Людовик-Филипп носивший при жизни отца титул герцога Шартрского, а затем — герцога Орлеанского, с 1830 по 1848 г. был королем Франции и ум. 1850 г.
Испанская линия. Людовик XIV посадил в 1700 году своего внука Филиппа, герцога Анжуйского, на испанский престол, и тот под именем Филиппа V положил начало испанской Бурбонской династии. Ему наследовал сын его Фердинанд, умерший бездетным; потом царствовали Карл III, брат Фердинанда, и Карл IV, сын Карла III, низвергнутый Наполеоном. Старший сын Карла IV, после падения империи, вступил на испанский престол под именем Фердинанда VII; а второй сын, дон Карлос, долгое время был претендентом на испанскую корону. После смерти Фердинанда VII остались две дочери: 1) Изабелла-Мария-Луиза, которая, вступив на испанский престол под именем Изабеллы II, принуждена была в 1868 г. от него отказаться; сын ее, Альфонс, занял вновь престол в 1875 г., под именем Альфонса XII; а после его смерти, последовавшей в 1885 г., наследовал ныне царствующий 5 летний сын его Альфонс XIII. 2) Луиза-Мария-Фердинанда, супруга герцога Антона Монпансье.
Неаполитанская линия. Вследствие войны за Испанское наследство, королевство Обеих Сицилий перешло от Филиппа V испанского к императору Карлу VI Габсбургу. После Венского мира младший сын Филиппа V, дон Карлос, в 1735 году стал королем Обеих Сицилий под именем Карла III. Когда последний должен был наследовать брату своему Фердинанду VI на испанском престоле, он предоставил корону Неаполя и Сицилии своему третьему сыну, названному Фердинандом IV, с условием, что эта корона не должна впредь соединиться с короной Испании. В 1806 г. Фердинанд IV должен был бежать из Неаполя, но после падения Наполеона опять сделался королем Обеих Сицилий под именем Фердинанда и. Ему наследовал сын Франциск I, оставивший престол своему сыну Фердинанду II которому наследовал сын его под именем Франциска II. Франциск II в 1860 г. лишился престола, и владения его перешли к новому Итальянскому королевству.
Герцогства Парма и Пиаченца были отданы Австрией по Аахенскому миру 1748 г. младшему сыну Филиппа V, дон Филиппу, с тем однако условием, что, в случае неимения мужского потомства, или если таковое заиметь престол обеих Сицилий или испанский, оба герцогства переходят обратно к Австрии. Филиппу наследовал в 1765 г. сын его Фердинанд и. Сын последнего, Людовик, получил в 1802 г. Тоскану с титулом короля Этрурии; ему наследовал сын его Карл-Людвиг-Фердинанд, вскоре, однако, вынужденный отказаться от престола (Этрурия перешла к Франции). По Венскому конгрессу Парма и Пиаченца перешли к супруге Наполеона Марии-Луизе, а пармской Бурбонской линии было дано взамен герцогство Лукка. Поеле смерти МарииЛуизы (1847 г.) Парма и Пиаченца перешли вновь к линии Б., которая, со своей стороны, еще раньше возвратила герцогство Лукку Тоскане. Представителем ее в это время был Карл III, умерщвленный в 1854 г. От его брака с дочерью герцога Беррийского осталось 4-ро детей, из которых старший, Роберт-Карл-Людовик-Мария, наследовал отцу, причем управление государством перешло к матери-регентше. Волнения 1859 г. заставили его сложить корону. Ср. Coiffier Demoret, «Histoire du Bourbonnais et des Bourbons» (2 т., Пар., 1828); Achaintre, "Histoire chronolopique et gеnealogique de la maison royale de B. " (2 т., Пар., 1825); La Mure, "Histoire des duсs de B. " (3 т., Пар., 1860 — 68); Dussieux, "Genealogie de la maison de В. « (Пар., 186»).

Бургаве 

Бургаве (Герман Boerhaave) — один из знаменитейших врачей XVIII столетия, род. 1668 в маленькой деревне Вооргоуд (предместье Лейдена), в Голландии, и уже на 11 году жизни приобрел, под руководством отца, обширные сведения в латинском и греческом языках и изящных науках. Рассказывают, что около этого времени у него образовалась язва на голени, от которой тогдашние врачи не могли излечить его в течение целых 7 лет, пока он сам себя не вылечил, и что будто бы это обстоятельство и определило его будущее назначение. На 15 году жизни, лишившись отца; Б. отправился в Лейден, изучал там историю, натур-философию, логику и метафизику, даже еврейский и халдейский языки, чтобы читать Священное писание в оригинале и добывал себе скудные средства к жизни частными уроками. Согласно желанию отца, он сначала готовил себя для духовного звания, от которого однако его оттолкнула крайняя нетерпимость тогдашнего духовенства ко всякому, скольконибудь самостоятельному мнению. С тех пор он окончательно посвятил себя медицине. Получив докторскую степень, он в 1701 г. сделался профессором медицины в Лейдене, а в 1709 г. профессором ботаники и медицины. В это время им изданы 2 главнейших его сочинения: «Институции» и «Афоризмы», написанные им для учеников и составлявшие как бы объяснительный текст к его лекциям. В 1715 г. ему была передана кафедра практической медицины, причем он открыл больницу, где 2 раза в неделю демонстрировал своим ученикам больных, чтобы научить их, как нужно наблюдать и лечить болезни. Наконец, 1718 г., вопреки его желанию, университет поручил ему кафедру химии. По остроумному выражению одного из его биографов, Б. одной своей особой представлял целый факультет. Он же первый в Нидерландах стал читать лекции о глазных болезнях. Ум. 23 сент. 1738 г. от болезни сердца.
Слава Б. как практического врача не уступала его известности, как теоретика. Со всех стран к нему стекались больные, и даже коронованные особы не находили для себя унизительным делать ему визиты. В доказательство его необычайной известности часто приводится письмо, полученное им от одного китайского мандарина по адресу: «Бургаве, врачу в Европе». Город Лейден должен был раздвинуть свои укрепления и выстроить новые дома, чтобы дать помещение его многочисленным слушателям. Когда, однажды, после 6 месячной болезни, он в первый раз появился на улице, то город отпраздновал это событие иллюминацией. После его смерти ему воздвигли в Лейдене простой, но достойный его имени памятник с надписью: «Salutifero Boerhaavii genio sacrum». Дочери своей он оставил состояние в 4 милл. франков. Это подало повод к обвинению его в корыстолюбии; но из его биографии известно, что он отличался чрезвычайной благотворительностью, но только любил помогать втайне.
Что касается его ученых заслуг, то Б. имел уже правильное понят о происхождении нервов из серого вещества центральных нервных органов и об их распространении к периферии, много способствовал распространению верного взгляда Бриссо на местонахождение катарактов и полагал возможным излечивать оспу, посредством препаратов ртути и сурьмы. В своей вступительной речи от 1709 г. «De commendando studio Hippocratico» он доказывал, что можно быть хорошим врачом, владея лишь немногими лекарствами, если держаться подальше от произвольных гипотез. Во всех своих трудах он исходил из того предположения, что самый верный руководитель в лабиринте систем — история медицины, а основание всякого знания лежит в наблюдении при помощи чувств, но что психические процессы, равно как первоначальные физические и последние метафизические причины явлений одинаково недоступны физическому методу. В этом духе работал он сам и учил работать своих учеников, к которым принадлежали такие люди, как Галлер, ван Свитен, де Гаэн и Прингле. Его знаменитейшие сочинения: «Institutiones medicae in usus exercitationis annuae domesticos» (Лейд.1708) и «Aphorismi de cognoscendis et curandis morbis, in usum doctrinae medicae» (Лейд.1709) долгое время служили основанием для практического преподавания медицины. Слава Б. зиждется не на его систематических учениях, а на постоянном устном и письменном заступничестве за необходимость точного метода в медицине. Cp. Burton, «An account of the life and writings of В.» (Лонд. 1743, 2 т. ); Ionnson, «Life of H. В.» (Лонд. 1834); Kesteloot, «Lofrede op H. В.» (Лейден, 1825).

Бургас 

Бургас (Burgas) — портовый город в Восточной Румелии, на берегу залива того же названия, защищенный с севера Балканами; имеет 5000 жит., между которыми много греков и турок; две мечети, одна православная, одна армянская и одна католическая церкви; таможенное и санитарное управление. Вся почти торговля находится в руках греков; предметами вывоза служат: абах (род шерстяной материи из Сливно), масло, сыр. В 15 км. к СЗ. лежат купальни Лицни, очень посещаемые летом. В 1829 г. Бургас был занят русскими войсками.

Бургундия 

Бургундия (франц. Bourgogne) — бывшая французская провинция, когда-то самостоятельное королевство и герцогство, занимала 26714 кв. км., в центре восточной Франции, в бассейнах pp. Сены, Луары и Роны и граничила на С. с Шампаньей, на З. с Бурбоннэ и Нивернэ, на Ю. с Дофинэ и Лионнэ, на В. с Савойей, Швейцарией и Франшконтэ. В настоящее время из Б. образовались департаменты: Эна (Aиa), Саоны и Луары, Кот-д'Ор и Ионны. Рекой Саоной Б. разделяется на северную, гористую Верхнюю Б. и южную, низменную Нижнюю Б. Страна получила название от германского племени бургундов (Burgundii, Burgundiones), жившего первоначально в области pp. Нецы и Варты. В III стол. до Р. X. бургунды переселились по верхнему течению р. Вислы, откуда были вытеснены гепидами. В великом переселении народов Б. постепенно все передвигались на ЮЗ., пока в области р. Майна не сделались соседями аллеманнов, с которыми находились в постоянной вражде. Отсюда они вместе с другими германскими племенами делали частые набеги на соседнюю Галлию, но в 277 г. по Р. X. были разбиты импер. Пробом. В 413 году, с согласия римлян, бургундцы, с королем Гунтаром во главе, основали государство по лев. берегу Рейна, между Лаутером и Наге, с главным городом Вормсом (Бургундия Нибелунгова цикла). Вследствие возмущения против римлян, в 435 г., наемная дружина гуннов опустошила их государство. Король Гундикар был убит и остаток бургундского народа был переселен Аэцием в Сабаудию (Савойю). Здесь король Гундиох основал новое Бургундское государство в области реки Роны. При его сыновьях Гундобаде, Годегизеле и Хильперихе Б. распалась на 3 части, с главными городами Лион, Вьенн и Женева. Но Гундобад, умертвив братьев, объединил под своей властью всех бургундов. Он издал первый кодекс бургундских законов — «Lex Gundobada» — и значительно ослабил распри между католиками и арианами (большая часть бургундов приняла христианство от арианского духовенства); ? в 516 г.
Его преемник Сигизмунд, перешедший в католичество, был разбит сыновьями франкского короля Хлодвига и вместе с женою и детьми утоплен в колодце в Кульмье. Брат его Годомар сначала (524) разбил франков при Везеронсе, но потом был сам разбит (532) ими и Б. была присоединена к Франкскому государству. После разделения этого государства (561), Бургундия то получала самостоятельность, то присоединялась к одной из частей Франкского государства — Австразии или Нейстрии. В IX веке, при распадении Франкского государства после Карла Великого, Бургундия опять возродилась как самостоятельное государство. Бозо, граф Вьенский, с помощью папы Иоганна VIII провозгласил себя на Мантальском съезде вельмож королем В. и Прованса (880). Так возникло государство Цис-юранской Б., получившее название Арелатского, от главного города Арля, и простиравшееся от Альп до р. Роны и от Средиземного моря до Саоны. Но уже в 887 г. от него отделилась северная часть, образовавшая особое Трансюранское или Верхнебургундское государство, с королем Рудольфом I. Сын его Рудольф II (934) соединил опять оба государства. Рудольф III, теснимый своими вассалами, назначил наследником императора Генриха II, своего племянника. После смерти Генриха II новый император, Конрад II, объявил Б. леном Германской империи и после продолжительной борьбы с претендентами на бургундский престол, герцогом Эрнстом Швабским и графом Одо Шампанским, добился (1038) коронования своего сына, впоследствии императора Генриха III, бургундским королем, на сейме в Золотурне. С тех пор некоторые германские императоры короновались в Арле бургундскими королями; но с падением Гогенштауфенов связь Б. с Германией становилась все слабее. В последний раз короновался в Арле (1364) бургундским королем император Карл IV. Мало-по-малу Б. распалась на множество мелких самостоятельных государств, которые, за исключением Савойи и Монбельяра, были присоединены к Франции.
Такую же почти судьбу имело герцогство Бургундское (фр. Bourgogne в тесном смысле), основанное в 884 г. братом Бозо, Рихардом, граф. Отэнским. Герцогство простиралось от Шалона на Саоне до Шатильона на Сене. После смерти Рихарда герцогство досталось его сыну Рудольфу (Раулю), который в 923 взошел на французский престол и ? 936, не оставив потомства. Генрих, брат французского короля Гуго Капета, женатый на внучке Рихарда, наследовал герцогство, которое таким образом перешло к боковой ветви Капетингов, угасшей в 1361 г. Иоанн, король французский, отчасти по праву сюзерена, отчасти по родству с последним герцогом Бургундским присоединил герцогство к французской короне. Но в 1363 г. он отдал его в лен младшему сыну своему Филиппу Смелому, явившемуся родоначальником новой линии Бургундских герцогов. С этого времени начинается самая блестящая пора в истории Бургундского герцогства. Торговля, ремесла, искусства, и вместе с ними благосостояние граждан и богатство страны поднялись и процветали. Филипп Смелый вступил в брак с Маргаритой, единственной дочерью и наследницею Людвига III, графа Фландрского, и таким путем приобрел цветущие области Фландрии и Франшконтэ. Назначение Филиппа регентом Франции, вследствие душевной болезни Карла VI, привело его к непримиримой вражде с Людовиком, герцогом Орлеанским, братом короля. Филиппу наследовал сын его Иоанн Неустрашимый, продолжавший борьбу с герцогом Орлеанским, пока последний не был убит в Париже подосланными Иоанном убийцами. Возгоревшаяся вследствие этого война между Францией и Б. закончилась миром 1419 г.; но во время свидания дофина (впоследствии Карла VII) с Иоанном на мосту близ Монтеро, последний был убит одним из свиты дофина. Сын его и преемник Филипп Добрый, чтобы отомстить за убийство отца, соединился с Генрихом V Английским и вместе с ним вступил в Париж. Между ним и англичанами возникли, однако, неудовольствия и он заключил мир с Франциею в Аррасе (1435). Владения свои он увеличил приобретением Геннегау, Лимбурга, Намюра, Брабанта и Люксембурга; но ему приходилось вести беспрерывную борьбу с непокорными фландрскими городами. Сын его Карл Смелый (1467 — 77) увеличил свои владения покупкой Гельдерна и Цюпфена и сделался одним из могущественных государей своего времени. Начало правления он ознаменовал усмирением возмутившихся граждан городов Люттиха и Гента. Короля Людовика XI, явившегося к нему в Перонн без достаточного прикрытия, он задержал и принудил отказаться от притязаний на Бургундию. С целью возвести Бургундию в самостоятельное королевство, Карл задумал связать брачными узами свою дочь Марию с сыном императора. Недоверие к возраставшему могуществу Б. помешало осуществлению честолюбивых планов Карла Смелого, против которого образовалась коалиция из Франции, Австрии и Швейцарии. Бургундские войска, большею частью тяжеловооруженные рыцарскими доспехами, были разбиты легкой швейцарской пехотой, уже снабженной новым огнестрельным оружием, при Грансоне (1476), Муртене и Нанси (1777); в последнем сражении убит сам Карл Смелый. Единственная его дочь и наследница Мария принесла Бургундию в приданое Максимильяну, эрцгерцогу австрийскому. Но значительною частью герцогства (именно Бургундией в тесном смысле) завладел Людовик XI, на правах сюзерена, и по Арраскому миру (1482) Б. была признана составною частью Французской монархии. В 1529 г. это было подтверждено императором Карлом V в Камбрэйском мирном договоре. Остальные бургундские владения, оставшиеся под властью Австрии, перешли после Карла V к сыну его, Филиппу II Испанскому. 
Литература: Barante, "Histoire des duсs de В. " (10 т. Пар., 1824); Lebordе, "Les duсs de B. " (6 т. 1749); Dubois, «La Bourgogne depuis son origine» (1867); Binding, «Geschichte des burgund. roman. Konigreichs»(Лeйпц., 1868); Jahn, «Geschichte der Burgundionen» (Галле, 1874).

Бурдюк

Бурдюк, бурдючек — мех животного, содранный с него через шейное отверстие без других разрезов; полученный таким образом цельный кожаный мешок выворачивается шерстью внутрь; кожа снаружи протирается солью, а изнутри пропитывается дегтем, отверстия шеи, ног и другие перевязываются, одна лапка оставляется для вливания жидкости и бурдюк готов к употреблению: для наполнения и хранения жидкостей. Большие бурдюки, отличающиеся замечательною прочностью, приготовляются из шкуры буйволов и быков, а бурдючки из шкуры козлят и ягнят. В старину бурдюк служил, особенно в азиатских странах, единственным средством для сохранения, а главное для перевозки, вина, масла и т. п. жидкостей; но с распространением бондарного промысла его употребление более и более ограничивается. В Закавказье, однако, и ныне бурдюки имеют значительное распространение. Имея малый вес и большую вместимость, бурдюк очень удобен для перевозки, особенно вьючной. В Б. возят и носят всякие жидкости, начиная от воды и нефти и кончая винами. Главные массы закавказских вин, производимых для местного потребления, перевозятся в бурдюках. В военном хозяйстве бурдюки приобретают некоторое походное значение, когда приходится быстро сооружать переправы через реки в пустынных местах: надутые воздухом в связанные дощатыми перекладинами и настилкой, они представляют чрезвычайно удобную плавучую платформу, для плота или моста. Связанные вместе несколько платформ образуют прочный понтонный мост, через который нередко в азиатских войнах России приходилось переправлять войска и даже артиллерийские орудия. С. Гулишамбаров.

Буревестники 

Буревестники (Procellaria) — род птиц из отряда плавающих, семейства буревестниковых (Procellariidae). Б. отличаются большою головою, короткой шеей) и сильно развитым туловищем; клюв короче головы, сильный и толстый, с глубокими бороздами по бокам; на конце его большой крючок; ротовая щель идет далеко кзади; ноздри помещаются на костяных трубках, расположенных на спинке клюва. Ноги не очень большие, но сильные, сжатые с боков; три передние пальца соединены плавательною перепонкою, а задний недоразвит и имеет вид бородавочки. Крылья длинные и острые; концы их заходят за кончик хвоста. Хвост округленный, состоящий из 12 — 14 рулевых перьев. Оперение густое; окраска мало различается по полу, возрасту и временам года. Б. суть вполне морские птицы, живущие в обоих полушариях лишь в высоких широтах и отличающиеся быстрым и продолжительным полетом. От врагов они защищаются тем, что выпрыскивают на них жирное и вонючее содержимое своего желудка. При приближении бури они, как рассказывают моряки, часто садятся на корабли и тем как бы предсказывают ее; отсюда произошло и самое название этих птиц. Известно 40 видов Б., из которых назовем следующие:
Б. арктический или северный (P. glacialis) достигает до 50 см. длины и до 1,10 м. в размахе крыльев. Передняя часть спины и плечи пепельно-серые, маховые перья черноватые, клюв желтый, у основания серо-зеленый; ноги желтые; остальные части тела белые. Этот Б. летом очень обыкновенен в Баффиновом заливе, Дэвисовом проливе, у Курильских и Алеутских островов, у Ян-Майена, Шпицбергена и у западного берега Исландии, а изредка встречается и у берегов Германии. Питается он моллюсками, медузами, рыбою, гниющим мясом китов и тюленей. На Нью-Фаундленде Б. с жадностью пожирают всякие отбросы от трески и потому в большом количестве летают вокруг рыбаков, занимающихся заготовлением этой рыбы. Б. гнездятся на самых крутых и малодоступных скалах, собираясь в огромных количествах. Каждая самка откладывает только одно яйцо. Самое южное место гнездования Б. северного — маленький остров Сент — Кильда у западного берега Шотландии. Для бедных обитателей дальнего Севера эта птица очень важна, потому что дает им хорошую свежую пищу: она имеет нежное, белое, не особенно сильно пахнущее ворванью мясо, которое, будучи прокопчено или просолено, служит зимним запасом; кроме того, от этого Б. получается еще много жира, идущего как на освещение, так и в пищу, и большое количество пуха и перьев для постелей. В конце августа на одном только Вестман-Эр, маленьком островке у южного берега Исландии, ежегодно просаливается на зиму более 20000 жирных молодых птиц. Рыбаки не без основания доверяют его способности предугадывать погоду и выезжают в море сообразно с тем приближается ли эта птица к берегам или же улетает в открытое море. Б. капский (P. capensis), которого старые путешественники называли также капским голубем, имеет только 38 см. длины при размахе крыльев в 1,10 м. Голова и задняя часть тела темно-серые, спина, покровные перья крыльев и хвоста белые с темно-серыми пятнами, нижняя сторона тела белая; маховые перья черные с белым внутренним опахалом; рулевые перья — белые, с черною полосою на конце; клюв черный; ноги буро-черные. Водится в южном полушарии, от 25 до 50°ю. ш. Б. исполинский или южный (P. giganteus) достигает до 90 см. длины и до 2 м. в размахе крыльев. Верхняя сторона тела его черная с мутно-белыми краями перьев; нижняя сторона белая; клюв ярко-желтый; ноги бледно-желтые. Молодые птицы одноцветные, шоколадно-бурые. Водится в умеренных и холодных частях южного полушария Б. исполинский летает очень быстро и продолжительно. Питается он различными отбросами и рыбою, но в его желудке находили также и птиц. Э. Брандт.

Буриме 

Буриме (bouts-rimes) — французская игра, состоящая в составлении стихов на вперед заданные рифмы, обыкновенно нелепые и смешные или не имеющие ничего общего между собою. Изобретателем Б. считают французского стихотворца XVII века Дюло (Dulot). Игра эта была в большой моде в продолжение XVIII века. В наше время ее пытался восстановить Александр Дюма, объявив в 1864 году в «Petit journal» конкурс на стихи по известным рифмам; в конкурсе приняло участие 350 рифмоплетов, и Дюма опубликовал их произведения в особой книге: «Bouts rimes publies par Al. Dumas» (Пар., 1865). Теперь Б. занимает место лишь в воскресных номерах некоторых периодических изданий, для изощрения талантов особых любителей этой забавы.

Бурлеск 

Бурлеск (bariescamente) — музыкальный термин: странное, смешное, уродливое исполнение.

Бурундук 

Бурундук (Tamias striatus) — млекопитающее из отряда грызунов и сем. белок. Это небольшое животное, имеющее 15 см. длины. Б. красноватого цвета с 5 черно-бурыми продольными полосами, чередующимися с четырьмя желтоватыми. Он вообще похож на белку, но отличается от нее более удлиненною мордою, отсутствием первого коренного зуба в верхней челюсти, защечными мешками, доходящими до затылка и менее пушистым хвостом, который всегда короче тела (10 см. длины). Шерсть его короткая. Уши короткие и округленные. Самец и самка по внешнему виду не отличаются друг от друга. Б. распространен во всей Сибири, где только есть леса, от Камы и Урала до Охотского моря и р. Анадырки, а также и в Северной Америке. Любимое местопребывание его — кедровые леса, но он попадается также и в других лесах, как хвойных так и лиственных. Б. устраивает себе нору между корнями деревьев и живет в ней одиночно. В нору ведет длинный узкий проход, который местами расширяется; в одном из таких расширений живет само животное, а в остальных 2 — 3 помещаются его запасы. Питается Б. кедровыми орешками и различными зернами и в Америке иногда вредит полям, засеянным маисом и пшеницею. Это дневное животное; на зиму оно впадает в зимнюю спячку, но часто просыпается. Б. имеет много детенышей. Американский Б. в неволе живет большею частью недолго и не становится ручным; сибирский же, напротив того, скоро делается до того ручным, что берет пищу прямо из рук. Мех Б. на месте мало ценится, так как короток и непрочен, но сшитые и хорошо подобранные спинки очень красивы и охотно покупаются китайскими купцами. Одно время меха Б. были в моде в Петербурге и шли на подкладку к легким дамским накидкам, и тогда на них стояла довольно высокая цена (рублей до 30). Ловят Б. преимущественно на Лене и в кузнецком округе: их бьют стрелами или ставят на них капканы.
Э. Б.

Буслаев 

Буслаев (Федор Иванович) — академик, род. 13 апреля 1818 г. в Керенске (Пензенской губ. ), где его отец был секретарем уездного суда. Мальчику не было еще в пяти лет, когда он лишился отца, и мать его переехала в Пензу. Здесь Б. поступил в гимназию и по окончании в ней курса в 1834 г. поступил казеннокоштным студентом в московский университет, по историко-филологическому факультету (называвшемуся тогда словесным). Окончив университетский курс в 1838 г., Б. был назначен преподавателем русского языка во 2-ю московскую гимназию, а в следующем году отправился с семейством графа С. Г. Строганова заграницу, где и пробыл два года, переезжая из Германии во Францию и Италию и занимаясь преимущественно изучением памятников классического искусства. По возвращении в Москву (1841) занял должность преподавателя в 3-й гимназии, а с 1842 г. был прикомандирован в помощники к профессорам русской словесности, И. И. Давыдову и С. П. Шевыреву, для исправления и разбора письменных упражнений студентов. В это же время имя Б. впервые появляется в печати, под несколькими научными статьями и рецензиями (в «Москвитянине»). Внимание молодого ученого было привлечено в особенности историческим изучением русского языка, к которому он обратился под влиянием «Грамматики немецкого языка» Якова Гримма, — этого классического труда, послужившего основою исторической филологии. В 1844 г. Б. издал замечательную по своему времени книгу: «О преподавании отечественного языка» (2 тома; 2-е, сокращенное издание, в одном томе, Москва, 1867), в которой много места отведено рассмотрению данных русской исторической грамматики и стилистики. Во многих частях эта книга полезна и поучительна еще и теперь. В отношении стилистики она представляет богатый подбор фактов, извлеченных из известных в то время памятников нашей древней словесности, причем многое темное и загадочное в языке этих памятников получает меткое объяснение.
С января 1847 г. Б. начал читать лекции русского языка и словесности в московском университете, а в 1848 г. издал магистерскую диссертацию: "О влиянии христианства на славянский язык. Опыт истории языка по «Остромирову Евангелию». Этот труд имеет более археологический или культурно-исторический характер, чем строго-лингвистический, некоторые из поставленных им вопросов впоследствии с большею точностью и определительностью были рассмотрены Миклошичем («Christliche Terminologie»);открылось, вообще, много новых материалов для дополнений; но в целом исследование Б. и до сих пор еще не заменено ничем лучшим и остается одним из замечательнейших опытов истории языка, понимаемой в связи с движением жизни и культуры. Основываясь на данных сравнительного изучения готского перевода Библии, Б. доказывает, что славянский язык задолго до Кирилла и Мефодия подвергся влиянию христианских идей и что перевод Св. Писания на славянский язык относится к той поре народной жизни, когда в языке господствовали еще во всей силе понятия о семейных отношениях, между тем как в языке готского и древненемецкого переводов Св. Писания замечается гораздо большее развитие понятий государственных. «В истории славянского языка виден естественный переход от понятий семейных, во всей первобытной чистоте в нем сохранившихся, к понятиям быта гражданского. Столкновения с чуждыми народами и перевод Св. Писания извлекли славян из ограниченных домашних отношений, отразившихся в языке, сознанием чужеземного и общечеловеческого». Таким образом, Б. по языку перевода Св. Писания пытается составить понятие о характере народа, а отчасти — и самих переводчиков.
В 1855 г., в юбилейном издании московского университета: «Материалы для истории письмен восточных, греческих, римских и славянских», помещен труд В. : «Палеографические и филологические материалы для истории письмен славянских», — ряд словарных и грамматических извлечений из рукописей, большею частью русской редакции, с превосходно исполненными снимками. В 1858 г. появился его «Опыт исторической грамматики русского языка», выдержавший с тех пор несколько изданий и до настоящего времени, несмотря на недостатки, указанные специалистами, сохраняющий значение первостепенного труда, обильного материалом, тщательно извлеченным из огромного количества памятников, — труда, влияние которого чувствуется почти во всех позднейших исследованиях, посвященных русскому языкознанию. Особенный интерес представляет 2-й том «Грамматики», заключающий в себе русский исторический синтаксис. В тесной связи с этой работой стоит «Историческая хрестоматия церковно-славянского и древнерусского языков» (1-е изд. Москва, 1861), — очень важный сборник, содержащий в себе, между многими уже известными текстами, множество таких, которые впервые были изданы составителем; все тексты снабжены подробными историко-литературными и грамматическими примечаниями.
Одновременно с историею языка, Б. занимался изучением русской народной поэзии и древнерусского искусства. Результатом этих изданий был обширный сборник статей и монографий, под общим заглавием: «Исторические очерки русской народной словесности и искусства» (2 больших тома, Спб., 1861). В первом томе этого собрания помещены исследования по народной поэзии: сначала — главы, имеющие предметом поэзию в связи с языком и народным бытом; потом — изучение славянской поэзии сравнительно с поэзиею других народов (германскою, скандинавскою); далее — национальная поэзия славянских племен вообще, и, наконец — русская. Во втором томе рассматриваются народные элементы древнерусской литературы и искусства. В этих монографиях автор является верным последователем гриммовской школы, с ее учением о самобытности народных основ мифологии, обычаев и сказаний — школы, которая в настоящее время уже уступила место теории взаимного общения между народами в устных и письменных преданиях. Многое, что представлялось 30 лет тому назад наследственною собственностью того или другого народа, признается теперь случайным заимствованием, взятым извне вследствие разных обстоятельств, более или менее объясняемых историческими путями, по которым шли различные культурный влияния. Таким образом, большая часть «Очерков» Б. в настоящее время, по методу, является уже устаревшею, хотя они и заключают в себе массу интересного и ценного материала. Тоже нужно сказать и о ряде его статей, напечатанных в 1862 — 71 гг. в разных изданиях и повторенных в книге: «Народная поэзия» (Спб., 1887), составляющей как бы непосредственное продолжение «Очерков».
В 1861 г. Б. получил от московского университета степень доктора русской словесности и был назначен ординарным профессором. Кафедру он занимал до 1881 г., посвящая свои труды преимущественно исследованиям в области древнерусского и византийского искусства. Результатом этих исследований явилось в 1884 г. издание «Толкового Апокалипсиса» по рукописям VI — Х XVII в., с атласом в 400 рисунков, представляющее весьма важный вклад в историю русских лицевых изображений.
В 1886 г. Б. издал сборник своих статей, рассеянных по журналам 1851 — 81 гг., под общим заглавием: «Мои досуги» (2 т. ). В первый том вошли мелкие статьи по истории искусства классического, средневекового и современного; во второй — статьи преимущественно историко-литературного содержания («Иллюстрация стихотворений Державина», «Перехожие повести», «Значение романа в наше время» и др. ). С 1890 г. в «Вестнике Европы» печатаются подробные и во многих отношениях интересные воспоминания Б.
П. М.

Буссенго 

Буссенго (Жан-Баптист-Жозеф-Диеноне Boussingault) — знаменитый химик и агроном, род. в 1802 г. в Париже; учился в сен-этьенской горной школе; по поручению английского горного общества отправился в Колумбию и там занимался геологическими и метеорологическими наблюдениями. Б. участвовал в Южноамериканской войне за освобождение, состоя в чине полковника при генерале Боливаре, затем по военным надобностям был и в Венесуэле, Эквадоре и Перу; однако, никогда не оставлял своих научных занятий. Возвратившись во Францию, Б. занял кафедру химии в Лионе, впоследствии сделался профессором агрономической химии, и на этой кафедре оставался до самой смерти (1887 т. ). Результаты своих исследований в области химии, физики и метеорологии, применительно к земледелию, физиологии растении и технологии, Б. опубликовал в соч. «Economie rurale» (Пар., 1844, 2 т.; 2е изд. 1851) и "Agronomiе, chimie agric. et physiol. " (Пар., 1860 — 84, 7 т.; 3-е изд. 1887). Кроме многочисленных специальных статей, Б. издал также с Дюма известный "Essai dе statistique chimique des etres organise (Пар., 1841, 3-е изд. 1844). Все эти работы, строго научные и прекрасно изложенные, ставят Б. на одно из первых мест среди агрономов XIX века.

Бутан 

Бутан или водородистый бутил, С4Н10 — простейший предельный углеводород, начиная с которого современные теории допускают возможным появление изомерии, т. е. существование двух или более химических видоизменений, процентный состав и величина частицы которых одинаковы, распределение же элементарных атомов, составляющих частицу, различно. Для формулы C4H10 является возможным существование двух изомеров: нормального бутана или ди-этила, СН3СН2. СН2СНз, и изобутана или триметилметана СН(СНз)з. Первый образуется при действии сухого металлического цинка на йодистый этил C2H5J; это газ, легко сгущающийся при сильном охлаждении в жидкость, кипящую при 1°; он медленно реагирует с хлором. Присутствие его указано в американской нефти. Изобутан получен при действии цинка на йодистый третичный бутил JC(СНз)з в присутствии воды, причем йод заменяется водородом; газ, трудно сгущаемый в жидкость, кипящую при — 17°, очень легко реагирует с хлором, образуя с ним хлористый третичный бутил СlС (СНз)з. Открытие изомерии бутанов и сравнительное изучение их свойств принадлежит покойному А. М. Бутлерову и занимает в истории органической химии (1867 г. ) почетное место.
М. Л.

Бутирометр

Бутирометр, также лакто — бутирометр, лактоскоп — так называются приборы для определения содержания жира в молоке. При нынешнем, получающем все большее и большее распространение, рациональном способе молочного хозяйства, операция эта становится одной из самых необходимых; а так как точный химически (весовой) анализ сопряжен с крайне длинной и сложной манипуляцией, то для более скорого определения содержания жира, что очень важно также для рыночного контроля, придумана целая масса приборов, различных как по своему устройству, так и точности результатов и удобству применения. Для примера опишем два из них:
1) Ареометричесмй прибор Сокслета (Sohxlet). Основания, на которых он построен, таковы: если смешать отвешенное количество молока, едкого кали и эфира, взболтать все это и дать отстояться, то, как известно, жир растворяется в эфире и через некоторое время собирается в виде прозрачного раствора на поверхности смеси. Если, при этом всякий раз брать одинаковое количество молока и эфира, то, чем больше жировых веществ содержит молоко, тем более концентрирован будет этот раствор. Концентрацию раствора, а следовательно, и относительное содержание жира в испытуемом молоке, определяют затем с помощью особого ареометра. На этом основании существенную часть прибора Сокслета составляет стеклянная трубка В назначенная для принятия эфирного жирового раствора, вгоняемого помощью насоса из бутылки Е, и ареометра С, которых два, один для цельного, другой для снятого молока. Для поддержания во время опыта постоянной температуры, трубка В окружена холодильником А. Ход опыта таков: когда в бутылке отстоится жировой сдой, его вгоняют, нажимая насос, в трубку В, опускают ареометр С и отсчитывают деление, до которого он погружен. По полученному таким образом удельному весу раствора процентное содержание жира определяют уже прямо из составленной Сокслетом ad hoc таблице. Разница таких показаний сравнительно с результатами, полученными при точном весовом анализе, не превышает 0,02 %. — 2) Другой, гораздо менее точный, но зато еще более простой и дешевый прибор — бутирометр Маршана (Marchand). Он состоит из запаянной с одного конца стеклянной трубки, на которой нанесены, с промежутками в 10 куб. см., три черты, причем от самой верхней идет вниз шкала с делениями, отвечающими 0,1 куб. см. Для производства опыта наполняют трубку испытуемым молоком до первой черты, потом приливают до второй черты эфира и, закрыв отверстие пробкой, взбалтывают сильно в продолжение минуты. Прилив затем до третьей черты спирта 90° и закрыв трубку, взбалтывают опять содержимое некоторое время и опускают затем в воду, нагретую до 40° Ц. Спустя десять минут, трубку вынимают, охлаждают под краном, стараясь по возможности не взбалтывать образовавшегося слоя жира, и отсчитывают по шкале высоту его. По приложенной таблице находим процентное содержание жира. Ошибка здесь возможна до 0,2 %. Кроме этих приборов имеется еще несколько других, из которых одни основаны на оптических свойствах молока, его непрозрачности и т. д. — так называемые лактоскопы; другие же — на свойстве жира всплывать вверх при долгом стоянии — так называемые кренометры И. Г.

Бутлеров 

Бутлеров (Александр Михайлович) — знаменитейший русский химик и видный общественный деятель, родился в дворянском семействе в г. Чистополе, Казанской губернии, 25 августа 1828 г., и скончался 5 августа 1836 г. в той же губернии, в собственном имении, сельце Бутлеровке, спасского уезда. Первоначальное воспитание Б. получил в Казани, сперва в частном пансионе Топорнина, затем в 1-й местной гимназии. В 1844 г. он поступил в казанский университет на естественный разряд физико-математического факультета, где в 1849 г. и окончил курс со степенью кандидата; в следующем году Б. поручено было чтение университетских лекций по физике и физич. географии для медиков и неорганич. химии для натуралистов и математиков; в 1851 г. он получил степень магистра химии. Докторскую степень Б. получил в начале 1854 г. в московском университете, и по возвращении в Казань был избран экстраординарным, а 1858 утвержден в звании ординарного профессора. В начале 1868 г. Б. пригласили, по инициативе проф. Д. И. Менделеева, в петербургский университет, где с февраля 1869 года он начал чтение лекций, а в 1870 году устроил в университете отделение химической лаборатории для специальных работ по органической химии. Вскоре по переходе в Петербург Б. (в начале 1870 г. ) был избран членом Императорской Академии наук и заведовал сначала вместе с Зининым, а затем один академической химической лабораторией. Б. умер в звании заслуженного проф. петерб. университета, ординарного академика Имп. Академии наук и профессора химии Высших женских курсов, состоя почетным членом университетов казанского, киевского и московского и медицинской академии, различных ученых обществ в России и заграницей. Вся мало продолжительная, но полная плодотворнейшей деятельности жизнь покойного Б. была посвящена излюбленной им науке и ее распространению. Имя его, можно сказать, слито вплотную с насаждением и расцветом химии в нашем отечестве, и неразрывно связано с развитием целого блестящего периода органической химии на Западе, как в области ее теорий, так и в области фактов их закрепляющих. Б., как химик и основатель целой химической школы, пользовался громкою известностью не только у нас, но еще большею заграницей. Кроме того. Б., страстно интересуясь и занимаясь некоторыми отделами прикладного естествознания, немало потрудился в этой области, и многого достиг, в особенности на поприще пчеловодства, где настойчивой деятельностью на практике и в печати заново призвал к жизни русское пчеловодство. Не менее громкую, хотя, конечно, не многим симпатичную известность имеет имя Б. в сфере популяризации и разбора явлений так называемого медиумизма.
Переходя к обзору деятельности Б., как крупного научного деятеля, прежде всего должно обратить внимание на то, что он образовал и оставил после себя в России целую школу исследователей по органической химии, разрабатывающих эту науку в духе идей и приемов своего учителя.
Но чтобы быть творцом научной школы в стране, для этого требуется соединение многих редких личных качеств, которыми в избытке обладал наш знаменитый ученый педагог. С редкой живостью, ясностью мысли и речи — в нем соединялась замечательная простота в обхождении и отзывчивость. Страстная любовь к науке била в нем ключом и завлекала жаждущую истины во всех ее видах молодежь. Б. и в лаборатории, и у себя в кабинете был всегда доступен и практикантам-химикам, и любителям-пчеловодам, и сторонним посетителям; для всякого находилось в запасе у Б. именно то, что в данную минуту было всего нужнее, совет или поощрение, мягкая критика или слова утешения (см. превосходную речь Г. Г. Густавсона: «А. М. Бутлеров, как представитель школы», в "Журнале Р. X. О. " за 1887). Укрепившиеся еще с средины 60-х годов выражения в химии: «Бутлеровское направление», «Бутлеровская школа» сохранились во всей их силе и до сего времени. Зовется это направление Бутлеровским потому, что Б. был одним из творцов, как нового научного принципа — «химического строения», так в особенности и всестороннего применения и развития этого последнего, положенного им в основу и преподавания, и всех научных работ, произведенных им лично и его учениками. Не входя в детальное рассмотрение самого принципа, считаем, однако же, нужным указать, что прошло почти тридцать лет после появления классических статей Б. по установке принципа строения и двадцать пять истекло после выхода 1-го издания его бессмертного «Введения к полному изучение органической химии» и работ над изомериею простейших углеводородов и спиртов, — а принцип за все это время применялся все шире и шире; теперь нет того отдела в органической химии, куда бы его помощью не был внесен яркий свет. Подобный широкий захват материала, подчинившегося принципу строения, явился возможным только потому, что на ряду с ясным и точным изложением основ учения о химическом строении, всюду, где было возможно, выставлялись и предсказания; задачи, поставленные самим творцом теории, тотчас разрабатывались, часто разрешались в лаборатории им лично и с помощью учеников. Так зародилась «Бутлеровская школа», тесно связанная в начале с возникновением Бутлеровского учения о строении. Первые пионеры школы научились у первоисточника не только работе лабораторной, со своеобразными приемами и методами исследования веществ, трудно получаемых и нередко в ничтожных количествах, но и особым приемам трактования предмета исследования, по которому частности подчинялись и ярко освещались единым общим принципом. В статье «О химическом строении» придется еще вернуться к значению всего созданного Б., здесь же вкратце проследим общий ход только самых важнейших его работ по органической химии, интерес и значение которых не только не теряется до сих пор, но по отношению к некоторым даже возрастает. С конца 50-х годов начинают появляться исследования наипростейших органических соединений с одним паем углерода в составе, начатые Б. в лаборатории Вюрца в Париже, продолженные в Казани и давшие науке способы образования, свойства и превращения веществ, важность которых для науки и практики, можно сказать, с тех пор все более и более увеличивается. Так, упомянем о приготовленном Б. йодистом метилене. CH2I2 (из йодоформа действием C2H5ONa), который, благодаря своему высокому удельному весу (тяжелейшая из всех органич. жидкостей) 3,842 и сравнительной стойкости, стал в последнее время обиходною жидкостью в руках минералога и петрографа при определениях уд. веса и состава минералов и горных пород. Исходя из йодистого метилена и щавелевокислого серебра, Б. получил так называемый оксиметилен (CH2О)n, превращающийся при нагревании в простейший альдегид (муравьиный) и снова при охлаждении переходящий в твердое, полимерное состояние. Интерес и значение последнего соединения высоки потому, что еще в 1861 г. Б. удалось действием на оксиметилен известковой воды доказать впервые возможность искусственного получения сахаристого начала, названного им метиленитаном. Лишь в самое последнее время, когда создались совершенно новые методы исследования и выделения сахаристых начал, авторитет в этой новейшей области — Эмиль Фишер вновь возбудил интерес к первой синтетической глюкозе (метиленитан зовется теперь формозой и акрозой), в которой по ее свойствам очень не легко было угадать в начале 60-х годов синтетическую глюкозу. После 1861 года Б. выступает с рядом блестящих теоретических и критических статей, в которых излагаются им с замечательной ясностью и силой главнейшие основания учения о «Химическом строении веществ». Назовем здесь: «О химическом строении веществ» (1861); «О различных способах объяснения некоторых случаев изомерии» (1863, в Эрленмейровском «Kritische Zeitschrift f. Chemie», на немецком языке, и в «Ученых записках казанского университета»). Это учение имело и имеет конечною целью определить взаимное химическое отношение и связь отдельных элементарных атомов, составляющих частицу данного тела; принимая всецело унитарность частицы, учение это, однако, стремилось во всех случаях определить самый способ и порядок расчленения единой частицы на составляющие ее атомы. Так как структурное (от немецкого выражения строение = Straktur, введенного самим Б. взамен термина «конституция») учение Бутлерова, исходя из немногих допущений, опиралось на факты уже известные; объясняя их и предсказывая новые, то окончательное его признание и укрепление могло произойти только после всестороннего испытания его путем новых и новых опытов. К ним то и приступил Б., начиная с 1863 г., неустанно обогащая науку чрезвычайно важными экспериментальными работами, с изумительной ясностью доказывающими верность структурного учения, в особенности в области явлений изомерии органических тел. Ряд классических его работ начинается с открытия им первого третичного алкоголя — триметилкарбинола (изомерного с Вюрцевским бутильным алкоголем брожения) и синтеза других его гомологов. Немногим позже, изучая производные этого алкоголя, Б. обнародовал другое, не менее важное в истории органической химии исследование о двух предельных углеводородах состава C4H10, на которых с отчетливостью и блеском доказал изучением свойств химических и физических изомерию открытого им вновь триметилформена СН(СНз)з с диэтилом C2H5. C2H5. Оставляя в стороне значительное число работ, произведенных Б. в период времени до начала 70-х годов, укажем лишь на те, которые по их важности занесены в элементарные курсы органической химии: «Определение плотности пара метильного соединения свинца (плумбпетраметила)», и «О некоторых углеводородах СnН2n», где описан изобутилен из триметилкарбинола, и «Исследование некот. превращений цинк-метила». Из петербургского периода химической деятельности Б. особенного внимания заслуживают его работы, важные и в теоретическом отношении, над установкой явления полимерии в ряду этиленных углеводородов. Как в других бутлеровских исследованиях, так и в этих, на ряду с чрезвычайно глубокими и часто новыми соображениями теоретического характера, выступает мощность таланта экспериментатора, редко останавливающегося перед трудностями задач. В обширном мемуаре «Об изодибутидене» (1876 — 77) приведено в нескольких строках совершенно новое, так сказать, динамическое воззрение о значении условий превращения на строение некоторых веществ — воззрение, которое до сих пор еще ждет дальнейшего развития и обещает разъяснить многое в той области, которую немцы очень неудачно называют то таутомерией, то десмотропией, то аллоизомерией и пр. Как ряд статей и мемуаров над изучением продуктов уплотнения изобутилена, так и в появившемся ранее мемуаре «О строении некоторых непредельных углеводородов» (1870), кроме образцовой экспериментальной стороны, рассеяна такая масса важных теоретических замечаний и сопоставлений, что их можно смело рекомендовать для изучения каждому начинающему химику на ряду с классическими трактатами великих химиков-экспериментаторов первой половины настоящего столетия: Гей-Люсака, Берцелиуса, Вёдера, Либиха, Бунзена, Дюма, Жерара и Лорана. К той же категории классической обстоятельности и точности можно отнести и подробные статьи Б. : «О физических свойствах триметилкарбинола» (1871); «О триметилуксусной кислоте» (1872 — 74); «Пентаметил-этоле» и немало других менее обширных, и по своему теоретическому интересу уступающих приведенным нами выше.
Преемственность бутлеровских идей и направления всего яснее выступает в следующих сопоставлениях работ учеников его и работ учеников этих последних. Открытие Б. синтеза предельных третичных алкоголей послужило толчком к открытию интереснейших синтезов непредельных третичных и вторичных алкоголей для преемника Б. в казанской лаборатории — Зайцева и его многочисленных учеников; под руководством и по предложению Б. была сделана в Казани работа над окислением кетонов А. Н. Поповым, продолжавшим разрабатывать эту тему почти в течение всей своей деятельности; завершена эта работа над правильностью окисления кетонов, превосходным исследованием Е. Е. Вагнера, ученика А. М. Зайцева. Рассеянные в многочисленных статьях Б. различные наблюдения над явлениями изомеризации и иных анормальных реакций, а также и в особенности сопутствующие им соображения о «механизмах реакций» послужили к разработке многих частностей и открытиям обобщений в духе структурного учения для Морковникова, Зайцева, Львова и их учеников. Число учеников Б., работавших на его темы и под его руководством, очень значительно (одних преподавателей и лаборантов в высших учебных заведениях, список которых составлен был за 11/2 года до смерти Б. в газете «Новости» 22 марта 1885 г., № 80, было около 30 чел. ). Но в течение всей долголетней педагогической деятельности Б. очень редко держался обычая публиковать исследования своих учеников от общего с ними имени (нам известны только работы с Осокиным в Казани, с Вышнеградским, Горяйновым и Рицца здесь), и никогда не пользовался работами начинающих для своих личных, хотя бы и высоко научных целей, как то практикуется почти всеми корифеями химии на Западе.
Для обстоятельного знакомства с личностью и трудами покойного Б. укажем речи проф. : Г. Г. Густавсона, А. М. Зайцева и В. В. Морковникова, помещенные в "Журнале Химич. общ. " за 1887 г: речь проф. Лагермарка, «А. М. Бутлеров» (брошюра, Харьков, 1887); речи проф. казанского унив. А. М. Зайцева, И. И. Канонникова, Н. М. Мельникова и А. И. Якобия (брошюра, Казань, 1887); проф. Н. П. Вагнера, «Воспоминание об А. М. Бутлерове» (помещенное в изданном А. Н. Аксаковым «Сборнике статей А. М. Бутлерова по медиумизму», Спб., 1889). Относительно многочисленных работ Б., из которых лишь только на некоторые мы уже ссылались в тексте, укажем здесь, что все они появлялись одновременно на русском и иностранных языках (немецком и французском) в различных химических журналах ("Журнале Химич. общ. ", «Мемуарах» и «Бюллетенях» здешней академии, «Bulletin'ях» парижского химич. общ., «Annales de chimie», «Zeitschrift f. Chemie» и в «Либиховских Анналах»). Работы казанского периода с 1863 г. появлялись по преимуществу на немецком языке, а с 1870 г. после злостной выходки Фольгардта и Кольбе против французских химиков — на французском яз. в изданиях Академии наук. 
Классический учебник Б.: «Введение к полному изучению органической химии» впервые издан в Казани в течение 1864 — 1866 г. и в 1868 был переведен с дополнениями под редакцией автора на немецкий язык под заглавием: «Lehrbuch d. organischen Chemie zur Einfuhrung in das specielle Studium derselben» (Лейпциг). С этим изданием сверено петербургское посмертное издание Бутлеровского «Введения», под редакцией его учеников в 1887 г. Для желающих познакомиться с мастерским изложением учения «о химическом строении» укажем на превосходную брошюру Б., изданную им за год до смерти, в 1885 г. : «Химическое строение и теория замещения с приложением статьи: современное значение теории химического строения». Кроме того, укажем и на общедоступную брошюру Б.: «Основные понятия в химии», изданную в год смерти (в марте 1886 г. ), а также книжку по пчеловодству для крестьян: «Пчела, ее жизнь и правила толкового пчеловодства» (1871), выдержавшую до настоящего времени несколько изданий и до сих пор пользующуюся громадным спросом в уважением у всех грамотных пчеляков. Недавно все статьи Бутлерова по пчеловодству изданы отдельной книгой.
М. Л.

Бухарест 

Бухарест или Бyкapecт (Bucuresti) — с 1665 г. главный город Валахии, а с 1862 г. соединенных княжеств Молдавии и Валахии, теперешнего королевства Румынии; узловой пункт Румынской и Журжево-Бухарестской железных дорог; расположен на болотистой равнине по обоим берегам Дымбовицы, через которую здесь построено 15 мостов, в расстоянии 60 км. от Дуная (44° 25' сев. шир. и 26° 6' вост. долг.). Город имеет около 8 км. в поперечнике и представляет своеобразный вид, благодаря своим многочисленным церквам, покрытым ярко-блестящею жестью, башням, куполам и красивой зелени в промежутках между массами домов, особенно с южной стороны. Как по внешности, так и по нравам и обычаям жителей Б. составлял раньше промежуточный пункт между востоком и западным миром. В некоторых частях города бросаются в глаза все недостатки восточного города, каковы, напр., пыльные или грязные улицы. В Б. имеется 340 румынских (правосл. ), 14 греческих, 2 католические и 2 протестантские церкви, синагога и 20 еврейских молитвенных домов. Заслуживают внимания: митрополичья церковь (выстроенная в 1656 г. и возобновленная в 1834 г. ), здания университета, национальный банк, национальный театр, монетный двор. Между греческими церквами замечательны также ставрополосская церковь (построенная в 1724 г. ) и церкви св. Георгия и св. Анфима. Перед зданием университета находится конная статуя воеводы Михаила III, поставленная в 1871 г. Во дворе старого госпиталя Кольца (с большою четырехугольною башнею) стоит мраморный памятник князю Стефану Кантакузену (казнен в 1716 году в Константинополе). В городе считается около 221000 жителей. Бухарест есть резиденция румынского короля и местопребывание митрополита, парламента, министерств, высшего суда и других государственных учреждений. Из учебных и образовательных заведений здесь находятся: университет, два лицея, гимназии, военная школа, реальное училище, богословская и учительская семинарии, коммерческое училище, три средних женских училища, медико-хирургическая и ветеринарная школы, сельскохозяйственное училище, училище живописи, консерватория и 20 начальных училищ, не считая многочисленных частных учебных заведений. Далее, Б. имеет академию наук, национальную библиотеку и естественноисторический и археологический музей. Большой сиротский дом устроен в 1862 г. княгинею Еленою, а восемь госпиталей получили недавно лучшее устройство. Местом для прогулок служит устроенный князем Стирбеем сад Эйсмеджиу. В 1885 г. ассигнованы средства на возведение укреплений, которые должны состоять из фортов, образующих 18 поясов, с средним радиусом в 13 км. от центра города. Форты, по проекту бельгийского инженера Бpиальмона, должны быть снабжены подвижными панцирными башнями и соединены подземными галереями. Промышленность Б. весьма незначительна: изготовляются кирпичи, железные изделия, мыло и восковые свечи. Ремесленники и лица, занимающиеся промышленностью, большею частью — немцы. Торговля, находящаяся преимущественно в руках греков, евреев и армян, значительно развита. Вывозятся в особенности вино, кожи, нефть, соль, уголь и другие произведения страны. Вблизи города лежит монастырь Котрочени, летняя резиденция короля. В новейшее время Б. становится все больше и больше европейским городом. Придворная и общественная жизнь, гостиницы, театры (вместе с румынскими театрами существует итальянская опера и французская оперетка зимою), концерты, кофейни, cafе-chantants, мостовые на улицах, конно-железные дороги и т. д. довольно похожи на западно-европейские. Живое движение на улицах, в особенности большое число фиакров, напоминает Париж, который и в других отношениях служит для румын образцом.

Буше 

Буше (Francois Boucher) — французский живописец, родился в Париже 29 сентября 1703, умер 80 мая 1770 года. Отец его Николай Б. бедный учитель живописи и рисовальщик узоров для вышивки, был, по видимому, первым его учителем. Затем Б. стал учеником Лемуана и поступил к граверу Карсу, у которого занимался составлением виньеток, гербов и эмблем для франмассонских дипломов, заглавных листов и т. п. В 1722 ему было поручено иллюстрировать новое издание «Французской истории» О. Даниеля, а в 1723 он получил академическую премию за картину «Евил-меродах, сын и наследник Навуходоносора, освобождающий из оков царя Иоахима». В 1725 г. Буше выставил несколько мелких картин на"выставке молодежи" и был приглашен де Жюльенном сотрудничать в издании произведений Антона Ватто. В 1727 он отправился на свой счет в Рим, где усерднее всего изучал Альбано и Пьетро да Кортоне, с которым нередко его впоследствии сравнивали, и срисовал целое собрание голов с Траяновой колонны (изданное Гютеном). Современные критики находили, что картины, написанные Б. по возвращении из Италии, отличались красотой и мужественной силой; это относится может быть к картинам, которые дошли до нас лишь в гравюрах, изданных Лаврентием Карсом, так как оригиналы их исчезли. 24 ноября 1731 года Б. был принят в академию, а в 1732 написал «Венеру, заказывающую Вулкану вооружение для Энея». В 1734 г. Б. был удостоен звания академика за картину, изображающую «Рено и Армиду», и в том же году украсил комнату королевы в Версальском дворце аллегорическими фигурами Сострадания, Изобилия, Верности и Благоразумия, иллюстрировал большое издание Мольера, и исполнил одно за другим несколько собраний эстампов, как напр. «Cris de Paris»; «Livres de sujets et Pastorales»; «Elements», «Saisons» и др. В 1735 году он был назначен адъюнкт профессором, в 1737 году профессором академии. В промежуток от 1737 по 1740 он написал; «Воспитание амура Меркурием», «Аврора и Кефал» и «Венера, входящая в купальню» — картины, заказанный для отеля Субиз (ныне дворец национальных архивов). С этих пор начинается его в высшей степени плодовитая деятельность: он доставляет мануфактуре в Бовэ, торговцам эстампов и китайщины, только что вошедшей в моду, любителям и двору целую массу картонов. рисунков и картин, из которых некоторые, — как напр. «Рождение Венеры» (1740 г., ныне в Стокгольмском музее), «Эпическая Поэзия» (1741) и «История», исполненные для Королевской библиотеки, «Диана, выходящая из купальни» и «Пастушеская сценка» (в Лувре) — считаются лучшими из его произведений. В 1743 г. Б. был назначен декоратором оперы и руководил постановкою нескольких балетов; он писал также декорации для театров ярмарки С.-Лоран и Бельвю и для любительских спектаклей, устраиваемых маркизой Помпадур, его ученицею и покровительницей. Громадное количество получаемых заказов вскоре, однако, превратило произведения этого «Анакреона живописи» в спешно сделанные наброски, на которые критика не могла смотреть благосклонно, хотя от времени до времени ему удавалось сосредоточиться на таких произведениях, как «Собрание гениев искусства» (1751), «Латона на острове Делосе», «Солнце, начинающее свой путь и изгоняющее ночь». В это время Буше, находясь в полном блеске славы и королевской милости, получил пенсию и квартиру в Лувре. В 1757 г. он выставил портрет марк. Помпадур, для которой в то же время написал: «Музу Эрато», «Музу Клио», «Отдых в Египте» и др. В 1765 году, несмотря на смерть маркизы Помпадур, лишившую его столь могущественного покровительства, Буше удалось, однако, получить место первого живописца короля, сделавшееся вакантным за смертью Карла Ван-Ло. Но картины, относящиеся к последним годам жизни состарившегося, прожившегося и сбитого с пути началом классической реакции, Б. не могли уже производить прежнего впечатления; несмотря однако на это и не обращая внимания на едкую критику Дидро, он принимает участие во всех выставках и не оставляет оперы. Последним его произведением был «Цыганский обоз», выставленный в 1769 г. и написанный не задолго до его смерти, последовавшей в 1770 г. Слава его вскоре после его смерти совершенно упада под влиянием реакции классицизма; его стали обвинять в развращении юношества и лучшие из его картин не находили покупателей. Ныне эти несправедливые обвинения потеряли свое значение, современная критика отводит Б. видное место среди художников французской школы XVIII ст. Ср. Mariette, «Abecedario»: Diderot, «Salon de 1759, 1761, 1763, 1765, 1767» (т. X и XI изд. Асеза-Турнё); Е. и Ю Goncourt, «L'art au XVIII siecle» (Париж, 1881); P. Mantz, «Francois Boucher, Lemoyne et Natoire» (Париж, 1880); A. Michel, «Francois Boucher» (сборник «Artistes celebres» (Париж, 1886). В петербургском Эрмитаже имеется его «Отдохновение на пути в Египет». Подписана: J. Boucher 1757.

Буэнос-Айрес

Буэнос-Айрес (т. е., хороший воздух, собственно Ciudad de Nuestra Senora de Bnenos-Ayres) — главный гор. Аргентинской республики, резиденция правительства и конгресса конфедерации, дипломатического корпуса, большинства консульств и аргентинского архиепископа, которому подчинены епископы Параны, Кордовы, Куйо и Сальты. Б. лежит на довольно крутом, имеющем от 5 до 8 метр. высоты, южном берегу Ла-Платского залива, достигающего здесь свыше 45 км. в ширину, в 200 километр. к западу от Монтевидео и в 275 километр. от открытого моря. Он защищается цитаделью и несколькими фортами и выстроен очень правильно, так что улицы пересекаются под прямыми углами, образуя квадратные кварталы (Cuadras), со сторонами в 140 метров. Таких кварталов — квадрасов — считается 464, но они не все еще застроены. Большинство домов одноэтажные, с плоскими кровлями и довольно большими дворами; лишь в самое последнее время начали строить во внутренних частях города дома в два и три этажа. Улицы в центре города освещаются газом и вымощены гранитом; но в предместьях они, местами, еще совсем непролазны. Между красивыми местами города следует назвать: площадь Виктории, на которой стоят кафедральный собор, ратуша (Cabildo) и Recoba vieja (двойной ряд лавок в мавританском стиле, имеющий 140 метр. длины): площадь Фуэрто и площадь 25 мая (Plaza del 25 de Mayo, названная так в воспоминание о революции, вспыхнувшей здесь 25 мая 1810 г. ) с обелиском, на котором поставлена статуя свободы и прекрасными группами деревьев (Melium Azedorach); на этой площади стоит президентский дворец. Построенный иезуитами, начатый в 1621 г., кафедральный собор состоит из одного центрального придела (корабля), имеющего 100 метр. в длину и 35 метр. в ширину; с 1825 г. к нему примыкает колоннада из белого мрамора.
Кроме того, в Б. — 14 других католических церквей, 4 протестантских, несколько монастырей и 2 кладбища. Из числа других общественных зданий нужно упомянуть: дом конгресса, самое красивое здание из всех городских построек; банк; университет, здания которого перешли к нему от прежней иезуитской коллегии; монетный двор; прекрасный оперный театр (Teatro Colon), вместе с тремя другими театрами; госпиталь и цирк для боя быков (Plaza de Toros). Во главе общественных учреждений стоит университет, основанный в 1821 г., один из лучших в Южной Америке, с библиотекою больше чем в 25000 томов. Кроме него, существуют особая медицинская школа, латинская школа, 73 общественных и 98 частных школ, военная коллегия, историко-географический институт, обсерватория (34° 36' 18" южн. шир., 40° 40' 12" западн. долг. ), естественноисторический музей с отличными коллекциями и общество любителей естествознания. Вообще Б. в интеллектуальном отношении один из самых оживленных городов в Южной Америке. Здесь издается 86 периодических изданий, в том числе 25 ежедневных (из них 17 на испанском и несколько на немецком, английском, французском и итальянск. языках). Нет недостатка также и в благотворительных учреждениях: существуют вдовий дом, воспитательный, родильный покой, а также приют для переселенцев, который получает значительную помощь от государства. Сады, засаженные агавами, кактусами, апунциями и т. п.; персиковые и оливковые рощи с очаровательными дачами (Quintas) замыкают город со стороны суши, а за ними раскидывается однообразная, почти совершенно гладкая равнина прерий. На другой стороне города, по берегу, тянется усаженная деревьями Аломеда с Байо, который составляет ее продолжение, — в прежнее время самое любимое место для гулянья. Теперь его заменяет деревянная дамба гавани.
И в материальном отношении Б. сильно поднялся, в особенности с 1860 года; в 1857 году в городе считалось лишь 122000 жителей; по новейшим же (1880 г. ) официальным данным в нем насчитывается 470707 жителей. Из них около половины составляют аргентинцы, а другую половину — европейцы. Расширение города, в зависимости от увеличения его населения, вызвало потребность в конно-железных дорогах, и город пересекается более чем десятью линиями их. Б. узловой пункт 5 железных дорога. Водоснабжение города неудовлетворительно. Торговля и обороты Б. постоянно возрастают, хотя в силу тяжелых условий последних лет и Б. также пострадал, и все цены — особенно на землю, как в самом городе, так и в окрестностях, — сильно упали. Вывоз состоит почти исключительно из продуктов скотоводства: кож, сала, волоса, шерсти, сушеного мяса и костяной муки. Предметами ввоза служат, главным образом, бумажные и мануфактурные товары, каменный уголь, лес, вино (преимущественно из Европы), кофе и сахар, идущие из Бразилии. Вместе с этим Б. является главным центром эмиграции; в 1872 — 1882 г. число переселенцев колебалось от 25 — 75 т. ежегодно. В 1885 г. вывоз овец ровнялся 51996000 пезо, привоз — 69787000 пезо. Правильное пароходство соединяет Б. с Ливерпулем, Глэсго. Гавром, Гамбургом, Антверпеном, Бордо, Байонною. Марселем и Генуей. С Монтевидео и ближайшими пунктами на Паране и Уругвае Б. стоит в ежедневных сношениях посредством пароходов. Развитию торговли Б. вредит недостаток хорошей гавани: в 1875 — 1883 гг. гавань при устье Рио-Риахуэло углублена до вместимости судов в 7 м. посадки. В 45 км. к ЮВ. от Б. лежит Энсенада, при заливе Энсенада де Барраган, которая соединена железной дорогой с Б. и по выполнении предпринятых там работ должна сделаться главной гаванью страны.
Б. был основан в 1535 г. доном-Педро де-Мендоза; но вследствие враждебных действий индейцев его пришлось дважды оставлять, пока, после решительной победы над ними в 1580 г., удалось, наконец, прочно утвердиться. Б. скоро вырос; в 1620 году сделался резиденциею епископии, а в 1700 г. в нем считалось уже 16000 жит. В 1776 г. он стал главным городом вице-королевства Буэнос-Айрес, обнимавшего Боливию, Парагвай, Уругвай и возникшую позже Аргентинскую республику. Открытие сообщения по Ла-Плате в 1778 г. еще более подняло его значение. В 1806 г. он был занят англичанами, которым, однако, скоро пришлось удалиться. В 1810 г. здесь вспыхнула революция, окончившаяся отделением страны от Испании, и с тех пор история Б. есть история Аргентинской конфедерации. Лишь при выделении из конфедерации в 1852 — 60 гг. он был главным городом особого государства (Estado independente de В. ). Но с 1862 г. Б. снова столица Аргентинской республики. В 1880 г. вспыхнуло сепаратистское движение, но оно было подавлено и с тех пор штат Буэнос-Айрес имеет свой административный центр во вновь основанном городе Лаплате.

Буяльский 

Буяльский (Илья Васильевич) — заслуженный профессор анатомии, академик Императорской медико-хирургической академии, консультант-оператор военно-учебных заведений и Императорского лицея, родился 26 июля 1789 г. в селе Воробьевке, новгород — северского уезда Черниговской губернии, происходил из запорожских казаков. Отец его имел дворянское достоинство, владел населенным имением и служил священником в селе Воробьевке. Начальное образование Буяльский получил в новгород-северском уездном училище; затем, по окончании философского класса в черниговской семинарии, принят в 1809 г. в Медико-хирургическую академию. С 1811 года, будучи студентом, Б. состоял прозектором у проф. П. А. Загорского.
В 1814 г. Б. окончил курс академии лекарем, с назначением прозектором академии. В 1821 году он был назначен адюнкт-профессором по кафедре анатомии. В 1823 году Б. защитил диссертацию на степень доктора медицины и хирургии. В 1827 Б. был назначен адъюнкт-профессором хирургической клиники, но за болезнью вскоре оставил свои должности. За отличие произведен в ординарные профессора академии по кафедре анатомии, которую читал до 1844 г. В 1830 г. Б. был назначен консультантом военно-учебных заведений; с 1831 г. он был оператором Царскосельского лицея, а с 1847 года консультантом Мариинской больницы. По изобретенному им способу, Б. бальзамировал в С. Петербурге тела Высочайших особ: в 1814 г. — герцогини де-Тарант, кузины Людовика XVI, и герцогини Вюртембергской, тетки императора Александра I-го; в 1828 г. — императрицы Марии Феодоровны; в 1831 г. княгини Иоанны Лович, супруги цесаревича Константина Павловича и в 1843 г. — принцессы Ольденбургской.
Работы Б. по анатомии и хирургии создали ему известность в ученой литературе не только в Poccии, но и заграницей. Число их около 100; особенную известность приобрели: «Анатомо-хирургические таблицы» (Спб., 1828), «Анатомо-хирургические таблицы операций вырезывания и раздробления камней» (сочинение это переведено на немецкий язык).
Богатый кабинет свой, состоявший из собрания хирургических и анатомических инструментов, анатомических, патологических препаратов и патологических рисунков, при печатном каталоге, Б. в день своего 50-тилетнего юбилея, в 1864 г., принес в дар Медико-хирургической академии, а ему была поднесена, с Высочайшего соизволения, от имени академии и российского медицинского сословия, большая золотая медаль с его портретом. Б. ? 8 дек. 1866 г. Л. Ф.

Быки 

Быки (Bovina) — подсемейство полорогих жвачных (Cavicornia). Это — крупные животные с различно изогнутыми, круглыми, гладкими, полыми рогами, сидящими на костяных лобных отростках, с широким, большею частью посредине голым концом морды (зеркальце), который всегда влажен от выделяемой слизи. Слезных ямок и копытных желез нет; верхняя губа не разделена бороздою. Резцы помещаются только в нижней челюсти и их у всех по 8; клыков нет; коренных зубов 24, а именно, на каждой стороне сверху и снизу по 6-ти. На шее у многих есть войло, т. е. висящая складка кожи. Ноги сильные, с широкими, глубоко расщепленными копытами и короткими копытцами. По большей части длинный хвост имеет кисточку волос на конце. Вымя расположено в паховой полости и имеет 4 сосца.
Новые исследования (главным образом Рютимейера) показали вероятность геологического сродства антилоп с самыми древними формами Б. — с буйволами. Гораздо труднее оказалось выяснить происхождение отдельных видов и пород Б., сильно изменившихся от одомашнения, неоднократных скрещиваний и проч. С большою вероятностью можно допустить, что азиатские формы буйволов происходят от плиоценового Probubalus sivalensis, который только величиною несколько отличается от ныне живущего Probubalus celebensis. Происхождение африканских буйволов совершенно неизвестно. Родоначальником еще ныне живущего зубра и более древнего американского бизона считается дилювиальный Bison priscus. Родоначальником современных быков собственно (Bos) предполагают плиоценового Bos etruscus. Наконец, многочисленные европейские породы Б., по Рютимейеру, замыкают собою морфологический ряд жвачных вообще; самым древним (ископаемым) представителем пород домашнего быка считают плиоценового Bos nomadicus, от европейских родичей которого, Bos primigenius и Bos brachyceros, по мнению Рютимейера, произошли эти породы.
Б. живут обществами и образуют стада, находящиеся под предводительством старых самцов; они вообще очень дики, отличаются малоразвитыми умственными способностями и многие виды их стали домашними животными, распространенными по всему земному шару, за исключением Австралии.
Различают два рода Б.: овцебык (Ovibos) и бык (Bos). Овцебык имеет короткий хвост, скрытый в густом мехе; зеркальце мало и помещается между ноздрями. Сюда принадлежит только один вид — овцебык мускусный (Ovibos moschatus). Бык имеет длинный хвост и широкое зеркальце, занимающее весь конец морды. Этот род разделяется на следующие подроды: 1) буйвoл (Bubalus), отличающийся редкою шерстью. В этом подроде различают следующие три группы: a) Probubalus с удлиненным затылком, плоскими, треугольными, направленными назад рогами и с удлиненными кзади хоанами и сошником. Виды: Probubalus sivalensis — плиоценовая ископаемая форма, остатки которой найдены в Сиваликских холмах на южном склоне Гималайских гор. Аноа (Probubalus celebensis) — представляет некоторое сходство с антилопами. Около 2 м. длины, темно-бурого цвета; пахи желтые; на щеках белые пятна. Водится в горах Целебеса и, подобно буйволам, любит воду; питается сочными растениями. По всей вероятности — прямой потомок предыдущего. b) Buffelus, с коротким затылком, плоскими, треугольными, направленными в бок рогами. Родина Азия. Сюда относится плиоценовый Buffelus palaeindicus из долины Нербудды и Buffelus indicus с тремя разновидностями: буйвол индийский (Buffelus s. Bubalus vulgaris); арни (В. Arni) и керабу (В. Kerabau). с) Bubalus, с слабо вытянутым затылком и полуцилиндрическими рогами, основания которых у самцов расширены. Сюда относится буйвол африканский (В. caffer). Подрод 2-й — Бизон (Bison). Лоб очень широкий, выпуклый; цилиндрические, короткие, направленные в бок рога круто загибаются кверху. Удлиненные остистые отростки последних шейных и первых спинных позвонков образуют горбообразное возвышение на загривке. На лбу, голове и шее длинная грива; на подбородке борода; войла нет. Виды: Bison priscus, в дилювии старого света и Северной Америки; этот вид есть, вероятно, родоначальник двух следующих. Бизон американский (Bison americanus). Зубр (Bison europaeus). Подрод 3-й — Бык собственно (Воs). Как уже сказано, родоначальником Б. собственно считается Bos etruscus, ископаемая форма из плиоцена Италии. К этому виду очень близок бантенг (В. sondaicus). Боковыми формами бантенга считаются: гаура (Bos gaurus) и гайял (Bos gavaeus), Затем к этому подроду принадлежат еще: як (Bos grunniens); зебу индийский (Bos indicus); зебу африканский (Bos africanus), и наконец, многочисленные породы быка домашнего (Bos taurus), которые имеют древнейшего (именно азиатского) представителя в плиоценовом быке — Bos nomadicus; в Европе последнего заменяют тур (Bos primigenius) и бык короткорогий (Bos brachyceros), которые считаются родоначальниками европейских пород.
Э. Брандт.

Былины 

Былины составляют одно из самых замечательных явлений русской народной словесности; по эпическому спокойствию, богатству подробностей, живости колорита, отчетливости характеров изображаемых лиц, разнообразию мифических, исторических и бытовых элементов они не уступают немецкому богатырскому эпосу и эпическим народным произведениям всех других народов, за исключением разве Илиады и Одиссеи.
Былины являются эпическими песнями о русских богатырях; именно здесь мы находим воспроизведение общих, типических их свойств и историю их жизни, их подвиги и стремления, чувства и мысли. Каждая из этих песен говорит, главным образом, об одном эпизоде жизни одного богатыря и таким образом получается ряд песен отрывочного характера, группирующихся около главных представителей русского богатырства. Число песен увеличивается еще вследствие того, что имеется по несколько вариантов, более или менее различных, одной и той же Б. Все Б., кроме единства описываемого предмета, характеризуются еще единством изложения: они проникнуты элементом чудесного, чувством свободы и (по мнению Ореста Миллера) духом общины. Миллер не сомневается в том, что независимый дух былевого русского эпоса является отражением старой вечевой свободы, сохраненной вольными казаками и свободными олонецкими крестьянами, не захваченными крепостным правом. По взгляду этого же ученого, дух общины, воплощенный в былинах, является внутренней связью, соединяющей русский эпос и историю русского народа.
Кроме внутреннего, замечается еще и внешнее единство былин, в стихе, слоге и языке: стих Б. состоит или из трохеев с дактилическим окончанием, или из смешанных трохеев с дактилями, или наконец из анапестов; созвучий нет совсем и все основано на музыкальности стиха; тем, что былины писаны стихами, они отличаются от «побывальщин», в которых уже давно стих разложился в прозаический рассказ. Слог в Б. отличается богатством поэтических оборотов; он изобилует эпитетами, параллелизмами, сравнениями, примерами и другими поэтическими фигурами, не теряя вместе с тем своей ясности и естественности изложения. Б. теперь «сказываются» на чистом великорусском языке, с сохранением довольно большого количества архаизмов, особенно в типических частях. Гильфердинг каждую Б. делил на. две части: одну — изменяющуюся сообразно воли «сказателя»; другую — типическую, которую рассказчик должен передавать всегда с возможной точностью, не изменяя ни одного слова. Типическая часть заключает все существенное, что говорится про богатыря; остальное представляется только фоном для главного рисунка. Чтобы дать понятие о количестве былин, отметим статистику их, приведенную в «Истории Русской Словесности» Галахова. Одних былин киевского цикла собрано: в Московской губ. 3, в Нижегородской 6, в Саратовской 10, в Симбирской 22, в Сибири 29, в Архангельской 34, в Олонецкой до 300 — всех вместе около 400, не считая здесь Б. новгородских, позднейших московских и др. Все известные нам Б. по месту своего происхождения делятся на: киевские, новгородские и общерусские, более поздние. Хронологически на первом месте, по О. Миллеру, надо поставить Б., рассказывающие о богатырях сватах; потом те, которые вообще называются киевскими и новгородскими: по-видимому они возникли до XIV в.; затем идут вполне исторические, относящиеся к московскому периоду Русского государства, и наконец относящиеся к событиям последних времен.
Последние два разряда былин не представляют особенного интереса и не требуют обширных объяснений; поэтому до сих пор вообще мало занимались ими. Но огромное значение имеют былины так называемого новгородского и в особенности киевского цикла, хотя нельзя смотреть на эти Б. как на рассказы о событиях, действительно имевших когда-то место в таком виде, в каком они представляются в песнях: элемент чудесного вполне противоречит этому. Если же Б. не представляются достоверной историей лиц, действительно живших когда-то на Русской земле, то их содержание надо непременно объяснять иначе. Ученые исследователи народного эпоса прибегали в этих объяснениях к двум методам: историческому и сравнительному. Собственно говоря, оба эти метода в большинстве исследований сводятся к одному сравнительному, и едва ли правильно ссылаться здесь на метод исторический. В самом деле, исторический метод состоит в том, что мы для известного, напр. языкового явления путем архивных поисков или теоретического выделения позднейших элементов отыскиваем все более и более древнюю форму и таким образом приходим к первоначальной — простейшей форме. Совсем не так применялся «исторический» метод к изучению былин. Здесь нельзя было сопоставлять новых редакций с более древними, так как мы этих последних вовсе не имеем; с другой стороны, литературная критика отметила в самых общих чертах только характер изменений, каким подверглись с течением времени Б., не касаясь совсем отдельных частностей. Так называемый исторический метод в изучении былин, собственно говоря, состоял в сравнении сюжетов былинных с летописными; а так как сравнительным методом назывался тот, при котором сравнивались сюжеты Б. с сюжетами других народных (по большей части мифических) или же чужестранных произведений, то и выходит, что здесь разница ничуть не в самом методе, а просто в материале сравнений. И, так, в сущности, только на сравнительном методе и обоснованы четыре главные теории происхождения былин: историческо-бытовая, мифологическая, теория заимствований и наконец смешанная теория, пользующаяся теперь самым большим кредитом.
Прежде чем перейти к изложению в общих чертах самих теорий, следует сказать несколько слов о значении былинных сюжетов. Всякое литературное произведение можно разложить на несколько главнейших моментов описываемого действия; совокупность этих моментов составляет сюжет данного произведения. Таким образом сюжеты бывают более или менее сложны. На одном и том же сюжете может основываться несколько литературных произведений, которые даже, благодаря разнообразию второстепенных изменяющихся черт, напр. мотивов действия, фона, сопутствующих обстоятельств и т. п. могут показаться на первый взгляд совсем несходными. Можно даже пойти дальше и сказать, что всякий сюжет без исключения всегда составляет основу большего или меньшего количества литературных произведений, и что очень часто бывают модные сюжеты, которые почти в одно время обрабатываются на всех концах земного шара. Если теперь в двух или нескольких литературных произведениях мы найдем общий сюжет, то допускаются тут три объяснения: либо в этих нескольких местностях сюжеты выработались самостоятельно, независимо друг от друга и составляют таким образом отражение действительной жизни или явлений природы; либо сюжеты эти обоими народами унаследованы от общих предков; либо, наконец, один народ заимствовал сюжет у другого. Уже а priori можно сказать, что случаи самостоятельного совпадения сюжетов должны быть очень редки, и чем сюжет сложнее, тем он должен быть самостоятельнее. На этом главным образом основывается исторически-бытовая теория, упускающая совершенно из виду сходство сюжетов русских Б. с произведениями других народов или считающая его явлением случайным. По этой теории богатыри являются представителями разных сословий русского народа, былины же — поэтически-символическими рассказами исторических происшествий или картинами явлений народного быта. На первом же и втором предположениях основана теория мифологическая, по которой сходные сюжеты в произведениях индоевропейских народов унаследованы от общих праарийских предков; сходство же между сюжетами не сродных народов объясняется тем, что в различных странах на одно и то же явление природы, послужившее материалом для сходных сюжетов, смотрели люди одинаково и одинаково его толковали. Наконец, на 3-м объяснении основана теория заимствования, по которой сюжеты русских Б. перенесены в Россию с Востока и Запада. Частности этих теорий и взгляды их представителей изложены в статье: Богатыри.
Все выше изложенные теории отличались своею крайностью; так, напр., с одной стороны О. Миллер в своем «Опыте» утверждал, что сравнительный метод служит для того, чтобы в сопоставляемых произведениях, принадлежащих различным народам, тем резче, тем определительнее выказались различия; с другой же стороны, Стасов прямо высказал мнение, что былины заимствованы с Востока. В конце концов, однако, ученые исследователи пришли к тому убеждению, что былины составляют весьма сложное явление, в котором перемешаны разнородные элементы: исторически — бытовые, мифические и заимствованные. А. Н. Веселовский дал некоторые указания, которые могут руководить исследователем и обезопасить его от произвола теории заимствований; именно в ССХХIII номере "Журнала Мин. Нар. Просв. " ученый профессор пишет: «Для того, чтобы поднять вопрос о перенесении повествовательных сюжетов, необходимо запастись достаточными критериями. Необходимо принять в расчет фактическую возможность влияния и его внешние следы в собственных именах и в остатках чуждого быта и в совокупности подобных признаков, потому что каждый в отдельности может быть обманчив». К этому мнению примкнул Халанский, и теперь исследование былин поставлено на правильную точку зрения. В настоящее время главное стремление ученых исследователей былин направлено к тому, чтобы подвергнуть эти произведения самому тщательному, по возможности, анализу, который окончательно должен указать на то, что именно в былинах составляет неоспоримую собственность русского народа, как символическая картина явления естественного, исторического или бытового, и что занято у других народов.
Относительно времени происхождения былин определеннее всех выразился Л. Майков, пишущий: «Хотя между сюжетами былин есть и такие, которые можно возвести к эпохе доисторического сродства индоевропейских преданий, тем не менее все содержание Б., а в том числе и эти древнейшие предания представляются в такой редакции, которая может быть приурочена только к положительно историческому периоду. Содержание Б. вырабатывалось в продолжение X, XI и XII веков, а установилось во вторую половину удельно-вечевого периода в XIII и XIV веках». К этому можно прибавить слова Халанского: «В XIV веке устраиваются пограничные крепости, острожки, устанавливается пограничная стража и в это время сложился образ богатырей, стоящих на заставе, оберегающих границы Святорусской земли». Наконец, по замечанию О. Миллера, большая древность былин доказывается тем обстоятельством, что изображается в них политика еще оборонительная, а не наступательная.
Что касается места, где возникли былины, то мнения разделяются: самая распространенная теория предполагает, что былины — южно-русского происхождения, что их первоначальная основа южно-русская. Только со временем, вследствие массового переселения народа из Южной Руси на Север, перенесены туда былины, а затем на первоначальной своей родине они были забыты, вследствие влияния других обстоятельств, вызвавших казацкие думы. Против этой теории выступил Халанский, осуждая вместе с тем и теорию первоначального общерусского эпоса. Он говорит: «Общерусский древний эпос — такая же фикция, как и древний общерусский язык. У каждого племени был свой эпос — новгородский, словенский, киевский, полянский, ростовский (ср. указания Тверской летописи), черниговский (сказания в Никоновской летописи)». Все знали о Владимире, как о реформаторе всей древнерусской жизни, и все пели о нем, при чем происходил обмен поэтическим материалом между отдельными племенами. В XIV и XV веках Москва сделалась собирательницей русского эпоса, который в это же время все более и более сосредоточивался в киевский цикл, так как киевские былины произвели на остальные ассимилирующее влияние, вследствие песенной традиции, религиозных отношений и т. п. : таким образом в конце XVI века закончено было объединение былин в киевский круг (хотя, впрочем, не все былины к нему примкнули: к таким принадлежит весь новгородский цикл и некоторые отдельные былины, напр. о Суровце Суздальце и о Сауле Леванидовиче). Потом из Московского царства распространились былины во все стороны Poccии путем обыкновенной передачи, а не эмиграции на север, которой не было. Таковы в общих чертах взгляды Халанского на этот предмет. Майков говорит, что деятельность дружины, выраженная в подвигах ее представителей богатырей, и есть предмет былин. Как дружина примыкала к князю, так и действия богатырей всегда стоят в связи с одним главным лицом. По мнению этого же автора, былины пели скоморохи и гудошники, приигрывая на звончатых яровчатых гуслях или гудке, слушали же их по большей части бояре, дружина.
Насколько изучение былин еще до сих пор несовершенно и к каким противоречивым результатам оно привело некоторых ученых — можно судить хотя бы только по одному следующему факту: Орест Миллер, враг теории заимствований, старавшийся везде в былинах найти чисто народный русский характер, говорит: "Если отразилось какоенибудь восточное влияние на русских былинах, так только на тех, которые и всем своим бытовым складом отличаются от склада старославянского; к таким относятся былины о Соловье Будимировиче и Чуриле. А другой русский ученый, Халанский, доказывает, что былина о Соловье Будимировиче стоит в самой тесной связи с великорусскими свадебными песнями. То, что О. Миллер считал совсем чуждым русскому народу — т. е. самосватание девушки, — по Халанскому сушествует еще теперь в некоторых местах Южной России. Приведем здесь, однако, хоть в общих чертах, более или менее достоверные результаты исследований, полученные русскими учеными.
Что былины претерпели многие и притом сильные перемены, сомневаться нельзя; но точно указать, каковы именно были эти перемены, в настоящее время крайне трудно. На основании того, что богатырская или героическая природа сама по себе везде отличается одними и теми же качествами — избытком физических сил и неразлучною с подобным избытком грубостью, О. Миллер доказывал, что русский эпос на первых порах своего существования должен был отличаться такою же грубостью; но так как, вместе со смягчением народных нравов, такое же смягчение сказывается и в народном эпосе, поэтому, по его мнению, этот смягчительный процесс надо непременно допустить в истории русских былин. По мнению того же ученого, былины и сказки выработались из одной и той же основы. Если существенное свойство былин — историческое приурочение, то чем оно меньше заметно в былине, тем она ближе подходит к сказке. Таким образом выясняется второй процесс в развитии былин: приурочение. Но, по Миллеру, есть и такие былины, в которых еще вовсе нет исторического приурочения, причем, однако. он не объясняет нам, почему он такие произведения не считает сказками? («Опыт»). Затем, по Миллеру, разница между сказкой и былиной заключается в том, что в первой мифический смысл забыт раньше и она приурочена к земле вообще; во второй же мифический смысл подвергся изменениям, но не забвению. С другой стороны, Майков замечает в былинах стремление сглаживать чудесное. Чудесный элемент в сказках играет другую роль, чем в былинах: там чудесные представления составляют главную завязку сюжета, а в былинах они только дополняют содержание, взятое из действительного быта; их назначение — придать более идеальный характер богатырям. По Вольнеру, содержание былин теперь мифическое, а форма — историческая, в особенности же все типические места: имена, названия местностей и т. д.; эпитеты соответствуют историческому, а не былинному характеру лиц, к которым они относятся. Но первоначально содержание былин было совсем другое, именно действительно историческое. Это произошло путем перенесения былин с Юга на Север русскими колонистами: постепенно колонисты эти стали забывать древнее содержание; они увлекались новыми рассказами, которые более приходились им по вкусу. Остались неприкосновенными типические места, а все остальное со временем изменилось. По Ягичу, весь русский народный эпос насквозь проникнут христиански-мифологическими сказаниями, апокрифического и неапокрифического характера; из этого источника заимствовано многое в содержании и мотивах. Новые заимствования отодвинули на второй план древний материал, и былины можно разделить поэтому на три разряда: 1) на песни с очевидно заимствованным библейским содержанием; 2) на песни с заимствованным первоначально содержанием, которое, однако, обработано более самостоятельно и 3) на песни вполне народные, но заключающие в себе эпизоды, обращения, фразы, имена, заимствованные из христианского мира. О. Миллер не совсем с этим согласен, доказывая, что христианский элемент в былине касается только внешности. Вообще, однако, можно согласиться с Майковым, что былины подвергались постоянной переработке, соответственно новым обстоятельствам, а также влиянию личных взглядов певца. Тоже самое говорит Веселовский, утверждающий, что былины представляются материалом, подвергавшимся не только историческому и бытовому применению, но и всем случайностям устного пересказа («Южнорусские былины»). Вольнер в былине о Сухмане усматривает даже влияние новейшей сантиментальной литературы XVIII в., а Веселовский о былине «Как перевелись богатыри» говорит вот что: «Две половины былины связаны общим местом весьма подозрительного характера, показывающим, как будто внешней стороны былины коснулась эстетически исправляющая рука». Наконец, в содержании отдельных былин не трудно заметить: разновременные наслоения (тип Алеши Поповича), смешение нескольких первоначально самостоятельных былин в одну (Вольга Святославич или Волх Всеславич), т. е. объединение двух сюжетов, заимствования одной былины у другой (по Вольнеру, начало Б. о Добрыне взято из Б. о Вольге, а конец из Б. о Иване Годиновиче), наращения (былина о Соловье Будимировиче у Кирши), большая или меньшая порча былины (рыбниковская распространенная Б. о Берином сыне, по Веселовскому) и т. п.
Остается еще сказать об одной стороне былин, именно об их теперешней эпизодичности, отрывочности. Об этом обстоятельнее других говорит О. Миллер, который считал, что первоначально былины составляли целый ряд самостоятельных песен, но со временем народные певцы стали сцеплять эти песни в большие циклы: происходил, словом, тот же процесс, который в Греции, Индии, Иране и Германии привел к созданию цельных эпопей, для которых отдельные народные песни служили только материалом. Миллер признает существование объединенного, цельного Владимирова круга, державшегося в памяти певцов, в свое время образовавших, по всей вероятности, тесно сплоченные братчины. Теперь таких братчин нет, певцы разъединены, а при отсутствии взаимности никто между ними не оказывается способным хранить в своей памяти все без исключения звенья эпической цепи. Все это очень сомнительно и не основано на исторических данных; благодаря тщательному анализу, можно только допустить, вместе с Веселовским, что «некоторые былины, напр. Гильфердинга №27 и 127, являются, во-первых, продуктом выделения былин из киевской связи и вторичной попытки привести их в эту связь после развития в стороне» («Южнорусские былины»). 
Главные сборники былин: Кирши Данилова, «Древние русские стихотворения», изданы в 1804, 1818 и 1878; Киреевского, Х выпусков, издан, в Москве 1860 года и след.; Рыбникова, четыре части (1861 — 1867); Гильфердинга, изд. Гильтебрантом под заглавием: «Онежские былины» (Спб., 1873); Авенариуса, «Книга о киевских богатырях» (Спб., 1875); Халанского (1885). Кроме того, варианты былин встречаются: у Шейна в сборниках великорусских песен ("Чтения Моск. Общ. Ист. и Древа. " 1876 и 1877 и отд. ); Костомарова и Мордовцевой (в IV части «Летописи древней русской литературы Н. С. Тихонравова»); былины, печатанные Е. В. Барсовым в «Олонецких Губернских Ведомостях» после Рыбникова, и наконец у Ефименка в 5 кн. «Трудов Этнографического отдела Московского Общества любителей естествознания»; 1878. 
Ряд сочинений, посвященных изучению былин, начинает статья К. С. Аксакова: «О богатырях Владимировых» (Сочинения, т. I). Затем следуют: Ф. И. Буслаева, «Русский богатырский эпос» ("Русский Вестн. ", 1862); Л. Н. Майкова, «О Б-х Владимирова цикла» (Спб., 1863); В. В. Стасова, «Происхождение русских былин» ("Вестн. Евр. ", 1868, причем ср. критики Гильфердинга, Буслаева, Вс. Миллера в "Бесед. Общ. люб. рос. слов. ", кн. 3; Веселовского, Котляревского и Розова в "Трудах Киевс. дух. акад. ", 1871 г., и, наконец ответ Стасова: «Критика моих критиков»); О. Миллера, «Опыт исторического обозрения русской народной словесности» (Спб., 1865) и «Илья Муромец и богатырство киевское» (Спб., 1869 г., критика Буслаева в «XIV присуждении Уваровских наград» и "Журн. Мин. Нар. Пр. " 1871); К. Д. Квашнина-Самарина, «О русских былинах в историкогеографическом отношении» («Беседа», 1872); его же, «Новые источники для изучения русского эпоса» («Русский Вестник», 1874); Ягича статья в "Archiv fur Slav. Phil. "; М. Каррьера, «Die Kunst im Zusammenhange der Culturentwickelung und die Ideale der Menschheit», вторая часть, перев. Е. Коршем; Рамбо, «La Russie epique» (1876); Вольнера, «Untersuchungen uber die Volksepik der Grossrussen» (Лейпп.., 1879); Веселовского в "Archiv fur Slav. Phil. " т. III, VI, IX и в "Журн. Мин. Нар. Прос. " 1885 декабрь, 1886 декабрь, 1888 май, 1889 май, и отдельно «Южнорусские былины», часть I и II. 1884 г.; Жданова, «К литературной истории русской былевой поэзии» (Киев, 1881); Халанского, «Великорусские былины киевского цикла» (Варшава, 1885). И. Лось.

Бычок 

Бычок — название, под которым разумеются различные виды из двух различных сем. колючеперых костистых рыб (Acanthopteri). Сюда относятся именно из сем. Cottidae род Cottus, характеризующийся: большой, широкой, плоской головой; цилиндрическим, сзади сжатым с боков телом; без чешуи жаберной крышкой, вооруженной шипами, и очень большими грудными плавниками; плавательного пузыря не имеет. Бычок колючий, Cottus Scorpius L., с огромной головой, составляющей около 1/3 всего тела, и широкою пастью, простирающеюся далее середины глаз; сверху черноватого цвета, испещренного серыми пятнами и полосками, по бокам серовато-черного с белым пятнышками; брюхо у самца желтоватое, у самки белое; кожа голая, гладкая; длиною от 30 — 80 ст. В воде и при вынимании из воды может издавать ворчащий звук. Б. колючие водятся в северо-восточной части Атлантического океана, у берегов Норвегии и Лапландии, в Белом море, в морях Немецком и Балтийском. Он держится летом около самых берегов, а на зиму уходит нереститься в глубь моря; в Ботническом и Финском заливах нерестится от ноября до января. Очень прожорлив и держится всегда в одиночку. Колючки его жаберной крышки могут причинить глубокие уколы. Мясо его не ценится. Б. четырерогий, С. quadricornis L., отличающийся от предыдущего несколькими признаками, главным образом присутствием четырех отростков на голове, и отчасти окраской, замечателен своим географическим распространением. Он водится в Белом море и в Ледовитом океане, к В. от Белого моря, вдоль берегов Сибири и Северной Америки, затем в западной части Немецкого моря, у берегов Англии. В остальной части Немецкого моря, у берегов Дании и Норвегии, равно как в южной части Балтийского моря, он не встречается. Но затем он вновь попадается в северной части Балтийского моря в Ботническом и Финском заливах, и в больших смежных озерах — Ладожском и Веттере. Таким образом область распространения его в настоящее время является прерванною, и должна была занимать большое пространство в ледниковый период. Б. четырерогий нерестится зимой; в пищу употребляется редко. Б. подкаменьщик, Cottus gobio L., длиною в 10 — 15 см., из которых около 1/4 приходится на голову; окраска очень изменчива, по большой части с темными пятнами и полосами на сероватом или буроватом фоне. В Средней Европе и России встречается в небольших реках и ручьях с чистой, свежей водой и каменистым дном. Живет обыкновенно под камнями. Питается различными водяными животными, преимущественно мелкими рыбками. Во время метания икры, что бывает рано весной, обыкновенно в апреле, самец вырывает в песке или складывает из камешков небольшую ямку, куда самка мечет икру. Самец остается при икре и охраняет ее до тех пор, пока из нее выведутся рыбки.
Остальные рыбы, называемые в России бычками, принадлежат к семейству Gobiidae (бычки или колбневые), к роду бычок, Gobius, одному из характерных родов рыб наших южных морей. У р. Gobius голова округлая, шире туловища, голая; тело покрыто чешуей; оба брюшные плавника срастаются в один. Около сорока видов бычков живет в морях Черном и Каспийском и впадающих в них реках. Бычок песочник, (G. melanoslomus Pallas, от 10 — 20 см., из которых менее четверти приходится на голову; цвет тела светло-бурый с большими темно-бурыми пятнами, иногда черно-бурый или совершенно черный, вообще изменчивый. Встречается во всех частях Каспийского моря, откуда заходит в Волгу (до Сарепты) и в Урал; в Черном море встречается в весьма большом количестве вдоль северных берегов, от Одессы до Керчи, от Керчи до Поти; живет также в Азовском море; по Днестру доходит до Могилева, по Днепру до Екатеринослава. G. fluviatilis L., от 8 — 18 см., представляющий несколько разностей, сильно отличающихся по цвету, — по преимуществу пресноводный бычок; распространен по Днестру, Бугу, Днепру (до Екатеринослава) и его притокам, по Дону, по Волге, в нижних частях реки, и по солоноватым частям Каспийского, Азовского и Черн. морей; вдоль южного берега Крыма его нет. Б. держатся обыкновенно около берегов, любят свежую воду и песчаное или каменистое дно; у многих видов самцы делают гнезда и охраняют в них икру, снесенную самкой. Не составляют предмета настоящего промысла, но повсюду ловятся на удочку. См. Сабанеев, «Рыбы России»; Кесслер, «Рыбы. водящиеся и встречающиеся в Арало-Каспийско-Понтийской ихтиологической области», 1877, «Труды Арало-Каспийской экспедиции»); его же, «Описание рыб Петербургской губернии» (Естественноисторические исследования Петербургской губернии, 1864 г.). В. Ф.

Бьёрнсон Бьёрнстьерне

Бьёрнсон Бьёрнстьерне (Bjornson Bjornstjerne) — знаменитый северный писатель и народный деятель Норвегии, сын священника, род. 8 дек. 1832 г. в местечке Квикнэ. Отроческие годы провел в Ромсдалене (где в то время служил его отец), одной из самых населенных, живописных и цветущих местностей Норвегии, что имело большое влияние на развитие пламенной фантазии и поэтических задатков его натуры; последнему способствовала также рано пробудившаяся страсть мальчика к чтению, преимущественно народных песен, сказаний, древних саг и наконец лучших поэтов. Семнадцати лет Б. приехал в Христианию, где сдал экзамен при университете и затем прожил еще года два, занимаясь изучением датской литературы и посещая прекрасный в то время датский театр, который оказал не малое влияние на развитие художественных сторон натуры Б. Первыми литературными попытками Б. были песни в народном духе, настолько подходящие к народному складу души, что крестьяне охотно заучивали и распевали их. Затем он выступил в качестве критика, причем, благодаря своей пылкости, не замедлил нажить себе массу врагов. Первое драматическое произведение Б. «Mellem Slagene», — которое впоследствии имело такой огромный успех и в литературе, и на сцене, — было принято не только публикой, но и литературными собратьями с холодным недоумением: могучий, энергичный и необыкновенно сжатый прозаически стиль Б. представлял слишком резкий контраст с установившимися образцами стихотворной исторической драмы Эленшлегера. Почти также были встречены и первые его рассказы в народном духе («Synnove Solbakken», 1857; «Fadern», «Ornereden» и другие), в которых, казалось, воскрес величавый стиль древней саги. Скоро однако задушевная, нежная поэзия этих рассказов в соединении с превосходной, точно окристализованной формой и силой языка, заставила признать яркий талант молодого писателя. Вообще Б. принадлежит к числу немногих литературных счастливцев: он сразу стал на настоящую дорогу и его могучее дарованье могло вылиться в надлежащих формах, без всяких внешних помех и внутренних колебаний; произведения его следовали одно за другим и слава автора быстро упрочивалась. В 1858 — 59 г. Б. состоял директором театра в Бергене, в 1865 — 67 г. в Христиании, а 1870 — 72 основал собственный театр. Здесь Б. поставил ряд своих комедий и драм: «Гульда Хромая» (1858), трагедия «Sigurd Slembe» (1862) и др. Особенной известностью пользуются историческая драма «Maria Stuart in Skotland» (1864 года) и комедия «Новобрачные» (De Nygifte) — 1865 г. Затем наступило время, когда казалось, что талант Б., достигший высшей точка своего развития, как бы застыл; но тут на север пахнуло новыми веяньями европейской мысли, и Б. прервал свое молчание, длившееся уже несколько лет под ряд, выступив с пьесой «Банкротство» (En Fallit, 1875 г., шла в Спб. на немецкой сцене с большим успехом под назв. «Ein Fallissement»). Этой пьесой начался второй период творческой деятельности Б., новый цикл пьес, романов и повестей, отражающих современное общество, его деятельность и волнующие его вопросы. Таковы, напр. : вышедшая почти одновременно с «Банкротством» драма «Редактор» — беспощадная сатира на журнальное дело на севере; затем драма «Король»; рассказы: «Мангильд», «Капитан Манзана»; комедии: «Леонарда», «Новая система», рассказ «Пыль»; комедии: «Через силу», «Перчатка», «География и любовь»; романы: «Город и гавань украсились флагами» (на русск, языке в "Северн. Вестн. ", 1891, перев. под загл. «Новые веяния») и «Путями Божьими». Собрание его стихотворений: «Digte og Sange» изд. в 1870 и 1880. Множество их переложены на музыку, а одно из них «Да мы любим эту страну» с музыкой Нордрака сделалось народной норвежской песней. Собрание сочинении Б. издано в Копенгагене фирмой: Gyldendalske Boghandel. Многие сочинения Б. переведены почти на все европейские языки, а драматические произведения игрались с успехом на лучших сценах столичных городов Европы. Произведения второго периода, хотя и уступают произведениям первого в художественном отношении, зато безусловно выше их по богатству идей, широте задач и общему направлению.
Б. — не только писатель-художник, но и энергичный общественный деятель. Помимо чисто художественных произведений, он написал массу брошюр и статей по различным политическим и общественным вопросам. Он горячий поборник нравственного очищения и возрождения современного общества; целомудрие, строгое единобрачие и наконец уничтожение войны — вот идеалы, во имя которых он живет и неутомимо трудится; на эти темы он произносит свои пламенные, вдохновенные речи, которые увлекают и покоряют толпы слушателей (Б. — превосходный оратор и едва ли еще не лучше говорит, чем пишет: настоящий народный трибун), пишет книги и статьи. Между последними следует отметить: «Единобрачие и многобрачие» (пер. на русск. яз. в "Нов. Вр. ", 1891); «О свободной любви» и предисловие к книге Арнольдсона — «Закон, а не война». Как политический деятель, Б. принадлежит к партии сепаратистов — народников и был одно время редактором оппозиционных газет: «Aftenbladet» в Христиании (1859 г. ) и «Norsk Folkeblad» (1866 — 1867 гг. ). Ср. Helweg, «Bjornson og Ibsen» (1866); E. Schure (ст. в «Revue de deux Mondes») 1870); Cr. Brandes, «B. og Ibsen», его же в «Moderne Geister» 1882 и в «Русской мысли» 1887, XII; L. В., "Bjornson etc. " (Стокг., 1885); Hoimberg, "Bjornson etc. " (Копенг.. 1888). П. Ганзен.

Бьеф

Бьеф, или плес — так называется горизонтальная часть русла канализованных рек и каналов, отделяющаяся одна от другой изменениями уровня воды; в таковых местах находятся обыкновенно гидротехнические сооружения, служащие для прохода судов с одного уровня к другому, за которыми и образуются бьефы такой глубины, что суда могут в них плавать совершенно свободно. Назначая длину бьефов, следует помнить, что самое большое сбережение воды получится при нескольких более коротких бьефах на длине данного уклона канала, чем при одном длинном бьефе с многокамерным шлюзом. Каждый бьеф канала, для того, чтобы вода не могла подняться слишком высоко в канале, должен иметь удобное место для выпуска лишней воды. Когда длина бьефа более трех верст, то в таком случае надо делать несколько затворов для возможности осушать или исправлять канал по частям Э. Ф.

Бэр 

Бэр (Карл Максимович, Карл Эрнест) — один из самых многосторонних и выдающихся естествоиспытателей нового времени, в особенности знаменитый эмбриолог, Он родился 28 февраля 1792 г. в отцовским имении Пин, Эстляндской губернии; посещал ревельскую гимназию; в 1810 — 1814 изучал в дерптском университете медицину и в 1812 — 13 г. имел возможность заняться ею практически в большом военном лазарете в Риге. Для дальнейшего усовершенствования в науках Б. поехал в Германию, где под руководством Дёллингера занимался в Вюрцбурге сравнительною анатомиею; в это время он познакомился с Неес фон Эзенбеком и знакомство это оказало большое влияние на его умственное направление. С 1817 г. Б. состоит прозектором Бурдаха в Кенигсберге, в 1819 г. назначен экстраординарным, а вскоре после того ординарным профессором зоологии; в 1826 г. принял вместо Бурдаха и руководство анатомическим институтом, а в 1829 был приглашен академиком в петербургскую Акад. наук; но уже в 1830 по семейным обстоятельствам сложил с себя звание академика и возвратился в Кенигсберг. Приглашенный снова в Академию он через несколько лет опять переехал в Петербург и с тех пор оставался и был здесь одним из самых деятельных членов Академии наук. Он предпринял на счет правительства несколько путешествий для исследования России, и результаты их публиковал частью в «Memoires», частью в «Bulletin» петербургской Академии наук. В 1851 — 56 г. он по поручению правительства занялся исследованием рыболовства на озере Пейпусе, на русских берегах Балтийского моря и на Каспийском море, и результаты изложил во втором томе сочинения «Исследования о состоянии рыболовства в России» (Спб, 1860); в 1862 г. он вышел из Академии и был избран почетным членом ее. Б. умер в Дерпте 28 ноября 1876 г. Сочинения его отличаются философскою глубиною и по своему ясному и точному изложению настолько же привлекательны, на сколько и общепонятны. Он занимался преимущественно эмбриологиею, и наука обязана ему главнейшими данными по истории развития органических тел. Начиная с «Epistola de ovi mammalium et hominis gеnesi» (Лейпциг, 1827), он продолжал свои исследования по этому предмету. «Entwickelungsgeschichte der Thiere» (2 тома, Кенигсберга, 1828 — 37) — сочинение, составляющее эпоху в эмбриологии; «Untersuchungen Uber die Entwickelung der Fische» (Лейпц., 1835). Позднее он издал сочинение «Ueberdoppelleibige Missgeburten» (С. Петербург, 1845). Потом, кроме ряда статей по антропологии и особенно по краниологии, Б. издал еще «Selbstbiographie» (Петербург, 1866 г. ) и «Reden, gehalten in wissenschaftlichen Versammlungen und kleine Aufsatze vermischten Inhalts» (3 тома, 1864 — 75). В издававшихся им и Гельмерсеном «Beitrage zur Kenntniss des Russischen Reichs» (томы 1 — 26, Петербург, 1839 — 68) находятся многие работы Б., особенно отчеты о научных путешествиях для исследования Poccии (т. 9, Петербург, 1845 — 55). После смерти Б., Штида издал его сочинение «Ueber die homerischen Localitaten in der Odyssee» (Брауншвейг, 1877); О Б. см. Штида «К. Е. von Baer. Eine biographische Skizze» (Брауншвейг, 1877). 
Кроме поименованных, Б. оставил множество соч., из которых более других важны следующие: «Ueber Medusa aurea» (Meckel's Archiv, 1823. Bd. VIII); «Ueber die Kiemen und Kiemengefasse in den Embryonen der Wirbelthiere» (там же, 1827); «Untersuchungen uber die Gefassverbindung zwischen Mutter und Frucht» (Лейцциг, 1828); «Noch ein Wort uber das Blasen der Cetaceen» (Isis, 1828); «Ueber die Wanderungeu der Zugvoegel» (Preuss. Prov. Blatt, 1834, Bd. IX и XII); «Beitrag zur Entwickelungsgeschichte der Schildkroeten» (Muller's Arch. 1834); «Ueber das Grefassystem des Braunfisches» (Nova Act. Acad. C. L. naturae curios. 1834. Bd. XVII); «Bemerkungen uber die Entwickelungesgeschichte der Muschein» (Froriep's Notiz., Bd. XIII); «Entwickelungsgeschichte der ungeschwanten Batrachier» (Bull. sc. I. № 1);"Delphini phocaena anatome Sectio prima" (там же, I №. 4. 1836); «Expedition nach Lappland und Nowaja Semlja» (там же III т. ); «Ueber das Skelet der Navaga» (там же, III т. 1838); «Anatomische und Zoologische Untersuchungen uber das Wallross». (Mem. VI Ser. T. IV 1838); «Ueber das Aussterben der Thierarten» (Bull. de l'Acad. de S. Petersb. T. VI); «Ueber ein neues Projekt Austern-Banke an der Russischen Ostsee-Kuste anzulegen» (там же, т. IV); «Ein Wort uber einen blinden Fisch» (там же, т. IV); «Человек в естественноисторическом отношении» («Русская фауна» Юл. Симашко, С. Петербург, 1851); «О каспийском рыболовстве» (Журн. Мин. Гос. Им. 1853. ч. I); «Почему у наших рек, текущих с севера на юг, правый берег высок, а левый низмен?» («Морской Сборник» 1858 кн. 5,); «Crania selecta» (Mem. Ac. S. Petersb. VI Ser. T X. 1858); «Действительно ли киты выбрасывают водяные столбы?» («Натуралист», 1864); «Место человека в природе» (там же, 1865 г. ). Э. Б.

Бюджет

Бюджет. — Слово это заимствовано из Англии, где в старину канцлер казначейства приносил ежегодно в парламент мешок с деньгами и произносил речь, которая собственно и называлась старинным норманским словом «Budget» (т. е. кожаный мешок). В России многие отождествляют бюджет с государственной росписью, но понятие его гораздо шире. Бюджет в собственном смысле вовсе не есть роспись доходов и расходов государства и, наоборот, роспись вовсе не есть бюджет. Под бюджетом, с государственной точки зрения, разумеется общий финансовый закон, на котором эта роспись основывается; во Франции он так и называется loi de finances, да и у нас, в Poccии, он имеет значение закона, как основа для общегосударственной росписи, утверждаемой верховной властью, в отличие от смет отдельных ведомств.
Лоренц Штейн, Гнейст, П. Леруа-Болье, Pay, Вагнер и др. авторитеты финансовой науки разумеют под бюджетом законопроект, определяющий государственную смету и утверждаемый законодательной властью при участии народных представителей. Благодаря такой санкции, Б. получает значение закона, направляющего дальнейший ход государственного хозяйства. У Лоренца Штейна Б. представляет собою основной элемент государственно-хозяйственного законодательства (Staatswirthschaftliche Gesetzgebung). Он приходит к тому выводу, что Б. есть вместе с тем процесс, путем которого государство выясняет свои задачи, проверяет свои наличные силы для осуществления последних и устанавливает объективное отношение между теми и другими, при чем каждый отдельный момент в составлении и утверждении Б. имеет свое содержание и свои формы. Другой корифей финансовой науки — Pay, также настаивает на необходимости строго различать Б., как финансовый закон (Finanzgesetz), от росписи., Б. является ближайшим критерием для суждения как о положении государственного хозяйства, так и о способе и характере финансового управления. Выводы финансовой науки сводятся к тому, что государственное хозяйство есть живой внутренний процесс государственной жизни, выполняющий свое назначение в определенные промежутки времени, при чем функции его устанавливаются путем бюджетного закона, с помощью которого осуществляется главная задача — фактическое сопоставление потребностей государственного организма и средств для их удовлетворения; утверждение и признание этих потребностей в известном размере совершается в форме бюджетного закона, согласно с общими принципами действующего государственного права; самое же наблюдение за выполнением этого закона относится уже к области финансовой администрации и государственного контроля. Таким образом Б. отражает в себе, как в фокусе, все отдельные, частные финансовые законоположения, на которых основаны отдельные статьи росписи, и, в свою очередь, дает основание не только для новых кредитов, но и для новых финансовых законов, вносящих изменения в систему государственного хозяйства Кроме научных оснований, для ознакомления с существом Б. необходимо выяснить его финансовые нормы, законодательное значение, порядок его составления и характерные особенности в главных государствах. При изучении же государственной сметы, служащей не более как только практическим применением бюджетного закона, достаточно ознакомиться с ее составными частями, с перечнем отдельных статей, с изменениями цифр, с результатами выполнения ее отдельными ведомствами, что уже относится к области финансовой техники и административных распоряжений.
В обыкновенную государственную смету входят те элементы государственного хозяйства, которые представляются абсолютно необходимыми для непрерывной деятельности правительства при нормально рутинных условиях. Что же касается Б., то, по утверждении его, он становится основою для более обширного приложения правительственной заботливости, т. е. для финансовых норм, выходящих за пределы обычных сметных назначений; так, путем бюджетного закона установляются новые займы, вводятся новые налоги, повышаются, уменьшаются и отменяются старые, утверждаются кредиты на многомиллионные общегосударственные сооружения, на новые учреждения, на реформы прежних учрежд. и на другие назревшие потребности постепенно усложняющегося государственного строя. Кроме того, широкое юридическое значение Б. заключается в том, что он дает постоянные нормы для классификации государственных доходов и расходов. Входящие в состав его нормальные статьи, представляющие собою постоянные величины, повторяющиеся из года в год (напр. содержание двора, штатные оклады и т. п. ), впредь до изменения их законодательным путем, составляют его твердую, так сказать, консолидированную часть. Другая часть Б. ежегодно изменяется на основании вероятности, по среднему расчету прежних лет, а также в силу новых государственных потребностей, вызывающих новые сборы, чрезвычайные расходы, дополнительные кредиты, сверхсметные ассигнования и т. п.; она-то и составляет главное содержание бюджетного закона. Соотношение между этими двумя отделами Б. определяется в каждом государстве различно, сообразно с условиями его финансового хозяйства. Обсуждению законодательных сфер подлежит почти исключительно вторая часть, первая же почти всегда принимается как готовое, как существующий факт. В среде некоторых ученых и практиков-финансистов существует убеждение, что такой двойственности в Б. быть не должно, что всякие ежегодные изменения следует устранить, установить все расходные статьи, в определенных цифрах, на целый ряд лет ( т. наз. нормальный Б.); но это оказалось утопией.Опыты введения таких максимальных неизменных ассигновок делались в разных государствах, а в России в период с 1878 г.по 1880 г. для смет военного и морского ведомств; но все эти "нормальные Б. " оказывались невыполнимыми уже в силу нарождения новых настоятельных нужд, удовлетворить которые нельзя было без дополнительных кредитов.Оказалось, что нельзя живой организм государственного хозяйства приводить к одному знаменателю,к неизменным безжизненным нормам.
По внутренней форме различают Б.: 1)валовой (брутто-бюджет), в котором приводятся отдельно полные цифры государственных доходов и полные цифры издержек по их взиманию; 2) чистый (нетто— бюджет), где поступления показаны за вычетом расходов взимания. С точки зрения финансовой науки предпочитается первая форма, т. е. брутто-бюджет, при котором всего яснее представлена степень производительности каждой отрасли государственного хозяйства и полнее развертывается общая его картина, что так важно для соображений министра финансов и для законодательной власти.
Самый порядок составлена бюджета выражается, во всех цивилизованных государствах, в том, что все отдельные ведомства, выработав свои частные сметы, представляют их министерству финансов, где составляется уже общегосударственный бюджет, который, с приложением объясни тельных записок и других материалов, вносится заблаговременно, как всякий другой законопроект, на рассмотрение высшего законодательного учреждения: государственного совета в России и палат в конституционных государствах, при чем при поступлении в последние обыкновенно передается, для предварительного анализа, в специальные финансовые комиссии; затем — с заключениями этих комиссий бюджет представляется на рассмотрение палат и, по одобрении с их стороны, поступает на окончательное утверждение главы государства, а по утверждении обнародывается, как всякий другой закон, после чего всем отдельным ведомствам, на основании его, открываются подлежащие кредиты на предстоящий финансовый год.
Бюджет на предстоящий финансовый период рассматривается обыкновенно в одно время с отчетом по исполнению государственной сметы за истекший финансовый год; в государствах с представительным правлением подобный законодательный контроль служит главным основанием так называемого абсолюториума, состоящего в том, что палаты признают действия министров правильными и снимают с них ответственность за истекший период.
Бюджет в его настоящем виде выработался недавно; прежде, вместо бюджета, представлялись простые отчеты и счета, при том неполные, по главным рубрикам финансового хозяйства. С образованием ответственного правительства в некоторых государствах появились более систематические отчеты, но все это еще не имело характера бюджета. Самый близтй к нему по характеру, это — . известный отчет, составленный Неккером в 1781 г. и представленный королю Людовику XVI (compte rendu au roi); отчет этот принято считать за первый систематический бруттобюджет. Но только в нынешнем столетии выработался правовой порядок составления бюджета, как общего государственно — хозяйственного закона. Порядок обсуждения бюджета в настоящее время в главных государствах таков. В Англии, пред обсуждением в парламенте, бюджет рассматривается в двух парламентских комиссиях: расходы — в committee of supplies, доходы — в committee of ways and means; после того он вносится, с объяснениями министра финансов, на одобрение (Appropriation Act) палат; всякое перенесение из излишков одного счета на расходы по другой статье (Revirement) запрещается; такие статьи, как содержание королевы, пенсии, жалованье судьям и т. п., составляющие консолидированную часть бюджета, вовсе не обсуждаются. Более всего работы и изменений вызывает подоходный налог (in cometax).
Во Франции бюджет обсуждается весь по главным статьям (с 1869 г. — 481 глава); дополнительные кредиты и чрезвычайные рас ходы (credits supplementaires, complementaires et extraordinaires) утверждаются непосредственно палатами, а во время парламентских вакаций — декретами государственного совета по предварительном одобрении в совета министров, с тем, что по открытии палат им заявляется об этих кредитах с объяснением мотивов назначения. В Пруссии, в общих чертах, тот же порядок, введенный с 1849 г., а именно: сметы отдельных министерств (Ministerialetats), представление их министру финансов (Vorlage an den Finanzminister), составление госуд. сметы (Bildung des Voranschlags), представление в палату (Vorlage an die Abgeordneten), рассмотрение в комиссиях, одобрение палаты (Веschluss), санкция главы государства (landesherliche Sanction) и обнародование (Publication des Budgets als Staatsvirthschaftsgesetz). Во время парламентских вакаций сверхсметные кредиты разрешаются советом министров, палатам же, согласно закону 1872 г., сообщается об этом в течение следующего года уже после отпуска кредитов.
В Италии, Австрии в Соед. Штатах тот же порядок, с небольшими изменениями. В Австрии новая система введена с 1866 г., при чем составляются два самостоятельных бюджета для Австрии и для Венгрии.
В России до 1862 г. не было систематического, планомерного бюджета; государственная смета представляла механическое соединение смет отдельных ведомств; при ней не было данных, достаточных для проверки, да и вообще не было единого законченного плана финансового хозяйства: многие доходы получались и многие расходы производились отдельными ведомствами самостоятельно, без ведома министерства финансов, так что нельзя было построить никакого общего вывода о направлении государственного хозяйства в ближайшем будущем. С 1862 г. стали составляться правильные бюджеты, главным образом благодаря упорядочению государственной отчетности при Татаринове (см. в т. I, ч. II, Свода Законов, прилож. к ст. 221 — «Правила о составлении, рассмотрении, утверждении и исполнении государственной росписи и финансовых смет министерств и главных управлений»). В настоящую свою форму русский бюджет вылился с 1873 г.; в нем показываются валовые суммы доходов и расходов, при чем нельзя выделить издержки взимания и определить чистые поступления. Финансовая смета каждого министерства и главного управления составляется на основании «расписаний доходов и расходов», доставляемых подчиненными ведомствами по каждой губернии отдельно. Смета эта состоит из: а) перечня доходов и расходов, b) подробной сметы доходов и расходов, с) приложений и d) объяснительной записки. Против каждой статьи излагаются объяснения или данные, оправдывающие испрашиваемое назначение, как то: законы, Высочайшие повеления и штаты, на основании коих поступают доходы и назначаются расходы. Сверхсметные кредиты, испрашиваемые по предметам, уже занесенным в финансовые сметы, именуются дополнительными, а по расходам, в смете непредвиденным, — экстраординарными. Доходы и расходы земств, городов, сословий и благотворительных учреждений в смету не вносятся; но о тех специальных средствах, которые расходуются под контролем правительства, делаются особые приложения; если же средства эти идут на потребности, однородные с внесенными в министерские сметы, то их переносят в смету доходов под наименованием «пособий государственному казначейству». Составленные таким образом сметы рассматриваются сперва в советах министерств и главных управлений; затем препровождаются, в печатных экземплярах, министру финансов и в государственный контроль к назначенному для каждого ведомства сроку (между 1 августа и 15 октября). Министерство финансов проверяет эти сметы и составляет из них общую государственную роспись, которую к 1 ноября и представляет в государственный совет, с прибавлением, в случаях надобности, своих замечаний, а также соображений о сокращении некоторых расходных смет, об изыскании новых источников дохода, об усилении существующих, etc. С своей стороны, государственный контроль проверяет представленные ему сметы и к 1 октября представляет государственному совету особый отчет по исполнению финансовых смет за истекший период. Как этот отчет, так и роспись подвергаются предварительному обсуждению в департаменте государственной экономии, который вносит и смету, и свое по ней заключение в общее собрание государственного совета, откуда бюджет, не позже 15 декабря, поступает на Высочайшее утверждение и, наконец, публикуется (с 1862 г. ) во всеобщее сведение.
Воплощенный в бюджете финансовый закон действует в течение определенного срока, при чем различают периоды: 1) бюджетный или финансовый, и 2) счетный. Под первым разумеется то время, на какое Б. утвержден, совпадающее обыкновенно с гражданским годом; в Англии же и Пруссии считают его с 1 апреля по 31 марта следующего года. Счетный период есть, так сказать, продолженный или отстроченный бюджетный; при невозможности выполнить все сметные назначения к концу бюджетного периода оказалось необходимым отстрочить действие бюджета на некоторое, льготное, время сверх финансового года. Таких льготных месяцев дается во Франции восемь, в Австрии три, в Бельгии десять, а в Пруссии даже двенадцать; в России для окончательных расчетов, после 31 декабря, оставляются еще четыре месяца, а для военного ведомства пять. По истечении льготных сроков кредиты закрываются и на открывающиеся затем в счет той же сметы расходы должны испрашиваться дополнительные ассигнования; в России суммы, оставшиеся свободными ко дню заключения сметы, возвращаются в распоряжение министерства финансов. По закрытии кредитов следует последняя стадия заключение бюджета и свод итогов по выполнению сметы; это служит для выяснения финансовых результатов бюджетного года, т. е. закончился ли он при равновесии доходов и расходов, или же с дефицитом, или, наконец, дал избыток доходов над расходами. Эти выводы являются, в свою очередь, показателем успешности хода всего государственного хозяйства. 
Сочинения, специально трактующие о бюджете, общие: М. Алексеенко, «Организация государственного хозяйства» (Харьков, 1870); В. П. Безобразов, «Государственные доходы. Теоретические и практические исследования» (Спб., 1868 — 72); R. Gneist, «Gesetz und Budget» (Берлин, 1879); Czornig, «Budget, Staatsrechnung und Controle»; Hock, «Grundlinien der Kameralpraxis» (Тюбинген, 1819); Laband, «Budget»; M. d'Audiffret, «Examen des revenus publics», (Пар., 1839); Desmousseaux de Givre, «Etudes sur le budget»; «Correspondence relative to the budgets of various countries» (изд. Cobden'club, 1877); H. Вессель, «Нормальный государственный бюджет» (ст. в «Русском Вестнике» 1885 г., № 1); А. Головачев, «Десять лет реформ» (Спб., 1872, стр. 88 — 146); «О бюджете и единстве кассы» (ст. в "Морск. Сборн. " 1859, № 6 и 12). 
О русском бюджете: А. Заблоцкий-Десятовский, «Обозрение государств. доходов России» (Спб., 1868); «Отчеты по исполнению государственной росписи» (на нем. яз. — «Amtliche Jahresberichte uber das russische Budget und seine Durchfuhrung»); «Правила о поступлении государственных доходов и о производстве государственных расходов» (Спб., 1863). 
О бюджетах других государств: Англия. Noble, «Fiscal legislation 1842 — 65» (Лондон, 1867); «Parliament papers. Finance accounts» (ежег. ). Германия. А. Заблоцкий-Десятовский, «Финансовое управление и финансы Пруссии» (2 ч., Спб., 1871). Франция. Неккер, «Об управлении государственных доходов Французского королевства» (перев. с франц. Спб., 1786); В. Гольцев, «Государственное хозяйство во Франции XVII века» (Москва, 1878); И. Задерштедт, «Бюджет Франции» (Казань, 1884); v. Hock, «Die Finanzverwaltung Frankreichs» (Штутгарт, 1857); M. d'Audiffret, «Systeme financier de la France» (Париж, 1870); Merlin, «Progression comparee des budgets de l'etat sous le second empire» Шариж, 1869); Horn, «Bilan de l'empire» (Париж, 1869); «Budget General de l'Exercice» (ежег. ); «Comptes generaux de l'Administration des Finances» (Пap., 1888, ежег. ); Lucay, «La Legislation du budget de 1789 a 1852» (ст. в «Journal des Economistes», 1862, livraisons de janvier et de mai). Австрия. A. Dessary, «Grundzuge der osterreichischen Finanzgesetzkunde» (Вена, 1856); Czornig, «Das osterr. Budget»; A. Wagner, «Ordnung des osterr. Staatshaushalts» (Вена, 1863); Beer, «Der Staatshaushalt Oesterreich-Ungarns seit 1868» (Прага, 1881). Бельгия. «Budgets des recettes et des depenses» (офф., ежег. ). Италия. Morpurgo, «La Finanza italiana dalla fondazione del Regno fino a questi giorni» (Рим, 1874); «Stati di Previsione dell'Entrata e della Spesa, e Conti generali Consuntivi, pubblicazioni annuali del Ministero delle Finanze» (ежег. ); «Annuario del Ministero delle Finanze».
А. С-н.

Бюллетень 

Бюллетень — так называются периодически печатаемые извещения разнородного содержания, напр. Б. о состоянии здоровья высокопоставленных лиц, Б. о состоянии погоды по метеорологическим наблюдениям, Б. биржевые и т. п.

Бюлов 

Бюлов (Ганс-Гвидо фон), замечательный пианист, сын немецкого поэта Карла фон Б., род. 8 января 1830 г. в Дрездене; игре на фортепиано обучался у Фр. Вика, теоретическое же образование получил у Макса-Карла Эбервейна (с 1844 г. ). В Штутгарте, где он поступил в гимназию, в 1846 г. Б. впервые выступил в качестве пианиста. В 1847 г. он переселился в Лейпциг для изучения права и вместе с тем брал уроки контрапункта у Гауптмана. В 1849 — 1850 гг. он продолжал свое юридическое образование в Берлине. Между тем в нем созрело решение посвятить себя музыке, к которой он чувствовал призвание. С этою целью Б. обратился в Цюрих к Рих. Вагнеру, которого он знал еще в Дрездене, и после кратковременной капельмейстерской деятельности в С.-Галлене и Цюрихе, в 1851 г. отправился в Веймар, к Листу, который руководил Б., как пианистом, в продолжение двух лет. На балленштедтском музыкальном фестивале Б. составил себе имя как пианист, и с тех пор его репутация еще более упрочилась, благодаря многократным концертным путешествиям.
С 1854 г. Б. избрал своим местожительством Берлин, и в 1858 г. был назначен королевским прусским придворным пианистом. В конце 1864 г. Б., следуя призыву Вагнера, переселился в Мюнхен, где он с 1867 г. состоял королевским придворным капельмейстером и директором реорганизованной королевской музыкальной школы. Семейные дела Б. принудили его в 1869 отказаться от должностей, занимаемых им в Мюнхене. После этого он отправился в Италию, жил там (большею частью во Флоренции) много лет, давая концерты, но затем предпринял обширные по своим размерам артистические путешествия и посетил Англию, а также и СевероАмериканские Соединенные Штаты (в 1875). После своего пребывания, в 1878 — 79 гг., в Ганновере, в качестве капельмейстера, Б. отправился в 1880 в Мейнинген для занятия должности капельмейстера и главного заведующего музыкальными делами. Большую сенсацию вызвало его артистическое путешествие с Мейнингенской капеллой по Германии, в 1881 — 82 гг. Б. посещал также неоднократно и Петербург, где он имел выдающийся успех, как пианист и капельмейстер. Он дирижировал в концертах «Филармонического» и «Императорского Русского Музыкального» обществ. Кроме того, он совершил артистическое путешествие по России. В Петербурге Б. выказал себя пропагандистом Брамса и многих русских композиторов. Во время своего пребывания в Петербурге в 1885 г. Б, читал лекции по фортепианной литературе, в зале петербургской консерватории. Подобного рода лекции Б. читал и заграницей.
Репутация Б., как пианиста, установилась, благодаря всесторонней, блестящей, преодолевающей все трудности виртуозности и его из ряда выдающейся феноменальной памяти, которая давала ему возможность исполнять наизусть самые обширные и сложные сочинения. Ему достаточно было просмотреть, не проигравши, любое сочинение, чтобы сыграть его безошибочно на память. Оркестровые сочинения и оперы Б. дирижировал без партитур. Как композитор, Б. проявил себя в нескольких оркестровых, фортепианных и вокальных сочинениях, в которых он явился последователем Вагнера и Листа. Наибольшее значение имеет его увертюра для большого оркестра, написанная к трагедии «Юлий Цезарь» Шекспира. Как деятельный пропагандист Вагнера, Б. неоднократно выступал в печати со статьями в пользу направления этого композитора. Сверх того, он издал, в целом ряде выпусков, избранные фортепианные сочинения классических авторов, редакция которых, однако, не была свободна от произвола. Б. принадлежат также аранжировки и транскрипции произведений Берлиоза, Вагнера и Листа. В качестве музыкального редактора, Б. принимал деятельное участие в издании Зигмунда Леберта «Instructive Ausgabe klassischer Klavierwerke» (Штутгарт, 1872). Н. С.

Бюро 

Бюро (франц. bureau) — первоначально письменный стол, конторка, затем контора, канцелярия.

Бюрократия 

Бюрократия (от франц. bureau и греч. kratos, дословно значит: господство канцелярии). Под этим словом разумеют то направление, которое принимает государственное управление в странах, где все дела сосредоточены в руках органов центральной правительственной власти, действующих по предписанию (начальства) и чрез предписание (подчиненным); затем под Б. разумеют класс лиц, резко выделенный из остального общества и состоящий из этих агентов центральной правительственной власти. Иностранный термин: бюрократический вполне соответствует русскому слову: приказный. В Западной Европе возникновение и усиление Б. шло параллельно возникновению и усилены государственной власти. Рядом с политической централизацией развивалась и централизация административная, как орудие и подспорье первой. Она была необходима для того, чтобы вытеснить феодальную аристократию и старые общинные власти из всех, по возможности, сфер управления и создать особый класс должностных лиц, непосредственно и исключительно подчиненных влияниям центральной власти. С упадком и вырождением местных корпораций, союзов и сословий появились новые задачи управления, круг деятельности государственной власти расширялся непрерывно, пока не сложилось так наз. полицейское государство (XVII — XVIII ст.), в котором все отправления жизни духовной и материальной одинаково подчинялись опеке государственной власти. В полицейском государстве Б. достигает высшего развития, и здесь же с наибольшею отчетливостью выступают ее невыгодные черты, — черты, которые она сохранила и в XIX веке в странах, управление которых по-прежнему построено на началах централизации. При таком характере управления правительственные органы не в состоянии совладать с обширным материалом и обыкновенно впадают в формализм. Благодаря своей значительной численности и сознанию своего могущества чиновничество принимает особое исключительное положение: оно чувствует себя руководящим центром всей общественной жизни и образует особую касту вне народа. В общем дают себя чувствовать три невыгоды подобного административного строя: 1) общественные дела, требующие вмешательства государства, ведутся чаще дурно, чем хорошо; 2) управляемые должны терпеть вмешательство власти в такие отношения, где в этом нет надобности; 3) соприкосновение с органами власти редко обходится без того, чтобы не страдало личное достоинство обывателя. Совокупностью этих трех невыгод и отличается то направление государственного управления, которое обыкновенно характеризуется одним словом: бюрократия. Средоточием ее являются обыкновенно органы полицейской власти; но там, где она укоренилась, она распространяет свое влияние на все чиновничество, на власть судебную и законодательную.
Ведение всякого сложного дела в жизни, частной ли, или общественной, неизбежно требует соблюдения известных форм. С расширением преследуемых задач эти формы умножаются и «многописание» современного управления является неизбежным спутником развития и усложнения государственной жизни. Но тем именно отличается Б. от здорового строя администрации, что при последнем форма соблюдается ради дела и в случае нужды приносится в жертву делу, тогда как Б. соблюдает форму ради ее самой и ей приносит в жертву существо дела. Подчиненные органы власти видят свою задачу не в том, чтобы с пользою действовать в указанных ей пределах, а в том, чтобы исполнять требования, предъявляемые свыше, т. е. отписаться, выполнить ряд предписанных формальностей и тем удовлетворить высшее начальство. Административная деятельность сводится к письмоводству; вместо фактического исполнения довольствуются написанием бумаги. А так как бумажное исполнение никогда не встречает препятствий, то высшее правительство привыкает ставить своим местным органам требования, фактически невыполнимые. В результате получается полный разлад между бумагою и действительностью.
Вторая отличительная черта Б. заключается в отчужденности чиновничества от остального населения, в его кастовой исключительности. Государство берет своих служащих из всех сословий, в одной и той же коллегии оно соединяет сыновей дворянских родов, городских обывателей и крестьян; но они все чувствуют себя равно отчужденными от всех сословий. Им чуждо сознание общего блага, они не разделяют жизненных задач которого-либо из сословий или классов в отдельности. Как участник реальной власти, которую государство распространяет на всех без изъятия, чиновник претендует на положение исключительное в сравнении с населением. Но так как именно в бюрократическом государстве притязание это не находит себе достаточной опоры ни в выдающемся образовании, ни в политическом такте, ни в общественных заслугах чиновников, то оно и не принимает тех достойных форм, которые присущи истинному превосходству, умственному и нравственному. В отношениях служебных царит суровое обращение с средними классами и грубое — с низшими; в отношениях общественных замечается или полная отчужденность, или презрительное снисхождение к робкому обывателю. Бюрократ — плохой член общины; общинные связи ему кажутся унизительными, подчинение общинным властям для него невыносимо. Он вообще не имеет сограждан, потому что не чувствует себя ни членом общины, ни гражданином государства. Эти проявления кастового духа бюрократы, от которого вполне отрешиться могут лишь натуры исключительные, глубоко и гибельно влияют на отношения массы населения к государству. Когда масса видит представителя государства лишь в лице чиновничества, которое чуждается ее и ставит себя на какую-то недосягаемую высоту, когда всякое соприкосновение с органами государства грозит лишь неприятностями и стеснениями, тогда и само государство становится для массы чемто чуждым или даже враждебным. Сознание своей принадлежности государству, сознание, что составляешь живую часть великого организма, способность и стремление к самопожертвованию, одним словом, чувство государственности слабеет. Но ведь между тем именно это чувство делает государство сильным в дни мира и устойчивым в минуты опасности. Существование Б. не связано с определенной формой правления; оно возможно в государствах республиканских и монархических, в монархиях неограниченных и конституционных. Побороть Б. крайне трудно. Новые учреждения, если только они вводятся в жизнь под покровом Б., немедленно проникаются ее духом. Даже конституционные гарантии здесь бессильны, ибо никакое конституционное собрание само не управляет, не может даже давать управлению устойчивое направление. Во Франции бюрократические формы управления и административная централизация получили даже новую силу именно после переворотов, создавших новый порядок вещей. Провозглашение начала народного самодержавия не только не привело к развитию учреждений местных, но разрушило остатки старых союзов, усилило значение центральной власти, как органа «народной воли». Формы правления менялись, одно правительство сменяло другое, но характер управления оставался все тот же бюрократический, и это до самого последнего времени, когда законодательство Третьей республики сделало несколько шагов в другом направлений. В Пруссии постепенное преобразование местного управления на началах децентрализации и самоуправления началось лишь четверть века спустя после событий 1848 г. Децентрализация и самоуправление единственные средства к ослаблению Б. : они суживают район ее деятельности и поражают ее кастовый дух.
Родоначальником Б. в России часто считают Петра I, а ее утвердителем и окончательным организатором — гр. Сперанского. На самом деле уже одно «собирание Русской земли» необходимо требовало централизации в управлении, — а централизация порождает, бюрократию. Только исторические основы русской Б. — иные в сравнении с бюрократиями Западноевропейскими. На Западе (за исключением Англии и Швейцарии) чиновничество сыграло видную историческую роль: оно соединило в одних руках раздробленную верховную власть и служило сплочению национальностей и государств. Б. набиралась там из среднего класса, заключившего в свое время союз с королевскою властью для низложения феодализма. Французский легист был человек «худородный», враждебно относившийся к гордой провинциальной аристократии, которую он должен был обессилить. Не то было в России: наше дворянство вышло из среды бюрократии и было сословием по преимуществу служилым. Проследить влияние кровной связи между дворянством и чиновничеством на характер управления возможно лишь при изложении истории местного управления в Poccии. 
Литература. Fr. Rohmer, «Deutschlands alte und neue Bureaukratie» (Мюнх., 1848); Ржевский, «Взгляд на теорию бюрократической администрации» («Русский Вестник», 1860, октябрь); А. Градовский, «Системы местного управления на западе Европы и в России» («Сборник государственных знаний» В. Безобразова (т. V и VI, Спб., 1877 — 78).
А. Я.

Бюффон 

Бюффон (Жорж-Луи Леклер, граф Buffon) — знаменитый ученый, родился в Монбаре, в Бургундии, 7сент. 1707 г.; получил от своего отца, Бенжамена Леклера, бывшего советником парламента в Дижоне, тщательное воспитание, затем объехал с молодым герцогом Кингстоном Францию и Италию, а потом отправился в Англию, где перевел «Теорию флукций» Ньютона и «Статику растений» Галя. Эти переводы и несколько самостоятельных статей математического содержания вызвали в 1733 г. назначение его членом Академии наук; в 1739 г. он был назначен интендантом королевского ботанического сада, и с этого времени деятельность его была посвящена преимущественно естественным наукам. В то время, как родившийся в одном с ним году Линней поставил себе задачею создание формальной стороны науки, систематики и классификации, — Б. старался противопоставить строгому методическому ходу описания природы и наружного вида животных их нравы и образ жизни и тем возбудить интерес образованных людей к животному миру. Соответственно с этим, план его состоял в том, чтобы собрать отдельные факты из всех отраслей естествоведения и воспользоваться ими для выяснения системы природы. Но для выполнения этого плана ему недоставало как основательного знания, так и терпения в трудных исследованиях. Одаренный живым воображением и склонный разрешать сомнения блестящими гипотезами он не мог приспособиться к строго научному методу Линнеевской школы. Важная заслуга Бюффона состоит в том, что он положил конец смешению позитивной теологии с естествоведением. Это стремление не осталось без влияния и вне Франции. Возбужденные впервые Б. свободные воззрения, не смотря на сильную оппозицию Галлера, Бонне и некоторых немецких ученых, пробили себе путь по всем направлениям, а кроме того его наблюдения дали толчок более глубоким научным исследованиям.
С научной точки зрения сочинения Б. имеют, в настоящее время, мало значения, между тем как они все еще представляют собою образец ораторского, иногда высокопарного стиля. Его философские попытки объяснения явлений природы нашли резкого противника уже в Кондильяке и могли привлекать к себе только как поэтическое представление природы; такова, например, написанная в самом блестящем стиле теория земли («эпохи природы»). Наблюдения над жизнью животных редко собраны им самим, но остроумно обработаны, хотя и не с физиологической точки зрения, которая одна только имеет значение в настоящее время. Научное значение имеют еще систематические работы Добантона, товарища Б., который принимал серьезное участие в «Естественной истории млекопитающих» Бюффона. Самая незначительная часть сочинений Б. посвящена минералогии. В «Естественной истории животных» рассмотрены млекопитающие, птицы и большая часть рыб; она началась в 1749 г. (3 тома) и закончилась в 1783 г. (24 том). В ней, однако, находятся и опыты по геогении, антропологии и т. д. Сочинения Б. издавались часто, обыкновенно под заглавием: «Histoire naturelle generale et particuliere» (лучшее издание, в 36 томах, Париж, 1749 — 88; издание Ламуру и Демарэ, в 40 томах, 1824 — 32; Флуранса, в 12 томах, Париж, 1802). Переводы и выдержки из них есть на большей части европейских языков. Изданное Лелоном под заглавием: «Histoire naturelle des animaux rares. et curieux decouverts par les voyages depuis la mort de Buffon» (Париж, 1829), и особенно выходившие в Париже с 1837 г., весьма важные многотомные «Suites a Buffon» имеют общего с сочинениями Б. только одно имя и суть чисто систематические сочинения. Б. умер в Париже 16 апреля 1788 г., после того как Людовик XV возвел его в графское достоинство, а Людовик XVI, еще при его жизни, почтил бюстом, который был поставлен у входа в королевский естественноисторический кабинет с надписью: «Majestati naturae par ingenium». Правнук Б., Анри де-Б., издал его «Correspondance» (2 т., Пaриж. 1860), а также сочинение; «Buffon, sа famille, ses collaborateurs et ses familiers» (Париж, 1863). В русском переводе из сочинений Б. имеются: «Всеобщая и частная история естественная графа де Бюффона» (10 частей, С. Петербург, 1789 — 1808); «Бюффон для юношества, или сокращенная история трех царств природы», соч. Петра Бланшарда (5 частей, Москва, 1814 г. ).
Э. Брандт.